Показатели исполнения федерального бюджета России за январь - май свидетельствуют, что в вопросе налоговых изменений власти не перегнули палку. Об этом заявил министр финансов Антон Силуанов на ПМЭФ.
"Несмотря на два пакета налоговых изменений, налоги то растут. Были риски того, что мы можем где-то перегнуть палку, нет, не перегнули. Показатели исполнения бюджета за пять месяцев об этом красноречиво свидетельствуют", - сказал он.
Почему этот знак так вам ненавистен?! Даже тег отдельный. Постов столько...
Вот что я думаю.
Состав не изменился. А маркировка нужна, чтобы тот же самый товар поставлять в те места, где этот знак нужен/важен. Это большие поставки продовольственных товаров. Это какая-то часть экономики РФ.
С точки зрения производителя (размышляю) - дорого - и вашим и нашим разную маркировку... Потом сортируй всё это... По разным складам, разная отгрузка...
Вот они и фигачат всевозможные знаки, чтобы облегчить путь самурая.
А вы! А вы!
Не путайте экономику с личной неприязнью. Лично я ничего зловонного в этом не вижу.
P. S. А вот намазы в общественных местах - это дичь, конечно.
Национальные блюда стран
Сегодня поговорим о том, что лежит у каждого из нас на тарелке, но мало кто задумывается, что эта самая тарелка может быть полем битвы. Да-да, вы не ослышались, еда давно перестала быть просто способом утолить голод, она превратилась в мощный политический инструмент, который меняет судьбы стран, влияет на международные отношения и даже помогает выигрывать дипломатические споры без единого выстрела.
Давайте разберемся, как это работает, ведь тема действительно захватывающая и касается каждого из нас.
Начнем с самого жесткого аспекта, а именно с санкций. Когда страны конфликтуют, они часто бьют друг друга по карману, ограничивая торговлю. Но самое интересное начинается, когда под удар попадают продукты питания. История знает множество примеров, когда эмбарго на продовольствие использовалось как способ давления на неугодные режимы
Вспомним недавнюю историю с Россией. В ответ на западные санкции наша страна ввела продовольственное эмбарго, запретив импорт мяса, молочных продуктов, фруктов и овощей из ряда стран
Это был беспрецедентный шаг, который показал, что еда может быть не только объектом ограничений, но и инструментом защиты внутреннего рынка. Парадоксально, но такие меры часто приводят к тому, что местные производители начинают развиваться активнее, заполняя освободившиеся ниши.
Санкции работают двояко. С одной стороны, они создают дефицит и рост цен, что бьет по обычным людям.
С другой стороны, они заставляют государства искать новых партнеров и перестраивать логистические цепочки. Получается своеобразная гастрономическая геополитика, где каждый продукт на прилавке рассказывает свою историю международных отношений.
А теперь давайте поговорим о хлебе насущном в прямом смысле этого слова. Зерно всегда было стратегическим ресурсом. Еще в древности контроль над плодородными землями означал власть над народами. Сегодня ситуация не изменилась, просто масштабы стали глобальными.
Страны, обладающие большими запасами зерна, имеют огромный рычаг влияния на мировую арене. Экспорт пшеницы, кукурузы и других культур позволяет не только зарабатывать деньги, но и формировать политические союзы. Когда одна страна зависит от поставок зерна из другой, она вынуждена считаться с мнением своего поставщика. Это мягкая, но очень эффективная форма давления.
История знает случаи, когда зерновые эмбарго использовались для достижения политических целей. Например, в прошлом веке США ограничивали экспорт зерна в СССР, пытаясь повлиять на внешнюю политику Советского Союза. Такие действия показывали, что продовольственная безопасность напрямую связана с национальной безопасностью.
Сегодня мы видим, как конфликты в ключевых сельскохозяйственных регионах вызывают колебания мировых цен на продовольствие. Это влияет на стабильность целых регионов, особенно в Африке и на Ближнем Востоке, где многие страны зависят от импорта зерна. Получается, что урожай на полях Украины или России может определять политическую стабильность в далеких странах.
А теперь перейдем к самому приятному аспекту нашей темы, а именно к мягкой силе или soft power. Этот термин обозначает способность страны влиять на других через привлекательность своей культуры, ценностей и образа жизни. И знаете, что является одним из самых эффективных инструментов мягкой силы? Правильно, национальная кухня!
Япония стала пионером в этой области. Страна восходящего солнца целенаправленно продвигала свою кухню по всему миру. Суши, рамен, темпура стали не просто едой, а символами японской культуры, дисциплины и эстетики.
Японское правительство даже создавало специальные программы по обучению зарубежных поваров традиционным техникам приготовления, чтобы сохранить аутентичность блюд за рубежом.
Результаты превзошли все ожидания. Сегодня японская кухня ассоциируется с качеством, здоровьем и высоким статусом. Это привлекает туристов, увеличивает экспорт продуктов и формирует позитивный имидж страны. Люди, которые любят суши, подсознательно начинают лучше относиться к Японии в целом. Это и есть магия гастродипломатии.
Южная Корея пошла по тому же пути. Корейское барбекю, кимчи и корейские закуски завоевали сердца миллионов людей по всему миру. Корейская волна или халлю включает в себя не только музыку и кино, но и еду. Рестораны корейской кухни открываются в крупнейших городах мира, становясь центрами притяжения для любителей экзотики.
Таиланд также активно использует свою кухню как инструмент мягкой силы. Правительство запустило программу "Global Thai", целью которой было увеличение количества тайских ресторанов за рубежом. Пад тай, том ям и зеленое карри стали визитными карточками страны, привлекая туристов и укрепляя культурные связи.
Мексика получила признание ЮНЕСКО, включившее свою традиционную кухню в список нематериального культурного наследия человечества. Это не просто дань уважения кулинарным традициям, но и мощный маркетинговый ход, который повышает престиж мексиканской культуры на международной арене.
Еда обладает уникальной способностью объединять людей. За общим столом стираются границы, преодолеваются языковые барьеры и формируются личные связи. Когда человек пробует блюдо другой культуры, он открывается новому опыту, начинает интересоваться историей и традициями народа, который это блюдо создал.
Национальная кухня становится брендом страны. Она рассказывает историю без слов, передавая ценности, климатические особенности и менталитет народа. Простые ингредиенты, приготовленные с любовью и мастерством, могут сказать больше о стране, чем десятки дипломатических нот.
Кроме того, гастрономический туризм стал огромной индустрией. Люди готовы лететь на другой конец света, чтобы попробовать аутентичную паэлью в Испании, настоящую пиццу в Неаполе или уникальный фо во Вьетнаме. Это приносит миллиарды долларов дохода и создает рабочие места.
Интересно наблюдать, как национальные кухни адаптируются к глобальному миру. Мы видим появление фьюжн-кухни, где сочетаются традиции разных народов. Калифорнийские роллы, созданные в США, стали популярнее в Японии, чем некоторые традиционные блюда. Корейское барбекю в Америке подается с местными соусами. Эта кулинарная гибридизация показывает, как культуры взаимодействуют и обогащают друг друга.
Но при этом страны стремятся сохранить аутентичность своих кулинарных традиций. Создаются сертификаты подлинности, защищаются географические указания. Пармская ветчина может называться так только если произведена в определенном регионе Италии. Шампанское — только из региона Шампань во Франции. Это защищает не только производителей, но и культурное наследие.
Каждый раз, когда мы заказываем суши, готовим пасту по итальянскому рецепту или пробуем новые специи из Индии, мы участвуем в этом большом гастрономическом диалоге цивилизаций. Наша тарелка становится маленьким окном в большой мир.
Понимание того, что еда, это не просто топливо для организма, но и культурный код, политический инструмент и экономический ресурс, помогает нам лучше осознавать процессы, происходящие в мире. Мы начинаем видеть связи между урожаем в одной части света и ценами в супермаркете в другой. Между дипломатическими переговорами и ассортиментом на полках.
Еда объединяет, но она же может и разделять. Санкции показывают, как легко нарушить пищевые цепочки ради политических целей. Но гастродипломатия демонстрирует, как через вкус можно строить мосты понимания между народами.
В конечном счете, независимо от политических разногласий, люди везде хотят есть вкусную, качественную и безопасную пищу. И возможно, именно за общим столом, делясь хлебом и историями, мы сможем найти путь к взаимопониманию. Ведь недаром говорят, что путь к сердцу лежит через желудок. Может быть, путь к миру тоже?
А какие блюда вашей любимой национальной кухни, по вашему мнению, могли бы стать лучшим послом вашей страны за рубежом? Делитесь в комментариях!
Хотите узнать больше секретов вкусной еды, научиться готовить блюда со всего мира и понимать кулинарные тренды? Переходите на канал Вкусно Голодный, где каждый рецепт, это маленькое путешествие!
Не реклама.
Помните, как обычно всё начинается?
"Мы заботимся о вашей безопасности."
"Мы заботимся о стабильности сервиса."
"Мы заботимся о качестве работы."
А потом внезапно оказывается, что функция, которая десятилетиями работала бесплатно, теперь доступна только по подписке.
На этот раз Яндекс решил, что доступ к почте через Outlook, Thunderbird и другие почтовые клиенты — это уже не базовая возможность, а премиальная услуга.
Сначала рассказывают про стабильность и качество работы сервиса. Потом объясняют, что для этой стабильности неплохо бы заплатить.
Вообще это интересный путь. Раньше сервисы зарабатывали на том, что давали людям удобство. Теперь всё чаще зарабатывают на том, что забирают привычное удобство и продают его обратно отдельным тарифом.
Как говорится, от заботы до монетизации — один шаг.
Ссылка на источник: https://habr.com/ru/news/1042832/
Привет, ребятушки!
Вот и наступило долгожданное лето. Для нас, производителей слабоалкогольной продукции, это горячая пора фестивалей. Большая часть из них пивные, хотя на мероприятии обычно можно попробовать и сидр, и медовуху, и даже безалкогольные напитки.
И я вот о чем подумал. Бывает, что на фестивале предлагаешь человеку попробовать медовуху, а он такой:
- Я медовуху не люблю.
Начинаешь спрашивать:
- А какую пил?
- Не помню. Не знаю. У деда на даче 10 лет назад.
Иногда бывает такое, что человек категорически заявляет, что медовуха ему не нравится. Убеждаешь его попробовать чуток и слышишь:
- Ого! А это точно медовуха?
Порой мне кажется, что главная проблема медовухи не в цене и не во вкусе, а в том, что люди не понимают, что это за напиток.
Если спросить рандомного человека на улице, с чем у него ассоциируется медовуха, что он ответит? Суздаль / "Мед-пиво пил" / Пир у древнерусского князя / Бородатый мужик в косоворотке / Исторический фестиваль. Иногда все сразу или вспомнит знакомого пасечника и медовую бражку в алюминиевой фляге.
При этом если спросить про сидр, крафтовое пиво или какую-нибудь просекку, то ассоциации будут намного современнее.
И вот интересно, как так получилось, что одни напитки смогли стать частью современной культуры, а другие в массовом сознании так и остались где-то между историческим фестивалем и сувенирной лавкой?
Так как я в этой индустрии не первый год и много лет бьюсь над этим, можно сказать, “риторическим” вопросом, у меня есть несколько версий:
"Медовуха" для многих звучит слишком деревенски и напоминает о каком-то дедовском самогоне из меда, который срубает с ног одним ароматом.
Хотя по действующему ГОСТ медовуха - это слабоалкогольный напиток крепостью до 6 градусов. Даже пиво может быть более крепким.
Конечно, можно использовать маркетинговое название Mead. Так называются медовые алкогольные напитки на Западе, но это вообще непонятное слово для массового покупателя.
Попробуйте провести мысленный эксперимент. Представьте, что на полке стоят два одинаковых напитка. Один называется “Медовуха”. Второй — “Mead Bochet”. На первый хотя бы подумают, что это алкоголь из меда. Про второй - в лучшем случае, что это какое-то пиво или коктейль типа отвертки из нулевых.
У многих людей первое знакомство с алкоголем из меда произошло не в лучшем виде. Кто-то пробовал его на студенческих каникулах в деревне, когда пили уже все, что горит. Кто-то на ярмарке из пластиковой бутылки в июльскую жару. Кого-то угостил коллега той самой медовухой от деда с пасеки. В большинстве случаев это был либо слишком сладкий и слишком крепкий напиток, либо что-то откровенно странное.
После последствий такой дегустации человек перестает доверять медовухе лет на десять и делает вывод, что медовуху он не любит.
Хотя на самом деле он пробовал один конкретный (и крайне сомнительный) напиток один конкретный раз.
Представьте, если бы человек выпил десять лет назад сиську багбира на вписке и решил, что все пиво на свете отвратительное.
Есть такая штука как jobs to be done. Ее суть в том, что покупатель всегда выбирает продукты, чтобы решить какую-то задачу. Например, утолить жажду, добиться опьянения, почувствовать вкус.
С пивом все понятно. Едешь на шашлык - берешь пиво, смотришь футбол - берешь пиво и чипсы, зашел в бар - пиво и гренки.
С вином тоже все понятно. Романтик - вино. День рождения - вино.
С крепким алкоголем тоже есть понятные сценарии (практически все вышеперечисленные и многие другие).
А как быстро ответить на вопрос, в какой ситуации средний человек должен открыть бутылку медовухи? Получается, что у категории до сих пор нет четкого образа потребления в голове массового покупателя. Она зависла между категориями.
Вот попробуйте быстро ответить на вопрос. На что больше похожа медовуха? На пиво? По градусу - да. На вино или сидр? По способу производства - да. На шампанское? По игристости - да. На ликер? По сладости - да. И при этом медовуха не похожа ни на один напиток.
А если потребитель не понимает категорию, ему сложно принять решение о покупке. Пиво понятно, и вино понятно. Медовуха - ты что вообще такое?
Потребитель не хочет думать, и это не плохо и не хорошо. Я сам такой же. Множество продуктов и товаров мы выбираем по привычке. Пиво, вино и шампанское - это просто и понятно. А медовуха требует небольшого усилия, чтобы понять, что это такое, особенно с учетом тех стереотипов, о которых я говорил раньше.
Именно поэтому новые категории всегда растут очень медленно. Посмотрите хотя бы на натуральные лимонады без сахара (на меду, на сыворотке и т.д.). Объемы их продаж никогда не сравнятся с так называемыми “химозными” газировками, которые понятны и привычны.
Поэтому получается, что медовуха конкурирует еще и с привычками.
Один простой пример здесь. Очень долгое время в приложениях крупных ритейлов был только раздел “Пиво”. Недавно категория стала “Пиво / Сидр”. И только на днях в переке я увидел отдельно “Медовуха”.
Для производства медовухи нужен мед. А хороший мед стоит дорого.
Поэтому бутылка медовухи сопоставимого уровня всегда будет дороже бутылки пива в разы. А для покупателя это все еще слабоалкогольный напиток, который по шарам даст не очень сильно. Какой вопрос задаст среднестатистический покупатель? А зачем платить больше?
Вполне возможно, дело просто в масштабе. У пива огромные бюджеты, и они спонсируют спортивные чемпионаты. А это миллионы миллиардов денег. Да почти любая региональная пивоварня легко уделает по объемам самые большие российские медоварни. У них огромадный рынок наливаек, которые есть в каждом дворе.
У крепкого алкоголя бюджеты еще больше. У вина многовековая культура потребления, поддерживаемая массовой культурой по всему миру.
А производителей медовых напитков относительно немного. И даже если продукт нормальный, то про него банально мало кто знает.
И вот что первично? Медовуха не становится массовой, потому что ее мало покупают? Или ее мало покупают, потому что она не стала массовой?
Потому что чем дольше я работаю в этой отрасли, тем меньше понимаю, почему напиток с историей до сих пор остается настолько нишевым.
Цены на начало июня. Рубль к лире 1:1.58.Ну то есть 10 лир это примерно 16 рублей.
В это время конец мая- начало июня идет черешня и клубника. Клубника очень сладкая... Цена просто сказка.
Это самая дорогая. В среднем черешня по 100-120 лир, в зависимости от размера.
Персики и абрикосы:
Арбузы и дыни от 40-50 лир за кило.
И овощи конечно.Огурцы по 20 лир, помидоры 40 в среднем. Помидоры всегда ищу фермерские, грунтовые. Черри по 40-50 лир.
Вот эти самые дорогие были:
Перцы
Лук, картоха
Ну и всякое разное
Заметили, что местная молочка от «Залесья» или мясные продукты на полках наших супермаркетов стали стоить как-то совсем негуманно? При этом мы всегда гордились, что область сама себя обеспечивает базовой едой, и санкции нам нипочём. Но вот вышло интервью, и можно сделать выводы. Пруфы: https://delovoy39.ru/delovye-novosti/2026-05-22/790-v-kalini...
«Залесье» и другие крупные производители практически полностью заморозили свои инвестиционные программы. Деньги выделяют только на то, без чего заводы и фермы просто встанут. Компании отказались от выплаты дивидендов и тратят всё до копейки чисто на поддержание текущих процессов. Главный страх сейчас - что тупо не хватит оборотных денег на закупку кормов, запчастей и оплату обязательств перед банками. На аграриев давят конские тарифы естественных монополий, дефицит рабочих рук (приходится поднимать зарплаты, чтобы люди не сбежали) и урезание льготных госпрограмм.
Сам Романов называет текущую ситуацию периодом «максимальной неопределённости».
Сельское хозяйство - это такая штука, которая не может стоять на месте. Если ты полностью сворачиваешь инвестиции, не обновляешь оборудование, не закупаешь вовремя классные импортные витамины для коров или новые технологии для переработки, то рано или поздно это аукнется. Какая нас ждёт перспектива осенью и зимой? Вряд ли наши производители смогут удерживать планку. Скорее всего, Калининград плавно пойдёт к тому, что местной агропродукции на полках станет меньше, а её качество неизбежно начнёт падать, потому что экономить станут на всём, на чём можно. И заменить то же «Залесье» привозными товарами из большой России мы не сможем - логистика-то золотая! Снова бум цен.
Так что смотрите внимательнее на составы и сроки товаров. Ну и поддерживаем локальных фермеров, конечно же, им еще сложнее.
