KPodzemelev

Это продолжение моей книги в жанре Попаданец в ЛитРПГ славянское фэнтези с элементами эротики.
Первый том можно найти по ссылке.

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

— Что вы делаете?

— А что не видно? Спускаемся, — раздражённо ответил я.

— Видно.

— Тогда зачем спрашивать?

Она села. Рубаха Мары сбилась на одно плечо. Мария поправила ткань, свесила ноги с печи и внимательно посмотрела, как я преодолеваю последние ступени.

— Тебе нельзя вставать.

— Сегодня удивительно много людей открывают мне эту истину.

Кукуня помогла мне опуститься на лавку возле печи. Тепло от нагретых камней приятно коснулось спины. Я прикрыл глаза и несколько раз осторожно вдохнул.

Мария спрыгнула на пол.

— Что случилось?

— Ничего нового, — сказала Кукуня. — Он всё ещё поломанный.

— Ночью могла начаться горячка! — снова напомнила Мария.

— Спасибо, — выдохнул я. — Я в порядке. Башка на месте.

Мария подошла ближе, но осматривать меня не стала. Видимо, после вчерашнего поняла, что без лечебной магии её врачебные знания ограничивались предложением прижечь всё раскалённым железом.

— На улице снег, — сказала Кукуня.

Мария посмотрела на окно.

— Много, — сказала она. — Если снег продолжится, дорогу заметёт.

— Я уже сказала то же самое, — гордо заявила Кукуня.

— Поэтому выдвигаемся сейчас, — сказал я.

Мария посмотрела на меня с удивлением.

— В таком состоянии вы далеко не уйдёте, — заметила она.

— Уйду, — прохрипел я, уже сам себе не веря.

Кукуня молча скрестила руки на груди и посмотрела на меня с сомнением.

— Что? — спросил я.

— А ну-ка покажи.

— Что показать?

— А вот как ты на Волка-то сядешь.

Мария непонимающе посмотрела на неё, затем на меня.

— Зачем сейчас? Его же здесь нет.

— А ты на лавку сядь верхом.

— Я уже сижу на лавке.

— Вот и перекинь ногу.

Я посмотрел на неё. Потом на Марию. Та тоже явно ждала продолжения представления.

— Хорошо.

Я опёрся обеими руками о край лавки и попробовал поднять правую ногу. Мышцы живота напряглись. Боль мгновенно стиснула грудь. В боку что-то сдвинулось, воздух вырвался из лёгких коротким хрипом. Ногу я поднял едва до половины. Кукуня успела подхватить меня за плечи, прежде чем я потерял равновесие.

— Всё! Всё! Не надо!

— Убедилась? — прошипел я.

— Убедилась.

Мария помогла вернуть меня на лавку. Я понял, к чему клонила Кукуня, и она тут же это подтвердила.

— Верхом ты не доедешь.

— Спасибо за доходчивость, — кивнул я, снова приваливаясь к печи.

— И пешком не дойдёшь, — продолжила она.

— Отличная новость. Тогда я действительно рискую помереть… да от той же горячки.

Кукуня прошлась по комнате, глядя себе под ноги.

— Мы тебя понесём.

Мария посмотрела на неё.

— Он же тяжёлый, как мы…?

Кукуня остановилась. Потом резко подняла голову.

— Волокуша.

— Что? — спросил я.

— Сделаем волокушу. Две длинные жерди, между ними доски или ветки. Дима ляжет сверху, а Волк потащит.

— Колёс нет, — заметила Мария.

— Потому и волокуша. Она будет скользить по снегу, да и по земле бы тоже скользила.

Я задумался. Идея была не самой комфортной. Но в сравнении с путешествием верхом на мёртвом оборотне со сломанными рёбрами выглядела почти разумно.

— Звучит как план, — сказал я. — Было бы из чего собрать эти… эту волокушу.

— Сейчас приспособим жерди, — заявила Кукуня, оглядывая комнату.

Под потолком действительно были протянуты длинные и тонкие стволы высушенных деревьев, к которым подвешивали травы. Длина некоторых достигала четырёх метров — самое то.

— А Волк где? — спросила Мария.

— Возле леса, — ответил я. — Наверное, его вырубило. Пойду разбужу.

Мария чуть нахмурилась, но расспрашивать не стала.

Кукуня уже направлялась к двери.

— Мы сделаем волокушу. Потом я схожу за Волком.

— Нет, — сказал я. — За ним пойду я.

Она резко обернулась. Кукуня упёрла руки в бока.

— Я сама могу его поднять.

— Можешь. Но я сделаю это надёжнее, и по пути он снова не свалится, рискуя убить нас при падении.

Кукуня молчала. Аргумент ей явно не нравился, но возразить было нечем.

— Я дойду, — добавил я. — Там меньше сотни шагов. Уж как-нибудь справлюсь.

Мария с сомнением осмотрела меня.

— В твоём состоянии идти одному глупо.

— А волокуша сама себя не построит. Вы обе нужны здесь.

Княжна прищурилась. Кукуня насупилась, затем недовольно выдохнула и, жестом потребовав, чтобы я стоял на месте, спустилась в подвал и принесла мне оттуда длинный посох, покрытый изображениями птиц и змей.

— Держи.

Я внимательно осмотрел подарок. Система не выдала никаких дополнительных подписей. Это не был волшебный предмет. Но в нём было кое-что. Именно с этим посохом в руках Кукуня встретила меня в первый день нашего знакомства. Любопытно, что с тех пор я его больше не видел.

— Спасибо, — кивнул я и, собравшись с силами, отправился прочь из избушки.

Холодный воздух снова ударил в нос. Всё вокруг было плотно усыпано снежной пеленой. Она скрыла под собой всю листву, грязь и черноту этого места, осветлив самые тёмные уголки леса. Казалось, что с этим белым покрывалом всё вокруг стало куда светлее и радостнее. Воздух был чище, чащоба белее. Даже жуткие сухие ветви, раньше тянувшиеся к небу, теперь превратились в белые мешочки, свисающие вниз.

Опираясь на посох, я двинулся к лесу. Снег доходил почти до середины голени. Обнаружилась скрытая опасность всей этой красоты первого снега. Под ним прятались корни и камни. Каждый шаг приходилось проверять, прежде чем переносить вес.

До кромки леса было меньше сотни шагов. Мне они показались отдельным путешествием.

Тело нашлось возле старой ели. Упавший на землю волколак был практически полностью занесён снегом, однако со стороны дерева его прикрывало, и там торчали задние лапы. Башка лежала отдельным маленьким бугорком перед тушей.

— Ну здравствуй, пёс.

Мертвец, как ему и было положено, не ответил.

Я как мог отряхнул его от снега. Приспособил голову к туловищу. Тело промёрзло. Снег забился в раны, пасть и пустые глазницы.

Раньше для поднятия приходилось долго вызывать страх. Лезть в самые неприятные углы памяти. Вспоминать боль, смерть и людей, которых я подвёл. Теперь хватило одной мысли: «Если туша не встанет, я не доберусь до Миротопи».

Внутри разлился знакомый холод. Ладонь вспыхнула синим пламенем почти сразу. Я опустился на одно колено и коснулся заснеженной шерсти.

Синий свет прошёл по телу от головы до хвоста. Снег взметнулся облаком. Когти врезались в землю. В пустых глазницах загорелось пламя. Волколак резко поднялся. Вся процедура заняла несколько секунд.

— Вот это уже другое дело.

Над зверем проступили строки.

///

Павший Оборотень. Нежить.

Жизнь: 3

///

Значит, три месяца. Раньше я радовался, если он не падал через несколько дней.

— Следуй за мной.

Когда мы подошли к избушке, Кукуня уже выносила связанную волокушу за один край. Мария, державшая второй конец, вышла следом.

Она посмотрела на чудовище. Сначала просто напряглась. Потом её взгляд задержался на морде волколака. На обломанном левом ухе.

Жердь выскользнула из её пальцев.

— Всеволод… — прошептала она.

Кукуня перевела взгляд с неё на зверя.

— Ты его знаешь?

Мария будто не услышала. Она медленно спустилась по ступеням и приблизилась.

— Всеволод.

Волколак не отреагировал. Его синие глаза смотрели в никуда.

Мария встала на носочки и потянулась вверх, коснулась порванного уха. Провела пальцами по старому шраму, большим пальцем по белой полосе. Волколак не моргнул. Только снег, застрявший в шерсти, осыпался ей на рукав.

— Когда он становился зверем, глаза оставались человеческими, — прошептала она. — Я всегда видела, что это он.

И тут я понял, что тот самый возлюбленный, о котором говорила княжна, по иронии судьбы оказался старшим сыном Братомирича. И теперь в глазницах бедолаги горела Навь. Эта новость стала большой трагедией для Марии и большой проблемой для меня.

Девушка взяла огромную морду в ладони.

— Всеволод… это я.

Никакой реакции.

— Посмотри на меня!

Синий свет не дрогнул.

— Всеволод!

Она схватила его за шерсть и встряхнула. Голова качнулась, но зверь продолжал смотреть поверх неё.

— Это я. Мария. Ты же обещал приехать. Ты сказал, что заберёшь меня…

Последние слова вышли почти без голоса.

Мария прижалась лбом к холодному торсу. Волколак стоял неподвижно.

Она отстранилась. Взгляд упал на рассечённую грудь, перерезанное горло, криво приставленную голову. Понимание пришло целиком.

///

Мария Новская.

Лояльность: -5 (-6)

///

Мария повернулась ко мне.

— Что ты с ним сделал?!

— Мария…

— Что ты с ним сделал?!

Нож вылетел из ножен. Кукуня тут же шагнула между нами.

— Клинок убери.

— Отойди!

— Не отойду.

— Это Всеволод!

— Он меня на дерево загнал! — выпалила Кукуня. — И сожрать пытался!

Мария замерла.

— Что?

Кукуня тоже будто только сейчас услышала собственные слова. Злость не исчезла, но голос стал тише.

— Он напал на меня. Ещё до Миротопи. Я тогда его впервые увидела.

Мария посмотрела на меня.

— Она говорит правду?

— Да.

— Он не мог!

— Мог. Загнал Кукуню на дерево и пытался взобраться. Я отвлёк его. Он погнался за мной. Мы свалились в овраг. Он рухнул грудью на копьё и даже после этого продолжал нападать. Я перерезал ему горло.

///

Мария Новская.

Лояльность: -10 (-16)

///

Мария побледнела ещё сильнее.

— Вы знали, кто он?

— Когда убили и подняли — нет. Позже Братомирич перед последней дуэлью назвал его Всеволодом.

— Он страдал?

Я вспомнил вой, кровь на древке и когти возле лица.

— Нет, — солгал я.

///

Мария Новская.

Лояльность: -5 (-21)

///

Она поняла.

— А что было потом? — спросила она.

— Ну… потом, как видишь, я его поднял.

— Зачем?

— Чтобы выживать в этом диком мире, где все хотят меня убить.

Ответ прозвучал жёстко, но оправдываться было нечем.

Мария хотела было отступить от нас с Кукуней, но, остановившись вполоборота, резко посмотрела на меня.

— Ты использовал его тело…

По интонации я не совсем понял, был ли это вопрос или утверждение, но решил ответить.

— Использовал.

— Отправлял в бой?

— Да.

— Его убивали снова?

— Несколько раз.

///

Мария Новская.

Лояльность: -5 (-26)

///

Мария закрыла глаза и отвернулась. Я продолжил, пока она не успела дорисовать в голове что-то ещё хуже:

— После поднятия он не раз спасал нам жизнь. Нёс нас до Миротопи. Охранял в лесу. Сражался с дружиной Братомирича и людьми царя. Если бы не он, Кукуня могла погибнуть. Я тоже.

///

Мария Новская.

Лояльность: -5 (-31)

///

— Ты говоришь о нём как об оружии. А он продолжал страдать, день за днём! Неупокоенный! — Она говорила тише, глядя перед собой. — Ты не просто убил его, ты заставил его умирать снова и снова. Заставлял получать новые раны…

— Потому что для меня он был зверем, который пытался убить нас, и я обратил его ярость против наших врагов. Я не знал его человеком, я видел только зверя.

///

Мария Новская.

Лояльность: -4 (-35)

///

— Ложь! Он не был зверем! — зажмурилась Мария.

Она снова подошла к волколаку и положила ладонь на холодную шерсть. Долго стояла так, глядя на мертвеца и не решаясь сойти с места.

Кукуня через плечо посмотрела на меня с немым вопросом: мол, чего делать-то будем? Я жестом попросил её подождать и кивнул на Марию, намекая, что нужно наблюдать. А та потребовала, не глядя:

— Упокой его.

Я посмотрел на волокушу. На собственные ноги, увязшие в снегу. На дремучий лес, через который нам предстояло пройти. Я понимал чувства Марии. Но, увы, ставил свои цели выше её чувств. Поэтому и ответ мой был суров и непреклонен.

— Нет.

///

Мария Новская.

Лояльность: -20 (-55)

///

— Почему?

— Потому что без него я не доберусь до Миротопи.

Она развернулась так резко, что полы рубахи взметнулись.

— И после всего, что я сказала, ты всё равно отвечаешь мне «нет»?

— А какой ответ тебе нужен? Красивый? Я могу соврать. Сказать, что у нас есть другой способ. Что я ножками поковыляю через заснеженный лес, чтобы помереть там за месяц пути. Но другого способа нет. Так же как нет у меня для тебя другого ответа. Мы делаем не то, что нам хочется. А то, что должны делать.

Мария отвела взгляд. Её пальцы сжимали нож. Ситуация накалялась. Я рисковал потерять новоиспечённую союзницу. Нужно было как-то вразумить её, но у меня были аргументы, которые только мне казались логичными.

— Ты можешь остаться здесь, — сказал я. — Но Мара исчезла. Еды немного. Снег заметает дорогу. Я не знаю, кто ещё придёт к избушке. И не знаю, когда вернусь сюда сам. В любом случае, если оставаться здесь или идти пешком по лесу, мы погибнем куда раньше, чем нам бы того хотелось. Так что, повторюсь, всё, что нам остаётся, — это использовать оживлённого мертвеца.

— Ты ставишь меня перед выбором, которого на самом деле нет.

— Да, — тихо ответил я. — Никто не делает выбор, мы просто пытаемся выжить.

Кукуня посмотрела на меня. В её взгляде мелькнуло удивление, словно она ожидала очередной шутки. Шутить мне уже не хотелось.

Мария опустила голову.

— Он обещал забрать меня, — сказала она. — Я ждала его. Каждый вечер прислушивалась к дороге. Думала, однажды услышу копыта и пойму, что он всё-таки приехал.

Она посмотрела на падающий снег.

— Мы собирались уйти до первого снега.

Никто не ответил. Снег ложился на лысую голову Марии и тут же таял. Вода тонкими дорожками стекала по вискам. Слёзы катились по щекам.

Она снова коснулась морды волколака.

— Первый снег пришёл, — прошептала она.

Кукуня шагнула ближе.

— Я не знала, — сказала она.

Мария не посмотрела на неё.

— Если бы знала, не ездила бы на нём?

Кукуня открыла рот. Закрыла. Потом честно ответила:

— Всё равно ездила бы. Нам иначе было нельзя. Но… наверное, не называла бы его псом.

Это была не самая изящная попытка утешить человека. Но для Кукуни, которая часто бросалась не самыми уместными замечаниями, это было уже что-то.

Мария коротко кивнула.

Я сильнее опёрся на посох. Боль в боку нарастала. Нужно было как-то выходить из сложившейся патовой ситуации.

— Я дам тебе слово, — сказал я. — Когда угроза Миротопи будет устранена, ты сможешь потребовать его окончательного упокоения. И я исполню твою просьбу.

Кукуня резко повернулась ко мне.

— Дима…

Я перебил.

— Каждый заслуживает права на упокоение.

— Но он же…

Она посмотрела на Марию и не договорила.

Мария всматривалась в моё лицо.

— Что значит «угроза будет устранена»?

— Это значит, что мы доберёмся до Миротопи и разберёмся с тем, что угрожает городу прямо сейчас. Не когда-нибудь после войны. Не после победы над царём. Как только волколак перестанет быть необходим для спасения людей.

— А потом ты снова найдёшь причину.

Я промолчал. В каком-то смысле она была права. Угроз было немерено.

Мария прищурилась.

— Странная клятва.

— Зато честная. Можешь предложить свои условия.

Она молчала несколько долгих секунд, всё это время не отрывая от меня взгляда.

— Когда мы придём в Миротопь и опасность, из-за которой ты так спешишь, минует, ты позволишь мне упокоить Всеволода.

Условия стали менее выгодными. Но под Миротопью меня ждала мёртвая дружина. В целом тридцать три мертвеца должны с лихвой компенсировать утрату столь мощного бойца. Своего рода сделка с совестью. Я кивнул.

— Да.

— И не поднимешь его снова.

— Не подниму.

— Поклянись… — она замешкалась, словно не знала, чем я могу поклясться, но довольно быстро нашла: — …именем Кощея.

Я невольно посмотрел на сумку с Оком, лежавшую на крыльце. Клясться именем существа, которое могло в любой момент проявиться рядом и начать отпускать похабные замечания, было даже как-то странно и немножко бессмысленно. Но так было нужно.

— Клянусь именем Кощея Бессмертного и своим княжеским словом. Когда мы вернёмся в Миротопь и непосредственная опасность для города минует, я позволю тебе окончательно упокоить Всеволода. И без твоего согласия больше его не подниму.

Мария закрыла глаза.

— Хорошо.

///

Мария Новская.

Лояльность: -55

///

Она меня не простила. Просто холод, страх и необходимость оказались сильнее ненависти.

Мы закончили волокушу. Получилась почти роскошная по местным меркам конструкция: две жерди, настил, еловые лапы под одеялом и ремни по бокам. Бизнес-класс местного средневековья. Ремни провели через плечи волколака.

Кукуня помогла мне лечь. Она легко взобралась на спину волколака и устроилась ближе к плечам. Мария осталась стоять.

Мария положила ладонь на шерсть. Отдёрнула. Снова прикоснулась.

— Холодный, — прошептала она.

Кукуня промолчала.

Мария закрыла глаза. Наверное, вспоминала другую спину — тёплую, живую. Мужчину, который обещал приехать и увезти её.

Она ухватилась за шерсть и попыталась подтянуться. Нога соскользнула. Кукуня поймала её за запястье. Мария дёрнулась, но руку не вырвала. Кукуня помогла ей забраться.

Княжна устроилась позади, прямая и бледная.

— Держись, — сказала Кукуня.

После короткой паузы Мария обхватила её за пояс.

Я посмотрел на них снизу.

— Готовы?

— Да, — ответила Кукуня.

Мария промолчала.

— Волколак, неси нас в Миротопь!

Синий свет в глазах зверя дрогнул. Он сделал первый шаг. Волокуша дёрнулась. Боль прокатилась по телу. Я вцепился в жерди руками и стиснул зубы.

Второй шаг оказался мягче, и волокуша заскользила по снегу.

Избушка начала медленно удаляться.

От автора: по традиции следующая глава выйдет через 3 дня, или раньше если наберётся 25 лайков)

Сегодня не могу обойтись без очередного опроса мнения среди читателей. Как вам предыдущий том? Меня на самом деле интересует, то что вам не понравилось в истории. Так как я пишу книгу просто о том, что интересно лично мне, каждую главу я считаю важной и нужной и стоящей на своём месте, но что считаете вы?

Это продолжение моей книги в жанре Попаданец в ЛитРПГ славянское фэнтези с элементами эротики.
Первый том можно найти по ссылке.

Глава 1

Глава 2

Глава 3

///

Управление

Комплексный навык.

Текущий ранг: 0.

Позволяет применять приёмы организации людей, распределения обязанностей и контроля исполнения.

Поднять до ранга 1.

Цена: 6 ОП.

///

Обычные навыки первого ранга стоили три очка. Управление просило шесть. Видимо, потому что система признавала за ним существенную важность.

Я открыл подробное описание и ознакомился с перечнем того, что изменится с прокачкой этого показателя. Навык не сделает меня великим полководцем. Не научит строить города и управлять государствами. Не превратит Миротопь в цветущий мегаполис одним щелчком пальцев. Но хотя бы позволит видеть, где именно всё работает неправильно. До сих пор я замечал только последствия своих неверных решений. Навык обещал показать причину раньше, чем она ударит меня по голове.

Это стоило шести очков.

Я на мгновение вернулся к разделу ратного дела. Третий ранг меча. Девять очков. Он помог бы мне лично. Управление помогло бы всем людям, которыми я собирался командовать. С другой стороны, если меня убьют, управлять будет некому. С третьей — обычно меня спасала не техника владения оружием, а количество мертвецов поблизости.

Решение было принято быстро. Почти импульсивно.

Экран вспыхнул.

///

Управление: 1

Осталось очков опыта: 5

///

Пять. Вот теперь разгуляться было негде. Большинство нужных навыков стоило шесть. Особенности — ещё больше. На характеристику не хватало даже близко. Можно было купить один обычный навык первого ранга за три очка и оставить два.

Я вернулся к основному списку. Взгляд остановился на торговле.

У меня было княжество. По крайней мере, я называл его княжеством. Была земля, люди, лодки, лес, рыба, трофейное оружие и куча награбленного добра с кораблей Феликса Коричнезадового. Но не было ни малейшего понимания, сколько всё это стоит.

Я понятия не имел, сколько следует платить солдату. Сколько стоит мешок зерна. Какова нормальная цена лодки. Сколько серебра просить за меха. Как купцы рассчитывают долги. Как понять, что меня обвешивают.

В своём мире я мог открыть интернет и узнать примерную стоимость чего угодно и ещё прочитать с полсотни совершенно бесполезных, противоречивых и бессодержательных отзывов вроде «Товар получил, коробка из бумаги, пока не вскрывал, Муж доволен». Здесь любой торговец мог назвать первую пришедшую в голову цифру, а я бы только важно кивнул, стараясь не показывать, что совершенно ничего не понимаю.

Открыл раздел.

///

Торговое дело

Текущий ранг: 0.

Поднять до ранга 1.

Цена: 3 ОП.

///

Внутри находились отдельные навыки оценки, торга, счёта, ведения долговых записей и ещё много всего. Но первый общий ранг обещал дать хотя бы основы.

///

Ранг 1 позволяет:

— понимать примерный порядок местных цен на предметы;

— приблизительно определять ценность распространённых товаров и услуг.

Точность зависит от региона и доступной информации.

///

Тоже никакого волшебного знания точной цены. Если передо мной окажется неизвестный артефакт, система, вероятно, напишет: «Нет информации».

Я задумался. В Миротопи рано или поздно появятся купцы. Если уже не появились. Люди должны покупать железо, инструменты, ткань, соль. Нам придётся продавать рыбу, лес, меха и всё остальное, что найдётся в округе.

Кроме того, впереди война. А война — это не только люди с мечами. Это еда, одежда, лодки, верёвки, стрелы, железо, лошади. Это куча всего и сразу. И кто-то должен за всё это платить. Можно, конечно, отбирать силой. Но если постоянно отбирать у купцов товары, довольно скоро купцы начнут объезжать Миротопь стороной. Или приплывут вместе с солдатами того князя, который пообещает им защиту.

Нежить была надёжнее денег, но расплатиться мёртвым дружинником за мешок зерна, наверное, не получится.

Я коснулся строки.

///

Торговое дело: 1

Осталось очков опыта: 2

///

Два очка. Я закрыл списки. Передо мной остались только итоговые характеристики. Выглядело солиднее. Не так, как хотелось бы, конечно. Я не стал сильнее. Не прибавил Жизни. Не научился метать молнии. Но теперь у меня появилась своя сила Нави. И два навыка, которые приличествовали князю куда больше, чем умение красиво махать мечом.

Где-то далеко снова раздался едва слышный скрип трости. По поверхности планеты пробежала рябь. Экраны дрогнули. Появился таймер.

///

00:10

///

— Уже?

Девять.

Восемь.

Я огляделся, надеясь увидеть Кощея.

— Ты там?

Семь.

Ответа не было.

— Хоть скажи, правильно ли я всё сделал!

Шесть.

Тишина.

Пять.

Четыре.

Экраны начали распадаться на отдельные символы.

Три.

Стальная планета подо мной вспыхнула зелёным светом.

Два.

Я почувствовал, как что-то касается затылка. Будто ледяные пальцы легли на голову.

Один.

Мир взорвался.

Резкая боль. Такая, словно мне в макушку вставили раскалённый прут, а потом начали медленно проворачивать. Я попытался закричать, но в лёгких не было воздуха.

Перед глазами вспыхнуло первое чужое воспоминание.

Мёртвый человек лежал на снегу. Молодой мужчина в кожаной броне. Грудь пробита копьём. Глаза широко раскрыты и смотрят в серое небо.

Мои руки опускаются ему на лицо. Не мои. Чужие. Грубые, покрытые шрамами.

Я пытаюсь почувствовать Навь. Не вызвать страх намеренно. Не представить что-нибудь страшное. Я просто вспоминаю мгновение, когда сам едва не умер. Холодный провал внутри. Остановившееся сердце. Тьму, в которой больше ничего нет.

Холод течёт по рукам. Глаза мертвеца загораются синим пламенем.

Вспышка.

Другой мертвец. Женщина. Обгоревшая, едва узнаваемая. Рука касается её лба. Никакого чужого источника силы. Никакой Кукуни рядом. Только тонкая ледяная нить, уходящая куда-то за границу мира.

Она слабая. Её едва хватает. Но она моя.

Мёртвая женщина дёргается. Медленно поворачивает голову. Встаёт.

Вспышка.

Я уже не в лесу. Передо мной большая деревня. Десятки людей чинят частокол. Одни таскают брёвна. Другие копают землю. Третьи ходят туда-сюда, изображая занятость.

Человек, чьими глазами я смотрел, был стар. Он не видел над головами цифр, не обладал Истинным зрением. Но с первого взгляда замечал то, чего раньше не заметил бы я.

Людей много. Топоров мало. Двое опытных плотников таскают землю, потому что никто не сказал им заняться воротами. Возле частокола лежат брёвна, но нет верёвок. Человек, отправленный за верёвками, ждёт телегу. Телега стоит у амбара. Возница уверен, что ему велели ждать другого приказа.

Все заняты. Работа почти не движется.

Староста подозвал одного мужика. Назначил его ответственным за ворота. Не просто велел: «Почините». Спросил, сколько нужно людей. Какие инструменты. К какому сроку. Кто принесёт верёвки. Кто проверит результат.

Воспоминание растворилось.

Вспышка.

Большой дом. Распорядитель стоит посреди двора. Слуги бегают во все стороны. Хозяин велел готовиться к приезду гостей. На кухне режут мясо. В погребе считают вино. Во дворе чистят стойла.

Комнаты всё ещё холодные. Никто не принёс дров. Трое слуг ходили за ними по очереди, но каждый возвращался, потому что ключ от сарая находился у четвёртого. Четвёртого отправили на рынок.

Распорядитель не кричит. Он переставляет людей. Отдаёт ключ другому. Назначает старшего. Приказывает сообщать не о том, что работа начата, а о том, что она закончена.

Вспышка.

Военный лагерь. Дождь. Грязь по щиколотку. Сотни вооружённых людей ждут приказа выступать. Приказ давно отдан. Войско не движется.

Не хватает корма для лошадей. Корм есть на другом берегу реки. Телеги заняты мешками со стрелами. Стрелы понадобятся только через несколько дней, но никто не решается разгрузить их без приказа воеводы.

Воевода уверен, что вопрос уже решён. Снабженец уверен, что конюший преувеличивает. Конюший не может оставить лошадей, чтобы лично прийти и доказать обратное. Сотни людей стоят из-за нескольких телег овса.

Слабое место армии — не всегда враг. Иногда это поломанная логистика. Иногда сломанное колесо. Иногда один человек, побоявшийся сообщить начальнику неприятную новость.

Вспышка.

Шумный рынок. В нос ударил запах рыбы, навоза, дыма, мокрой шерсти и пряностей. На прилавке лежит железный топор. Продавец просит за него дорого. Слишком дорого для самого куска железа.

Но цена складывается не только из металла. Кузнец потратил уголь. Время. Работу. Железо привезли издалека. Караван платил охране. Часть товара потеряли на дороге. Купец заплатил за место на рынке. За право пройти через ворота. За то, чтобы его не ограбили местные стражники.

Всё это вошло в цену топора.

Вспышка.

Мешок зерна. После урожая он стоит дёшево. Весной — дороже. В голодный год его стоимость растёт не постепенно. Люди начинают придерживать запасы. Чем меньше зерна появляется на рынке, тем быстрее растёт цена. Тот, у кого полный амбар, может ждать. Тот, у кого голодные дети, продаёт имущество за половину стоимости.

Цена зависит не только от товара. Ещё от времени. Места. Необходимости. Страха.

Вспышка.

Купец улыбается и предлагает соль дешевле всех остальных. Слишком дёшево. Человек, чьи воспоминания я видел, не радуется. Он спрашивает, откуда товар.

Соль может быть краденой. Мокрой. Смешанной с песком. Может принадлежать другому человеку. Может оказаться приманкой для более крупной сделки.

Купец иногда теряет деньги сегодня, чтобы завтра получить доступ к пристани, дороге или княжескому двору. Он торгуется не только за серебро. Ему может быть нужна безопасность. Покровительство. Право пройти без пошлины. Информация. Возможность навредить сопернику.

Вспышка.

Долговая дощечка с зарубками. Человек получает серебро до урожая. Вернуть должен зерном. Если урожай хороший — купец заработает. Если плохой — должник отдаст землю, дом или собственный труд.

Процент может называться подарком. Платой за ожидание. Долей риска. Штрафом. Суть не меняется.

Долг — это право на часть чужого будущего.

Эта мысль показалась до боли знакомой.

Вспышки ускорились.

Мёртвые тела. Деревни. Склады. Лагеря. Рынки. Ладьи. Меха. Железо. Соль. Воск. Овёс. Долги. Приказы. Ответственные. Простои.

Сотни чужих воспоминаний врезались в голову. Я не превращался в каждого из этих людей. Не узнавал их имён. Не запоминал жизнь целиком. Получал только отдельные куски опыта.

Воспоминания накладывались друг на друга. Всё смешалось. Зелёный свет заполнил пространство. А затем резко погас.

Тишина. Темнота.

Я почувствовал собственное тело. Первой вернулась боль в голове. Потом рёбра. Предплечье. Плечо. Шея.

Я сделал осторожный вдох. Бок тут же пронзило.

Открыл глаза. В комнате было темно. Только одна светящаяся иголка плавала возле потолка, медленно описывая круги.

Кукуня лежала рядом со мной. Её ладонь всё ещё покоилась на моей груди. Девушка прижималась осторожно, почти не касаясь перевязок. Чёрные волосы рассыпались по подушке. Дыхание было ровным.

Моя рука лежала на холодной поверхности Ока. Я попытался убрать её. Кукуня во сне крепче прижала ладонь к моей груди. Будто не хотела отпускать.

Пришлось остаться неподвижным.

Сфокусировал взгляд на пальцах. Зелёные строчки появились не сразу. Сначала поплыли перед глазами, распались, потом собрались заново. Сверил обновлённые показатели. Всё сохранилось.

Я прислушался к собственным ощущениям. В голове продолжали мелькать обрывки чужого опыта.

Я смотрел на спальню и неожиданно замечал вещи, на которые раньше не обратил бы внимания. Навык торговли начал подсвечивать цену всего хлама, что лежал вокруг. В подавляющем большинстве случаев цена измерялась в сотых долях одного серебряного. Это действительно была куча старого пыльного хлама.

Я посмотрел на сферу. Сколько могло стоить Око?

Новый навык не дал ответа. Видимо, цена предмета, способного переносить людей между мирами, выходила за пределы основ местной торговли.

Зато цену возвращения в Миротопь я мог оценить даже без нового торгового навыка. Она измерялась одним днём пути, сломанными рёбрами и очень высокой вероятностью сдохнуть где-нибудь под кустом, не дождавшись Светозары. И это если мчать на всех парах. А я в текущем состоянии не самый быстрый ездок.

Сон после прокачки возвращаться не хотел. В голове ещё мелькали рынки, обозы и чужие приказы, но собственные проблемы от этого никуда не исчезали.

В Миротопи оставалась Светозара. Там же оставались люди, которым я обещал защиту, и враги, которые вряд ли собирались ждать, пока князь выспится, выздоровеет и наконец разберётся, как управлять собственным княжеством.

За ставнями медленно серело.

Кукуня первой почувствовала, что я не сплю. Приподняла голову и посмотрела на меня мутными со сна глазами.

— Дима?

— Да?

— Ты… такой горячий… и глаза красные. — Она приложила тыльную сторону ладони к моему лбу.

— Это просто последствия ночного общения с Кощеем, — отмахнулся я.

Она несколько раз моргнула.

— Тебе плохо? У тебя горячка?

— Нет. Всё отлично, просто чувствую боль во всём теле. И дышу с трудом. Но уверяю, с головой всё в порядке. Горячки нет.

Кукуня тут же убрала руку с моего лба и села.

— А чего молчал-то? А я на тебя навалилась?!

— Ты спала.

— И что?

— Решил не тревожить твой сон.

— Дурак.

Она осторожно подложила ладонь мне под плечо и помогла приподняться. На половине движения в боку что-то кольнуло, как будто снова пробило копьём. Воздух застрял в горле. Перед глазами вспыхнули белые точки.

— Тихо-тихо-тихо! — затараторила Кукуня, возвращая меня обратно на одеяло.

Она замерла, склонившись надо мной, и некоторое время прислушивалась к моему сбитому дыханию. Словно могла по звуку определить, сломалось внутри что-нибудь ещё или пока хватит прежних повреждений.

— Нормально, — выдавил я.

— Чего же тут нормального? Ты ещё хуже, чем в прошлый раз!

— Всё заживёт, главное — побыстрее добраться до Миротопи.

Кукуня наградила меня таким взглядом, каким обычно смотрят на человека, окончательно разочаровавшего окружающих своими намерениями.

В комнате понемногу светлело. Сквозь окна пробивались серые полосы рассвета. Одна из светящихся иголок всё ещё парила под потолком, но теперь её сияние почти растворилось в утреннем свете.

Кукуня подошла к окну и распахнула створки. В спальню ворвался холодный воздух, тут же выдув остатки тепла из-под одеяла.

— Закрой! — прохрипел я.

— Снег! — радостно воскликнула Кукуня, будто это что-то меняло.

Она высунулась в окно почти по пояс. Я лежал на кровати и видел только её попку, обтянутую тонкой рубахой, да крупные снежинки, залетающие внутрь и тающие на половицах.

— Много его? — спросил я с надеждой. От мысли, что теперь лес станет ещё менее проходимым из-за сугробов, пробрала неприятная дрожь.

— Всё белое! — довольно подтвердила Кукуня.

— Просто замечательно, — кивнул я сам себе. — Пожалуйста, закрой окно, очень холодно.

Кукуня нехотя вернулась в комнату и захлопнула его.

— Зима пришла, — объявила она.

— Помнится, снег уже выпадал, а потом растаял, — заметил я.

— Там уже сугробы!

Кукуня подошла к кровати.

— Если ещё навалит, дорогу заметёт.

— Значит, надо выдвигаться немедленно.

Кукуня, нахмурившись, осмотрела меня.

— Тебе надо лежать.

— Желательно в Миротопи. Рядом со Светозарой.

Лицо Кукуни тут же стало недовольным.

— Опять Светозара!

— В данном случае меня интересуют исключительно её лечебные способности.

— Исключительно?

— Кукуня, у меня всего одно… я при смерти. Поверь, даже если я захочу заинтересоваться чем-нибудь другим, организм не поддержит инициативу. Единственное, что меня интересует, — это быстрое восстановление. Я чертовски устал постоянно быть таким побитым.

Она всё равно смотрела подозрительно, но спорить не стала.

Процесс облачения обратно в одежду оказался крайне затруднительным. Каждое движение причиняло боль, и я, как старик, делал передышки между тем, как вставлял руку в новенький зипун от подвальных кутюрье Мары. Застегнуть его не получилось: ткань слишком сильно давила на грудь.

Око Кукуня завернула в плотное полотно и сунула в кожаную сумку.

До лестницы я добрался, держась за всё подряд. При каждом шаге тело напоминало, что идея покинуть кровать была откровенно плохой. Казалось, что чем дальше от драки, тем больнее мне становится.

Ступени вниз выглядели как путь с вершины горы. Спускался боком. Одной рукой держался за перила, второй — за Кукуню. Ногу ставил на ступень, переносил вес, ждал, пока боль немного успокоится, и повторял процедуру.

Половицы под моими ногами скрипели так громко, да и я сам кряхтел не тише, что разбудили бы и мёртвого.

Внизу на печи зашевелилось одеяло. Из-под него показалась лысая голова. Мария приподнялась на локте и сонно посмотрела на нас сверху вниз.

От автора: вчера был не очень денёк, по этому пропустил выкладку. Следующая глава значит выйдет не через 3 а через 2 дня.

А пока

Мне тут напихали за персонажа лысоголовую Эльфийку, хотелось бы узнать мнение Пикабу, неужели образ столь неприятный, что читать дальше даже не хочется?

Это продолжение моей книги в жанре Попаданец в ЛитРПГ славянское фэнтези с элементами эротики.
Первый том можно найти по ссылке.

Глава 1

Глава 2

— И что же это? — спросила Кукуня.

— Хм… легче показать.

Я нажал кнопку питания. Ничего. Нажал ещё раз и удержал. Экран вспыхнул. Обе девушки отшатнулись.

На чёрном стекле появился белый знак. Затем устройство завибрировало, раздалась короткая мелодия.

— Он живой? — поинтересовалась Кукуня.

— Нет, — усмехнулся я.

— Тогда почему поёт?

— Это… непросто объяснить.

Экран загрузился. На заставке появился пейзаж ночного города. Кукуня осторожно наклонилась.

— Это окно в другой мир?

— Это фотография.

Мария подошла с другой стороны.

— Оно показывает прошлое?

Я удивлённо посмотрел на девушку.

— В каком-то смысле да.

Я провёл пальцем по экрану. Появилось окно ввода кода.

— Чёрт.

— Что? — спросила Кукуня.

— Нужен пароль.

Попробовал несколько простых комбинаций. Одна-две-три-четыре. Ноль-ноль-ноль-ноль. День рождения Артёма я не знал. После третьей попытки телефон предупредил, что следующая ошибка временно заблокирует ввод.

— Ладно.

На экране блокировки оставались доступными камера и экстренный вызов. Связи, разумеется, не было. В верхнем углу стоял перечёркнутый значок сети. Заряд — шестьдесят три процента.

— Удивительно бесполезная нынче вещь, — угрюмо заключил я.

— Почему? — поинтересовалась Кукуня.

— Ну, во-первых, он заблокирован, как воспользоваться его функциями, я не знаю. А ещё здесь нет связи.

— С кем? — спросила Кукуня.

— С другими такими устройствами.

— Они разговаривают друг с другом?

— В каком-то смысле да… но для работы нужны вышки связи. А тут сотовых операторов я что-то не видел.

Я снова посмотрел на заряд. Шестьдесят два процента. За несколько минут ушёл один. Нельзя было тратить батарею впустую. Неизвестно, когда телефон пригодится и получится ли его вообще зарядить в этом мире.

Выключил устройство. Экран погас. Кукуня разочарованно вздохнула.

Я завернул смартфон в чистую ткань и положил рядом с Покровом Нави.

После этого началась самая неприятная часть вечера. Лечение.

Ни Кукуня, ни Мария не были настоящими лекарями. Мази Мары не осталось. Серебрянка без остальных трав не помогла бы. Идти ночью через лес до Миротопи было глупо.

Оставалось то, что люди делали задолго до появления нормальной медицины. Промыть. Перевязать. Прижечь.

От последнего я категорически отказался и велел остановиться только на перевязке открытых ран. Рёбра наружу не торчали, кровью я не кашлял, значит, лёгкие целы.

— Но раны могли быть заражены, — заметила Мария. — Их обязательно следует прижечь.

— До утра доживу, — сказал я.

— При условии, что не начнётся горячка.

— А если начнётся? — поинтересовалась она.

— Ну… тогда, думаю, Кукуня привяжет меня к волку и отправит прямиком в Миротопь, где уже есть волшебная помощь, — усмехнулся я.

— Ну… а почему нет? — пожала плечами Кукуня.

Мария одарила нас обоих непонимающим взглядом, но перечить больше не стала.

За окнами стояла глубокая ночь. На самом деле с момента моего исчезновения прошло совсем немного времени. Кукуня сказала, что всего несколько ударов сердца. В Нави же я провёл не меньше часа. Может, больше. Время снова отказалось работать нормально.

Выдвигаться в путь сейчас было бессмысленно. Даже здоровым ночью в этом лесу лучше не ходить. А с одним очком Жизни, сломанными рёбрами и укусами потусторонней твари я бы не прошёл и десятка километров.

Мы отправились ко сну. Кукуня на правах хозяйки дома отправила Марию на печь. Я же устроился на кровати Мары, так как та была побольше. Положил сферу из Нави возле головы, чтобы сигнал уж точно добил.

Лёг на бок. На спине больно. На животе невозможно. На левом боку сломаны рёбра. На правом тянуло плечо. После нескольких попыток устроился полусидя, опираясь на свёрнутое одеяло.

Кукуня легла рядом. Прижалась осторожно, чтобы не касаться ран. Положила ладонь мне на грудь, будто собиралась всю ночь проверять, бьётся ли сердце.

Я закрыл глаза. Перед внутренним взором всплыло лицо Кощея. Его подмигивание. Ухмылка. «Жду не дождусь следующей серии жарких воспоминаний с этой эльфийкой».

Светящиеся иголки под потолком постепенно гасли одна за другой. В комнате становилось темнее. Последний оранжевый огонёк отражался на гладкой поверхности Ока.

Я смотрел в это искажённое отражение. На себя. На Кукуню. Положил ладонь на холодный металл. Кукуня крепче прижалась ко мне. Её дыхание постепенно стало ровным.

Я попытался расслабиться. Тело болело так, будто Пиковая Дама всё ещё продолжала жевать меня сразу обеими пастями. Повязки тянули кожу. Раны пульсировали. Каждый вдох упирался в сломанные рёбра.

Но я был дома. Уже дома. И пока этого было достаточно.

Закрыл глаза. Тьма накрыла сознание почти мгновенно. Последним, что я почувствовал перед сном, был холод Ока под ладонью. А последним, что услышал, — тихий скрип трости по другую сторону сна.

Скрип трости повторился. Сначала где-то совсем рядом. Потом звук удалился, прокатился по ту сторону сна и затих.

Я, как мне показалось, открыл глаза. Ни рук, ни израненного тела у меня больше не было. Исчезла спальня Мары. Исчезло осторожное тепло прижавшейся ко мне Кукуни. Пропала даже боль, ещё несколько мгновений назад сжимавшая грудь при каждом вдохе.

Вокруг раскинулся космос. Густая чернота, украшенная редкими звёздами. Ни верха, ни низа, ни малейшего ощущения собственного веса.

Где-то далеко впереди тускло мерцала зелёная точка. Она стремительно приближалась. Или это я летел к ней.

Точка выросла в шар, затем в огромную сферу, а спустя несколько мгновений подо мной уже вращалась знакомая стальная планета, испещрённая мириадами тонких прямых линий, формирующих мистический зелёный цифровой узор.

По её поверхности носились зелёные огоньки. Они сталкивались, собирались в плотные узлы, разбегались, словно муравьи по разрушенному муравейнику.

— Кощей? — позвал я.

Голос разлетелся во все стороны. Вернулся тихим эхом. Ответа не последовало.

— Я слышал твою трость.

Ничего.

— Мог бы хотя бы поздороваться.

Стальная планета продолжала медленно вращаться. Я всмотрелся в темноту, ожидая увидеть старика. Но Кощея нигде не было.

Зелёные огни на поверхности планеты начали менять направление. Сотни светящихся точек устремились друг к другу и сложились в несколько ровных линий. От сферы отделились полупрозрачные экраны. Они окружили меня со всех сторон.

На ближайшем появился контур моего тела. Затем начали формироваться строки.

///

Дмитрий Кощеев, князь

Сила: 3

Проворство: 5

Жизнь: 1 (6)

Чутьё: 4

Дух: 3

Навыки:

Владение мечом: 2

Способности:

Распутство: 2

Истинное зрение: 2

Живоносная ворожба: 1

Касание Нави: 3 (2539:12)

Морок: 1 (114:15)

Социальные параметры:

Величие: -5

Благодать Нави: -3

Очки опыта: 17

///

На тот момент я был столь рассеян, что всё моё внимание сузилось до одной-единственной строчки с опытом, и тот факт, что «Распутство» отображалось иначе, я вообще проморгал.

Семнадцать очков для развития. В прошлый раз было двенадцать, ещё до всех приключений в Нави. Затем я надел плащ и вышел уже с единицей здоровья. Одну единицу я потерял не в бою с монстром, а упав с крыши. По факту я причинил вред сам себе собственной тупостью. Но система начислила мне очки опыта. Теоретически это некий абуз системы, но там я, конечно, прошёл по краешку, повторять эту процедуру совершенно не хотелось.

Я коснулся строки с опытом. Экран развернулся, заполняя собой почти всё пространство, предлагая варианты развития. В очередной раз он завалил меня множеством категорий навыков, на каждый чих и на каждый вид деятельности. Отдельный навык на каждый меч, топор, копьё, ремесло, способ завязывания узлов и, наверное, если прямо посидеть покопаться, то можно найти и на умение правильно подтираться листьями в лесу. Чрезвычайно перегруженная система. Интересно, сколько благодати Нави нужно отвалить Кощею, чтобы он сделал систему полегче.

В прошлый раз я потратил очки опыта на развитие владения мечом и на навык лечения. Если поначалу каждое вложение не проявляло себя в полной мере, то впоследствии каждое из них окупилось. И лечение крестьян после бойни, и сражение с Братомиричем и Пиковой Дамой стоили каждой потраченной единицы опыта.

Можно было продолжить развивать меч. Следующий ранг стоил девять очков. Оставалось бы восемь.

Ещё можно было освоить щит, копьё или стрельбу из лука. В этом мире умение убивать людей явно никогда не будет лишним.

Но сейчас главной проблемой был не меч.

Я открыл раздел ворожбы. На тот момент у меня всё ещё был активен Морок, дарованный Светозарой. Вот только эффективность его применения оказалась весьма и весьма сомнительной. Я бы даже сказал, переусложнённой. В конце концов, если мне дарована сила повелевать мёртвыми, может, я просто буду говорить: «Восстань во имя Кощея» — и мёртвые будут подниматься? Можно обойтись без всей этой кутерьмы с эмоциями?

Ну, как говорится, мечтай в одну руку, сри в другую, потом проверишь, какая быстрее наполнится…

В общем, нужно было принять ответственное решение, куда дальше качать персонажа. За ошибки я платил очень дорого — собственной жизнью, — и ошибаться мне чертовски не хотелось.

В бою Морок пока оставался практически бесполезен. Я не успею успокоить разум, если передо мной стоит мужик с мечом и собирается распороть живот. На переговорах тоже. Там приходится следить за словами собеседника, думать над ответом и одновременно стараться понять, где именно тебя обманывают. Какая уж тут пустота в голове.

Кроме того, Морок никуда от меня не денется. Светозара находилась далеко, в Миротопи, но её лояльность продолжала поддерживать способность. Отношение девушки ко мне удивительным образом росло почти независимо от моих поступков. Я оставлял её заниматься чужими проблемами. Командовал. Спорил. Периодически заставлял делать то, чего она не хотела. Кукуня за половину этого уже несколько раз обиделась бы, убежала в лес, вернулась, снова обиделась и для надёжности выстрелила бы мне в ногу.

Светозара же могла смотреть холодно, язвить и возмущаться, но её лояльность постепенно росла. Возможно, ей нравилась власть. Возможно, нравился я. А может, она просто понимала, что без меня её перспективы ограничиваются ролью беглой княжны. Хоть она это и отказывалась признавать.

Как бы там ни было, получить Морок от Светозары снова я смогу. Нужно только вернуться в Миротопь и окончательно не испортить наши отношения.

Тратить шесть очков на силу, которая у меня уже есть и которой я почти не умею пользоваться, было неразумно.

Следом открыл Касание Нави. Вот здесь всё было значительно интереснее. Все мои три ранга принадлежали Кукуне. Я уже знал, насколько быстро меняется сила Нави вместе с её отношением ко мне. Одна неудачная фраза, один спор, один слишком долгий взгляд в сторону другой женщины — и Касание ослабевало.

Кукуня была преданной. Наверное, самым преданным мне человеком во всём этом мире. Но её преданность не делала зависимость менее опасной. Скорее наоборот. Крайне переменчивое настроение и острая реакция на всё подряд делали нашу связь очень шаткой. При этом Кукуня давала мне самую ключевую силу, которая определяла меня как правителя и превращала просто из голого мужика в лесу в политическую фигуру, с которой рано или поздно придётся считаться всему этому миру.

Если вся твоя сила держится на любви другого человека, однажды ты начинаешь думать не о том, правильно ли поступаешь, а о том, не разлюбит ли он тебя после этого. Я не хотел превращать отношения с Кукуней в постоянную попытку удержать цифру лояльности. И не хотел однажды проснуться без власти над нежитью только потому, что сказал что-нибудь не то.

Я видел, как это уже происходило. До сих пор мне везло. Но строить княжество на везении — сомнительная идея. Впрочем, всё моё княжество пока состояло из захваченной деревни, выгоревшего острога, горстки людей и армии трупов. Возможно, везение было его основным природным ресурсом.

Я снова посмотрел на цену. Шесть очков. Больше трети всего накопленного опыта. Шесть единиц Жизни. Если переводить в реальные ощущения — смерть от рук Братомирича целиком или несколько особенно удачных укусов Пиковой Дамы. Дороговато.

Зато собственная способность останется со мной, что бы ни произошло. Если Кукуня уйдёт. Если её похитят. Если мы окажемся далеко друг от друга. Если она окончательно разочаруется во мне. Или если я сам буду вынужден сделать что-то, чего она никогда не простит.

Последняя мысль мне не понравилась. Я постарался от неё отмахнуться. Кукуня сейчас была рядом. Она верила мне. Я не собирался предавать её или намеренно причинять боль. Но независимость покупают не потому, что обязательно ждут катастрофы. Ремень безопасности тоже пристёгивают не ради того, чтобы непременно въехать в дерево.

Я коснулся светящейся строки.

///

Приобрести собственный первый ранг способности «Касание Нави».

Цена: 6 ОП.

///

Надпись вспыхнула. Зелёные линии на стальной планете одновременно замерли. Потом по ним прокатилась яркая волна света.

///

Касание Нави

Собственный ранг: 1

Заимствованный ранг: 3

Итоговый ранг: 4

Осталось очков опыта: 11

///

Четвёртый ранг. Неплохо.

В прошлый раз воспоминания и навыки пришли уже после выхода из системного пространства. Видимо, в этот раз система решила мне ничего не показывать, так как я и без того владел базовым инструктажем от Кукуни.

Зато у самой способности появилась звёздочка в конце. Я нажал на обновлённую строку. Описание способности развернулось.

///

Касание Нави.

Текущий итоговый ранг: 4.

Продолжительность существования средней нежити:

Ранг 1 — один час за каждую единицу Жизни.

Ранг 2 — один день за каждую единицу Жизни. Удалённое применение. Массовое применение.

Ранг 3 — семь суток за каждую единицу Жизни. Удвоение радиуса действия.

Ранг 4 — один месяц за каждую единицу Жизни.

Пример:

Средняя нежить с показателем Жизни 4 сохраняет активность около четырёх месяцев.

Продолжительность может изменяться в зависимости от сохранности тела и условий использования.

///

Сведения о ранге 5 скрыты.

Я несколько раз перечитал информацию. Семь суток за единицу Жизни на третьем ранге. Месяц на четвёртом. Разница получалась огромной. Мертвец с четырьмя единицами Жизни раньше существовал бы около четырёх недель. Теперь сможет протянуть четыре месяца.

Это уже не временный солдат. Такого можно поставить охранять склад, дорогу или пристань и не поднимать заново каждые несколько дней. Создать гарнизон, который не требует еды, жалования и сна.

Правда, мертвецы не отличались особым умом. Им приходилось отдавать простые приказы. Если велеть охранять дверь, они, скорее всего, будут охранять её даже тогда, когда дом сгорит, а саму дверь унесёт течением. Или ещё хуже — будут охранять от своих. Но это уже вопрос управления.

Ну и расстояние всё ещё оставалось очень большой проблемой. Мой потолок — расстояние до горизонта, а это не то чтобы много. Как бы мне не превратиться в классического злодея в тёмной башне, окружённого линиями обороны из нежити, на которого устраивают рейды местные искатели приключений.

Я вернулся к списку навыков. Оставалось одиннадцать очков. Можно было потратить девять на третий ранг Владения мечом и оставить два. Предложение выглядело заманчиво.

Но перед глазами возникла Миротопь. Люди, толпящиеся возле сгоревшего острога. Дома. Лодки. Мёртвые дружинники. Мира, неожиданно ставшая моей управляющей. Светозара, лечащая людей и одновременно изображающая жрицу новой власти. Ярополк, тренирующий крестьян. Куча дел, которые существовали сами по себе и держались исключительно на надежде, что кто-нибудь ими займётся.

До сих пор я управлял Миротопью примерно так же, как играл когда-то в стратегии. Выделял человека. Говорил: «Сделай». И ожидал, что дальше всё произойдёт самостоятельно. Вот только в играх за каждым рабочим сидел разработчик, заранее прописавший ему поведение. Настоящим людям требовалось объяснять задачу. Выдавать инструменты. Проверять, поняли ли они приказ. Назначать ответственного.

Мне же постоянно казалось, что достаточно громко сказать — и всё завертится. Не завертелось.

Открыв раздел ремёсел, я увидел ещё один очень полезный навык.

От Автора: Всем спасибо за ваши плюсы, однако судя по реакциям народу на пикабу не очень заходит моё творчество, странно, что минусить люди не стремятся, наверное лень.

Ну а акция невиданной щедрости продолжается. Следующую главу планирую опубликовать через три дня и если наберётся 25 лайков, то выпущу бонусную главу раньше)

Всем бодрого вечере четверьга!

И всех с днём знаний!

Это продолжение моей книги в жанре Попаданец в ЛитРПГ славянское фэнтези с элементами эротики.
Первый том можно найти по ссылке.

Глава 1

Подняться самостоятельно не получилось.

Я упёрся ладонью в пол, перенёс вес на колено и сразу понял, что совершил ошибку. Боль прошла от левого бока до самого позвоночника. Воздух вырвался из лёгких коротким хрипом.

Кукуня подхватила меня под правую руку.

Мария — под левую.

— Осторожнее с плечом, — предупредил я.

— С каким? — спросила княжна.

— С обоими.

Они подняли меня. Ноги выдержали не сразу. Колени задрожали, пришлось навалиться на девушек всем весом.

— Тяжёлый, — выдохнула Мария.

— Князь, — ответила Кукуня. — Ему положено.

— Я могу сам идти.

Обе одновременно убрали руки.

Я сделал один шаг. Второй. На третьем пол качнулся.

Кукуня снова подхватила меня.

— Сам, значит?

— Просто проверял вашу реакцию, — усмехнулся я.

— Проверил?

— Да.

— И как?

— Лучше далеко не отходи.

Мария закатила глаза.

С горем пополам мы спустились на первый этаж. Адреналиновый отходняк с каждой минутой открывал мне всё новые грани того, что во мне сломала Пиковая Дама.

Кукуня велела ждать и забегала по избушке. Принесла дрова, вытащила из-под лавки охапку сухой бересты, отправила Марию за водой.

Княжна возмутилась:

— Почему я должна…

Кукуня наградила гостью взглядом, по силе не уступавшим взгляду Мары. Даже мне стало не по себе.

Мария поджала губы, но всё же взяла два ведра.

Я наблюдал за ними, сидя на полу, прижавшись к тёплой печке и стараясь не потерять сознание.

Где-то рядом застучали вёдра. Мария что-то раздражённо сказала. Кукуня ответила ещё более раздражённо. Потом хлопнула дверь бани.

Я прикрыл глаза. Передо мной снова возник Кощей.

«В прошлые циклы такого не было».

Циклы. Не попытки, не случаи, не времена. Именно циклы.

Слово звучало слишком технически для сказочного деда с костяной короной. Хотя сам Кощей всё меньше походил на сказочного персонажа. Он рассуждал о машинах, знал мой мир, разбирался в «Оках», говорил о вероятностях. И, что хуже всего, явно знал, что произойдёт со мной дальше. Просто не собирался рассказывать.

— Дима!

Я открыл глаза. Кукуня стояла передо мной, держа в руках нож.

— Что? — насторожился я.

— Кольчугу снимать будем.

— А нож тебе зачем?

— Там часть одежды в раны впеклась. Будем распарывать, чтобы кожу не драть.

— А-а.

— А ты что подумал?

— Да так… ничего.

Кукуня с прищуром посмотрела на меня и опустилась на колени. Сначала сняла перевязь с мечом. Затем осторожно расстегнула остатки ремней, удерживавших кольчугу. Большая часть креплений была разорвана. Металлические кольца расползлись, как старая сетка.

Там, где Пиковая Дама хватала меня когтями, в плетении зияли прорехи. Возле плеча металл был разодран укусом. На груди кольца, пробитые ударом Братомирича, разошлись ещё шире. Бок, залитый кровью, вообще остался без защиты.

Кукуня попыталась стянуть доспех через голову. Кольчуга зацепилась за рану. Я зашипел.

— Стой.

— Где?

— Слева.

Она провела пальцами по металлу, нашла место, где обломанные кольца вошли в зипун вместе с засохшей кровью.

— Резать придётся.

— Режь.

Нож прошёл через ткань. Кукуня медленно отделила остатки подкладки от кожи. Каждый оторванный кусок отзывался острой болью. В какой-то момент вместе с тканью вытянулся сгусток крови, и по боку потекло тёплое.

— Плохо, — прошептала девушка.

Она разрезала остатки подкладки и наконец сняла кольчугу. Доспех упал на пол тяжёлой бесформенной грудой.

Я посмотрел на него, ожидая информации от истинного зрения.

///

Кольчужная рубаха.

Поглощение урона: 0

Целостность: 0

///

— Ну вот, — вздохнул я. — Послужила верой и правдой.

— Она спасла тебе жизнь. Если бы не доспех, порвало бы тебя в клочья.

— Да уж…

Кукуня отложила остатки кольчуги к стене и подняла с пола Покров Нави. На удивление, этот артефакт выглядел совсем иначе, хотя и был поверх кольчуги. Ни разрывов, ни крови, ни чёрной жижи, ни царапин от когтей.

Я сфокусировал взгляд.

///

Покров Нави.

///

Кукуня провела ладонью по плащу.

— Чистый, — удивилась она. — На тебе живого места нет, а ему ничего.

— Судя по тому, что я вижу истинным зрением, это и не доспех. Никаких показателей защиты, — задумчиво произнёс я, разглядывая ровные кожаные швы.

Кукуня наградила меня взглядом, полным сомнений, каким обычно смотрят на детей, рассказывающих про свои игрушки. Заметив это, я кашлянул и умолк. Её можно было понять: мой мозг, привыкший к оцифровке всего и вся, даже здесь рассматривал объекты через призму цифр — цена, вес, калории, мегабайты, мегагерцы. В этом же мире вещи просто были. И характеристиками у них служили вполне базовые переменные: «полезно» и «не полезно».

— Ну что, теперь в баню? — спросила она.

На улицу я вышел почти раздетым. На теле остались только остатки штанов и разрезанная нижняя рубаха, прилипшая к крови. Кукуня накинула мне на плечи одеяло, но теплее не стало.

Ночь встретила холодом. В лесу было тихо. Из трубы бани уже поднимался дым. Окна избушки светились тёплым оранжевым светом. Промозглый ветер раскачивал кроны деревьев, и избушка на курьих ножках мерно покачивалась, тихонько поскрипывая.

Кукуня толкнула дверь бани. Оттуда вырвался горячий пар.

— Заходи.

Я шагнул через порог. В нос ударил тёплый воздух, пахнущий дымом и мокрым деревом. В углу стояла бочка с водой. На полке лежали чистые тряпки, нож и деревянная чашка. По углам тесной бани клубились светящиеся иголки.

Дверь за нами закрылась. Мы с Кукуней остались вдвоём.

Она несколько секунд стояла передо мной, будто оценивая предстоящую работу. Баня была растоплена не слишком сильно, воздух стоял тёплый, но не обжигающий. Поэтому девушка предпочла остаться в длинной рубахе, подвязанной бечёвкой. Однако Кукуня уже начинала потеть, и намокшая ткань плотно прилегала к телу, практически обнажая фигуру.

Собравшись с мыслями, она взяла нож и взялась за остатки моей рубахи. Ткань пришлось разрезать. Она прилипла к ранам, крови и чёрной жиже. В некоторых местах Кукуня смачивала её водой, ждала, пока размокнет, и только потом отделяла от кожи.

Я старался не издавать звуков. Получалось плохо. Раны ныли сами по себе, а при каждом прикосновении пронзали тело болью до судорог.

— Там что-то есть, — сказала Кукуня.

— Где?

— Внутри.

Она осторожно раздвинула края раны на предплечье. Я почувствовал, как её ноготь коснулся чего-то твёрдого. Острая боль пронзила руку. Я вздрогнул и попытался вырваться, но хватка Кукуни была крепче, чем можно было ожидать от хрупкой девчушки.

— Кажется, зуб, — задумчиво сказала она, не обратив внимания на мои попытки вырваться.

— Зуб? — прошипел я.

— Сейчас попробую…

Кукуня, закусив губу, попыталась вытащить его пальцами. Я зажмурился.

— Крепко сидит, — пробормотала она, словно ища, чем бы его подцепить.

— Давай потом достанем. Ничего страшного, что он там сидит.

— Разве? Тебе же больно будет.

— Нормально, — замотал я головой. — Потом в Миротопи Светозар своим чародейством выдавит его наружу.

Я не был уверен, что это так сработает. Вполне возможно, что, зажив, рана оставит инородное тело внутри, и тогда оно начнёт разрывать плоть изнутри. С другой стороны, я видел, как кости вставали на место и срастались от моих же прикосновений. Оставалось надеяться, что магия выполняет полный комплекс медицинских услуг.

— Ах, Светозара… — Кукуня глубоко вдохнула, поджав губы.

Штаны тоже были пущены под нож. Когда я оказался совершенно голым, Кукуня зачерпнула тёплую воду ковшом и медленно вылила мне на спину.

Первые капли показались кипятком. Тело отозвалось болью сразу во всех местах. Я вцепился пальцами в табуретку.

— Горячо?

— Не… нормально, — махнул я.

Кукуня разбавила воду. Следующий ковш оказался существенно горячее. Я опять зажмурился, но звуков не издал. В воздух поднялись клубы пара.

Чёрная кровь потекла по коже густыми разводами, смешалась с водой. Капли падали на пол, оставляя тёмные лужицы. Запах тухлого мяса усилился настолько, что девушка поморщилась.

— Чем бы ни была эта тварь, внутри у неё всё давно испортилось, — сказал я.

— Давай рассказывай, — потребовала Кукуня с лёгкой ноткой раздражения.

— Что рассказывать?

— Всё.

— Хочешь прямо сейчас?

Кукуня вылила воду прямо на укус. Я дёрнулся.

— Всё рассказывай, — повторила она.

— Это что, пытка? — я посмотрел на неё, подняв брови.

— Пока нет, — сказала она, отводя взгляд.

Она взяла кусок грубой ткани и начала осторожно стирать чёрную жижу с моей спины. Я стал в деталях рассказывать, что случилось со мной по ту сторону Нави. Про тоннели, двери, свой мир, чужой мир, кусок спального района. На моменте, где я встретил сам себя, рука Кукуни замерла.

— Живого? — переспросила она.

— Не-ет… — протянул я. — Там всё было очень… неоднозначно.

Кукуня продолжила смывать кровь. Я рассказал о переплетении путей. О том, как знакомая улица превратилась в кусок замёрзшего прошлого, через который проходили дороги между мирами. О «девятке» Артёма. О багажнике, забитом посылками. О десятках бумажных свёртков и металлических сферах, приготовленных для неизвестных людей.

Кукуня посмотрела на меня так, будто теперь даже она начала сомневаться в моём рассудке.

— Понимаю, звучит странно.

— Очень.

— Но так было.

— Я тебе верю.

Кукуня смыла кровь с моей шеи. Ткань прошлась по багровым отпечаткам пальцев. Я зашипел.

— Дальше.

Я рассказал о Кощее. О том, как старик копался в моей памяти. О вопросах, на которые не захотел отвечать. О предупреждении насчёт войны. Некоторые подробности воспоминаний, которые особенно заинтересовали Кощея, я опустил.

— А потом появилась Пиковая Дама, — сказал я.

— Красивая? — Кукуня упёрла руки в бока.

— Очень. Особенно нижняя половина.

Кукуня ущипнула меня за здоровый бок.

— Ай!

— Не дразнись.

— Ты не поняла… это был монстр. Она состояла из двух женщин, сросшихся животами. Четыре руки, две головы и ни одной ноги.

Кукуня нахмурилась.

— А как она ходила?

— На руках.

— Быстро?

— Очень.

Я рассказал о бое. Об обмене ударами. О том, как тварь швыряла меня в стены и машину. Как прокусила предплечье. Как Касание Нави не причинило ей вреда. Кукуня слушала молча. Чем дальше я рассказывал, тем сильнее сжимались её губы.

Мой рассказ закончился на том, что я при помощи мёртвого курьера Артёма забил тварь и обнаружил внутри проход обратно в избушку Мары.

В бане стало тихо. Только вода капала на пол да потрескивали дрова в печи.

Я повернул голову и посмотрел на Кукуню. Она стояла сбоку от меня. Волосы прилипли ко лбу от пара. На щеке осталась полоса чёрной крови, которую она случайно размазала рукой.

Кукуня положила руку мне на затылок. Пальцы медленно прошлись по волосам.

— Твари сила Нави была нипочём? Что же ещё ждёт нас по ту сторону?

Я вздохнул, насколько позволяли сломанные рёбра.

— Если тот мир — это Навь, то логично, что Касание Нави для них — обыденность. Хотя, честно говоря, я хрен знает, как это должно работать. Но можно с уверенностью сказать, что эту тварь всё равно можно убить. Я видел страх в её глазах. Оно боялось, когда я начал побеждать.

— Если оно чувствует страх, получается… оно разумно?

— Получается. Волколак тоже чувствовал страх, — пожал я плечами и посмотрел вниз, на мокрые доски.

Снова в бане воцарилась тишина. До этого момента чувства монстров меня заботили не сильно. Я старательно пытался не думать о том, что у этих тварей тоже могут быть эмоции. Не хватало ещё морально-этические дилеммы решать.

— Нечисть есть нечисть. Либо мы её, либо она нас, — сказал я.

Кукуня наклонилась и прижалась лбом к моему виску. Несколько мгновений мы сидели молча.

— Больше не уходи туда один, — прошептала она.

— Постараюсь, — тихо кивнул я.

И я не врал. У меня вообще отпало всё желание путешествовать в параллельные миры. Уж больно там всё чудно.

Кукуня отстранилась и хитро посмотрела на меня. Стянула свою рубаху, обильно испачканную в красно-чёрной крови, и бросила на пол. Видимо, всё это время она не раздевалась специально, чтобы не испачкаться.

Не буду врать: я снова задержал взгляд на её теле. Стройное и сильное, без грамма лишнего жира, оно отлично смотрелось бы на рекламе фитнес-центра.

Заметив мой взгляд, Кукуня чуть помедлила, прежде чем начать мыться, и поводила руками вдоль бёдер и живота, смахивая грязные капли. Ей явно нравилось, как я на неё смотрю. А мне, чего уж скрывать, нравилось смотреть на обнажённую Кукуню.

В тот же момент я ощутил прилив крови внизу живота. Сердце ускорило ритм, и я уже было хотел предложить Кукуне не просто помыться, но стоило вдохнуть поглубже — и боль, резанувшая в боку, тут же вытеснила пошлые мысли из головы.

Увидев, как я поморщился и схватился за рёбра, Кукуня чуть расстроилась. Видимо, она всё же рассчитывала не просто на «помыться».

Потом мылись молча. Кукуня смывала кровь с рук, груди и лица. Чёрная жижа плохо отходила от волос. Пришлось несколько раз промывать голову горячей водой и натирать золой.

Обратно в избушку вернулись, когда вода на полу бани стала почти чёрной.

Кукуня нашла мне одежду в запасах Мары. Простые штаны, длинную рубаху и старый тёплый зипун. Всё оказалось немного велико, но после разорванного тряпья выглядело почти княжеским нарядом. Да и мои раны не располагали к тесным одеждам.

Пока Кукуня готовила кровать на втором этаже, я внизу, с Марией, решил проверить снаряжение после боя. С кольчугой всё было ясно — её на лом. Меч пережил бой лучше. На лезвии появились новые царапины, несколько телескопических секций двигались с заеданием, но первый режим всё ещё работал.

Покров Нави чистый. Целый. Я поднял его. Ни одного повреждения.

Получалось, Пиковая Дама могла сломать рёбра, прокусить кольчугу, разорвать одежду и почти убить меня, но не оставила на Покрове даже царапины.

— А ты оказался крепче меня, — сказал я плащу.

— Он тебе ответил? — с опаской спросила Мария.

— Нет, — отрезал я, едва удержавшись, чтобы не закатить глаза.

— Это хорошо.

Я сложил Покров на скамейку. Тут раздался голос Кукуни, спускающейся со второго этажа:

— Дима! Ты ещё какую-то штуку принёс с той стороны!

Она подошла и протянула чёрный стеклянный прямоугольник в пластиковом корпусе. Он весь был покрыт царапинами. На углу появилась трещина. В щель возле камеры забилась засохшая чёрная кровь. Но это был смартфон. Курьера.

Видимо, он чудом уцелел в драке с Пиковой Дамой и вывалился, когда я пролезал через неё обратно в избушку Мары, или когда пытался стянуть с себя проклятый Покров Нави.

— Что это? — Мария подошла ближе, с интересом изучая находку.

— Это смартфон, — констатировал я, забирая артефакт своего мира.

От автора: прошлый пост собрал немыслимые 16 плюсиков, и честно сказать это редкость на моих постах, видимо предложение новых глав за лайки работает, так что предлагаю пока оставаться в этой системе, следующая глава будет через 3 дня, но если соберётся 25 лайков, выдам бонусную главу) Всем приятного воскресенья!

Это продолжение моей книги в жанре Попаданец в ЛитРПГ славянское фэнтези с элементами эротики.
Первый том можно найти по ссылке.

...

— Любопытно… — прищурившись, повторил Кощей.

Я лежал на полу спальни Мары, прижимая к себе Кукуню, и смотрел поверх её плеча на старика.

Кощей рассматривал собственные ладони. Сгибал пальцы. Медленно поворачивал кисти.

Провёл ногтем по предплечью, словно проверял, чувствует ли прикосновение. Затем коснулся груди, живота, лица. Всё это он делал с таким сосредоточенным любопытством, будто впервые обнаружил, что у него вообще есть тело.

— Что? — Кукуня чуть отстранилась от меня.

Её руки всё ещё обнимали мою шею. На платье расплывались пятна чёрной крови Пиковой Дамы, смешанной с моей собственной. Девушка проследила за моим взглядом и посмотрела в тот же угол.

— Ты его не видишь? — спросил я.

— Кого?

Кощей сделал шаг. Его сапог издал пугающе реалистичный звук, вот только половица под весом древнего бога даже не дрогнула. Второй шаг — и всё то же самое. Старик двигался по покрытым древней, как сама Мара, пылью доскам, совершенно не оставляя следов.

— Там кто-то есть? — Мария отступила к стене, прижимаясь к ней всем телом.

Она вытащила ложку и выставила перед собой.

Выглядело не слишком грозно.

Кощей покосился на неё. Затем посмотрел на ложку. Поднял одну бровь.

— Какая у тебя грозная защита, Дима, — заметил он.

— Очень смешно, — прохрипел я.

Мария перевела взгляд на меня.

— Что смешно?

— Я не тебе.

— А кому?

Кощей неторопливо прошёл по комнате.

Каждый шаг сопровождался характерным скрипом подошвы и гулким стуком жёсткой пятки о деревянные половицы, хотя его ноги будто не совсем касались пола. Между подошвой и досками оставался тончайший слой темноты. Не зазор даже, а какая-то неправильность, которую замечаешь не сразу, но потом уже не можешь развидеть.

Старик подошёл к тумбе. Протянул руку к глиняной чашке. Пальцы коснулись её края. И прошли насквозь.

Кощей нахмурился. Попробовал ещё раз. На этот раз он обхватил чашку всей ладонью, попытался сдвинуть.

Ничего.

Сосуд остался на месте.

Его костлявые пальцы провалились в обожжённую глину и показались с другой стороны. Сам старик при этом выглядел совершенно телесным. Свет парящих под потолком иголок играл на его морщинах и в складках тёмного плаща, бликовал на полированной короне из костей.

— Хм… — недовольно протянул он.

Кощей постучал ногтем по чашке.

Я услышал тихое:

Тук.

Тук.

Тук.

Но посуда даже не дрогнула.

— Ты что, призрак? — спросил я.

— Похоже на то, — задумчиво буркнул старик.

Он отошёл от стола и направился к лавке вблизи Марии. Развернулся спиной к стене. Медленно опустился. Балахон лёг на деревянную поверхность. Кощей сел. Поставил трость между колен и опёрся на неё обеими руками.

Острый конец трости вошёл в пол на несколько пальцев, но не оставил ни отверстия, ни царапины.

— Занятно, — сказал он.

— Дима, — Кукуня осторожно коснулась моей щеки. — С кем ты разговариваешь?

Я посмотрел на неё.

Потом на Марию.

Мария стояла возле стены с ложкой наперевес. В её зелёных глазах крепла уверенность, что перед ней безумец.

Не самая необоснованная уверенность, если честно.

Я лежал на полу, весь в крови и чёрной жиже. Одежда разорвана. На руке следы огромных зубов. На шее отпечатки пальцев. Из бока торчали кольца разорванной кольчуги. И вот в таком состоянии я смотрел в пустой угол и говорил с человеком, которого никто больше не видел.

— Там Кощей, — сглотнув ответил я.

Мария несколько раз моргнула.

— К-к-кощей Бессмертный?

— Знаешь других Кощеев? – Поинтересовался я.

— И он сейчас находится там? — Она осторожно ткнула ложкой в сторону лавки, на которую я смотрел.

Остриё деревянного оружия прошло сквозь грудь старика.

Кощей посмотрел вниз. Затем поднял глаза на Марию.

— Дерзкая, — заметил он.

— Да он там… — неуверенно прохрипел я, сводя брови и стараясь сесть на пол, чтобы легче было смотреть в сторону старика.

Мария ничего не почувствовала. Она ещё несколько раз поводила ложкой из стороны в сторону, пронзая Кощея то в грудь, то в шею.

— Здесь? Или где? Как? Я ничего не чувствую… — неуверенно бормотала она, глядя то на меня, то на скамейку.

Кощей посмотрел на меня с таким видом, словно это я вытворял непотребства с его телом. В этом взгляде читался немой упрёк в мой адрес.

— Прекрати, — попросил я.

— Что прекратить?

— Тыкать в него ложкой. Ему… вообще не нравится.

Мария, продолжая водить ложкой, повторяла:

— Да тут же никого нет.

Кукуня не выдержала первой: вскочила, подбежала к княжне, резко перехватила запястье и отвела её руку.

— Не надо, сказано же!

— Ты тоже его видишь? — Мария повернулась к ней.

— Нет.

— Тогда почему…

— Потому что Дима видит!

Это прозвучало так просто и уверенно, что Мария на несколько секунд лишилась слов.

Кукуня помогла мне сесть. От движения рёбра пронзила такая боль, что перед глазами потемнело. Я упёрся ладонью в пол и застыл, пережидая приступ.

Где-то внутри что-то неприятно хрустнуло.

Новый вдох дался ещё тяжелее.

— Не двигайся! — Кукуня подхватила меня под плечи.

Кощей склонил голову набок, наблюдая за тем, как девушка пытается усадить меня поудобнее.

Я сфокусировал взгляд на собственной руке.

Над ней из дымки пространства сформировались строки.

///

Дмитрий Кощеев, князь

Жизнь: 1 (6)

///

— Прекрасно, — пробормотал я.

— Что? — тут же спросила Кукуня.

— Да ничего хорошего. Я при смерти.

— Я и так это вижу!

Кощей неожиданно поднялся с лавки. Он прошёл в сторону окна.

Чем дальше старик отходил от сундука и закатившейся под кровать Мары сферы, тем прозрачнее становилась его фигура. Сначала сквозь край балахона начали просвечивать доски стены. Затем поблекли волосы. Костяная корона стала похожа на отражение в мутном стекле.

Кощей остановился.

Посмотрел на собственную руку. Вернулся на шаг назад. Фигура стала плотнее.

Ещё шаг.

Серое лицо вновь обрело прежний цвет, если мертвенно-серый вообще можно считать цветом.

— Сфера, — сказал я.

Старик посмотрел на меня и кивнул.

— Очевидно.

— Ты проявился из-за неё?

— Возможно.

— Возможно? Ты не знаешь?

— Я сам ещё разбираюсь.

Кощей направился к кровати. Опустился на одно колено, заглянул под неё.

Под кроватью, куда закатилась принесённая мной сфера, было темно. Но металл отражал свет парящих иголок, и потому Око легко угадывалось в пыли.

Кощей протянул к нему руку.

Пальцы прошли насквозь.

Сфера осталась неподвижной.

— Вроде бы… обычное Око, — заключил старик, снова недовольно заглянув под кровать.

Когда Кощей Бессмертный вот так по-житейски лезет под кровать, пытаясь достать закатившийся туда древний артефакт, волшебный флёр немного развеивается, и он уже не источает вокруг себя ауру мрачного ужаса, тревоги и загадочности, которые непременно следовали за ним при прошлых появлениях.

— Ты же сказал… — я облокотился спиной о край кровати, — они все одинаковые?

Кощей проигнорировал вопрос.

Он встал. Отряхнул колено, хотя никакой пыли на балахоне не было.

— Видимо, само устройство не изменилось, — раздражённо сказал он. — Изменился контекст.

— Как именно?

— Ты протащил Око через Навь. Обычно само Око является проводником перемещения из одного мира в другой, но в этот раз источником перемещения было не оно. Между мирами тебя протащил Покров Нави… и, честно… — он снова посмотрел на собственную ладонь. Согнул пальцы. Провёл большим пальцем по подушечкам остальных. — В прошлые циклы подобного не происходило, — задумчиво произнёс он.

Я замер.

— В какие ещё циклы?

Кощей неторопливо прошёл к сундуку. Ответить не удосужился.

— Ты сказал «в прошлые циклы». О каких циклах речь? — повторил я.

Старик постучал тростью по крышке. Звук был. Следа нет.

— Кощей!

Он повернул голову в мою сторону.

— Что?

— Какие ещё циклы?

— Ты задаёшь слишком много вопросов, — покачал он головой. — В ответах я ограничен.

— А ты слишком плохо отвечаешь, — парировал я.

— Я говорю ровно столько, сколько нужно.

— Дима, — осторожно позвала Кукуня. — Что он сказал?

— Ничего толкового, — недовольно пробубнил я.

Кощей посмотрел на меня с лёгким укором.

— У тебя удивительный дар не понимать сути.

Мария медленно опустила ложку.

— У него горячка, — сказала она Кукуне. — Он потерял много крови. Его укусило неведомое существо. Возможно, яд…

— Он разговаривал с Кощеем и раньше, — огрызнулась Кукуня. — И возвращался с того света!

— И это всегда выглядело так? — она указала ложкой в мою сторону.

Кукуня прищурилась.

— Ты вообще прошла процедуру обезволашивания, сбежала от батьки в лес, и тебя по лесу гнала ворона до самой избушки на курьих ножках… и после всего этого ты ещё смеешь сомневаться, что Дима видит Кощея Бессмертного?

Мария поджала губы.

— Это было другое.

— Конечно. У эльфов всё другое.

— Я не…

— Тихо, — попросил я.

Обе девушки замолчали.

Кощей стоял возле сундука и с видимым удовольствием наблюдал за разговором. Тёмные глаза переходили от одной к другой. В какой-то момент я поймал себя на мысли, что он выглядит не как древнее божество, пытающееся осознать собственное призрачное воплощение, а как дед, который пришёл в гости к внуку и теперь оценивает его подруг.

Это меня раздражало.

И вопросов меньше не становилось.

— Сколько существует Ок? — спросил я.

Кощей пожал плечами.

— Несколько.

— Несколько — это два? Десять? Тысяча?

— Больше одного.

— Это и так понятно.

— Тогда зачем спрашивать?

— Потому что я видел багажник, забитый посылками. В каждой могла быть такая сфера.

— Была.

— Значит, их много?

— Много это… Смотря с чем сравнивать. — Развёл он руками.

Я тяжело выдохнул. В груди тут же стрельнуло болью.

Пришлось остановиться на половине вдоха.

— Кто готовил посылки?

Кощей провёл ногтем по костяному набалдашнику трости.

— Не курьер.

— Это я тоже понял.

— Тогда мы прекрасно продвигаемся.

— Кто завернул моё Око в бумагу? Кто написал письмо? Кто знал, что я нахожусь на крыше? Кто отправил этого… Артёма? У тебя есть слуги и в моём мире? Или, наоборот, в моём мире ты как раз воплощён?

При упоминании имени курьера улыбка исчезла с лица Кощея.

Всего на мгновение.

Но я заметил.

— Не знаю, — ответил старик.

— Врёшь.

— Разумеется.

— То есть знаешь?

— Я сказал, что вру, а не уточнил, в какой части.

— Почему ты так много знаешь о моём мире?

Кощей отвернулся.

— Я очень стар. Я знаю о многих мирах.

— Это не ответ.

— Другого не будет.

Я сжал кулак.

Рана на предплечье отозвалась новой болью. По пальцам потекла кровь, просочившаяся из-под порванной ткани.

Кукуня тут же схватила мою кисть и разжала пальцы.

— Не дёргайся! — прошипела она. — Ты делаешь себе хуже.

— Я… нормально… - Отмахнулся я.

Кощей усмехнулся.

Я посмотрел на него.

— Кем была эта Пиковая Дама? Монстром Нави? Порождением… чьей-то больной фантазии? Тоже чьим-то воспоминанием?

Старик перестал улыбаться.

— Дверью, — сказал Кощей.

— Двери не пытаются откусить голову.

— Некоторые пытаются.

— Она была человеком?

— Когда-то всё было чем-то другим.

— Ты её создал?

— Нет.

— Она служила тебе?

— Нет.

— Охраняла проход?

— Возможно.

— От кого?

— От тех, кто идёт не туда.

— Получается, я шёл не туда?

Кощей посмотрел на мои раны.

— Судя по твоему виду, оно так решило.

— А проход внутри неё вёл только сюда? Он мог бы вести куда-то ещё?

— Ну… ты же здесь, сейчас.

— Почему тот кусок реальности выглядел как моё прошлое? Почему эта тварь так агрессивно набросилась на курьера?

— Вопросов много, ответов не будет, — Кощей пожал плечами и издевательски улыбнулся.

Я прикрыл глаза.

В висках пульсировало. От боли, кровопотери и разговора с Кощеем, который умудрялся на любой вопрос ответить так, чтобы вопросов стало ещё больше.

Кукуня придерживала мою руку, прижимая к ране кусок ткани. Мария стояла в стороне и всё чаще смотрела не в пустой угол, а на меня. Осторожно, напряжённо. Словно решала, насколько опасным становится сумасшедший князь, если рядом нет ни одного лекаря.

Кощей тем временем отошёл от сундука.

Прошёл мимо меня.

На расстоянии нескольких шагов от сферы его левая рука снова стала прозрачной. Балахон поблёк. Но старик продолжил идти, будто хотел проверить границу.

Возле стены от него осталось только слабое очертание.

Костяной венец ещё угадывался.

Глаза оставались двумя чёрными точками.

Потом Кощей сделал ещё один шаг и почти исчез.

Вернулся.

Фигура снова начала наливаться тёмным дымом и серой плотью.

— Значит, далеко от Ока ты не уйдёшь, — заметил я.

— Это пока.

— И виден будешь только мне?

— Пока.

— Почему?

— Потому что оно знает тебя.

— Второе Око не моё.

— Ты принёс его.

— И этого достаточно?

— Иногда право собственности определяется не бумагой.

— В моём мире банк бы с тобой поспорил.

— Поэтому твой мир и вызывает столько жалости.

Я невольно усмехнулся.

Мария насторожилась.

— Что он сказал?

Кощей подошёл к Марии.

Остановился так близко, что его лицо оказалось возле её. Княжна ничего не почувствовала. Продолжала смотреть на меня, но я об этом только догадывался — мне-то за Кощеем её было не видно.

Старик медленно обошёл девушку.

Внимательно осмотрел волосы, профиль, шею. Скользнул взглядом ниже. Мария поёжилась, будто всё-таки ощутила холод его присутствия, или мой внимательный взгляд.

Кощей оказался у неё за спиной. И, глядя на меня из-за её плеча, сказал:

— Жду не дождусь следующей серии жарких воспоминаний уже с этой эльфийкой.

— Да иди ты на хрен! — возмутился я.

Мария отшатнулась.

— Что?!

Кукуня резко повернулась в сторону Кощея, которого по-прежнему не видела.

— Что он сказал?

— Ничего.

— А почему ты так отреагировал?

Кощей подмигнул.

Фигура старика рассыпалась тёмным дымом.

Не исчезла мгновенно, а словно провалилась сама в себя. Серое лицо вытянулось. Балахон распался на полосы. Костяная корона последней повисла в воздухе, превратилась в мутное пятно и растворилась.

Комната осталась пустой.

Под кроватью тускло блестела сфера.

Я ещё несколько мгновений смотрел на то место, где только что стоял Кощей.

— Исчез, — сказал я.

— Кто исчез? — спросила Мария.

— Кощей.

— Он действительно был здесь? — Кукуня напряжённо вглядывалась в угол.

— Был.

— И что он сказал? Сказал что-то про неё? — девушка ткнула пальцем в Марию.

— Ничего важного.

— Я сама решу, важно это или нет.

Мария скрестила руки на груди.

— Мне тоже хотелось бы знать, почему князь внезапно начал ругаться после того, как посмотрел на меня.

— Он отпускал непристойные замечания, — решил отмахнуться я.

— Какие именно? — одновременно спросили обе.

Я посмотрел на Кукуню.

Потом на Марию.

— Мне нужно помыться, — тяжело выдохнул я.

— Дима! — Насупилась Кукуня.

— От меня воняет мертвечиной. Я весь в крови. Кажется, у меня в руке застрял зуб той твари. И осмелюсь сказать, что сейчас это кажется мне более важной проблемой.

Кукуня продолжала смотреть исподлобья.

— Мы ещё вернёмся к этому разговору.

— Не сомневаюсь.

Мария подошла ближе и осторожно коснулась моей шеи.

Её пальцы оказались холодными. Я невольно дёрнулся.

— Зрачки одинаковые, — заметила она. — Но это ничего не значит.

— Спасибо, лекарь.

— Я видела раненых после боя. Некоторые разговаривали с умершими родственниками.

— Кощей мне не родственник… э-э… точнее… — я чуть замялся; по идее, моя легитимность основывалась на уверенности окружающих, что я родственник Кощея. Поэтому решил сгладить свои же слова. — Не прямой родственник… в общем… мы не были знакомы лично…

Кукуня опустилась на колени и заглянула под кровать.

— Там Око, — сказала она.

— Да это новое, — уточнил я.

— Как новое?

— Ну, второе, не то же самое, что лежит в сундуке Мары.

Кукуня медленно повернула ко мне голову.

— Ты притащил оттуда ещё одно Око Кощея?

— Технически… получается, как я понял, даже если бы я взял его непосредственно из сундука, это было бы другое Око… но это даже не то, что мне давал Кощей… ох… мне от этих объяснений уже тошно… прямо больно… — я скривил гримасу отчаяния. Мне действительно было тяжело говорить и дышать, а от того, что Кукуня задавала дополнительные вопросы, становилось ещё тяжелее.

Поймал себя на мысли, что, наверное, для Кукуни я в какой-то степени веду себя так же, как Кощей ведёт себя со мной.

Она посмотрела на мои разорванные доспехи. На раны. На кровь, капающую с локтя. Кукуня закрыла глаза и глубоко вдохнула.

Несколько секунд она молчала, явно пытаясь подавить внутренние эмоции, накопившиеся за время моего отсутствия, и, разумеется, за время присутствия.

— Баня, — наконец сказала девушка. — Сейчас.

— Вот и я о том же.

От Автора: Что ж пришло время для новой книги, пока что запас глав у меня не большой по этому просить донаты на ускоренные публикации не буду)

Попрошу, что-нибудь более весомое)

Обычно я публикую главы раз в 3 для, но если на главе наберётся 25 плюсов опубликую бонусную главу)

Первый том: На_Пикабу

Оглавление:

Пролог

Глава 1. Покой здесь никому не светит

Глава 2. Паломники во дворе

Глава 3. Сопутствующий ущерб

Глава 4. Сделка с совестью

Глава 5. В объятиях жара

Глава 6. Контроль над похотью

Глава 7. Без страха

Глава 8. Нежданный союзник

Глава 9. Патовый союз

Глава 10 Во власти морока

Глава 11. Забытые обязательства

Глава 12. Сброд у ворот

Глава 13. Господин Барон

Глава 14. Торг за души

Глава 15. Цена победы

Глава 16. Плоды безрассудства

Глава 17. Круговая порука

Глава 18. Пир стервятников

Глава 19. Отбытие

Глава 20. Срыв покровов

Глава 21. Голая правда

Глава 22. Через край дальше через край

Глава 23. Под покровом Нави

Глава 24. Курьерская служба Кощея

Глава 25. Выговор от старшего

Глава 26. Маршрут построен

Глава 27. Пиковая Дама приди!

Корни Покрова Нави сомкнулись на лице Дмитрия.

Кукуня успела заметить только его глаза. Он всё ещё смотрел на неё и даже пытался улыбаться, будто действительно собирался всего лишь заглянуть по ту сторону сундука и тут же вернуться.

Тёмные отростки закрыли ему рот, щёки и лоб.

А затем Дмитрий исчез.

Воздух с громким хлопком сомкнулся в том месте, где он только что стоял. Парящие в воздухе иголки дрогнули. По спальне прокатилась волна, качнув развешанные на стенах травы и сбросив с края кровати сложенную рубаху.

Кукуня отшатнулась.

На полу остался только следы от грязных сапог.

Она несколько мгновений смотрела в пустоту, словно Дмитрий всё ещё находился там, просто стал невидимым.

— Дима? — тихо позвала девушка.

Никто не ответил.

Кукуня сделала осторожный шаг вперёд и вытянула руку. Пальцы коснулись пустого воздуха.

— Дима! — позвала она громче.

За спиной заскрипели ступени.

Кукуня резко обернулась и схватилась за нож.

Из люка показалась голова Марии. Княжна замерла, встретившись с направленным в лицо клинком.

— Я велела тебе сидеть внизу! — напомнила Кукуня.

— Тут что-то хлопнуло, я испугалась…

Мария осторожно поднялась в спальню. В руках она держала деревянную ложку, которой, судя по всему, собиралась защищаться. Осмотрела комнату. Перевела взгляд на сундук. Потом на пустое место возле него.

— Где князь?

Кукуня ничего не ответила.

Мария нахмурилась.

— Он уже ушёл?

— Нет, он просто спрятался у тебя за спиной, — огрызнулась Кукуня. — Конечно, ушёл!

— А плащ?

— Иди вниз и сиди молча! – Снова огрызнулась Кукуня. – Тебя сюда не звали!

В спальне воцарилась тишина.

Кукуня повернулась обратно к тому месту, где исчез Дмитрий.

Прошло всего несколько ударов сердца. Плащ растворился в пространстве вместе с Дмитрием, а это значит, что прийти ему на помощь не получится. И осознание этого угнетало девушку, она ощущала тоскливую вину и тяжесть от осознания своей беспомощности в желании помочь возлюбленному.

Мария, поджав губы уже было собралась спускаться обратно вниз.

Воздух содрогнулся.

На этот раз хлопок был громче.

Стены избушки протяжно заскрипели. Пространство возле сундука вогнулось, словно по невидимой ткани ударили, с другой стороны.

Мария отступила.

Кукуня, наоборот, шагнула ближе.

В пустоте появилась тонкая чёрная линия.

Она протянулась от пола вверх, задрожала и медленно разошлась в стороны. Из разрыва показалась рука.

Пальцы скребнули по половицам.

— Дима!

Кукуня бросилась вперёд.

Рука сжалась в кулак. За ней показалось плечо, покрытое чем-то чёрным. Дмитрий попытался протиснуться следом, но застрял в проходе и глухо выругался.

— Да помогите уже…

Кукуня схватила его за запястье.

— Мария!

Княжна всё ещё стояла возле стены, широко раскрыв глаза.

— Быстро!

Мария опомнилась, подскочила и вцепилась Дмитрию в другое плечо, которое не проходило в образовавшийся разрыв. Девушки потянули вместе.

Дмитрий перевалился через край разрыва и рухнул на пол.

Из его окровавленной руки вывалилась сфера. Гулко ударилась о доски и покатилась под кровать.

Пространственная дыра схлопнулась за его спиной.

Дмитрий лежал на животе и жадно хватал ртом воздух. Каждый вдох сопровождался хрипом. Пальцы дрожали. Ноги ещё несколько раз слабо дёрнулись, словно тело продолжало куда-то ползти.

Покров Нави практически полностью слез с князя. Корни, ещё недавно впивающиеся в кожу и опоясывающие руки сейчас, казалось, держались буквально на волосках. Ткань стягивала свои щупальца обратно внутрь отпуская Дмитрия. В отличии от него ткань Покрова Нави была совершенно чистой.

Плащ соскользнул на пол, обнажив разорванную кольчугу и глубокие следы зубов на предплечье. На шее проступали тёмные отпечатки огромных пальцев. Одежда была разорвана, пропитана красной кровью и густой чёрной жижей.

Запах тухлого мяса быстро пропитал воздух спальни.

Мария зажала нос рукавом.

— Чем от него так несёт?

Кукуня даже не посмотрела на неё.

Она опустилась на колени, перевернула Дмитрия на спину и испуганно провела ладонями по его груди, рукам и лицу, не понимая, за какую рану хвататься первой.

— Дима… Димочка… Где болит?

— Везде, — прохрипел он.

Кукуня всхлипнула.

Дмитрий поднял на неё глаза.

Уставшие. Налитые кровью. Но живые.

И улыбнулся. Совсем немного, одним краем губ.

Кукуня тут же обхватила его за шею и прижала к себе.

Чёрная кровь размазалась по платью. Вонючая жижа попала на руки и волосы. Девушка даже не заметила.

— Дурак… — прошептала она, сжимая его сильнее. — Дурак… дурак… дурак…

Дмитрий зашипел от боли.

— Я тоже рад тебя видеть…

Кукуня чуть ослабила объятия, но не отпустила. Уткнулась лицом ему в плечо и замерла, словно боялась, что он снова исчезнет, если между ними останется хотя бы немного свободного места.

Дмитрий неловко поднял руку.

Поначалу будто не знал, куда её положить, чтобы не испачкать девушку ещё сильнее. Потом всё же приобнял Кукуню за спину и прикрыл глаза.

— Вернулся, — тихо сказал он.

Несколько секунд они сидели на полу, прижавшись друг к другу.

Мария стояла рядом, всё ещё прикрывая нос рукавом. Посмотрела на раны Дмитрия. Затем на Кукуню.

— Он ранен его нужно к лекарю…

— Мария, — устало прохрипел Дмитрий. — Не переживай, такие как я не помирают.

Княжна замолчала.

Дмитрий снова улыбнулся и хотел что-то сказать Кукуне, но его взгляд скользнул поверх её плеча.

Улыбка исчезла.

Рука, лежавшая на спине девушки, напряглась.

Кукуня почувствовала это и отстранилась.

— Что?

Дмитрий не ответил.

Он смотрел в дальний угол спальни.

Туда, где свет от волшебных иголок почти не разгонял тени.

Под уклончивой кровлей стояла человеческая фигура.

Очень высокая и неестественно худая.

Старик медленно поднял руки к лицу. Несколько раз согнул и разогнул длинные костлявые пальцы, рассматривая их с таким удивлением, словно видел впервые. Провёл ладонью по груди. Ощупал плечо. Затем поднял взгляд и осмотрел деревянные стены, кровати, связки сухих трав и светящиеся под потолком иглы.

Мария проследила за взглядом Дмитрия.

Кукуня тоже обернулась.

Старик шагнул вперёд.

Свет скользнул по серому лицу, впалым щекам и глубоким глазницам.

Его взгляд остановился на Дмитрии.

Округлившиеся глаза князя Дмитрия Кощеева встретились со спокойными, чуть насмешливыми глазами Кощея Бессмертного.

Старик снова посмотрел на собственные руки.

— Любопытно… — прищурившись, произнёс он.

***

Конец второго тома.

От Автора: Друзья это финал второго тома!

Фух! Наконец-то это огромная работа завершена, но очевидно что это ещё не финал истории. Работа над второй частью уже идёт, но публиковать её я начну уже ближе к сентябрю. Тогда же можно будет купить и скачать одним файлом эту книгу на литературных площадках вашего города ( на всяких там автор.тудеях, литресах, и литмаркетах, ссылки не оставляю так как забанят, если будет интересно мой псевдоним гуглится)

Ну а тут на пикабу весь текст будет доступен бесплатно, читайте, получайте удовольствие, ставьте плюсики!

Всем приятных выходных!

Часть 1

...

Одна ладонь сбила меня с ног. Вторая придавила сапог к асфальту. Длинные пальцы сомкнулись возле голени, а когти вошли в дорогу по обе стороны, не позволяя выдернуть ногу.

Верхняя рука ударила по запястью.

Меч отлетел к стене и остановился в нескольких шагах от тела курьера.

Вторая рука вцепилась мне в грудь.

Пиковая дама подняла меня.

Швырнула в бетонную стену.

Спина встретилась с ней с глухим ударом.

В глазах потемнело. Воздух снова выбило из лёгких.

Я ещё не успел упасть, когда когтистая ладонь монстра обхватила горло и снова прижала меня к стене.

Пальцы сдавили шею.

Я схватился за запястье и попытался разжать хватку.

Бесполезно.

К моему лицу приблизилась верхняя голова. Красные глаза рассматривали меня с разных сторон, будто тварь смаковала добычу взглядом. Худая, серая, жуткая. Чем бы она ни была раньше, теперь выглядела как оживший кошмар. Увидев моё отвращение и страх, чудовище поморщилось.

Верхняя пасть раскрылась перед лицом.

Из глотки пахнуло тухлым мясом. Нижняя половина изогнулась.

Вторая пасть появилась возле живота.

Одна голова собиралась откусить мне верх.

Вторая — низ.

Рациональная зверюга.

Ничего не пропадёт.

Я упёр ладони в лоб верхней головы. Ногами начал давить на шею нижней, отодвигая пасть.

Она надавила.

Зубы клацнули возле лба.

Пальцы на горле сжались сильнее.

Перед глазами поплыли тёмные пятна.

Пиковая дама снова дёрнула головой.

Я едва удержал пасть.

Руки дрожали.

Меч лежал далеко.

Кощей испарился.

Помощи не будет.

Синее пламя ещё теплилось на пальцах. Огонь растекался по серой коже, но никакого эффекта не оказывал.

Тварь либо уже была мёртвой, либо вообще никогда не жила.

Верхняя пасть снова приблизилась.

Я отвёл взгляд и чуть зажмурился.

Увидел неподалёку тело курьера.

Он лежал возле стены, в нескольких шагах от меча. Правая половина груди отсутствовала. Рука была вырвана вместе с плечом. Но позвоночник, таз, ноги, левая сторона тела и голова уцелели.

Мёртвый.

Совершенно точно.

В моей голове что-то щёлкнуло.

Пиковая дама раскрыла пасть ещё шире.

Ладонь соскользнула со лба монстра.

Голова рванулась ко мне.

В последний момент я подставил левое предплечье.

Зубы сомкнулись, вошли в плоть.

Боль прострелила руку до плеча.

Я заорал.

Правая ладонь освободилась.

Синее пламя вспыхнуло ярче.

Сгрёб его пальцами.

Сгусток получился маленьким и неровным. Не яйцо, а какой-то мятый комок. Но скорлупа всё же сформировалась.

Пиковая дама мотнула головой, пытаясь вырвать мне руку.

Я размахнулся и перебросил сгусток через её плечо.

— Давай…

Тёмно-синее яйцо пролетело над вытянутым телом.

Упало возле трупа.

Разбилось.

Пламя растеклось по снегу.

Добралось до красной крови.

Синяя струя побежала по ней, как по заранее проложенной дорожке. Охватила ботинки курьера. Поднялась по ногам. Обвила разорванный торс и голову.

Тело задёргалось, претерпевая уже знакомые мне иссушающие изменения.

Пиковая дама замерла.

Пасть выпустила мою руку.

Обе головы обернулись.

Кожа курьера потемнела, глазницы провалились. Внутри вспыхнул синий огонь. Левая ладонь упёрлась в снег. Ноги дёрнулись. Мертвец поднялся, словно тряпичная кукла.

Тело подбросило вверх невидимой силой. Позвоночник выпрямился. Ноги нашли опору. Правая сторона груди оставалась раскрытой. Из неё торчали обломанные рёбра и свисали обрывки одежды.

Над головой проявились строки.

///

Артём. Нежить

///

Курьер повернулся ко мне.

— Прости, парень, — прохрипел я. — Осталась ещё одна доставка.

Пиковая дама снова повернулась ко мне.

Я указал на неё пальцем.

— Фас!

Артём сорвался с места.

Ноги работали несимметрично. Тело заваливалось вправо из-за отсутствующей половины груди. Но нежить не пыталась сохранять равновесие привычным способом. Каждый шаг был падением, которое тут же переходило в следующий шаг.

Мертвец врезался Пиковой даме в спину.

Левая рука обхватила шею верхней половины. Зубы вцепились в седые волосы и кожу возле уха.

Пиковая дама завизжала.

Ладонь на моём горле разжалась.

Я упал на колени.

Воздух ворвался в лёгкие. Начался кашель. Перед глазами всё плыло.

Тварь забыла обо мне.

Верхними руками она пыталась сорвать мертвеца со спины. Схватила за куртку. Дёрнула. Ткань разошлась, но Артём продолжал висеть, вцепившись единственной рукой и зубами.

Пиковая дама ударилась спиной о стену.

Тело курьера хрустнуло.

Рука не разжалась.

Она ударилась снова.

Артём продолжал выполнять приказ.

Я пополз к мечу.

Пальцы коснулись рукояти.

Схватил.

Поднялся.

Пиковая дама всё ещё пыталась избавиться от нежити. Нижние руки переступали по дороге. Вытянутое тело изгибалось. Верхняя половина выворачивалась назад.

И тогда я увидел шов.

Там, где два туловища срослись животами, проходила широкая плотная складка. Что-то среднее между заросшим пупком, шрамом и швом на кожаном мешке.

Когда тварь изгибалась, кожа натянулась.

Я разбежался.

Пиковая дама заметила меня.

Свободная верхняя рука метнулась навстречу.

Артём дёрнул её голову назад.

Когти прошли выше.

Я вогнал меч в шов. Лезвие вошло примерно на треть. Чёрная кровь ударила струёй.

Тварь завизжала сразу двумя голосами. Звуки наложились друг на друга, и в ушах загудело.

Я провернул рукоять.

Внутри хрустнул хрящ.

Пиковая дама ударила нижней рукой.

Пришлось отступить.

Клинок вышел из раны.

Шов разошёлся на несколько сантиметров.

///

Верхняя часть

Жизнь: 4 (10)

Нижняя часть

Жизнь: 5 (10)

///

Повреждение места соединения отняло жизнь у обеих половин.

Я снова пошёл вперёд. Увернулся от очередного замаха монстра, вогнал клинок в ту же рану и буквально побежал вокруг твари, волоча меч сквозь её тело.

Лезвие внутри плоти упёрлось во что-то твёрдое. Телескопические секции заскрежетали. Я развернулся и потянул рукоять в сторону изо всех сил, едва ли не повиснув на ней.

— Давай, родной…

Лезвие медленно прорезало хрящ.

Пиковая дама схватила меня за плечо.

Когти сомкнулись на кольчуге.

Артём поднял голову и вцепился зубами ей в глаз.

Красный свет погас.

Хватка ослабла.

Я выдернул меч и рубанул снова, с другой стороны.

Чёрные жилы лопнули одна за другой.

Тело задрожало.

Нижние руки попытались оттолкнуться, но верхняя часть выгнулась в противоположную сторону. Две половины начали растягивать друг друга.

Шов разошёлся.

Верхняя половина рухнула назад.

Нижняя отлетела в сторону, перевернулась и несколько раз прокатилась по снегу.

Между ними хлынула чёрная кровь.

Она ударила мне в грудь и лицо.

На секунду ослепила.

Вытер глаза рукавом, только сильнее размазав густую жижу по коже.

Когда снова смог видеть, передо мной находилось уже не одно существо, а два.

Верхняя половина упёрлась руками в землю. Волоча раскрытый живот, она начала подниматься. Теперь её свободные конечности превратились в ноги.

Артём всё ещё висел у неё на спине.

Нижняя половина тоже встала на свои руки. Эта часть и раньше ходила на них, поэтому почти ничего не потеряла, кроме половины собственного веса.

Она стала ниже.

И намного быстрее.

Над телами изменились подписи.

///

Верхняя половина Пиковой дамы

Жизнь: 2 (10)

///

///

Нижняя половина Пиковой дамы

Жизнь: 3 (10)

///

— Отлично, — тяжело выдохнул я. — Был один урод. Стало два.

Нижняя половина бросилась первой.

Ладони заскребли по дороге. Голова находилась между ними. Седые волосы развевались. Разорванный живот волочился сзади, оставляя широкий чёрный след.

Я встретил её ударом.

Клинок рубанул по предплечью.

Тварь дёрнулась, но не остановилась. Вторая ладонь ударила по ноге.

Колено подогнулось.

Я упал.

Нижняя пасть метнулась к лицу.

Подставил меч поперёк.

Зубы сомкнулись на лезвии.

Металл заскрежетал.

Пиковая дама замотала головой. Рукоять вырывало из пальцев. Одновременно руки переступали ближе, подтягивая пасть к моему лицу.

Упёр сапог ей в грудь.

— Не по зубам?

Дёрнул меч в сторону.

Лезвие прорезало щёку до основания шеи.

Чёрная кровь брызнула на сапоги.

///

Нижняя половина

Жизнь: 1 (10)

///

Тварь отскочила.

С другой стороны раздался сухой треск.

Верхняя половина ухватила Артёма за голову.

Мертвец продолжал кусать её лицо. Единственная рука вцепилась в глазницу.

Пиковая дама сжала пальцы.

Череп курьера хрустнул.

Синий огонь вырвался из разбитых глаз и тут же погас.

Тело обмякло.

Верхняя половина сорвала его со спины и отбросила к стене.

Артём упал рядом с пятном собственной крови.

Больше не шевельнулся.

Пиковая дама развернулась ко мне.

Теперь обе половины двигались с разных сторон.

Я стоял между ними.

Клинок в руке.

Верхняя половина бросилась вперёд.

Я шагнул навстречу. Пасть раскрылась. Вогнал меч ей под подбородок.

Лезвие вошло в глотку.

Проткнуло нёбо.

Вышло из макушки.

Красные глаза уставились прямо на меня.

///

Верхняя половина Пиковой дамы

Жизнь: 1 (10)

///

Не умерла.

Тварь сомкнула пасть на клинке и схватила меня за плечи.

Когти заскребли по плащу.

Я упёрся сапогом ей в грудь.

Потянул рукоять вверх.

Лезвие продолжило разрез.

Череп разошёлся от подбородка до темени.

///

Верхняя половина Пиковой дамы

Жизнь: 0 (10)

///

Пальцы ещё несколько секунд сжимали плечи, потом разжались.

Тело рухнуло.

Я едва успел выдернуть меч.

Нижняя половина ударила сзади.

Когти прошлись по спине. Доспех выдержал, но меня швырнуло вперёд.

Врезался животом в капот девятки.

Рёбра пронзило болью.

Перевернулся на спину.

Пиковая дама перепрыгнула машину.

Оттолкнулась обеими руками. Разорванная пасть раскрылась. Когти растопырились.

Я откатился.

Тварь рухнула на капот.

Металл вмялся.

Левая рука пробила лобовое стекло и провалилась в салон почти до локтя.

Пиковая дама дёрнулась.

Рука застряла в пробитой приборной панели.

Правая ударила по капоту, пытаясь освободить левую.

Я поднялся.

Клинок дрожал в руке.

Шагнул к машине.

Тварь повернула голову. Пасть клацнула в мою сторону. Она извивалась и пыталась высвободиться, но ничего не получалось. Сама угодила в ловушку.

Я рубанул по свободной руке. Меч вошёл в запястье. Кость выдержала. Тварь снова огрызнулась. Легла животом на капот и попыталась схватить меня. Я отступил и снова полоснул её по руке.

Клинок прошёл глубже.

Ещё удар.

Кисть отлетела в сторону. Монстр заверещал. В его глазах мелькнуло то, чего я не ожидал увидеть у порождения Нави.

Ужас.

///

Нижняя половина

Жизнь: 1 (10)

///

Одна рука была отрублена. Вторая застряла в машине. Пиковая дама — вернее, то, что от неё осталось, — продолжала извиваться на капоте, пытаясь достать меня пастью. Седые волосы хлестали по металлу.

Я подошёл сбоку. Схватил тварь за волосы. Они оказались жёсткими и скользкими от чёрной крови. Дёрнул голову назад. Пасть раскрылась. Тварь забилась сильнее. Застрявшая рука вырвалась из салона вместе с куском приборной панели и стекла. Обломок ударил меня в бок.

Кольчуга спасла от острого края. Но не от силы.

Внутри что-то хрустнуло. Меня отбросило на колени.

///

Дмитрий Кощеев

Жизнь: 1 (6)

///

Перед глазами всё поплыло.

Одно очко. Больше права на ошибку не было. Пиковая дама сползла с капота.

Одной рукой ходить было неудобно, но тварь приспособилась. Она опиралась на локоть повреждённой конечности и резко подтягивала тело вперёд.

Пасть раскрылась. Я поднялся. Пиковая дама бросилась вперёд.

Не отступил. Шагнул навстречу. Встал ногой на ещё живую руку. Левой рукой схватил тварь за волосы. Дёрнул вверх. Поднял меч и со всей силы вогнал его прямо в глаз монстра.

Пиковая дама задёргалась.

Я навалился на рукоять обеими руками. Клинок пошёл вниз. Лезвие пробило череп.

Чёрная кровь ударила вверх, залила руки, лицо и волосы.

Я зажмурился, но не остановился.

— Давай же!

Надавил сильнее и потянул клинок вперёд. Телескопические секции заскрежетали. Сталь разгрызла череп монстра, расколов его надвое.

Пиковая дама ещё несколько раз дёрнулась. Пальцы заскребли по снегу. Затем остановились.

///

Нижняя половина Пиковой дамы

Жизнь: 0 (10)

///

Я выпустил рукоять.

Несколько секунд стоял, упираясь ладонями в колени, и пытался отдышаться.

Каждый вдох отдавался болью в рёбрах.

Сердце бешено билось в груди, гоняя адреналин по венам.

Сплюнул чёрную кровь в снег.

— Фу…

Вытер рот рукавом, но лучше не стало.

Провёл ладонью по лицу. Только сильнее размазал кровь. Сев на снег, я с трудом осмотрелся по сторонам.

Куски мёртвой Пиковой дамы валялись вокруг, заливая белый снег чёрной жижей. Тут же, между лужами черноты, покоился Артём. Снова мёртвый. Теперь окончательно.

Я посмотрел на курьера. Вспомнил его внизу, под крышей. Равнодушное ожидание. Предложение отогнать машину, чтобы я не повредил её своим падением. Жалобу на холод. Он спас меня дважды. Сначала потому, что был невероятно упёртым идиотом. Потом потому, что я поднял его мёртвое тело и отправил в бой.

Не самый красивый способ отплатить человеку за помощь. Но другого не было.

— Спасибо, парень, — тихо сказал я. — Посылка доставлена.

Я повернулся к разрубленной Пиковой даме.

Края раны немного разошлись, и я увидел то, чего не ожидал. Из туловища монстра пробивался свет. Я нахмурился. Подошёл ближе и клинком немного раздвинул плоть, раскрывая рану.

Внутри монстра находились не внутренние органы, а ещё один проход. Там виднелась спальня Мары с её светящимися шариками — та самая, из которой я вошёл в этот потусторонний мир. Знакомые кровати. Деревянные стены. Тёмный сундук с распахнутой крышкой. Именно из него открывался вид.

— Ебануться можно… — тихо прошептал я.

Кощей не врал: внутри монстра действительно был проход обратно домой…

Тяжело вздохнув, поднял взгляд. Наверху, на крыше панельного дома, всё тем же истуканом стояла моя копия и недовольно буравила взглядом улицу. Многое изменилось с тех пор, как я сам стоял там. Я и не заметил, как начал называть своим домом не тесную однушку в бетонных тисках советского конструктивизма, а полуживую избушку на курьих ножках, принадлежащую древней жрице…

Усмехнулся сам себе. Нашёл под машиной сферу, прижал её к себе и направился обратно к туше Пиковой дамы. Пора было возвращаться к Кукуне.

От автора: От книги осталось всего ничего и раз уже было задоначено с лихвой, продолжение уже тоже доступно по ссылке ниже)

- > - > - > Эпилог