Иногда моей маме начинает казаться, что я как-то мало с ней общаюсь. А у нее удивительная особенность: звонить ровно в тот момент, когда мне некогда. Вообще некогда. Две тяжелые сумки в руках, а до парковки идти еще три дня. Я откапываю машину из сугроба, а потом себя. На плите убегает мясной бульон. Я на массаже и ору в пространство. Когда, освободившись от лопаты, сумок, массажа и бульона, перезваниваю, это уже, конечно, не то пальто.
И вот однажды маме показалось, что я не беру трубку не просто так, а у меня что-то случилось. Она начала допрос, в котором рандомно встречались наименования всех возможных бед, настигающих меня по моей собственной беспечности, по людской злобе, а также по прихоти мироздания. Где у меня голос дрогнет, охрипнет или потрясенно прервется – там она и угадала. И я, стараясь, чтобы голос был достаточно спокойным и твердым, но не слишком твердым, чтобы она не подумала, будто я скрываю боль и отчаяние, и не слишком спокойным, чтобы она не подумала, будто это моя партизанская натура готовится не выдать под пытками, отвечаю:
- Мама, все нормально, я просто устала, много работы и дел помимо работы.
- Каких дел помимо работы? У тебя же нет детей!
- Мама, я скажу тебе правду, но обещай хранить ее в секрете!
- Обещаю, конечно!
- Клятвенно обещаешь?
- Да как хочешь, так и обещаю! Никому не скажу. Ты только мне скажи, чтобы я не волновалась.
- Ладно… В общем, мама, я увольняюсь с работы, но новую уже нашла, - вру отчаянно, понимая, что правде о моем относительном благополучии она все равно не поверит.
- Ну, ты у меня девочка взрослая, умная… - с сомнением говорит мама. – Сама разберешься, да?
- Конечно, какой разговор. Только никому ни слова!
На другой день уже в половине восьмого утра мне позвонила мамина сестра тетя Люда. Начала разговор издалека: погоды стоят дивные, в супермаркете чай по акции, британские ученые открыли, что женский алкоголизм…
- И вам с добрым утром, тетя, - говорю с тоской. – А как ваши дела?
- А я вдруг вспомнила, как в молодости однажды решила полностью поменять свою жизнь… Никогда не рассказывала тебе эту историю?
Чего мне рассказывать, это было в прошлом году: тетя собралась замуж за очередного афериста, хотела продать квартиру и с деньгами уехать на его историческую родину.
- Так вот, милая, что я хотела сказать… Можно все в жизни бросить, но нельзя бросать то, что дает тебе крышу над головой и средства к пропитанию…
- Вы совершенно правы, тетя. У меня тут овсянка убегает… то есть мне надо подгорать… то есть бежать мне надо!
В течение дня мне позвонили или написали в соцсетях все мамины родственники и подруги. Делали вид, что просто соскучились и хотят поболтать с милой девочкой, которую так редко видят.
Предлагали заняться репетиторством по русскому языку и литературе у своих детей, внуков, соседей и троюродных племянников коллег по работе. Ну, вдруг у меня есть свободное время, а люди готовы платить целых пятьсот рублей в час.
Упоминали вскользь, что мытье подъездов работа непростая, но очень уважаемая, и если в доме много подъездов, то это еще и хороший фитнес, а то вечно сидеть за компьютером тяжело и неспортивно.
Говорили, что в школах сейчас жесткий недобор педагогов, и у них прямо сердце болит, когда они думают, что некому поднимать образование в стране… А дети не так уж часто дерутся и матерятся, особенно если почаще на них орать.
Скидывали ссылки на сайты, которые ищут копирайтеров за четыреста рублей текст.
Словом, желали мне хорошего дня и успехов в работе.
На второй день позвонил один приятель, работающий в издательстве:
- Ты чего, уходишь, что ли? Так давай ко мне.
Через три дня я сообщила маме, что передумала увольняться, поэтому очень признательна, что она сохранила мою тайну. Мама поехала на дачу со спокойной душой. Спасла дочь. Опять.
