Такой маленький и такой красивый. Ну словно сахарный!
Перед вами гриб Mycena roseoflava, и этот экземпляр – малыш во всех смыслах этого слова. Полностью выросшее плодовое тело может достигать сантиметра, но всё равно остаётся едва заметным. Распространены эти грибы во влажных лесах Новой Зеландии, и обнаружили их учёные довольно давно – аж в 1964 году.
Однако самое интересное выяснилось совсем недавно и чтобы это выяснить, специалистам пришлось отправиться в лес тёмной ночью и быть невероятно внимательными. Оказалось, что мицена светится! Крошечные фонарики, испускающие мягкий призрачный зеленоватый свет, усыпали гнилую древесину, от разложения которой эти сапротрофы получают питательные вещества, и призывно мерцали во тьме.
Он живой и светится!
То Драгунский про светлячка писал, но тут тоже подходит.
Но зачем же грибам понадобилась биолюминесценция? А дело вот в чём: когда ты такой маленький, то очень непросто привлечь тех, кто станет распространять твои споры. А вот мерцающие во тьме «лампочки» очень даже привлекают насекомых и прочих лесных обитателей, а значит в Новой Зеландии не переведутся такие полезные для экосистем мицены!
Ещё больше интересного о живой природе на канале ЗУБ: записки учителя биологии: в Телеграм | в Макс
Но происходит что-то странное: бегемот широко раскрывает пасть, а носорог просто стоит и ничего не делает. И кажется, даже слегка опасается. Но что делает бегемот: он зевает или готов укусить? Ни то ни другое. На самом деле, это демонстрация. Бегемоты раскрывают свои впечатляющие пасти, чтобы выставить напоказ главное оружие – нижнюю челюсть, массивные клыки которой могут достигать длины в 60 см, да и резцы, вырастающие до 15-17 см, тоже очень впечатляют.
Но как бы ни был опасен бегемот, он никогда не станет сражаться без веской причины, так что самое логичное, что он может сделать – это открыть пасть, как бы говоря: «Видел, что у меня есть? Если что, то я готов это использовать».
Животные помельче после такой демонстрации драпают от бегемота так, что пятки сверкают, но неужели он не боится нарываться на носорога? Тем более тогда, когда находится не в своей среде. Это в водоёме он – царь и бог, там его территория и за неё он вполне способен навалять даже носорогу. Но тот и сам у водоёма в конфликт вступать не станет, понимая, что к водным боям не слишком-то и приспособлен.
Да, на суше бегемоту носорога, скорее всего, не одолеть, тут он уязвим. Даже несмотря на то, что бегемот способен бежать со скоростью около 30 км/ч, носорог всё равно быстрее, да и рог никто не отменял. Бегемот не у себя дома, его всё тут бесит. Но и носорога бегемот явно раздражает, и когда подтягиваются его носорогатые друзья, кажется, что вот теперь-то точно начнётся драка, в финале которой от бегемота останется только мокрое место.
Но нет, даже получив поддержку, носорог не атакует – более того, позволяет вторженцу приблизиться настолько, что это уже ни в какие ворота не лезет. Но зачем? А всё дело в том, что у обоих зверей зрение просто ужасное и, чтобы адекватно оценить сложившуюся ситуацию, им нужно друг друга обнюхать. И обнюхав, опытный носорог отступает.
Он прекрасно понимает, что загнанный в угол и взбешённый бегемот – опасен, так что любое столкновение сопряжено с высоким риском травм для обоих животин, и именно поэтому оба предпочитают обойтись демонстрацией силы. И даже лёгкий пинок под зад, который в конце концов всё-таки отвесил носорог в край обнаглевшему бегемоту – это тоже предупреждение: дуй, мол, уже в своё болото!
А вокала не будет, этому милая птичка не обучена, но разве вам недостаточно? Вот самки и самцы-конкуренты очень даже впечатляются! Впрочем, впечатлить птичка нас с вами может даже без вокала, ведь птичка эта – китоглав, и она очень и очень необычная. Одно название чего стоит! Русское наименование «китоглав» появилось в результате перевода латинского имечки пернатого – Balaeniceps rex, что можно буквально перевести как королевская китовая голова.
Так, постойте, а что, бывает и не королевская? А не бывает. Он такой один – король одноименного рода, входящее в одноимённое семейство, где нет никого, кроме него одного, китоглава. Входит это семейство в отряд пеликанообразных, но, судя по молекулярно-генетическому анализу, их ближайшей ныне живущей роднёй являются не пеликаны, а молотоглавы – вот у тех-то как раз название идеальное. Тоже те ещё чудики, как-нибудь расскажу вам про них, но сегодня – про китоглава.
Сходство головы нашего героя с китом всё же ну очень отдалённое – вероятно, в процессе выдумывания имени всё же главную роль сыграли её размеры. Поэтому англоязычные коллеги выдали пернатому иное, более, как мне кажется, логичное имечко – Shoebill. Слово «shoe» – это отсылка к кломпам, традиционным голландским деревянным башмакам, на которые клюв этого птыца действительно страсть как похож.
Китоглав по прописке африканец, но обитает он только на тех территориях, где распространены болота. Внушителен у птицы не только клюв, внушительна она вся: средненький такой китоглав весит около 7-9 килограммов и достигает в высоту 1,5 метров, да и размах его крыльев колоссален – до 2,4 метров.
Ох и хорошо он, наверное, на таких крыльях летает? Да не очень, честно говоря – шнобель-то перевешивает. Впрочем, над родными болотами иногда на короткие расстояние всё же по воздуху перемещается, и выглядит это впечатляюще. Впечатляюще странно.
Но ещё страннее видеть, как это туша спокойно стоит на листьях кувшинок и не тонет. Ну прямо якана-переросток какая-то. Впрочем, кувшинки – растеньица выносливые, а китоглав с его большими лапами и длинными пальцами ловко умеет держать равновесие и надолго замирать. Он вообще с виду ленив и малоподвижен, но это только до тех пор, пока мимо не проплывёт кто-то, кто сгодится на обед.
А кто годится? Главное блюдо китоглавьего меню – двоякодышащие рыбы протоптеры. Это здоровенные такие товарищи, которые живут в мутной водице и частенько поднимаются подышать кислородом воздуха. А китоглаву только того и надо. Они обладают острым, редким для птиц бинокулярным зрением, и приметив поднимающуюся со дна рыбину, быстро хватают её своим клювом.
Если протоптер попался подходящего размера, то проглатывается он целиком. Но если крупноват, то китоглав ничтоже сумняшеся отчикает ему голову – это голландский башмак гладенький, а вот клюв китоглава по бокам острый и легко отрезает всё лишнее. Благодаря этой технике при необходимости прожорливый птах спокойно закусывает и африканскими сомами, и водными птицами, и молодью крокодилов.
А если вместе с едой в рот попали водоросли или ещё какая бяка, то китоглав её просто стряхнёт, смешно покачав головой из стороны в сторону, прямо как демонстрировал вам на первом видео. Это движение у него в принципе вошло в привычку – на болоте ведь живёт, много там всякой гадости несъедобной плавает, не есть же всё подряд. Король он, в конце концов, или не король?
Ещё больше интересного о живой природе на канале ЗУБ: записки учителя биологии: в Телеграм | в Макс
Да, это действительно так. Вчера мы с вами рассматривали птиц, которые вступают во взаимовыгодные отношения с крупными копытными и даже капибарами, выедая с их шерсти паразитов (волоклюи, правда, хулиганят в процессе, но их учитывать не станем), но лягушки? Неужели это симбиоз такого же рода? Совершенно верно! Более того, лягушки получают от таких взаимоотношений даже больше пользы, чем птицы.
Такое необычное поведение озёрных лягушек учёные начали наблюдать с 2012 года на турецком побережье Чёрного моря. В этом регионе одомашненные азиатские буйволы в конце лета покидают свои пастбища и до конца осени проживают в болотистой местности, где их и находят лягушки и селятся в густой шерсти животного.
Заметившие такое странное поведение земноводных польские учёные сначала посчитали это случайностью, но всё же на следующий год вернулись, чтобы проверить, и обнаружили ещё больше копытных, заселённых лягушками. На некоторых из них было всего по 3-5 земноводных, а на одном – целых 27! Причём буйволы это дело всячески приветствовали и спокойно лежали на мелководье, пока по ним скакали их земноводные друзья, а когда буйволы поднимались, чтобы выйти из водоёма, лягухи никуда не убегали и продолжали кататься на своих мохнатых такси.
В 2020 году такие же взаимоотношения зарегистрировали работники и швейцарского заповедника Гваттмосли. Обитающие там буйволы – дикие, однако точно так же водят дружбу с лягушками, и это логично: густой мех буйволов просто кишит разнообразными паразитами, и донимают они зверя нещадно, так что легко можно представить себе, насколько лучше чувствует себя копытное после того, как лягушки избавит его хотя бы от их части. Да ещё и кружащихся вокруг мух ловят.
Но неужели лягушкам настолько сложно искать пропитание в родном болоте, что им понадобился рогатый шведский стол?
Оказалось, дело не только в пище. Как показали продолжающиеся исследования польских специалистов, работающих на черноморском побережье, земноводные подселялись к буйволам не сразу, а только в средине осени, когда температура воздуха снижалась и лягушки могли получать тепло от кожи и меха своего большого копытного друга.
А вот и ещё один пример этого удивительного союза из национального парка Кумана в Шри-Ланке.
Да и конкуренция между лягушками в это время года очень высока, так что с большей долей вероятности выживут те из них, кто сумел «подружиться» с копытным обогревателем.
Ещё больше интересного о живой природе на канале ЗУБ: записки учителя биологии: в Телеграм | в Макс
Снова суббота, а это значит, что я несу вам четыре факта, которыми удивляю школьников на уроках биологии. Сегодня подборка посвящена птичкам, которые используют крупных животных в качестве такси с дополнительными услугами. За такси они, кстати, платят, хотя некоторые в процессе перевозки слегка хулиганят.
Ещё больше интересного о живой природе на канале ЗУБ: записки учителя биологии: в Телеграм | в Макс
А посмотрели мы на завораживающую трансформацию удивительного живого организма – Stemonitis splendens, слизевика, который англоязычные коллеги прозвали шоколадной трубчатой слизью. Стемонитис – это не грибок, а миксомицет из группы слизевиков. Но если миксомицеты не грибы, то кто же? А они всего лишь амебоидные или жгутиконосные простейшие, освоившие наземный образ жизни и способные к образованию сложно устроенных плодовых тел.
Видео, демонстрирующее их чудесный метаморфоз, конечно, сильно ускорено – в реальном времени вся эта трансформация заняла несколько часов, но это тоже очень и очень быстро.
Свой жизненный путь этот вид слизевика начинает со споры. Из споры на свет появляется махонькая одноклеточная амёба, которая ползает в субстрате, вроде гнилой древесины и путём фагоцитоза активно лопает всяческие бактерии, водоросли и грибки. Наевшись, амёбы делятся или сливаются друг с другом, но многоклеточными не становятся – только растут и растут, и в итоге становятся плазмодием, достигая поистине впечатляющих для одноклеточного организма 2 сантиметров.
И это ещё шоколадная трубчатая слизь такая «махонькая», а миксомицеты из других семейств и порядков вполне способны вымахать до нескольких десятков сантиметров, а у крупных видов, таких как, например, фулиго гнилостный, плазмодий может вырастать до 1 метра и более.
Но даже такое гигантское, тело плазмодия – это единая огромная клетка с миллионами ядер без клеточных перегородок. Если отделить часть, обе части выживут и дальше будут жить как два самостоятельных организма. А если потом их соединить обратно, то сольются вновь.
Плазмодий – тоже товарищ подвижный. Он выползает из толщи субстрата и начинает путешествовать по лесной подстилке или побегам растений, попутно выискивая себе пищу. На этой стадии он поглощает в основном отмершие растительные остатки и плодовые тела грибов. Отъевшись как следует и накопив достаточно энергии, плазмодий забирается куда повыше и начинает производить десятки крошечных, пузырящихся плодовых тел. У нашего героя стемонитиса они сначала бледные, мягкие и похожи на жемчужинки.
Затем жемчужинки поднимаются на миниатюрных ножках, удлиняются в тонкие трубочки и постепенно меняют цвет с белого на розовый, а затем на тёмно-коричневый. Эти трубочки по сути своей являются спорангиями, именно в них будут созревать споры, дающие начало новым поколениям ползающих прожорливых амёб. Удивительно!
Ещё больше интересного о живой природе на канале ЗУБ: записки учителя биологии: в Телеграм | в Макс
Мы с песцом хотим вас удивить и предлагаем 7 любопытных фактов:
1. У песца, единственного из псовых, есть резко выраженный сезонный диморфизм в окраске шерсти: зимой он белый, а летом – тёмный со светлыми подпалинами.
Смена цвета, разумеется, обусловлена необходимостью маскироваться. Зимой белый мех сливается со снегом, а летом тёмно-серый или бурый цвет помогает прятаться среди тундровых камней, мхов и лишайников. Это защищает зверя от крупных хищников и помогает незаметно подкрадываться к добыче.
Но особенно забавно выглядит песец в процессе линьки, когда меняет свою белоснежную шубку на летнюю одёжку.
2. Однако всё вышесказанное касается только белой морфы песца. Существует ещё и морфа голубых песцов, мех которых одноцветен, а цвет зимой и летом практически не меняется.
Голубая морфа песца в зимнем наряде
Белая морфа песца обитает в основном в материковых тундрах Евразии и Северной Америки, где зимой мех зверя сливается со снежным покровом. Голубая морфа преобладает на океанических островах (например, на Командорских или Шпицбергене) и в прибрежных районах, где тёмные скалы делают белую маскировку менее эффективной.
3. Песец – единственное коренное наземное млекопитающее Исландии, которое жило там до появления человека.
С помощью людей в Исландию переехали северные олени, завезённые из Норвегии в 18 веке, американские норки, ввезённые уже в начале 20 века, а также мыши, крысы и, разумеется, различные домашние животные, но вот песец был там раньше. Попал он в Исландию совершенно самостоятельно, придя пешком по замерзшему океану в конце последнего крупного ледникового периода. Сейчас он образует отдельный эндемичный подвид – Vulpes lagopus fuliginosus, который исторически изолирован от материковых собратьев и в основном представлен голубой морфой.
4. Песец в совершенстве владеет искусством мышкования – добычи грызунов из-под снега. Высокий прыжок, точный удар передними лапами – и обед готов.
Слух у песца великолепный: он слышит движение мыши или лемминга под толщей снега на расстоянии нескольких метров, а тонкий нюх позволяет учуять грызунов на большой глубине, под снежными сугробами высотой до 70 сантиметров, ну а узкая и вытянутая мордаха помогает пушистому войти в сугроб как нож в масло.
5. Песцы являются экосистемными инженерами. Вокруг нор этих хищников формируются участки с повышенной продуктивностью растений
Жильё песца – это этакий оазис в тундре. Песцы роют сложные многоярусные норы в сухой почве холмов и используют эти убежища на протяжении десятилетий, постоянно рыхля почву вокруг. Отходы жизнедеятельности удобряют землю, из-за чего вокруг нор вырастают пышные ярко-зелёные лужайки – так называемые «песцовые сады», заметные даже из космоса.
6. Песцы – абсолютные рекордсмены по плодовитости среди всех хищных млекопитающих.
Обычно у каждой пары песцов рождается от 7 до 12 детёнышей, но иногда самка приносит 20 и даже 25 малышей – это рекорд плодовитости не только для семейства псовых, но и для всего отряда хищных. Самка во время выхаживания всего этого выводка остаётся в норе, и еду сначала для неё, а потом и для всего семейства приносит самец.
7. И как будто бы им мало своих, песцы готовы в случае необходимости усыновить чужих.
Большие холмы, насквозь изрытые норами, зачастую служат многоквартирным домом для нескольких семей песцов, у каждой из которых свой вход. Общаться – они особо не общаются, но если с родителями в одной семье что-то случится, то детишки не останутся без присмотра – их охотно усыновят соседи и будут воспитывать наравне со своими. Вот это широта песцовой души!
Ещё больше интересного о живой природе на канале ЗУБ: записки учителя биологии: в Телеграм | в Макс
Но перед нами же не косатка? Нет, конечно же – перед нами обыкновенный сом, но именно так окрестил этот способ охоты впервые задокументировавший его французский биолог Жюльен Кушерессе.
Гигантские сомы – настоящие монстры речных и озёрных глубин. Самые крупные из них могут вымахивать до 2,5 м в длину и набирать массу около 150 кг, а в прошлом, говорят, встречались и четырёхметровые особи по 400 кг весом. Правда это или нет, достоверно неизвестно, но 25 мая 2023 года итальянский рыболов Алессандро Бьянкарди поймал гигантского сома в реке По на севере Италии. Длина рыбины составила рекордные 285 сантиметров, а вот взвешивать её не стали, чтобы не причинить вреда. После проведения замеров и быстрой фотосессии сом был отпущен обратно в родную стихию.
Впрочем, как бы велик ни был сом, до габаритов косатки ему всё равно очень и очень далеко, однако технику охоты эти животины временами применяют очень схожую.
В некоторых регионах косатки намеренно выбрасываются на мель во время охоты на тюленей. Они подстерегают добычу у самого берега, а затем резко выскакивают из воды и хватают зазевавшееся ластоногое. Такой манёвр требует крайнего мастерства, так как косатка рискует застрять на суше, если просчитается хоть в чём-то, но голод – не тётка, знаете ли.
Так вот, в 2012 году команда под руководством Жюльена Кушерессе осуществлила видеосъёмку подобной охоты обыкновенных сомов. Огромные рыбы, словно косатки, выбрасывали переднюю часть тела на галечный берег, где ничего не подозревающие голуби принимали водные процедуры, хватали пернатых своими внушительными ротельниками и утаскивали на глубину. После подсчёта числа успешных атак учёные были очень впечатлены: эффективность такой нестандартной сомьей охоты составила 28%. Очень даже недурственно для рыб!
Впрочем, чтобы закусить птичьим мясом, сому необязательно выбрасываться берег. Если беспечная птица присела на поверхность воды передохнуть или напиться, то сому куда как проще просто подплыть и слопать без лишних усилий. Так что птицам, делящим территории с этими речными монстрами, нужно быть осторожными. Например, вот это французское пернатое было совершенно не готово к атаке сома, что неудивительно: в Сене сомы обосновались совсем недавно, они и людей-то иногда пугают, не то что голубей.
И если в дикой местности рацион взрослого сома состоит в основном из рыбы, раков да лягушек, а птицы составляют лишь его незначительную часть, то в городах, где появились гигантские сомы, ситуация сейчас совсем иная. Когда учёные проанализировали химический состав тканей этих рыб, то обнаружили, что у городских особей большую часть рациона составляют голуби. Ну а чего они толпами прямо у кромки воды собираются? Сами нарываются. Сому даже видеть их не надо: зрение-то у этих жителей мутных вод – вообще на самая сильная сторона. Все эти всплески и перетаптывая голубей у кромки воды «звучат» для боковой линии и высокочувствительных усиков сомов как гонг, зовущий к обеду. Кушать подано!
Ещё больше интересного о живой природе на канале ЗУБ: записки учителя биологии: в Телеграм | в Макс
