Степан вспомнил, что обещал позвонить Прохору. Набрал и сказал, что завтра во второй половине дня приедет. Спросил, есть ли новости?
Прохор ответил, что новостей нет, и что он ждет.
- Буду в райцентре. Там же, где ты меня высадил. Там встречу. Бывай.
Степан набросал список, что завтра с утра купить. Пирату корма побольше. Там, в деревне, не продают. А на рыбалку ему, скорее всего, некогда будет ходить.
- Оставить бы тебя в городе, да некому. Придется тебе со мной ехать.
Пират посмотрел на человека. Конечно, ехать. Не первый раз. Степан сидел, соображая, что еще надо взять с собой, а кот завалился спать.
Человек посмотрел на него и тоже лег. Может, что утром придет в голову.
Марат вернулся в общагу. Машинально вытряхнул все из пакета с тетрадками, посмотрел на завтрашнее расписание. Лекция, еще лекция и снова у Кондрата! Вот же дали имечко мужику. Марат хотел сунуть тетрадку обратно в пакет, но неожиданно зацепился за сделанную автоматически запись. Пожалел, что нет начала лекции. Речь в ней шла об экономике природопользования. И в том числе упоминались болота. Но в той части лекции, которую записал Марат, не говорилось о том, что использовать болота экономически выгодно. Наоборот. Лектор приводил цифры, говорившие о том, что осваивать местный энергоресурс дорого и нецелесообразно.
Марат порадовался, что сосед по комнате свалил в закат, в смысле к родичам, выключил свет, закрыл дверь и сел на кровать, обдумывая ситуацию.
Торф, это хорошо. Но чтобы его добывать, болота надо осушать. Марат снова включил свет и открыл региональный справочник. Точно – надо. Караваев прав. Работы до фига. Территория болота не особенно велика по сравнению с теми местами страны, где торф уже добывали.
А водяной определенно будет против осушения.
"О чем ты думаешь, любитель фольклора?", - спросил он себя. – "Какой на хрен водяной???".
И тут же Марат вспомнил необычное имя – Поликарп. Полез в сеть… Странно, там имена водяных нигде не упоминались, только то, что говорил мужик в баре: болотник, водяник, анчутка, хозяин болота.
"Ложись спать", - скомандовал он себе, послушался, но сны, которые он видел, продолжили тему болот. Во сне он прыгал по кочкам, проваливался, кто-то большой протягивал ему лапу и помогал спастись.
Марат подскочил ни свет, ни заря, схватил телефон и набрал номер Степана. Мужика он явно разбудил.
- Нужно встретиться, есть мысль, - сказал Марат.
Степан подъехал к институту между парами, и Марат выложил ему возникшие соображения, дал сфоткать лекцию. Мужчина посмотрел на полузнакомого парня.
- Подумать надо. Спасибо.
Марату вдруг стало неудобно обращаться к Степану так запросто, как он сделал это в баре. И еще ему стало ну очень интересно, что будет дальше.
- Вы позвоните мне, если что? – спросил он.
Из машины раздалось недовольное мяуканье. Мужчина и парень посмотрели на нее.
- Сейчас поедем, Пират, - сказал Степан.
Он пожал руку студенту. Еще раз поблагодарил. Марат проводил глазами машину и отправился на лекции…
Степан выехал на трассу и остановился. То, о чем сказал ему Марат, наводило на нехорошие мысли. Кот, выпущенный из переноски и лежавший на соседнем сидении, снова вопросительно мяукнул, словно говоря: чего стоим?
Степан ехал, не нарушая правил, мысли крутились в голове, но ни на чем конкретном он не остановился.
"Расскажу все Прохору. Вместе мы больше надумаем. Хотя основное – кому-то нужно болото и они, узнав о возможном препятствии, его убрали. Как еще поверили-то???".
Прохор молча выслушав новости, пришел к тому-же выводу.
- Подстраховались, - тяжело уронил он. – Надо, надо искать Поликарпа. Не верю я, что совсем он сгинул! Не хочу верить. Давай сейчас прямо, скажу, где повернуть.
Степан, следуя указаниям, выехал из райцентра, проехал по петлявшей проселочной дороге километров десять и остановился около небольшой заимки.
- Людей я тут собрал, - пояснил Прохор. – Болота большие. Вдвоем мы мало что сможем.
Степан закрыл машину, наказав Пирату сидеть смирно. Кот зевнул: спать буду.
В доме их ожидало пятеро.
- Расскажи еще раз, что студент нарыл, - попросил Прохор.
После рассказа, собравшиеся переглянулись.
- Предупреждал же, - с досадой сказал один из них. – Объяснял! Но они не слушают. Замаячило перед ними бабло!
Оказалось, что на торф начал зариться еще Ланецкий. Но у того приоритеты были другие. А преемники решили заняться энергоресурсами вплотную. Прочитали, что добычу торфа в стране решено увеличить.
- Умные люди ему посчитали, что осушать и после добывать выйдет дороже, чем купить готовое. Не настолько велик запас в нашем болоте! Не Сибирь. Ланецкий был сволочь, но не дурак. Поверил или проверил, не знаю, но оставил нас в покое.
Степан смотрел на людей, на их взволнованные и разозлённые лица. Любят люди свой край. Хотят сохранить. Ему стало легче, от осознания этого факта. Он слушал, как люди планируют отслеживать чужаков, как собираются обратиться куда-то за пределы области.
Про водяного не было сказано ни слова. Один из собравшихся проводил их до машины и коротко пожелал:
- А как же Поликарп? – спросил Степан, когда они снова сели в машину. – Не верят?
- Почему не верят? – Прохор скупо улыбнулся. – Ну, может кто-то и не верит, но Антон Сергеевич, тот, кто нас проводил, просто знает. Видел. Общался. Поликарп его внука спас. Вывел заблудившегося мальчишку на сушу еще пять лет назад. Водяной, это наша задача, Степан. Его надо найти и попытаться разбудить.
- Как разбудить? Мы же не знаем, почему он сам не проснулся!
- Вот поэтому и надо его найти. Я думаю, что те, кто в меня стрелял, или потом другие по их указке отравили чем-то воду. Не знаю чем. Но что-то водяному мешает. Болото большое. Надо точно знать, где лежка у Поликарпа. Тогда возьмем пробу воды, узнаем, что добавили и как это убрать. Сами не справимся, умных людей подключим.
- А если спросить этого дурачка вашего?
- А его уже не спросишь. Нет Павлика.
- Нашли в январе замерзшим. Официально – отравление алкоголем. А там, кто знает. Могло быть и так. Я сразу проверил, как домой добрался. А когда узнал, так к Антону и пошел.
В деревню к Прохору они добрались поздно. Около избы их ждали. Мужики встретили Степана улыбками.
Пират, засидевшийся в машине, побежал на разведку. Люди снова говорить будут, а у него свои заботы. Вернулся поздно, Степан уже искать кота собирался.
Пират облизывался, корм пожевал, но немного.
- Охотился твой зверь, - улыбнулся Прохор.
Степан посмотрел, как он потирает место ранения, послушал, как дышит.
"Прав был врач, не долечился Порох", - мелькнуло у него.
- Давай спать. Завтра пойдем на остров. Мысль у меня есть, что там где-то лежка у водяного. Проверить надо. Хотя у него их наверняка много. Надо найти его. И как можно скорее.
Утром мужчины быстро собрались. Прохор аккуратно упаковал несколько пробирок.
- Мало их у меня. Надо было тебе заказать. Поздно сообразил, - с досадой сказал он Степану.
Пират увидел, что хозяин куда-то засобирался и возмущенно замяукал: а я?
- Оставайся! – пробовал уговорить его Степан. – Ну, зачем тебе в болото, а?
Кот уговорам не поддался. Залез на плечи, вцепился всеми когтями. Дал понять, что человека просто так не отпустит.
Степан вздохнул и достал прошлогоднюю старенькую переноску, переделанную так, чтобы носить на спине.
- Как знал, зверь ты настырный. Не выбросил. Залезай!
Пират не спорил. Забрался и замурчал: другое дело.
Степан даже не ожидал, что так обрадуется дороге на болото. События привели его сюда невеселые. Но здесь он нашел друзей. Мужчина шел и смотрел во все глаза. А уж на остров с развалинами посмотрел, как на дом родной.
"Вот бы еще Поликарп нас встретил!", - подумал Степан.
Но, увы. Водяного не было.
Степан выпустил Пирата из переноски и даже предупреждать ни о чем не стал. Эту территорию кот знал прекрасно.
Пират забежал в остатки дома, потом покрутился по острову. Степан и Прохор сделали то же самое. Прохор звал водяного ритмичными ударами по воде. Степан делал то же самое. Пират вынырнул из зарослей, посмотрел на людей. Замяукал громко.
- Тоже зовешь? – вздохнул Степан. – И тоже зря.
Пират кричал долго, потом облизнулся: пить хочется. Он подбежал к тому месту, где в прошлом году Степан рыбачил, а он пил с невысокого выступа берега, но вдруг попятился и снова замяукал, но крайне недовольно.
- Что случилось? – поинтересовался хозяин.
Кот чихнул, фыркнул и попятился еще дальше от воды.
- Кто там? – спросил Степан, но кот не ответил и пошел пить к роднику, хотя раньше холодная вода ему не нравилась.
Степан еще раз посмотрел на кота, на берег.
- Прохор, возьми пробу вот здесь, - позвал он. – Пират пить отказался. Может, почуял что-то.
Прохор набрал воды. Они еще несколько раз позвали водяного, но безрезультатно.
- Сходим еще в пару мест? – спросил Прохор.
- Сходим, - ответил Степан, посадил Пирата в переноску и она снова зашагали по болотам.
Везде, куда приходили, Прохор брал пробы воды. Пират бегал по незнакомым местам. В одном из них он снова отказался пить. Родника поблизости не оказалось.
- Потерпи. Или вот, лучше так попей.
Степан сорвал лист, свернул фунтиком и немного налил коту из фляги. Пират лизнул, но лист развернулся и вода пролилась.
- Никак не думал, что надо миску с собой брать. Потерпи, - повторил Степан.
Прохор пометил две пробирки.
- Это отдам на анализ в первую очередь. Кот просто так пить не откажется. Он что-то чувствует.
Степан вспомнил, какую воду пьют кошки дворовые. Но Пират привык к хорошей. И, скорее всего, что-то действительно не так.
Они вернулись в деревню и в тот же день отвезли пробирки в райцентр. Прохор рассказал Антону Сергеевичу о нежелании кота пить.
- Надо бы в город отправить. У них там помощнее оборудование. Как думаешь, Прохор, врач твой, Дмитрий Ильич, не откажется посодействовать?
Прохор достал телефон. Поговорил.
- Тогда завтра с утра и отвезем.
Трое мужчин сидели вокруг костра.
Кроме них на суше был еще кот Пират, а в озере покачивал последние кувшинки водяной Поликарп.
Листья, изредка падавшие с деревьев, были желтыми. Осень начинается.
Год прошел с того времени, как водяной Поликарп попросил воду помочь человеку. Вот как повернулось – ему самому помощь понадобилась.
Поликарп вздохнул. Все взгляды устремились на него. Водяной махнул лапой – это я так.
Прохор покачал головой. Степан заметил и улыбнулся: врач Дмитрий Ильич так же качает, когда пациенты раньше времени себя считают здоровыми. Прохор перехватил улыбку и засмеялся: научился поневоле.
Поликарп и в самом деле был еще не совсем здоров. Договорились, что он уйдет спать пораньше. И место скажет Прохору. Чтобы втрое приглядывал за ним. Хотя болото и так было окружено наблюдателями. Чужих ни о чем не спрашивали. Просто вежливо разворачивали назад. Нечего вам здесь делать.
Степану пришло в голову, что людей около этого костра могло быть больше. Много людей помогало отбить болото у желавших приступить к осушению. Борьба была еще не закончена, но за лето успели сделать много.
Здесь мог быть и Дмитрий Ильич, делавший анализы проб воды, которая так не понравилась Пирату. И химики, которые подобрали противоядие.
И зверь-препод Марата, который написал экономическое обоснование невыгодности осушения территории. Добавив, что самый последний двоечник в этом разбирается больше, чем те дебилы, которые хотели этим заняться.
Последний выпад в документ не вошел, естественно. Но зато Кондрат Валерьевич Караваев не удержался и лично озвучил комментарий, когда его обоснование решили оспорить "эти дебилы".
- Я, юноша, - заявил Караваев, хотя юношей его визави можно было считать условно, - за свои слова отвечу хоть где. Мне звание не за бабки дали, а вы, юноша, в школу ходили давно, а в институт еще раньше. В прошлой жизни, да и то не наверняка!
После этого Кондрат Валерьевич подумал и написал докладную ректору, предложив добиваться для территории болота и прилегающего к нему района статуса заповедника или хотя бы заказника. Как дополнительной меры противодействия "этим дебилам".
Проект был пока не утвержден, но само его наличие радовало всех причастных.
Третий из сидевших около костра представлял всех волонтеров, которые летом присоединились к охране территории вокруг болот.
Про водяного никто из них не знал. А Марата пригласил Степан по поручению самого Поликарпа.
После того, как пробы воды изучили, решили искать места с такой же водой, и в одном из них обнаружили глубоко спящего водяного. Как пришлые узнали про хозяина болота, выяснить не удалось. Павлик-даун ли рассказал, или как-то еще прознали "дяди", неясно. Степан вспомнил, как в прошлом году он прятался от летавшего над болотами дрона. Думал, что ищут его, но может, уже тогда следили не за ним. Воду травили именно в тех местах, где любил бывать Поликарп.
Когда водяного обнаружили, Прохор и Степан три недели жили на берегу, постепенно добавляя нужные реагенты. Боялись сразу все насыпать. Дело-то невиданное. Не сделать бы хуже.
Поликарп очнулся, но был очень слаб. Все лето болел, более-менее оправился только к осени. Прохор ругался с ним, как врач в госпитале с ним самим.
- Рано еще болота мерить. Жизнь у тебя налажена хорошо. Несколько месяцев можно не следить. Чужих люди не подпустят, Поликарп. Сиди ровно!
Водяной спросил, как так получилось, что люди стали за болота биться.
- Они не тебе одному нужны, - заметил Степан. – Люди не все сволочи.
И рассказал, как все было. Поликарп посмотрел на Прохора, на Пирата, а потом попросил:
- Пацана-то приведите. Видел его, помню. Хороший парень растет. К природе уважительный.
Степан позвонил Марату, спросил, найдет ли тот пару дней, на что парень ответил, что только что сдал последний экзамен и скоро отчалит домой.
- Ну, лады. Там и встретимся.
- Где - там? – уточнил студент.
Марат удивился, что городской мужик делает в его родных местах. А когда Степан привел его на остров, и Поликарп показался из воды, просто сел на землю и долго хватал ртом воздух.
Прошел сентябрь. Поликарп ушел на покой до весны.
- Должен оправиться за зиму, - коротко пообещал он Прохору.
Степан вернулся в город, подумал, что два у него теперь места родных. Не только город. Мало будет приезжать к Поликарпу только на неделю отпуска. Он пошел к директору.
- Все-таки увольняйте меня, Борис Петрович. Оформил я само занятость. Чай на хлеб с маслом заработаю.
Марат учился на четвертом, начал писать дипломную работу. У Караваева. Приятели крутили пальцем у виска. Марат отшучивался. А сам думал, что не зря учится. И без работы не останется: родной край пригляда требует.
Про водяного он никому не говорил, зато рассказывал волонтерам летом "местные придания", таинственно округляя и закатывая глаза. Девушки даже верили и спрашивали про русалок. Марат отвечал, что русалки есть и даже русалы. Но это тайна. Тссс!
Сам он вспоминал добрую мудрость дива, которое помог спасти, хоть и случайно. И ждал весны, чтобы снова увидеть, как беззвучно появляется из воды водяной Поликарп и услышать его глуховатый голос.
