pro18plus

Я попросил Малика отвезти меня домой, под предлогом усталости с дороги. Он предложил остаться в Кремле, и я честно признался, что не в восторге от идеи провести ночь в здании, где большинство людей — матёрые уголовники, в охоте за которыми в любой момент могут нагрянуть правоохранительные органы, в схватке с которыми будет применяться военный арсенал. На моё удивление Малик согласился с доводами, но посоветовал остаться у него, потому что за время отсутствия ко мне домой много раз вламывались, а заодно обрубили электричество и интернет, потому как сначала думали, что я дома и сам выйду, если лишить меня удобств, а затем туда врывались разные группы захвата и неоднократно устраивали засады, полностью уничтожив всё, что так или иначе было связано с комфортом. Я поверил на слово и принял его предложение, мы направились к лифту.

Пока мы ехали вниз, сомнения начали разъедать меня изнутри, их оказалось больше, чем было до принятия решения, и они росли пропорционально приближению к моменту встречи. Я решил узнать мнение о происходящем вокруг у Малика, человека, скроенного по другим лекалам, который жил ненавистью к Володе, убийство которого, долгое время придавало смысл его жизни.

— МиР умеет создавать яркие идеологические конструкции. Не с ровного места стока босяков разношёрстных готовы рубиться за него, им всем до лампочки, попутал он чё-то или нет, им в цвет, что он помог им поверить, прочно поверить, в себя, в будущее, в империю, но главное! Он излечил их от мысли, что от них ничего не зависит. Лично мне было сложно признать, что он редкий случай, когда сила отдельного человека меняет сознания граждан.

— Не смущает, что у него всё выстраивается вокруг ненависти?

— Меня? Ты серьёзно сейчас?

— Ну да, тупанул чёт.

— Ты никогда не разгонял, за то, что идея любви, сдулась?

— Объяснишь?

— Любая великая идея порождает, великое сопротивление ей. Всю дорогу только и пели за любовь, она обязанность стала напоминать, а это братка тяготит, ну и всё это время ненависть находилась под негласным запретом, а потом её разрешили, мол, не стрёмно это, взять и послать на хуй мудака, ещё и говорят, для общества здорового полезно. Ты сначала в отказ, типа хуйня какая-то, потом хуякс казус и отправляешь на три известные, а на душе сразу так тихо, спокойно, и мудак теперь знает, что он мудак, и ты не стал заключать сделок с совестью, делая вид, что ты его любишь таким, какой он есть, и вот те, кто позволили себе капельку ненависти, сильно кайфанули с неё и не стали себя ругать за это, как раньше, и быстро полюбили, а после докумекали, что прежде их обманывали, и впредь доверяют только тому, кто снял с них ярмо любви и прочие оковы. Видишь, всё просто, понятно и по логике раскидано, оттого более странно, что никто, кроме «Чёрной России», не мутил такое раньше.

— Так это внешнее, его проще принять, чем уйти в глубину.

— Может быть, она на хрен и никому не нужна? Глубина эта. Все просто хотят быть вместе с МиРом, все хотят быть пиздатыми, как он. Они могут себе позволить это здесь и сейчас, а не как-нибудь потом в другом месте, им по кайфу быть разъярёнными животными, и им по хуй на всё остальное, уж тем более на какую-то там глубину. Народ видит в нём новый виток в старом потоке власти и окончание эпохи без смысла, для них «Чёрная Россия» — это движение посылания на хуй всех мудаков с их мудаёбскими инициативами.

Тем временем мы достигли первого этажа. В фойе фоном играет гимн советской пионерии «Взвейтесь кострами», неожиданный выбор репертуара, может, это отсылка, что пионеры в одном из значений это обозначает первооткрыватель, человек, прокладывающий новые пути в какой-либо сфере? В целом не увидел ничего новаторского в том, что находилось на первом этаже: рецепшен, предметный указатель по этажам, зона для ожидания, магазы, кафешки, всякие артефакты по истории движения и другое ни о чём для всех. Я окинул взглядом на улицу, от солнца не осталось и следа, несколько минут вниз на лифте, и вокруг обычный пасмурный день. В сторону входа в здание указывает статуя Ленина в ушанке с телогрейкой. Киваю в сторону бывшего вождя народов.

— Неожиданный поворот, он как тут? И почему так одет?

— Да там у братца твоего какая-то своя драматургия. Типа так облагораживает общественное пространство, с отсылками к истории. Он, короче, выкупает, отжимает или просто пиздит всякие памятники и свозит к Чёрным кремлям, типа там концепт какой-то. Есть шныри, которые экскурсии по ним водят, они и расскажут, на хрена ему телага, а вообще прикольно. Бля, братан, приколись, дорогу к этой башне указывают памятники Ленина.

— Эт как?

— Ну помнишь, он раньше стоял на площадях и куда-то рукой указывал?

— Помню.

— Так вот, он теперь указывает рукой на памятник, который указывает следующий памятник, и так по цепочке до этого монумента. Как поедем, обрати внимание.

Малик протянул стакан с кофе. Я было приготовился рассыпаться в замечаниях, что кофе должен быть чёрный, без сливок, молока, сахара, топингов, корицы и прочего, что отвлекает от вкуса напитка, как вспомнил, что мы с ним знакомы давно и он в курсе моих предпочтений. Я сделал глоток и оказался очень приятно удивлён. Кофе был горьким. Не кислым, как любят задроченные своим снобизмом псевдоэстеты, а горьким, как я люблю, и горечь та была с интересными орехово-цитрусовыми нотками. Я сделал ещё глоток, и для гастрономического оргазма мне нужен был только глоток свежего никотина.

— Братан, я всё помню про тебя. Здесь, кстати, курить можно, нам по хуй на закон об ограничении табака, нам здесь, в башне, вообще на все законы по хуй, кроме своих.

— Я заметил. Ну что, погнали на район? Где твоя тачка? Что там, кстати, за история, с университетом, где лекции читают обитатели дома престарелых гангстеров, чему там учат? Как бодяжить вес и скидывать говно при палеве?

— Там же не детский сад, а университет, это высшее учебное заведение, где люди высших квалификаций учат своему делу и готовят на поток армии заключённых для интеграции в криминальную среду других государств с целью увеличения нашего мирового влияния, и в первую очередь они готовят сидельцев.

— Первое высшее учебное заведение, где учат заваривать чифир?

— В том числе и за тюремный быт изучают с сопутствующими лайфхаками, средства коммуникации, социальную инженерию, захват и удержание власти, спецкурсом — рейдерский захват на уровне государства, там пиздец как много всего входит в обучение, плюс методы распространения идеологической пропаганды о необходимости реформирования криминалитета в чёрный интернационал. Короче, дооснащают знаниями пацанов, которые живут этими идеями и жизнь за неё тут положили. Я тебе базарю за каждого, эти ребята смогут навести суету и обеспечить увеличение приверженцев нашей вере.

— Чего, блядь? Реформа мирового криминалитета? Если тебе угрожают или держат в заложниках, моргни два раза.

— Да ты заебал. — Садимся в полностью чёрную трёхдверную тачку, с буксами срываемся с места, быстро набираем скорость, превышающую скоростной режим, игнорируя правила дорожного движения. — По-братски. Не думай за меня как за идиота. «Чёрная Россия» — следующая ступень эволюции миропорядка, и криминальный элемент важен для баланса власти и политических сил планеты.

— Ты Вову всю жизнь убить хотел, а теперь помогаешь его бредовым замыслам, да ладно, что там говорить помогаешь, ты ими болен. Тебе ведь всегда было насрать на деньги, он точно не мог тебя купить, единственное, что ты ценил, были блатные понятия, вразуми меня, невежду, как вы снюхались.

— Был момент, когда я оказался разочарован, в том, чему посвятил всего себя, и достиг потолка возможностей. Я тогда уже всех разъебал, всё доказал, мой аппетит пропал, писька упала, мне некуда было стремиться. Сидел скучал, тут МиР появляется с предложением возглавить корпорацию «Извини ТиВи» и помогает найти новый смысл, затем к «Чёрному Кремлю» подтянул, постепенно погружая в смыслы реформ мирового криминалитета. Я сразу понял, моё, я хочу стоять в авангарде мировой блатной революции и нести идеи советских воров, адаптированные под масштаб и новую реальность, по всему миру, и это не работа, это судьба, это навсегда, моё имя однозначно войдёт в историю чёрного движения.

— И какова конечная цель сего мероприятия?

— Перековка общественного сознания из зазеркалья. Ну типа, криминал — зеркало цивилизованного общества. СССР и Россия — это разные страны, потому и отражения у них разные, но одинаково способные повлиять на процессы в обществе. Понял? Типа, если изменить отражение, изменится и смотрящий в него, но я за это не думаю, моя задача — укрепление русской чёрной власти в тюрьмах других стран, таков мой путь, и на другом умирать не стану.

— И кто из вас додумался до этой гениальной сказки для взрослых идиотов?

— Тише будь, могу взъебнуть. Есть тип, Ум кликуха, универ его замут. Я в этой схеме человек до некоторой степени случайный.

— Не кажется, что масштаб мелковат, один небоскрёб с высшим криминальным образованием не даст вам, в моменте, должного количества кадров?

— Так он и не один, он есть в каждом из «Чёрных кремлей», небоскрёб, где мы были, одиннадцатый по счёту, а их больше, и в каждый из них криминальные и другие теневые лидеры со всего мира стоят в очереди на обучение, там реально лютый конкурс, куда не попасть случайному человеку с улицы.

— Звучит утопично. Объясни, на хрена это нужно тем, кто и без вашей помощи, вальяжно себя чувствует?

— Ты сильно недооцениваешь потенциал централизованного криминала. Лидеры теневых индустрий — ребята не глупые и видят перспективу, они хотят быть в авангарде нового миропорядка, и, даже зная, что им могут отказать в причастности, помогают сажать наших ребят и обеспечивают покровительство на первых порах. Мы с ними одна большая семья врагов охуевшей старой власти.

— Тебе самому это идиотизмом не кажется?

— Нет.

— А что за история с судом и тюрьмами в цитадели, в качестве альтернативного правосудия?

— В душе не ебу. Если хочешь, завтра сам спросишь у него, зачем он похитил президентов стран-участниц чемпионата мира по футболу и выпускает только на стадион посмотреть игру. Никаких выкупов или условий, просто он содержит их под стражей, и вообще непонятно, зачем он их на стадионы возит, если они пленники. Я сам в курсе только потому, что организовывал некоторые похищения, в рамках программы по отбраковке абитуриентов.

— Смешно. — В миг стало как-то не по себе от допуска мысли, что всё это правда. Тут же вспомнились слова про военную охрану здания и захваты военных баз. От чего не по себе стало ещё больше, и то, что я воспринимал, как понты и бахвальство, вдруг стало необходимостью, сдерживающей потенциальные угрозы.

— Шутим правдой, так смешнее. У МиРа, какие-то свои планы после группового этапа, но в них он меня не посвящает, я вообще по другим делам и вопросам, там чёрные движения и всё такое.

— Почему о похищениях нет информации в новостях и нет никакой шумихи вокруг отсутствия первых лиц ряда стран?

— Как ты себе это представляешь? Малик со студентами спиздил президентов для Мистера Русского? Ни одна спецслужба не готова жертвовать своей репутацией, поэтому, пока ситуация не прояснится, на экранах мелькают двойники, которые не принимают никаких решений, а занимаются чисто еблоторговлей.

Неожиданно Малику приспичило пожиганить и продемонстрировать свои возможности, так к агрессивной манере езды с монологами о своей значимости, он решил наглядно продемонстрировать одно из проявлений вседозволенности и спросил:

— Знаешь, что не так с той мусорской тачкой? — и указал на приближающийся, припаркованный на встречной полосе, автомобиль.

Я мотнул головой, дав понять, что понятия не имею.

— Она не обоссана. — Около секунды, застывшая мимика транслировала готовность сильно рассмеяться. Встретив отсутствие обратной реакции, последовал резкий разворот на скорости, пересекающий двойную сплошную. Интеграция в интенсивный поток некогда встречного движения, и мы у тачки дорожно-патрульной службы. Хлопок дверью, и Малик вразвалочку, не спеша подходит к тачке, запрыгивает на капот, расстёгивает ширинку и начинает ссать на лобовое стекло, крышу, капот. Сотрудники в ярости выбежали на него с криками и угрозой применить оружие, он сначала пытался дотянуться до них струёй мочи, затем застегнул ширинку, спрыгнул и мощно въебал тому, кто с автоматом, пока тот был потерянный от удара, Малик достал нож, перерезал ремень, на котором располагался автомат, и присвоил его себе, следом принялся короткой очередью стрелять под ноги, сопровождая криками с очень коверканным кавказским акцентом:

— Всэм нэ вэрным танцэват румбу.

Спустя короткий промежуток времени они стояли по стойке смирно, отдавая ему честь. Малик выкинул автомат в лужу ссак и довольный собой вернулся в салон.

— Шакалы ебаные, охуели совсем, поссать спокойно не дают.

Я вышел из авто и направился к ним. Вид сотрудников излучал полностью подавленную волю к сопротивлению, пространство вокруг было пропитано страхом, который нарастал пропорционально моему приближению. Оказавшись перед ними, крепко обнял каждого из них, посмотрел через глаза внутрь и попросил прощение за случившееся. Вернувшись обратно в салон, меня встретило потерянное лицо друга детства с немым вопросом: «На хуя? На хуя ты это сделал?».

— Извинись, пожалуйста, перед ними, они такого не заслужили. — Сказал я спокойным, властным тоном приказного порядка, чем словно активировал какую-то функцию, и обозначил границы дозволенного. Малик вышел из машины и отправился к ним.

— Слышь, легавые, за порожняк не обессудьте. Грубанул. Каюсь, но и вы так-то тоже не правы, вдвоём и со стволом, позволили мне так себя вести, кароче без обид. Да? — Сунул в карман каждому по несколько крупных купюр. — Нормально всё? — Они робко кивали головой, следом он пренебрежительно похлопал каждого из них по щеке и вернулся в тачку.

Никогда раньше не замечал за собой такого навыка, как отдавать приказы, мне от него стало неудобно, захотелось извиниться за такое поведение, но заметив, что обстановка хоть и была молчаливой, была лишена напряжения или другого дискомфорта, я отпустил намерение и продолжил давать указания.

— Дальше едем молча. По правилам дорожного движения.

До конца поездки никто не посмел прерывать тишину. Остановившись у подъезда, Малик как ни в чём не бывало:

— Всё, приехали. Может, накатим?

— В другой раз, сегодня хочу отдохнуть. Завтра отвезёшь?

— Говно вопрос, лови ключи, шуруй отдыхай.

— Узнал, что ты прилетаешь, и вызвался тебя встретить.

Я принимал солнечные ванны, наслаждаясь видом облаков под ногами, и непринуждённо поинтересовался о том, что ему известно, о цели моего визита, на что получил ответ:

— Ты, кстати, вообще красавчик, что стрелку МиРу забил именно на могиле Аскета.

— Миру?

— Мистеру Русскому. Базарю конкретно, Аскет тебе с того света поможет. Аскет — легенда, он был цельный весь, без дурной начинки и вредных для своего общества привычек. Помнишь? Когда его хоронили, менты фуражки снимали. Моё почтение. — Вскользь, без навязчивого интереса. — За чё тереть будете?

— Нет у меня полномочий стрелки забивать, я отошёл от всего этого и хочу, чтобы все всех оставили в покое, об этом и базар будет, хочу жить нормальной жизнью, обычного человека.

— Так нельзя, братан. На тебя великие планы имеются. Я с братом твоим работаю теперь вместе, как раз над этим.

— Что, блядь, делаешь!? Работаешь? С записью в трудовую книжку и налогами в бюджет?

— В смысле, блядь?

— Ой, бляяяя… Не начинай, а. Вот это вот своё урковское словоблудие, ты прекрасно понимаешь и о чём я, и контекст употребления слова.

Малик растёкся в заискивающей улыбке с виновато потупленным взглядом:

— Мы с моими пацанами, короче, заняты делом, которое нам по духу. Пошли в здание, я тебе экскурсию проведу по-нашему луна-парку с Блек Джеком и шлюхами. Тебе яснее станет.

Мы заходим в будку на крыше, спускаемся по лестнице несколько пролётов вниз, Малик стопнул меня громким возгласом:

— Эээ, стопэ.

Мы застыли прямо перед стеклянной стеной, которая, судя по всему, имеет зеркальный вид, с другой стороны, где присутствующие, в относительном нас зазеркалье, расположились в просторном помещении, по типу зала кинотеатра повышенной комфортности, и взгляды их хоть и обращены в нашу сторону, но не реагируют на наши звуки, действия и присутствие. Люди, чьи лица украшают журналы о покорении финансовых вершин, заворожённо смотрят на того, кто стоит на сцене, и это Володя, который в очередной раз толкает какую-то речь, Малик нажал кнопку на стене, и появился звук:

— Адрес, по которому мы находимся, Рашн-стрит, дом 1, в здании сто этажей, на которых мутятся разные грязные дела, делишки. Централизованный криминал, все знают, что тут происходит, но особо никто не рыпается, потому что мы убрали с улиц насилие и все мутные вопросы, благодаря нам, решаются здесь. По периметру нас охраняет ЧВК «Чё», специально обученные люди из различных боевых подразделений, собранных со всего мира, асы в своём деле, они всегда готовы к масштабным боевым действиям, как в нападении, так и защите, включая осадное положение. Квартал, в котором мы находимся, называется «Чёрный Кремль», по своей сути это консульства нашей организации, где решаются абсолютно любые вопросы.

Если вдруг кто плохо понимает, что такое Кремль, то вот несколько вводных для правильного понимания, дальнейшего происходящего. Кремль — это укреплённое ядро русского города, если вспомните те, что уже есть, то вам будет проще понять, что это города за высоким каменным забором, и городов за одной стеной может быть несколько, ранее их называли окольными городами.

Один из наших окольных городов — «Бастион», его стены являются рубежом по пути к цитадели, главному зданию квартала, по другую сторону от стен охраны, находятся посады, предместья с нашими людьми полезных компетенций. Все кремли — потенциальные центры агломераций. Сейчас мы с вами в одиннадцатой по счёту цитадели новых русских кремлей, он, как и остальные «Чёрные небоскрёбы», убрал с улиц криминал и взял их под свою опеку. Криминал — это бизнес, бизнес крупный и бескомпромиссный. Вы изначально должны понимать, с кем имеете дело, и не питать иллюзий об их благонадёжности, но мы сегодня можем себе это позволить, позволить контролировать криминал, и гарантировать его безопасность от рук Фемиды.

Сто этажей рассчитаны таким образом, что при самом хреновом сценарии и нанесении большого слоя пыли, песка и т.п. слоёв, верхний этаж останется на поверхности.

— Хреновом сценарии? — Голос из зала.

— Всё так.

— И что это за сценарий такой?

— Затяжная ядерная война.

Среди присутствующих пробежал смешок, Вова сделал вид, что не заметил этого, и продолжил:

— Цитадель связана с бастионом и иными строениями кремля, подземными коммуникациями, фактически отсюда можно попасть в любое место квартала, не выходя из здания. Да и выходить отсюда, как правило, никто не торопится, это первоклассный луна-парк с блекджеком и шлюхами, вернее, очком и путанами.

Прямо под нами находится этаж «Дом престарелых для гангстеров», которые делятся опытом на лекциях в «Чёрном университете» на другом этаже, а в остальное время живут в своё удовольствие в духе забав молодости, им особенно нравится посещать этаж «Арена», там люди убивают друг друга голыми руками, примечательность нашей арены в том, заходя туда, оба бойца точно знают, что обратно вернётся только один из них, и для победителя не будет уголовного преследования или кровной мести. Бойцы в очереди стоят, чтобы выступить там, и для этого у них достаточно причин, кто-то хочет выказать лихость, кто-то за путанное дело или по кровной мести подтягивает оппонента в расчёте на суд праведный, кто-то просто обратить внимание, бывает, люди просто вину искупают, причин много, бойцов тоже. Бои смотрят и болеют прямо на этаже, если хочешь сделать ставку, то делай, но на этаже сверху, где прозрачный пол казино позволяет увидеть проходящие бои. Казино имеет множество игр, от классических мировых, до русских блатных. На любой из этажей можно пригласить падших женщин, которые скрасят досуг.

В цитадели можно найти исполнителя по любой из криминальных профессий: контрабандисты, браконьеры, крадуны, угонщики, похитители, шантажисты, вымогатели, спортики, убийцы, мошенники и прочие милые люди согласно их ремеслу, вплоть до хакеров или барыг оружием, наркотиками, людьми и ресурсами, все тут.

Напомню цель такого рода башен! Централизовать криминальные потоки региона. Мы претендуем на крышевание нелегальных бизнесов континента и за процент снабжаем их безопасностью, иногда связями, реже ресурсами.

Также в «Чёрных Кремлях» находится топ-менеджмент, наших СМИ, ЧВК «Чё», партии «Чёрная Россия» и иных моих проектов, а также приватный рехаб с индивидуальным подходом к каждому, где приведут в чувства от передоза, прокапают, помогут соскочить с системы, избавится от зависимости и проконтролируют рецидивы. Ещё при нас есть чёрная скорая помощь и экстренная криминальная медицина, где благодаря квалифицированному персоналу нормально заштопают ранения в стерильных условиях, без опасения, что об этом сообщат куда следует, согласно служебным инструкциям, они же помогут консультациями по телефону, как оказать первую помощь, и подскажут, как себя вести до приезда врачей. Мы вообще очень трепетно относимся к здоровью тех, кто нам доверяет, поэтому внедрили медбот и чат поддержки.

Кроме этого при нас всегда есть юристы, экономисты, лоббисты, и этажи на альтернативное правосудие. У нас есть свой суд и своя тюрьма, а на первом этаже стабильно будет располагаться рецепшен, что подскажет нужный этаж и покажет музей нашего движения с досками почёта и различными артефактами.

За каждым из «Чёрных кремлей» назначаются старшие, они же хранители, как правило, за выдающиеся заслуги перед организацией. Идея формирования новых центров региональной власти идея уже апробирована и приносит вполне конкретные результаты, настолько, что большинство кремлей и небоскрёбов строятся полностью на средства будущих обитателей, и сейчас происходят обсуждения на назначения старших по ним, возможно даже кого-то из вас сможем назначить, если, конечно, не зассыте быть ахуенными. Чё как? Вы в теме?

Собравшиеся довольны предложением и в целом проектом «Чёрный Кремль», они нацепили улыбки на свои холёные лица и оглядываются по сторонам в знакомстве с реакциями остальных собравшихся.

Вова продолжил:

— Ну раз предложение вам пришлось по нутру, значит вам не составит большого труда отжать военную технику у крупных буржуйских военных баз по всему миру. Если вдруг понимаете, что сами не потянете, скажите, где они находятся, и я дам вам бойцов из ЧВК «Чё», у них есть опыт в решении задач такого рода. Для охраны любого из «Чёрных кремлей» потребуется много техники и оружия, покупать его не вариант, в этом нет вызова, дерзости и нашего фирменного стиля, обозначения притязаний на захват власти. Беззубые хуйланы, которые думают, что всё можно купить, нам как бы на хуй не нужны, если вы из таких, уёбывайте отсюда. Если не знаете, надо ли вам вот это всё, подумайте и поймите, на хуя вы вообще сюда припёрлись? На хуй вы тут вообще нужны? Чем можете быть тут полезны? Если не уверены в чём-то, ком-то, в том числе в себе, идите с миром, на большой и толстый, добрый хуй, тема эта вообще не для нюнь и очкошников. В теме создания «Чёрных Кремлей», нет кураторов, менторов, коучей и ответов на вопросы в каких-то тупых блядских брошюрках, здесь важен только результат.

Мистер Русский заметил некоторые смены настроения у части собравшихся, они слегка поубавили в своей уверенности будущего сотрудничества, но сделал вид, будто не заметил и этого.

— Финансирование на возведение строений, искать предстоит самостоятельно. Перед, вами есть примеры того, что это реально, главное, решите вопрос с военной техникой для охраны потенциальной территории от органов правопорядка, тогда мы убедимся в серьёзности ваших намерений и поможем. Найти бабки на мои проекты, особого труда не составляет, ведь я предлагаю участие в готовом высокоэффективном проекте, а не хожу побираюсь на запуск сомнительного стартапа. Если ярд, или сотня-другая миллионов для вас вызывает какие-то трудности, то нам нет смысла разговаривать, и можете съебать отсюда прямо сейчас.  —  Володя молча обвёл взглядом присутствующих, никто не ушёл, не начал суетиться, глаза стараются не отводить, слушают молча, правда, уже и с некоторым регрессом запала в глазах. Мистер Русский достаёт из-за пазухи пистолет и стреляет несколько раз в живот Буру, тот, скорчив гримасу боли на лице, извлекает пули из бронежилета и делает вид, что ничего не произошло, Вова кидает пушку перед собой и говорит: — Ствол настоящий, пули тоже. Откровенно говоря, у вас не так много шансов съебаться отсюда живыми, пристрелить меня — один из них. Давайте, ствол в руки и погнали, спасайте свои обосравшиеся задницы.

К общему настроению неуверенности в происходящем, прибавился лёгкий конфуз.

— Хули вы как на именинах? Тут всё по-настоящему, и это ни хуя не тот случай, где можно попробовать и понять, пойдёт — не пойдёт, вы должны отдаться нам полностью, до конца. Возможно, придётся убить, а может, и самому подохнуть в мучениях, или пострадать за других людей и совершать поступки, которые вас сейчас пугают, но по итогу понять, что когда ты на вершине, ты играешь по другим правилам, ты видишь то, чего не видят другие, и действуешь так, как иные не могут.

Я создаю не проблемы, а решения, пусть они не всегда сразу понятны или приятны, потому что всегда кто-то страдает или умирает, но решения эти эффективные, и, взывая людей к инстинкту самосохранения, быстро подчинил игру моим правилам, где давно привычный стыд за дурные поступки, заменил страх стать следующим, на моём пути.

Я и «Чёрная Россия» заслужили авторитет среди криминальных и политических движений, а это вообще не те области жизнедеятельности, где есть место слабым звеньям, здесь принципы каждой детали в механизме священны, брак одной из них означает поломку всего агрегата, за простой которого на время ремонта, придётся платить чьей-то кровью, и её обычно бывает много, именно такое отношение к организации позволяет нам расти быстрее, чем средства борьбы с нами. Планы «Чёрной России» — они сверхчеловеческого происхождения, они от искры и промысел свыше, горе тем, кто засомневался в этом. Путь к величию начинается с осознания собственного ничтожества, это учит смотреть глубже и приучает не терять бдительности при обилии пыли в глаза. —Общее настроение собравшихся транслировало падение интереса аудитории к предложениям Мистера Русского, уж кем кем, а ничтожеством они себя считать точно не готовы. — В отличие от других небоскрёбов, где владельцы ходят важными гусями, претендентам на роль старших по «Чёрному кремлю» пора начинать себя готовить к тому, что быть в элите «Чёрной России» — это полное отсутствие роскоши, в еде никаких деликатесов, даже пасты и ризотто, только рис и макароны, для тупых проясню, что пища грубая и примитивная, одежда тоже грубая и примитивная, всё в жизни грубое и примитивное. Лидеры чёрных должны быть цельными личностями, равнодушными к изыскам и комфорту, они должны излучать внутреннюю силу, а не демонстрировать возможность позволить себе больше, чем могут себе позволить другие, они всецело должны существовать в рамках «лучше быть бедным, чем дешёвым». Для хранителей «Чёрного кремля» должно быть важно уметь быстро и качественно решать серьёзные вопросы, а не знать даты выхода новой тачки или коллекции какой-нибудь хуйни.

Если кому-то это всё не подходит: налёт на военные базы, крышевание криминала, многомиллионные инвестиции в свой аскетизм, и он хочет в лучах славы возвысится над обществом, то пускай он просто поднимет руку.

Среди собравшихся начали подниматься руки, их оказалось больше половины.

— Вот молодцы, это же не страшно. Вы честно сказали нам об этом, выходите ко мне, и попробуем найти компромисс. Может, кто-то ещё хочет? Ну же, не стесняйтесь.

В воздухе оказалось ещё несколько рук.

— Что же так неуверенно? Давайте к нам на сцену. Кто-то, может быть, ещё? Давайте, давайте поактивнее, видите, большинство собравшихся выразили своё недовольство, и те, кто не поднял руку, уже в меньшинстве.

Рук больше не появилось.

— И что же, это всё?

Желающих подняться на сцену, не прибавилось.

— Если вдруг внутри что-то подаёт сигналы сомнений, значит, вас поёбывает ваша неуверенность. Нахуй её. От неё только боль и унижения, и раз вы сомневаетесь, значит, не готовы отдаться нам полностью, и как будто бы логично поднять руку.

В воздухе появилось ещё несколько рук, составляющее очередное большинство от сидящих в зале.

— Вот и славно. Поднимайтесь. — Вова прикуривает сигарету. Спрыгивает со сцены. Обходит стол, расположенный напротив, и оказывается спиной к не поднявшим руки и лицом к тем, кто честно признался, что аскетизм им не подходит. — Последний шанс, войти в группу несогласных с моим предложением. — На сцену поднялось ещё несколько человек, и сидящих на местах осталось менее десяти человек. — Всё?

Реакции на присоединение к большинству не последовало. Володя сдёргивает накидку с предмета на столе, которым оказывается пулемёт «Печенег». Зажимает сигарету зубами и начинает стрелять длинной очередью по тем, кто находится на сцене и пытается с неё убежать. Люди падали замертво, кровь и фрагменты костей разлетались в разные стороны, искры от пуль, сверкали в опасной близости к защитному стеклу, и я дёрнулся в сторону лестничного пролёта, рассудив, что пули могут пролететь через стекло, но Малик подмигнул и сказал:

— Не ссы, стекло и не такое выдерживало.

Стрельба прекратилась. В живых на сцене никого не осталось.

— Ребята, приберите тут. — Дал распоряжение Вова.

Из темноты по углам выбегают ребята в чёрных военных костюмах, Володя останавливает их жестом «Стоп», раскрытая ладонь на вытянутой руке, и смотрит на тех, кто остался жив в зале, затем говорит:

— Вы разве не ребята? И не можете перетащить несколько не остывших трупиков к окошку? Вы чё? Руку не успели поднять?

Вова открывает окно, а затем уходит в другую часть пространства, распахивает дверь в соседнее помещение, где виден бассейн, берёт из кладовой ведро со шваброй, набирает воду из бассейна и прямо там же мочит поломоечное устройство. Возвращается обратно и замывает следы крови на сцене. Возвращается к бассейну, как следует поласкает швабру и меняет воду в ведре, вернувшись обратно, видит, что все трупы уже стаскали к окну, и начисто протирает ранее окровавленные поверхности. Закончив, говорит:

— Видите, я вымыл пол, и ничего страшного со мной не случилось. Корона по-прежнему на месте, мне нет нужды перед кем-то выёбываться, все и без того знают за меня и за себя. Мне не стрёмно перед кем-то мыть пол, тем более прибираться за собой, так работает нормальная система слаженного механизма, где все на славу потрудились, и несмотря на то, что мы все руки замарали в расправе над пустышками, страшного ничего не произошло.

Подходит к горстке трупов и перекидывает один из них через окно, наблюдая за полётом, со словами «хорошо летит» демонстративно плюёт в ту сторону, а затем мотнул головой, собравшимся в знак приглашения повторить процедуру.

— Раз мы что-то делаем вместе, значит, можем двигаться дальше, и вы готовы быть частью организации. Если после случившегося, вы видите свою жизнь в лучах новой власти, как способ заработка или возможность возвысится над обществом, надевайте парадный костюм с белой рубахой, чистите калоши и отправляйтесь-ка на хуй. Новый миропорядок не про это, вообще вы можете себе позволить жить напоказ, странная, конечно, цель, но это ваш выбор просто при организации, ваш потолок — это должности идентичные менеджерам низшего и среднего звена. Без отказа от понтов, которые обязательный атрибут первых ступеней, вы по карьерной лестнице далеко не уйдёте, зажравшийся уёбок не может быть примером для подражания достойных людей, нам нужны новые герои, герои, которых мы заслужили, герои нового времени.

Пауза на то, чтобы окинуть взглядом тех, кто мучается в перебрасывании мёртвых тел через окно.

— Паникёры, трусы и слабаки будут истребляться на месте. Пули в лоб не будет, неверных будем рубить мелкими кусками, пока остриё не затупится о кости предателей, это вам не пидарастия какая-нибудь, где один раз не пидарас, это навсегда. До конца жизни! Если думаете попробовать и соскочить, помните, руки у «Чёрной России» длинные, и передумать потом будет нельзя, те, кто, выйдя отсюда, собирается съебаться и прятаться, счастливого пути, молитесь, чтобы мы с вами больше не увиделись, хотя я бы на вашем месте надежд на это не питал, найдём всё равно.

Выкидывает щелчком сигарету в окно, куда выбрасывают последний из оставшихся трупов и куда бегом направился блевать один из тех, кто только что занимался приборкой помещения. Вова щёлкнул пальцами, уловил взгляд одного из тех, что находился в темноте, и жестом показал, что от блевуна стоит избавиться. Чел в чёрном подлетел к окну, взял за ноги и выкинул, под, утихающие, звуки «АААА» Володя продолжил:

— Он слабак, нам такие тоже не нужны. Позвоните в полицию и расскажите о произошедшем.

Собравшиеся не решились.

— Просто наберите на своём телефоне номер, включите на громкую связь, и я сам с ними поговорю.

Так и произошло. Набор. Громкая. Голос на том конце провода:

— Дежурная часть.

— Здравствуйте, по адресу Рашн Стрит один произошла серия убийств, очень уважаемых граждан.

В телефоне короткие гудки, повторный набор номера результатов не дал, трубку не взяли.

Ситуация, при звонке с других номеров, повторялась один в один, после слов «Рашн Стрит» на том конце бросали трубку.

Взял в руки пульт и пролистал до музыкального канала, который обычно крутит популярные клипы, держится подальше от политики и всяких там околовластных волнений. Играет какой-то летний популярный трек. Сидим молчим. Я прикурил ещё одну сигарету. Музончик фоном слегка разгружает грузную атмосферу. Настало время новостей, где обычно всякие селебрити рассказывают про актуальные выставки, фестивали, премьеры, и тут неожиданно прямая трансляция с перерыва между первым и вторым таймами, игры открытия чемпионата мира по футболу. Мистер Русский спокойно ходит без охраны и, похоже, что действительно окружён ослеплёнными его безумием соучастниками. Ведущий что-то бормочет и начинает блиц-интервью с моим братом:

— Зачем вы это сделали? — Задал первый вопрос сотрудник музыкального канала.

— Что из того, что я сделал, зачем? — Ответил Вова.

Интервьюер замялся и начал улыбаться ещё шире, чем обычно, как бы излучая: «Камон, мэн, хорош дурить, все всё понимают, нахуя ты сорвал церемонию открытия чемпионата мира по футболу?» Заискивающе погладил по плечу Володю, на что получил возражение:

— Ещё раз меня тронешь, я тебе руку сломаю.

— Вы неправильно меня поняли. Вы отлично выглядите, что сегодня на вас?

— Угроза существующему миропорядку, выигранный забив с органами правопорядка и предупреждение о тяжких телесных какому-то хуйлуше с микрофоном.

Ведущий музыкального канала про позитив и мир во всём мире, понимает, что хуйлуша —  это он, а также что лёгких бесед с этим человеком не получится, и предпринимает попытку слиться с задания редакции: непринуждённая беседа с главным ньюсмейкером последних месяцев. Работодатели заметили намерение «прекратить трёп ни о чём» и в наушник надиктовывают условия контракта, кои обязуют, быть на волне популярных трендов. Рейтинг всему голова. Повинуясь руководству, балагуристый интервьюер, оставляет на лице профессиональную улыбку лицедея и продолжает задавать вопросы, которые ему подсказывают в наушник:

— Вот вы такой брутальный, жёсткий, бескомпромиссный, вы часто стреляете в людей на видео, поделитесь, что вы при этом чувствуете?

— Отдачу.

Очередная порция смятения на лице задающего вопросы.

— Зачем вам всё это?

— Живучие хуилы иногда попадаются. По опыту скажу, с огнестрельным оружием меньше брака и геморроя, чем, например, с битой.

— Бита не очень гуманное оружие, после удара по голове мозг долго восстанавливается и не факт, что вернётся к нормальному состоянию, как следствие головная боль, ухудшение умственных способностей, не говоря уже про скрытые отёки и гематомы.

— Не пори хуйни. Там только лёгкая отдача в руки, максимум мышцу можно потянуть при замахе. Мои мозг и нервная система в полном порядке.

— Имелось в виду травмы, которые получает жертва.

— Зачем мне думать, как жертва? Если тебе интересны их болевые ощущения, может, на себе испытаешь? Говорят, что человек не замечает разницы, между тем, когда в одну ногу стреляют калибром 5,45, а в другую — 7,62. Хочешь проверить?

На лице ведущего, очередной ахуй. Он вежливо отказался, от участия в предложенном эксперименте и слышит, как в наушник его снова принуждают к продолжению беседы. После чего он зашёл с другой стороны:

— Вы бы купили биту своему сыну?

— Стопроц и биту, и ствол, и тачку пиздатую к ней, и друзей-распиздяев, чтобы всё как у бати.

— Вы производите впечатление организованного человека, что вас дисциплинирует?

— Выслушивать до конца и не перебивать людей, чьё мнение в рот ебал.

Задающий вопросы решил попробовать уйти в максимально нейтральные темы, чтобы заполнить оставшееся эфирное время чем-то без чернухи, ничего безобиднее он придумать не смог, чем поинтересоваться:

— Какой город в России вы считаете самым европейским?

— Севастополь.

— Неожиданно. А почему?

— Многие европейские народы имеют там свои кладбища, среди них немецкое, английское, французское, турецкое, итальянское, там покоятся те, кто имел неосторожность усомниться, в том, что Крым российский.

Заметно, как ведущий устал от этого тяжёлого настроения и решил разбавить обстановку смехом, таким же хорошо поставленным и отрепетированным, как улыбка, а после прокомментировал:

— Вот такое специфичное чувство юмора у лидера партии «Чёрная Россия». — И по-приятельски положил ему на плечо руку.

Володя приподнял его руку, лёгким нырком отошёл слегка назад и одним чётким, коротким ударом сложил руку в обратном, от естественного, направлении. Пронзающий крик:

— АААААААААААА!

Володя, как ни в чём не бывало, показывает пальцем оператору, мол, даже не думай выключать или отводить от происходящего камеру. Прикуривает сигарету и начинает очередной спич:

— Курение опасно для вашего здоровья, но я опасней. Для правильного понимания ситуации напомню: я его предупреждал, что не надо меня трогать, он захотел пощекотать судьбу за яйца и проверить, бросает ли Мистер Русский слова на ветер, проверил. — Обращает взор и вопрос к стонущему ведущему на полу:

— Проверил? Тебя, скоморох, спрашиваю.

Тип со сломанной рукой на полу кивает головой.

— Бросает?

В ответ ему помотали головой.

— Сомнения, может, остались? — Задал следующий вопрос.

В ответ ему продолжают мотать головой.

— Сей пример другим наука, не стоит пренебрегать моими предостережениями. Человек я серьёзный, мне нет дела до юмора, шуток и репутации хорошего парня, который принёс вам пиздатого настроения. Всё, что я говорю и делаю, это серьёзно, я несу за это полную ответственность, так что давайте там поосторожнее, хуйню творите вокруг того, что связано со мной и моей деятельностью. Пользуясь случаем, приглашаю всех любителей футбола на чемпионат, напоминаю, что вход на матчи бесплатный, приходите к стадиону заранее, наслаждайтесь, атмосферой праздника и фуршетом.

Вова замолчал для театральной паузы, стало слышно, как стадион скандирует «Мистер Русский». Я выключил телевизор, не дожидаясь продолжения этого балагана. СМИ наверняка будут наперебой освещать реакцию мировой общественности на его выходки, говорить про ноты протеста или ещё какие слова осуждения, до которых нет никому дела.

Собравшиеся за столом делали вид, что ничего происходит, и продолжают разделывать варёных раков под пиво. Старец Фёдор дал комментарий:

— Отпусти ситуацию, она от тебя не зависит. Всё идёт своим чередом.

Дядя Братан добавил:

— В абсолютно любой день, даже если начинается война или происходит революция, люди живут своей нормальной жизнью. Пьют в кабаках, едят в ресторанах и трахаются в борделях, другие рожают детей, преподают в школах и лечат в больницах. Твоя жизнь перед тобой, а не по ту сторону от экрана. В конце концов, побереги силы на финал чемпионата, он будет весьма неожиданным.

Я слова слышу, но совсем не понимаю, о чём они говорят, я «в домике», всё происходящее вокруг вне фокуса моего внимания, чисто декорации, с фоновыми шумами. Они, может быть, и хотят мне помочь, но в голове моей и без того сложная драматургия. Со стороны старца Фёдора слышу вопрос:

— С тобой всё в порядке?

Пожал плечами.

— За кого хоть переживаешь, за себя или за брата?

Снова пожал плечами. Сигарета опять обожгла мои пальцы и вернула в реальность, где Дядя Братан говорит:

— А ведь на его месте мог быть ты и добиться того же охвата аудитории, без насильственным способом.

— А оно мне надо? — Ответил я.

— Ты мне скажи.

— Что сказать?

— Надо ли оно тебе.

— Что надо ли мне?

— Перестать тупить. — Слегка раздражённо ответил Дядя Братан. — Быть на своём месте, стать примером для подражания и вести за собой людей в их прекрасное, светлое будущее.

— Как будто бы не надо этого мне. Старец Фёдор говорил, что я могу этого избежать, просто каких-то там благ не достанется.

— Можешь. Можешь дальше противиться предназначению, притворяться, что ты не про это и не такой, а можешь с моей помощью избавиться от предназначения и стать обычным, надо только найти преемника твоей миссии.

— Как это сделать?

— Как хочешь, хочешь объявление подай, хочешь кастинг проведи, можешь даже на первого встречного пальцем тыкнуть, это исключительно твоё дело.

— А если что-то пойдёт не так?

— Что значит «если»? Что-то обязательно пойдёт не так, в этом можешь не сомневаться, но ты там будешь уже не при чём, правда, за твои душевные терзания ответственность нести только тебе, как и озвучил ранее, ты превратишься в обычного человека.

— Что кроется за определением «обычного человека»?

— Обычная жизнь, обычного человека.

— Как это?

— Дом, семья, работа, на которой есть аванс и окончаловка, премии, отпуск, расширенная медицинская страховка. В перспективе появятся коммуналка, кредиты, ипотека, дети, но сначала у тебя будет только паспорт, затем тебе предстоит двигаться и расширять свой пакет документов, водительскими правами, дипломом об образовании, военным билетом, загранником, может, ксивой какой по работе, позже документы на собственность. Всё как у всех. Без странностей в происходящем вокруг и принуждения исполнить свой долг.

— Звучит неплохо.

— Потому что так оно и есть, быть обычным — это нормально, а благодаря Вове, теперь это стало ещё и престижно.

— В смысле? Какой престиж может быть в обычности?

— Он меняет смыслы и ролевые модели поведения, таким образом, что даже совершенно далёкий от его игр человек чувствует себя сопричастным к происходящим процессам преобразования и осознаёт важность выполняемых им функций, во имя или вопреки движению «Чёрной России».

— Какая может быть важность в низкоквалифицированном труде?

— Если исключить из него высокомерное отношение. — Отрыгнул и раскинулся на диване. — То огромная. Может, даже более огромная, чем в труде людей высокой квалификации, с несколькими высшими образованиями. Все делают одно дело, трудятся на благо человечества, и смысла в чистом общественном толчке, иной раз больше, чем в обсуждении законопроекта по избыточному регулированию того, что не нуждается в регулировании, политический институт сильно разбалансирован, отчасти поэтому Володя лоббирует интересы неограниченной власти государя, как наилучшей формы правления.

— Чем она лучше той, что есть сейчас?

— Долгосрочными перспективами, возможностью видеть картину в целом и то, как она меняется. Генеральные секретари СССР, цари, императоры, которые долго находились у власти, были наиболее эффективными правителями, чем те, кто находился у власти по чуть-чуть. Самодержец изначально не тратит ресурсы на продление власти для того, чтобы закончить начатое, он обеспечивает преемственность своей политики, посвящая наследника в процессы и обучая своим секретам эффективного управления. Сейчас такого нет, смена президента — это смена правления и всегда новый принцип работы системы, которая не продолжает, а борется с прежними устоями, обесценивая заслуги и начинания предшественника, поэтому правление одного человека на длинной дистанции эффективнее.

— А как же то, что власть, должна быть сменной?

— Хуйня это на постном масле, ни разу не слышал, таких инициатив вне политики. Ты сам-то часто слышишь о плановой смене директора банка, автомобильного концерна или технологической корпорации? Или чтобы меняли тренера, который всех выигрывает? Никто не меняет человека, если у него всё отлично получается, когда заебок, тогда заебок, и пока всё ок, это значит, что он на своём месте. Вопросики возникают, когда что-то либо не получается, либо перестаёт получаться.

— Дядя Братан. Старец Фёдор. Спасибо за всё, за вечер, за напутствия. Я, наверное, лучше спать пойду, мне почему-то совсем не хочется знать больше подробностей, меня сильно измотали выходки братца, от чего половина слов, которые вы сейчас сказали, вообще мимо меня прошли.

— Ступай, отдохни. — В голос отреагировали на моё предложение собеседники.

В небе, на реактивном ранце, появляется Мистер Русский. Периметр круга центра поля начинает выбрасывать вверх столб искр, а большой экран стадиона фиксирует спуск неожиданного гостя к месту, где находится мяч в начале игры. Приземлившись на землю, Вова достаёт из кармана вувзелу, фанатский гудок, и направляет звук от неё в подготовленный микрофон. Всё стихло. В полной тишине он начинает произносить речь.

Я Мистер Русский. Я есть император. Я есть царь. Я есть помазанник божий, и власть моя праведна, она дарована свыше. Азм есмь Альфа и Омега, начало и конец, первый и последний. Я — меч божий в руках вселенской справедливости. Причина, по которой меня наделили карательными полномочиями, возмездие. Я избран судьбой, для праведного гнева и властью, данной мне свыше, дарую людям свободу выбора, любви или ненависти. Сопротивляться моей воле бесполезно и глупо, ибо она истинна, вне рамок, придуманных теми, кому власть никогда не принадлежала, теми, кто думает не о государстве, а лично о себе и своих интересах. Государь думает о государстве, император — об империи, Мистер Русский — о новой русской цивилизации. — Положил руку на сердце, закрыл глаза и почтенно склонил голову.

Я хочу, чтобы все правители России увидели, с небесной трибуны, как мы распорядились историческим наследием, что ни одна смерть, ни одной из войн не была напрасной. Впредь я не оставлю безнаказанным ни одной негативной реакции в адрес России и её граждан. Ни одно слово, ни один жест, ни одно действие против россиян не останется без наказания. Злопыхателей, которые живут в иллюзиях старого мира и, засомневавшись, в мною сказанном, захотят проверить последствия, ждут последствия, в лучшем случае целлофановый пакет на их тупой башке, перед тем как их поставят ласточкой и будут ху-пи-ячить током, окуная е-пи-балом в ёмкость с водой, а если под рукой не окажется пакета, их просто запи-пи-здят ногами, до момента, пока они не начнут захлебываться в собственной крови. Задача карательных мероприятий — мстить и карать, их не остановят ни слёзы на глазах, ни призывы к милосердию, с клятвами, что такого больше никогда не повторится. Так я вижу, и реализую, личную ответственность потомка перед прародителями.

Настало время сполна отработать выданный аванс из сказки «империя зла», я сделаю её былью. Я верну отправителям то зло, которое нагенерировали их больные фантазии. Вскоре, миру предстоит испытать на себе боль и мощь разрушений, которые могла, но не свершала милосердная и великодушная цивилизация, доброту и благожелательность, которой вы стали принимать за слабость. Страны, которые весело и беззаботно проживали жизни в формировании новых и глупых стереотипов о России, бойтесь. Вы неоднократно доказали, что у вас нет ни принципов, ни чести, ни мозгов, а значит, переговоры или демонстрация благих намерений не имеют никакого смысла. Именно вы, первыми столкнётесь с новой, мрачной и кровавой реальностью, в которой виноваты только вы сами. Вы сами не захотели понимать по-хорошему, когда была такая возможность, и вот пришла пора готовиться понимать по-плохому. Вскоре вас будет ожидать систематическое получение неотвратимого критического урона, который вам напомнит, что такое настоящий животный страх.

Над стадионом сверкнула мощная молния и начала расползаться в небе паутинкой.

Прошли времена, долгих и утомительных предупреждений с выстраиванием иерархии по серьёзности поводов для ответной реакции, больше нет никаких красных линий, которые нельзя переступать, действий, которые нельзя совершать, предупреждений, понимания, прощения… Я и «Чёрная Россия», будем систематически повторять ваши действия прошлых лет, провоцируя ответ, после которого нам бы мало не показалось, и как только вы допустите мысль отреагировать, тот животный страх, с которым вы познакомитесь накануне, покажется вам детскими шалостями. Вся эта гуманистическая дипломатия с нотами протеста, санкциями и переговорами остались в прошлом, настало время отвечать, за ту вульгарную аху-пи-евшесть, которая много веков была нормой для вас, но ставилась в претензию нам. Снисходительное добродушие к вам отныне перестаёт существовать, а чтобы вас как следует взъе-пи-бать, теперь достаточно просто моего плохого настроения, и будьте уверены, я найду, каким историческим или политическим поводом это объяснить, не зря же вы столько лет позволяли себе лишнего и пиз-пи-дели всякую ху-пи-йню про нас, пополняя копилку поводов для возмездия.

Прошёл раскат грома.

Вместе со смертью русофобов сократится поголовье населения, которое усложняет людям жизнь, лишь уничтожив прежние предрассудки, мы сможем отправиться в новый мир. «Чёрная Россия» без рефлексии и сантиментов отправит на помойку истории прежние устои и демонтирует отжившие своё институты власти, которые считали свой народ идиотами и уже давно не вызывали своими решениями ничего, кроме раздражения. В том, что вы привыкли считать политикой, давно нет никакого смысла, его уничтожили приспособленцы, окружившие себя в меру туповатыми лакеями, у которых хватает смекалки понимать, чьи задницы целовать можно, а чьи нет, но не хватает мозгов на что-то большее, чем что-то запрещать, обижаться и истерично возмущаться, словно они стремятся сделать это новыми традициями. К великой радости всего адекватного мира, эпоха стрёмновековья заканчивает своё существование, после открытого сегодня чемпионата мира по футболу мир уже никогда не станет прежним, и большинство обещанных вам, другими людьми, проблем, так и не случатся. Мир будет сильно аху-пи-евать от происходящего, и разохуеть обратно, увы, не получится.

Прежде, чем начать спасать мир от дол-пи-баёбов и активно развивать здравомыслие, мне предстоит завершить акт возмездия и жёстко спросить со всего мира за их косяки, копившиеся всё то время, которое притесняли россиян и паразитировали на нашем бескорыстном и добром отношении. Язык силы доступно объяснит, что мода на оскорбления и унижения России канула в лету, русофобия отживает последние моменты своей жизни и будет дохнуть вместе с теми, кто попусту открывал свой грязный рот. Дни, когда мы что-то забывали и прощали, прошли, а дни, когда мы начали вспоминать, предъявлять и мстить, только начались. Возмездие — фундамент современного образа россиянина. Коллективный разум в плоскости пренебрежения к России, подлежит полному уничтожению. Таков мой путь. Такова миссия «Чёрной России».

Россия из раза в раз прощала всё и всем, но не могла простить себя, за неизвестно что, но чувство вины перед кем-то или перед чем-то, засело очень глубоко, и народ привык принимать хреновый опыт с благодарностью. Вскоре принимать хреновый опыт с благодарностью предстоит принимать всем остальным, а Россия проснётся от спячки, твёрдо пошлёт неугодных на ху-пи-й и поймёт, что злость лечит быстрее, чем принятие и осознание, всякой навязанной, для чувства вины, блевотни. Россия перестанет быть доброй, и мир столкнётся с той самой империей зла, которую создавал, как страшилку для когнитивно упрощённых людей, ну а «Чёрная Россия» реализует потенциал ваших фантазий, настала пора вам пожинать плоды своего же детища. Возмездия не прекратятся сами собой, не затихнут просто вдруг, они будут расти и развиваться до тех пор, пока мы не сочтём, что справедливость восстановлена.

Вова указывает пальцем на большой экран стадиона.

Обычно так выглядят воспитательные беседы с теми, кто, чувствуя расстояние, позволяли себе говорить о России без уважения…

Видео транслирует логотип канала «Извини ТиВи», следом нарезка из разбитых в кровь лиц высоких мировых политических элит; стоящих на коленях с заплаканными лицами, звёзд мировой эстрады и кинематографа; различных активистов рядом с отрубленными от них конечностями; взрывы автомобилей и квартир генералов, а также прочий контент с телеканала, чей логотип транслировался в начале видео нарезки.

… когда мы приходили к ним за подробностями, они вдруг забывали всё сказанное прежде. Наш визит и вопросы, изначально казались им безобидной шуткой, они наивно полагали, что популярность сможет их защитить, что их положение позволит договориться. Всего одна пощёчина, и ситуация менялась в корне, вместо отрицания претензий начинались мольбы о прощении, взывающие к решению вопросов по-христиански. Мы пошли им навстречу и позволили искупить часть косяков страданиями, мы били по второй, подставленной, щеке не ладошкой, а кулаком с кастетом.

На экране слайд-шоу из нарезок в замедленной съёмке, где после удара по лицу, вместе с кровью, изо рта, вылетают зубы.

Мы — «Чёрная Россия», мы — новая справедливость, мы про отмщение, а не про прощение. Мы спросим с каждого, кто пренебрегает нашими представлениями о справедливости. «Чёрная Россия» всегда рядом и от нашей справедливости убежать никому не получится, а справедливости у нас на всех хватит, не зря вы же вы, столько лет безнаказанно плели интриги и клеветали. Время собирать камни и отвечать за всё перед народом, который перестал молчать и нашёл защитника в лице «Чёрной России».

Вова кладёт руку на сердце, трижды бьёт себя в грудь, отводит кулак в сторону и трижды вскидывает над собой. Пауза.

Весь стадион встал в полный рост, скинул верхнюю одежду, оказавшись в чёрных рубашках, и повторили приветствие.

Над стадионом раздаётся крик сокола, Володя выставляет руку перед собой, и на неё пикирует птица, издававшая звук. Вова, приглаживая птицу, говорит:

— Слава «Чёрной России»!

Ему отвечают с трибун:

— «Чёрной России» слава!

— Россия священная!

В ответ хором со всех сторон:

— Наша держава.

— Россия!

Обратная связь от стадиона:

— Любимая наша страна!

Володя подносит микрофон к соколу, он издаёт протяжный крик. Мистер Русский, поднимает руку, и птица улетает. Мистер Русский продолжает речь.

— У Европы есть славная традиция, раз в сто лет собираться толпой и получать пиз-пи-дюлей от России. В этот раз они подтянули очередную вафлятину, которая переобулась в предателя, тех, с кем мы раньше жили под одной крышей, в одном государстве, которое теперь для них оккупант. Несколько слов, про знаменитую оккупацию по-русски, так называют период, когда СССР инвестировали в благосостояние регионов и строили города, обустраивая их социальной и другими инфраструктурами, где граждан обеспечивали социальными гарантиями, образованием, работой. Интересный факт, что именно при русской оккупации, в тех регионах появились, развивались промышленность и сельское хозяйство. Мы вместе производили автомобили, электронику, строили ракеты и самолёты, добывали ресурсы, а теперь они независимые и строят что-то новое только на заработках, на стройках у бывшего оккупанта, они с гордостью моют унитазы в соседних странах, а основа их экономики — профессиональное попрошайничество у международных организаций.

Звук грустного трамбона, раздаётся по стадиону.

Я, может, чего-то не понимаю, и стоять на паперти, просить милостыню, приторговывая своим задом в поисках хозяина, и была конечная цель? Которую они называют независимость. Странная она, независимость эта, спрашивается, независимость от чего? От здравого смысла? Но они говорят, что от оккупации, при которой, они жили как будто бы достойнее… Хотя о каком достоинстве может идти речь, если они сначала предали тех, кто из взрастил, а теперь презирают своё прошлое и разрушают памятники, прославляющие их предков.

Волна сильного раскатистого грома.

Россия больше, чем империя, Россия — цивилизация, которая существует не одну сотню лет. Царям России на протяжении всей истории государства, лидеры различных территорий приносили присягу и начинали взаимовыгодное сотрудничество, полностью сохраняя собственную культуру, традиции и идентичность. У нашей империи никогда не было, нет и не будет задач сделать всех одинаковыми, сила России в многообразии культур, чем их больше, тем коллекция шире, тем она ценнее, тем мы ближе к корням и понимаем большее количество особенностей каждого человека. Каждый наш гражданин — самодостаточная личность, и по всей стране ты встретишь разных людей с разным цветом кожи и разными лицами, если кажется, что они жертвы, которых притесняют, чтож, иди попробуй притеснить их, или залупиться. Скорее всего, тогда тебя и кнут жрать заставят, и пряником отпиздят.

По стадиону прошли звуки автоматной очереди, напоминающий перекличку с разных сторон.

Россия — это равноправный многонациональный союз народов, безусловного уважительного отношения к разнообразию этносов, где здравствует Мир и Единство. У каждого есть свой дом со своими традициями и обычаями, которые везде разные, в Еврейской автономной области одни, в Татарстане другие, у якут, чукчей и бурят, совсем иные, я уже молчу о Кавказе, где свой отдельный мир, который напрямую зависит от того, на земле какого коренного народа ты находишься, и если ты спросишь у них, кто они, на своей территории они скажут о том, из какого они племени, например, в Дагестане их около пятидесяти: аварцы, лезгины, лакцы… Если они окажутся за пределами своей республики, то на вопрос ответят иначе и скажут «дагестанец», а за пределами России ответ будет, что они русские, ведь русский — не европеец с русской фамилией, русский — тот, кто любит Россию.

Грозовые тучи расступились. Стадион озарил солнечный свет.

Самобытность, веротерпимость и толерантность — всё это и есть имперская цивилизация. В России в порядке вещей получить на Пасху сообщение от мусульманина с текстом: «Салам, брат, Христос воскрес!» и на Ураза-байрам словить ответку от православного: «Здаров, бро. Ид Мубарак!». Может, за это мир и ненавидит Россию? За то, что здесь люди уважают и понимают друг друга, независимо от религии, национальности, пола, возраста… и всё это, без дро-пи-чки вприсядку на абсурдные повестки, поработившие современное общество? Люди России во все времена были готовы биться за разделяемые идеалы до конца и продолжали делать своё дело, вопреки страху самых хреновых последствий, они уже были избитыми за косой взгляд, сидели в тюрьме за песенки, репосты многолетней давности и даже умирали мучительными смертями за свои убеждения, это и многое другое сформировало и закалило наш характер. Но теперь всё. Точка. Хватит это терпеть. Хватит проживать сценарии жертв и проигравших, настала пора вспомнить, что мы умнее, сильнее и лучше.

Если вы гость в нашей стране, знайте, чтобы ни происходило во время чемпионата, вы в безопасности, и вам ничего не угрожает. Наш культурный код учит: гость — посланник свыше, куда приходит гость, туда приходит благодать, и пока вы тут, вы под защитой «Чёрной России». Обращайтесь к нам за любой помощью, звоните на бесплатную горячую линию, оставляйте заявку на сайте или мобильном приложении, с вами моментально свяжутся и решат проблему, без каких-либо условий и слов благодарности, мы закроем любой счёт, отмажем от любой движухи или снесём, за вас, ебальник любому обидчику. Вы последние очевидцы нашей доброты, пользуйтесь на здоровье, вам можно, а если вдруг вы захотите пополнить наши ряды и остаться в России, значит «Добро пожаловать домой», мы всегда открыты для тех, кто не прячет сердца от любви к нашей стране.

По периметру поля пробежала волна пиротехнических взрывов, а в небе над стадионом появились самолёты, что окрасили небо в пять цветов «Чёрной России».

Не торопитесь с решением пополнить наши ряды, подумайте, ведь «Чёрной России» не нужна массовка, мы открыто презираем стадо и быдло в загоне, нам нужны живые люди, с огоньком в глазах, люди, способные внести вклад в формирование нового коллективного бессознательного. Нам по пути, только если вы относитесь или готовы начать относится к России, также, как к любимому футбольному клубу, с сильными эмоциями и иррациональной привязанностью. Даже если вы не с нами, но готовы везде и всегда отстаивать честь России, словом, кулаками и оружием, бесконечный вам респект.

Мистер Русский дважды бьёт себя кулаком в плечо, в знак уважения.

«Чёрная Россия» не какое-то там общественное объединение, каких-то там неравнодушных бедолаг, мы общество иного порядка, мы идентичны группировке футбольных фанатов, с любовью к России настолько истовой, что всё происходящее вокруг просто декорации всеобъемлющей любви к нашей отчизне. Да, мы играем за гранью фола. Да, без компромиссов. Да, из крайности в крайность, но мы можем себе это позволить, и нам нет нужды конкурировать или воевать с действующим миропорядком, мы его просто уничтожим, именно этого вам и стоит ожидать, во время чемпионата мира по футболу.

Здесь присутствуют мои люди? — Пауза отбивается барабанами на манер ритма стука сердца. Над головой людей стали появляться пиротехнические фонтаны, выбрасывающие яркие искры из трубы. Барабан ускоряет ритм. И все трибуны стадиона, искрят пиротехническим элементами и желанием узреть развитие событий.

Мистер Русский:

— Хештег.

Стадион отвечает:

— Пошёлнахуйпрезидент.

— ХЕЕЕЕШТЕЕГ. — Протяжно выкрикивает Володя.

— ПАШЁЛНАХУЙПРЕЗИДЕНТ. — Стадион отвечает ещё громче и зациклено продолжает повторять слова надписи после решётки.

— Мы будем строить новый мир?

— Дааа! — Вяловато отреагировали трибуны.

— Мы будем рушить старый мир?

— Дааааа! — Взорвался ответом стадион, в едином порыве.

— Мы разъебём его к ебеням?

— ДААААААА. — Раздался ответ с ещё большей энергией, и последовал заряд «Только вперёд, только победа».

— Вы готовы поставить на победу всё? И следовать за мной?

По стадиону пошли заряды «Здрав будь Царь, во истину Царь.», «Правь здесь Царь, во истину Правь.», по окончанию кричалки последовал единый восторженный возглас толпы:

— ДААААААА!

— Вы этого точно хотите?

— ДААААААААА!!

Начинается перекличка, где одна сторона кричит «Мистер», другая ей отвечает «Русский».  Мистер. Русский. Мистер. Русский.

Толпа «За»! На все сто процентов «За». За все его движухи. Собравшиеся настолько воодушевлены произошедшим, что мне кажется им абсолютно поебать, куда он их поведёт, они пойдут за ним до конца, куда угодно, и логика происходящего их вообще не интересует, они повержены эмоциональным ударом, через тезисы и интонации.

Кивнул головой, докурил и отправился на поиски того, в чём буду на очередной встрече. Открыл шкаф. Окинул взором гардероб. Закрыл шкаф. Нашёл позавчерашние футболку и шорты, понюхал их, на предмет свежести. Потом или другими выделениями тела вроде не смердит, кароч, шмотки достаточно свежие для повторного облачения. В этом и спустился вниз, меня встретил Дядя Братан и сопроводил в баню, расположенную во дворе. Рядом на крылечке, свернувшись в клубок, лежало чучело маленького медведя, выглядит как живой, может, это не чучело? Тут же вспомнилось, что медведи содержались при дворах правителей, как символ сильных мира сего. Дядя Братан прокомментировал:

— У древних людей медведь считался сыном бога и родоначальником человеческого племени, а детей медведя и человека называли богатырями. Медведь — один из популярных символов первоматерии, заключённых в гармоничную оболочку. Обрати внимание на его многоликие характеристики: при всей его ярости он ассоциируется с добродушным, неуклюжим увальнем-обжорой, сочетание несочетаемого и есть гармония, а здесь он лежит, потому что сторожит посетителей от зла и может либо защитить, либо покарать, зависит от помыслов гостей. На тебя он не реагирует совсем, ты пришёл ни с чем, ты абсолютно нейтрален, тебе нужна цель в жизни, которая отделит зерно от плевел, и будет ориентиром.

— Может, будут ещё какие-то напутствия?

— Пей там, где конь пьёт, лошадь не будет пить плохую воду. Ешь фрукты, которых червяк коснулся, и грибы, на которые мошкара садилась, старайся отдавать предпочтение зелёной еде, это сделает твоё сердце выносливым, а ноги сильными. Чаще плавай, и на земле будешь себя чувствовать, как рыба в воде, для того чтобы сделать свои мысли ясными, смотри на небо чаще, чем под ноги, но с мыслями своими будь поосторожнее, лучше больше молчать, чем говорить, так дух твой окажется мирным и спокойным, а чтобы иметь золотой зерно дня, ложись и вставай с курами. Коли дом надумаешь построить, выбирай место, на котором змея греется, и копай колодец, где в жару гнездятся птицы, а постель стели на месте, где кошка укладывается. — Открывает дверь. — Проходи.

В предбаннике нас ожидал человек в полотенце. Тот самый старик, которого приметил во время первой сигареты. Мы ступили за порог, и эти двое незнакомцев, крепко обнялись. В это время я разглядел шрамы от кнутов на спине визитёра, чтобы сильно на них не пялиться, переключился на интерьер. На стыке потолка и стен было много коней, некоторые лошади были нарисованы с огненной гривой по углам. Кони также встречались на расчёсках у зеркала, поверх колокола рядом с дверью, ещё присутствовали подковы и элементы упряжи, а в углу находился череп не то лошади, не то единорога, в целом при желании наверняка можно было найти и другие элементы с этим животным, но я начал читать надпись под соколом «Рерик», опять же не понятно, это чучело или он настоящий и просто сидит на жёрдочке смирно. У входа в парное отделение расположились оленьи рога, внутри которых что-то напоминающее солнце. Снизу изображены буквы русской азбуки, те, что «Аз», «Буки», «Веди»… Дядя Братан, помог прочитать все буквы:

— Азъ, буки, веде, глаголь, добро, есте, живите, зело, земля, и, иже, како, люди, мыслите, нашъ, онъ, покои, рцы, слово, твердо, укъ, фъреть, херъ, цы, черве, шта, ъра, юсъ, яти.

— Звучит как будто это связный текст. — Прокомментировал я.

— Так и есть, это закодированное послание предков, в современном виде выглядит примерно так: «Я знаю буквы. Письмо — это достояние. Трудитесь усердно, земляне, как подобает разумным людям. Постигайте мироздание. Несите слово убеждённо. Знание — дар Божий! Дерзайте, вникайте, чтобы сущего свет постичь!» Обрати внимание, что буква «Азъ», расшифровывается как «Я», и она стоит не последней, а первой, потому что всё начинается с себя, с внутреннего мира. — Подмигнул мне и покинул помещение бани.

Оставшись наедине со старцем, я окинул его внимательным взором. Волосы, сквозь проседь, отдавали золотистым оттенком светло-русого, подбородок кругловат. Мы встретились взглядами, и вроде бы у него обычные серо-голубые глаза, но я их словно уже встречал, при этом не могу сказать, что он мне кого-то напоминал, или что мы виделись ранее, просто ощущение, что мы знакомы, оно было настолько сильным, что попытки избавиться от него имели противоположный эффект.

— Здравствуйте. Я Фёдор. Видел Вас, когда приближался к поместью. Вы очень напомнили один из памятников в мою честь, тот, что находится в городе, где я закончил свою официальную жизнь. — Старец улыбнулся и направил свой спокойный, чистый взор, куда-то вглубь меня. Процессы, блокирующие скан моего нутра, не оказали никакого сопротивления, и всё прошло легко и непринуждённо.

— Добрый день. Я Иван и, кстати, тоже вас заприметил, но мне меня вы не напомнили, я ещё не был старым. Что значит это ваше: «закончил свою официальную жизнь»?

— Даты рождения и смерти, под именем на надгробье. За это время я многое успел, из того, что мне оказалось не надо, но что было, то было.

— Многое успел? Венок из бересты сплести?

— Тогда я таким не занимался. В прошлом я видный политический деятель, мою бабушку прозвали Великой, она готовила к правлению страной, меня, а не своего сына. В честь меня назвали одну из королев Англии, я был её крёстным. «Площадь королевских ворот» в Берлине, переименовали в мою честь, и было это, до победы над одним из выдающихся политических деятелей, поработившим большую часть Европы. Подарок младшего брата, в память о важной победе, что расположился на Дворцовой площади, стал визитной карточкой северной столицы, и ещё много всего, где моё имя откликается в вечности.

— Я не самый большой знаток королев туманного Альбиона, но Федоры там вроде не было, во всяком случае за последние сто лет, да и по Берлину с Питером тоже как будто бы вопросики, есть ли там площади или памятники имени Феди, а то, что вам доярки поставили бюст в сельском доме культуры, так это такой себе памятник. — Старец беззлобно улыбнулся, и меня посетило ощущение того, что я мудак, я уважаю старших, но конкретно сейчас этого совсем незаметно, и из меня полезла всякая желчная херабора, хотя брызгать ядом вообще не мой жанр, но ласковость голоса, спокойность взгляда и мягкость манер, меня спровоцировали на невежество, быстрее и эффективнее, чем неприкрытое хамство. Я нашёл в себе силы на смирение и извинился: «Простите меня, не знаю, что на меня нашло».

— Ты попался на один из старых приёмов по обличению человека, увидев мою чистоту, захотел её запятнать своей грязью. Будь осторожен при таких порывах, не все, кто владеют этим приёмом, придут к тебе с добрыми помыслами.

— Сегодня стоит ожидать курс настоятельных советов? Может, психотерапии? Покопаемся в детстве? Пообвиняем во всём родителей?

— Ты этого хочешь?

— Нет. Я хочу, чтобы со мной перестали говорить загадками.

— Тогда ступай. — Фёдор открыл дверь парной, мы прошли вовнутрь, плотно закрыв дверь.

С банями у меня отдельная история, такая же, как с походами, дачами и отдыхом на природе, мягко говоря, не любитель, но конкретно здесь мне было комфортно, никто не ебашил на раскалённые камни жидкостями, оставляя влажность стабильной. Мы расположились на лавочках друг напротив друга и начали прогревать себя и общение, старец начал делиться подробностями своей жизни:

— Сейчас я старец-долгожитель. Мне дарована жизнь в несколько сот лет. Я храню тайны истории в своей памяти, и передаю их исключительно из уст в уста. Старцы живут в глухих лесах и в контакт с людьми без крайней надобности не вступают. Нас веками пытаются искоренить из-за наших знаний, которые не выгодны сложившемуся миропорядку, эти знания, стремятся уничтожить сразу при обнаружении и всячески скрываются от непросвещённых, а то, что просочилось принято считать ересью.

— Давно памятники ставят тем, кто шляется по лесам да по полям? И вообще, что за надобность во встрече со мной?

— Поделиться опытом из ошибок своего прошлого, а памятники мне ставили за мои заслуги, вовсе не доярки.

— И чем вы их заслужили? — Опять приступ идиотизма. — Палку какую принесли? Может, лапу дали или голос нужному человеку?

Хамство не осталось без противодействия. Старец набрал воды в ковш и плеснул на камни. Воздух начал обжигать кожу. Я покрылся потом и принялся ожидать, что мне похуеевеет, но обошлось, организм быстро адаптировался, а я покорно принял виноватый вид.

— Службой отечеству, а скитания свои начал после того, как меня отпели, что лишило права на исповедь и причастие. Тогда-то мне и открылись вся мерзость и ужасы содеянного, но Бог милостив, он помог мне разобраться в себе, помог перестать оправдывать бесчинства и перекладывать вину на других. Прежде бывало, что все вокруг меня были виноваты и только я один во всём хорош, я умудрялся даже оправдать участие в смертельном заговоре против родного отца и прекрасно объяснял себе любое грехопадение, которому поддавался. Бог помог мне избавиться от большого количества зла внутри, но я по-прежнему полон его.

— Зла? Вы? На вид вы божий одуванчик, со странными фантазиями о чужом прошлом… — Я чуть было не продолжил упражняться в дешёвом юморке, но вспомнил связь между прошлым заходом на юморок и влажностью в помещении. — Вас бы с братом моим познакомить, вы бы успокоились в своих самокопаниях и самобичеваниях.

— Попроси Господа узреть прегрешения свои и не осуждать брата своего. Бог поможет.

— Вы ведь в курсе, кто мой брат? И что за бесчинства он творит? Сколько душ он загубил и чем известен широкой аудитории?

— Я хотел поговорить с тобой о тебе, а не о других людях, но будь, по-твоему. Брат не всегда может быть прав, но он всегда твой брат, а видишь ты его согрешения и угадываешь мотивы с проницательностью злобы, потому что сам полон её, всё ведь просто: «красота в глазах смотрящего». Пока не исправишь себя, не сможешь победить антипатии, к нему.

— Мы точно об одном человеке говорим?

— У тебя ещё есть братья, кроме Владимира?

— Насколько знаю, нет.

— Тогда об одном.

— Вы хотите сказать, что его поведение в пределах нормы?

— Всё относительно. Понятие нормальности условно, есть вещи иного порядка, чем манипулирование общественным мнением через шок-контент, и если разобраться в ситуации, то это обычное самоличное исполнение приговора, никто же не ставит в претензию Петру Великому, что он собственноручно рубил головы.

— А он рубил?

— Рубил, например, после Стрелецкого бунта, Пётр собственноручно отрубил пять голов, которые потом были выставлены на Красной площади, на всеобщее обозрение у Лобного места, головы были нанизаны на деревянном столбе с пятью спицами. Вполне нормальная практика, когда после вынесения приговора ты же его и приводишь в исполнение. Смерть сама по себе нормальное явление, и она бывает разной, иной раз проще лишиться головы, чем погибать от изнурительных условий труда, как те почившие сто тысяч работяг, которые строили Санкт-Петербург, по 12-15 часов в сутки, а во время белых ночей вообще круглосуточно. Обрати внимание, об этом никто не вспоминает, все сосредоточились на стройках и жертвах Сталина.

— Почему так?

— Всё дело в их происхождении. Природа людской власти так устроена, что человеческие жертвы — норма на все времена, вопрос только в том, кто будет жертвой: свои или чужие, и чем больше погибло во имя той или иной цели, тем выше её превозносят над другими, правда, иногда превозносят не саму цель, а человека.

— В смысле, чем больше жертв, тем выше превозносят?

— Прямом. Обратись к истории и узнаешь, что во имя своего будущего американцы истребляли индейцев, фашисты цыган и евреев, крестоносцы вообще всех иноверцев, список тех, кто растапливал свой локомотив душами умерших, сильно шире, например, я убийца сотен тысяч людей, они умирали на войнах, причиной которых был я, но меня по итогу нарекли спасителем Европы, хотя изначально я, как и ты, избегал правления, как своего предназначения.

— Разве были люди, кроме меня, которые не хотели править?

— Ты всерьёз думал, что ты один такой?

— Никогда не задумывался об этом, если честно.

— Не ты первый, не ты последний, например, задолго до меня, тёска твой Иван, тот, что пятый, был при Петре Великом «старшим царём». Иван и Пётр, оба были царями, только Иван был равнодушен к делам государственным и ни за какую власть ни с кем не боролся, ни с сестрой-регентом, ни с братом, соправителем, Петром Первым, ему семья и человеческое счастье оказались гораздо интереснее.

— Допустим, а как вас убедили приступить к обязанностям, которые вам казались чуждыми?

— Много всего было, но однажды просто сказали: «Хватит ребячится. Ступайте править», и я вдруг принял свои обязательства перед государством, смирился с этим обстоятельством и нёс службу, как и военные того времени, почти четверть века, позже просил отставку, но мне её не дали, в общем-то, тогда-то я и имитировал свою смерть.

— Получается, что вы избегали своего предназначения в начале своей жизни и в конце.

— Предназначению можно сколько угодно ему противиться, даже до конца жизни, только лучше от этого никому не станет. Когда исполняешь своё предназначение, содействуешь благу своему и всего мира, а когда противишься своей миссии, то лишаешь себя благ, не всех, конечно, а тех, что могли быть твоими, только вот независимо от тебя и прихотей, мир своё получит независимо от твоего участия, воля всевышних сил будет исполнена однозначно, пусть и через иных посредников, обходными путями, но всё будет так, как должно быть.

— А в обратную сторону это работает? Например, когда что-то не твоё, но ты это делаешь и продолжаешь делать, что происходит тогда?

— Вспомни тех, кто выдавал себя за сына Ивана Грозного.

— Чё? Кого вспомнить?

— Лжедмитриев. Самозванцев, выдававших себя за сына Ивана IV, было несколько, но на царствование венчался только один из них, и где-то через год его правление закончилось тем, что он был схвачен и убит, тело сожгли, а получившимся прахом зарядили Царь-пушку и произвели выстрел, в сторону Польши, откуда он пришёл. К слову сказать, это был первый и последний выстрел из этого оружия. Ты знал, что у Ивана Грозного сыновей с именем Дмитрий было двое, первый и последний, а между ними сёстры и братья Иван, Фёдор, Василий?

— Не уверен, что хочу знать подробности генеалогического древа Ивана Грозного, да и вообще, какая разница, кто правит?

— Вообще большая. Обрати внимание, Рюрики и Романовы, правили по-разному и к государству относились отнюдь не одинаково, но даже во времена дворцовых интриг и переворотов, государство было государством, чего не скажешь о таком периоде, как «Смутное время». Когда у власти находится случайный человек, ничем хорошим это никогда не заканчивается, ни для кого, ни для смутьянов, ни для их покровителей, ни для государства, одному Богу известно, чтобы стало с Россией, если бы Иван Сусанин выдал местоположение Михаил Фёдорыча, первого Романова, на престоле, или если бы Минин и Пожарский не организовали народное ополчение, против польских интервентов, которое штурмом взяло Китай-город. Минин и Пожарский, не спроста тесно связаны со «Днём народного единства», они объединили людей разных сословий, религий и национальностей, в борьбе с посягательствами на российскую государственность и независимость страны.

— Минин и Пожарский — это те, что с памятника на Красной площади?

— Да, всё верно. Памятник, о котором ты говоришь, первый монумент в России, который был посвящён народным героям, прежде, чести быть увековеченным скульптурным монументом, удостаивались только правители. Средства на создание памятника жертвовали люди со всей России, каждый по мере возможности и желания оказаться сопричастным к этому событию, участие принимали все сословия: крестьяне, дворяне, купцы, мещане, духовенство и конечно же, император, автор идеи увековечить их подвиг.

Открывается дверь. Входит Дядя Братан и говорит:

— Чего у вас так холодно? Надо парку поддать. — Улыбнулся. Зачерпнул полный ковш воды, разом выплеснул на камни, а затем принялся размахивать веником у потолка.

Ощущение того, что с таким жаром, мне там ловить не хрен, пришло мгновенно, и я пулей вылетел из парного отделения, плотно закрыв дверь. Меня в след попросили, найти спортивный канал.

— Скоро открытие чемпионата мира по футболу. Будем смотреть прямую трансляцию, она обещает быть горячей.

Мне только чуть-чуть начало становиться интересно хоть, что-то связанное с правлением или историей государства российского, как тут же всё оборвалось. Я, конечно, могу вернуться и продолжить диалог, но, признаюсь честно, не настолько старец Фёдор меня увлёк, чтобы я насиловал свой организм высокой температурой в помещении с высокой влажностью, главное, что я оттуда вынес, так это то, что, нежелание править уже встречалось и что семейные узы в этом вопросе — хорошее подспорье, а кто там будет править, я или мой брат, для России, в общем-то, не важно, предназначение будет исполнено со мной или без меня.