• Красный ковчег – западный привет нашему «Философскому пароходу», состоявшийся на пару лет раньше последнего. Демократическая высылка из демократических США недемократически-инакомыслящих представителей интеллигенции. А чего вы хотели? – Свобода слова, мысли и совести! Не самый хороший пример, но коль скоро они очень любят именно в этом контексте вспоминать «Философский пароход» – полезно знать.
• Американская коммуна «Сиэтл» (она же позже «Сеятель») – успешный сельскохозяйственный проект, созданный в Ростовской области иммигрантами из США при активном содействии советского правительства. Если что, это уже другие иммигранты, не имевшие к «Красному ковчегу» никакого отношения и уехавшие сюда по доброй воле. Причём в видео по ссылке упоминается ещё несколько менее успешных коммун такого же плана («Калифорния», «Пионер» и др.), существовавших как минимум на территории Ростовской области и Карело-Финской ССР и создававшихся американскими, финскими и иными иммигрантами.
• Испанская иммиграция в СССР – детище гражданской войны в Испании, в которой Советский Союз оказывал активную помощь законноизбранному республиканскому правительству, в т.ч. активно принимал беженцев и пострадавших. В бытность мою в Ленинграде я даже видел недалеко от Смольного дом, на котором была табличка, гласившая, что здесь, дескать, жили испанские дети, пострадавшие от той войны. Была б возможность – выложил бы фото. Аналогичные (пусть и меньшие по числу) иммигранты прибывали в СССР в довоенное время из Германии, Италии, Польши, Венгрии, а в послевоенное время – снова из светлых США, в которых тогда случилось очередное торжество демократии и свободы в виде маккартистских репрессий.
• Трудовая и учебная миграция в СССР – явление, имевшее пик в сталинскую индустриализацию. Причём здесь в роли мигрантов выступали не привычные сегодняшнему обывателю маргиналы, а высококлассные специалисты, принимавшие ключевое участие в возведении новых промышленных и инфраструктурных объектов. Ну или студенты, которые по итогам обучения в советских вузах такими специалистами становились. И среди этой когорты было весьма немало людей, которые, приехав на время, в итоге оставались на совсем.
• Etc, etc, etc.
И это – лишь малая часть, которую я смог вспомнить навскидку за 5 минут без особого рытья в источниках. Подсчитать общую численность иммигрантов я вот так вот с бухты-барахты не смогу. Но, если угодно, есть данные Корсуновского за 1924-1928 гг. по иностранцам, въехавшим за это время в СССР на долгосрочных основаниях:
1924 г. – 56 780 чел.
1925 г. – 68 225 чел.
1926 г. – 80 218 чел.
1927 г. – 65 384 чел.
1928 г. – 71 711 чел.
И это – сферические иностранцы в вакууме, без учёта репатриантов после Гражданской войны (счёт которых шёл на сотни тысяч) и ряда прочих категорий. Вот так в СССР «никто не ехал».
По идее это уже исчерпывающий ответ. Но в ответ на это обиженный и словивший разрыв шаблона антисоветчик может начать ужимки вида «Хаха, и это по-вашему много?», и для сравнения скинет какие-нибудь сомнительной достоверности цифры, в которых ежегодно будет значиться по миллиарду расстрелянных лично Сталиным «убежавших из кровавого Совка». Что ж, даже если отбросить вопросы к достоверности и предположить, что общее число выехавших действительно превышает число въехавших, то и для этого есть ряд весьма очевидных причин:
Пойдем по нарастающей. Во-первых (и в-наиболее-очевидных), СССР в отличие от тех же США никогда не занимался целенаправленным привлечением именно иммигрантов из других стран. Даже те же иностранные специалисты, принимавшие участие в индустриализации, рассматривались, как хотя и трижды полезные, но всё же гости, которым, конечно, не стоит препятствовать, если они захотят остаться, но которых в случае чего не жалко и отпустить. Основная ставка делалась на воспитание своих кадров, на развитие потенциала своего населения. К иностранным же гражданам советская линия была не «приезжайте на наше светлое будущее», а «постройте своё светлое будущее у себя». И именно из такого расчёта и работала как советская, так и вообще коммунистическая пропаганда в капстранах.
Во-вторых, внезапно для антисоветчиков, СССР в отличие от США и капстран никогда не позиционировал себя, как рай на земле. СССР был и не данный момент пока ещё так и остался проектом будущего, гигантской стройкой, под которую не успели даже толком заложить фундамент (а начиная со второй половины 1950ых – так и пытаться перестали). Стройкой в условиях изначально слабой и разрушенной страны, унаследовавшей от капитализма больше проблем, чем богатства. В меру этого, СССР никогда ещё не был про «получите всё здесь и сейчас совершенно бесплатно». Нет, там давались очень многие невиданные в буржуазных обществах права и гарантии, но в главном – СССР всегда был про «работать». «Работать двужильно, упорно и самоотверженно, по крупицам воплощая в жизнь далёкую, но тысячекратно оправданную цель». И пока заокеанская пропаганда рассказывала слащавые сказки про «американскую мечту», в Стране Советов на знамёна подымали Стаханова и Островского, чьи судьбы с мещанской точки зрения малоприятны, ибо исполнены огромных трудностей, усилий и превозмоганий. И вот объяснить рядовому, далёкому от какой-то убеждённости человеку, в чём величие этих превозмоганий, в чём оправданность и неизбежность той самой цели, – это сильно сложнее, чем просто пообещать сиюминутную халяву, которую на деле никто не даст. Правде вообще часто сложнее – как минимум потому, что она всегда одна, тогда как лжей против неё очень много.
Впрочем, это всё лирика и поэтика. Есть более интересные и осязаемые вещи. Ведь в-третьих (и в-главных), стоило бы вспомнить притчу из «Кавказской пленницы» про желания и возможности. Для либералов это, видимо, секрет, но эмиграция из капстраны в СССР – дело очень недешёвое. Для понимания посмотрите какие кассы пришлось сюда убухать коммунарам того же «Сиэтла» (ссылка выше). Ну хорошо, допустим детройтский автослесарь Майк, как потенциальный иммигрант, не собирается строить в СССР с нуля сельзозкоммуну, а хочет просто в одиночку переехать и, просто получив жильё, просто устроиться на простой завод. Но хватит ли у него денег тупо на билет до СССР? Вот например, во сколько медианных зарплат сегодня обойдётся перелёт от, скажем, Нью-Йорка до Москвы самолётом? А рейс от Бостона до Севастополя кораблём? А сколько медианных зарплат это стоило в эпоху, когда корабли были существенно прожорливее и дороже в обслуживании, авиация только проходила путь от новомодной диковинки к по-настоящему массовому и надёжному транспорту, а по всему капиталистическому миру бушевала Великая Депрессия?.. Вот и получается, что потенциальный иммигрант в Страну Советов, вроде как имея на бумаге право на такой переезд, де-факто оказывается отрезан от возможности к его осуществлению.
В случае же с уезжающими из СССР, картина принципиально иная. Среднестатистический эмигрант-невозвращенец – это отнюдь не столяр-краснодеревщик Михаил с Уржумского Деревообрабатывающего. Михаил в большинстве своем никуда переезжать не собирается, и даже сегодня преимущественно тоскует по СССР и плодит соответствующие настроения среди молодёжи. Эмигрант же – это в основном представитель технической или творческой интеллигенции, «золотой молодёжи» или даже среднего звена чиновничества и Партии. У такого человека как раз были законные и не очень возможности и к покупке билета, и к приобретению валюты, и к выбиванию нужной путёвки в нужное место. И, что немаловажно, была и своеобразная мотивация: аналогичных людей на Западе после уроков, извлечённых из индустриализации и разного рода гонок, «выигранных за школьной партой», стали очень хорошо обеспечивать и интенсивно привлекать, и если столяр-краснодеревщик Михаил никому особенно не нужен, то вот выпускник МИМО Мойша с качественным образованием и опытом работы будет принят максимально радушно и легко сможет устроиться, получая для этого достаточно длинные доллары.
Короче, к чему это всё: в советском случае потенциальные иммигранты и потенциальные эмигранты – это очень отличающиеся друг от друга общественные слои. Эмигранты, как за счёт достижений советского общества, так и за счёт своего положения в этом обществе имели гораздо больше возможностей, в меру которых несмотря на закрытые границы осуществить выезд им было легче, чем иммигрантам – осуществить въезд.
Впрочем, к «открытым» границам тоже есть весьма серьёзные вопросы. Ибо в-четвёртых (и, пожалуй, в-особенно-интересных), «открытые» границы капстран на деле далеко не такие открытые, как либералам наивно кажется. Ну или вернее как: они достаточно открыты, когда дело касается перемещения между капстранами (как будто бы и у СССР со странами ОВД тоже перемещение было, скажем так, посвободнее). А вот когда дело касается поездки из капстраны в соцстрану – тогда начинаются самого разного рода нюансы от чисто бюрократических препон до прямых запретов или и вовсе незаконного, но при этом государственного преследования. Среди примеров последнего – печально известная программа COINTELPRO, уходящая корнями ещё в рузвельтовские времена, и по сути продолжающаяся до сих пор (смотреть статью). Она незаконна даже по американским меркам? Трижды да, но кого это парит, правда? Да, она в первую очередь нацелена на внутреннюю оппозицию, но разве желающий уехать «кровавую Совдепию» – не шпион и не предатель?.. К слову, США в подобном отнюдь не уникальны: например, согласно «закону о безопасности государства» и ряду других актов в его духе, с корейского юга, который либералы так любят воспевать и облизывать, поехать на север можно только с разрешения властей (ой, а что это у нас? Неужели те самые выездные визы в стране рыночка, свободы и кратодемии? Как же так вышло? Кто это сделал?..). Об одном из наиболее впечатляющих случаев, связанных с такой «визовой» политикой я, когда руки дойдут, сделаю отдельный пост. А пока что пора подводить итоги этого затянувшегося разбора.
В общем: вся эта байка про то, что «из Совка все бежали, но никто не приезжал» – довольно дешёвая ложь, рассчитанная на необразованного обывателя, не знающего истории и не знакомого со статистикой. Этот нарратив удобен очень многим (в том числе и нынешнему, до мерзости антисоветскому, российскому режиму), а потому его поддерживают на плаву, и его не так-то просто разоблачить и опровергнуть. Но тем не менее, это можно сделать, даже не обладая специфическими научными степенями и уровнями допуска: выше мы, во-первых, убедились, что иммиграция в СССР была, и была достаточно многочисленна, а во-вторых, разобрали некоторые её наиболее очевидные проблемы в сопоставлении с проблемами эмиграции. Этот разбор, конечно, можно и нужно по-крупному дополнять, но даже такого уже хватит, чтобы понять: очередная антисоветская якобы каверза, а на деле просто налюбка для улюбка – отправляется в помойку. Взамен её предлагаю действительно интересный вопрос:
Почему население советской РСФСР несмотря на, как утверждают либералы, повальную эмиграцию, устойчиво росло, а население антисоветской России – падает, несмотря на крестовый поход против нетрадиционных ценностей и топорную пропаганду деторождения?
Впрочем, это уже совсем другая история.
