Шок номер один — баня (душ) один раз в неделю, и то не всегда. Больше четырех лет, а привыкнуть не могу. Думал в детстве отстрелялся — в тазах мыться, но нет, настигло.
Второе — не везде есть холодильники. За нарушения порядка забирают, и ТВ и холодильник. Если лето — то вообще класс, заливаешь холодную воду во все ёмкости и тазы, меняешь каждые два часа. Комфорт!
Третье, что очень мешает — не на чем греть еду! Разрешено только кипятильник, не более 600 Вт. Ну и чайник такой же, это на 900 мл получается. В связи с этим научились жарить на пару, есть на пару, готовить каши в пакетах, варить в банках.
Те, кто скучает по жаренному, особенно это братья наши, плохо говорящие по русски. Собирают плитку из кипятильника — отдельная история. Увидел — охренел! Разбирается кипятильник, делается правильный изгиб элемента, в цепь добавляют ведёрко с солёной водой для понижения мощности, сверху банка из-под консервов — и вперёд! Лук, чеснок, тефтели из сухпайка. Ароматы незабываемые! Вьедается во всё. Даже в носки, по-моему.
Что ещё... Стирка в тазах — это моя личная физическая и душевная боль. Пальцы в кровь, кода сохнет и трескается, порошка нужны тонны, стираем каждый день. Иногда стиральная машинка снится ))))
Жара и холод — это понятно. Тебе всегда или так, или так. Комфортно почти не бывает.
Нож — пластик. И то не у всех. Тоже очень удобно резать помидоры или что-то мелкое. Красивый салат я вижу только в фильмах пока.
Пилки для ногтей — запрет.
Мусорные пакеты теперь запрет — в них брагу ставят.
Вообще всё, с чем спалились — теперь запрет. Все фрукты с косточкой, БАДы, пакеты, соусы, всё. Фильтры для воды, и ещё куча всего — сходу не вспомню, но много чего простого, удобного - нельзя...
Вот так и живём:
Плетём верёвки (контрольки) из мешков, ниток и мочалок.Ломаем шконки, чтобы сделать заточку для ровного кусочка хлеба. Пилим решётки саморезами, чтобы можно было груз побольше отправить или получить. Красим стены губкой для посуды. Жарим на пару.Варим в чайнике. И так далее.
Братья и сёстры! Цените комфорт! Уважайте тех, кто рядом и помогает вам физическим трудом! На секунду представьте, что всего этого нет! Лёгкий поклон стиральной машинке! Уважение изобретателю микроволновки! Низкий поклон домработницам и владельцам химчисток! Обнимаю тех кто вывозит мусор и убирает за нами! А тех кто готовит еду, да ещё и красиво ее подаёт вообще люблю до звёзд!
Сидим на карантине. Вечер. Салат, котлеты, ржем, общаемся. Красота!
Открываются тормоза. Трое ментов — грубо, без церемоний:
— Пять минут на сборы. Все на выход.
Пипец. Мы забыли, что это временно. Что нас ждут общаки. Расслабились ) тут нельзя!
Дикая суета. Пакеты, вещи, продукты — всё в кучу. Пытаемся попрощаться, обменяться контактами, поделить еду поровну. Итог — всё через жопу. Слишком неожиданно, слишком мало времени.
Выходим на продол. Сердце бьется. Называют номера хат — все порознь. Думали, вместе будем, а хрен там!
Идем. Все по разным Этажам, быстрые слова поддержки и напутствия. Кормяки открыты, оттуда торчат бородатые лица, общаются люди. Жутковато. Раньше такого не видел. Это настоящая тюрьма.
Номер хаты. Цинк. Заезд!
Мне не повезло, как я думал тогда. Камера на 8 мест — 10 человек. Русских двое: я и пожилой мужик, ученый, руководитель НИИ. Остальные — Таджики, Узбеки. За хатой смотрит киргиз. Убийца, 10 лет отсидел на родине. Здесь сидит как первоход. Чуть на образе, в тюрьму играет.
Обстановка — камазы с баландой, тараканы, грязь, шум, гам.
Встретили норм. Вежливо, достойно. Попили чаю. Но я как будто на Марсе высадился. Даже на карантине мы жили лучше.
Первая мысль: "Ну его нахуй!" Быстрый план действий созрел - тяну ментов, говорю переведите меня отсюда! Но это эмоции , нельзя! Не принято ломиться ! Если ломанулся из людской Хаты - то только в шерсть или к ментам, в красную. Принято решать, исправлять, договариваться на месте. Приходить к общему! Так люди делают, так люди живут!
Ну а на край, как рассказывают, (я слава Богу не был в такой ситуации) если тебя насильно менты закинули в хату в петухам, или обиженным то ломиться тоже нельзя! Надо ломить их! Всех! ))
Первый план хрень! Непорядочно! Меняем!
Опять в пещеру. Опять полежать, посмотреть в себя. Опять подышать, осознать, отследить где эмоции, а где истинные мысли. Принять верное решение, без эмоций !
В этот раз понадобилось меньше трех суток. Через сутки пошел в бой. Выстраивать пространство вокруг. Налаживать контакты. Разбираться, что к чему.
Но до этого была ночь адаптации.
В 22:00 — наладка. Доской по тормозам дают «Спартак». Чтоб все на Централе знали: наше время настало. Ночь.
Дальше этой же доской выбивают кормяк. Чтоб пообщаться, забрать-отдать груза и малявы. Ставим дороги во все стороны. Жизнь!
Я чуть в ахуе... Такого я еще не видел! Мы — перевал на корпусе. В полночь с одной стороны централа на другую, чтоб разогнать. Дороги — вены тюрьмы.
За ночь — 50-60 грузов туда-сюда. Дорожник только успевает в минуту спокойствия покурить и кофе попить. В шапке, в перчатках. Окно открыто всю ночь. Холод! Суета! Что то в этом есть ... Единство, слаженность, процесс...
Под утро стихло. Те, кто был на ногах, готовят еду. Очередной сюрприз от братьев из ближнего зарубежья. Ужин! Лови рецепт!
Берешь всю баланду, что накопили за день: суп, картошку , кашу, похер что, дальше Кипятильник, доширак, специи, чеснок — и варишь! Честно — ужас. Я так и не заставил себя присоединится , сослался на режим питания и диету )
Моя шконка — у дубка. Все ко мне! Шик, блеск, красота! Тут я понял: нет у меня трех суток. Надо херашить. Своим примером менять.
Ах да! Забыл.
В этой хате была связь! Из-под пола, закопанный в бетон — это маленькое чудо. Размер — зажигалка. Есть кнопки, микрофон, динамик. Мини-сука-телефон. Зарядки на 40 минут. Можно услышать родных. Чудо!
Набрал жене. Услышал родителей. Жизнь налаживается.
Утро. Завтрак. Опять опрос по именам — запомнить невозможно. Беки, Заде, Абдулохоны... Я даже записывал сначала.
Тряпки, губки в руки — наводить чистоту!
Сразу для тех, кто захочет рассказать про то уборка, тряпки не людское! - Убираться там, где живешь — не западло. Западло убирать за ментами. А добровольно и за собой, нет— чистота приветствуется! Люди живут в чистоте!
Но грязное было всё. Каждый миллиметр в жиру, смоле, пыли, пепле. Не помню, сколько заняло, думаю мозг стирает такие моменты ) Шаг за шагом привел хату в порядок. Отмыл, что можно. Выкинул кучу мусора, не нужных вещей (Прямо как Блиновская завещала, по 40 вещей на человека , я по моему даже перевыполнил)) Заказал новые камазы, тряпки, еду.
Начал примером показывать: руки всегда с мылом, не запихивать в себя всё подряд, готовить, резать, накрывать, выкладывать. Многие заинтересовались, работает!
Киргиз, что за хатой смотрел, вроде проникся. Ко мне спокойнее, чем к остальным. Своих он жестко кошмарил. Держал в тонусе. Теперь понимаю — молодым мигрантам слабинку давать нельзя. Сразу хаос.
Соберет их на шконке, рассказывает ужасы лагеря. Спрос, косяк, поступок, проступок... Как воспитатель для них он оказался совсем неплох.
Началась очередная жизнь. Жизнь номер 15, по-моему...
Меняешься. Сильно меняешься. От хаты, от людей, от атмосферы. Я научился здесь смотреть на себя со стороны. И точно понимаю: каждый новый заезд, выезд влияет на всех. Закрытое пространство — всё остается тут. Энергия не выходит наружу.
Это лаборатория. Чистой воды изучение человеческих душ.
Ну и как это принято в игре под названием «Жизнь на планете Земля» — в самый спокойный день, когда ты впервые за пару месяцев позволил себе мысль, что всё налаживается, приходит откуда не ждали. Вселенная то не спит!
Киргиз тянет к себе. Серьезный разговор.
— Я на этап на днях. Останешься за хатой смотреть.
Вот те на. Карьерный рост.
Первая мысль: нах мне это всё надо? Потом досчитал до ста, пока ураган мыслей улегся. Понял: если не я — то кто-то из братьев моих меньших. А это катастрофа. Будешь делать, как сказали. А я не готов. Там навсегда здравые мысли у них)
За каждым «жду» стоит извечное бабское доверие и одиночество Фото: Виктор ГУСЕЙНОВ
Недавно вся общественность бурно обсуждала поступок 18-летней Дианы, которая вышла замуж за казанского убийцу, расписавшись с ним в тюрьме «Черный дельфин» в Татарстане. Там ее возлюбленный отбывает пожизненное за убийство девятерых человек в родной гимназии в 2021 году. 139 человек тогда были ранены.
Я вышла на новобрачную, чтобы понять зачем ей это надо (хотя что тут понимать-то?). За интервью Диана запросила не меньше 400 тысяч рублей, несмотря на свои заверения в бескорыстности «люблю-не могу!» и отказалась общаться без гонорара. И то понятно, на что-то же нужно носить «грев» своему муженьку в тюрьму. «Комсомолка» предложила ей поискать где-нибудь в другом месте дурачков. Общественность, как водится, пошумела и забыла.
Переписка Дианы
«Я НИ В ЧЕМ НЕ ВИНОВАТ!»
А я вспомнила историю, которую когда-то мне рассказала знакомая. Назовем ее, да хотя бы, Мариной. Нам предстоял долгий путь и так она решила скоротать его. А может хотелось пооткровенничать? В любом случае, тарахтела Марина так, что шанса перебить ее просто не было. Поэтому мне оставалось слушать.
- Это 2000-е шли. Молодая я была, бедовая. Дури было - только держись! Собралась в Крым, приехала на московский вокзал с чемоданом нарядов, денежки – в сумочке, сумочка - на плече. Ждать поезд долго, а тут симпатичный парень рядом начал шутить. Я заливаюсь. И вижу, нравлюсь ему, - откровенничает Марина.
Новый знакомый предложил угостить ее коктейлем. Марина не отказалась.
- И вдруг мне дико захотелось спать. Он меня отвел в зал ожидания на вокзале, уложил и я почувствовала себя, как в мультике про Госпожу Белладонну: «Засыпаю…Сплю». Не помню решительно ничего, - признается Марина.
Утром все напоминало вязкий бред из какого-то затянувшегося кошмара. Девушку разбудил незнакомый парень по имени Альберт, потряс за плечо, заботливо спросил, все ли у нее в порядке, все ли вещи на месте. Она открыла сумочку, а денег-то нет. Чемодан тоже исчез. Альберт ей пообещал найти вора, сказал, что на вокзале он помогает милиции отлавливать подозрительных личностей. Вместо этого вскоре Марина оказалась с ним в постели.
Психологи, конечно, объяснят подобное поведение дефицитом внимания, комплексами или детскими травмами Фото: Ольга ЮШКОВА
- Повстречались неделю, потом он исчез. Через время позвонил: «Марина! Меня задержали, но это ошибка, я ни в чем не виноват. Люблю тебя больше жизни!» Кинулась в СИЗО, а меня не пускают. Я ему – никто. А я к тому времени уже забеременеть успела, аборт делать не хочу. Добилась беседы со следователем. Пожилой, опытный, он выслушал мою историю, пожурил по-отечески: «Детка, одумайся! Он - мошенник, рецидивист. И действовал вместе с напарником, обокравшим тебя. А потом они подрезали мужика, тот, не будь мямлей, заявление написал. Твоему любимому светит тюрьма, а учитывая его прошлое, срок будет солидный», - вздыхает Марина, которая к тому времени втрескалась в своего «спасителя» по уши.
Она ходила на все суды, а когда его посадили в «Матросскую тишину», то ездила к нему регулярно с передачками.
- Это СИЗО было недалеко от моего дома. Вот в четыре утра везу передачки ему, а потом спешу на работу в детский сад. С пузом! Помню ответственность перед ним ощущала. Верила, что его незаконно упекли и решила доказать свою верность, ждать и родить ему сына, - вспоминает она.
МЕЖДУ МОЛОЧНОЙ КУХНЕЙ И ТЮРЬМОЙ
За безумные деньги она вызвала нотариуса. Альберт к этому времени написал заявление, что хочет жениться на ней. Роспись состоялась прямо в тюрьме, в одной из камер.
- Я в платье была из алой тафты. Да со шлейфом! Пустила на него последние деньги. Такой протест всему миру, непонимающему нас, влюбленных. А через пару месяцев родился наш сын Тимур. Я принесла свидетельство о рождении на очередной суд, надеясь скостить Альберту срок. Судья взглянула, сокрушенно покачала головой: «Вы очень пожалеете!» А я заявляю: «Вы ничего не понимаете! Мы любим друг друга», - рассказывает Марина.
В бушующих гормонах, чувстве противоречия, желании доказать всему миру, как они неправы, осуждая ее любимого, она прожила несколько лет, разрываясь между молочной кухней и свиданиями в тюрьме, выкраивая из скудных декретных на сигареты и чай мужу и радуясь его редким письмам, полным любви и нежности.
Альберт отмотал срок, вот только к Марине с Тимуром так и не заехал. Он вообще исчез, а потом она узнала, что ее «невинно осужденный» снова мотает срок. Но к тому времени то ли гормоны у нее поутихли, то ли ума прибавилось, встреч с ним больше не искала. Через адвоката добилась развода, а сыну врала, что его отец был офицером и погиб в одном из многочисленных военных конфликтов, в которых Россия подставляла братское плечо.
А я смотрю на Марину и изумляюсь. Пышнотелая блондинка, синие распахнутые глаза, такие обычно не остаются без мужского внимания, уверенно ведет свою машину, а за плечами – высшее образование. Она совсем не выглядит типичной ждулей. А вот поди ж ты!
Психологи, конечно, объяснят подобное поведение дефицитом внимания, комплексами или детскими травмами. Ясно одно: за каждым «жду» стоит извечное бабское доверие и одиночество. Ну, или жажда хайпа и наживы, как у Дианы. А пока так, даже у отъявленных негодяев есть надежда на любовь и ласку.
Запах жженой кости. Я сижу в кресле стоматолога, мне в глаза бьет безжалостный круглый фонарь, а во рту ковыряется человек с металлическим крюком. У меня заморожена половина лица. Я не могу говорить, не могу глотать, я могу только мычать и терпеть. Абсолютная, тотальная беспомощность. Если он сейчас решит вырвать мне здоровый зуб просто потому что ему так захотелось - я ничего не смогу сделать.
И пока этот звук сверла отдавался прямо в мозг, я вдруг поймал себя на мысли о Михаиле Терене. О парне, который испытал эту абсолютную беспомощность в подвале минского СИЗО, только вместо стоматолога над ним стоял следователь с пухлой папкой, а вместо зуба у него отнимали жизнь.
Вы наверняка слышали про Геннадия Михасевича. "Витебский душитель". Третий по количеству жертв серийный убийца в истории СССР после Чикатило и Оноприенко. Тридцать шесть доказанных убийств женщин с 1971 по 1985 год. Красный "Запорожец", удавка, тихий голос.
Но я сегодня не хочу говорить про Михасевича. Меня тошнит от того, как мы любим копаться в детских травмах маньяков и искать причины их сдвигов. Меня сегодня трясет от другого. От людей, которые носили погоны, получали премии к праздникам и методично, годами уничтожали невиновных, чтобы закрыть квартальную отчетность.
Мы все выросли на мифе о безупречной советской милиции. Знаменский, Томин и Кибрит из телевизора. Добрые дяди Степы, которые ночами не спят, ищут истину. На деле же в Витебской области четырнадцать лет работала конвейерная мясорубка по фабрикацию уголовных дел. Система не давала сбой. Она работала ровно так, как была спроектирована - ради показателей.
Представьте себе 1971 год. Находят первый труп девушки. Потом второй. Обком партии начинает орать на руководство УВД. Висяк - это ЧП союзного масштаба. Кому-то из следователей нужно было просто взять и закрыть дело.
Брали тех, кто подвернулся под руку. Нашли тело рядом с деревней - хватай местного пьяницу. Жертва ехала на попутке - тащи в отдел первого попавшегося водителя с подходящим маршрутом.
Олега Глушакова взяли именно так. Обычный мужик, ничем не примечательная жизнь. Его затащили в кабинет и начали ломать. Я читал архивы, читал воспоминания тех, кто прошел через эти допросы. Там не было никакой тонкой психологической игры. Там был тупой, первобытный прессинг. Людей кидали в "пресс-хаты" к уголовникам, сотрудничающим с администрацией. Не давали спать сутками. Били так, чтобы не оставалось следов на лице, но отбивали внутренности.
Глушаков сидел и медленно сходил с ума от ужаса. От того, что государственная машина, в которую он верил, перемалывает его кости. На фоне жесточайшего стресса и тюремных условий у него начало падать зрение. Он слеп. Буквально. Следователи смотрели, как человек теряет способность видеть, и им было плевать. Главное - он подписал признание. Глушаков получил десять лет лагерей за убийство, которого не совершал.
Но это еще не самое страшное.
В какой-то момент милиция задержала Михаила Тереню. Михасевич к тому времени убил уже с десяток женщин. Почерк был очевиден даже слепому. Тот же узел на шее, те же места, тот же типаж жертв. Но объединять дела в серию означало признать, что в области орудует маньяк. А маньяков в стране победившего социализма быть не могло. Поэтому на каждый новый труп находили нового "убийцу".
Тереню ломали долго. У него было алиби. Были свидетели, которые видели его в другом месте. Знаете, что делали следователи вроде витебского прокурора Валерия Сороко? Они просто выкидывали из дела листы с показаниями, которые ломали их красивую версию. Они давили на экспертов, заставляя переписывать заключения. Кровь не совпадает? Напиши, что группа крови могла измениться из-за гниения. Это антинаучный бред, но эксперты писали. Потому что у следователя план, а ты кто такой, чтобы портить статистику.
Тереня сломался и оговорил себя. Его судили. Приговорили к высшей мере. И расстреляли.
Вы вдумайтесь в это на секунду. Человека вывели в коридор, зачитали бумажку, поставили на колени и пустили пулю в затылок. За преступление, которое совершил другой. А следователь, который выбил из него это признание, вечером пришел домой, поцеловал жену, съел котлету с макаронами и лег спать в чистую постель.
И пока эти оборотни в погонах вешали ордена себе на грудь, настоящий убийца не просто ходил на свободе. Михасевич был дружинником. Внештатным сотрудником милиции. Он с красной повязкой на рукаве садился в милицейский УАЗик и ехал патрулировать улицы вместе с теми самыми операми, которые искали "витебского душителя". Он сидел с ними в курилке. Слушал, как они жалуются на начальство. Он был идеальным советским гражданином - член партии, примерный семьянин, не пьет, не курит.
Однажды Михасевичу стало скучно. Или он решил отвести от себя подозрения - тут мнения расходятся. Он написал письмо в газету от имени вымышленной организации "Патриоты Витебска". Накарябал что-то про то, что они убивают распутных женщин, чтобы очистить советское общество от скверны.
Нормальный следователь понял бы, что убийца начинает играть. Что это классический паттерн серийника. Что сделали в Витебске? Подключили КГБ. Чекисты на полном серьезе начали рыть землю в поисках антисоветского подполья. Искали диссидентов-террористов, пока Михасевич тихо душил очередную девчонку в лесополосе.
Карточный домик рухнул только в 1985 году, когда за дело взялся следователь по особо важным делам Николай Игнатович из Минска. Он оказался тем самым мужиком, который просто решил сделать свою работу нормально. Он не стал выбивать признания. Он собрал команду и заставил их проверять почерк всех жителей области на предмет совпадения с письмом "Патриотов Витебска". Сотни тысяч образцов. Тупая, монотонная, адская работа.
Когда они вышли на Михасевича, и тот спокойно, буднично начал показывать места захоронений, местная правоохранительная система испытала коллективный инфаркт. Оказалось, что четырнадцать человек осуждены незаконно. Четырнадцать дел сфабрикованы от первой до последней страницы.
Меня часто спрашивают в комментариях, почему я так скептически отношусь к чистосердечным признаниям. Да вот поэтому. Я слишком много читал протоколов, где человек сначала категорически отрицает вину, потом в деле появляется перерыв на двое суток без записей, а потом бац - ровным почерком, с канцелярскими оборотами подозреваемый пишет, как именно он убивал.
Когда масштаб катастрофы вскрылся, полетели головы. Но знаете, что бесит больше всего? Несоразмерность. Да, кого-то уволили. Кого-то посадили на небольшие сроки - того же Сороко отправили в колонию на четыре года. Следователь Жабинец получил два с половиной.
Два с половиной года. За то, что ломал судьбы, сажал невиновных, подводил людей под расстрел. Они отсидели свои смешные сроки, вышли по УДО, пошли работать юрисконсультами на предприятия. Жили долго и счастливо.
А Тереня остался лежать в безымянной могиле. Глушаков остался слепым инвалидом с поломанной психикой. Владимир Горелов, еще один осужденный вместо Михасевича, отсидел шесть лет и вышел человеком, разрушенным до основания.
Иногда мне кажется, что в архивах нужно хранить не только дела маньяков. Нужно создавать отдельные полки для дел вот таких карьеристов в погонах. Чтобы каждый новый следователь, получая корочку, сначала читал, как его предшественники убивали людей росчерком ручки и печатью.
Анестезия начала отходить. Я вышел из стоматологии на холодную улицу. Челюсть ноет, во рту привкус крови. Врач сделал всё правильно, починил мне зуб. Но это липкое чувство абсолютной уязвимости перед чужой властью никуда не ушло.
У меня к вам вопрос, особенно к тем, кто до сих пор уверен, что "органы просто так не задерживают". Если бы в те годы ваш близкий родственник оказался не в том месте и не в то время - вы бы тоже поверили сухой строчке "дал признательные показания"?
Если вам интересна изнанка следственной работы без киношного лоска и сказок про идеальных сыщиков - подписывайтесь на мой блог. А если хотите почитать мои книги, где я разбираю подобные механизмы давления и психологию как преступников, так и тех, кто их ловит - ссылка в шапке профиля.
В мае 2003 года в Лос-Анджелесе убили 16-летнюю девушку по имени Марта Пуэблас.
За одиннадцать дней до этого она давала показания в суде по делу, связанному с бандой Vineland Boys. Для полиции всё выглядело очевидно: свидетельницу устранили. Но позже выяснилось, что цепочку событий, которая привела к её смерти, запустили сами следователи.
Банда Vineland Boys.
Во время допроса одного из членов банды, Хосе Ледесмы, детективы Мартин Пиннер и Хуан Родригес показали ему подборку из шести фотографий - снимок Ледесмы был обведён, а внизу стояла подпись, якобы сделанная Мартой Пуэблас и было написано: « это тот парень, который застрелил парня моей подруги ».
Материалы дела Catalan v. City of Los Angeles.
Только вот Марта никогда этого не писала. Подпись оказалась сфальсифицирована.
Ледесма решил, что свидетельница его сдала. На следующий день он позвонил из тюрьмы своему знакомому и попросил «убрать» девушку. Этот разговор автоматически записала тюремная система, запись попала на стол детектива Пиннера и пролежала там два года. Её никто не прослушал. Если бы кто-то просто включил запись, следствие узнало бы, кто заказал убийство, но вместо этого полиция начала искать другого подозреваемого. Им оказался Хуан Каталан — брат одного из обвиняемых по предыдущему делу. Нашёлся свидетель, который опознал его по фотографии. Прокуратура потребовала смертную казнь.
Суд над Хуаном Каталаном.
Каталан утверждал, что в момент убийства был на бейсбольном матче. Ему не поверили. Он провёл пять с половиной месяцев в тюрьме максимальной безопасности, ожидая суда за преступление, которого не совершал.
Dodger Stadium, Лос-Анджелес.
Позже его адвокату удалось доказать, что в момент убийства Каталан действительно находился на стадионе. Обвинения полностью сняли. Детектива Пиннера отстранили от расследований убийств. Во время допроса по гражданскому иску он признал, что никогда не проходил формального обучения как следователь по убийствам. Настоящих убийц позже установило ФБР: четверо членов банды получили пожизненные сроки, а Каталану выплатили компенсацию в размере 320 тысяч долларов, хотя значительная часть этих денег ушла на оплату адвокатов.
Самое удивительное в этой истории обычно остаётся за кадром. Каталана оправдали не потому, что следствие признало ошибку. И даже не потому, что нашёлся новый свидетель. Его алиби подтвердилось настолько необычным способом, что позже об этом сняли документальный фильм, а сама история разошлась по всему миру.
Я разобрал эту часть отдельно: почему билеты на матч не были алиби, почему записи со стадиона сначала ничего не доказывали и какая случайность в итоге спасла человека от смертной казни. Если интересно, видео есть в первом комментарии.
Бывший сожитель Ульяны убил ее отца и бабушку, которая почти не ходила
Рустам Алтыев во время задержания в 2025 году у торгового центра Источник: ГУ МВД РФ по Пермскому краю
В ночь с 5 на 6 февраля прошлого года в поселке Северный Коммунар в Пермском крае произошло двойное убийство. В квартире нашли тела 86-летней женщины и ее 52-летнего сына. Убийца скрылся. Полиция сразу распространила ориентировки на Рустама Алтыева. Местные жители рассказывали 59.RU, что от Рустама сбежала его девушка Ульяна и он из мести убил ее отца и лежачую бабушку. После случившегося он поехал в Пермь искать Ульяну, по пути звонил ей и угрожал.
Рустама задержали в Перми в торговом центре — по ориентировке местная жительница узнала его и вызвала полицию. Мужчину приговорили к 22 годам колонии.
Несколько дней назад с нами связалась сама Ульяна и рассказала, что Рустам позвонил ей с угрозами. Девушка боится за себя и жизнь своего четырехлетнего сына. Также она опасается, что могут пострадать другие ее родственники: мама и вторая бабушка. Мы поговорили с девушкой.
Имя потерпевшей девушки, которая потеряла своих родных, в тексте изменено по ее просьбе.
Готовил завтраки каждое утро
Ульяна родом из поселка Северный Коммунар в Сивинском округе. Она в одиночку воспитывает четырехлетнего сына. В августе 2024 года Ульяна познакомилась с Рустамом Алтыевым.
«Он таксовал. Оказалось, что его с детства знал мой отец. Рустам учился в нашей местной школе, а так как я младше его, то не запомнила Рустама в те годы, — рассказала Ульяна. — В поселке жили его мать с отчимом. Мимо нашего дома Рустам периодически проезжал на машине, здоровался с отцом. Так мы стали незаметно общаться. И ребенок начал тянуться, просил на машинке покататься».
Через некоторое время Рустам сам признался Ульяне, что отбывал срок в колонии. В архивном репортаже телеканала «Ветта» подробно описывается, какое именно преступление совершил Рустам Алтыев. В 2013–2014 годах он со своим подельником Виктором Полянским занимался разбоем. Они подвозили подвыпивших пассажиров, избивали их, даже девушек, а после забирали деньги и ценные вещи.
Подельников задержали в 2014 году. Кроме грабежей, на тот момент 25-летнему Алтыеву предъявили обвинение в изнасиловании 16-летней девушки в 2013 году. В интервью из зала суда журналисту телеканала Алтыев заявил, что секс был по обоюдному согласию.
«У меня девушек было столько, сколько у всех следователей на голове волос нет», — похвастался на камеру Алтыев.
За семь разбоев, три грабежа, кражу и изнасилование Алтыева приговорили к 8,5 года колонии. В зале суда он просил журналиста телеканала передать следователям угрозу.
«Пускай купят себе каски покрепче к нашему освобождению! Я им уже написал, и капитану юстиции, всем! Это не угроза — это предупреждение», — говорил Алтыев.
Ульяне новый сожитель всё это рассказал в иных красках. Он поделился, что «его подставили».
«Он прямо такую масочку надевал, прямо давил на жалость, — вспоминает Ульяна. — Я же изначально не знала, что это за человек. А с его слов это было вообще по-другому, что вообще, мол, это клевета. Меня еще подкупило то, что он сам признался».
Ульяна говорит, что полтора месяца Рустам был идеальным. Он вставал в пять утра и готовил ей завтраки.
«Я смотрела и думала: золотой мужчина, — делится девушка. — Но спустя полтора месяца его словно подменили, он просто стал абсолютно другим человеком».
«Подумай о жизни людей»
Ситуация обострилась, когда пара перебралась в Пермь. Там Рустам снимал квартиру и работал по-прежнему в такси.
«Буквально недельку всё было хорошо. А потом вся его сущность начала вываливаться наружу, — говорит Ульяна. — Он начал ревновать меня абсолютно ко всем, даже к соседям. До этого его бывшая жена мне говорила, что он довел ее до срывов и она пила антидепрессанты. Я не выдержала нападок Рустама и решила сбежать в родной поселок. В прямом смысле просто сбежать».
Через некоторое время Рустам приехал в Северный Коммунар и пришел к Ульяне. Семья Ульяны жила в двухэтажном домике. На втором этаже — сама Ульяна с сыном, а на первом — ее отец с 86-летней бабушкой. Она очень плохо ходила, могла дойти лишь до туалета и кухни, держась за стены, на улицу не выходила совсем.
«Я, по сути, эту квартиру-то специально купила, чтобы за бабушкой ухаживать, к ней спускаться, чтобы всё рядышком было», — вспоминает Ульяна.
Ульяна показала фото своей бабушки в молодости Источник: личный архив Ульяны
Это отец Ульяны Источник: личный архив Ульяны
Рустам попросился пожить у девушки, сказал, что в Перми разбил свою машину, которую арендовал для такси. Обещал, что скоро найдет работу, даже поедет на вахту.
«Он говорил: „Я встрял. Мне сейчас надо машину купить и жить-то мне негде“, — вспоминает Ульяна. — Я согласилась и пустила временно пожить у меня, хотя в поселке жила его мать. Прошло четыре месяца — работы у него так и не было. Рустам выпивал. Когда он был трезвый, всё было нормально, но пьяным он становился агрессивным. Начинал поучать моего сына, хотя ему три годика всего было, хотел его по-мужски воспитывать. Я просила не трогать ребенка. В общем, у нас из-за этого ругань началась. А в январе Рустам топором ранил моего папу в ногу. Я это понимала, но папа не признавался. Я тихонько наедине в комнате с папой пыталась поговорить, а он лежал, молчал, типа нормально всё».
В январе 2025 года Рустам смог устроиться на лесопилку в соседнее село Менделеево. Поработал он там ровно три дня — до 31 января.
«У него опять что-то тюкнуло в голове. Он начал обвинять меня в изменах. Прилетел однажды дикошарым, уже пьяный, — вспоминает Ульяна. — Я понимаю: всё, я сейчас просто от этого человека полностью отказываюсь. Я решила сбежать с ребенком. Собрала вещи и уехала в Пермь. Он начал названивать: „Прости, да, я всё осознал“. Я говорю: „Просто уйди из моего дома, просто закрой там всё и уйди, иди к маме живи, хоть куда“. То есть я его конкретно выгоняю. На следующий день он приехал в Пермь меня искать».
Ульяна избегала встречи с Рустамом и сказала ему по телефону, что не вернется. 4 февраля он уже угрожал девушке.
«Он говорил, что, если я не вернусь, я об этом пожалею. Сказал: „Если ты не думаешь о себе, подумай о жизни людей Фабрики“ (наш поселок мы называем не Северным Коммунаром, а Фабрикой, хотя предприятие давно закрылось), — рассказывает Ульяна. — После этих слов я заблокировала его номер. Утром 6 февраля он мне позвонил с другого и сказал: „Я сделал то, что уже не вернуть, и за это прощения просить не буду. Я ему говорю: „Ты что, убил кого-то?“ Он такой: „Ой, нет, что ты“».
После этого девушка стала звонить отцу, но тот не отвечал. Ульяна очень испугалась и дозвонилась до соседки. Женщина сказала, что дом Ульяны закрыт на замок.
Девушка позвонила в полицию, оперативники вскрыли замок и обнаружили в сундуке тело отца Ульяны. Бабушку нашли не сразу. Ее тело лежало внизу сундука, под телом сына.
Следственный эксперимент, на котором Алтыев показал, как расправился с жертвами Источник: СУ СКР по Пермскому краю
«Он просто убил их и сложил в сундук друг на друга. Всё там помыл, всю кровь за собой помыл, — рассказывает девушка. — Удары наносил молотком и ножницами. Я до сих пор не знаю всех подробностей, потому что я не смогла дочитать уголовное дело».
Новые угрозы: «Что ты звонишь, подстилка»
Пока Рустама искали, Ульяна узнала от своей знакомой, что она видела, как он убегал от их дома в день трагедии. Эти показания тоже легли в уголовное дело.
Уже в бегах Рустам продолжал названивать Ульяне.
«Он говорил, мол, ты следующая, — вспоминает Ульяна. — Звонил с нескольких номеров целый день. Угрожал: „Выйди со мной на контакт, у тебя еще мама жива, не забывай“. Это всё тоже зафиксировано на диктофон, всё к делу приложено. Вот после этого звонка, после прямой угрозы меня взяли под госзащиту на полгода».
Сбежавшего Рустама задержали 7 февраля в торговом центре в Перми. Его узнала по ориентировке, которую распространила полиция, посетительница ТЦ. Женщина вызвала полицейских.
Обвиняемый показал, как наносил удары Источник: СУ СКР по Пермскому краю
Суд на Рустамом Алтыевым длился до мая 2026 года. За двойное убийство ему назначили 22 года колонии, первые пять лет из которых он должен провести в тюрьме, там условия строже. Приговор вступил в силу 15 мая 2026 года.
Спустя три месяца, 25 июля, Ульяне позвонили с неизвестного номера.
«Я взяла трубку, и мужской голос сказал: „Привет“. Я опешила и спросила: „Это кто?“ Он такой: „Это тот, кого ты травила всё это время“, — Ульяна поняла, что это позвонил Рустам. — Дальше я скинула звонок. Звоню следователям, они не сразу поверили и попросили скинуть номер звонившего. Я копирую номер, а телефон же сенсорный, и случайно у меня проходит звонок ему. Я тут же скидываю. А он сразу прислал сообщение: „Что ты звонишь, подстилка?“».
Рустам продолжал звонить девушке, но она не отвечала. Тогда он записал ей следующее голосовое сообщение: «Привет любимой гражданской жене. Скоро вернемся» (запись звонка есть в распоряжении редакции).
Такое сообщение получила Ульяна в июле этого года Источник: предоставлено Ульяной
«А потом моя знакомая, которая давала показания, что видела Рустама около нашего дома, прислала мне скриншот, — продолжает Ульяна. — Ее мужа Рустам пригласил в чат во „ВКонтакте“ и пишет ему: „Твоя жена назвала меня лживым. Пусть сейчас отгадает, где находится лживый“. И пишет следующее сообщение: 22 и смайлик. Ну типа 22 года ему дали. Рустам еще раз звонил, я трубку не брала. Следователи мне сказали не контактировать с ним вообще».
Сейчас Ульяна напугана. Она переживает за свою семью, а слова бывшего сожителя воспринимает как реальную угрозу жизни. Сотрудники правоохранительных органов в разговоре с ней предположили, что, возможно, осужденный мог раздобыть телефон и делать эти звонки.
«Сейчас я написала заявление участковому», — говорит девушка.
