kka2012

kka2012

Моя скромность безгранична! Она выше гор, шире морей и необъятна, как вся вселенная! Само солнце меркнет перед моей скромностью!
Пикабушник
поставил 937 плюсов и 12 минусов
отредактировал 108 постов
проголосовал за 139 редактирований
Награды:
За победу над кибермошенниками более 10000 подписчиков лучший авторский текстовый пост недели Юридические истории объединение 100 и более тегов редактирование тегов в 100 и более постах лучший авторский текстовый пост недели лучший авторский пост недели лучший авторский текстовый пост недели
2.1КК рейтинг 29К подписчиков 23К комментариев 1306 постов 1096 в горячем
3074

Юридические истории #428: Стоило чуть копнуть...

Как и обещал - рассказываю развитие истории Юридические истории #420: Бизнес на крови


Вообще, чему я не устаю удивляться - человеческой жадности. Говорят, что дорога в ад устлана добрыми намерениями... но сколько раз я убеждался в том, что, если слова "ром" и "смерть" означают одно и то же, то слова "жадность" и "самоубийство" тоже означают одно и то же.


На следующем заседании, куда лепщица пельменей пришла уже с представителем, противная сторона начала давить: мол, чего вы тут кочевряжитсь, берите, сколько предлагают, а то и столько предлагать не будем, прокуратура-то на нашей стороне.


Между тем они не знали, что мы в прокуратуру уже сходили, прокурорские пообещали полное содействие и посетовали на то, что ИП решила потеряться. Там еще были варианты, когда были попытки поиска консенсуса, но на все звонки из прокуратуры ИП сперва отвечала, что это не она, а потом вовсе перестала брать трубку. Короче говоря, прокуратура нагрелась на ИП.


Мировое соглашение ИП и ее представители на вменяемых условиях отказались рассматривать... хрен с тобой, золотая рыбка, обратились в ИФНС. Понятно, что пока ИП думает, что еще владеет ситуацией и обладает неким переговорным потенциалом - консенсус не будет найден. Вести переговоры в ультимативной форме, приперев к стенке, всегда проще.


На прошлой неделе ИФНС пригласила лепщицу для допроса... в числе прочих встал вопрос - кто ставил план, давал распоряжения и т.д. Лепщица рассказала - вот, была еще одна женщина, начальник производства.


Инспектор ФНС постучала по клавишам компьютера... и глаза у нее округлились! Оказалось, что эта "начальник производства" до января 2022 года состояла на бирже труда (одновременно работая у ИП!), а в январе 2022 года стала самозанятой. По-прежнему исполняя всю ту же функцию - начальника производства. Т.е. трудовые отношения налицо.


Во-вторых лепщица отыскала завалявшуюся у себя этикетку от пельменей, которые вкладывали в пакеты... кроме того, посчитав количество лепщиц, умножив на дневную выработку, стало возможным прикинуть средний оборот ИП. Получалось, что в месяц ИП продавала пельменей, грубо говоря, на полмиллиона. И, по заверению лепщицы, в половину пакетов помещали именно такую этикетку.


Тут глаза инспектора ФНС округлились во второй раз. Потому что эту организацию, указанную на этикетке, она знает хорошо - единственная их торговая точка находится в двух шагах от здания ИФНС и, согласно он-лайн кассе, их месячный оборот всего порядка 100 000 рублей (с учетом того, что торгуют не только пельменями)! Что, естественно, в два с половиной раза меньше, чем цифра, которую прикинули выше!


Вот это поворот! Чую, замес будет нешуточный...


А ведь стоило ИП сразу предложить лепщице вменяемую сумму - никто и не копал бы дальше!

Показать полностью
39

Повесть "Пленник", глава 4

Александр покинул комплекс без каких-либо препятствий. Невероятная беспечность! Тюремный госпиталь не просто не охранялся. Совсем! Отсутствовало не только КПП, но и стена! Пусть небольшая, метра три-четыре высотой, пусть без электрического тока, с простой егозой колючей проволоки поверху, но стена-то обязана быть! А вот и нет. Стены не было. Лишь символическая оградка в полметра высотой, несущая, скорее, декоративные функции.


Наверное, потому Республика и проигрывала Империи в этой войне – за-за разгильдяйства. Или жадности. На стену денег пожалели! Так, того и гляди, все узники разбегутся кто куда, как и сам офицер.


Впрочем, шлепая босыми ногами по резиновому покрытию тротуара и смачно чавкая трофейными яблоками, которых лейтенант набрал полные карманы, беглец отметил, что город не особо похож на тех, кто проигрывает в войне. Туда-сюда ходили люди. Прилично одетые, а не в лохмотьях. Особенно внимание военного привлекали девушки. Длинноногие, без стеснения выставляющие напоказ загорелые бедра и глубокие декольте. Мужчина едва шею себе не свернул, провожая каждую взглядом.


Симпатичные малоэтажные домики. Газоны утопали в зелени, пестрели цветами, а местами встречались аккуратно подстриженные кустики.


По дороге бесшумно мчались автомобили – неказистые, несуразно высокие коробки на колесах, похожие друг на друга, как две капли воды. Отличались только окраской.


Их тут, небось, под страхом смерти заставляли покупать. Машина должна быть стремительной. Хищной. Чтобы ею хотелось обладать. Чтобы у мужика на машину стоял. А у баб стоял на мужика с крутой тачкой. Естественно, про баб – в переносном смысле. Республиканский автором не вызывал пиетета, не затрагивал ни единой струнки в душе Александра.


И, гвардеец готов был поклясться, в некоторых автомобилях отсутствовали водители! В салоне вообще никого не было! А в тех машинах, где кто-то находился, пассажиры не занимались управлением транспортом! Одни беспечно болтали с попутчиками, не следя за дорогой, другие пялились в окно, третьи уткнулись в светящиеся экраны.


Что еще показалось Смирнову странным – полиция. Ее тоже не было! Лейтенант прошел уже пару кварталов, но не встретил ни единого человека в форме! Впрочем, прохожие с откровенным интересом глазели на босого человека в больничной пижаме, и, если не раздобыть одежонку, полиция скоро появится. И полиция, и военные. И тогда пленник отправится обратно, даже не убежав, как следует.


Мужчина уже прикидывал, кого бы оттащить в подворотню, дабы обновить гардероб, как на глаза попалась витрина с манекенами. Нет, не манекенами – так изначально показалось. С проекциями, изображавшими различные костюмы.


Подумав, что если в магазине не слишком людно, расправиться с продавцом, не привлекая внимания, а то еще проще – примерить что-нибудь подходящее и дюзнуть со всех ног, будет полегче, чем бороться на улице… да и темные подворотни, будь они неладны, не попадались. В общем, гвардеец решил наведаться в магазин.


- Добрый день! – поприветствовала покупателя одна из вездесущих голограмм, на этот раз в женском обличье. – У вас весьма экстравагантный наряд! Желаете подобрать нечто в том же стиле?


- Э… нет, - отказался Александр. – Мне бы что-то более тривиальное. Для повседневного ношения.


- Джинсы, шорты или, возможно, костюм? – уточнил продавец. – Вам бы пошел стиль милитари.


- Нет-нет, - подпрыгнул военный от неожиданности. – Сугубо гражданская одежда. Джинсы, рубашка и ботинки.


- Джинсы – секция тридцать шесть, рубашки – секция восемнадцать, ботинки – секция три, - проинформировал консультант.


- А?..


Опережая вопрос, на полу вспыхнул указатель. Вот же до чего додумались республиканское отродье! Все у них электронное, все голографическое. Все такое технологичное! Гвардеец почувствовал даже слабое отвращение.


Откуда только взялось все? До столь продвинутых решений прогресс не дошел даже на Луне, а там, наверху, о благе граждан пекутся самые светлые умы! Не чета земным! Сам Император ночами не спит, о подданных беспокоится!


Смирнов прошелся вдоль светящейся полосы и схватился за голову. Целая галерея! Вешалки с джинсами образовывали самый настоящий туннель. Как тут определиться с выбором? Где какой размер?


- Классика или что-то оригинальное? Предпочитаете носить на бедрах или на талии? Темные, светлые, черные, синие? – вновь появился виртуальный продавец.


- Э… классика, - произнес офицер. – Светлые, на талии. Размер…


- О, это излишне, - ответил электронный консультант. – Я уже определила ваш размер. Рекомендую обратить внимание на эту модель.


Указатель привел беглеца к вешалке… вот – именно то, что он искал! Классические светлые джинсы. Если б Александр не находился на вражеской территории, а зашел бы в магазин на родной Луне – то и там вряд ли нашел бы что-то более подходящее. Лейтенант прикинул джинсы по ширине, по длине – идеально!


Так же, при помощи голограммы, имперец выбрал рубашку поло светло-серого цвета и белые кроссовки. В примерочной офицер собирался снова удивиться, но махнул рукой. Удивляться он уже устал. На одежде не было даже признаков противокражных магнитов! Как есть – дикари эти республиканцы. Навтыкали везде голограмм, а от такой простой вещи, как сохранение собственности, и не подумали. Хотя задачу имперца это только упрощало.


Одежда легла, как влитая. Словной в ней и родился. Смирнов не мог не отметить качество ткани – тело ничего не сковывало, не натирало. С кроссовками вышел небольшой затык. Мужчина никак не мог найти концы шнурков, хотя осмотрел обувь изнутри и снаружи. Может, модель такая оригинальная?


Но, надев их, беглец сразу все понял. Шнуровка затянулась сама собой! Автоматические шнурки, подумать только! Лейтенант видел такое лишь в старом фильме, снятом еще до Раскола.

Свернув пижаму и бросив в угол, офицер осторожно выглянул из примерочной. Его сильно интересовало, когда же встанет вопрос оплаты? И как неосязаемая голограмма сможет воспрепятствовать побегу покупателя в обновках из магазина?


Стоило подумать, и виртуальный продавец сразу материализовался.


- Вы отлично смотритесь!


- Спасибо, - кивнул имперец. – А курточки там висят, я понять не могу – это кожа, или дерматин?

Наивно полагая, что таким образом отвлек внимание электронного мозга, Александр рванул с места. Пробежал мимо ряда вешалок, поскользнулся, едва не упав, на кафельном полу, повернул налево, к выходу.


- Заходите к нам еще! – произнесла возникшая из неоткуда голограмма. – Будем рады вас видеть!


- Уж я-то как рад! – буркнул пленник и, пройдя сквозь проекцию света, вылетел на улицу.


Впрочем, радость была недолгой. На тротуаре Смирнов в тот же момент врезался в круглую тумбу, высотой с человека.


Вот, кажется и приплыли! Почему Александр ожидал, что остановить его должна именно голограмма? Или человек? Логично предположить, что у цивилизации с таким уровнем технического развития, и полицейские будут автоматизированы!


Однако, тумба не спешила хватать вора или врубать сирену. Вместо этого она издала короткий сигнал. Сдаться, что ли, предлагает? Разящий Кулак Императора просто так не сдается!


Тумба снова пропищала. Уже более настойчиво. Подняв руки, встав в боевую стойку, лейтенант сделал шаг в сторону, пытаясь определить, где у этой штуки зад, а где перед… но тумба, оставляя за собой влажный след, покатила по тротуару.


Офицер принюхался. Мыло! Эта машина просто чистила тротуар! Воистину, эти республиканцы – нелюди! Тратить дефицитное мыло на мостовую! Расточительство! Гвардеец, провожая взглядом робота, почувствовал, что его даже начало потряхивать от бешенства.


Захотелось курить. Имперец покрутился на месте, надеясь найти хотя бы чинарик. Да где там! Если где-то и валялся окурок – эта машина все вымела. Тогда мужчина осмотрелся по сторонам, выискивая, у кого бы стрельнуть сигаретку. Но никого курящего так и не заметил. Зато увидел несколько деревянных столиков в тени навеса на противоположной стороне улицы. Перекусить тоже не помешает. А если в закусочной уровень охраны точно такой же, как и в магазине одежды – то тем более!


Улучив просвет в потоке машин, Смирнов ринулся через дорогу. Боковым зрением он заметил два полупрозрачных красных барьера, нарисовавшихся вдоль всей траектории нарушителя. Половину дороги беглец преодолел без приключений, но из автомобиля на встречной полосе кто-то крикнул:


- Самоубийца! Переход же есть!


Офицер только припустил быстрее. Какой промах! Нужно было потратить пару минут и найти светофор или зебру. Теперь-то его точно срисуют…


Машина, остановившаяся из-за возмутителя порядка, начала бесшумно набирать скорость, шелестя только покрышками. Парень в окне, встретившись взглядом с пленником, покрутил пальцем у виска и откинулся на сиденье, уткнувшись в светящийся экран на ладони. Если изначально пленник принял эти экраны за телефоны, то теперь рассмотрел более подробно. Тоже голограмма.


Запах от закусочной дурманил голову лейтенанта. Здесь стоял аромат жареного мяса, грибов, трав, овощей, специй… не белковых рационов, не синтетических сублиматов, а самой настоящей еды, как в лучших ресторанах на Луне! Решив, что в забегаловке специально распыляют что-то этакое, для возбуждения аппетита, а на деле кормят обычными разведенными порошками, Александр сел за столик в ожидании официанта.


Это одежду можно заставить снять. А как вынут наружу то, что военный съест, когда откажется заплатить? Вот в чем вопрос! Военный не удержался от улыбки, хрустнув костяшками кулаков, предвкушая разговор с обслугой.


Официант не подошел ни через пять минут ожидания, ни через десять. Даже не через пятнадцать! Покрутив головой, имперец вообще не обнаружил ни одного халдея. Зато оказалось, что блюда посетители получают из окошка пластиковой будки в углу заведения. И здесь машина! Впрочем, чего еще ожидать с таким уровнем автоматизации?


Поймав момент, пока очередной республиканец отойдет от будки с парящей тарелкой на подносе, Смирнов решительно направился к автомату.


- Что желаете? – спросил робот.


- Э… а что у вас есть?


- У нас очень богатый выбор! Озвучить меню, или вывести на экран?


- Давайте на экран, - пожал плечами гвардеец.


И пожалел о своем решении. Меню казалось бесконечным! Как листать страницы, Александр разобрался – движением пальца, как в обычном телефоне. Но от обилия блюд рябило в глазах, от картинок текли слюни, а он не добрался пока и до четверти списка!


- Не можешь определиться, дружище? – похлопал по плечу пленника подошедший мужчина. – Рекомендую шаурму из свинины. Она здесь просто потрясающая!


- Э… это имитация свинины из сои? – осторожно спросил офицер.


- Бог с тобой, дружище! Самая обычная свинина! Если, конечно, религиозные воззрения позволяют есть свинину, - поспешно добавил незнакомец.


- Позволяют-позволяют, - заверил лейтенант. – А куда тут деньги совать?


- Деньги? – нахмурился доброжелатель. – Какие такие деньги?


- Как - какие деньги? Самые обычные деньги! Монеты, банкноты…


- Ах, деньги, - рассмеялся мужчина, еще раз хлопнув Смирнова по плечу. – Ну ты и шутник, дружище! Знаешь, ты какой-то хиловатый… и бледный, как смерть! Возьми двойную шаурму со свининой – тебе не повредит.


- Двойная шаурма со свининой… - задумчиво проговорил Александр.


- Двойная шаурма со свининой, - повторил автомат. – Заказ принят. Что будете пить?


- Пить… - растерялся военный.


- Пакет кваса, - подсказал республиканец. – Ржаного!


- Двойная шаурма со свининой и пакет ржаного кваса. Заказ принят.


Внутри будки зажужжало, зашипело и через несколько секунд окошко открылось, позволяя забрать поднос с тарелкой, на которой лежал дымящийся сверток, стопка салфеток, нож с вилкой и бутылка, накрытая сверху перевернутым стаканом.


- Приятного аппетита, дружище, - пожелал мужчина.


- Ага, спасибо, - кивнул офицер.

Показать полностью
2194

Юридические истории #427: Погорельцы

Пришли сегодня две гражданки. Такие - из коренных кочевых народов. Рассказали плаксивую историю.


Жили в доме, в 2011 году случился пожар, дом сгорел. Соответственно, жить стало негде. Добрые люди подсказали им, где продается хороший дом, купили тот дом за 460 000 рублей, стали в нем поживать... да вот проблема - дом построен самовольно, участок, на котором стоит дом, самозахвачен... короче, адреса нет, прописки нет. А они многодетные, им нужна прописка чтобы получать льготы. Нужно узаконить дом.


А дом, стоит отметить, находится в таком месте, где сейчас участки никому не выделяют, даже те дома, что построены законно, легально можно только реконструировать. Снести старый дом и поставить новый - нельзя, а старый - кирпичом обложить или еще что в этом роде - вполне можно.


- Подождите, - говорю. - А у прежнего хозяина - что, никаких документов на дом не было?


- Нет, не было!


- А как сделку проводили?


- Никак!


- Так, раскрою вопрос. Как покупали дом?


- Ну... отец дал денег, а ему дали дом.


- То есть ничего не подписывали?


- Нет, ничего не подписывали!


- Блин... вряд ли мы его узаконим!


- Как так-то? Нам сказали, что вы все можете! Еще нам сказали, что нужно документы принести - вот кирпич покупали, вот шифер покупали - из них и построили дом! И тогда можно узаконить!


- Даже если пойти теоретическим путем - путем приобретательной давности, вы не прожили там 15 лет. Да и документы на кирпич и шифер вряд ли найдете. Так-то продавцу повезло - избавился от геморроя и еще и денег заработал. Но, рано или поздно, кто-нибудь приедет с проверкой и вообще вынесет предписание снести этот дом, еще и за ваш же счет!


- Но мы же - беженцы!


- Какие беженцы?


- С Украины!


- Э... подождите! Какие вы беженцы с Украины, если жили в доме, который сгорел в 2011 году?


- Так мы еще в 90-х бежали, когда Союз распался!


После их ухода я, на всякий случай, пересчитал пальцы на руках и серебряные столовые приборы. А то кто их знает...

Показать полностью
40

Повесть "Пленник", глава 3

Враг не достоин жалости. Будь то мужчина или женщина. Пленнику достаточно чуть сильнее сжать руку, перекрывая доступ кислорода в легкие, и Ольга останется остывать в палате.


А после – будь, что будет. Ворвется конвой и отмутузит Смирнова. Да хоть до смерти изобьют. Разящего Кулака Императора не испугать болью или смертью. Гвардеец без колебания расстанется с жизнью на благо Луны.


Не страх смерти удержал Александра. Он ожидал увидеть варваров-каннибалов с каменными топорами, одетых в лохмотья, а встретил красивую девушку. Девушку, чем-то напомнившую Анну. Чем-то похожую на нее. Только если от Родионовой, которую Смирнов считал близким, почти родным человеком, всегда веяло льдом, то тюремщица светилась подобно солнцу.


Лейтенант понял, что не сможет оборвать эту жизнь. Во всяком случае – не сейчас. И попросту двинул кулаком в подбородок республиканке, вырубая Ольгу.


- Травма челюсти! – заверещал виртуальный доктор. – Потеря сознания! Персоналу срочно явиться в палату номер триста пятнадцать!


- Черт побери! – выругался гвардеец.


Как же он мог забыть, что находится под неусыпным наблюдением? Кажется, побег закончился так и не начавшись толком. Сейчас набегут архаровцы и повяжут офицера.


Напрягшись, почти теряя сознание от усилия, Смирнов подвинул кровать к двери, блокируя вход. Прислушался, пытаясь различить шаги за стенкой. Но этот проклятый компьютерный медик так орал, что собственных мыслей не слышно!


Выдернув из-под лежащей на койки девушки простыню, лейтенант разорвал ее пополам, связал концы. До земли не хватит, но хоть с меньшей высоты лететь. Возле окна имперец задумался. Здесь не было ничего, за что закрепиться. Никакого намека на трубы отопления или еще чего-то такого.


- Черт побери! – повторил Александр.


Думать нужно быстрее. С той стороны двери раздался глухой удар, от которого кровать подпрыгнула и сдвинулась на дюйм. Вот-вот, еще минута и ворвется охрана.


На помощь пришла все та же стойка капельницы. Пленник затянул узел на пластиковой трубке, поставил ее поперек окна и скинул второй конец простыни. Импровизированная веревка достигала нижней кромки оконного проема второго этажа. В условиях земной гравитации все равно высоко, но медлить больше нельзя. Удары градом сыпались на дверь. Кровать отошла уже на треть фута.


Выругавшись, на всякий случай, еще раз, подбадривая себя, имперец забрался на подоконник. Поплевал на ладони, потер друг об друга и начал спуск. Судя по грохоту сверху, баррикада сдалась, когда беглец нащупал узел, связывающий две части простыни. Половина пути пройдена.


Еще немного и ноги потеряли опору. Дальше спускался только на руках. Еще чуток и лейтенант уже болтался, уцепившись за конец трапа. От босых ступней до земли оставалось семь-восемь футов.


Смирнов бросил взгляд на окно своей палаты, ожидая увидеть перекошенное злобой лицо тюремщика и автоматный ствол… только там никто не появился. Пока везло. Похоже, занимаются Ольгой.


Александр разжал кулаки и тяжело приземлился на отмостку, сразу перекатившись, гася инерцию. Будь ты проклята, гравитация! Раненая нога заболела еще больше, кисть левой руки просто отваливалась. Прижимаясь к стене, поглядывая наверх, пленник захромал к углу здания.

Здесь, что удивительно, тоже не было и намека на охрану. Три белых автомобиля с красными крестами и полное отсутствие живых существ, если не считать кота, чинно рассевшегося на ступеньках, сосредоточенно вылизывающего собственные яйца. Зверь, почувствовав постороннего, встрепенулся, ощерился, оценивающе смерил взглядом незнакомца, готовясь дать деру…


- Тс-с-с, - шикнул офицер, приложив пальцы к губам.


Кот, убедившись в безвредности человека, фыркнул в ответ и продолжил свое занятие. Решив, что этот не сдаст, имперец поторопился вдоль дороги, которая, по логике, должна вести к выходу из больничного комплекса. Держась начеку, военный старался идти в тени деревьев, чтобы хоть как-то замаскироваться. Впрочем, светлая пижама выдавала с головой.


Впереди показался просвет и шум машин. Недалеко. Мужчина уже прикидывал, как лучше нейтрализовать охрану на КПП, вдруг босая ступня нащупала на что-то круглое. Круглое и твердое.


- Мина! – пронеслось в мозгу беглеца.


Теперь понятно, почему нет охраны и нет погони. Зачем, если пленник и так подорвется на минном поле?


Смирнов замер, балансируя на больной ноге, стараясь не увеличивать и не ослабевать нажим на детонатор. Сам он с саперным делом был знаком весьма поверхностно. Мог примерно прикинуть, на сколько мелких кусочков его разнесет при неосторожном движении – не более. Еще полгода назад Александр взял в библиотеке корпуса справочник по республиканским минам, положил под подушку, собираясь почитать на досуге, да познакомился с Анной и все свободное время уходило лишь на нее, чертовку.


Проклятая шлюха! На следующий день после неудачного предложения офицер проснулся с жуткой головной болью. И с диким сушняком. Еще бы! Пинту водки в одного выжрать! Башка и так трещала, а тут еще верещал сигнал тревоги.


- Смирнов, твою мать! – прорычал прямо в ухо капитан Неверов. – Подъем!


Что-то стряслось. Сослуживцы натягивали штаны, застегивали гимнастерки. Кто-то уже бежал на построение, гремя казенными башмаками по идеально чистому полу казармы. Тревога!


Голова не излечилась моментально, но боль отошла на второй план. Он – Разящий Кулак Императора. Долг – в первую очередь, а голова подождет. Может, вообще шальная пуля прекратит все страдания, и, заодно, сотрет из памяти надменную стерву. Гвардеец подпрыгнул на кровати, надел пятнистые штаны, подпоясался ремнем, футболку с имперским гербом, берцы. Ботинки даже не зашнуровывал – не успевал на построение. Затянул потуже шнурки и заправил их концы за голенища. Гимнастерку застегивал уже на ходу, вклиниваясь в конец колонны.


На плацу, вместе с родным полковником, стоял целый генерал. Тоже, бесспорно, родной, как и весь командный состав Разящих Кулаков Императора. Если прибыл генерал - значит, случилось что-то серьезное. Точно не учебная тревога. И не обычная зачистка дикарей где-нибудь в североамериканских радиоактивных пустошах.


Полковник беспокойно вглядывался в циферблат секундомера, а генерал, покачиваясь на каблуках, попыхивал сигарой. Корпус выстроился идеальными шеренгами. Отделение к отделению, взвод к взводу. Командир зажал кнопку хронометра и облегченно вытер со лба невидимый пот. В норматив уложились. Иначе не обошлось бы без содомии. Фигурально, конечно, выражаясь. Генерал – полковника, полковник – майора, майор – капитана… и так дальше, паровозиком, с неукоснительным соблюдением субординации.


- Ра-авнясь! Смир-рна!


Ротный, чеканя шаг, промаршировал к генералу, взял под козырек и, тяня гласные, отрапортовал:


- Отдельный Имперский Гвардейский Корпус Разящих Кулаков Императора по тревоге построен! Доложил - капитан Немов.


И замер, словно изваяние, отлитое из долга, чести и верности Императору.


- Здравия желаю, господа гвардейцы! – гаркнул генерал необычно громким для его возраста голосом.


- Здравия желаем, господин генерал! – ответил стройный хор голосов.


- Слушай боевую задачу! Сегодня в три часа по Гринвичу с территории Юго-Восточной Азии противником был произведен запуск пяти орбитальных лазерных батарей. На перехват вылетел истребитель «Москит» Имперских военно-космических сил. Сбив три орбитальных батареи, истребитель попал под огонь средств ПВО противника и совершил вынужденную посадку на территории Европы, в районе бывшего Брюсселя. Ваша задача – эвакуировать пилотов и подорвать остатки «Москита». Командиры взводов – подойти для инструктажа. Остальному личному составу – получить оружие и снаряжение. Вопросы есть? Вопросов нет. Исполнять! Отставить! Кого убьют - тому два наряда в не очереди! - закончил он шуткой свою речь. - Вот теперь - исполнять!


Кто-то хохотнул, оценив грубый армейский юмор командующего. Но, в целом, гвардейцы сохраняли дисциплину, не позволяя лишнего в строю. В целом - не означает, что все.


- Проклятые выродки, - услышал лейтенант шепот сержанта Бурлакова, стоящего в полушаге. – Чего им там, у себя, за Земле не сидится? Зачем они эти пушки свои запускают? Что мы им сделали?


- Они – враги, - чуть склонив голову, так же шепотом ответил Смирнов. – И этим все сказано. Да и жрать у них там нечего, в отличие от нас…


Сам Александр никогда не задумывался о причинах войны. Раз Император приказал – стало быть, надо. Много думать на Луне вообще небезопасно. Раздумья порождают сомнения, сомнения порождают измену. Уж чего, а патронов в Империи и в тылу хватало, как любит говорить Немов.


В чем гвардеец сомневался – так это в скором конце конфликта. Все оттого, что республиканцы, все, как один – редкостные сволочи. Кому еще придет в голову минировать собственную территорию? Это еще повезло, что он босой! Был бы в ботинках – не смог бы почувствовать крохотный мячик под ногой. И хорошо, если сразу насмерть - Империя наградит квартирой посмертно. А если калекой останется? Тут Родионова права – пенсии явно недостаточно. Придется побираться до конца дней, как эти оборванцы.


Аккуратно присев, гвардеец тихонько провел пальцем под стопой. Ага, вот она, мина. Не особо крупная – с мячик от пинг-понга. Взрывчатого вещества в такой много быть не может. Рассчитана не на убийство, а на тяжелое ранение. Ногу по щиколотку вполне оторвет. Вот же звери!


Беглец постарался определить на ощупь тип мины, но понял только, что корпус не металлический. Дерево? Нет, не ощущается волокнистой структуры. Стекло? Пластик? Смирнов попробовал ногтем твердость корпуса и в очередной раз удивился. Материал оказался очень податливым, удалось даже отколупать кусочек.


Офицер поднес руку к лицу, чтобы лучше рассмотреть, что же это такое… какая-то органика. Понюхал. Осторожно лизнул. Кислятина!


- Мать твою! – едва ли не в полный голос воскликнул имперец.


Да это же яблоко!


Все еще с опаской – кто их, этих дикарей, знает, Александр поднял ногу. В углублении почвы лежало самое обычное яблоко. Это кто же тут такой богатенький, настоящими органическими фруктами разбрасывается? На Луне привычный для яблока вид – синтетический порошок с искусственными ароматизаторами. Просто добавь воды – и готово. Хоть банан, хоть киви на выбор.


Молниеносным движением руки гвардеец спрятал неожиданную находку в карман, выпрямился… и обомлел. Яблоки! Насколько хватало глаз, чтобы пробиться через зелень листвы, на дереве висели яблоки! И на соседнем! И дальше – тоже!


Настоящие органические фрукты! Это же целое состояние! Висит вот так, без охраны – хватай, кто хочет! Урожая с двух-трех деревьев лейтенанту хватило бы, чтобы никогда больше в жизни не работать! Позвольте… а как же голод? Любой школьник в Империи знает, что здесь, на Земле, жуткий голод. И, в то же время, еда вот просто так на деревьях растет!


Что-то тут не складывается…

Показать полностью
1935

Юридические истории #426: День сумасшедших людей

Есть у меня ряд заблуждений. Вот так смотрю на Солнце и мне кажется, что это Солнце вращается вокруг Земли, я не наоборот. А еще мне кажется, что человек, достигнувший более-менее зрелого возраста, должен уметь планировать свое время, чтобы не оставлять важные дела на последний момент. А то вот так оставил важное дело на последний момент, вдруг проснулось древнее зло - и все, последний момент наступил раньше, чем ожидалось.


Пару месяцев назад обращался клиент - бывшая супруга после расторжения брака вышла на него в суд, поделить ипотечную квартиру. Однако квартира была приобретена мужем до брака, то есть сама квартира совместно нажитым имуществом не может являться, а вот ипотечные платежи - могут. Соответственно, супруга может рассчитывать только на половину платежей, произведенных в браке.


От представления в суде клиент отказался, попросил только отзыв, отправил фото выписки движения средств по счету, но... одна из страниц - как раз та, где по датам был расторгнут брак, не в фокусе, вообще нечитаема. Понятно, что там было два-три платежа, но на какие суммы - пес его знает.


Составил отзыв без этих сумм, выделив места, куда что вставить, красным, написал клиенту - или он отправит нормальное фото, сам доделаю, или сам вставит цифры и поделит пополам. Он ответил, что не дурак, пополам делить умеет, сам справится.


Что примечательно в этой истории - после прошлого заседания судья ушла в отпуск, а отпуск у судьи - мероприятие длительное, так что времени на все оставалось почти два месяца.


Сижу сегодня в суде, жду, когда пригласят на заседание - звонок:


- Я вам отправил нормальное фото выписки, доделайте, пожалуйста!


Какие фото? Чего доделать? Я понимаю, что человек понимает, какая у него проблема, но у меня-то клиентов немало, я запоминаю только какие-то исключительно интересные дела или постоянных клиентов! Пока он объяснял, пока я вспоминал... уже на заседание зовут.


- Хорошо, вечером доделаю...


- Э, какой - вечером? У меня заседание через два часа, а я еще не в городе, мне доехать нужно! Там доделать-то - всего ничего!


Прелестно! То есть у человека было почти два месяца, чтобы или доделать самому, или мне отправить фото. Но вспомнил он об этом только за два часа до заседания! Будто я тоже ничего не делаю и специально сижу, жду, когда он очнется.


- Давайте я сам дополню, а вы проверите?


Какой - проверите? У самого заседание! Поставил телефон на беззвучку, вошел в зал.


В заседании, тоже по разделу имущества, как обычно, поливание грязью в качестве обоснования необходимости отойти от равенства долей. Сидим, с судьей друг на друга задумчиво смотрим, особо не вникая в то, что дамочка говорит.


Вышел - в телефоне пять пропущенных. Перезвонил.


- Я вот у вас был в конце августа, думаю - все же нужен мне отзыв! Готов доплатить за срочность.


- Какой отзыв? Человек, кто ты такой?


Начал объяснять - начинаю вспоминать. Коллекторы вышли в суд по кредиту, взятому еще в 2009 году и успешно не выплаченному, нужно обосновать, что истекли сроки исковой давности.


- Давайте исковое со всеми приложениями, вечером посмотрю.


Вот зря меня не напрягло предложение доплатить за срочность!


- Каким таким вечером? У меня через час заседание!


Нет, раз в неделю стабильно кто-нибудь прибегает типа: меня лишают прав, суд через дорогу от вас, заседание через двадцать минут. Или еще с чем-то подобным. Но два раза за один день - это уже реально перебор!

Показать полностью
37

Повесть "Пленник", глава 2

Метрдотель, подчеркнуто равнодушно скользнув взглядом по спутнице гвардейца, проводил гостей к заказанному столику. В ресторане не было особенно людно – это удовольствие не из дешевых. Господин с дамой, оба средних лет, осуждающе косились в угол, где расположилась шумная компания – два летчика-истребителя и три девицы, которые, судя по откровенным нарядам, и не думали скрывать род своих занятий. Скорее - наоборот, стремились продемонстрировать товар. Что же… у пилотов деньги всегда водились. Еще два господина, в строгих костюмах, с зализанными волосами, сидели за столом, ломившимся от яств, и что-то тихо обсуждали. Тут тоже все понятно – купцы отмечали удачную сделку. Или, наоборот – сделка еще не состоялась, пока только обсуждали условия будущего контракта. И мужчина средних лет, в штатском, но с военной выправкой – сразу видно, не меньше полковника, охмурял женщину, в которой Смирнов узнал бессменную ведущую спортивных новостей. На экране телевизора она смотрелась шикарно, но в жизни оказалась полноватой на вкус лейтенанта. Зато строила из себя…


Все. Больше никого.


Смирнов давно уже стал не мальчиком, но мужем. Участвовал в десятке боевых операций на Земле, в подавлении мятежа в Лунногорске, в резне в Ферми. Повидал такого, что многим в кошмарном сне не привидится. Но сейчас его трясло. Спина покрылась холодным, противным потом, которым пропиталась форменная рубашка и приклеилась к коже.


- Ты меня молчать позвал? – спросила Родионова, положив подбородок на руку, демонстрируя безупречный маникюр.


Глядя на такую женщину, в голову приходит одно определение: породистая. С чистой кровью. Подходящая партия для будущего генерала – о меньшем военный и не мечтал, мать будущих верноподданных Императора.


- Да… то есть – нет, конечно… - рассеянно пробормотал Александр.


Рука в кармане нервно теребила заготовленный сюрприз. Казалось, гвардеец тысячу раз прокручивал в голове этот момент, подбирая нужные слова, но именно сейчас этих слов и не хватало. Все, что приходило на ум ранее, именно сейчас казалось или по-детски наивным, или чересчур пафосным.


Положение спас официант, принесший заказ, сделанный еще заранее – огромный поднос фруктов. И ягод. Чего тут только не было! Виноград, яблоки, груши, вишня, клубника, и в центре – целый ананас! Смирнов хотел сразу, без каких-то ненужных намеков, показать, что он – настоящий мужчина. Надежный, как скала. Он может обеспечить семью. Поразить девушку своей щедростью и сразу сделать предложение, от которого невозможно отказаться.

И цель была достигнута! Анна удивленно распахнула свои прекрасные глаза.


- Ого! Настоящие фрукты? – воскликнула Родионова. – Откуда такая роскошь? Признавайся, дорогой, что ты задумал?


Поняв, что момент настал, что если он не решится сейчас – то не решится никогда, Александр замахнул фужер шампанского – тоже натурального, а не синтезированного сублимата, и достал из кармана бархатную коробочку. Резким движением кисти откинул крышку, открывая кольцо с бриллиантом, играющим всеми цветами радуги на гранях в электрическом свете ламп.


- Аня… выходи за меня! – выпалил лейтенант на одном дыхании.


Казалось, глаза девушки уже не могут быть больше – они и так занимали половину лица, но Родионовой удалось распахнуть их еще шире. Ее губы затронула кривая улыбка. А затем она рассмеялась так звонко и так громко, что даже шлюхи летчиков смущенно притихли.


Голос Анны так прочно засел в памяти гвардейца, что офицер слышал его и сейчас, находясь в плену, в полубессознательном состоянии.


- Какой же ты тяжелый!


Чьи-то руки подхватили имперца и потащили неведомо куда. Вскоре Смирнов ощутил мягкую кровать, столь опрометчиво им покинутую, и укол в руку. Раствор из капельницы вновь потек по венам лейтенанта, возвращая к жизни.


Когда разум прояснился, Александр понял, что теперь он не один в палате. Мужчина ощущал тепло чужого тела. И, в перерывах между писками аппарата, различал чье-то дыхание. Контрразведка? Кто же еще! Похоже, сейчас и начнется допрос…


Пленник напряг и расслабил мышцы, прикидывая, хватит ли сил оказать сопротивление. Должно хватить. В крайнем случае – героически погибнет в неравном бою, как и полковник Родионов. Все лучше, чем пытки. Жаль только там, на Луне, об этом никто не узнает.


Лейтенант открыл глаза, ожидая увидеть суровых людей в военной форме, однако…


Однако увидел женщину. Даже девушку. Лет двадцать, плюс-минус немного. И совсем не в форменной гимнастерке, а в коротком облегающем платье персикового цвета. Пожалуй, слишком коротком и слишком облегающем для приличной особы.


- Дурак, что ли? – укоризненно произнесла она. – Зачем вставал?


Александр был готов к чему угодно. К тому, что его начнут допрашивать. Бить руками и ногами, иголки под ногти, электрические провода к причиндалам – воображение подсказывало десятки и сотни способов развязать язык узнику, выудить информацию. Благо, сказывалось образование. В Академии учили и методикам допроса.


Но не к такому вот. Чтобы милая девушка как-то ласково, с легким укором, отчитывала за нарушение постельного режима.


- Ты кто? – хриплым голосом поинтересовался пленник.


- Ольга.


- А я – Саша.


- Я знаю, - улыбнулась она. – Мы скачали данные с твоего ракетоплана.


Ага… стало быть, республиканцы уже все знают. Не так, чтобы совсем все, но многое. Очевидно, потому и не пытают. Или, боятся, что здоровье не выдержит и гвардеец окочурится раньше времени? Не дождутся! Разящего Кулака Императора так просто не убить!


- Воды, - попросил Смирнов.


И тут же вздрогнул от неожиданности и испуга. Тумбочка в изголовье кровати зашипела и из нее выехала капсула с бумажным стаканом.


- Вода, - прокомментировала очевидное Ольга. – Подать?


- Да… пожалуйста.


«Пожалуйста» имперец выдавил из себя через силу. Любезничать с врагом не было ни малейшего желания, но для успешной реализации побега лучше показать, что ослаблен и сломлен. Усыпить бдительность, убедив врага в своей беспомощности.


Девушка поднесла стакан к губам мужчины… лейтенант дернул ее за руку, повалил на кровать, подминая под себя, и слегка придушил предплечьем. Вторая рука начала шарить по женскому телу в поисках кобуры или ножен… да хоть чего-нибудь! Но натыкалась только на приятные округлости.


- Перестань, - засмеялась тюремщица, не делая попыток вырваться. – Щекотно!


- Оружие, - прошипел гвардеец. – Где оружие?


- Дурак, что ли? Нет у меня оружия. Да и где я его спрячу?


И то верно… в таком наряде спрятать пистолет попросту некуда. Еще Александра смутило полное отсутствие страха в глазах землянки. В них было что угодно – удивление, любопытство, но отнюдь не страх! И было еще что-то… что-то неуловимо знакомое, как и в чертах лица, мимике, жестах.


Удовлетворенный ответом, Смирнов продолжил обыск, ощупывая упругое тело, уже больше для собственного удовольствия, не надеясь найти оружие.


- Охрана? - спросил пленник. – Сколько охраны на объекте?


- Нету тут никакой охраны!


- Врешь, республиканская шваль, - прорычал лейтенант, усиливая давление на горло. – Сколько человек охраны?


- Прекрати, - потребовала Ольга, закашлявшись. – Мне больно!


Лейтенант ослабил давление на горло.


- Как давно я в плену?


- В плену?


- На дружеский пикник это не особо похоже, - съязвил имперец. – Сколько я здесь?


- Шесть дней…


Шесть дней! Стало быть, с вечера в ресторане прошло семь. Неделя!


Родионова смеялась и смеялась, не в силах остановиться. Александр, и без того смущенный, никак не мог взять в толк – в чем причина веселья? Анна хохотала до тех пор, пока на глазах не выступили слезы.


- Ой, прости, пожалуйста, - простонала она, обмахиваясь рукой. – Саша, ты это сейчас серьезно?


- Абсолютно, - заверил офицер.


- Милый мальчик… - вздохнула Анна. – Такой молодой и такой наивный. Как вообще ты мог подумать, что я выйду за тебя?


- А что со мной не так? – ощерился гвардеец.


- Ну… ты же просто лейтенантишка! – пожала плечами девушка. – А я – дочь полковника. Был бы ты, хотя бы, майором – я б еще задумалась. Саша, когда я решу выйти замуж – найду мужчину более солидного, чем ты! Сам подумай. Если тебя прикончат эти республиканские ублюдки или какие-нибудь повстанцы – за тебя даже пенсия грошовая. Повезет еще, если прикончат... а если изувечат? Ухаживать за тобой? А оно мне надо?


- Но… - озадаченно протянул Смирнов. – А зачем тогда все это было? Зачем встречалась со мной?


- Да так, - ответила Родионова после недолгого раздумья. – Просто погонять с тобой. Ты забавный...


Ах, забавный? Ах, погонять? Александр держал ее фото на тумбочке в казарме. И целовал это фото каждый день перед сном. И целовал каждое утро, едва проснувшись. Мечтал о том времени, когда у них будет собственный дом, будут дети – такие же верноподданные Лунной Империи, как и он сам. Мечтал вместе встретить старость. Грезил глазами и губами Анны во мне и наяву… а для нее лейтенант был так – просто погонять? Званием не вышел? Недостаточно солидный?


Появилось огромное желание схватить девушку за пучок волос и приложить харей об столешницу. Приложить несколько раз, чтобы кровавые сопли пошли. Чтобы ее идеально ровные, белые зубки, посыпались на пол. Чтобы она визжала от боли так же громко, как только что хохотала.


И, не будь Родионова дочерью полковника, причем героически погибшего полковника, погибшего еще до ее рождения, гвардеец так бы и поступил. Но нет. Разве Анна потом признается, что оскорбила лучшие чувства лейтенанта? Наплетет что-нибудь про экстремизм, оскорбление памяти отца – и пиши пропало. Разжалуют и сошлют в штрафные роты.

А, может, удовольствие того стоит? Александр хрустнул костяшками пальцев, прикидывая. Нет. Эта шваль того не стоит.


Офицер молча встал из-за стола и направился к выходу. По пути схватил с подноса официанта бутылку маисовой водки. Тот едва открыл рот, чтобы попытаться что-то возразить, но имперец так зыркнул на холуя, что он счел за лучшее не связываться. На прощание лейтенант швырнул на поднос пачку банкнот.


- Здесь должно хватить, - процедил сквозь зубы Смирнов.


Может, ему морду набить? Хотя – тоже нет. Мужик-то в чем виноват?


Выбежав на улицу, гвардеец зубами выдернул пробку из бутылки, громко сплюнул ее, сделал пять больших глотков и утер губы рукавом кителя. Вот же тварь! Просто погонять…


В душе военного клокотала звериная ярость, требующего немедленного выхода. Вот сейчас бы туда, на Землю, в самую гущу республиканских нелюдей, можно и без автомата. Лейтенант сотню-другую варваров растерзал бы голыми руками.


Прохожие, словно чуя настроение Смирнова, обходили Разящего Кулака Императора стороной.

И тут глаза попался нищий, трясущий гремящей мелочью банкой, выпрашивая милостыню. Или от голода, или от слабоумия, инстинкт самосохранения у попрошайки притупился и бедняк имел неосторожность подойти слишком близко к разгневанному мужчине.


Вот его-то не жалко! Александр, не говоря ни слова, с разбегу припечатал оборванца подошвой ботинка по спине, и, когда тот растянулся на мостовой, принялся избивать попрошайку. От души, широко размахивая ногами, вкладывая в каждый удар всю ненависть, что чувствовал к Родионовой. Тот даже не думал сопротивляться, безмолвно снося побои. Лишь свернулся в клубок, закрыв руками голову. Если офицер бьет – значит, так надо. Господину виднее.


Прохожие скользили по гвардейцу безразличным взглядом и спешили пройти мимо. Только закладывали широкую дугу, чтобы не попасть под ногу или руку Смирнова.


- Господин лейтенант!


Единственным, кто решился вмешаться, оказался жандарм. Уже в годах – с седыми бакенбардами. Если бы не белая лакированная портупея, Александр и не заметил стража порядка в одноликой серой толпе.


- Господин лейтенант, - жандарм схватил военного за руку. – Вы же его убьете!


- Да и черт с ним, - огрызнулся мужчина. – Какая от него польза?


- С ним-то черт, - согласился постовой. – Форму измараете. Ботиночки-то – вон, уже в кровище!


Гвардеец замер. На форменных ботинках, еще несколько минут назад идеально чистых, в самом деле потекли сгустки крови. Еще несколько капель попало на белоснежный китель. Переведя дыхание, Смирнов еще отглотнул из бутылки.


- Можно идти, господин офицер? – осторожно спросил, сплюнув выбитый зуб, оборванец.


- Да, катись отсюда, - разрешил Александр. – Впрочем, постой…


Покопавшись в кармане, лейтенант бросил на пластиковое покрытие пару мелких монет.


- Благодарю, господин офицер, - заискивающе пролепетал попрошайка. – Дай вам Бог здоровья!


Схватив подаяние, беспрестанно кланяясь, не решаясь повернуться к Смирнову спиной, нищий поспешно попятился прочь, прижимая локоть к сломанным ребрам.


- У меня тут машина патрульная за углом, - напомнил о своем присутствии жандарм. – Если желаете – до казармы моментом докачу!


- Не надо, - отмахнулся гвардеец.


Встряхнув бутылку, военный поднял ее на свет и прикинул, сколько еще осталось. До дна еще далеко. На пешую прогулку до корпуса должно хватить. Коротко кивнув городовому, лейтенант поплелся в казармы.

Показать полностью
964

Юридические истории #425: Без политики

Обратился ко мне этим летом с вопросом консультации по трудовым вопросам молодой человек, 2001 года рождения. Почитал я его трудовой договор, выслушал... да, работодатель его наедает. А, может быть, и не только его.


Тот сильно расстроился.


- Вот, - говорит, - до чего ЕР страну довели, при КПРФ такого не было бы!


И тут меня это как-то, по субъективным причинам, задело. Ладно я еще застал коммунистов, а он-то, 2001 года рождения, коммунистов только на картинках видел!


- А почему ты симпатизируешь КПРФ? Нет, ты не подумай, я не собираюсь тебя переубеждать или агитировать куда-то. Просто интересно разобраться.


- Потому что они молодцы!


- Если они молодцы - то, наверно, что-то очень хорошее сделали?


В ответ - тишина...


- Хорошо. Может, ты программу партии читал, может, там много правильного и дельного написано?


В ответ - опять тишина...


- Хорошо. Хотя бы кто такой Ленин - знаешь?


- Ну... да, был когда-то такой. Лысый, с бородкой. Памятник ему на площади Революции стоит.


- То есть, ты знаешь, что ему стоит памятник, а что он сделал - не знаешь?


- Ну... тогда пусть не КПРФ, а СР - молодцы!


Вот как... всего за 2 минуты разговора политические предпочтения у молодого человека поменялись.


- А почему СР - молодцы?


- Ну... у нас хозяин завода из СР, к сотрудникам отношение хорошее.


- Постой, дорогой... ты пришел ко мне по трудовым вопросам, было у тебя подозрение, что работодатель нарушает трудовые права, я подтвердил - да, нарушения есть, даже указал, где конкретно, но ты сейчас утверждаешь, что отношение к сотрудникам - хорошее?


И тут сразу оказалось, что я - агент Кремля, посланный тайным политическим сыском, чтобы перевербовать молодого человека. Обиделся, ушел, хлопнув дверью.

Показать полностью
38

Повесть "Пленник", глава 1

Некоторое время назад я публиковал на Пикабу свою повесть - нуарный детектив "Месть на возмездной основе", и, хотя некоторая часть подписчиков отписалась, в целом отзывы были очень высокие.


Сегодня хочу начать публикацию еще одной своей повести - "Пленник", уже в другом жанре - жанре фантастики. А уж утопическая она или антиутопическая - решать читателю...



Мужчина открыл глаза и, ослепленный ярким светом, сразу сомкнул веки. Даже от такого, казалось бы, ничтожно крохотного усилия, голова поплыла. Затылок отозвался тупой болью. Терпимой, но неприятной. Еще постанывало левое плечо. И нога ниже колена. Но если болит – это хорошо, значит, все на месте. Приснилось, что ли? Он… черт побери, кто же он? Пациенту пришлось напрячь память, выуживая информацию из ее уголков.


- Я – гвардеец Лунной Империи. Лейтенант Смирнов. Александр, - тихо произнес военный.


И мужчину ничуть не удивило, что сперва он вспомнил гвардию, затем – свое звание, и лишь после – имя. Он – верный поданный Империи. Пес войны, голодный до соленой крови врагов. Гвардеец! Элита! Разящий Кулак Императора. Смерть республиканским отбросам - вот его имя!


Только теперь лейтенант осмотрелся. Александр никак не мог понять, где он находится. Стены бледно-зеленого цвета. Белый потолок. Стойка с капельницей, от которой до вены протянулась прозрачная трубка. Слева – попискивающий прибор с гирляндой огоньков. Справа – тумбочка. И запах… этот тусклый, едва уловимый запах, который ни с чем нельзя спутать… сомнений нет – Смирнов в больничной палате. Только, как он ни силился, гвардеец не мог припомнить такой чистой, опрятной палаты во всей медсанчасти корпуса.


Что же случилось? Военный прикрыл глаза и наморщил лоб, вспоминая. Боль в висках усилилась, но память начала возвращаться. Картинка встала перед глазами, как живая.


Кажется, это было вчера. Лейтенант, нервно смоля сигарету, переминаясь с ноги на ногу, стоял возле ресторана. В парадном белом мундире с золотыми галунами, сверкающими на погонах скрещенными саблями. И букетом алых роз. Сколько Смирнов за них отдал – подумать страшно! Целое состояние! Этих денег хватило бы на недельный белковый рацион для семьи из трех человек! На Луне с растениями плохо. Едва ли не единственная культура, которая растет без проблем – это кукуруза. Потому что с кислородом плохо. С гравитацией -хорошо. С верностью Императору - тоже хорошо. А вот с кислородом – плохо.


Немногие на спутнике Земли могли позволить себе такую роскошь, как настоящие, живые цветы. Александр мог. Гвардия, Разящий Кулак Императора, состояла на хорошем довольствии, но и попасть в гвардию мог не только не каждый, но и не все. Одной чистоты крови недостаточно. Но именно с этого и начинался отбор на службу. Доказал происхождение до четвертого колена – допустили к экзамену по идеологическим основам империализма. Кто из тебя солдат без идеологии? Не более, чем простой наемник, которому все равно, чьи кишки наматывать на штык. Лишь бы платили.


Сто вопросов в билете и даже единственная ошибка ведет к провалу. Гвардеец не имеет права на ошибку. Разволновался? Не оправдание. Гвардеец не может давать волю чувствам. Засомневался в верности ответа? Гвардеец не имеет право на сомнения. Сегодня сомневаешься в себе, а завтра – в мудрости Императора? Так и до измены недолго докатиться!


После – нормативы по физической подготовке. Поле битвы гвардейца – Земля. Родина человечества, оккупированная этими… республиканцами. Жрущими друг друга полузверями. А там, на Земле, сила тяжести вшестеро превышает лунную. Вшестеро! Это не шутки! Это все равно, что взять шесть автоматов вместо одного. И не важно, из железа автомат, или из пуха. На Земле он будет весить в шесть раз больше, чем на Луне.


Но гвардеец обязан исполнить поставленную задачу в любых условиях, даже на отравленной радиацией планете. Если из Разящего Кулака Императора вынуть все жилы и заменить их титаном, слить всю кровь и заменить ртутью – и то не получится более совершенной машины смерти.


Раньше сдавали еще один экзамен – крещение кровью. Кандидат на звание должен был ликвидировать бунтовщика. Но этот тест упразднили еще до рождения Смирнова. С бунтовщиками случился дефицит. Нет, смутьянов хватало, но живыми они сдавались крайне редко. Проклятые изменники стояли до последнего. Безумные фанатики, что с них взять? Кто еще, кроме сумасшедшего, усомнится в верности решений, принимаемых Императором?


Прохожие девушки завистливо вздыхали, глядя на гвардейца в белоснежном кителе с блестящими пуговицами. Букет цветов недвусмысленно указывал на цель его визита в ресторан. Любая с радостью легла бы под молодого офицера – стоит поманить. Но Александр ждал ее. Единственную. А она, как обычно, опаздывала.


Вот не может без опозданий! Порой Смирнову казалось, что Родионова намеренно издевается. Но нет… она всего лишь женщина. Что там творится у них в голове? В академиях такому не учат. Стрелять, убивать – это пожалуйста. А понимать женщин – это совсем другое. Даже мудрости Императора, в которой военный не сомневался, вряд ли хватит, чтобы проникнуть в то, что на уме у прекрасной половины человечества.


Отбросив щелчком сигарету, лейтенант закурил снова… и, стоило погаснуть огоньку зажигалки, к ресторану подкатило такси, из которого выпорхнула она – Анна! В туфлях на шпильке, с ножками невероятной длины, обтянутыми чулками в мелкую сетку, резинка которых соблазнительно мелькнула в разрезе платья, белых перчатках выше локтя, красными, как розы в букете гвардейца губами и черными, подобно самым темным глубинам космоса, волосами, собранными в пучок на затылке.


Гвардеец выкинул едва начатую сигарету, за которую сразу же устроили битву вечно ошивающиеся в городе оборванцы, и поспешил к машине, на ходу стряхивая пепел с лацкана кителя. Девушка, одарив кавалера обворожительной улыбкой, снисходительно протянула руку для поцелуя.


- Ой, это мне? – колыхнула бровями Анна.


- Что? – растерялся Смирнов. – А, цветы… конечно, тебе, моя дорогая!


И, произнося это, офицер ничуть не покривил душой. Красотка вставала в копеечку…


- Как это мило!


Сложив губы бантиком, Родионова чмокнула мужчину в щеку и тут же стерла след от помады невесть откуда появившимся кружевным платочком.


- Тебе идет парадная форма. Сегодня какой-то повод?


- Пойдем-пойдем, все узнаешь, - таинственно пообещал Александр, подмигнув.


Взяв девушку под локоть, лейтенант потянул ее за собой, вверх по ступенькам, в ресторан. Швейцар, учтиво склонившись, открыл перед гостями дверь и в стекле на долю секунды отразилась голубая Земля, витающая в бесконечном мраке над головой…


Земля!


Внезапно гвардейца осенило. Он на Земле! А, стало быть, в руках республиканцев. Попросту говоря – в плену!


Пораженный догадкой, имперец вскочил с кровати. Игла капельницы выпала из вены и неизвестный раствор потек на кафельный пол. На тело сразу навалилась непривычная тяжесть. Да, гравитация. Здесь она шестикратно превышает лунную. Покачнувшись, Смирнов ухватился за стойку и, используя ее вместо костыля, доковылял до окна.


Так и есть. Вверху, насколько хватало глаз, простиралось голубое небо, разделенное едва заметными гексами купола. Внизу – неимоверное количество зелени. Трава, кусты, деревья. Бетонные коробки строений терялись в обилии растительности. Там, на Луне, столь пышная фауна – большая редкость. Унылое однообразие серой пыли и серого бетона – вот привычный лунный пейзаж.


Но этого не может быть! Вот этого! Всего! Просто быть не может!


Любой лунный школьник знает, что Земная Республика – технически отсталое государство, находящееся в глубоком упадке. Там люди живут едва ли не в пещерах. В смысле – здесь. Должны жить.


И ничего, сложнее каменного топора, произвести попросту не в состоянии! Слегка утрированно, но общий смысл не меняется.


Так что всего вот этого – больницы и купола не может быть. Потому что этого не может быть. И точка.


После осознания, но он на Земле, отсутствие решеток на окнах, которые, по определению, должны быть в тюремном лазарете, лейтенанта уже не очень удивило. Именно в тюремном лазарете – где еще может содержаться пленник? Но, может быть, здесь бронированное стекло, или какой-либо силовой барьер?


- Силовой барьер, - произнес офицер вслух и громко рассмеялся от нелепости этого предположения.


- Больной, вам не рекомендовано вставать, - раздался голос за спиной.


Враг. Враг подкрался стремительно и незаметно. Коварный враг!


Боль моментально исчезла. Гвардеец превратился в того, кем и должен быть Разящий Кулак Императора. В жестокую машину убийства, не знающую пощады, жалости или раскаяния.

Резко развернувшись, едва не потеряв сознание от усилия, Смирнов выставил вперед единственное свое оружие – стойку капельницы.


Но в палате, кроме самого пациента, никого не было. Зато на стене появилось изображение человека в белом халате, со стетоскопом, небрежно накинутым на шею и очках в тонкой металлической оправе. Дисплей? Александр прикоснулся к стене, однако ощутил лишь гладкий пластик.


Проекция! Осмотревшись, военный заметил светящиеся точки излучателей в багете по периметру палаты. Конечно, за ним следили! Какая была непростительная глупость – предполагать, что эти республиканские свиньи оставят пленника без присмотра. И лейтенант так бездарно выдал себя! Стоило бы полежать еще, присмотреться, прислушаться. Собрать информацию для побега.


В том, что имперец сбежит из казематов земных варваров, он не сомневался. Вопрос времени.


- Вы еще не оправились от ранений, - произнесла голограмма. – И не адаптировались к земной силе тяжести. Рекомендую вам вернуться в кровать.


- Хрен тебе, - буркнул гвардеец.


Повернув ручку, Смирнов распахнул окно. В нос ударил смутно знакомый аромат. Пьянящий аромат свежей зелени. Такой же, как пахли розы, подаренные Анне. И еще сотни других ароматов, от которых голова пошла кругом, не в состоянии переварить их, осознать, подать нужный сигнал мозгу.


Пленник ткнул в проем стойкой, проверяя наличие силовых полей. Пластик прошел, не встретив сопротивления. Какие же беспечные эти республиканцы! Высунув голову в окно, Смирнов прикинул расстояние до земли. Третий этаж! Плевое дело!


- Что вы делаете? – обеспокоился мужчина на стене. – Остановитесь!


Но военный уже поставил ногу на подоконник… и замер. Черт побери! Это там, на Луне, три этажа – плевое дело. А здесь гравитация размажет в лепешку. Три этажа на Земле – это все равно, что полторы дюжины этажей на Луне. Дома с такой высоты мужчина не рискнул бы сигануть. Нужно искать другой выход.


Голова кружилась все больше. Или от последствий ранений, или от силы тяжести, или от повышенного содержания кислорода в воздухе. А, может, эти твари чем-то обкололи лейтенанта? Скорее всего. Иначе, почему не опасаются побега, почему нет решеток, нет охраны?


- Вернитесь в кровать, иначе вы сейчас потеряете…


Продолжения Смирнов не слышал. На глаза опустилась тьма и пациент рухнул на пол.

Показать полностью
1293

Юридические истории #424: Презумпция виновности

Заранее отвечу, что история очень узкоспециализированная, поймут, если не каждый, то и не все.


Все чаще такое случается, что потребитель покупает что-нибудь такое дорогостоящее у какой-нибудь ООО, а та ООО поставляет какой-нибудь бракованный товар или не поставляет вовсе. Да, потребитель обращается в суд, получает решение суда, но... но исполнить его оказывается невозможным по причине, что у ООО из имущества только уставной капитал 10 000 рублей и честное слово директора. Оборотов нет, отчетность не подают, ИФНС принимает решение об исключении такой ООО из ЕГРЮЛ. То есть, вроде как, для потребителя наступает тот нередкий момент, когда решение суда есть, но исполнено оно никогда не будет.


В теории - конечно, такое ООО должно ликвидироваться через банкротство, на практике все прекрасно понимают, что не для того они людей кидали, чтобы еще и за свое банкротство платить.


В первый раз с подобным случаем обратились несколько лет назад, я уже не вспомню подробностей - женщина купила у ООО какие-то запчасти, запчасти оказались в еще более поганом состоянии чем те, что стояли на ее автомобиле. Вышла в суд по ЗОЗПП, получила решение... и вот тут оказалось, что, поскольку дело рассматривалось традиционно неспешно, практически сразу после направления исполнительного листа в ФССП ИФНС исключила ООО из ЕГРЮЛ. Блин, на каком это языке я сейчас разговаривал?


У учредителя/директора (я сейчас даже не вспомню, одно это было лицо или несколько) оказалось вполне себе имущества - автомобиль, дом, еще что-то там, короче говоря - есть нормальная перспектива не только получить решение путем привлечения его к субсидиарной ответственности, но и взыскать фактически.


Хорошо, вышли в суд с тем, чтобы привлечь к субсидиарке... и все инстанции, как одна, вынесли решение - не доказана недобросовестность контролирующих лиц. Проще говоря - идите на х... на хлеб побираться в другом месте.


Я уже говорил - реально бесит, когда осознаешь свою правоту, но суд посылает. Плюс, нужно понимать, что кредитор-потребитель в таких случаях, хоть тресни, не имеет возможности доказать недобросовестность контролирующих лиц ввиду отсутствия у него доступа к отчетности фирмы и т.д.


Прошло какое-то время и сам Конституционный Суд сформировал позицию, что в таких случаях предполагается презумпция виновности контролирующих лиц ввиду неравности доказательных возможностей и так далее. То есть не потребитель-кредитор должен доказывать, что контролирующие лица действовали недобросовестно, а наоборот - контролирующие лица должны доказать, что действовали добросовестно.


И еще прошло какое-то время, обратились два гражданина, ситуация один-в-один такая же. В обоих случаях - тоже покупали запчасти для автомобилей, победили в суде, но ИФНС исключила ООО из ЕГРЮЛ. Отмечу, что это - два совершенно разных случая, соответственно - два совершенно разных ООО, но в обоих случаях с контролирующих лиц есть что взыскать путем привлечения все к той же субсидиарной ответственности.


Тут-то я уже думал - плевое дело, есть же позиция КС, чего тут думать-то? Да тут-то оказалось не здесь-то!


В первом случае районный суд вообще вынес определение о неподсудности дела, дескать - валите в Арбитражный Суд, там и разбирайтесь.


Во втором случае, хотя я и ссылался на позицию Конституционного Суда, что это не истец должен доказывать недобросовестность контролирующих лиц, а наоборот - контролирующие лица должны доказывать свою добросовестность, суд отказал с формулировкой "недобросовестность не доказана".

Показать полностью
51

Тайна человечества

Гляжу, ученые тут эти, за уши крученые, гадают, откуда человечество взялось. С Марса ли, с Венеры ли, а то и вовсе от обезьян африканских повелось. Ежели б их вместе собрать - как бы до мордобоя дело не дошло, так сильно каждый свою правду насадить норовит.


А чего тут думать, когда и так все понятно? Нет, оно и мне непонятно было, пока я побриться не пошел. А бритье, кто не знает, это процесс такой - вдумчивый! В том смысле, что в бритье только лицо и руки заняты, а мозг и вовсе в расслабленном виде пребывает. Да только не может у грамотного человека мозг в расслабленном виде долго пребывать. Вот хоть тресни - не может! Это все от большого ума. Так и у меня получается, что сколько не пытался, а не думать не получается. Какая-нибудь мыслишка да и завертится.


И вот, значит, бреюсь я, а ум сам собой ворочается, ищет, что бы такого ему подумать нужного, чтобы людям пользу приносило. И начал я про подбородок думать, про тот самый, из коего борода растет. Так ведь борода ж не внутрь, в подбородок растет, а из него, в наружу! И не вверх, а вниз! Получается, что как-то неправильно получается! Вот был бы "избородок" - все понятно было бы. Борода из него растет, вот и "избородок". Или "надбородок". Тут тоже яснее некуда. Борода растет вниз, стало быть, подбородок над бородой находится, вот и "надбородок" получается.


Затем я к носу присмотрелся... вот где меня шарахнуло-то! Нос - он же от чего "нос"? Понятно, что от слова "носить". А как ты в том виде, в коем сейчас он есть, на носу носить что-то будешь? Да как ни пыжься - не выйдет! Оттого что сверху он покатый, как горка зимой ледовая. Хоть сумку, хоть пакет повешай - все вниз скатится и туда же, на пол, упадет. А снизу - наоборот, ступенькой сделан. Будто так и придумано, чтобы носить что на нем можно было, только вверх тормашками.


Теперь-то мне вся правда и открылась! Получается, люди-то раньше вверх ногами ходили! Тогда все логично складывается. И нос, который природой придуман, чтобы носить на нем, и подбородок, который, если на руки встать, как раз под бородой и находится!


Да только ты где такое в книжках, в учебниках увидишь? А нигде указаний на то, что люди вверх тормашками ходили, нету! Потому что правду от нас скрывают. Да вот прочет вышел - словеса-то придумали еще тогда, когда люди наоборот были, а после - заменить забыли. Вот я и догадался, что к чему!


Гляжу, слушаешь ты меня, киваешь, а в глазах недоверие светится. Прямо огнем горит.

Вот тебе еще доказательство! Возьмем, к примеру, мозг. Тот самый, которым мы думаем, в котором ум содержится. Сейчас-то оно понятно, что мозг в голове находится, а раньше где был? Сам-то не понимаешь?


Погляди на тех же мартышек, хоть на бабуинов. Ходят они такие, жопы свои красные показывают, а на них ихние бабы - обезьяньи самки, как мухи слетаются. А отчего так? Это если умом не пользоваться - непонятно, а ежели чуток напрячься да подумать - все яснее ясного становится.


Оттого это все, что кто умнее, тот в джунглях и выживает. Были б мамонты умнее нас - они б выжили, а не наоборот, да не нужно было мамонтам умнеть - шерсти-то на них вон сколько было, не у каждого борода такая растет, вот и не пошли мамонты в джунгли, чтобы поумнеть, жарко им там.


Ты, конечно, в непонятках - как мозг и жопа связаны. А связь тут самая непосредственная, какая ни есть - прямая. Мозг раньше в жопе находился! Вот бабуины и сверкают задницами - безусловный рефлекс, память предков. Мол, поглядите, бабы, какой я дюже умный, самый умный из всех обезьян. И ведутся же на это обезьянихи!


Все еще не веришь, да? А как детей раньше в школах учили? Лупили розгами по заднице! И так, через задницу, ум вбивали! А как можно через задницу ум вбить, если он в голове находится? Да никак! Потому что это сейчас мозг в голове находится, а раньше в жопе был!

С тех пор и пошла присказка "задницей думать". В переносном смысле - дескать, тупым быть, как неандерталец. Опять же - указание на правильное анатомическое прошлое ума.


Не веришь все еще, да? Сейчас совсем тебе все докажу! Ты же на речку ходил купаться? И что наверху, над водой у тебя было - голова или жопа? Верно мыслишь - голова! Потому что мозг в людском организме - самое легкое. Вот, как ходить на ногах начали, так мозг, от собственной легкости, по организму из задницы в голову и поднялся. Поначалу гладкий был, как задница, а пока поднимался - сморщился весь, извилинами покрылся.


Теперь к самому интересному подходим. Если предки человечества на руках ходили, то откуда человечество повелось? Ну? Не догадываешься? А где все вверх тормашками ходят оттого, что земля у них с обратной стороны? В Австралии!


Вот и выходит, что люди произошли не с Марса или Венеры, даже не от африканских обезьян, а от австралийских! Вот она - родина наша. Что твоя, что моя - любого человека на Земле, хоть в каждого плюнь. В Австралии!


Только эту правду от нас тоже скрывают, в газетах и учебниках не пишут. Я в академию наук со своей правдой сунулся, так чуть в дурдом не закрыли. Нет, не нужна сегодня людям правда. За бургерами очередь выстроилась, а за правдой никого нет!

Показать полностью
Отличная работа, все прочитано!