Кабинет Корнелиуса Ардента был обставлен с той сдержанной роскошью, которая не кричит о богатстве, но говорит о нём каждой деталью. Тёмные дубовые панели на стенах, высокий потолок с лепниной, окна с тяжёлыми бархатными шторами, приглушающими свет. В воздухе витал запах старого дерева, табака и дорогого виски.

Вдоль одной стены тянулся массивный стеллаж из тёмного дерева, на полках которого стояли макеты различных устройств. Металлические механизмы, паровые двигатели в миниатюре, кристаллические ячейки, соединённые тонкими трубками. Каждый макет был выполнен с ювелирной точностью - это была не просто коллекция, а карта прогресса, который Корнелиус продвигал через Чертоги и заводы Ордума.

В центре кабинета, в глубоком кресле с высокой спинкой, обитом тёмной кожей, сидел Марек. В руке он держал бокал с многолетним виски - единственной отдушиной профессора, когда он навещал Корнелиуса. Янтарная жидкость лениво покачивалась на дне, отражая свет настольной лампы.

Марек сделал маленький глоток. Говорят, ожидание утомительно, но сейчас он предпочёл бы оставаться в тишине и одиночестве. Он смотрел на макеты устройств, но не видел их - его мысли были где-то далеко, в Чертогах, среди студентов и Элиана.

Но дверь кабинета открылась, и Корнелиус быстрым шагом прошёл за стол.

- Прошу прощения за ожидание. - Корнелиус глянул на бокал в руке Марека. - Надеюсь, ты не заскучал.

Марек лишь молча покачал головой в ответ. Он не смотрел на Корнелиуса - он смотрел на макеты устройств на полках, словно искал в них ответ, которого там не было.

- Что же, перейду сразу к делу. - Корнелиус сел за стол, раскрыл папку, но не взглянул в неё. - Мои коллеги выразили своё недовольство, но я убедил дать тебе время исправить ошибки.

Он сделал паузу, ожидая реакции. Марек молчал.

- Ты, наверное, очень благодарен своему старому другу за то, что он вновь тебя выручил…

- Корнелиус, я не позволю вновь усыпить Элиана! - лицо Марека стало непроницаемым. Вряд ли кто-то хоть раз видел его таким.

- Не смотри на меня так - это твоя ошибка! - Корнелиус поднялся и подошёл к стеллажу, проведя пальцами по одному из макетов. - Я сделал со своей стороны всё, что мог: нашёл подходящего ребёнка, нашёл отдалённый купол, где его никто не потревожит. Я даже позволил тебе заниматься твоим приютом!

Он обернулся. Его глаза были пустыми и холодными, словно сделаны из стекла.

- Тебе надо было лишь проследить, чтобы он никогда не очнулся.

Корнелиус подошёл к столу, взял бутылку виски, долил немного Мареку, после чего достал ещё один бокал и налил себе. Лёд звякнул о стекло резко, как выстрел.

- Марек, я не всесилен. Нам нужен результат.

- У нас и так есть результат. - Марек на мгновение сомневался и замолчал. - Элиан зажжёт Старый Маяк.

Корнелиус замер с бокалом в руке.

- Я не понимаю, что ты хочешь сказать.

- Тело Элиана годами искусственно насыщалось магией и приспособилось к ней. Он способен накопить и передать такое количество энергии, которого хватит, чтобы снова зажечь кристалл. Старый Маяк - самый ближайший и наименее крупный из потухших кристаллов. Он до сих пор подключён к системе маяка, и, если баллоники или когтистые ничего не поломали, он заработает, и атмосфера вокруг него восстановится.

Корнелиус замолчал. Он смотрел на Марека так, словно впервые видел его по-настоящему. Затем медленно улыбнулся - не тепло, а холодно, как хирург, оценивший удачный разрез.

- Он находится недалеко от новых тренировочных маршрутов. Ты хочешь, чтобы он сделал это на экзамене первого года?

Марек не ответил. Корнелиус отпил виски и кивнул сам себе.

- Так вот для чего ты привёл его в Чертоги! Я всегда верил в твой ум, но ты, как бы это сказать… не всегда быстро ориентируешься в трудных ситуациях. Но ты меня удивил.

Он похлопал Марека по плечу - по-дружески, почти искренне.

- Ты уверен, что он справится? Если кристалл не загорится - об этом сразу же узнает половина моих коллег. Я не смогу тебя прикрыть.

- Он справится. - Голос Марека звучал уверенно.

Корнелиус довольно кивнул.

- Выживет?

Марек на мгновение помедлил, прежде чем ответить. Он знал, что Корнелиус заметил это - и всё равно кивнул.

- Да.

***

Лиана нашла Элиру в тихом уголке сада, где та обычно скрывалась от шумных компаний и практиковалась в изменении атмосферы. Элира сразу заметила, что подруга чем-то встревожена.

- Ты сама не своя, - сказала она, глядя на Лиану. - Что-то случилось?

Лиана рассказала Элире о сне. О том, как стояла на ограде, как смотрела на поля, как нашла в кармане листок с описанием внешности и о том, что это воспоминания Элиана. Элира слушала, не перебивая.

- Знаешь, у меня есть одна идея… - задумчиво произнесла девушка, когда Лиана закончила рассказ.

- Какая?

- Я не уверена, что это поможет, но… Нам нужно поговорить с Богданом.

Лиана вздрогнула:

- С Богданом? Почему с ним?

- Потому что он ученик Марека. Он знает о Кириане больше, чем кто-либо из нас. Если кто-то и сможет подтвердить, что это описание совпадает с портретом Кириана, то только он.

Лиана колебалась. После их последнего разговора с Богданом, когда он обвинил Элиана в том, что он - Кириан, она не горела желанием снова с ним общаться. Но Элира была права. Им нужны были ответы.

Они нашли Богдана в учебной аудитории, где он переписывал конспекты. Увидев девушек, он насторожился.

- Лиана видела сон. - сказала Элира, не тратя времени на предисловия. - В нём она видела детальное описание внешности человека!

- А от меня что вам нужно то? - Богдан напрягся ещё сильнее от такого начала разговора.

- Мы хотели спросить, совпадает ли оно с портретом Кириана. - звонкий голос Элиры эхом разнёсся по пустой аудитории.

Богдан замер. Затем медленно отложил конспект, который держал в руках, и посмотрел сначала на Лиану, потом снова на Элиру.

- Если пришли поиздеваться, то у меня нет на это времени! Выметайтесь из аудитории!

- Прошу, - Лиана уже не собиралась отступать, - это действительно важно! Мы не шутим над тобой!

Богдан немного помолчал.

- Вы ведь от меня не отстанете?

- Нет! - радостно ответила Элира.

Богдан тяжело вздохнул и кивнул Лиане. Девушка пересказала описание с листка бумаги из сна. Сначала Богдан слушал внимательно, но когда Лиана упомянула бороду - перебил её.

- Какая густая борода! Ты описываешь взрослого мужика! Кириан не намного был старше нас когда... Ну, когда исчез.

- А остальные детали? - Лиана чувствовала облегчение, но хотела убедиться.

- У профессора осталась лишь одна фотография Кириана, и та в очень плохом состоянии. На счёт глаз не скажу, но волосы были довольно длинные, кудрявые. Лицом больше похож на Дарена, только более смурной.

- Тогда можешь больше не переживать! Элиан - не Кириан. - Элира выглядела так, словно одержала победу или раскрыла тайну.

- Это ещё почему? - Богдан удивился такому заключению.

- Тот сон, что я видела - это воспоминания Элиана. - попыталась объяснить Лиана.

Богдан некоторое время переводил взгляд с одной девушки на другую, юноша совсем растерялся.

- Вы обе ополоумели совсем!? Если вы так верите своим снам, то почему вас не смущает, что Кукла был другим человеком? Пусть и не Кирианом?

- Ну я сразу сказала, что он старикашка! - в голосе Элиры не звучало ни тени сомнения.

- Поверить не могу! - Богдан покачал головой. - Если я ответил на все ваши вопросы, то мне позвольте мне заняться серьёзными делами!

Элира пожала плечами и, взяв под руку Лиану, направилась к выходу.

***

Кабинет лорда Эдварда Ферро когда-то был воплощением роскоши и вкуса. Высокие потолки с лепниной, массивный письменный стол из красного дерева, кресла с бархатной обивкой, тяжёлые шторы из парчи, некогда блиставшие золотом. Но время и недостаток ухода сделали своё дело: парча выцвела, местами пошла зацепками, лак на столе потускнел, а в углах комнаты собиралась пыль, которую уже давно никто не тревожил. Роскошь осталась, но она стала похожа на старую декорацию - красивую издалека и обветшалую вблизи.

За столом сидел сам лорд Эдвард Ферро - грузный, с тяжёлыми веками и остатками седых волос, зачёсанных на лысеющую макушку. В одной руке он держал телефонную трубку, в другой - сигару, дым от которой тянулся к потолку ленивыми серыми струями.

- В группу на экзамен первого года должны войти: Элиан, девка из семьи Вентресс, сынок Фроста и простолюдинка.

Из трубки донеслось шипение.

- Все, кроме безымянной девки, связаны с Корнелиусом - мы одним ударом разобьём их коалицию. - Эдвард затянулся сигарой и выпустил густое облако дыма, слушая ответ. - Кажется, пробуждение этого уродца расстроило планы господина Ардента. Им с Мареком пришлось пойти на крайние меры.

Пожилой маг слушал шипение трубки с довольной ухмылкой, от которой его лицо становилось ещё более жёстким.

- Мой источник надёжен. К моменту, когда найдут тела, у нас будут все доказательства, что это был их эксперимент.

Трубка коротко прошипела.

- Родион. - так же коротко ответил Эдвард.

Снова шипение. Лорд Ферро закатился громким хриплым смехом, от которого задрожала пыль на столе.

- Нет. Он - наш человек, проблем не возникнет.

Вновь короткое шипение, которое вызвало у Эдварда новый приступ смеха. Отсмеявшись, он повесил трубку на рычаг телефонного аппарата и затянулся сигарой, глядя в окно.

***

Элиан сидел у дальней стены внутреннего двора, где почти никто не ходит. Последние дни у него было скверное настроение - его жутко раздражало то, что окружающие так и не привыкли к нему за столько времени. Ему было обидно, что из-за него остальные студенты сторонятся Элиру и Лиану.

Знали бы его друзья, шутливо говорившие Элиану, поменять его смурное лицо на другое, что это не сработает! Элиан затянулся сигаретой и грустно улыбнулся. Будто все эти мысли мало давили на него, Элиан начал замечать за собой, что забывает свой прежний облик. Как быстро ты забываешь собственную внешность, когда не видишь её каждый день!

«Обязательно напишу обо всём этом дерьме роман! Если раньше с ума не сойду!» - на этот раз Элиан не просто улыбнулся, он посмеялся над своими мыслями. Все так же грустно, но на душе немного полегчало.

Раздались шаги, в сторону Элиана шли Элира и Лиана. Девушки выглядели как-то слишком загадочно, что слегка настораживало Элиана.

- Признан невиновным! - гордо провозгласила Элира.

- Что прости? - до сих пор Элира умудрялась удивить Элиана.

- Ты не Кириан!

- Какое облегчение! - порой непосредственность Элиры заставляла Элиана отвлечься от тягостных мыслей и немного подыграть ей. - И как же вам удалось это доказать?

- Доказательства предоставила моя напарница! - Элира приобняла Лиану за плечи. - Она увидела во сне описание твоей прошлой внешности! Ты хранишь листочек с ним... Где он его хранит?

- Во внутреннем кармане пиджака. - подсказала Лиана.

Элиан ожидал всего чего угодно, но не этого. Лиана никак не могла прочитать его мысли. Нашли листок? Тоже не вариант - Элиан никогда не оставлял пиджак без присмотра. Способность Лианы? Элиан никогда не слышал о такой магии, что работает через сны.

- Лиана, - Элиан старался выглядеть и говорить спокойно, - расскажи подробнее про свой сон.

Это похоже было на эхо воспоминаний. Но они не приходят во снах, маги слышат или видят образы минувших событий. Эхо живёт долго, его можно услышать через годы, но оно постепенно с течением времени будет слабеть и затухать. Но нельзя увидеть мир чужими глазами!

Это сбивало Элиана с толку.

Он долго молчал после рассказа Лианы, но всё же достал листок из пиджака и протянул его Лиане.

- Тот самый почерк! - воскликнула девушка. - Всё слово в слово, как во сне!

- Вот это срань! - добавила Элира.

- И что теперь будете делать? Вступите в отряд Богдана?

- Нет, мы ему уже рассказали, что он ошибся! - Элира махнула рукой.

- Зачем? Вы отняли... - Элиан хотел сказать про своё развлечение, но вовремя остановился. - Отняли у Дарена мотивацию! Он же хотел научиться магии, чтобы защитить тебя, Элира, от Кириана!

- Защитить меня? - Элира была удивлена. - С чего ты это взял?

- Почувствовал с помощью Эфирной магии. - ответила за него Лиана. - Элиан, в тебе же пробудилось несколько типов магии?

- Все типы магии.

- Тогда ответь! - Лиана выглядела серьёзной и решительной. - Почему я вижу прошлое? Как это контролировать?

Элиан вновь был сбит с толку. С этими девицами явно что-то не так! Совсем не боятся, ещё и обращаются за ответами! Впрочем, Элиана всегда окружали интересные люди.

- Тогда присаживайтесь - рассказ будет долгим. - Элиан улыбнулся, а ведь ещё буквально недавно он хотел сбежать куда-нибудь в дальний купол типа Зелёного Мыса!

***

Близилась медиана - время, когда студенты могли отдохнуть от учёбы. Некоторых навещали семьи, но даже в эти дни студенты не покидали территории Чертогов и не могли свободно гулять по городу. Медиана была не отдыхом в привычном смысле, а скорее паузой - временем, когда можно выдохнуть, оглядеться и вспомнить, что за стенами аудиторий тоже есть жизнь.

Многих никто не навестит. Эммет знал это по своему опыту. Он стоял у окна своего кабинета, глядя вниз, на сквер, где в тени старых деревьев расположилась знакомая троица.

Элиан сидел на скамье, откинувшись на спинку, и что-то рассказывал. Лиана и Элира сидели рядом, внимательно слушая. Элира то и дело перебивала его, жестикулируя, а Лиана тихо улыбалась, глядя то на него, то на неё. Им явно не будет скучно - и это хорошо.

Лиана - из другого купола, её семья не богата и вряд ли сможет позволить себе такое путешествие, тем более в преддверии праздников. А Марек всегда очень занят и наверняка не скоро появится в Чертогах, да и то вряд-ли уделит много времени своим воспитанникам. Эммету было жаль Элиана. Он понимал, каково это - быть одному в большом мире.

Эммет с теплотой смотрел на них. Странный паренёк Элиан… Молодой преподаватель хорошо помнил свой первый год в Чертогах - он сам был ещё совсем ребёнком, хоть магическая метка и решила иначе. Но Элиан, в отличие от других, словно только делал первые шаги в этом мире. И Эммету нравилось усердие, с которым юноша подходил к учёбе.

«Как он начал курить? Не мог же профессор Марек его этому научить!» - эта мысль появлялась в голове Эммета каждый раз, когда он видел юношу с сигаретой. - «Наверное, кто-то из детей Приюта так над ним подшутил!»

Сомнений быть не могло. Эммет хорошо знал - для профессора Марека его воспитанники всегда на первом месте. Просто кому-то из детей показалось забавным научить Элиана курить.

«И всё же он неплохо ладит с этой парочкой!» - Эммет улыбнулся тому, как Элира и Лиана внимательно слушали Элиана.

Он отвернулся от окна, тяжело вздохнул, окинул взглядом кипу бумаг на столе и вновь принялся за работу - ведь близилась медиана.

***

День пролетел быстро. Дарен шёл по коридору в сторону лестницы на жилой этаж. Он размышлял о том, как хорошо у него начало получаться контролировать силу, но почему-то только при работе с формой металла. В остальном Гальвания давалась ему с трудом.

«Почему я теряю контроль? Ведь это такой же поток магии!» - думал он, глядя себе под ноги.

Именно в этот момент на пути Дарена возникла Элира. В этот раз она была особенно сияющей - глаза блестели, на губах играла улыбка, которую она даже не пыталась скрыть.

- А ну-ка, постой! - девушка выставила вперёд руку и перегородила путь. - Мы тут с твоим командиром поговорили. Элиан - не перевоплощение Кириана.

- С командиром? - Дарен растерялся, он только что вынырнул из своих мыслей.

- Ага! С Богданом.

Дарен мгновение молча смотрел на Элиру, а затем внезапно залился смехом. Он уже и забыл, когда последний раз его что-то так смешило. А ведь и правда - именно вокруг Богдана собралась их небольшая компания!

- И что же он вам ответил? - наконец спросил Дарен, отсмеявшись.

- Сказал, всё равно быть осторожнее, ведь: «Кукла - страшно злой колдун!» - Элира улыбнулась. - Или что-то вроде того.

В этот раз они смеялись вместе. Легко, свободно, как будто сбросили с плеч тяжёлый груз.

- Если не боишься - приходи иногда заниматься с нами! - Элира чуть склонила голову набок. - Я тоже хорошо владею магией и могу помочь тебе научиться лучше её контролировать. А Лиана так вообще ходячая библиотека!

- Тогда обязательно приду - мне нужно ещё очень много узнать о мире магии. - Дарен сделал небольшую паузу. - Возможно, он не так плох, как я раньше думал.

Дарен и Элира скрепили это рукопожатием, словно официальный договор, и пошли каждый в свою сторону.

- И ещё, Дарен! - услышал юноша, сделав пару шагов, и обернулся. - Спасибо!

- За что?

- Ты знаешь. - Элира снова улыбнулась, но в этой улыбке Дарен увидел что-то новое. Что-то, от чего его сердце забилось сильнее.

Внезапно Дарен понял, почему он всё же не стал заваливать вступительное испытание. Он впервые влюбился. Ему действительно хотелось общаться с Элирой и вместе готовиться к занятиям, но всё это время он старательно её избегал. Дарен просто боялся причинить ей вред, ведь любые эмоции могли захватить его, не только гнев.

Как и в этот раз. Дарену было очень приятно увидеть улыбку Элиры, но сейчас он уже поднимался по лестнице, а на кончиках пальцев всё ещё танцевали искры.

***

Лиана не могла дождаться, когда закончатся занятия, и она сможет пойти в библиотеку. Если бы только она могла проводить там всё время! Лиана хотела прочитать каждую книгу, но сейчас она внимательно изучала Эфирную магию. В Зелёном Мысе почти не было книг про неё, да и раньше Эфирная магия казалась Лиане скучной.

Как же всё изменилось! Теперь её метка стала безграничным океаном вопросов и тайн.

Лиана и Элиан сидели в библиотеке, изучая книги. Девушка иногда отвлекалась, чтобы посмотреть, как успехи у Элиана - он сильно отставал в истории магии и боялся провалить экзамен.

«Ненавижу это место!» - эта мысль внезапно захватила Лиану. Её ладони вспотели, это было точно как во сне! Девушка подняла взгляд на Элиана - он смотрел куда-то в сторону.

Казалось, кто-то медленно отдёргивает шторы, и в комнату начинает просачиваться свет. Так Лиана чувствовала эмоции Элиана. Они не возникли сразу, они постепенно нарастали из тишины. Лиана вспомнила отца - его радость, когда ему наконец удавалось отремонтировать очередной сложный механизм. Нет! Скорее, когда у него получалось поймать рыбу.

«Ненавижу это место!» - это не Элиан.

Лиана медленно проследила за взглядом юноши. Он смотрел в сторону окна. Сейчас уже практически стемнело, но Лиана знала - это окно выходит на центральную аллею, главный корпус Чертогов и… Пустоту.

У окна стоял студент. Его тёмные, слегка вьющиеся волосы падали длинными прядями в разные стороны, придавая причёске небрежный вид. Осанка была прямой, даже напряжённой, словно он привык держать спину и не позволял себе расслабиться. Студенческий костюм - тёмно-серый пиджак с серебряными пуговицами и гербом Чертогов на левом плече - сидел на нём аккуратно, без единой складки. Он стоял спиной к Лиане и Элиану, и они не видели его лица. Только неподвижный силуэт, застывший на фоне тёмного стекла.

Он! Студент у окна! Это были его эмоции!

Они нарастали, разум Лианы начинал тонуть в этом гневе. Она впервые с момента пробуждения метки почувствовала, что не контролирует свою магию. Эмоции чужого человека заполняли её, как вода - тонущий корабль. Она хотела закричать, но не получалось. Хотела отвести взгляд, но не могла.

Всё прекратилось так же внезапно. Одно мгновение - и тишина. Студент у окна пропал.

Лиана вновь перевела взгляд на Элиана.

- Ты ведь его тоже видела? - произнёс юноша, стоило им встретиться взглядами. - Как думаешь: это он?

Не требовалось уточнений, Лиана прекрасно понимала, о ком шла речь.

- Не знаю. - тихо ответила она и бросила взгляд в сторону окна, прежде чем продолжить. - Элиан… А ты… Ты тоже ненавидишь это место?

- Что?! Почему ты сейчас об этом спрашиваешь? - вопрос Лианы застал его врасплох.

- Я не сказала Элире, но этим чувством закончился мой сон про тебя. Ты ненавидел это место.

Элиан не отвечал. Он словно застыл, и впервые он показался Лиане похожим на куклу. А потом стена рухнула.

Лиана почувствовала эмоции Элиана так же, как ощущала остальных людей. Не шёпотом, не эхом - полно, ясно, как будто он наконец позволил себе быть услышанным.

- Не могу сказать, что я ненавижу это место. - Голос Элиана звучал ровно, но в нём была та самая усталость, которую Лиана уже слышала раньше. - Ты ведь знаешь лучше всех - это не мой дом.

Как же сильно Лиана была увлечена поисками ответов и попытками разобраться в себе, что ни разу по-настоящему не задумывалась: если Элиан правда помнит свою прошлую жизнь, каково ему осознавать, что он никогда не вернётся домой?

Когда Лиана была совсем маленькой, отец рассказывал ей, что далёкие предки считали магию языком, на котором говорит мир. Когда маг творит заклинание - он общается с миром и обращается к его памяти. Всё, что нас окружает, - это воспоминания о том, что мир когда-то был живым. Каждый родившийся ребёнок - воспоминание о ком-то, кто уже проживал эту жизнь.

«Наверное, поэтому люди не должны помнить прошлые жизни», - от этой мысли Лиане стало нестерпимо тоскливо. Она чувствовала, как подступали слёзы. Но это чувство быстро угасло, и на душе стало спокойно, прежде чем наступила тишина.

- Эфирные маги могут общаться без слов, не так ли? - Лиану удивило, что Элиан был так спокоен и улыбался.

Она кивнула, вытирая глаза.

- Ты прости, Лиана. Я просто привык закрывать эмоции. Я не испытываю ненависти ни к тебе, ни к кому-то ещё.

Элиан сделал паузу и задумался. Лиана чувствовала, что его что-то беспокоит, что он хочет с ней этим поделиться и доверяет ей. Прежней стены больше не было - девушка словно заново знакомилась с Элианом.

- Я часто ухожу к дальнему забору, - Элиан прервал молчание. - Там я могу спокойно использовать всю свою магию. И место там красивое, ну, ты видела. В своём сне ты видела тот день, когда я впервые его услышал. Я долго искал его эхо и нашёл случайно, очередной раз гуляя по стене. - Он наклонился ближе к Лиане и понизил голос. - Я уверен, что Кириан не создавал Пустоту специально. Если я смогу это доказать, может быть, и меня перестанут сторониться.

Лиана серьёзно посмотрела на Элиана, её губы начали расплываться в улыбке, и девушка звонко засмеялась, привлекая внимание редких студентов, занимавшихся в библиотеке.

- Прости, пожалуйста, Элиан! - Лиана мягко улыбнулась. - Но ты сейчас так сильно был похож на Богдана! Тоже охотишься за Кирианом!

Элиан улыбнулся в ответ. Он не смеялся, но Лиана чувствовала, что ему сейчас не было грустно и одиноко.

Девушка поняла, что за время учёбы они стали настоящими друзьями. Вместе с Элианом и Элирой - у неё точно получится разгадать все загадки! И может быть, однажды Элиан сможет тоже назвать Чертоги своим новым домом.

***

Марек наконец вернулся в Приют Спящих. Он был рад видеть Аглаю, пришедшую, как всегда, встретить его. Она была элегантна, как и всегда, и тепло улыбалась. Марек подошёл к ней и обнял её - неожиданно для самого себя.

- Всё в порядке, Марек? - женщина не ожидала такого приветствия.

- Просто соскучился.

Хоть Марек и не врал, на самом деле ему всё ещё было не по себе от встречи с Корнелиусом. Оливия была права - он дурак, раз все эти годы продолжал работать с семьёй Ардент. Его старый друг уже давно стал жестоким человеком, а Марек - его бесхребетной куклой.

«Вот кого стоило назвать Куклой!» - думал Марек всё время разговора с Корнелиусом.

- Тебе надо отдохнуть и привести костюм в порядок. - Аглая привычно поправила воротник пальто Марека. - Как Корнелиус воспринял новости?

- В своей манере. - пожал плечами профессор. - Но беспокоиться не стоит. Думаю, он увидел в пробуждении Элиана новые возможности, так что юноше ничего не грозит.

«Враньё.»

- Какое облегчение! Я так переживала за него. Надеюсь, Корнелиус не придумает ничего опасного и позволит мальчику спокойно учиться! - привычный слегка ворчливый тон Аглаи всегда заставлял Марека улыбаться. Даже сейчас, хоть улыбка и была грустной.

- Ох, вас же ожидает гость! - спохватилась женщина.

- Гость? Кого же принесло в такую даль?!

- Почтенного лорда Эдварда Ферро. - Аглая слегка наклонилась к Мареку и понизила тон, словно делилась сплетней.

Марек лишь удивлённо вскинул брови. Гости в Приюте Спящих бывали не часто. Эдвард приехал сюда впервые.

Пожилой маг сидел у камина, глядя на огонь. Его руки лежали на длинной трости из чёрного дерева. Лорд Ферро обернулся и поднялся с кресла, встречая вошедшего в комнату Марека.

- Здравствуй, дружище! - Эдвард дружелюбно улыбнулся. - Давно не виделись! Лет пять? Шесть?

- Пожалуй, уже больше. - коротко ответил Марек.

- Пожалуй, уже больше! Ты прав! Расскажи, как твои дела?

- Не юли, Эдвард, - Марек говорил строго, но без холода, - ты знаешь, как у меня дела.

Мужчины помолчали, после чего, широко улыбаясь и смеясь, крепко пожали друг другу руки.

- Конечно знаю! - Эдвард похлопал Марека по плечу. - Первые выпускники твоего нового Приюта уже покоряют Чертоги Ордума! Как время-то летит!

- И не говори! Рассказывай - с чего вдруг ты решил проделать такой путь? У тебя ко мне какое-то дело?

- Ты видишь меня насквозь, Марек! У меня правда есть к тебе дело. - Эдвард взял со столика стоявшую рядом сумку и открыл её. - По правде говоря, даже два дела.

Мужчина достал коробку сигар и бутылку виски. Марек удивлённо посмотрел на это и начал смеяться. Эдвард точно о чём-нибудь попросит, но всё же Марек был рад его компании.

Марек и Эдвард знали друг друга ещё по научной деятельности в Чертогах. Состояние семьи Ферро уже тогда было плачевным, но Эдвард был Гальваником - он активно помогал в исследованиях этого типа магии и занимал хорошее положение в магическом сообществе.

Они с Мареком были во многом похожи: шли против всех, если того требовала наука. Эдвард первым покинул Ордум и уехал в Аэрию. Именно он замолвил когда-то за Марека словечко среди столичных магов.

Марека сгубили его идеи, а Эдварда - его характер. Когда он вернулся в Ордум, то узнал, что Марек был отстранён от научной деятельности и начал работать с Корнелиусом над Приютом Спящих. Эдвард решил поддержать старого друга и вложил последние сбережения в Приют и его исследования.

А потом Кириан всё уничтожил. Марек и Эдвард очень сильно поссорились после катастрофы. Профессор знал - особенно сильно Эдварда оскорбило то, что Корнелиус помог Мареку, а семье Ферро позволили сгинуть.

Марек чувствовал себя виноватым. Он старался помочь Эдварду, несмотря на то что лорд гордо отказывался. В итоге прошло время, и Марек во время очередного визита в Ордум вот так же внезапно нагрянул в поместье Ферро. Тогда он тоже принёс виски и сигары. Правда, напиток был подешевле, а сигар намного меньше.

Время за разговорами пролетело быстро. Марек оказался прав - Эдвард действительно приехал поговорить о делах. Он хотел возобновить исследования Гальванической магии. Особенно его интересовало её влияние на человеческое тело и возможность сделать гальванических магов менее опасными для окружающих. Для этого Эдварду требовалась помощь опытных магов Анимы. Он хотел открыть лечебницу для пострадавших от Гальванической магии и, исцеляя раны, узнать о ней больше.

Марек искренне завидовал ему. Эдвард, даже спустя столько времени, продолжал заниматься чем-то действительно достойным! Ему так хотелось вновь поработать со старым коллегой, но сейчас нужно было как-то защитить Элиана. И всё же Марек нашёл возможность помочь - он согласился отдать один из корпусов под лечебницу. Там требовалось завершить ремонт, но Эдвард охотно согласился взять этот вопрос на себя.

Марек почувствовал, словно попал в старые времена, когда они только начинали всерьёз изучать мир магии. Тяжёлый груз прошлых месяцев оставил его в этот вечер. Он просто был рад, что сможет чаще видеть старого товарища. Да и у Родиона появится шанс вернуться к врачебной практике и самостоятельно заняться исследованиями.

- Эдвард, - Марек перебил очередной монолог лорда Ферро, - двери Приюта для тебя всегда открыты. Вряд ли в этом куполе найдётся место более достойное лорда!

Мужчины громко засмеялись. Эдвард осушил свой бокал.

- Рад, что ты предложил это сам! Будет выглядеть, как будто я не напрашивался.

***

Богдан, как обычно, занимался с Дареном во внутреннем дворе. Это было его любимое время - ведь Дарен очень сильно интересовался магией и с удовольствием слушал Богдана. Да и сам рассказывал много о их путешествиях с отцом и жизни в экспедиционных лагерях. Для Богдана это казалось не менее удивительным, чем магия для Дарена. Дальние уголки вакуума, хранящие свои тайны, - о таком он мог только мечтать!

Именно это время решил нарушить Кукла своим визитом. Богдану не нравилась холодная уверенность, с которой он шёл в их сторону.

- Не напрягайтесь так, я просто пришёл поговорить. - как всегда спокойно произнёс Кукла. - Давайте заключим перемирие?

- Перемирие? - переспросил Дарен.

- Да. - кивнул Элиан. - Я сильно отстаю по учёбе, и мне нужна помощь. Лиана не может постоянно со мной заниматься, ей тоже нужно готовиться. Богдан, не будь вредной задницей, помоги!

Богдан выдохнул от удивления. Вот это наглость! Но он сдержался, чтобы не нагрубить в ответ - ведь Кукла впервые назвал его по имени, можно дать ему шанс.

- Наконец решил всерьёз взяться за ум? - Богдан делал вид, что всё под его контролем. - Профессор Марек сильно расстроится, если ты вылетишь из Чертогов. Только из уважения к нему я приму твоё предложение.

- Спасибо тебе огромное, пацан! Ты меня правда выручишь!

Вот не может он нормально общаться! Вроде благодарит, но опять это прозвище!

- Но есть два условия: не опаздывай и перестань курить в нашей комнате. - Богдан старался, чтобы его голос звучал твёрдо.

- Ты режешь меня без ножа!» — Кукла загнан в угол, Богдан наконец одержал хотя бы одну победу. - Хорошо, я согласен. Только давай без херни про Кириана - я просто хочу учиться!

- Договорились!

***

Элиан улыбнулся, пожимая руку Богдана. Вот это отличный способ придумала Элира, чтобы начать с ним общаться! Эта девушка может подружиться с кем угодно, если захочет!

Чем ближе была медиана, тем более явно Элиан замечал, что все компании студентов вокруг заняты учёбой и хвостами по предметам. Он стал совсем похож на них и перестал чувствовать на себе чужие взгляды - ведь они были направлены в книги.

«Кажется, всё начинает налаживаться!» - эта мысль разлилась теплом в душе Элиана, но мгновенно застыла холодом ожидания новой беды, когда из-за его спины раздался знакомый голос.

- Доброе утро, студенты! - Корнелиус Ардент, как всегда одетый с иголочки, стоял на дорожке и приветливо улыбался.

- Здравствуйте, господин Ардент. - произнёс Богдан. Элиан бросил на него короткий взгляд и поприветствовал Корнелиуса молчаливым кивком.

- Я вынужден украсть у вас Элиана ненадолго. Надеюсь, это не слишком помешает вашим занятиям.

- Всё в порядке, мы ещё не начинали. - Элиан повернулся к Богдану. - Увидимся позже.

Корнелиус не нравился Элиану. За всей его элегантностью и хорошими манерами скрывалась ледяная пустота. Корнелиус Ардент был Террургом. Элиан не видел в нём магии Эфира, но и прочитать его он почему-то не мог.

«Наверное, таким я выглядел для Лианы.»

***

Богдан шёл по коридору в сторону библиотеки. Уже вечерело, а он так и не видел Куклу с тех пор, как тот ушёл с Корнелиусом. Это сильно тревожило юношу.

Господин Ардент часто появлялся в Приюте Спящих. Он много говорил с Мареком о делах и успехах его подопечных, много времени проводил, изучая Куклу. Хоть учитель Родион всегда уважительно отзывался о Корнелиусе, Богдана пугал этот пожилой маг. Может быть, из-за того, как он смотрел на детей Приюта - не на их таланты и способности, а как на более или менее выгодные вложения.

А может быть, Богдан нутром понимал, насколько тяжело давались эти визиты профессору Мареку. Пускай профессор всё время возится с Куклой, для Богдана он часть семьи, и юноше было грустно видеть его таким подавленным.

Богдан сразу заметил Элиру и Лиану, как только вошёл в библиотеку. Девушки сидели за столом в окружении книг и вели записи.

- Кук… Элиан не с вами? - без предисловий задал вопрос юноша.

- Он вроде бы ушёл беседовать с дядюшкой Корнелиусом. - ответила Элира, не отрываясь от конспекта.

- И до сих пор не вернулся? - в голосе Богдана звучало волнение, которое заметила Элира.

- Ты чего за него так переживать стал? Или думаешь, Элиан сейчас завербует Корнелиуса в ряды злых колдунов?

- Дура! - Богдана не столько обидела шутка, сколько удивило спокойствие девушки. - Его почти целый день нет, вдруг что-то случилось?

Элира отложила тетрадь и внимательно посмотрела на Богдана.

- Не стоит переживать - дядюшка Корнелиус очень интересный собеседник. Самое страшное, что могло случиться, - он начал историю величия семьи Ардент! С самых истоков и со всеми деталями.

Богдан устало улыбнулся. Господин Корнелиус действительно любил поднимать эту тему, особенно в разговоре с учителем Родионом - наверное, видел в нём молодого себя.

- Пожалуй, ты права. - Богдан кивнул девушкам и отправился в общежитие.

«Надеюсь, она права!» - тревога не отступала.

***

Наступила ночь, и корпуса Чертогов погрузились в сон. Лиана сидела в кресле, держа книгу в руках, тяжёлую, с потёртым корешком. Она слушала треск камина, глядя, как огонь лениво пожирает поленья и отбрасывает тёплые блики на стены. Пахнет старой бумагой, деревом и чем-то сладковатым, похожим на сушёные травы, которые её мать заваривала, когда кто-нибудь в семье простывал.

Лиана услышала мягкие, тихие шаги и обернулась - к ней направлялась милая женщина в возрасте. Девушка видела её впервые, особенно необычным ей показался наряд. Женщина была одета в простое платье, сшитое очень качественно и из дорогих материалов: плотная ткань, аккуратные швы, яркий теплый оттенок.

На лице и руках женщины были метки. Странные, похожие на метки Элиана. Они переплетались, как ветви старого дерева, и, кажется, слегка мерцали в свете огня.

Женщина улыбнулась и села рядом в соседнее кресло.

- Холодает, однако, рано! - женщина ёжится и накидывает на плечи шерстяной платок.

- Это точно! - вроде говорит Лиана, но её голос низкий, явно мужской. - Помню, в моём детстве мы в это время ещё купались!

- Ой, конечно! - смеётся женщина. - Никто в это время уже не купался! Разве что дурачки вроде тебя.

Лиана и женщина смеются. Смех лёгкий, тёплый, как будто они знакомы уже много лет. Женщина пододвигается чуть ближе к Лиане.

- Ну-ка, наклонись! - Лиана слушается, женщина внимательно разглядывает её лицо. Её пальцы, тёплые и сухие, касаются виска. - Твоя метка почти исчезла. - голос женщины слегка подрагивает.

- Не волнуйся, - произносит Лиана, - я чувствую себя прекрасно! Может быть, когда она исчезнет полностью, меня наконец-то отпустят на пенсию! - Лиана начинает хрипло смеяться, но внутри неё - грусть и смирение.

- Дурак! - женщина отталкивает Лиану, но не сильно, не со злостью. - Не сиди долго!

Женщина встаёт и уходит, поцеловав Лиану в макушку. Так странно: Лиана чувствует этот поцелуй словно сразу кожей, будто у неё нет волос.

Лиана смотрит в камин, постепенно её глаза смыкаются, она засыпает.

Лиана резко просыпается. Воздуха не хватает. Что происходит? Она всё ещё видит глазами того мужчины - дотлевший камин, книгу, лежащую на полу. Она хочет встать, но ноги подкашиваются, она падает на пол, и в глазах темнеет от сильного удара.

Сознание постепенно возвращается. Она пытается встать, но тело не слушается. Руки совсем слабые, дрожат. Пальцы скользят по холодной твердой поверхности. Туман в глазах рассеивается, и она понимает, что лежит на спине. Вокруг - руины. Камин не затух? Пожар? Что с семьёй?

Лиана чувствует чужие вопросы и страх. Это не её страх - он глубже, тяжелее, он давит на грудь, не даёт дышать. Она чувствует, как сильно он хочет спасти близких. Как отчаянно он пытается подняться, но тело не слушается. Она напрягается, и ей удаётся немного повернуть голову.

Теперь Лиана видит: здание разрушено, но это не пожар. Посреди комнаты в обломках лежит огромная металлическая конструкция - искореженная, покрытая пылью, с торчащими трубками и разорванными соединениями. Среди обломков - множество тел. Их больше, чем должно быть. Эти люди ей не знакомы. Мужчины, женщины, дети. Все они лежат неподвижно. Многие из них одеты в скафанры для выхода в вакуум.

Сознание вновь тускнеет. Наступает тьма. И в этой тьме она чувствует вспышку - боль, что пронзает всё тело, как будто её разрывают изнутри.

От этой боли Лиана просыпается. Она лежит в своей кровати, в общежитии Чертогов. Простыня влажная от пота, волосы прилипли ко лбу. Но стоит сну развеяться, как боль физическая становится болью душевной. Она никогда раньше не чувствовала такого - пустота от утраты и вины. Не её утраты. Не её вины. Но она чувствует их, словно собственные.

Лиана пролежала остаток ночи, уткнувшись в подушку, и не могла заставить себя закрыть глаза. Каждый раз, когда она это делала, перед ней снова возникал дотлевший камин, книга на полу и тела среди обломков.

— Та-а-ак! И чего это мы тут такие сидим просто так? Почему не красимся и не прихорашиваемся? — чуть ли не залетела в комнату Насти Вероника. Власова даже подпрыгнула на кровати от неожиданности.

В левом нижнем углу монитора ноутбука мигало время: «07:30». Она закрыла крышку и уставилась на знакомую. Та широко улыбнулась и тут же села рядом, аккуратно разглаживая складки на юбке.

Сегодня она была одета в красивое, но не помпезное платье с корсетом. Вспоминая книги и фильмы, в голове Насти тут же сформировалось сравнение с какой-нибудь работницей в гильдии авантюристов — очень похожий фасон. Но при этом на Веронике оно выглядело просто великолепно, подчёркивая волнистые рыжие волосы и довольно длинные тонкие ноги.

— Так чего не прихорашиваешься? — повторила свой вопрос она. — Я уже навела справки и прекрасно знаю, что ты у нас та ещё модница!

— А у тебя на меня какие-то планы? — с улыбкой поинтересовалась Настя. — У меня тут домашки непочатый край! Даже не знаю, смогу ли справиться с ней и за целый день…

— Заливай больше! Я видела, что ты играла в какую-то новеллу, — хмыкнула Вероника. — Но если ты, конечно, не хочешь съездить в город, выбрать платье или поесть местных вкусностей — могу, конечно же, не отвлекать!

— Нет! Я свободна! — тут же запротестовала Настя, вызвав у гостьи взрыв смеха. — И как же мне лучше одеться? На тебе просто шикарное платье, у меня подобных нет, да и не брала я много вещей с собой.

— С тебя макияж — с меня одёжка, — улыбнулась Вероника. — Даю тебе сорок минут!

— Есть! — наигранно отдала честь Настя и чуть ли не побежала к своей косметичке, но, открыв её, остановилась. — Так… А какой макияж тут в почёте? Нюд или же что-то поярче?

— То, что тебе к лицу, — пожала плечами Вероника. — У нас тут уже давно смешение культур, всё же в центре Розы Миров находимся. Так что не парься и сделай себя красивой.

— А…

— Расскажу, пока будем ехать, — мягко улыбнулась Вероника, видимо, предугадав вопрос подруги. Настя кивнула и принялась за работу.

Через тридцать минут рыжая вновь была в комнате Насти, терпеливо ожидая, пока она закончит свой макияж. Конечно, его можно было сделать гораздо быстрее, но школьнице хотелось, чтобы он был идеальным, насколько, конечно, позволяли её навыки.

— Ну что? — спросила она, поворачиваясь к знакомой. Та подняла палец вверх и протянула вперёд свёрток с одеждой.

— Размер у нас примерно одинаковый, так что мерь. Мне подождать снаружи?

— А ты парень? — хмыкнула Настя, принимаясь за переодевание. — Да и я не уверена, что справлюсь без твоей помощи.

Вскоре она уже была готова. Теперь Настя была уверена, что у Вероники просто превосходный вкус. Она предложила белую блузу с широкими рукавами, поверх которой был бордовый сарафан с широкими бретельками, юбкой-колоколом и шнуровкой по бокам и груди, позволившей подогнать его точно по фигуре. Настя несколько раз покрутилась перед зеркалом и, довольная, развернулась к подруге:

— Ну как тебе?

— Так… Чего-то не хватает… — задумчиво ответила Вероника. Она несколько секунд дотошно осматривала каждый элемент образа, а потом вытащила из кармана две манжеты. — Надень-ка их. Тогда должно быть идеально!

— Я преклоняюсь перед твоим стилем, — широко улыбнулась Настя, выполняя просьбу Вероники. — Да, согласна. Теперь это выглядит гораздо лучше.

— Ну тогда пойдём!

Они быстро покинули общежитие и направились к главному входу, где, как оказалось, их уже ждал личный дилижанс дипломатки. Как она сказала, ей требовалось ездить в город чуть ли не каждый день, поэтому руководство и выделило его в личное пользование.

Внутри карета была хоть и простой, но очень удобной. Наверное, по этому параметру она могла посоревноваться со многими современными автомобилями.

Настя села напротив Вероники и с интересом начала смотреть в окно. Мир, хоть и был довольно похож на её привычный, но отличий также было достаточно. Поголовно все строения, которые они проезжали, были со стеклянными крышами, о чём и решила спросить Настя.

— Всё дело в самом материале, — начала рассказывать она. — Это не стекло в привычном тебе понимании. Он куда более прочный, не хрупкий, может выдерживать большой вес. Наверное, ближайший по характеристикам металл — это сталь. Только, в отличие от неё, люменит, так он называется, намного легче, а также лёгок в изготовлении. Чудо, а не материал, вот правда!

— Ого… Тогда понятно, почему он так часто встречается… А оружие тоже из него делают? — с интересом начала расспрашивать Настя. — У Андрея оно металлическое, да и воины, которых мы видели, были одеты в привычный металл. Почему нельзя его использовать и в этой сфере?

— Оружие делают, — улыбнулась Вероника, доставая из потайного кармана небольшой стеклянный складной ножичек, а также приставляя палец к губам. — Вот только никому не говори о нём.

— Почему? — удивлённо заморгала Настя, тут же принимая оружие в руки и начиная рассматривать его.

— Потому что оно под запретом. Металл довольно просто проверить на магнит или же магию электричества. А вот люменит — нет. Слишком много рисков для городов и высокопоставленных чиновников. Поэтому из него изготавливают только длинные мечи и другое оружие, которое просто так не скрыть.

— Но…

— А это уже секрет, — вновь хитро улыбнулась Вероника, явно не собираясь отвечать на вопрос, откуда же у неё было запретное оружие. — А насчёт Андрея… У него есть куда более совершенное оружие. Для него люменит бесполезен.

Настя кивнула и отвернулась к окну. Ей следовало обдумать всё сказанное. Но теперь вопросов насчёт прошлого её учителя становилось всё больше. Он пользуется косой, но не для привычного убийства, а также у него оружие из совершенно другого металла, а может, вообще не из него. Но одно ей стало ясно: этот мир куда более воинственный, нежели привычный ей, раз уж Вероника, дипломат, так много знает про холодное оружие и другие военные аспекты.

— Не забивай себе голову, — мягко посоветовала Вероника минут через десять поездки. — Лучше давай поговорим о более интересной тебе теме.

— Это какой? — с любопытством повернулась к ней Настя. — Ты про Розу Миров?

— Ага. Я же обещала тебе рассказать, что это такое. — Вероника села поудобнее, закидывая ногу на ногу, и начала свой рассказ: — Думаю, что ты уже поняла, что твой мир, да и даже этот, не единственный.

Настя кивнула. В её голове тут же всплыл момент перехода между мирами, когда она видела огромное количество порталов, ведущих в совершенно разные места.

— Так вот, все они связаны одной сутью, а также единым центром. Это будто планетарная система, только вместо звезды в центре — мир, который и диктует свои правила остальным. Мы находимся как раз в такой вот середине. Сюда из совершенно разных мест могут попасть как переходцы, так и случайные существа, которые по ошибке или незнанию пересекли тонкую грань реальности.

— Ага. Допустим, — кивнула Настя, примерно представляя, как это должно выглядеть в голове. — Но почему ты называешь этот мир главным в Розе Миров, будто есть ещё другие?

— Именно, — улыбнулась Вероника. — Это как вселенная, где есть множество похожих планетарных скоплений. Откуда мы это знаем? Ну, как и в космосе, они очень редко, но пересекаются между собой, начиная влиять друг на друга или перехватывать целые миры. Если ты живёшь очень долго либо ведёшь наблюдение, то можешь зафиксировать такие события.

— И… Когда же был последний раз?

— Прямо сейчас, — хмыкнула она, а потом с небольшой досадой дополнила: — И именно по этой причине мне приходится всё чаще ездить в город, а то и в столицу…

— Не совсем улавливаю суть. А как это связано?

— Скажем так, некоторые считают, что это может негативно сказаться на нашем мире и населении… И ведь не могут эти дураки понять, что сопряжение длится уже больше, чем их жизнь! И что? Хоть как-то это повлияло на нас?

— А разве это как-то затрагивает Контерплат?

— Ещё как, — фыркнула она. — У нас довольно много переходцев, гораздо больше, чем в столице. А значит, мы и есть та самая угроза…

— Звучит как бред! — искренне заявила Настя, чуть ли не подпрыгивая на месте.

— Так и работает политика. То, что для нас бред, — для них, возможно, реальная угроза, — пожала плечами Вероника и посмотрела в окно. — А вот и город. Мы почти на месте!

На службу зовёт сам Кощей Бессмертный: нужен телохранитель для яйца!
Так вещает владыка тёмных угодий:
«Требуется воин стойкий, духом не сломленный, для охраны актива наиважнейшего. На нём будет лежать забота великая: не дать утке взмахнуть крылом и улететь за дальние моря, уберечь зайца от зуба волчьего, а яйцо — от любой напасти, будь то случайность лихая или козни ворожии. От стража жду умения ладить с защитой многоступенчатой: знать, как замки заговоренные ставить, как по трясине ступать, не проваливаясь, и как в сундуке зачарованном порядок блюсти. Условия строги: ни полслова о службе посторонним — молчание дороже золота. А в знак благодарности — вечная жизнь, если душа к тому лежит, да только знай: вечная служба — она и вечным бременем стать может».

Глава 1 | Глава 2 | Глава 3 | Глава 4 | Глава 5

Дорогу до земель Избавления двое путников провели практически в полном, подавленном молчании. Вопрос, кого и от кого там избавляли, в свете последних событий встал для Рыцаря новой, доселе неизученной стороной. Но это потом, время ещё будет, а пока в голове роились и сталкивались, пытаясь сложиться в новую картину мира, самые мрачные мысли.

Предательство людского короля и рыцарей Ордена легло на Кельма тяжким бременем обретённого одиночества. И если от короля, с самого рождения отравленного властью, такой поступок был ещё ожидаем, то мотивы, которые двигали теми, кто некогда поклялся положить свою жизнь на благо рода людского, были определённо не ясны. Как они могли?!

Наверное, не все из них подчинились тёмным силам – ведьма, говорила, что многие мертвы, вероятно, их погубила верность своей клятве. Опять же, если верить ведьме, Кельм – последний из таких, и это вполне походило на правду.

Как же слаб человек! Видимо, лишь единицам под силу выдержать испытание властью. И к сожалению, какие бы благие намерения не двигали человеком изначально, стоит ему только вкусить малую толику этого яда, и он наверняка уже не будет прежним. Зачем служить многим, если можно служить одному, но повелевать многими? Ужасная, исковерканная мораль…

Даже Ибри в этот раз был не просто молчаливым, а непривычно задумчивым. Он трясся за спиной Рыцаря, погружённый в какие-то свои, глубоко личные переживания, и с трудом реагировал даже на редкие попытки Кельма завязать разговор. Вряд ли их страдания перекликались хоть на малую толику, однако же Рыцарь вскоре бросил всякие попытки достучаться до спутника.

Ведьма же снова ушла своими магическими тропами, пообещав перехватить их где-то на землях Избавления. Сказала, что постарается воссоединиться с отрядом в самом начале, недалеко от границы, ибо земли эти слишком коварны. И была такова.

Кельм не спорил, он давно смирился с её причудами и заморочками, и мирился ровно до тех пор, пока не узнал, что её уже давно исключили из ордена Магов, и теперь она фактически стала ведьмой – той, с кем его орден Рыцарей Света был призван бороться.

Почему она молчала? Наверное, боялась именно такой реакции. Кельм часто ловил себя на мысли, что его реакция действительно была слишком жёсткой. Ведь она не стала после исключения ни злее, ни хуже, осталась всё той же Ивелией. Фактически, исключение из ордена просто автоматически включало запрет на пользование магией, но она продолжала пользоваться. И послала его на хрен вместе со всем Советом Магов.

Так и кончилась их история, ибо взаимная обида гложила обоих, со временем превратившись в дурость, которая не позволяла ни одному из них первому сказать правильные слова.

Как же это было давно…

Кельм остановил коня на границе земель Избавления, его спутник даже не шелохнулся. Впереди начиналась мёртвая земля. По-настоящему мёртвая. Если в Выжженных землях драконьим огнём и магией объединённого воинства людей и эльфов просто выжгли на века всё живое, сохранив жизнь в самой земле, то здесь было мёртво всё.

Рыцарь тронул поводья, и Бартай ступил на сухую твёрдую поверхность, выбив облачко пыли, тут же осевшее обратно. Конь нервно прянул ушами, но, доверившись своему хозяину, пошёл вперёд. Навстречу потянулись однообразные унылые пейзажи, представляющие собой ничто, подёрнутое красноватой дымкой. Какая-то вселенская тоска сжала сердце Рыцаря, погрузив его в состояние глубокой меланхолии. В какой-то момент он выронил поводья, и конь, почуяв состояние хозяина, сделал ещё пару шагов и встал.

– Какого чёрта вы тут застыли?! – раздался разъярённый возглас. – Вы что же, уже никуда не торопитесь?!

– А?.. – вскинул голову Рыцарь, очумело хлопая глазами. – Иви?..

– Нет, блин! Чучело лесное! Что вылупился?!

– Да не ори ты, – попытался он зацепиться за реальность. – Чёрт его знает, что такое. Как в земли эти зашли, так словно в сон какой-то провалился…

Женщина, готовая было накинуться на него с кулаками, вдруг успокоилась, глаза её прояснились, голос зазвучал тише, с лёгкой виноватой ноткой:

– Да, это чёртова земля так действует. Здесь всё не так. Видишь этот туман? Здесь правит изначальная магия, неподвластная никому из ныне живущих. В этих проклятых землях не стоит безоговорочно верить даже своим чувствам и мыслям. И всё время нужно быть начеку. Пойдём.

Она взяла Бартая под уздцы.

– Погоди!

Кельм пихнул Ибри, выводя того из ступора, и они оба спрыгнули с коня, а на их место была водружена новая спутница. Худощавый тип тут же вновь погрузился в себя, отстав от крупа животного на несколько шагов.

– Я вот как раз насчёт всего этого и хотел с тобой поговорить, – завёл Кельм негромко. – От кого всё же защищает нас Печать?

– От зла, – словно бы не понимая, о чём он, ответила ведьма.

– Это я понимаю. Но кое-что из сказанного королём меня очень насторожило, да и слова Ассы о том, что я ничего не знаю, не дают покоя. Ивелия, – он сделал паузу, заглянув в её красивые тёмно-алые глаза. – Расскажи мне. Пожалуйста. Хватит мне играть вслепую.

Женщина отвела взгляд, потупилась. Щёки её налились румянцем, пальцы же рук, сжимающих поводья, наоборот побелели от напряжения. Похоже, ей было стыдно, но за что?..

– Драконы, – тихо вымолвила Иви. – Печать сдерживает Драконов.

– Драконов?.. – Догадка, которую Кельм всеми силами гнал от себя прочь, ворвалась в его вселенную и засияла, ослепив и оглушив. Картина мира в его голове наконец была полностью закончена.

– Да. Много тысячелетий назад расы этого мира объединились против тирании Изначальных и замуровали их в тёмной изнанке. Боюсь даже представить, во что они там превратились за столько времени. И раньше были не подарок, а если вырвутся сейчас… Боюсь, этому миру… всем, кто его населяет, придёт конец.

– Но… Но с кем же мы тогда воевали в Великой битве?

– С Драконами, конечно! – раздражённо ответила ведьма, но тут же глубоко вздохнула, успокоилась. – Не обращай внимания, пожалуйста, это всё магия этой земли. – Она помолчала минуту и продолжила: – Не всех драконов упекли в изнанку. Некоторые из них согласились признать своё поражение и пообещали мирно сосуществовать с остальными расами в обмен на возможность остаться здесь. Но шли века и Изначальные всё сильнее проявляли свою тёмную, жестокую сущность, что в итоге и вылилось в последнюю битву.

– И теперь они могут вернуться, – пробормотал Рыцарь, потрясённо разглядывая свои сапоги. Абстрактное зло, которое стремилось вырваться в этот мир и которое он стремился в этот мир не допустить, обрело вполне отчётливые очертания. Очертания существ, которых он даже не видел, но с которыми сражались его предки за право жить здесь. Существ, которым давали шанс, но они им не воспользовались, доказав свою недоговороспособность. Показав свою истинную натуру. Видимо, в памяти некоторых определённые факты сгладились, раз они желают возвращения этих тварей и думают, что Драконы простят им их предательство. – Отчего же Печать не выдерживает? Почему рушится именно сейчас?

– Не знаю, милый. Возможно, у неё был свой срок, а может, кто-то или что-то её подтач…

Резкий свист на грани слышимости, взмах ведьминой руки – и длинная стрела с чёрным оперением тюкает острым жалом в землю и отлетает от неё, оставив лишь облачко быстро оседающей пыли.

– Тёмные, – выдохнула Ивелия. – Совсем что ли Асса мозги пропил?!

А стрелы летели, свист превратился в непрерывный вой, и в отдалении уже были видны высокие стройные фигуры, натягивающие свои луки. А прямо по центу тёмным золотом блестел предводитель.

Ведьма возвела над ними невидимый щит и руками смахивала целые роя стрел. А Кельм не ждал, он аккуратным рывком ссадил напряжённую Ивелию, вскочил на коня. Сзади тут же пристроился Ибри, и вот они уже неслись прямо на выстроившееся войско. Рыцарь выхватил меч, ярко пылающий огненно-алым, занёс его для удара. Сейчас его не волновала сильно превосходящая численность противника, между ним и Печатью была помеха, и он эту помеху устранит. Чего бы ему это ни стоило.

Иви поднялась в воздух и плыла на ровне с несущимся конём. Глаза её нестерпимо горели, волосы развивались, а лицо сияло Силой. Да, она определённо была великой Волшебницей, по какой-то нелепой случайности лишённая права так называться.

Конь врезался в эльфийский строй, расшвыряв воинов в первых трёх рядах, и завяз. Ибри, в какой-то момент успевший соскочить, уже крутил свою смертельную белую карусель; Кельм с яростью махал мечом, выкашивая наседающих то с одной стороны, то с другой; Бартай крутился, бил копытами, а Ивелия неожиданно получила отпор от Ассы, завязался магический поединок.

Магия рикошетами била по обычным воинам, сбивая их с ног, подкидывая, а то и разрывая в клочья. Щит над Кельмом и Ибри перестал защищать от стрел, но сохранял их от магии. Каких сил это требовало от Иви, приходилось только догадываться, в то время, как Асса абсолютно не беспокоился судьбой своих солдат.

Только начавшаяся схватка грозила очень скоро закончиться и не в пользу меньшинства. Эльфы наседали, гибли, но не сдавались. Они были хорошими воинами и если бы не удары магии, уже бы подавили сопротивление двоих мужчин. Впрочем, это был вопрос лишь нескольких минут.

Вспышка света на миг ослепила всех сражающихся, дав короткую передышку. Когда же глаза Кельма снова смогли различать объекты, он увидел сияющее ярко-белое воинство, окружившее сражающихся и готовое к бою, а над ним парила красивая эльфийка в светло-золотой тунике и с такого же цвета волосами.

– Ты что устроил, Ассаулиассон?! Как ты посмел напасть на них здесь?!

Её голос звенел, пробирал до самых костей, но как же прекрасен он был.

– Я не позволю им остановить Драконов, Криосильвайа! – с безумной гримасой на лице выкрикнул Асса. – Они должны вернуться! Мы совершили ошибку, когда изгнали Изначальных!

– Нет! Ошибку совершаешь ты прямо сейчас! Неужели ты думаешь, что Драконы пощадят тебя? Пощадят хоть кого-то?

– О! Я-то искуплю свою вину перед ними! А вот ты со своим слабым никчёмным родом познаешь их гнев сполна!

И он зашёлся злобным безумным смехом.

– Остановись, Ассаулиассон! Последний раз тебе го…

– Убить! – заорал тёмный эльф. – Убить всех!

Две братских армии сошлись. Звенел металл, стонали раненые, кричали умирающие. Тысячелетние эльфы лишали друг друга жизней, решая, вернуться ли в этот мир вечным Драконам. Оттеснённый от основной схватки Кельм вдруг остановился и с непередаваемой скорбью посмотрел на творящееся здесь братоубийство. Расклад сил был не в пользу тёмных, но скольких ещё не станет, пока этот расклад сыграет?

– Ибри?! – услышал он выкрик давно любимого голоса и заозирался, выискивая надменного типа. Неужели, убит?!

Но нет, Ибри стоял за краем сражения, обернувшись на окрик. Поймав взгляд ведьмы, он улыбнулся, пожал плечами и, отвернувшись, пошёл прочь. Кельм рванулся за ним, Иви по воздуху туда же. На пути перед Рыцарем дважды выныривали тёмные эльфы – злые, с печатью безысходности в глазах – и дважды он бежал дальше, оставив их пялиться в низкое хмурое небо навсегда застывшими глазами.

– Ибри, ты обещал! – взывала ведьма, стоя перед тощим типом, когда их догнал Кельм.

– Я передумал, – спокойно пожал тот плечами.

– Но почему? Ты дал свою кровь, чтобы мы могли изгнать их, ты помог нам победить в Великой битве. Почему ты вдруг передумал? Нам без тебя не справиться!

– Без меня? – Ибри зло усмехнулся. – Без моей крови. Да, я помог заточить своих братьев и сестёр, потому что мне не нравилось, что они творят. Я надеялся, что станет лучше. Но я не хотел их уничтожения, а в битве помог, только чтобы мне сохранили жизнь. Может, – задумчиво улыбнулся последний Дракон, – ради вот этого. Ведь если бы не я, эльфы бы с нашей силой приструнили людей и ни за что не решили бы вернуть Драконов. А так… Мне скучно одному, Иви, я осознал, что сделал тогда ошибку, был не вправе решать за весь мой род.

Кельм слушал и чувствовал себя дураком. Его вроде и не обманывали, всего лишь недоговаривали, но неприятный осадок осыпался на дно души, зачерствел там серой накипью.

– Бегите к Печати! – прозвенел яростный голос Криосы. – Мы их задержим!

– Слышали, – вновь улыбнулся Дракон. – Бегите.

– Ты бежишь с нами, – сурово сказал Рыцарь, беря наизготовку свой огненно-алый меч.

– Не думаю, – с опаской глядя на оружие, процедил Ибрассил. – Тебе не одолеть меня, человек.

– И всё же я попробую.

Застонал воздух, рассекаемый Драконоборцем, и сталь встретила сталь. Ибри был очень хорош, он без труда отбивал все атаки Кельма, но и взять верх в этой схватке не мог. Рыцарю оставалось надеяться, что выносливости у Дракона, пребывающего в обличии человека, столько, сколько должно быть именно у человека, а не…

Впрочем, узнать это ему не посчастливилось. Ивелия вступила в схватку, обрушив на недавнего союзника свою силу. Ибрассил выгнулся, отпрянул, чуть пошатнулся, сдерживая магический удар, и этого мгновения Рыцарю хватило, чтобы выполнить обманный выпад и, подобравшись на расстояние вытянутой руки, ударить Дракона в висок.

Всё-таки с человеческим обликом приходят и человеческие слабости. А может, удар в висок одинаково опасен для любой расы. Кельм не знал этого и не собирался разбираться. Свистнув Бартая, он закинул на него бесчувственное тело со стянутыми ремнём за спиной руками, запрыгнул сам и, в последний раз взглянув на кипящую битву, послал верного коня в галоп.

Коханов Дмитрий, сентябрь 2026 г.

Мои рассказы | Серия Монстрячьи хроники | Серия Исход | Серия Рассказы из фразы | Серия Лешачьи сказки | Серия Ванька - Деревенские байки

Мой роман "Настоящий джентльмен"