Рассказы
24 поста
Настоящий джентльмен. Глава 9
Художник Ольга Хомутинникова (VK - Olga HN) специально для книги.
Темнота была непроглядной. Хотя, нет, вон же звёзды на небе. Сплошной сверкающий ковёр, простирающийся от горизонта и до горизонта. Да и горизонта-то нет, если получше присмотреться. Будто висишь в космосе, окружённый мириадами… чего? Миров? Мыслей? Жизней?
Но ведь в космосе не должно быть видно света звёзд. Так, по крайней мере, он думал. Или ему говорили… Кому – ему? Кто он и что, вообще, тут делает? И где, блин, это «тут»?!
«Не всё ли равно?»
Откуда этот голос? Или он в моей голове? Но почему тогда он женский? Что такое «женский»? А-а-а! Знаю – потому что он принадлежит женщине! А я мужчина! Почему? Не знаю…
«А ты не совсем дурак».
Кто ты?!
Какое-то знакомое лицо, симпатичное. Даже красивое. А это ещё кто? Мужик какой-то, смутно знакомый, будто в кривое зеркало смотришься. И ещё один, с сосредоточенным и каким-то злым лицом, хотя оно и выглядит абсолютно бесстрастно. А вот ещё двое, и снова женщина, и ещё… Да что же это такое! Откуда вы все попёрли? И… где звёзды?!
«А звёзды – это не твоё. Это наш мир, не твой».
Этот смутно знакомый такой наглый. Ишь ты – мир не мой! А чей?
«Наш, тебе же сказали, – это уже бесстрастный злодей. – А ты возвращайся в свой, маленький и убогий, ограниченный твоими страхами и условностями, правилами и рамками разумности».
Нет! Мой мир – он не такой! Он не граничит с безумием, но включает его. Мой мир безграничен! Вселенная моего разума каждый миг рождает мириады новых звёзд – нейронов. Вы все просто пыль. А Я. ЕСТЬ. ВСЁ.
Захотелось засмеяться, громогласно и победоносно, но этот мужик заржал первым. Нагло и обидно. А за ним подключились и остальные, оскорбительно хохоча на все голоса. Зачем они так с ним? Почему прогоняют отсюда, говорят, что ему тут не место? Ричарду стало до боли обидно.
Ричарду? Это я что ли – Ричард? Но почему я подумал о себе в третьем лице? Куда всё...
В нос ударил запах свежести, травы и влажной земли. Точнее, не так. Сначала был просто запах, и только спустя несколько мгновений мозг, разрывающийся от нескончаемого потока сообщений о том, что и где болит, смог обработать его и разбить на составляющие.
Но откуда этот запах и что он означает – Ричард не понимал. По-прежнему было темно. И больно. Боль расходилась какими-то толчками, болело всё, но, будто сговорившись, то в одном месте, то в другом боль вдруг становилась сильнее и затухающими волнами растекалась вокруг. Мыслей больше не было. Никаких. Да и те, что были, Ричард не помнил. Все силы сейчас уходили на сосредоточение вокруг гуляющих по телу волн боли.
Через какое-то время Ричард заметил, что их интенсивность начинает спадать. Почти везде, кроме двух точек, в которых боль наоборот стала ярче, более выраженной. Но это всё равно легче, чем ощущать себя одним цельным сгустком бьющейся агонии.
Ричард попытался сосредоточиться на других своих ощущениях. Он, видимо, живой, и это хорошо. Прохладный воздух был приятным, он дарил лёгкое облегчение раскалывающейся голове и вносил немного ясности в мысли. И, похоже, он движется. Хотя при этом не похоже, чтобы он шёл.
Ричард скривился от резкого толчка боли в левом боку и тут же чуть снова не потерял сознание от гораздо более сильного выстрела в затылке, сдавившего череп мощными тисками. Даже успел пожалеть, что так и не потерял. Отпускало голову неохотно, но когда отпустило, Ричард протяжно, со свистом выдохнул сквозь стиснутые зубы.
– О, Рич, уф-ф… вы… очух… ались… – донёсся запыхавшийся хриплый голос.
Отвечать не было сил, поэтому Ричард предпочёл проигнорировать вопрос, но последующие крайне невежливые действия с его телом выдавили из него болезненный стон. Притупившаяся было боль снова скрутила тело, хотя и не так сильно. Зато два основных очага – на боку и затылке – с лихвой возместили недополученное от остальных областей тела.
– Твою ма-ать… – выдавил он из себя. Точнее, оно само выдавилось, а Ричард был бы рад просто отключиться нафиг.
– Знаю-знаю, Рич, – тяжело дыша, ответил голос и немного помолчал, восстанавливая дыхание. – Но так надо. Ничего, скоро станет легче. Просто нам обоим надо немного отдохнуть.
Отдых действительно принёс некоторое облегчение. Твёрдая, но прохладная поверхность, на которой Ричард себя ощущал, словно высасывала из тела болезненные ощущения, позволяя мышцам расслабиться и отдохнуть. Хотелось лечь на спину, но что-то мешало, подпоркой удерживая боковое положение и не давая перекатиться. Сил на хоть сколько-нибудь активные действия у Ричарда сейчас не было, потому ему пришлось смириться с таким положением дел. И тела.
Полежав ещё немного под какое-то лёгкое шуршание и прислушавшись в очередной раз к своим ощущениям, наш герой решил рискнуть и приподнял веки. И ничего не понял.
Напротив лица что-то покачивалось. Точнее, много чего-то покачивалось. Чего-то тонкого и длинного. Света с открытием глаз стало больше, но всё равно не хватало – различать что-либо в таких глубоких сумерках было непросто. Отовсюду, и особенно сверху, продолжал доноситься шорох.
«Да что за хрень не даёт мне откинуться на спину?!»
Ричард поворочал глазами и, не почувствовав резких всплесков боли, аккуратно подвинул голову, лежащую на чём-то мягком, назад, чтобы увидеть хозяина шумного дыхания. С трудом, но у него получилось. Мышцы слушались очень неохотно, действуя медленно, словно замороженные. Но было радостно уже оттого, что они слушаются его.
Алекс, а это был он к огромной радости Ричарда, отреагировал на движение спутника и, поймав его взгляд, осведомился:
– Ну как вы? Получше?
Ричард попытался понять, может ли он говорить, пошевелил языком, губами, помычал и неуверенно кашлянул. Вроде бы всё работает, можно попробовать ответить. Он открыл рот, но выдавил только какой-то сип, снова откашлялся и с некоторой натугой выговорил:
– Получше. Боль почти ушла, – с каждым словом выходило всё лучше. – Только затылок раскалывается и бок продолжает ныть. И мышцы как-то плохо пока слушаются.
– Понятно. Скоро уже мышцы придут в норму, сможете встать. А в бок вам из станнера заряд всадили, он теперь долго ныть будет.
– А голова? – ужаснулся Ричард. – Тоже… из станнера?
– Не, это вы об дорожку так неудачно приложились. Когда падали. До крови разбили. – Алекс сделал паузу, делая глоток воды из бутылки. – Не тошнит, кстати?
– Нет, – подумав, решил Ричард. – И вроде даже голова не кружится.
– Это хорошо, голова у вас, значит, крепкая, – улыбнулся ему попутчик. – Если и есть сотрясение, то лёгкое. Пить хотите?
– Ещё как!
– Тогда надо сесть. Вы готовы? – Алекс привстал и придвинулся, готовый помогать.
– Давайте попробуем.
С активной помощью спутника, практически поднявшего верхнюю половину туловища, Ричарду удалось сесть. В первый же миг он чуть снова не бухнулся на другой бок, но Алекс его удержал и продолжил слегка подпирать, пока тот не уравновесился и не обрёл какую-то стабильность. Тогда он протянул ему открытую бутылку с водой, на что Ричард смог только с мольбой взглянуть в его глаза.
– Нет, Рич. Давайте сами, напрягитесь. Надо разрабатывать мышцы, чтобы они быстрее обрели тонус. Нам некогда здесь рассиживаться, чем быстрее уйдём, тем лучше.
Обречённо вздохнув, Ричард напрягся. Рука поднялась и даже смогла сжать бутылку, правда, недостаточно крепко, и та выскользнула. Алекс её поймал и снова вложил в ладонь спутника, слегка придерживая, пока он не сжал ладонь достаточно для того, чтобы бутылка не выпала. Ричард радостно поднёс её ко рту, но слишком быстро, сильно ударив горлышком по зубам, на что ему было глубоко наплевать. Он жадно начал пить плескающуюся в ходящей ходуном бутылке воду, чуть не подавился, но не перестал пить, пока она не кончилась. После чего в полном бессилии уронил трясущуюся руку и с облегчением выдохнул.
– Вот это молодец! – подбодрил его Алекс. – А теперь вставайте.
– Чего-о?! – вытаращился на него Ричард. – Я еле воды выпил, а вы уже просите меня встать.
– Не переживайте, я помогу. Буду вас придерживать, это всё же легче, чем тащить на себе. А ждать, когда вы полностью придёте в норму, мы не можем. Давайте-давайте, – не терпящим возражения тоном велел Алекс, закидывая руку товарища себе на плечо.
Вдвоём они как-то поднялись, хотя «вдвоём» – это достаточно громко сказано: Ричард честно пытался напрягать ноги, но вряд ли Алекс это заметил. «Уф-ф! Ну вы и кабанчик!» – с натужной улыбкой выдохнул он и сделал первый шаг, заставляя Ричарда повторить за ним.
Сначала ноги слушались совсем плохо, казалось, он пытается передвигать бетонные блоки, а потому всё внимание сосредоточил на этом процессе. Но уже через десяток с большим трудом преодолённых метров Ричард почувствовал, что стало заметно легче и на самом деле сильного сосредоточения ходьба уже не требует. Да, всё ещё медленно, но уже практически сам.
Обрадовавшись этому открытию, наш герой поднял голову и наконец-то смог осмотреться. Вокруг было поле, насколько можно было рассмотреть в тусклом и очень скудном освещении от затянутого тёмными стремительными облаками неба. Сзади в отдалении огромным прожектором подсвечивал их снизу город, в котором нашим путникам так толком и не удалось побывать. Ветер, слабый по большей части, временами налетал стремительными промозглыми порывами, что-то нашёптывая травой, сквозь которую они пробирались. Трава была им по колено, но не мешала, охотно расступаясь под натиском бредущих куда-то тел.
– А куда мы идём? – решил ввестись в курс дела Ричард.
– В аэропорт.
– Пешком?!
– Да тут недалеко, – успокоил его Алекс. – Плюс-минус час бодрым шагом.
– Ну, шаг у нас и близко не бодрый, – буркнул Ричард и вдруг до него дошло. – А сколько мы уже прошли?
– Не знаю, где-то в районе полукилометра.
– То есть вы меня полкилометра на себе тащили?! – ужаснулся и одновременно восхитился Ричард, попытавшись слезть с плеча спутника.
– Пришлось, – пожал плечами Алекс. – Не на месте же сидеть было, дожидаясь невесть кого или чего.
– Так! Рассказывайте, – велел Ричард. – А мне уже гораздо лучше, дальше и сам могу идти.
– Ну ладно, – вздохнул в ответ спутник, с облегчением избавляясь от его руки. – Э-э-э… Ну, в общем, когда вас вырубили, я… по-моему, вы даже упасть ещё не успели, а я ту заразу из револьвера снял. Громко, конечно, было, но что поделать, – другого оружия у меня всё равно не было. А эта сволочь в вас на высокой мощности пальнула, хорошо, что вы боком повернулись, уменьшили площадь и силу воздействия.
– Вы его убили? – как-то спокойно уточнил Ричард, будто просто интересовался, что у них сегодня на ужин.
– Вряд ли, я ему вроде куда-то в район правого плеча попал, но проверять не стал. – Алекс помолчал, отлавливая упущенную было нить повествования. – Второй, в которого вы стреляли, даже сознания не потерял – далековато для станнера, да и мощность у вас была выставлена низковато для такого расстояния. Я его станнер подобрал и утихомирил мерзавца. Так что у нас теперь этих игрушек две. Толку, правда…
Алекс замолчал. Ричард, которому идти становилось всё легче, понемногу увеличивал скорость. По-прежнему сильно отвлекал пульсирующий болью затылок, перебивающий даже непрерывно, но однообразно ноющий бок. Оставалось надеяться, что внутренние органы целы. По ноге тихонько и ненавязчиво шлёпал станнер, наверное, Алекс его туда убрал прежде, чем взвалить на себя тело.
– А что с третьим? – не дождавшись продолжения, подбодрил рассказчика Ричард.
– Не знаю. Я когда вас уносил, его не видел. Думаю, он позже вернулся, забрал этих двоих и свалил, пока копы не приехали.
– Думаете, копы приедут?
– Конечно, там в этой тишине грохот выстрела мёртвых поднял, наверное. Кто-нибудь точно вызвал.
– Кто-нибудь из мёртвых?
– Ага, – хмыкнул Алекс. – Они, конечно, ничего не найдут, камеры, думаю, чудесным образом все отключились. Останутся только невнятные свидетельские показания.
– А кровь?
– Ну да, и кровь. Хотя, этот третий мог её растворителем залить, чтобы ничего из неё уже не взять было. Да, уверен, он так и сделал.
Ричард запнулся о какую-то ямку, чуть не упал и зашипел от мгновенно прострелившей через всё тело боли. «Чтоб тебя! Обрадовался, блин, что идётся легко, расслабился!» Он поднял руку и аккуратно пощупал место на затылке, откуда исходили пульсирующие волны. Шишак был знатный! А защищала его корка из слипшихся волос. Эк его развернуло в падении, что он в итоге на спину упал.
– Надо бы волосы отмыть, прежде чем в аэропорт соваться.
– Да, правильно, – согласился Алекс, останавливаясь. – У вас вода в рюкзаке ещё осталась?
– Должна быть. – Ричард скинул свой рюкзак, расстегнул молнию и пошарил в нём рукой. Бутылка нырнула в ладонь почти сразу. – Вот, ещё больше половины.
Пока Алекс поливал тонкой струйкой ему на голову, наш герой очень осторожно промыл и разлепил волосы, слегка протёр кровяную корку на месте удара, но никаких активных действий с ней делать благоразумно не стал. В отсутствие аптечки эта корка – самая надёжная и единственная защита от всякой заразы. Закончив, они сделали по глотку воды и продолжили свой путь. Недалеко впереди подмигивал им заходящий на посадку самолёт.
Где-то через полчаса Алекс свернул к чёрным силуэтам деревьев, колышущимся на фоне немногим более светлого неба. Осторожно пробравшись вглубь узкой полосы разделяющей поля рощи, он пояснил молча непонимающему Ричарду:
– Надо закопать всё оружие, с ним мы, к сожалению, никуда не улетим.
– Даже станнеры? Это же типа средство самообороны.
– Они у нас боевые, за самооборону не прокатят.
– Да, забыл совсем. А, кстати, – вдруг встрепенулся Ричард, – а как тогда мы со станнером в торговый центр ходили? Вы же только револьвер закопали. И на пароме!.. Мы же без проблем на паром проехали со станнером в машине!
– Идентификация станнеров, как и любых других средств самообороны, – начал Алекс лекторским тоном, – энергомембраной происходит по встроенному на производстве чипу. К чипу этому нет доступа и перепрограммированию он не подлежит, соответственно, на боевой станнер мембрана должна и будет реагировать. Но! – последовала эффектная пауза, призванная дать слушателю время, чтобы полностью подготовиться и настроиться на описываемую далее проблему. – Секретные службы на то и секретные, чтобы плевать на законы, они заказывают себе боевые станнеры со встроенными в них чипами от гражданских моделей, давая таким образом своим агентам возможность спокойно носить везде с собой эти смертельно опасные игрушки.
– А-га, – задумчиво протянул Ричард, обдумывая поступившую информацию. – Это понятно теперь. Но тогда я вновь возвращаюсь к предыдущему вопросу: зачем тогда мы закапываем их сейчас.
– Затем, Рич, что в аэропорту другие правила безопасности и в ручной клади там нельзя проносить никакое оружие, даже предназначенное для самообороны. И даже если решим сдать сумку со станнерами в багаж, после рентгеноскопа – или как там называется этот сканер – служба безопасности может захотеть заглянуть в сумку и проверить всё лично, и тогда мы попали. Потому и ножик я тоже оставляю здесь.
– Ясно… – кивнул Ричард, глядя на смутную тень присевшего спутника и уже не удивляясь таким богатым и разносторонним познаниям этого человека. – И куда мы улетаем?
– Не знаю, посмотрим свободные места на ближайшие рейсы и решим.
– Ага, тогда ещё один вопрос, вернее уточнение: у меня только один паспорт – мой родной. Если я полечу по нему, разве я не спалюсь?
– Полетите по одному из моих. Хорошо, что вы вчера не побрились. А спалиться… мы и так спалимся – на камерах, надеюсь хотя бы, они потратят достаточно времени, чтобы нас вычислить.
– Хм… – Ричард вроде и обрадовался сначала, и снова помрачнел после второй части ответа. И вдруг придумал решение. – Так давайте усложним им задачу – переоденемся! Вы наденете свою куртку, я – свитер вместо плаща, всё равно станнер прятать нужды больше нет. Обувь сменим, а на головы кепки. А? Уже не так будем в глаза бросаться.
– А верно! Так и сделаем, только ближе к аэропорту, чтобы новую обувь не засрать. И будем держаться порознь, а связь держать по телефону.
– Точно, ищут же двоих мужчин! – воодушевлённо поддакнул Ричард, но тут же сник, осознав, что придётся впервые за эти несколько дней оказаться в одиночестве, хоть и номинальном.
– Ага. Значит, план такой, – азартно развивал тему Алекс, копаясь в корнях между двух деревьев на краю впадины. – Вы зайдёте в аэропорт первым, пройдёте к табло, типа посмотрите расписание, а потом уже к терминалу покупки билетов. Я же зайду через несколько минут и сразу направлюсь к терминалам. Выберем рейс и возьмём билеты с разницей в пару минут. Ок?
– Ага, а как мы их оплатим в терминале?
– Если терминалы не принимают наличные, то забронируем и оплатим на кассе. Там обычно даётся время на оплату. – Алекс сделал паузу и протянул руку, случайно ткнув спутника в ногу. – Давайте станнер.
Ричард торопливо высвободил своё оружие, уже не единожды сослужившее ему верную службу, и протянул вперёд, шаря им в поисках руки Алекса. Через несколько мгновений, когда они наконец состыковались, Алекс осторожно забрал станнер и зашуршал где-то снизу, у самой земли.
– Халаты и комбез мы тоже оставим. Вместе с сумкой. В ней же будет и всё наше оружие. Вдруг ещё повезёт всё это забрать. – И через паузу вдруг добавил доверительным тоном: – Признаться, я уже сроднился с револьвером. Хорошая штука.
– Я понимаю, – согласился Ричард, вдруг почувствовавший себя беззащитным. – Я со станнером тоже.
Покопавшись ещё некоторое время, Алекс встал и с чувством хорошо выполненной работы отряхнул руки.
– Ну всё, можно идти дальше. Постарайтесь запомнить это место.
– Как?! – изумился Ричард. – Ни черта же не видно.
– Не знаю, хоть как-нибудь. Вон, по отношению к аэропорту и городу. Или по звёздам.
– Да нафига? Посмотрите координаты и запишите или заскриньте.
– А вы голова, Рич! – Алекс достал телефон и какое-то время увлечённо тыкал в экран, подсвечивая лицо на манер фильмов ужасов.
Следующие полчаса прошли в молчаливо-сосредоточенных попытках не поломать ноги. Пробовали идти, подсвечивая себе фонариками на смартфонах, но света хватало, только чтобы освещать верхушку травяного ковра, и особо полезного эффекта это не давало. Ричард уже полностью оклемался, продолжало только ныть в боку да в затылке, но из-за сложных условий скорость передвижения оставалась низкой.
Алекс остановился в нескольких десятках шагов от забора, окружавшего аэропорт, сверился с навигатором и, скомандовав «Туда!», пошёл вдоль него влево. Ещё минут через десять, когда впереди отчётливо стали видны левитирующие на манер волн лампы дорожного освещения и долетал шум изредка проносившихся автомобилей, он снова остановился и заявил:
– Переодеваемся!
Много времени этот процесс у них не занял, и вскоре уже Ричард со смешанными чувствами и двумя паспортами проходил через энергомембрану входного сканера, буквально каждой клеточкой ощущая себя преступником и ожидая тревожного сигнала и налёта охранников. Но всё прошло гладко, на него не обратили ни малейшего внимания, что и понятно – ничего противозаконного у него с собой не было, а в полицейских базах розыска их, как и предполагал Алекс, не значилось. Тем более в международных.
Следуя плану, Ричард неспешно прогулялся до центрального электронного табло с расписанием вылетов. Можно было спокойно всё разобрать и издалека, но нужно было потянуть время, чем наш герой с успехом и занялся, внимательно изучая табло, но не вникая в то, что на нём написано. Через пару-тройку минут он также неспешно отвлёкся от созерцания меняющихся строчек и двинулся в сторону терминалов, несколькими группами расположенных в зале регистрации.
Пиликнул телефон, Ричард достал его и прочитал: «Ну что, вы где?»
«Подхожу к терминалам», – быстро набрал он ответ.
«Я уже посмотрел. Рейс на Стамбул через час сорок шесть. Ещё есть несколько мест. Берите».
Ричард отправил ответом короткое «Ок!», порадовавшись, что Алекс уже всё выбрал, и ускорился. На терминале он быстро нашёл нужный рейс, не думая, ткнул в свободное место у прохода, приложил свой новый паспорт на имя некоего Жоао Лапеги и в предложенных вариантах выбрал оплату наличными. К счастью ни в какую кассу терминал его не отправил, а с удовольствием проглотил купюры сам, предложив зачислить сдачу на единый или любой другой счёт покупателя. Предложение было безапелляционным, отказаться было нельзя, и Ричард выбрал единый счёт, поскольку не знал, какие ещё у этого Лапеги есть.
Деньги там были небольшие, и Ричард рассчитывал потратить их здесь же, в каком-нибудь кафе, всё равно ещё больше полутора часов в одиночестве куковать. Взяв выплюнутую терминалом карточку посадочного талона, он направился на прогулку по залу и подумал, что нужно бы отписаться Алексу как раз в тот момент, когда смартфон снова требовательно пиликнул: «Ну что, взяли??»
«Да, всё в порядке. Я прогуляюсь по залу».
«Хорошо. Только не задерживайтесь. Я иду на таможню, вы минут через десять тоже идите. Всё остальное можно будет сделать уже после».
Ричард не стал уточнять что «остальное» – после так после. Послонявшись бесцельно мимо магазинчиков, пекарен и забегаловок, он зацепился взглядом за сувенирный ларёк, а конкретно – за милую башенку с красивым красно-белым шпилем. Чем она так запала ему в душу, Ричард ни за что бы не сказал даже под пытками, ибо и сам не знал, но неодолимое желание купить эту вещицу потянуло его к ларьку, как мушку к гнилому яблоку.
Цена на такую безделушку оказалась, конечно, конской, но это же аэропорт, по-другому и быть не могло. Ричард скрепя сердце отсчитал нужную сумму и благоговейно сжал в руках своё приобретение. Башенка была стройной и утончённой и напоминала телевизионную, но Ричард как неплохой, в общем-то, архитектор знал, что это не так, и Дунайская башня была лишь арт-объектом со смотровой площадкой, но от этого она не становилась менее привлекательной.
Повертев сувенир в руках и вдоволь налюбовавшись, Ричард аккуратно убрал башенку в боковой карман рюкзака и достал телефон посмотреть время. Можно идти на таможню. Страшно, конечно, но вроде фото недовольного небритого мужика на карточке паспорта действительно напоминало нынешнего Ричарда, а система и вовсе не заметила подвоха в документе. Оставалось надеяться на непатологическую дотошность таможенника.
Достав из рюкзака, допив и выкинув пустую бутылку, Ричард со вздохом мужественного человека направился к рамкам автоматического досмотра. В принципе, если у таможенного ИИ не возникнет подозрений, то, скорее всего, и не придётся светить своим небритым ликом перед живым таможенником. Но именно прозорливости искусственного интеллекта, вполне способного различить реальное лицо под любым гримом, Ричард и опасался.
Кинув рюкзак на ленту, наш герой прошёл через энергомембрану антропометрического сканера, дав трём глазкам парящих перед ним камер вдоволь собой налюбоваться и с замиранием сердца ожидая решения ИИ. Несколько долгих мгновений Ричард боролся с пытающейся вырваться паникой и с облегчением выдохнул, когда, подсветившись зелёным, перед ним разъехались матовые створки, открывая путь в коридор, ведущий к залам ожидания. Быстро, но с достоинством преодолев последний сканер, Ричард подхватил ожидающий его рюкзак и, повеселев, направился к выходу из коридора.
Выйдя в зал, он первым делом настрочил Алексу «Прошёл!» и направился искать кафешку. Есть хотелось страшно – то ли время уже подошло, то ли от стресса, а, скорее всего, и то и другое. Цель он обнаружил одновременно с приходом ответа от спутника: «Я в кафе рядом с duty free. Подходите, только рядом не садитесь». Ну что ж, говорят, у дураков мысли сходятся, возможно, у беглецов тоже.
Алекса Ричард заметил сразу, за одним из столиков поближе к остальным посетителям. Кепку тот надвинул практически на нос и сейчас жевал какой-то большой бутерброд, запивая бог знает чем. На появление спутника он никак не отреагировал, но наш герой чувствовал, что тот его заметил.
Вальяжно продефилировав между столиков к прилавку, Ричард какое-то время изучал предложение, остановившись в итоге на куске пирога с мясом, брускетте с копчёной колбасой и порции малинового чизкейка, а запить всё это решил травяным чаем. Расплатившись с единого счёта сеньора Лапеги, он забрал поднос с заказом и прошёл к столику с противоположной от Алекса стороны зала, сев к нему спиной. И сразу набросился на брускетту.
С голодухи чуть не подавился слюнями, поперхнувшись в итоге крошкой и надсадно закашлявшись. Хорошо ещё, сумел удержать недожёванную булку и не заплевать ею стол, что было бы полнейшим фиаско для его джентльменского Я. Пиликнул телефон, и Ричард, наконец прокашлявшись и запив злосчастную брускетту чаем, вытер выступившие слёзы и прочёл:
«Вы чего там посетителей пугаете?»
«Да это я от голода, – быстро отписался он. – Когда посадка?»
«Где-то через полчаса. Вы там аккуратней, старайтесь не привлекать к себе лишнего внимания».
«Хорошо».
«На посадку идите первым, а я через несколько минут после».
«Принято!» – подтвердил Ричард и, отложив телефон, приступил к пирогу. Максимально аккуратно.
Из-за столика он поднялся, едва по громкой связи объявили о начале посадки на их рейс. Подхватив и закинув за спину рюкзак, чинно поднял со стола поднос с пустой посудой и, отнеся его на стойку, вышел из кафе. До нужного рукава идти было минуты три неспешным шагом, но когда Ричард дошёл, то с лёгким удивлением пристроился в конец уже довольно длинной очереди, навскидку человек на двадцать пять – тридцать. «Тут очередь», – отправил он сообщение своему попутчику.
Ответа не последовало, да Ричард и не ждал его. Рюкзак не оттягивал плечи, наоборот став даже немного легче после смены обуви, желудок, довольно урча, переваривал пищу, а кепка скрывала его глаза от вездесущих камер. Было спокойно. Саднила, конечно, рана на голове, но он так к ней уже привык, что практически не замечал большую часть времени. А бок так вообще напоминал о себе только при резких телодвижениях, поэтому Ричард старался двигаться плавно, словно безмятежная амёба в капле воды под микроскопом.
Очередь подошла практически незаметно, выдернув его из задумчивости вежливым приветствием и требовательно протянутой ладонью приятной девушки в аккуратной форме сотрудника авиакомпании. Проверив посадочный талон, она пожелала Ричарду приятного полёта, приглашающе показав рукой на вход в рукав. В самолёте уже стюардесса, мельком глянув в талон, указала направление, в котором находится его место, и наш герой, с благодарностью кивнув, прошёл по проходу и наконец с удовлетворением водрузил в него свою пятую точку.
Всё! Ну, практически всё… Осталось дождаться взлёта, чтобы можно было с уверенностью облегчённо выдохнуть. Но, в любом случае, уже вряд ли что-то случится – в самолёте много свидетелей, а привлекать правоохранительные органы, чтобы задержать рейс и проверить пассажиров, их преследователи не будут. Они уже несколько раз дали отчётливо понять, что действуют вне правового поля.
Хотя-а-а… Можно вспомнить фильмы, где какой-нибудь спецагент усыплял или убивал жертву, незаметно вколов той что-то в ногу или руку. Блин, а он ещё и у прохода сидит!.. Да не! Не будут они его убивать! Обыскать при свидетелях они его всё равно не смогут. Только если устроить суматоху и под шумок… но это сильно палевно. Могут ещё подкараулить у туалета, кольнуть и запихнуть в кабинку. Тоже, конечно, легко спалиться, но лучше будет потерпеть и не ходить в туалет без крайней… ОЧЕНЬ крайней нужды. А если идти, то только когда будет очередь из свидетелей.
«Так! А ну кончай негативить! – наорал сам на себя и про себя Ричард. – Вряд ли они успели нас отследить. В худшем случае будут ждать в аэропорту Стамбула. И то вероятность небольшая – это же ещё надо догадаться, что беглецы сразу после стычки попрутся в аэропорт, а не залягут где-то в окрестностях Вены. Как я бы и сделал, если бы не Алекс… Кстати, где он?»
Ричард достал смартфон и набрал сообщение: «Вы сели?»
«Только прошёл проверку, – последовал ответ. И следующей строчкой: – Иду!»
Ну и хорошо. Ричард окончательно успокоился и расслабленно растёкся по креслу. Ещё минут двадцать и они улетят из этой страны, а через два с небольшим часа уже приземлятся в другой, где нужно будет сходу затеряться. Но это уже потом.
Из неожиданно накатившей дрёмы его вырвал сигнал принятого сообщения. «Сел, вижу вас. Не оборачивайтесь!» Не больно-то и хотелось…
Самолёт быстро заполнялся пассажирами, торопящимися занять свои места. Где-то впереди раздался недовольный рёв ребёнка, но быстро стих. Ричард поморщился, очень надеясь, что этот ребёнок заснул и до прилёта больше не проснётся. Нет, наш герой ничего не имел против детей, но крайне негативно относился к родителям, которые, беря с собой в полёт настолько малое дитя, не делают абсолютно ничего, чтобы его успокоить, иногда и вовсе просто затыкая себе уши наушниками. А тем временем даже полчаса, проведённые в условиях непрерывной высокочастотной звуковой атаки, очень сильно давят на психику.
Несколько раз туда-обратно пронеслись бортпроводницы, затем двери были задраены, объявлен взлёт, ремни застёгнуты и самолёт наконец поехал на взлётную полосу. Переждав первые, самые захватывающие моменты взлёта, наполненные редкими охами-вздохами напряжённых пассажиров, Ричард удовлетворённо прикрыл глаза и почти сразу задремал.
Проснулся он где-то к середине полёта – чай настойчиво просился на выход. Глянув в сторону туалетов, Ричард, к своему сожалению, не увидел очереди, но решил рискнуть, подумав, что сразу же вернётся на место, если у дверей будет стоять какой-нибудь мужчина или кто-то за ним сейчас увяжется.
Конечно же один пассажир за ним увязался, и Ричард, призвав на помощь все свои актерские таланты, изобразил неожиданное прозрение, будто что-то вспомнил, и, вежливо пропустив мужчину, которого хотелось придушить, так как мочевой пузырь уже подпирал снизу желудок, пошёл к своему месту. Но садиться не стал, плюнув на любую опасность и странность в глазах других пассажиров, он пошёл к дальним туалетам.
...
Продолжение на сайте книги: https://truegentleman.ru/
Мои рассказы | Серия Монстрячьи хроники | Серия Исход | Серия Рассказы из фразы | Серия Лешачьи сказки | Серия Ванька - Деревенские байки
Показать полностью
1
