Лига экономистов

Позже, когда мне было 19, я уже вел свои бизнесы многое делал на кредитные деньги, практически не вкладывая своих. Пошёл в салон Киа, получил предложение на покупку Киа Рио, она тогда стоила около 700к, рассчитал в кредитном отделе автокредит со первоначальным взносом 20%, бонусом было, что он шёл по госпрограмме "первый автомобиль" государство субсидировало 2/3 процентной ставки, далее удаленно через сайт оформил потребительский кредит в банке на 200к и вернулся в салон закончить оформление автокредита. Получил машину, поставил на учёт, подключил gps, далее получил разрешение на пассажироперевозки и выставил объявление об аренде на авито. Быстро нашёл арендатора. Он мне платил 40к в месяц, 24к я платил по кредитам, а остальное копил. Вот так я купил машину ни рубля не вложив своих денег. Вторую машину купил похожим способом.

Так же неоднократно брал кредиты на другой свой бизнес - интернет магазин. Сначала вел его на свои, со временем бизнес начал расти, я вышел на маркетплейсы и он стал расти ещё быстрее, так что мне перестало хватать собственных средств на закупки. Деньги от маркетплейсов поступают с задержкой, а товары закупать на что-то надо. Подавал заявки на кредит в разные банки, но все отказывали. Тогда решил взять средства через краундлендинг (форма коллективного кредитования, когда множество частных инвесторов предоставляют займы напрямую малому и среднему бизнесу через онлайн-платформы, минуя банки). Дали там 4 млн. на 3 года под 27%, и еще платформа списала комиссию 4%. Что позволило мне увеличить годовой оборот с 20 до 65 млн.

Кредит крутой инструмент, позволяет тебе получить сегодня, то что тебе нужно, а заплатить потом.

Кто владеет информацией, владеет миром. Но сегодня это не просто данные — это ИИ, который их обрабатывает, анализирует и превращает во власть. Частные фирмы вроде OpenAI, Anthropic или xAI строят модели, которые предсказывают, создают и автоматизируют. Они владеют петабайтами данных о нас - больше, чем любые спецслужбы. Транснациональные корпорации собирают огромные объёмы информации из повседневной жизни пользователей: поисковые запросы, покупки, геолокация, социальные взаимодействия, интересы, где ты ешь, сколько ты спишь, какой у тебя пульс и тд. Эти данные обрабатываются с помощью продвинутых аналитических инструментов, таких как машинное обучение и облачные платформы, чтобы извлекать идеи, предсказывать тренды и персонализировать услуги.

Влияние ТНК и Потеря Суверенитета Государств

Транснациональные корпорации уже сегодня имеют огромное влияние и забирают функции государства, заставляя страны терять суверенитет. ТНК вроде Google, Amazon или Meta контролируют глобальные инфраструктуры от облачных сервисов, на которых работают правительственные системы, до социальных сетей, где формируется общественное мнение. Их бюджеты превосходят ВВП многих стран: в 2025 году доходы Amazon превысили 600 млрд долларов, что больше, чем ВВП Швеции, а Apple 900 млрд, сравнимо с Нидерландами. Государства зависят от них: например, Amazon Web Services хранит данные миллионов правительственных агентств по всему миру, включая оборонные. Если ТНК решит отключить доступ - хаос. Это эрозия суверенитета: государства теряют контроль над данными, коммуникациями и даже экономикой.

Данные новый "опиум" для народа.

Корпорации вроде Google и Meta осуществляют контроль над виртуальными пространствами, где миллиарды людей проводят время, они не просто предоставляют платформы: они создают замкнутые миры с собственными "законами" через алгоритмы рекомендаций и модерации, собирают биометрические данные (сердцебиение, глазные движения, голосовые паттерны) для создания профилей, которые позволяют персонализировать контент и рекламу. Это даёт им преимущество над государствами, поскольку ТНК знают о пользователях больше, чем любые спецслужбы или налоговые органы, что позволяет таргетировать контент для изменения мнений. ТНК вроде Meta и Google активно используют своё доминирование в виртуальных пространствах для прямого влияния на политику, превращая данные и алгоритмы в инструменты лоббизма и политического давления. Они не только знают предпочтения пользователей, но и применяют это знание для таргетированной рекламы, которая влияет на исходы выборов, ускоряя деградацию государств.

Сопротивление государств и их неизбежное поражение

Государства пытаются сопротивляться через антимонопольные иски в США или GDPR в ЕС, но ТНК просто меняют политики, перемещают операции в более дружелюбные юрисдикции, подрывая национальные границы. Это не фантазия: в развивающихся странах ТНК уже де-факто заменяют слабые правительства, предоставляя инфраструктуру и услуги, где государство не справляется. Страны инвестируют в локальные данные и ИИ, чтобы снизить зависимость от ТНК, но это лишь подтверждает деградацию государства вынуждены реагировать, а не лидировать. Технологические компании на длинной дистанции побеждают государства в юридических, экономических и регуляторных битвах благодаря своей гибкости, лоббистским ресурсам и способности адаптироваться к изменениям быстрее бюрократических структур.

Nestlé и Контроль над Питанием

Ещё один яркий пример компания Nestlé, которая контролирует значительную часть глобального питания. Как крупнейший в мире производитель продуктов питания, Nestlé доминирует на рынке, особенно в детском питании, где она занимает почти четверть глобального рынка стоимостью 92,2 млрд долларов. Через свои продукты от детских смесей до шоколада и воды компания влияет на стандарты питания миллиардов людей, обходя государственные регуляции и усиливая свою власть в эпоху деградации национальных систем.

SpaceX против NASA: Космос для бизнеса

Государства десятилетиями планируют миссии на Марс, но бюрократия душит инициативу. SpaceX Маска в 2025 году провела 160+ запусков Falcon 9 больше, чем весь мир вместе взятый! Они доминируют в национальной безопасности США, выиграв 5 из 7 миссий на 2026 год за 714 млн долларов. Starship уже тестирует колонизацию: добычу ресурсов на месте, среды обитания и экономику колонии. Государства отстают, потому что мотивированы престижем, а не прибылью. В итоге, флаг на Марсе скорее будет скорее корпоративным, чем национальным. Корпоративные колонии с собственной валютой и правилами, где жители - клиенты и сотрудники, а не граждане - вот он триумф капитализма.

Как в истории с Британской Ост-Индской компанией, корпорации станут "новыми государствами" - эффективными, инновационными. Эта компания в XVII–XIX веках фактически управляла Индией и частью Азии: у неё была своя армия (до 260 тысяч солдат, больше, чем у британской армии), флот, дипломатия и даже право чеканить монету. Они строили империи ради прибыли - торговля чаем, опиумом, специями приносила огромные доходы, и это работало эффективнее, чем прямое управление короной, потому что мотивировано рынком, а не политикой. Компания контролировала 50% мировой торговли на пике.

Если человечество не вымрет и продолжит развиваться, то появление новых территорий на других космических телах (например, на Марсе или Луне) приведёт к сценарию, где ни одно государство не сможет эффективно их контролировать, а корпорации возьмут верх. В эпоху космической колонизации ресурсы, расстояния и логистика сделают государственный контроль нереалистичным: ни у одной страны не хватит "рук" (бюджетов, технологий и влияния) для монополии над экстерриториальными пространствами. Вместо этого транснациональные корпорации, мотивированные прибылью и инновациями, заполнят вакуум, создавая корпоративные колонии с собственной экономикой, правилами и безопасностью.

(начало здесь - Прогноз на 2026 год... )

Что это значит с практической точки зрения — все селлеры заранее вложились своими силами, ресурсами, деньгами, трудочасами в подготовку к традиционному циклу продаж. И даже если все эти поставщики худо-бедно могли заложить в бизнес-модель ожидаемый рост себестоимости из-за инфляции, роста коммунальных платежей и даже увеличение налоговых отчислений — поверьте, двукратного повышения комиссий никто не закладывал и закладывать не мог по определению.

Более того (об этом почти никто не знает из обычных людей), поставщик уплачивает налоги (в т.ч. увеличенные по новым законам) не с суммы перечисления от маркетплейса на свой счет, а с непосредственной цены продажи покупателю. То есть маркетплейс забирает свою повышенную комиссию, а налоги предприниматель платит еще и с этой «снятой сверху» суммы. В результате с двукратного увеличения комиссии маркетплейса кратно растут и налоговые обязательства.

Если упростить мысль — на данный момент селлеров не просто прижали: все бизнесы, работавшие с маркетплейсами и закладывавшие минимальную маржу, оказались в положении заложников системы — прибыль, а во многих случаях и больше, де-факто изъята маркетплейсами. В лучшем случае кому-то удалось выйти в ноль, но большинство уже зафиксировало убытки по годовому циклу производства и продаж.

По сути, примерно треть компаний за этот период ушла в ноль, треть получила убытки, которые хоть и болезненны, но не критичны — они лишают компанию средств для следующего цикла «закупка/производство → продажа», но позволяют выжить за счет сокращения персонала и ассортимента. А треть просто не доживет до конца первого квартала 2026 года, когда будут исчислены налоговые обязательства по итогам 2025 года. Причем это самая оптимистичная оценка (все чаще звучит пропорция 10/20/70%).

По разным оценкам, на период 2024–2025 годов около 20% всех бизнесов торгуют на маркетплейсах. Даже не зная про остальные 80%, из этих 20% две трети будут либо резко сокращаться, либо банкротиться. Это около 14% всех компаний в России. Вроде бы не так уж много, но…

В любых сферах работает мультипликативный эффект: шок в одной компании или отрасли передается другим и усиливается по цепочке. Каждый селлер на маркетплейсах, который закрылся или резко сократил обороты, затрагивает большое количество других бизнесов — арендодателей складских и производственных помещений, поставщиков материалов, импортеров, логистов, типографии, производителей коробок и упаковки, этикеток, офисных сервисов и т.д. Уход с рынка около 14% компаний в первом квартале 2026 года приведет к заметному сокращению оборота (и персонала) в других отраслях, которые напрямую не связаны с маркетплейсами. Посчитать точное количество связанных организаций сложно, но это тот самый принцип домино: первые 10–15% компаний, закрывшихся в первом квартале 2026 года, повлияют на ощутимое количество других, а те, в свою очередь, — на третий эшелон и так далее.

Да, но есть и некоторые «плюсы» для рядовых покупателей. В ближайшее время нас ждут настоящие тотальные распродажи на Ozon и WB. Для поставщиков, которые приняли решение уходить, сейчас стоит одна задача — минимизировать потери и вернуть хотя бы часть денег. Учитывая, что вывезти товар с маркетплейса дорого за каждую единицу и требует непропорционально больших усилий, почти каждый поставщик готов распродать запасы в убыток, лишь бы не доводить до вывоза и не платить за хранение на складах маркетплейсов. Технически этот механизм сейчас остановил инфляцию в non-food сегменте, но это лишь сжимает пружину последующего инфляционного ралли.

Но, как и обещал, — в конце немного позитива: при всём при этом мы живём в самое лучшее время всей человеческой цивилизации. Технологий, возможностей и инструментов для личного роста ещё никогда не было так много. Если сомневаетесь — посмотрите стендап Оскара Хартмана «Это плохо кончится», и если вы не зарядитесь после этого позитивом, просто пересмотрите его ещё раз.

(Взято с моего канала Granatkin - добро пожаловать, у нас обычно интересно)

Пример 2: Случайная прогулка по ТЦ в Бангкоке приводит к покупке часов

Ещё один случай: дело было в Бангкоке. После обеда в ресторане гуляю по ТЦ, просто без цели какой-либо покупки захожу в магазины разной направленности с бытовой техникой, товарами для дома, книгами, даже в автомобилях посидел, автосалоны прямо в ТЦ находятся, один даже на 3-м этаже. Значит, иду и вижу плакат с Генри Кавиллом, который часы рекламирует. Дай, думаю, зайду чисто посмотреть. Рассматриваю витрины с часами минут 15, думаю уже уходить, подходит девушка-консультант, сказала что-то на ломаном английском и жестами показала: мол, примеришь часы. В голове мысль: а почему бы и нет. Показываю пальцем на одни из тех, что понравились, короче, примерил одни, вторые, третьие. В общем, так две модели понравились, что решил купить одни из них, одна по приемлемой цене, другая стоит столько, сколько я точно не планировал тратить, как раз той марки, что на руке у Кавилла. Батов (местная валюта) у меня все равно с собой не было, думаю, пока буду идти до обменника, приму решение. Иду, взвешиваю все за и против и принимаю решение купить те, что дороже - Генри Кавилл хуйню носить не будет. Так я зашёл в ТЦ голодный, а вышел с новыми часами.

Попробуйте это просчитать в плане! Желание возникло внезапно, из случайной прогулки, плаката и импульса примерить. Это не рациональный расчёт, а эмоция, контекст. Завтра это могло быть что угодно - ботинки, гаджет или книга. Как собрать миллионы таких импульсов в отчёты? Невозможно

Пример 3: Как предприниматель реагирует на стимулы

Теперь с точки зрения бизнеса: я предприниматель, продаю кондиционеры. Был на конференции в Египте от дистрибьютора, там объявили акцию для дилеров — 10 лучших компаний по продажам его марки получат путёвку в Китай. Сначала акцией я не заинтересовался, потому что не надеялся войти в ТОП-10 по продажам, но потом подошёл мой менеджер, говорит: слышал на конференции про акцию? В Китай хочешь? Я говорю: "да у меня обороты не те", он говорит: "обороты нормальные, шанс есть." Вообщем он меня замотивировал и я улетел из Египта с твердым решением победить. По приезду сразу сконцентрировался на продаже этого бренда, всем покупателям его советовал и переориентировал клиентов с других марок в пользу этой. Мы в том сезоне на 25 млн. этого бренда продали и путёвку я таки выиграл.

Допустим, эту информацию передают в центральный орган. Он увидит рост продаж - количество единиц. Но причина? Мотивация от акции, разговор с менеджером, мои личные усилия, советы клиентам — это неявное знание. В отчёте это не укажешь: "Я мотивирован поездкой после беседы с менеджером, поэтому пушу бренд". И спрогнозировать заранее? Нет, потому что стимулы возникают спонтанно.

Почему это приводит к провалу центрального планирования?

Если даже я, как потребитель или предприниматель, не знаю, чего захочу или как отреагирую завтра, то как центральный орган может собрать и учесть миллиарды таких изменчивых сигналов от всех? Никак! Предпочтения эфемерны и субъективны (зависят от контекста: настроения, случайностей, влияний). Центральное планирование опирается на упрощённые модели, исторические данные и отчёты, бюрократы пытаются угадать спрос игнорируя динамику реальной жизни. Результат: дефицит (как в СССР с базовыми товарами), перепроизводство, чёрные рынки и стагнация (как в Венесуэле сейчас).

В рынке это работает иначе: цены выступают как универсальные сигналы, они агрегируют распределённые знания миллионов индивидов, не требуя центрального координатора или бюрократического аппарата.

В итоге: свобода рынка vs. иллюзия контроля

Центральное планирование - это "пагубная самонадеянность", попытка собрать и централизованно управлять несобираемым - распределёнными знаниями, спонтанными импульсами и изменчивыми предпочтениями миллионов людей. Это не просто техническая ошибка, а фундаментальный порок, где бюрократы мнят себя всезнающими, игнорируя, что экономика - это динамичная система, полная неопределённостей и локальных нюансов. Даже с современными технологиями вроде ИИ и Big Data проблему не решить: они мастерски анализируют паттерны прошлого, но не ловят импульсы будущего.

Лучше полагаться на децентрализованный рынок, где коррупция минимизирована через прозрачные правила, независимые институты и конкуренцию. Рынок не претендует на всезнание - он использует цены как естественные сигналы, агрегирующие знания спонтанно и адаптируясь в реальном времени, без бюрократического тормоза. Это приводит к инновациям, эффективности и росту благосостояния, как видно в историях успеха капиталистических экономик, в отличие от провалов плановых систем. В итоге, свобода рынка - это не хаос, а эволюционный порядок, где индивидуальные импульсы превращаются в коллективный прогресс. А центральное планирование это иллюзия контроля, которая всегда заканчивается стагнацией и потерей свободы.

В СССР центральное планирование не справлялось с производством даже базовых товаров. В ЕС вся государственная координация приводит к коррупции и неэффективности.

В Китае, несмотря на гибридную модель, государственная координация привела к множеству провалов, экономика стагнирует из-за долгов, коррупции в государственных предприятиях и неудачных инициатив вроде, проекты убыточны из-за взяток и плохого управления рисками.

Государственный орган принципиально не способен собрать и эффективно использовать всю распределённую информацию для координации экономики, поскольку знания в обществе децентрализованы, субъективны, эфемерны и распределены среди миллионов индивидов. Это не вопрос объёма данных, а их природы.

Экономические знания не являются централизованными фактами, которые можно собрать в одном месте, они разбросаны среди миллионов индивидов и включают не только явные данные, но неявное знание: интуитивные навыки, локальные обстоятельства, изменчивые предпочтения и непредвиденные инновации, они по природе своей не могут войти в статистику.

Если даже я, как потребитель, не знаю, что захочу завтра, то как центральный орган может собрать и учесть миллионы таких изменчивых сигналов от всех потребителей? Никак. И это приводит к фундаментальному провалу центрального планирования, оно опирается на упрощённые модели и исторические данные, игнорируя динамику реальной жизни.