…Предшествующие примеры нам и впрямь показывают, что самый решительный довод, который ребенку хочется привести, когда от него требуют оправдать какое-нибудь утверждение, — это общественное мнение. Но, как это бывает в подобных случаях, тот, кто ссылается на общественное мнение, полагает, что он сам его представляет: он игнорирует возможное разномыслие, а значит, и не анализирует пригодность доводов, способных обосновать это общественное мнение. И правда, мы видели (часть I, глава III), что дети, поскольку они эгоцентричны, всегда думают, что они находятся в согласии со всеми: они полагают, что собеседник всегда знает то, о чем они сами думают, и знает, почему они так думают. Иначе говоря, они всегда полагают, что они целиком поняты. Отсюда и вытекает тот факт, что в примитивных спорах каждый довольствуется утверждением без мотивировки (часть I, глава II), или же что зародыши мотивации рудиментарны и самое существенное подразумевается.

Ссылка

…Для того чтобы сразу уловить значение эгоцентризма, давайте поразмышляем над таким повседневным фактом. Вы ищете решения какой-то задачи. В известный момент все кажется ясным, вы поняли и испытываете чувство sui generis умственного удовлетворения. Но как только вы захотите объяснить другим то, что вы только что поняли, возникает целый ряд затруднений. Эти затруднения зависят не только от внимания, которое надо затратить, чтобы удержать данные и звенья дедукции в одном пучке сознания, они также зависят и от самого суждения. Тот или иной верный вывод не кажется более таковым. Между таким-то и таким-то предложениями недостает целой серии промежуточных звеньев, отсутствие которых раньше совершенно не замечалось. То или иное рассуждение, которое было как бы само собой очевидно, потому что было связано со зрительной схемой или со схемой по аналогии, совершенно не представляется более очевидным в тот момент, когда чувствуешь, что эти системы как раз и непередаваемы. То или иное предложение, связанное с суждением о ценности, становится сомнительным, как только осознаешь личный характер этого суждения о ценности, и т. п. Если такова разница между индивидуальным пониманием и словесно выраженным объяснением, то насколько больше оснований существует для того, чтобы черты индивидуального понимания выступили яснее, когда индивидуум надолго замкнется в своем собственном мышлении, когда у него не будет даже навыка думать, принимая во внимание других и сообщая им свою мысль. Представим себе, к примеру, безвыходный хаос мыслей подростков.

Глава II

Типы и стадии разговора между детьми от четырех до семи лет

…Прежде всего, с какого времени дети ведут разговоры между собой? Мы условимся считать, что разговор имеет место тогда, когда минимум три последовательных высказывания, произнесенных, по меньшей мере, двумя собеседниками, относятся к одному и тому же предмету.

…Вот для примера две схемы возможных разговоров самых простых:

I. — 1) Высказывание ребенка А. 2) Высказывание ребенка В, приспособленное к высказыванию А. 3) Высказывание А, приспособленное к высказыванию В.

II. — 1) Высказывание А. 2) Высказывание В, приспособленное к этому высказыванию А. 3) Высказывание С, приспособленное к высказыванию А или к высказыванию В.

…Эта ссора, которая представляет собою столкновение утверждений не просто констатирующих, а связанных с желаниями, с субъективной оценкой, с приказаниями и угрозами, может породить споры. Спор — это столкновение противоположных констатации. Сказавши, например: «Дай мне это! — Нет. — Да. — Нет. — Да» и т. д., ребенок может избрать тон констатации: «Мне это нужно. — Нет. — Да» и т. д.

Первый из этих диалогов приближается к ссоре, второй — к спору. Естественно, может произойти и обратное: споры могут породить ссоры.

отсюда

1. Человек, у которого всё просто.
   
   Я: Смотри, там радуга!
   Собеседник: Это же просто преломление света
   
   Что делаю я в этом диалоге? Делюсь переживанием. Это не требует вообще никакого ответа, если человек просто посмотрит в ту сторону, и мы вместе будем ее видеть, несколько секунд, это станет совместным вниманием. Возможно это не радуга, а вкусное печенье, красивая картина, краской в подъезде вкусно пахнет, или наоборот кто-то вылил на себе в лифте литр парфюма и это что-то ужасное, но и это можно разделить и совместно поморщить от этого нос. Но если вам ответят, что это просто ремонт, или это просто Шанель, вам скорее всего не понравится. А почему?
   
   А потому что что ваше приглашение совместного переживания было не принято.
   При этом, тот человек, который так строит фразу, игнорирует тот факт, что вы понимаете, что краска - это  про ремонт, а радуга – это физическое явление.
   
   В прагматике языка это действительно рассматривается как неспособность или нежелание учитывать коммуникативное намерение говорящего. Есть понятие инференции: слушатель не только расшифровывает слова, но и делает вывод, зачем они были сказаны.
   Но собеседник из этого примера редуцирует ваше сообщение, выбрасывает из него ваше намерение, и отвечает буквально первым, что пришло ему в голову. Хотя вопроса: «Интересно, а что такое радуга на самом деле?» не стояло вообще. И поэтому это бесит.
   
   2. Человек, у которого обстоятельства
   
   Я: Хочешь погулять?
   Собеседник: на улице дождь
   
   То есть мой собеседник рассказал мне про обстоятельства. Но вопрос был не про это, а про желание. Потому что очень легко спрятать свое желание или нежелание под ворохом причин. Не факт кстати, что это осознаваемо. Не всегда человек сам понимает, хочет он или нет. Поэтому дождь отлично дает возможность не выбирать.
   Еще варианты:
   
   Я: Хочешь в театр?
   Собеседник: денег нет
   
   Я: Хочешь посмотреть фильм?
   Собеседник: много работы
   
   Я: давай сделаем упражнение
   Ребенок: Я сушу волосы феном (включает игрушечный фен и реально сушит)
   
   Самое неприятное, что если такое часто происходит, есть риск начать объяснять поведение человека теми причинами которые он дает. А потом удивляться, когда оказывается, что денег не было именно на театр, а на что-то другое, куда он реально хотел – были. Поэтому надо всегда уточнять первоначальный вопрос, - так ты бы хотел этого, или нет?
   
   3. Человек, который ищет оправдание
   
   Я: мне было обидно
   Собеседник: Я же пошутил
   
   Я: Почему ты повысил голос?
   Собеседник: Это ты меня довела
   
   Я: почему ты соскоблил антипригарный слой с моей сковородки?
   Собеседник: я же как лучше хотел!
   
   Это на самом деле очень токсичная штука, но мы будем про это говорить только в контексте разговора. Здесь про то, что собеседник слышит что-то, и пытается оправдаться. Но ведь его никто не обвиняет.  Интересно, что в исходной реплике обвинения может вообще не быть. Человек сообщает о результате взаимодействия: «Мне было обидно», «Я расстроился», «Мне было неприятно». Однако собеседник как будто слышит другую реплику: «Ты виноват», — и начинает отвечать именно на нее. В итоге разговор расходится сразу в двух направлениях.
   
   4. Человек, который меняет предмет разговора на ходу
   
   Я: почему ты купила туфли, у тебя такие есть?
   Собеседник: в чем проблема, я купила себе туфли
   Я: но у тебя такие есть
   Собеседник: я купила себе туфли!
   Я: но у тебя есть, вот, смотри
   Собеседник: там просто цвет другой, и каблук
   Я: (открываю коробку ) - такие же
   Собеседник: - зато смотри, эти блестят лучше
   
   Что делает мой собеседник? Я повторяю вопрос, собеседник повторяет ответ. Я специально не стала писать собеседница, смысл не в этом, поставьте сюда любое слово вместо туфель. Вы приводите факты, на которые нет опровержения ииии… собеседник делает финт ушами и меняет предмет разговора. Это когда первоначальное основание не выдержало проверки, и вместо признания этого человек начинает опираться на новое основание.
   А оснований можно напридумывать воз и тележку. Ну, или всегда можно перескочить на роль человека оправдание и начать скандал – «я что, не заслужила, по-твоему?»
   
   5. Человек, который самоотменяет то что сказал
   Это вообще мое любимое. Я как про это узнала, начала слышать это в разных интервью.
   
   Сейчас я аккуратно приведу пример, я не хочу про это говорить как про сплетни, но мне безумно нравится структура, поэтому я без имен.
   Собеседник 1: поступление было честным?
   Собеседник 2: да, абсолютно. Но девочка на конкурс не пришла.
   
   То есть человек в одном предложении говорит А, а потом говорит второе предложение, которое совершенно противоположно А.  И здесь бы ткнуть в это палкой и уточнить, какая часть из этого верна. Но увы.
   
   Еще туда же:
   
   1: Вы мне заплатите?
   2: Да, конечно! Просто у нас денег нет.
   
   1: У вас официальное оформление?
   2: да, конечно! Будете у нас как самозанятый.
   
   Я думаю, что всего этого гораздо больше, но какую-то часть я смогла описать. Главное для вас, если вы слышите что-то из этого:
   
   Возьмите паузу. Так и скажите, что она вам нужна. И еще раз прокрутите то, что вам сказали. Попробуйте встать на место того, кто вам это говорит и определить, на какой вопрос он сейчас отвечает. Он хочет на вас сэкономить? Обвинить вас? Он защищается, потому что боится, что вы его обвините?

Если после разговора осталось странное ощущение «что-то не так», не торопитесь делать вывод, что проблема в вас.

Иногда достаточно еще раз перечитать диалог и задать себе несколько простых вопросов.

• На какой вопрос отвечал собеседник?

• Не подменился ли предмет разговора?

• Не превратился ли вопрос про желание в разговор об обстоятельствах?

• Не заменил ли человек результат своего действия объяснением намерений?

• Не изменились ли правила разговора прямо по ходу обсуждения?

• Не пытаются ли ушлые черти оставить вас без оформления по ТК?

Очень часто оказывается, что ощущение сломанного диалога возникает не потому, что вы плохо понимаете речь, а потому, что участники разговора отвечают на разные вопросы. А вот сознательно они это делают или нет - это не всегда очевидно. Поэтому есть смысл настоять на вашем вопросе, и посмотреть, что будет.

p.s. Сразу оговорюсь: это не научная классификация и не типология людей. Это моя попытка описать повторяющиеся речевые конструкции, которые я стала замечать в разговорах как логопед

Произносите вслух пары гласных, чётко, максимально открывая рот и двигая губами.

АО, АУ, АЭ, АЫ, АИ
ОА, ОУ, ОЭ, ОЫ, ОИ
УА, УО, УЭ, УЫ, УИ

Потом тройки:

АОУ, АУЭ, АИЫ, АЭО
ОУА, ОАЭ, ОИУ, ОЭЫ

И пятёрки:

АОУЭИ, АИУЭО, ИЭАОУ

Зачем это нужно?
Большинство взрослых говорят с минимальной артикуляцией: губы почти не двигаются, язык вяло переключается с одного звука на другой, гласные «проглатываются».

Гласные цепочки заставляют артикуляционный аппарат работать с полной силой. После 5–7 минут такой тренировки речь становится заметно чётче, потому что включаются мышцы.

Делайте медленно, не торопитесь.

Каждый звук должен быть слышен отдельно.

Упражнение 2. Сложные дикционные сочетания

Это упражнение для тех, у кого «каша во рту», смазанные согласные или ощущение, что слова «прожевываются».

Произносите вслух:

ПТКА — ПТКО — ПТКУ — ПТКЫ — ПТКЭ
БДГА — БДГО — БДГУ — БДГЫ — БДГЭ

Это сочетания согласных, которых в русском языке практически нет. Именно поэтому они так хорошо работают: мозг не может воспроизвести их автоматически, он вынужден осознанно выстраивать каждое движение артикуляционного аппарата.

Первые несколько раз будет ощущение, что язык «заплетается». Это нормально. Именно в этот момент и происходит тренировка.

Начинайте очень медленно. Когда каждое сочетание получается чётко можете немного увеличить темп произношения. Главное здесь не скорость, а чёткость каждого звука.

Упражнение 3. Скороговорки в замедленном темпе

Вопреки распространённому мнению, скороговорки нужно произносить медленно. Очень медленно.

Быстрое произношение тренирует скорость, но не чёткость. Медленное заставляет мозг осознанно выстраивать каждое движение. Именно это нам и нужно.

Бык тупогуб, тупогубенький бычок, у быка бела губа была тупа.
От топота копыт пыль по полю летит.

Хорошо работает в связке с предыдущими упражнениями - сначала гласные цепочки, далее согласные и затем скороговорка, в которой сочетаются все звуки.

Сколько заниматься?

Каждое упражнение — 2-5 минут в день. Лучше каждый день по 15 минут, чем раз в неделю по часу. Речевые привычки меняются через регулярное повторение, а не через интенсивность.

Первые изменения в дикции заметны через 2-3 недели ежедневной самостоятельной практики.

С уважением к Вам и Вашей речи - Анна Голман, логопед для взрослых, основатель первой логопедической студии речи для взрослых GLASNO.