Осень в Жигулёвских горах — короткое время, когда привычные волжские пейзажи меняются почти каждый день. Леса на склонах становятся золотыми и багряными, а с вершин открываются панорамы Самарской Луки и широкой Волги.
Жигули интересны не только видами: горы сложены древними известняками, а их склоны хранят редкие для Средней России степные растения. Здесь соседствуют лес, каменистые обрывы и участки настоящей нагорной степи.
Спортсмен с самого своего рождения был спортсменом? А что насчёт космонавта или актёра? Нет, окружение и наши решения формируют сильные и слабые стороны человека. Но у жерехов всё не так. У этой рыбы есть только один путь — путь воина. Они настолько воинственны, что даже не думают охотиться. Это же бесчестно! Вместо этого хищники сражаются со своим будущим обедом.
Суров, словно его высекли из камня.
Жизнь жереха начинается с построения. В прохладный апрельский или майский день сотни тысяч рекрутов в обёртке оказываются на самом дне воинской иерархии — на галечном или песчаном дне речных систем Дуная и Волги.
Уже не новобранец, но ещё не ветеран.
Ждать в строю им придётся недолго: уже через 4-5 дней рекруты покидают личные капсулы и атакуют своего первого противника — мелкий речной планктон. Салаги действуют в группах и с лёгкостью уничтожают беспозвоночную живую взвесь. Но и их численность быстро сокращается: сомы, щуки, судаки и окуни превосходят молодых мальков во всём, уничтожая их тысячами. Жерехи гибнут, но знают — уцелевшие сполна отомстят за погибших.
Я видел, как умирают тысячи моих товарищей, как сомы проглатывают лучших из нас. Я отомщу.
По мере роста у жереха сменяются и противники. Сначала они переходят на питание крупными рачками, затем добавляют в рацион насекомых — как водных личинок, так и упавших в реки неудачников. А осенью, при достижении длины в 5 сантиметров, жерехи начинают преследовать мальков рыб. В этот же период здорово поредевшие отряды жерехов перестают существовать — дальше каждый боец пойдёт своим путём.
Ты, малец, налево. Я — направо.
Ведь путь воина не заканчивается на жалких рачках и личинках. Истинные ветераны воинского дела появляются среди них на 4-5 году жизни, ведь именно тогда рыбы достигают длины в 50-80 сантиметров, а самое главное — доводят до совершенства тактику боя.
Сложно поверить, но это боец с полным набором навыков!
Дело в том, что жерехи не охотятся в привычном нам понимании этого слова. Вместо того, чтобы атаковать одиночную рыбу, схватить её и съесть, воин бесстрашно бросается в самый центр стаи после чего обрушивает на них град хлёстких и мощных ударов — этот процесс и называется боем. Оглушённая рыба не в силах оказать сопротивления и мгновенно отправляется в пасть хищника. Теперь ему больше не нужно бояться, теперь пусть чужой молодняк прячется по кустам, ведь со стремительным хищником весом в 1,5 килограмма тягаться непросто. Потому-то жерех никогда не прячется, предпочитая выбирать полем брани открытую воду с сильным течением.
Ого, удивлённая рыба.
Однако, если в сражении жереху нет равных, то вот в мирной жизни он оказывается весьма капризным. Сурового чешуйчатого воина побеждает обычное загрязнение. Наши герои очень уязвимы к изменению качества воды и её насыщенности кислородом, отчего часто страдают там, где их речные владения соприкасаются с человеческой деятельностью. Поэтому в некоторых регионах своего ареала он больше не встречается или стал исчезающе редок.
Жерех популярен у рыбаков, но в некоторых местах за его поимку можно попасть на бабки. Например, в Москве и Московской области, где его признали краснокнижным.
Однако, воины ещё не сдались. Каждую весну жерехи поднимаются к истокам рек или уходят в небольшие каналы с чистой водой и быстрым течением, где снова собираются в стаи и нерестятся. Каждая самка производит от 20 до 400 тысяч рекрутов. Конечно, 99% из них погибнут ещё в первый год жизни, но уцелевшие примут знамёна от старшего поколения. Легион жерехов будет стоять, пока жив хотя бы один его боец!
Парк в Перми, в первый раз здесь гулял, увидел автомат "корм для уток", заглянул за ограждение на воду- они тут, как тут, буквально минуту там постоял у автомата- и голуби прилетели) Бабуля прогуливалась с внучкой, решили покормить- так они ей аж на голову садились, пока покупали корм!)
В этой подборке 10 вариантов рыболовных крючков и оснасток с AliExpress — от обычных до готовых монтажей. Тут есть и карп, и карась, и лещ, и окунь с судаком. Для берега, лодки, течения и стоячей воды.
1. Готовый карповый монтаж Iseni
Готовая оснастка с двумя крючками, вертлюгом и застёжкой. Есть поплавочные элементы и скользящие грузики, приманка держится чуть выше дна. Силиконовые вставки не дают оснастке перекручиваться. Крючки 3#–13#. Для прудов и закрытых водоёмов.
2. Золотистые крючки HappyFishing — классика для озера
Набор из 10 крючков из углеродистой стали, золотистого цвета. Классическая форма с бородкой и острым жалом. Материал жёсткий, заявлена защита от коррозии. Подходят под разные наживки и оснастки. Озеро — их стихия.
100 штук размеров 1#–8#. Классическая J-форма с бородкой и кольцевым ушком. Есть красные и золотистые. На цевье — насечки, наживка держится лучше. Для озера и разных типов приманок. Комплект без лишних элементов.
20 штук, размеры 1#–8#. Высокоуглеродистая сталь, многократная заточка жала. Форма с бородкой для проточной воды. Симметричная петля и гладкий изгиб снижают риск повредить леску. Дополнительная обработка против деформации.
Готовые крючки с шарообразным грузом. Высокоуглеродистая сталь, бородка, ушко сверху. Фиксатор на цевье держит силикон и не даёт приманке сползать. Веса 1–20 г, под разные глубины и течение. В упаковке 5 штук.
20 штук. Форма wide gap worm hook для силиконовых приманок с широким телом. Высокоуглеродистая сталь, бородка, заточенное жало. Симметричная петля и плавный изгиб — меньше трения лески. Два варианта исполнения на выбор. Для реки.
10 тройных крючков размеров 2#, 4#, 6#, 8#, 10#. Форма Triple Grip с тремя жалами под углом. Проволока от 1,1 мм до 0,7 мм. Чёрное покрытие. Морская ловля с камней, окунь и другая хищная рыба.
Оснастка длиной около 80 см с пятью поводками и крючками. Легированная сталь, бородка, размеры 5#–14#. Сверху вертлюг, снизу кольцо. Поводки разведены через 13–14 см. Для лодки, морской воды, прудов и водохранилищ. Готова к установке.
Классическая форма carp hook с бородкой. Высокоуглеродистая нержавеющая сталь: прочность, острота, стойкость к коррозии. Размеры 2#–30#. В пластиковых коробках: 2#–17# по 50 штук, 18#–30# по 10 штук. Для реки и разных оснасток.
Набор крючков 3#–15#. Форма circle hook: при натяжении крючок сам доворачивается и фиксируется в углу рта. Высокоуглеродистая сталь, острые и жёсткие. В некоторых вариантах есть вертлюг — удобно собирать оснастку в поле. Для спокойной рыбалки.
Я закончила на том, что поезд доезжает до станции Ветлужская (а это от Нижнего Новгорода два часа ехать).
Многое на той станции на моей памяти, конечно, изменилось. Раньше электрички были длинные-длинные, и садиться в Нижнем мне следовало ближе к «голове» состава. Тогда поезд доезжал до таблички «Остановка первого вагона», а там можно было подняться в горку мимо старенького синенького пассажирского вагона, который стоял на фундаменте. Сейчас-то там уже не пройдешь, дороги закрыты.
А тогда и дорога была, и ещё электрички делились ровно на две разновидности (а не одинаковые с виду электрички как сейчас, которые что «Ласточка», что поезд дальнего следования; разве что «Буревестник» и «Ночной экспресс» красиво крашены в разные цвета). Одна — электричка синяя, едет на самый север области (а это Шахунья, от Нижнего часа три). Внутри коричневые дерматиновые сиденья и белый пластик оконных рам. Моднейшая.
Зеленая электричка приезжает на конечную на Ветлужской. Внутри сиденья из лакированного дерева и выкрашенные в тоже зелёный стены. А окна открываются не внутрь, а вверх, при желании можно высунуть голову, чтобы ветрище волосы обдувал. Главное — чтобы навстречу какой-нибудь поезд не пошёл и не начал сигналить (а поезда вообще часто сигналят) — а то со страху можно и из окна выпасть (вообще не рекомендую).
Впрочем, я обе разновидности тех электричек любила. Сейчас-то я понимаю, что меня будоражило не столько изделие Рижского вагоностроительного завода ЭР2Т (ну, я так думаю, что это было именно оно), сколько предвкушения приключений. Но вот в чем дело — электрички я тоже полюбила, и воспоминание о логотипе завода (RVR буковки) на носу поезда меня стопроцентно радует. А синий этот нос поезда или зелёный — да какая разница. Но вот когда все поезда РЖД покрасили в корпоративный серый цвет, это, конечно, у меня был траур сразу. А ещё Рижский завод закрылся, и теперь таких электричек нигде не делают, ни синих, ни зеленых.
Впрочем, я опять отвлеклась. Станция Ветлужская Горьковской железной дороги со вкусом украшена оврагами. И все мосты, которые через них перекинуты, деревянные и некрашеные. Около вокзала был один такой мостик через один такой овраг, но сейчас его уж нет, овраг победил, мост оказался слабей.
Зато остались мостики через все остальные овраги, потому что овраг у вокзала обойти можно, а некоторые иные овраги — уже затруднительно.
Один такой мостик через непроходимое — уже за околицей. Есть село Дмитриевское, пешком дойти можно, но идти придётся прямо через лес, в котором протекает ручеек (сосед бывший по даче геодезист дядь Вова называл его «малые реки»). Ручеек ползет по оврагу, там сырость, там камыши (на один я как-то героически охотилась с мостика и чудом не свалилась, камыш в итоге добыла). Сходить бы и посмотреть, как там сейчас, но я очень некстати начиталась новостей и теперь подозреваю, что в том лесу у Дмитриевского медведы живут (в прошлом году его даже видели). Кладбищ я вот не боюсь (я рассказывала), а медведей, наверное, боюсь.
Так что лучше бы добраться до Ветлуги. Там тоже высокий берег (как на Волге), вид на заливные луга на другой стороне. До леса есть небольшая полоска земли, раньше там те, кто держал коров (а коров много где у нас держали, в пять часов их с пастбища по домам гнали, хозяева своих встречали у околицы), косили сено. Скашивали косами-литовками траву, сушили, стога метали, потом на лодках перевозили на наш берег и поднимали в гору. На пляже бывалошно лежишь, а мимо тебя на лодке огромный стог сена плывет. Значит июль, значит до школы еще долго.
Впрочем, пляж на Ветлуге — очень отдельная тема. Сама река — широкая, довольно холодная, течет из Кировской области через Костромскую и Нижегородскую, чтобы влиться в Волгу в Чебоксарском водохранилище. Но летом она неплохо прогревается, а уж пляж так вообще выше всех похвал. Песок белый-белый и крупный. А река в месте пляжа поворачивает, так что песок разметает по всему повороту. Когда в жаркое лето Ветлуга мелеет, до другого берега можно добраться пешком. Ниже пляжного поворота так называемые камушники: красная и голубая глина, большие ямы, неровные спуски. Хочешь купаться, а на пляж идти лень? Топкая грязь, пара кустиков с какими-то прутиками, глубина по колено сразу около берега, а ещё какой-нибудь рыбак здесь крючок-двойник на щуку потерял — добро пожаловать (сообщите, если кто-то выживет).
На камушнике я купалась только один раз лет в шесть, когда мы с Наташкой из второго дома очень захотели купаться, а до пляжа идти было далеко и нам на пляж было одним нельзя. Но мне не понравилось настолько, что дальше я ходила только на пляж. Даже при том, что идти долго, по крутым склонам, отбиваясь от слепеней и рискуя сломать нос.
Как-то раз дождей не было почти все лето, Ветлуга обмелела, песку намело почти до середины реки так, что он торчал косами, и тут я подумала, а не открыть ли мне новые горизонты.
Пляж в июне, вода только-только сошла, песок не просох, а в половодье вода стоит так, что противоположный берег заливает
Так я в первый раз и добралась до другого берега Ветлуги. Плавать я вообще не умею, а в воде больше всего люблю лежать на мелководье и размышлять про облака или что надо ногти накрасить. Само собой, если бы не обмелевшая река, я б никогда в жизни не попала на тот берег, а тут так свезло, что практически ног не намочила.
На другом берегу Ветлуги мир казался каким-то совсем другим. Росло какое-то инопланетное растение (это потом я узнала, что оно называется кровохлебка). Гора наша с другого берега странно выглядела.
Я прошлась по берегу. Помню, что сухая скошенная стерня страшно колола ноги, но даже так было лучше, чем обрывистый каменистый берег. С тоской я посмотрела на пляж, и вдруг поняла, что на одном его краю столпились люди.
Надо сказать, что места у нас такие, что есть много своих. Есть и приезжие, кто влюбился в Поветлужье. Но живут тут все в основном особняком. Чем-то это похоже на американскую глубинку, как мне про неё краеведы рассказывали: все тебе улыбаются, здороваются, а о чем думают, Бог только знает.
Так что толпа на пляже значила только что-то чрезвычайное.
Любопытство родилось гораздо заранее меня, так что я окинула напоследок взглядом берег и побрела обратно.
Берег гудел как растревоженный улей. Оказалось, что в Ветлуге утонул мальчик.
Я его совсем не знала — все-таки Ветлужский это посёлок на несколько тысяч человек, чтоб всех там знать, надо всю жизнь там прожить и работать в школе или местной больнице. Так что я постояла с краешку сгрудившейся толпы, поглядела на тело моего ровесника, который больше не пойдёт в школу, не покатается на поезде и не побегает с друзьями в «казаки-разбойники». Родители будут плакать, к бабушкам и дедушкам будет приезжать «скорая», а на улице на несколько дней будет тягостно, а потом по дороге рассыплют еловые ветки.
Я уже знала, что ветки на похоронах кидают, чтобы душенька покойного шла в последний путь по «чистой» дороге, хотя одновременно с этим считалось, что если покойник «увяжется» с кладбища вслед за семьей, еловые ветки ему уколят ноги, и он не вернется в дом в качестве, например, полтергейста какого-нибудь.
А вот чего я не знала, так это того, что в то лето на Ветлуге это будет не первая смерть от воды.
Есть что то особенное в затопленных лесах. И не важно где они - в дебрях Амазонии или тут. Вру, конечно важно, в дебри так просто не попасть, а тут - оно рядом.
И хорошо, когда в багажнике машинки всегда лежит пакрафт - на всякий случай. И особенно хорошо, когда он узкий и длинный, а значит ходкий вдоль и поперек течения. Ну и против течения он тоже хорош, что и пригодилось в итоге.
Воспользовавшись моментом, рванул на Илеть. Говорят, она разлилась настолько, что все окрестные поля и леса залиты водой. Значит и мне надо попробовать. Как в детстве. Когда лужи в одном месте города разливались в большое озеро и местные мальчишки из подручных материалов собирали плоты, которые на удивление не тонули, и отправлялись в путешествия. Только, понятное дело, снаряжение нынче сильно не такое как в детстве. Сейчас - мое почтение. Ну да ладно. Надуваюсь, встаю на воду и в леса. Как бы странно это не звучало, но оно прям рядом с трассой такое счастье. Даже машина с дороги видна)))
А еще тут на удивление есть течение, слабенькое но есть. И все ручьи бегут обратно в Илеть. Паводок спадает и река ушла быстрее, чем сделанные ей старичные озера и теперь все течет обратно.
Но в лесу хорошо. Даже в таком. Понятное дело, что рядом с дорогой полно всяких интересных знаков. Сейчас они особенно интересно смотрятся, когда в воде. Иду либо лесом, либо над затопленными дорогами, чтобы не протискиваться через кусты. Любуюсь.
Атмосферно тут. А по другому и не скажешь. Емко одним словом, потому что хочется помолчать и посмотреть вокруг. Только птицы противно орут вокруг. Те что рядом понятно. И понятно на кого. На меня, что всех тут поднимает с укромных мест. А те, что вдалеке, не орут, а громко славят весну. Или дразнят тех, что вынуждены взлетать рядом со мной.
Так потихоньку, а больно то и не разгонишься, дохожу до приметной стоянки и сваливаюсь в Илеть. Вот где атмосферно совсем. Ветер встречный потому что еще. Мордвинд называется, или как там его - не силен в морской тематике. Но такое направление ветра, каждый катамаранщик помнит и старается забыть всю жизнь. Особенно на озерах, где надо грести против ветра. А мне хорошо.
Сначала я рано ухожу в деревья, мне же старицами ниже моста к машине вернутся надо. А рано приводит в тупик. Потом пытаюсь уйти поздно. И понимаю, что там сплошные кусты. Поздно понимаю, уйдя сильно ниже по течению, чем надо сворачивать в затопленные луга.
Вот когда ходкость пакрафта пригождается да ветер, попутно мне глядящий вздыбленную таким панибратством реку против течения. В общем поднимаюсь обратно и протискиваюсь сквозь кусты до ЛЭП. Под ней и пойду. Там где зарослей шиповника нету.
И ориентиры хорошие - где парковал машину как раз воооон та двурогая опора стоит - не заблудится.
На прощанье, даю еще кружок по лесу - уж больно эта мрачная красота не отпускает. И тучи, и улыбающаяся через них солнце, и лес по колено в воде, и ветер, что гладит насупившуюся Илеть поперек ее воли.
Хорошо у нас.
Поддержать нас можно как обычно - лайком, репостом, добрым словом. Это отличная мотивация.