Серия «ПОЛИТИКА»

В докладе Международного этического и гуманистического союза (IHEU; в 2019 году организация сменила название на Humanists International). В 2017 году авторы включили Россию в список стран, где, по их оценке, систематически нарушаются права атеистов.

Как именно они это обосновали? Организация анализировала ситуацию в разных странах по четырём категориям и присваивала каждой оценку по пятибалльной шкале (от «равенства» до «грубейших нарушений»). В результате:

• по трём категориям — образование, общественные взаимодействия и свобода выражения — Россия попала в группу стран с серьёзными нарушениями;

• в категории «власть» оценку дали более мягкую — умеренные нарушения. Авторы поясняли: формально Россия — светское государство (это закреплено в Конституции), но на практике наблюдается явное предпочтение православия, хотя на официальном уровне атеизм прямо не осуждается.

Что конкретно приводилось в качестве примеров? Среди аргументов были такие:

• попытки внедрить в государственную школу обязательные уроки по «Основам православной культуры» в рамках предмета «Основы духовно-нравственной культуры народов России»;

• дискуссии об исключении из программ элементов теории эволюции или о придании креационизму статуса равноправной научной теории;

• включение теологии в список дисциплин Высшей аттестационной комиссии (что некоторые восприняли как официальное признание её наукой);

• случаи, когда публичное выражение атеистических взглядов становилось поводом для общественного осуждения или проблем в профессиональной сфере;

• применение статьи 148 УК РФ (об оскорблении чувств верующих), которая, по мнению критиков, создаёт дисбаланс: формально защищает только религиозные чувства, оставляя атеистов без аналогичной правовой защиты. l

Ровно 33 года назад по указу Ельцина был расстрелян Дом Советов с народными депутатами.
21 сентября 1993 года Ельцин издал указ № 1400 «О поэтапной конституционной реформе». Им он распустил Съезд народных депутатов и Верховный Совет РФ.

Конституционный суд признал этот указ неконституционным, что привело к острому противостоянию, кульминацией которого стали трагические события 3–4 октября у Дома Советов. После силового разрешения конфликта у команды президента появилась возможность выстроить новую модель власти без прежнего парламентского противовеса, и в декабре 1993 года была принята новая Конституция по указу того же Ельцина, который на основании решения Конституционного суда должен был быть отстранен от должности за превышение полномочий. Ельцин построил новую вертикаль власти, гарантирующую максимальную власть президента.
Только официально — около 158 погибших 3-4 октября.
Ранены до 700 человек.
Вот так формировалась страна, в которой мы сейчас живем.

В 2021 году на конференции регионального отделения «Единой России» в Кургане депутат Александр Ильтяков сделал следующее заявление : «Половина россиян вообще не должна доживать до пенсии! Что такое пенсия? Если ты дожил до пенсии — это страховой случай. Ты уже перешагнул тот порог, который тебе отмерен прожить: 60–65 лет. 50% не должны вообще доживать!»
ИСТОЧНИК: https://uralpolit.ru/news/kurgan/29-03-2021/233234

Реакция людей последовала мгновенно, и, конечно, депутат стал оправдываться, что фразу вырвали из контекста. Он пояснял свою мысль так: пенсия — это по сути страховой случай, а в страховой системе выплаты одним людям частично компенсируются за счёт того, что у других страховой случай не наступил. Депутат добавлял, что такая математика заложена в основу пенсионной системы.
Кто-то в этом сомневался? Зато один честный депутат из едра нашелся - назвал всё своими словами). Что ж, это капитализм, нищеброды!

И для сравнения напомним о пенсии и пенсионном возрасте в СССР.
В СССР базовый пенсионный возраст был 55 лет для женщин и 60 лет для мужчин. А для отдельных категорий еще ниже.
В основном пенсии платили из государственного бюджета. В советской плановой экономике все предприятия были государственными, и вся прибыль, налоги и другие доходы шли в общий госбюджет. Уже оттуда государство выделяло средства на социальные нужды, в том числе на пенсии. Часто для этого использовали так называемые общественные фонды потребления — через них финансировали не только пенсии, но и бесплатное образование, медицину, пионерлагеря.

При этом был и второй источник: предприятия отчисляли часть средств на социальное страхование. Они платили взносы (тарифы зависели от отрасли, условий труда — например, на вредных производствах процент был выше). Но важно: эти отчисления покрывали лишь часть расходов. Основную долю (по некоторым оценкам, больше половины) всё равно закрывали дотации из союзного бюджета. Сами работники напрямую из зарплаты ничего в пенсионную систему не отчисляли.

Как решали проблему, если денег не хватало? Государство не допускало задержек: если в бюджете на соцнужды не хватало средств, другие статьи расходов урезали, но пенсии старались выплачивать в полном объёме и вовремя.

Так что суть была в том, что государство брало на себя обязательство обеспечивать пенсионеров, перераспределяя ресурсы всей экономики.

Для монархистов-булкохрустов необходимое сравнение с царской Россией.

В Российской империи пенсии получали:

• госслужащие и военные — при 25 годах службы (половина оклада) или 35 годах (полный оклад), при условии «беспорочной службы»;

• вдовы и дети чиновников и военных — в виде доли от пенсии кормильца;

• нижние чины армии и флота — в отдельных случаях (например, при сверхсрочной службе);

• работники некоторых отраслей (железнодорожники, учителя и др.) — через эмеритальные (пенсионные) кассы;

• рабочие — только с 1903 года и лишь при утрате трудоспособности из‑за травмы на производстве (не пенсия по возрасту).

Не получали пенсий:

• крестьяне — их старость обеспечивали семья и община;

• большинство рабочих (до 1903 года и вне случаев травм) — общей системы пенсий по возрасту для них не было.

Ключевое отличие от современной системы: пенсии давали не по возрасту, а по выслуге лет, и охватывали лишь отдельные категории населения.

ИСТОЧНИК: https://uralpolit.ru/news/kurgan/29-03-2021/233234

В ночь на 8 октября 2026 года произошло то, что должно было рано или поздно случиться в эпоху гибридных конфликтов. Крупнейший дата-центр «Яндекса» в Сасово (Рязанская область) попал под удар БПЛА. На объекте вспыхнул пожар, который повредил инфраструктуру, и гигантский IT-хаб мощностью 12 МВт пришлось полностью остановить.

Благодаря инженерам компании и механизмам георезервирования (нагрузку перехватили другие зоны доступности), глобальной катастрофы не произошло. Но Рунет все равно знатно тряхнуло: «прилег» ряд критических облачных мощностей на Yandex Cloud, заглючили крупные сервисы вроде Циана и строительных платформ, а в Ростовской области намертво встала оплата проезда в автобусах через QR-коды и пополнение транспортных карт.

Этот случай — первая в истории России физическая ликвидация коммерческого дата-центра беспилотником. И это отличный повод поговорить о том, насколько хрупким стал наш дивный новый цифровой мир и куда на самом деле улетают наши налоги.

Миллиарды в трубу: парадокс суверенного интернета

Пока один копеечный дрон локально вырубает облачные базы данных крупнейших застройщиков страны, вскрывается потрясающий экономический парадокс. Прямо сейчас в проект федерального бюджета закладывают 60 миллиардов рублей на модернизацию систем ТСПУ и блокировки [forbes.ru "Forbes Бюджет ТСПУ Роскомнадзор"]. Роскомнадзор планирует тратить эти деньги налогоплательщиков на то, чтобы душить VPN, замедлять YouTube и строить виртуальный забор внутри Рунета.

Самое смешное (и грустное), что сами налогоплательщики этих блокировок не хотят. Но фокус в другом: в случае реального ЧП вся эта 60-миллиардная цензурная надстройка мгновенно вылетает в трубу.

Власти тратят астрономические суммы на закупку дефицитного, подсанкционного серверного «железа» ради того, чтобы фильтровать трафик. Но перед лицом физической угрозы этот цифровой щит превращается в тыкву. Если дрон прилетает в распределительный щит или машинный зал ЦОДа, «суверенная броня» сгорает вместе с серверами. И никакие ТСПУ не помогут, если физически уничтожен сам носитель информации. Мы строим дорогущую крышу из хрусталя, забывая, что фундамент сделан из песка.

Пока Роскомнадзор осваивает налоги на виртуальные заборы, первый зампред комитета Госдумы по обороне Алексей Журавлев открыто заявляет: спасение утопающих — дело рук самих утопающих. После пожара в Сасово депутат прямо объявил, что защищать дата-центры от беспилотников государство не обязано — коммерческие компании с миллиардными доходами должны делать это сами, закупая антидроновые системы, натягивая сетки и выставляя патрули, ведь «страна ведет тяжелую войну и участвовать придется всем». И тут у любого адекватного человека лопается логика: бизнес и граждане платят колоссальные налоги, ПВО на стратегических объектах должно обеспечивать Минобороны, миллиарды уходят на «суверенную фильтрацию» трафика — но защищать сервера от физического уничтожения компании почему-то должны за свой счет...

1. Госуслуги и госуправление: паралич бюрократии

Российская бюрократия совершила квантовый скачок в цифру. И в этом её главная уязвимость — сверхцентрализация. Единая система идентификации (ЕСИА), базы МВД, ФНС, Росреестр и ЗАГС живут в облаках. Если они физически перестанут отвечать:

• «Обнуление» личности: Без доступа к серверам вы не сможете доказать государству, кто вы такой. Оформить паспорт, получить водительские права, зарегистрировать брак или факт смерти станет технически невозможно. Сделки с недвижимостью встанут наглухо — база Росреестра будет недоступна.

• Социальный вакуум: Пенсии, детские пособия, льготы и выплаты инвалидам просто перестанут начисляться. Цепочка от клика чиновника до транзакции через Федеральное казначейство завязана на серверы.

• Полиция без баз: Патрульные на улицах и ГИБДД на постах окажутся «слепыми». Они не смогут проверить машину на угон, пробить человека по базе розыска или подтвердить подлинность документов.

2. Финансы и ритейл: экономический анабиоз

Россия — один из мировых лидеров по доле безналичных расчетов. Сбой в банковских дата-центрах вернет нас в 1993 год за пару минут:

• Заморозка карт: Национальная система платежных карт (НСПК), процессинг «Мир» и внутренние приложения банков перестанут работать. Вы не сможете купить даже бутылку воды, если у вас в кармане нет хрустящего бумажного кэша.

• Кассовый коллапс: Современный супермаркет устроен так, что касса не пробьет товар без связи с ОФД (операторами фискальных данных) и системами маркировки вроде «Честного знака». Торговые сети будут вынуждены либо закрыться, либо продавать товары за наличку «на глаз» по бумажной тетрадке, что мгновенно породит гигантский дефицит и очереди до горизонта.

• Блокировка бизнеса: Предприятия не смогут перевести зарплаты сотрудникам или оплатить счета поставщикам — системы «клиент-банк» превратятся в набор неработающих ссылок.

3. Городская инфраструктура: транспортный тупик

Города-миллионники сегодня управляются «цифровыми двойниками». Без серверных команд мегаполисы начнут погружаться в хаос:

• Транспортный коллапс: Диспетчерские системы РЖД и авиации ослепнут. Поезда и самолеты встанут из-за невозможности синхронизировать графики в реальном времени. В городах отключатся системы «умных светофоров», заперев машины в бесконечных мертвых пробках.

• Снабжение: Встанут распределительные центры Ozon, Wildberries и крупных ритейлеров. Системы управления складами (WMS) «забудут», где на стеллажах высотой с пятиэтажный дом лежат продукты, лекарства и детское питание. Полки магазинов опустеют за 48 часов.

• ЖКХ и энергетика: Энергосети (Smart Grid) и насосные станции водоканалов завязаны на удаленный мониторинг. Потеря управления чревата авариями и веерными отключениями тепла, света и воды в масштабах целых регионов.

4. Худший исход: «Цифровая амнезия»

Обычно данные резервируются (бэкапятся). Но представьте сценарий, при котором физический удар совпадает со скрытой кибердиверсией — вирусом, который тихо стирал бэкапы на резервных площадках последние полгода. Наступит полная потеря истории:

• Потеря прав собственности: Если базы данных депозитариев и Росреестра исчезнут безвозвратно, доказать право владения квартирой, долей в бизнесе или акциями станет невозможно. Привет, криминальный передел в стиле «кто первый занял, того и тапки».

• Уничтожение медицинских карт: Медицинские облака хранят истории болезней, данные об аллергиях, группах крови и рецептах миллионов людей. Их потеря — это прямая угроза жизням пациентов.

Что с этим делать и к чему готовиться?

Атака на дата-центр «Яндекса» в Сасово доказала: стопроцентной цифровой безопасности в рамках одной страны не существует. Чтобы выжить в этой реальности, государству и бизнесу придется кардинально менять парадигму:

1. Забыть про «мега-облака»: Нужно отказываться от концепции гигантских дата-центров в пользу сотен мелких, физически защищенных (желательно подземных) региональных серверных станций.

2. Возврат к аналоговому дублированию: Критически важные госреестры придется законодательно обязать дублировать на физических носителях или старой доброй бумаге.

3. Автономность на местах (Edge Computing): Локальная больница, аэропорт или отделение банка должны уметь полноценно работать автономно, даже если связь с центральными серверами в Москве полностью оборвана.

Главный вывод для обычного человека:
В эпоху гибридных угроз тотальное доверие смартфону становится опасным. Лучший способ защитить себя от потенциального «цифрового блэкаута» — всегда держать дома неприкосновенный запас наличных денег (хотя бы на 2-3 недели автономной жизни) и иметь бумажные копии всех ключевых документов (паспорта, свидетельства о собственности, медицинские выписки). Карточки и QR-коды — это удобно, но бумага и наличка в экстренной ситуации не зависят от прилета БПЛА.

UPD (09.10.2026): Реальность обогнала прогнозы быстрее, чем планировалось

Пока диванные эксперты в комментариях рассказывают, что «это всего лишь один дата-центр, инженеры всё перемаршрутизируют за пару минут», реальность нанесла второй удар. Прилетел прилет по второму крупнейшему дата-центру «Яндекса» — на этот раз в Калуге (индустриальный парк «Грабцево»).
Компания официально подтвердила, что там полностью выведено из строя несколько технологических модулей.
Для понимания масштаба катастрофы: калужский ЦОД — это их новейший, самый современный и самый мощный объект во всей России на 3800 серверных стоек (63 МВт). За 48 часов из строя вывели практически половину всей физической инфраструктуры «Яндекса».До этих атак у компании в РФ было всего 5 собственных дата-центров (Сасово, Калуга, Владимир, Мытищи и Ивантеевка). Сасово остановлен, Калуга частично разрушен.
Прямо сейчас гигант Рунета держится буквально на трех оставшихся площадках в Подмосковье и Владимире.
Да, бэкапы — это святое, они есть. Но господа сисадмины, ответьте на простой вопрос: если атаки по цепочке продолжатся, куда вы будете восстанавливать эти терабайты данных, когда физическое «железо» под облачные мощности тает на глазах? Маршрутизировать трафик будет просто физически некуда.Похоже, 60 миллиардов рублей из бюджета на виртуальные заборы Роскомнадзора закончились там же, где и начались. А IT-сектор остался один на один с копеечными дронами и антидроновыми сетками-рабицами, которые депутаты предлагают закупать за свой счет.

Пруф РКН потратит 60 млрд на блокировки Яндекс

Пруф Атака на дата-центр Яндекса в Сасово

Пруф Депутат Алексей Журавлев после атаки на Яндекс

Пруф Новый удар по дата-центру в Калуге

Удивительный сегодня день. Официально мы празднуем то, чего в природе не существует, ради того, чтобы забыть то, что действительно было. Короче, с Днем какого-то там единства вас. Вообще, эта дата — потрясающий пример того, как государственные технологи пытаются скрестить ужа с ежом. Сначала они судорожно искали, чем бы перекрыть 7 ноября, чтобы люди забыли про Октябрьскую революцию. Сперва обозвали это «Днем согласия и примирения» — звучит как сеанс у семейного психолога после драки табуретками. Потом решили опереться на историю, вытащили из нафталина 1612 год и назвали конструкцию «Днем народного единства».

Правда, если открыть нормальные исторические источники, а не парадную методичку, то «великая победа» выглядит как обычный финал олигархических разборок. В Смуте просто победила группировка Романовых — ребят с крайне сомнительными правами на престол, которые были седьмой водой на киселе и банально переиграли конкурентов. До этого те же бояре вполне охотно звали польского королевича на царство, "Лжедмитрий" успешно рулил страной почти год, да и поляки были такими же славянами. Весь сыр-бор случился у церкви из-за католицизма, а Романовы просто вовремя перекрестились в православие и забрали кассу. И вот это верхушечное кумовство нам долгие годы продавали как «день победы над интервентами».

Но со временем концепт поплыл. Про поляков в контексте 4 ноября уже почти никто не вспоминает. Смысловые акценты праздника стали менять на ходу: сначала вовсю транслировали «национальное единство» (хотя термин спорный, у нас под «национальным» каждый понимает свое в силу культурных особенностей), а теперь акценты окончательно размылись до какого-то абстрактного «единства народов». Единство ради единства.

И вот тут начинается самый сочный парадокс. В Советском Союзе, который они так упорно пытаются закопать, реально была концепция единого народа. Но держалась она не на лозунгах, а на базовом социальном равенстве. Плюс-минус все жили на одном уровне. Да, у партийной элиты были свои спецраспределители, но пропасти не существовало: в регионах те же секретари райкомов обычно жили в обычных домах и квартирах по соседству с простыми работягами, а их доходы не поражали воображение. А народные депутаты вообще собирались раз в год на сессию, а потом спокойно возвращались на свои заводы, стройки и в колхозы к обычным рабочим местам. Не было этого дикого разделения ни по национальным квартирам с их местечковой политикой, ни по толщине кошелька.

В первые годы после развала Союза снизу еще теплилось хоть какое-то, пусть даже теоретическое, общественное влияние на процессы. Но за прошедшие десятилетия вместо живого диалога в обществе кропотливо выстроили глухую, железобетонную вертикаль власти — чисто иерархическую систему, которая просто распределяет ресурсы и команды сверху вниз. Какое уж тут народное творчество или инициатива снизу: государственные структуры превратились в замкнутую касту, живущую по своим правилам.

В итоге получается абсурд. Единство кого с кем мы празднуем? Условного Форбса из списка топ-10 с курьером на электровелосипеде? Людей, у которых доход отличается в тысячи раз, невозможно склеить праздничным концертом или спущенной сверху директивой. Нас призывают объединиться, но забывают уточнить параметры этой склейки.

Если в этот день что-то и объединяется, то только наше общее недоумение по поводу повода для праздника. Так что хорошего вам выходного посреди недели. Разорванная пополам рабочая рутина — пожалуй, единственная реальная точка соприкосновения, в которой мы сегодня действительно едины.

PS/ В продолжение поста - реальная картина о смутном времени