Они заходят и спускаются в низ. На ступеньках недавно разбитая бутылка вина. Видимо, священника. Тусклое освещение, пахнет спиртом и палёной резиной. Нет, не марихуаной, а именно палёной резиной. Помещение огромное, похоже, раньше использовалось как цех или даже склад, но это не важно. Над танцполом второй этаж с окнами, что-то вроде випкомнаты. В помещении пару людей, за баром два бармена. Играет музыка, посетители лениво танцуют под медленный бас. У Алины болит голова, ей кажется, что её сейчас стошнит. Ощущение, будто плюнули в душу. Не из-за клуба, а из-за понимания, что пошла по неправильному пути.
- Здесь подожди, я сейчас подойду.
В помещение начинают заходить люди. Они весёлые и громко смеются. Больше всего Алине запомнилась девушка в ярком красном платье. Она выглядела волшебно и явно чувствовала себя здесь в своей тарелке. Странное место.
Её спутник подошёл к охраннику.
- Она со мной, с Шаманом познакомлю.
Охранник устало на него посмотрел.
- Ну, завтра ещё приведу, не каждый на такую работу согласится.
- И что мне, её домой везти?
- Ну проходи, хоть что-то.
Парень махнул Алине рукой. Они стали подниматься по лестнице. Ей было ужасно страшно.
На стене висела странная картина. Восемь маленьких девочек без лиц в лесу, все в платьях разных оттенков. От картины стало еще страшнее, обстановка была пугающая. Но адреналин уже начал туманить рассудок и будоражить. За столом сидели трое. Шаман был в спортивном костюме, справа от него сидел полный мужчина в пиджаке, явно занимающийся криминалом в законе. На его лице читалась безнаказанность. Слева сидела девушка в красном платье. Стоп. Так это же та самая, которая только что была в зале, как она тут оказалась? А может, все клубные барышни на одно лицо? Ладно, не важно. Они сели за стол. Шаман даже не смотрел на них. Дама в красном начала говорить:
Парень посмотрел на неё почему-то испуганно, такой реакции Алина от него не ожидала.
- А вы, блять, не поздно приехали? Ничего, что там уже половина зала?
Музыка стала живее, с танцпола были слышны визги женщин.
- Мы можем прямо сейчас приступить к работе.
- Блять, приступай, хули ты сидишь как тупой?
Шаман поднял руку. Он всё так же смотрел в пустоту. Потом что-то сказал на ухо даме в красном, та махнула рукой. Из другой комнаты появился мужчина в смокинге, его чёрные волосы были зачёсаны назад, в руке он держал круглый алюминиевый поднос, на котором была целая гора шишек конопли. Он поставил поднос на стол, остановился за дамой в красном, согнул руку в локте и повесил на неё белое полотенце. Шаман стал крутить косяк. Получалось это у него виртуозно, он был похож на робота, настолько его движения были отточены до автоматизма. Официант подал огонь, почему-то спичками, а не зажигалкой. Шаман раскурил и передал косяк Алине. Дама в красном смотрела и улыбалась.
Алина сделала глубокую затяжку и начала кашлять. Внизу лупил жестокий бас.
- Ч-что? Артёма? Какого Артёма?
Алина отдала косяк Шаману, тот передал его мужчине рядом. Она почувствовала, как её тело начало стекать в кроссовки брата. Мужчина сделал жирную затяжку и вернул косяк.
- Тебе никогда не казалось, что человеческая судьба - это колея? Будто рассказ, который уже давно написан. Время не идёт ни вперёд и ни назад, мы застряли в определённом моменте и проживаем его циклически.
Она сделала ещё одну затяжку. Сказать, что наступила измена – нет. Скорее, это было просветление. Плевать на смерть и на то, что с ней сделают. Плевать, что будет дальше. Она должна рассказать людям всё, что поняла.
Алина берет стул, на котором сидит, и бросает в стекло. Оно разбивается на мелкие осколки, но её никто не пытается остановить. Она берет поднос с марихуаной и разбрасывает шишки в самый центр танцев, которые были уже в разгаре. Пьяные люди жадно хватают марихуану, лупит жестокий бас, и, кажется, от такого зрелища Шаман впервые в жизни улыбается.