«Куда она смотрит?»: ответ на вопросы и комментарии
В последнее время я активно выкладываю свои короткие ролики как психолог.
И под ними регулярно появляется похожие комментарии: «А куда она смотрит?», «Что у неё с глазами?», «Глаза какие-то ненормальные».
В детстве подобные вопросы меня ранили и обижали. Ребенку трудно справляться с чужим бестактным любопытством. Но я выросла. И сегодня, сталкиваясь с этим в сети, я уже не обижаюсь. Как психолог я делаю свои выводы о культуре комментирующих, но эмоционально не вовлекаюсь.
Само по себе любопытство — это нормально. Мы все разные. Но есть важное правило здоровой коммуникации и оно работает и в сети в том числе: Задавайте вопрос лично человеку о котором говорите, а не обсуждайте в третьем лице. Только человек, живущий с особенностью, может ответить на вопрос корректно и честно. Поэтому давайте прямо сейчас отбросим домыслы.
Давайте расшифруем: что у меня с глазами?
У меня инвалидность II группы по зрению. Один мой глаз не видит совсем, а второй — видит слабо.
Это произошло из-за ожога сетчатки кислородом при рождении, так как я родилась недоношенной. В моих медицинских заключениях написано много сложных терминов, но если перевести их на простой язык, это выглядит так:
— Острота зрения: Правый глаз не видит совсем — его показатели равны 0 (тотальная слепота, кстати так было не всегда).
Левый (единственный видящий) глаз без очков видит всего на 0,1 (то есть 10% от нормы), а с максимальной очковой коррекцией дотягивает до 0,2.
— Нистагм: непроизвольные колебательные движения глаз. Из-за ограничения подвижности мышц я физически не могу контролировать это движение волевым усилием. Именно из-за нистагма мой взгляд в кадре может казаться «необычным» или «бегающим».
— Микрофтальм правого глаза, уменьшение глазного яблока в размерах (именно поэтому визуально глаза кажутся разными).
— Дистрофия роговицы и измененная форма зрачка: особенности передней части глаза, которые видны со стороны.
— Тотальная воронкообразная отслойка сетчатки и фиброз: последствия того самого ожога, из-за которых правый глаз полностью слеп.
— Атрофия зрительного нерва и высокая миопия: особенности моего второго, левого глаза, которым я вижу этот мир.
Мой взгляд в кадре — это чистая физиология. Я просто физически не могу направить оси глаз так, как это делают люди со стопроцентным зрением.
Предвосхищая частые вопросы: «А почему не сделать операцию, например, по удалению катаракты?» или «Почему не подобрать другие очки?» — сразу отвечу. К сожалению, в моем случае медицина не всесильна, и это не панацея. При отслойке сетчатки и глубоких изменениях ни суперочки, ни замена хрусталика не способны вернуть зрение или исправить положение глаз. Моя анатомия устроена именно так, и я научилась жить и побеждать внутри этих вводных данных.
Обычная жизнь, как это?
С точки зрения обычного человека, зрение в 10 -15% от нормы — это приговор к беспомощности. Многие думают так.
Глупо отрицать: диагноз накладывает серьезные ограничения, и в моей жизни есть определенные бытовые и физические сложности. Но они меня не останавливают. Всё можно максимально сделать удобным и безопасным. И не только дома, но и на улице, адаптивные возможности есть и должны развиваться.
Если читателям будет интересен мой чисто практический опыт — как я справляюсь с бытом, я обязательно подробно расскажу об этом в отдельной публикации.
Пока же скажу главное: возможности человека практически безграничны, если есть огромное желание жить и действовать.
Я всему научилась сама.
Начиная от домашних задач и заканчивая чисто женскими вещами — например, я сама наношу себе макияж перед работой , выходом на улицу, или съемками видео.
Более того, те самые ролики, которые вы видите у меня в профиле, я монтирую, вырезаю склейки и накладываю эффекты абсолютно самостоятельно.
Я прохожу по 2–3 профессиональных обучения в год. И прохожу их не в специализированных инклюзивных центрах (их у нас практически нет (на бумаге их много, но на практике увы...), но инклюзивное образование — это тема для отдельной статьи). Я обучаюсь в самых обычных учреждениях, наравне со зрячими коллегами.
В нашей профессии коллеги с серьезными нарушениями зрения — огромная редкость.
Я сейчас не про тех, кто получил образование психолога, а про тех кто выполняет ежедневную практику. Про тех, кто ежедневно ведёт приём. Практику в сфере психологии людям с особенностями зрения реализовать невероятно сложно, ведь в этой работе колоссальный объем зрительной нагрузки (чтение литературы - это кстати можно сделать с помощью программы озвучки), ведение карт - вот здесь сложности, считывание невербальных реакций, но здесь тоже хорошо работает компенсация).
Я смогла выстроить свою практику и рабочее пространство так, чтобы мне было максимально комфортно и эффективно.
Я — дипломированный психолог широкого профиля, специалист, который работает практически со всеми запросами (за исключением клинической психиатрии и ряда других). Помимо этого, я — творческий человек, композитор, пишу стихи и исполняю свои песни. А еще я любимая и любящая жена и мама.
Мой опыт — терапия для других.
Я никогда не пытаюсь играть роль «всезнайки» или идеального гуру. На сессиях я остаюсь собой — живым человеком со своей историей.
Интересный факт: когда в рамках психотерапии (там, где это было уместно и необходимо для процесса) мои клиенты узнавали мою историю преодоления, это давало мощнейший терапевтический эффект. Для многих это становилось колоссальной мотивацией к развитию.
Этой статьей я хочу показать главное: когда человек искренне пытается найти свою дорогу, путь обязательно выстраивается сам. Физические ограничения существуют в теле, но ограничения возможностей — только в нашей голове.
Почему я об этом говорю?
Я делюсь этой информацией не ради жалости, сочувствия или бурных обсуждений.
Я — открытый человек.
И я прекрасно понимаю, что моя внешность на видео, или в жизни может вызывать у потенциальных, или действующих клиентов вопросы или даже подсознательное напряжение на первых онлайн, или личных встречах.
Я публикую это для того, чтобы убрать любые барьеры и неловкость. Я хочу, чтобы люди — мои будущие клиенты — шли ко мне именно к такой, какая я есть: со всеми моими профессиональными достоинствами, жизненным опытом, победами и моими физическими особенностями.
В терапии важна подлинность. И я начинаю эту подлинность с себя.
Быть может мои глаза смотрят на мир иначе, но они видят главное — человеческую душу, и я чувствую то, что обычным взглядом увидеть нельзя, а это намного важнее.
Буду рада ответить на ваши корректные вопросы в комментариях!
С уважением Ольга Кармутху
Июнь 2026г.
