Не буди во мне ведьму. Глава 1
(продолжение выйдет завтра в 6.30 мск)
- Всех твоих обязанностей - чистоту в доме поддерживать и еду вовремя готовить, но ты ведь и с этим не справляешься. Как бы ты вообще без меня жила, а?..
И всё бы ладно, но тон...
Ни гнева, ни злобы. Равнодушие, оттенённое вялым раздражением - будто муха жужжит над сонным ухом, и отмахнуться лень - слишком уж незначителен раздражитель.
Арина уже давно так себя и ощущала - незначительным раздражителем в жизни мужа, в их стильной квартире она сама себе казалась неуместным предметом, вроде старого «толстого» телевизора или пылесоса.
- Я индейку в духовке запекла, с травами, - тихо сказала она. - Поешь, полезно. Белка много... И салат вкусный, с оливковым маслом. До обеда будешь сыт и энергичен...
- Ты же знаешь, я эту твою индейку на дух не переношу, - всё так же равнодушно сказал муж. - Сухая, жёсткая - в зубах застревает твоё «здоровое питание». А у меня сегодня важное совещание, от которого много зависит - ещё не хватало в зубах ковыряться перед начальством. Заеду в «Барсук» по дороге, там поем.
- Ладно, - сказала Арина, закрывая духовку. - Когда тебя ждать? Что хочешь на ужин? Я с работы забегу в магазин.
- Да всё равно, - ответил тот, захлопывая кейс. - Буду поздно. И, если всё выгорит, - он впервые улыбнулся уголком рта - не Арине - своему отражению в зеркале, - будешь с сегодняшнего вечера женой начальника отдела логистики «Премьер Групп». Может, хоть тогда со своей библиотеки уйдёшь... Всё, я ушёл. Пока.
- Пока, Дим, - сказала она в закрытую дверь.
Наступила тишина - как и всегда после его ухода. Гулкая, ватная - приносящая облегчение и одновременно тупую ноющую боль.
По старой привычке Арина подошла к окну посмотреть, как отъезжает серебристый «Тигуан». В стекло брызнуло моросью, шорох капель разрушил тишину, выдернув хозяйку квартиры из транса.
Она привычными скупыми движениями сервировала завтрак. В белоснежную кружку полился травяной чай - «это твоё сено деревней пахнет», но этот чай - чуть ли не единственная отдушина в её стерильной жизни. Для неё он пах не деревней, а луговым разнотравьем, сладким клевером, томной от солнца землёй. Арина делала глоток, закрывала глаза, по языку разливалась травяная терпкость, а в уши врывался тяжёлый гуд шмелей, шелест трав на ветру. Этот чай пах свободой и немного - сказкой.
А индейка была сочной и нежной - потому что мариновалась в медовом соусе и запекалась в двух слоях пергамента по строго выверенному таймеру...
Арина оделась, закрыла квартиру. Консьержка тётя Зина, в вечной серой шали с бахромой похожая на большую собаку-комондора, величественно кивнула и что-то пробормотала вслед. Будто благословила.
На улице Арину встретил разошедшийся дождик, но это ничего - она любила дождь. Капельки застучали по лицу, по сомкнутым векам, и губ коснулась лёгкая улыбка. Вот теперь можно идти - палец нажал на кнопку зонтика, с шелестом развернулся яркий купол. Да, зонтик у неё хулиганский - солнечно-жёлтый, в крупный весёлый горох!.. А скучный официальный серебристый лежал, где положено - на скучном официальном месте, для тех редких случаев, когда требовалось быть где-то с мужем.
До библиотеки, где она работала, минут двадцать пешком, если не торопиться. Она и не торопилась.
Плыли навстречу прохожие - каждый - отдельный маленький мир, который она старалась немного разглядеть и разгадать. Витрины магазинов, где она назубок знала все экспозиции. Разные учреждения, где сквозь щели жалюзи можно было уловить кусочек чьей-то деловитой суеты. Шумный перекрёсток с подмигивающим светофором и старым, ещё советских времён, газетным киоском со всякой забавной всячиной. Розовая штукатурка музыкальной школы на углу... Школа частенько одаривала её то пронзительным плачем скрипки, то гулкими ударами клавиш пианино или медными голосами духовых.
И, наконец, двустороннее крыльцо старого особняка, на первом этаже которого располагалась её библиотека. Три вытертых каменных ступени, поворот, и ещё две - перед входной дверью.
Таким был её повседневный мир, и эти прогулки она считала лучшей, самой интересной частью жизни.
И старинный их город на берегу спокойной широкой реки она тоже любила. Не большой, не маленький, спокойный и удобный, полный старинных усадеб, дряхлых деревьев и уютных закоулков.
Это Дмитрия тянула магнитом сверкающая технологичная Москва, злили узкие улицы и старенькие трамваи, которые Арина находила очаровательными, и всё чаще заходили разговоры типа «как только будет вакансия, так сразу!..»
Арину планы мужа не слишком беспокоили, поскольку начались сразу после свадьбы, но воз и ныне там. Да, Дмитрий рос в карьере, но пока, насколько Арина понимала, их провинциальный филиал никто в столице за «кузницу кадров» не держал и срочной поставки кадров не требовал.
Арина часто ловила себя на мысли, что она плохая жена, раз не хочет, чтобы муж шёл выше, и совершенно лишена амбиций, потому что не хочет в столицу, но ничего не могла с собой поделать. При мысле о переезде тоскливо сжималось сердце...
Она потянула за витую латунную ручку, и родная обшарпанная дверь тяжело подалась навстречу.
- Доброе утро, Нелли Семёновна, - поздоровалась она с напарницей, зайдя в библиотечный зал и на ходу снимая куртку.
- Утречко, утречко, Ариночка Викторовна! - отозвалась вполне ещё бодрая пожилая дама в старомодной блузе с красивым агатовым гарнитуром. - Не намокла, голубушка? Такое чувство, что гроза собирается, хотя до мая далековато ещё. Последний раз апрельская гроза у нас, дай Бог памяти, когда была?.. Кажется, в семнадцатом, Мишутке, помню, годик тогда как раз исполнился, на кухне кашку ему варила, а за окном ка-а-ак жахнет, так у меня кастрюлька-то из рук и выпала... Вся уделалась, да ещё ногу обожгла...
Под её уютное журчание Арина повесила сумку и куртку на вешалку и прошла на своё рабочее место, за конторку в читальном зале.
Редко когда с самого утра у них бывали посетители, но ближе к полудню под высокими сводчатыми потолками старинного зала уже звучали негромкие голоса, слышался шелест страниц, были и люди, приобретавшие абонемент просто, чтобы спокойно поработать за ноутбуками в тишине.
Работу свою она тоже очень любила, хотя Дима фыркал - «за смешные копейки в этом склепе просиживаешь, ради них из дома-то выходить не стоит».
Но она не просиживала!
Уютный полумрак, запах старых книг, высокие стеллажи с разноцветными корешками - идеальная обитель для интроверта. Такая, что приглушит усталость и боль, успокоит мятущуюся душу, позволит быть собой и помогать людям - скромно и спокойно, как умела только Арина.
- Здравствуйте, - робко сказала первая посетительница за сегодня - маленькая хрупкая женщина средних лет. Раньше Арина её не видела. - Посоветуйте что-нибудь по... э-э-э... понимаете, психологическое что-нибудь, про развод...
Бледный румянец окрасил её щёки, она опустила голову, смущённо теребя кончик шейного платка.
- Конечно, - улыбнулась Арина, - вы присаживайтесь, пожалуйста. Вон там, у окошка, самое лучшее место - уединённое, и в окно всегда можно посмотреть, отвлечься. Сама люблю там с книгой посидеть, когда посетителей нет. И я знаю, что вам может помочь...
Да, она знала. Пальцы шустро бежали по корешкам, нужный будто сам прыгнул под руку. Вот она, Пема Чодрон, её сердечные советы и мягкая мудрость стольким женщинам приоткрыли дверь в новую жизнь, когда старая разбилась вдребезги. И ещё... Арина аккуратно, чтобы посетительница не заметила, кинула на неё быстрый взгляд, присмотрелась внимательнее... да.
Она перешла в секцию поэзии, подставила стремянку. Сборник этот изрядно поистёрся уже, надо бы подреставрировать или новый заказать... Стольким людям он уже пригодился - не счесть.
- Стихи?.. - женщина подняла на Арину светлые, прошитые тенью боли глаза. - Но я... не читаю стихов... не понимаю поэзию...
- А вы просто откройте наугад, прочтите первое, что попадётся. Это волшебная книга, правда. Я сколько раз уже убеждалась. Ну всё, не буду вам мешать.
Арина, конечно, знала, что женщина заплачет, открыв томик стихов. Она чувствовала её душевную боль - острую, надрывную, совсем не похожую на её собственную, и в который раз мысленно порадовалась, что у неё самой крепкий стабильный брак - пусть бездетный... но долгий и даже... по-своему уютный.
Пусть Дима не особо много внимания ей уделяет, но оно и понятно - большой человек, вечно занят, обеспечивает семью... Муж у неё умница, непьющий, целеустремлённый. Сколько за ней ухаживал, пока она на последнем курсе училась!.. Какой яркий у них был роман - как вспышка, как фейерверк - все однокурсницы завидовали!..
Арина тихонько улыбнулась, сидя за компьютерным экраном и щёлкая по карточкам каталога в библиотечной папке.
Единственное, что омрачало их совместную жизнь - дети... вернее, их отсутствие. Дитя-то пришло быстро - ещё до поспешной свадьбы, но тогда они оба едва жить вместе начали, и Дима её уговорил прервать беременность. А она так любила его, что - согласилась...
Здесь как всегда, заныло, закололо в груди, жгучая пелена застелила глаза.
Операция прошла неудачно, настолько, что... когда врач сочувственно сказала, что у неё больше не будет детей, она просто услышала то, что знала и так. Тяжкая боль легла на душу тяжёлым камнем - навсегда.
Арина коротко выдохнула - раз, другой, третий. Мысленно представила, как лежит в тёплой воде озера, раскинув руки и ни о чём не думает. Она уже давно научилась быстро приводить в порядок растрёпанные чувства - никто и не подозревал, какие тяжкие бури бушуют внутри тихой бледной женщины. Разве что Нелли Семёновна порой смотрела сочувственно, но природная деликатность не позволяла ей вмешиваться напрямую.
- А что, Ариночка Викторовна, не выпить ли нам вашего волшебного чаю? - Арина вздрогнула, почувствовав прикосновение и поспешно обернулась. - Погодка сегодня нелётная, людей нет почти - у меня так вообще никого!
- Ну конечно, Нелли Семёновна. Конечно...
К вечеру действительно собралась гроза - самая настоящая, первая в этом году. Стоя под козырьком остановки - она всегда провожала Нелли Семёновну до автобуса, Арина заворожённо наблюдала, как чёрная туча брюхом наползает на дальние свечки многоэтажек. Её посланники - длинные серые космы облаков уже неслись впереди, прямо на них с Нелли Семёновной, расчищая дорогу царице. А та глухо ворчала, недовольная, и в косматой глубине зловеще вспыхивало.
- Ох, Ариночка, - Нелли Семёновна тоже тревожно вглядывалась вдаль. - Может, такси возьмёте?.. Уж больно туча страшенная!
- Да ничего, Нелли Семёновна, - улыбнулась Арина. - Я люблю грозы. Это значит - лето не за горами! И воздух какой свежий - как дышится легко. У меня зонтик с собой, да и идти всего ничего. Не переживайте!
- Ладно, голубушка, - Нелли Семёновна махнула рукой. - Упрямая вы, знаю, всё одно не послушаете. А вот и мой, кажется, - она вгляделась в номер подъезжающего автобуса. - До завтра!
- До завтра, Нелли Семёновна, берегите себя.
Туча настигла её уже у самого дома, в сквере. Потемнело так резко, вспыхнуло и грохнуло так страшно и так близко, что Арина невольно взвизгнула, прижав к себе сумку, и неуклюже побежала. Порыв ледяного ветра рванул из руки зонтик, купол вывернуло спицами наружу, и женщина зацепилась второй рукой за железную ногу фонаря, чтобы не упасть.
И в этот момент в фонарь ударила молния.
Фонтан оранжевых искр просыпался сверху диковинным фейерверком, в глазах потемнело, а тело прошил неистовой силы разряд.
«Боженька, неужели всё?..»
По лицу снова стучали капли - но не такие робкие, как утром. Тяжёлые неистовые шлепки били больно, с оттягом, словно пытаясь привести её в чувство. Ладони холодило мокрое железо, асфальтовая дорожка впивалась в колени. Арина с трудом открыла глаза.
Она стояла на коленях у фонаря, мокрые волосы выбились из-под платка и рассыпались по плечам. Гроза грохотала и неслась дальше, стегая ещё голые деревья и только начавшие зеленеть космы прошлогодней травы невидимым бичом. Не веря себе, в то, что чудом осталась жива, Арина медленно поднялась, цепляясь за всё тот же злополучный фонарь - больше было не за что. Зато рядом с фонарём была лавочка, на которой она любила сидеть на прогулках.
На неверных ногах Арина сделала пару шагов, рука коснулась лавочки. Облегчённо вздохнув, она собралась было сесть, как в новой вспышке молнии обнаружила, что лавочка не пуста. На ней сидел мужчина и странно смотрел на неё, даже не делая попытки встать и помочь.
Нет, Арина прекрасно понимала, что не все люди спешат на помощь ближнему, но помочь женщине хотя бы встать после такого инцидента - это уж совсем несложно!.. Не надорвался бы...
Незнакомец продолжал пристально и даже с некоторым удивлением разглядывать её, и Арина в конце концов не выдержала:
- Неужели так интересно наблюдать, как женщине плохо?..
- Очень, - сказал мужчина, и уголки его губ медленно приподнялись в нехорошей улыбке.
С ним было что-то совсем не то. В мозгу промелькнула паническая мысль о маньяках, и Арина заплетающимся языком пробормотала:
- Вас что, не учили женщинам в трудных ситуациях помогать?... Или вы... вы... садист?..
Мужчина засмеялся, откинув голову, и Арину снова будто прошило молнией. Этот смех... совсем не человеческий... он был... он был...
- Учили, - сказал мужчина, отсмеявшись. - И я бы с удовольствием помог, да вот незадача...
Он медленно протянул руку, и Арина онемев от ужаса, не смогла отпрянуть. Его рука коснулась её, но женщина не ощутила живого человеческого тепла. Наоборот, неприятный скользкий холод змеёй скользнул вверх, к плечу. Его пальцы, не встретив сопротивления, прошли сквозь её руку, как сквозь зыбкий утренний туман...
А через его силуэт, прежде казавшийся вполне реальным, вдруг явственно проступили контуры деревьев и бегущая сквозь сквер парковая дорожка...
Коротко всхлипнув, Арина провалилась в милосердную тьму.
Скачать бесплатно сборник моих рассказов





