В лагерях СССР вопрос питания был одним из самых острых. От куска хлеба зависела не только сила работать, но и сама жизнь. Еда здесь стала не просто источником калорий, это был инструмент управления людьми.
Хлеб всему голова (и желудок)
Главный продукт - хлеб. Он был чёрствый, с примесями, часто недопечённый или покрытый плесенью. Но именно он давал основную часть калорий.
Баланда как символ
Супы на воде из круп или овощей называли баландой. Вкус? Почти никакой. Питательность? Минимальная. Мясо или рыба туда попадали в виде отходов.
Гарнир, которого почти не было
Иногда зекам доставалась каша, овсянка, пшеничная или гороховая. Редко, макароны или сухофрукты. Порции были настолько малы, что скорее дразнили желудок, чем насыщали.
Лакомства по праздникам
Сахар, масло или специи, только в честь праздника или за особый труд. Овощи и картофель появлялись в меню лишь по сезону.
ШИЗО: еда через день
Для тех, кто попадал в штрафной изолятор, условия были ещё жестче. Горячая пища, через день, в остальное время только хлеб и соль. Итог, быстрое истощение и болезни.
Сколько калорий получал зек
Обычный заключённый получал 1200-1500 ккал в сутки. Для взрослого мужчины, работающего в тяжёлых условиях Севера, это было в два раза меньше нормы. Недоедание + холод + работа = быстрый упадок сил, авитаминозы и смертность.
Психология голода
Еда была не только скудной, но и унизительной. Драки за лишний кусок хлеба, постоянное чувство голода, унижение при раздаче пайков, всё это оставляло глубокие следы в психике.
Итог
Питание в ГУЛАГе стало символом борьбы за жизнь. Голод использовался как способ давления и наказания. Для выживших память о том куске хлеба осталась одной из самых сильных и горьких.
Еда в лагерях - это не просто история про меню. Это история про то, как голод ломал тела и души.
А если вам хочется после такой истории не баланду, а что-то реально вкусное, загляните на канал ВКУСНО ГОЛОДНЫЙ. Там рецепты, от которых голод превращается не в пытку, а в удовольствие
Когда мы говорим об эволюции человека, чаще всего имеем в виду далёкое прошлое – австралопитеков, неандертальцев, кроманьонцев. Однако важнейшие изменения происходили и в последние 10–15 тысяч лет, уже после появления Homo sapiens. Эти изменения были вызваны не столько природным отбором, сколько новой стратегией выживания: доместикацией растений и животных. Именно переход к земледелию и скотоводству радикально изменил образ жизни человека, а вместе с ним и его генетику, физиологию, социальные структуры.
Это просто прекрасная фотка ребёнка и собаки. Ничего больше
Собака считается первым животным, приручённым человеком. Археологические данные указывают, что процесс начался не менее 15–20 тысяч лет назад, а, возможно, и раньше. В Бонн-Оберкасселе (Германия) найдено погребение возрастом около 14 тысяч лет, где рядом с людьми лежит собака. Генетика показала, что собаки происходят от серых волков, но процесс одомашнивания шёл не через насильственное подчинение, а через постепенное сближение. Более лояльные к людям волки получали преимущества: доступ к остаткам пищи, защиту. Взамен они помогали в охоте и охране (об этом есть у меня на канале).
Доместикация собак изменила не только животных, но и людей. Совместная охота увеличивала эффективность добычи, а социальное взаимодействие с собаками стимулировало развитие коммуникации и эмпатии. Некоторые исследователи даже предполагают, что именно контакт с собаками усилил «социальную» составляющую когнитивных способностей Homo sapiens.
Залипательная карта происхождения собак
Около 10 тысяч лет назад на Ближнем Востоке произошло событие, известное как неолитическая революция. Люди начали культивировать злаки – пшеницу, ячмень, просо, а также бобовые и лен. Независимые центры земледелия возникли в Китае (рис, просо), в Мезоамерике (кукуруза, бобы, тыква), в Андах (картофель, киноа).
Этот переход изменил диету человека. Вместо разнообразного набора продуктов охотников-собирателей рацион стал более богатым углеводами, но бедным по витаминам и белкам. Это повлекло за собой новые эволюционные вызовы.
Например, археологические скелеты показывают, что рост человека после перехода к земледелию уменьшился, а частота зубных патологий возросла. Но вместе с тем культурные преимущества (рост численности населения, возможность создавать излишки пищи) сделали земледелие устойчивой стратегией.
Человечество, как вид, питается по большей части зерном. Пшеница, рис и кукуруза
Особую роль сыграло скотоводство. Одомашнивание коз, овец, а позже коров и лошадей дало людям новые источники пищи (мясо, молоко) и ресурсы (кожа, шерсть). Однако употребление молока у взрослых вызывало проблему: у большинства млекопитающих активность фермента лактазы снижается после детства, и переваривать молочный сахар становится невозможно.
Генетические исследования показали, что у некоторых популяций Homo sapiens возникла мутация, сохраняющая активность лактазы во взрослом возрасте. Этот феномен (лактозная толерантность) распространился в Европе, на Ближнем Востоке и в Африке. Он стал ярким примером недавней человеческой эволюции под давлением культурных практик. Люди, способные усваивать молоко, получали энергетическое преимущество и дополнительный источник белка, что повышало шансы на выживание. Таким образом, культурная инновация вызвала генетическую адаптацию, ставшую ключевой для миллионов людей.
Бушмены в Калахари. Именно так (почти) жили наши далёкие предки
С переходом к зерновым в рационе Homo sapiens возросла доля крахмалов. Генетики обнаружили, что у земледельческих популяций увеличилось количество копий гена AMY1, кодирующего амилазу –фермент, расщепляющий крахмал. У охотников-собирателей копий меньше, у земледельцев их больше, что отражает адаптацию к богатой углеводами диете.
Это пример того, как культурные практики напрямую влияли на геном. Фактически человек начал сам себе создавать новые селективные давления.
Земледелие и скотоводство имели и тёмную сторону. Рост плотности населения и контакт с животными способствовали распространению инфекций. Многие эпидемические болезни (оспа, корь, туберкулёз) возникли именно в этот период, как «зоонозные» инфекции, перешедшие от животных к человеку. В ответ шли генетические адаптации. Например, некоторые варианты генов HLA, регулирующих иммунный ответ, получили широкое распространение именно в земледельческих обществах. Это иллюстрирует, как тесное взаимодействие с животными изменяло не только культуру, но и генетику Homo sapiens.
Доместикация изменила не только физиологию, но и общество. Излишки пищи позволили создавать осёдлые поселения, что стало основой для городов и государств. Появились социальная стратификация, торговля, письменность. Человеческая эволюция стала не только биологической, но и социальной. Доместикация собак, растений и скота это не просто технологические достижения. Это события, изменившие генетику Homo sapiens. Толерантность к лактозе, увеличение числа копий гена амилазы, изменения в иммунной системе — всё это примеры коэволюции культуры и биологии. Эти процессы показывают: эволюция человека продолжается и сегодня.
Мы не застывший «венец природы», а вид, чья судьба определяется взаимодействием генов и культуры. И, возможно, именно это делает нас уникальными: мы не только продукт эволюции, но и её активные участники.
Если статья Вам понравилась - можете поблагодарить меня рублём здесь, или подписаться на телеграм и бусти. Там я выкладываю эксклюзивный контент (в т.ч. о политике), которого нет и не будет больше ни на одной площадке.
Было это в конце прошлого века. Ужос сколько времени прошло с тех пор, как я срочную службу служил.
По классике, попал я сначала в учебку, я тут уже писал несколько рассказов о моей армейской жизни.
Сейчас вспомнилось, в каком контексте не помню, как я первый раз попал дежурным по столовой.
Для тех кто в армии служил, не секрет, что наряд по столовой это тяжело и муторно. Особенно, если как у меня, часть большая. А у меня часть была очень большая и солдат и офицеров в ней очень много было. В одной учебке только 5 рот+ школа прапорщиков и т.д. и т.п.
Так вот, попал я в первое дежурство по столовой. Выдали нам подменную форму, жирную и замызганную, чтоб мы "повседневку" не пачкали. Потому как в столовой, предстояло много грязной работы. Мыть и чистить и снова мыть и чистить. Посуду, полы, овощи, котлы, столы и т.д. и т.п. Никто к готовке нас понятно не допускал. Повара были гражданские, сверхсрочники и прапора, а помощники поваров деды, потому что кухня "место хлебное".
И вот я, с такими же духами, мыл и чистил. К вечеру устал как собака. А тут ещё выясняется, что кто-то должен на ночь остаться, помогать помощнику повара, завтрак готовить на всю часть.
Помощником повара на ту ночь, оставался дед по кличке"Тайсон", кличка надо сказать, у него была не просто так. Это был совершенно квадратный мужик, лет в 25, который до армии то ли боксом, то ли самбо занимался. По внешности совершенно жуткий тип. Нос сломан, уши тоже. Челюсть вперед выдвинута, а кулаки размером с дыню-колхозницу. Люлей он раздавал по любому поводу, говорят, его даже офицеры с прапорами побаивались. А ещё Тайсон был хлеборез.
Была такая должность в столовой.
Армейский хлеб с малом
Фото Тайсона у меня конечно нет. Так что вот вам хлеб с маслом!
Хлеборез и маслорез самые козырные должности в столовой. Попасть в столовую, да ещё на такие должности, было верхом удачи и счастья для солдата.
Построил нас сержант наш и говорит Тайсону, выбирай любого себе на ночь в помощники.
И конечно Тайсон ткнул своим толстым, как сарделька пальцем в меня. У меня сердце в пятки упало... Пздц...
Тайсон скрылся в подсобке, а пацаны похлопали меня по плечу, пожелали удачи и пошли отдыхать. А я опустился на скамейку и стал дожидаться своей участи.
Тайсон вышел из подсобки, минут через 15 с одной руке чай в другой хлеб с маслом.
Зовёт меня. Я подошел. Он пошли со мной.
Походим к здоровенному котлу.
Он говорит: Вот котел. В нем каша перловая замочена. В такое то время, нажмешь вон ту кнопку и показывает мне пульт управления с двумя кнопками на столбе рядом. Рядом с кнопками две лампочки, зелёная и красная. Если зеленая горит, значит все нормально. Если красная загорелась , значит котёл охлаждать надо. Открываешь и льёшь воду. Показывает на крантик с резиновым шлангом, рядом с котлом.
Он: Понял?
Я: Так точно.
Он. Так точно бля... Я спать. Не дай бог ты меня разбудишь и показывает свой кулак с редкими рыжими волосами. Вот там чай и чайник, вот там хлеб и сахар. Это чтоб ты не заснул.
И ушел. А я притащил из зала скамейку и сел напротив котла. Время нужное ждать...
Котёл примерно так выглядел, только больше. Огромный. Какой объем не помню.
Кто помнит какой там был объем?
Короче, сижу. Жду назначенный времени. Пришло время, я кнопку нажал. Котел заработала. Каша начала вариться. Я доволен.
Сижу, жду... Чай пью. Хлеб сахаром посыпал! Ну вообще кайф! Жить можно!
Через некоторое время загорелась красная лампочка.
Я вспоминая инструкции Тайсона, подошел к котлу и отрыл крышку. Полный котёл. Каша бурбулит. Варится. Все вроде норм. Только лампочка, будь она не ладна, красным ярко светит.
Ну ладно. Буду делать как сказали! Открыл краник и начал лить воду в кашу.
Лью воду, лампочка горит. Воды уже много. Подошла к краю. Лампочка красная не тухнет. Вода вместе с кашей начала переливаться через край. Лампочка не тухнет.
Понимаю что делаю что-то не так. Но что??? Перекрыл кран с водой.
Поскальзываясь на разлившейся по всей кухне каше, я побрел в подсобку, где спал Тайсон.
Постучал робко, не просыпается... Потряс за плечо. Вроде проснулся.
Я: Там это, товарищ Тайсон, лампочка красная не тухнет, хоть я и лил воду, как вы сказали..
Он с спросонья: Чего бля? Какую воду?
Я: В кашу воду лил. А лампочка не тухнет.
Тайсон подскочил, как ошпаренный чего бля??? Куда ты её лил???
Я: В кашу! Как вы сказали!
Запрыгивая на ходу в тапки, Тайсон семимильными шагами поскакал на кухню и с разбегу подскользнулся на разлитой каше.
Ты чё салага! Раздался рев на всю кухню. Тебе жить надоело!
Тайсон: Куда ты воду сука лил??? Зачем ты в кашу её лил??? Это ж сырая вода! У нас завтра вся часть дристать будет!!! В котле отверстие специальное есть! Вот видаешь дырку!!! Туда надо было лить.
Я: Но вы не сказали про отверстие, я же не знал!
Тайсон: Пиздец тебе душара, молись!
А сейчас, быстро тряпку в зубы и убирать тут все. Я воду отливать из котла лишнюю буду и кипяток делать чтоб разбавить сырую воду в каше.
Я с тряпкой метался, как сайгак. Тайсон с здоровенным черпаком сначала воду вычерпывал, потом доливал кипяток.
Контур на котле, а именно его мне надо было охлаждать, Тайсон охладил сам.
Времени, до прихода поваров, дежурного по столовой, начальника столовой и до завтрака у нас было мало.
Мы успели. Каша сварилась. Не знаю как.
Мы с ним сидели и смотрели, как солдаты уплетают нашу кашу.
Тайсон: Если хоть кто то обдрищется из всей части, я тебя в асфальт закатаю.
Я молча кивнул.
К моему счастью никто не обдристался. Желудок у солдата крепкий.
Я в следующей дежурство по столовой встретился с Тайсоном.
Он: Повезло тебе душара!
Я на радостях: Я вообще везучий!
Тайсон: Ладно, пойдём, поможешь мне хлеб нарезанный разносить.
Так у нас с ним возникло, что то вроде дружбы. Я даже пору раз к нему за хлебом заходил, он не отказывал.Болтали о том о сем.
Мои "деды" это видели и даже лучше относиться стали. Не так как к другим духам.
А дедовщина тогда была жесткая.
Все это продолжалось, пока Тайсон и мои "деды" тоже не уехали на дембель.
Хлеборезом, вместо него, я так и не стал, если что :)
Похоже на нашу столовую фотки не нашел. Что есть. У нас посуда была их синей пластмассы.
В СССР при выпекании хлеба в него добавляли витамины, минералы, использовалась йодированная соль. В результате 40% советского хлеба имели обогащённый состав.
К сожалению, очень и очень многие современники совсем не знакомы с историческими реалиями своей Родины. А они не всегда такие, как нам многие десятилетия показывали и рассказывали.
Совсем недавно Архивный комитет Санкт-Петербурга и Центральный государственный архив Санкт-Петербурга издали альбом документов с комментариями: ПОВСЕДНЕВНЫЕ ДОКУМЕНТЫ ЛЕНИНГРАДЦЕВ В ГОДЫ ВОЙНЫ И БЛОКАДЫ 1941–1945 гг Я не отношу себя к знатокам повседневных блокадных будней. Поэтому, такие публикации, особенно, когда, в одном месте собраны документы и отчеты из совершенно разных источников, для меня открытие. Главным же, лично для меня, в этой публикации был тот факт, что и в блокадном городе никогда не прекращались товарно- денежные отношения. Это никем, разумеется, не скрывалось, Но, лично я, читая воспоминания, смотря фильмы о блокаде, нигде не обращал на это внимание. То, есть, всем известные продуктовые карточки ВЫКУПАЛИСЬ населением. И продукты по этим карточкам, тоже, покупали. И квартплату ленинградцы продолжали платить. И налоги, и взносы… Вот небольшая выдержка из книги :"Непосредственно вопросами организации вывоза населения занималась Ленинградская городская эвакуационная комиссия, образованная постановлением бюро горкома ВКП(б) от 27 июня 1941 года. Особенно остро стоял вопрос о финансировании эвакуационных мероприятий, которое возлагалось на местные бюджеты. Так, например, уже в первые две недели войны на вывоз детей школьного и дошкольного возраста было затрачено свыше 10 млн. рублей. Предполагалось, что содержание эвакуированных детей на 60% будет оплачиваться бюджетными средствами, а на 40% родителями. Упорно настаивал на плате за проезд наркомат путей сообщения. В августе 1941 года НКПС подготовил специальную инструкцию о порядке расчетов за эвакуационные перевозки пассажиров, багажа и грузов, где было указано, что плата за перевозки определяется по действующим тарифам. Платить через Государственный банк должны были предприятия, учреждения, которые вывозили своих сотрудников. А если люди эвакуировались по распоряжению местного Совета, то им нужно было покупать пассажирские билеты. Средняя месячная зарплата рабочих и служащих Ленинграда в 1940 году составляла 470 рублей, за годы войны она возросла на 8,5% и в 1945 году равнялась 510 рублям. У некоторых категорий трудящихся повышение было весьма значительным — в декабре 1942 года. Наркомат финансов СССР сообщил И.В. Сталину, что у части железнодорожников оклады увеличились почти на 64% .Официальные зарплаты различных групп горожан значительно отличались друг от друга. Так, руководитель Ленинграда, секретарь Ленинградского обкома и горкома ВКП(б) А.А. Жданов, судя по его партийному билету, получал в первые годы войны 2300 рублей, председатель Ленгорисполкома П.С. Попков — 1700. В то же время оклад уборщицы составлял 125 рублей, а дворника (после повышения зарплаты летом 1943 года) — 150. В документах упоминаются и совсем мизерные доходы — от 31 до 40 рублей в месяц, которые в основном получали пенсионеры и лица, жившие на пособия. В течение войны цены на нормированные продукты, так называемые «пайковые цены», сохраняли стабильность14. В апреле 1942 года выросли розничные цены на водку, соль, мыло, керосин и некоторые другие товары. Наиболее быстро дорожала водка, за годы войны ее цена выросла в четыре с лишним раза. Хлеб (ржаной, формовой из обойной муки) стоил 1 руб. за килограмм, пшеничный 2-го сорта — 1 руб. 70 коп., а 1-го сорта — 2 руб. 80 коп. За один килограмм сахара нужно было заплатить 5 руб., масла — 25 руб., мяса (говядина) — 12 руб.; десяток яиц стоил 6,5 руб., а 1 литр молока — 2 руб. 20 коп. Цены же на рынках («базарные цены»), особенно в разгар голода, превышали государственные в сотни раз. Индивидуальные затраты человека в системе общественного питания наиболее наглядно отражены в меню столовых, закусочных и т.п. Так, в меню столовой завода «Большевик» на 1 июня 1942 года указывалась стоимость обеда из трех блюд: для рабочего — 1 руб. 54 коп., для служащего — 1 руб. 45 коп.; порция хлеба (200 граммов) стоила 25 коп.16Основными налогами до мая 1943 года в стране были: подоходный (введен 4 апреля 1940 года), военный (введен 29 декабря 1941 года), на холостяков, одиноких и бездетных граждан (введен 21 ноября 1941 года). Кроме того, законом от 4 апреля 1940 года был установлен сбор на нужды жилищного и культурно-бытового строительства с населения, облагаемого подоходным налогом. Указом Президиума Верховного Совета СССР от 30 апреля 1943 года этот сбор был объединен с подоходным налогом. Все налоги и сборы рассчитывались по прогрессивной шкале в зависимости от доходов. Шкала (кроме налога на холостяков) состояла из шести-семи позиций (от 150 до 1001 руб.). Лица, получавшие менее 150 руб. в месяц, освобождались от подоходного налога, платили 10 руб. военного налога и 5 рублей налога на холостяков. Общая сумма основных налогов для граждан, не имевших льгот, при средней зарплате 500 руб., превышала 100 руб. Группа льготников была довольно многочисленна — от налогов освобождались, прежде всего, военнослужащие действующей армии, их семьи. В целом, по данным официальной статистики, удержания из зарплаты рабочих и служащих в 1944 году достигали 40%Продовольственная Карточка выдавалась не бесплатно — по приказу Наркомата торговли от 16 июля 1941 года каждая из них стоила 10 коп. В ленинградских документах плата за карточки впервые упоминается в Правилах от 21 июня 1942 года — 10 копеек, а с 1 ноября стоимость каждой карточки возросла до 25 копеек (в том числе для доноров, рабочих горячих цехов). Таким образом, за комплект из трех карточек ленинградец платил 75 копеек, столько же стоил комплект карточек для столовых. Квартирная плата в военном Ленинграде определялась правилами 1928 года с последующими изменениями и зависела от ряда факторов: основной ставки (44 коп. за квадратный метр), расположения дома, благоустройства квартиры, качества помещений, размера зарплаты съемщика (за каждые 10 руб. сверх 145 руб. дохода нужно было платить дополнительно 3,3 коп.), характера его работы (выделено 4 категории: рабочие, служащие и приравненные к ним, кустари, лица свободных профессий, служители культа), количества иждивенцев. Скидки от 5 до 10% устанавливались за отсутствие удобств, удаленность от центра, отсутствие окон. Наличие ванны, газа, горячей воды, напротив, увеличивало квартплату от 2 до 10%. Всего было до 16 видов понижающих и повышающих коэффициентов. Предельная плата составляла 1 руб. 32 коп. за квадратный метр, в тройном размере оплачивались излишки (т.е. площадь, превышающая норму 9 метров на человека). В 1943 году для неработающих жен военнослужащих, не имевших «других доходов», была установлена минимальная плата 5,5 копеек за квадратный метр. Площадь тех, кто ушел в армию или эвакуировался, к «излишкам» не относилась. В годы войны стоимость коммунальных услуг возросла. Например, с ноября 1943 года ежемесячная плата за воду составила 1 руб. 80 коп. за каждого жильца в квартире; в два раза (с 4 до 8 руб.) подорожала плата за радио; за отопление в домах ряда ведомств в 1945 году платили 2 руб. 97 коп. за квадратный метр. За пользование радиоточкой взималась плата — 4 руб. в месяц, к 1944 году она увеличилась вдвое. Радиоприемники (их в городе было свыше 74 тыс.) были изъяты летом 1941 года, только 13представителей городской власти имели право оставить их у себя. Следует отметить, что на основании постановления СНК СССР от 2 октября 1940 года за обучение в старших (8–10) классах школы, в техникумах Ленинграда нужно было платить 200 рублей в год, за учебу в вузах — 400 руб. В условиях блокады Ленгорисполком 6 декабря 1941 года принял решение не взимать плату за учебу в школе за первое полугодие 1941/42 учебного года, во втором полугодии 100 руб. собрать в два приема по 50 руб "
Хочу создать серию постов со странными фотографиями моей галереи.
Все мы что-то фотографируем. Кто-то с целью запечатлеть яркий момент, кто-то по работе, кто-то чтобы отправить данные счетчиков горячей воды.
В каждый свой новый телефон, я всегда переношу древнюю SD-карту из старого. Она кочует из телефона в телефон долгие годы.
И вот первая фотография, датированная 30 января 2013 года:
Буханка хлеба. Честно говоря, понятия не имею, зачем я сделал это фото. Вообще не помню. И собственно говоря, подобных фото у меня предостаточно.
Поэтому предлагаю и вам перешерстить свои папки и карты памяти древних телефонов, во писках действительно странных и старых фотографий, возможно с историей их появления. Будет интересно посмотреть.
