Аномальная январская жара висела над мексиканскими дорогами, словно невидимое
одеяло, делая воздух плотным, будто его можно было резать ножом. Даже ветер, обычно
долгожданный в такую погоду, был горячим и сухим, как из печи. "Громкий Тони" урчал
и покачивался на ухабах, прокладывая свой путь через выжженные пейзажи.
В кабине грузовика царила усталая тишина, нарушаемая лишь ритмичным гудением
двигателя. Каждый из троих был погружён в свои мысли, пока Ясин, не выдержав, не
разрядил молчание:
— Сколько ещё до Леона? — Его голос прозвучал немного устало, но с ноткой
нетерпения.
Аарон, не отрывая глаз от дороги, быстро глянул на карту, лежащую на приборной
панели.
— Примерно семь часов, если "Громкий Тони" выдержит. Мы остановимся в Сан-Луисе Потоси. Нужно будет найти ночлег без крыс и маньяков.
Ясин хихикнул, не удержавшись:
— Это же не Чикаго!
Эта шутка вызвала у всех громкий смех, моментально сняв напряжение. Даже Ли,
который до этого выглядел задумчивым, ухмыльнулся:
— Ну, если не Чикаго, значит, ночлег точно найдётся. Главное, чтобы в нём был душ и
хотя бы что-то похожее на кровать.
Смех продолжал звучать в кабине ещё несколько минут, делая атмосферу в салоне
немного легче.
"Громкий Тони" шумел, катясь вперёд по пыльной трассе, где изредка встречались
старенькие грузовики, облепленные пылью. На обочинах стояли небольшие магазинчики
с выцветшими вывесками, предлагавшие напитки и закуски. Над горизонтом, дрожащим
от жары, тянулись бескрайние поля агавы.
Остановившись у одного из придорожных ларьков, парни размяли ноги. Ли направился к
прилавку, где пожилая женщина в ярком платке расставляла бутылки с ярко-зелёным
напитком.
— Это текила? — спросил он с любопытством, указывая на напиток.
Женщина улыбнулась, покачав головой:
— Нет, это зелёный сок с агавы. Очень полезный. Хотите попробовать?
— Конечно, — Ли взял бутылку и отпил глоток. Его лицо тут же перекосило.
— Полезный? — выдавил он, ставя бутылку на стол. — На вкус как трава с камнями.
Женщина рассмеялась:
— Это потому, что ты не привык. Но через пару дней почувствуешь, как это очищает
твою душу.
Аарон, услышав это, закатил глаза:
— Ли, похоже, у тебя теперь не только "бурритоизм", но и новая зелёная вера.
— Удивляйтесь сколько хотите, — ответил Ли, отставляя бутылку. — Но я открыт всему
новому.
После короткой остановки они снова отправились в путь. Солнце уже начинало клониться
к закату, окрашивая небо в золотисто-розовые оттенки. Трасса перед ними была пуста, и
на какое-то время все трое молчали, погружённые в свои мысли.
— Как думаешь, Карлос нас не подставил? — вдруг спросил Ясин, нарушив тишину.
Аарон пожал плечами:
— Сложно сказать. Но у нас нет другого выбора. Мы должны доставить этот груз,
получить свои деньги и двигаться дальше.
— А если в Леоне нас ждёт ловушка? — не унимался Ясин.
— Тогда я сделаю всё, чтобы нас из неё вытащить, — твёрдо ответил Аарон, и в его
голосе не осталось места сомнениям.
Ли, глядя на закатное солнце, пробормотал:
— По крайней мере, если это наша последняя поездка, мы будем знать, что ели лучший
буррито в мире.
Эти слова неожиданно заставили всех улыбнуться. Даже Ясин не смог удержаться от
лёгкой ухмылки.
Сан-Луис-Потоси встретил их вечерним сиянием старинных фонарей и запахом угля, на
котором жарилось мясо для тако. Город выглядел как ожившая открытка из 1974 года:
мощёные улочки, стены зданий, покрытые выцветшей штукатуркой и графикой в стиле
мурализма, и мотоциклисты в старых шлемах, обгоняющие грузовик, сигналя без видимой
причины.
На главной площади, освещённой жёлтым светом уличных фонарей, собирались люди.
Мужчины в шляпах и пончо обсуждали дела, держа в руках бутылки пива, а дети играли в
мяч возле фонтана, украшенного мозаикой. В воздухе витала смесь звуков: гитарные
переборы уличных музыкантов, смех торговцев и глухой гул старых автомобилей.
"Громкий Тони", словно стараясь не разрушить атмосферу, осторожно пробирался по
узким улочкам, его двигатель громко урчал, привлекая любопытные взгляды.
— Здесь пахнет историей, — заметил Ли, выглядывая из окна. — Как будто время
остановилось.
— Или просто не торопится, — усмехнулся Аарон, внимательно следя за дорогой.
Ясин, облокотившись на спинку сиденья, лениво бросил: — Как думаешь, Ли, может, ты
родился не в то время? Такое место явно создано для твоего "бурритоизма".
Ли лишь пожал плечами, глядя на фонтан, где отражались огоньки площади.
Мотель, который они выбрали, был словно иллюстрация к путеводителю по ретро Мексике. На выцветшей вывеске "Casa Del Sol" виднелось солнце с улыбкой, а на
парковке стояло несколько стареньких седанов, покрытых пылью. У входа на табурете
сидел пожилой мужчина в рубашке с расстёгнутым воротником и соломенной шляпе. Он
курил сигарету и смотрел на приезжих с интересом.
— Добрый вечер, — начал Аарон на испанском, стараясь говорить чётко. — Нам нужен
номер на троих.
Мужчина вытащил сигарету изо рта, оглядел их с головы до ног и медленно кивнул: —
¿Turistas? — Его голос был хриплым, словно он провёл годы на ферме или у микрофона
старого радио.
— Не совсем, — ответил Аарон, улыбаясь. — Мы просто проездом.
Получив тяжёлый металлический ключ с номером комнаты, парни направились внутрь.
Комната выглядела так, будто её убранство не менялось с 50-х: скрипучие кровати с
металлическими спинками, вентилятор на потолке, который скорее создавал иллюзию
ветра, и небольшая раковина с зеркалом, покрытым мелкими трещинами.
— Здесь даже радиоприёмник ретро, — сказал Ли, указывая на старый аппарат на
прикроватной тумбочке. — Может, он ловит только музыку 50-х?
— Или рассказы о призраках, — добавил Ясин, осторожно опускаясь на кровать, которая
тут же издала жалобный скрип.
Аарон присел на стул у окна, глядя на улицу: — Мы не будем здесь долго. Главное, чтобы
ночью никто не трогал "Громкого Тони".
Позже, прогуливаясь по улицам, они наткнулись на рынок. Он был наполнен
разноцветными лампочками и запахами жареного мяса, свежей кукурузы и горячего
шоколада. Женщины в ярких юбках с вышивкой торговали сладкими чуррос и
стаканчиками с чемадой — мексиканским десертом из кукурузы, сливок и сыра.
Ли, словно ведомый голодом, первым подошёл к палатке с тако. Мужчина в большой
соломенной шляпе с ловкостью жонглёра накладывал жареное мясо на тёплые кукурузные
лепёшки, добавляя соус и посыпая свежей кинзой.
— Пожалуйста, дайте мне три! — с восторгом сказал Ли, глядя на процесс, как на
искусство.
— А мне стаканчик атоле, — сказал Ясин, указывая на большой котёл с парящим
напитком.
Аарон просто наблюдал за суетой, наслаждаясь атмосферой. Его внимание привлёк
музыкант с гитарой, который пел балладу о любви, и продавец воздушных шаров,
раздающий детям шарики в виде различных фигур.
— Если бы у нас было время, я бы остался здесь на пару дней, — пробормотал Аарон,
будто говоря сам с собой.
Ли повернулся к нему, держа своё тако: — Может, бросим всё и откроем тут своё дело?
Будем продавать бензин и буррито.
— Угу, и через неделю нас поймает Карлос, — ответил Аарон с лёгкой усмешкой.
Вернувшись в мотель, они попытались заснуть, но шум вентиляторов и доносящиеся с
улицы звуки гитары не давали покоя. Ли перевернулся на бок, глядя в потолок:
— Как думаете, этот город не оставит нам тёплых воспоминаний?
— Главное, чтобы он не оставил нам дыр в карманах, — буркнул Ясин.
Аарон, лежа на спине, тихо произнёс: — У этого места есть своя магия. Только не
расслабляйтесь слишком сильно — мы ещё не в Леоне.
На следующее утро они сели в "Громкого Тони", который с трудом завёлся после ночного
отдыха. Парни обменялись взглядами, словно проверяя друг друга на готовность к новому
дню.
Сан-Луис-Потоси остался позади, а перед ними снова растянулась бесконечная трасса,
ведущая их всё дальше вглубь Мексики.

Мексика встретила их жарким, сухим воздухом и ярким солнцем, от которого всё
вокруг казалось выжженным.
По пути к складу они проезжали мимо небольших домов с облупившейся краской, где
дети играли с самодельным мячом, а женщины готовили лепёшки на открытом огне.
Возле рынка витал аромат кукурузы, специй и жареного мяса.
— Вот это я понимаю: настоящий колорит, — заметил Ли, высунувшись из окна
грузовика. — Почти как в фильме про ковбоев. Только вместо шляп — сомбреро.
— Ага, и с мачете вместо револьверов, — сухо добавил Аарон, сосредоточенно следя за
дорогой.
"Громкий Тони" медленно пробирался сквозь пыльные улицы Монтеррея, его грохот
привлекал любопытные взгляды местных жителей. Детвора, играющая на тротуаре,
отрывалась от своих игр, чтобы проводить шумный грузовик заинтересованными
взглядами.
— Мы точно на правильной улице? — спросил Ясин, недоверчиво вглядываясь в
облезлые фасады и исписанные чем-то стены. — Это больше похоже на конец света.
— Всё правильно, — уверенно ответил Аарон, сверяясь с картой. — Карлос сказал, что
склад находится в районе промышленной зоны. А это её, судя по всему, начало.
Подъехав к массивным металлическим воротам, облезлым от времени и покрытым
ржавчиной, они остановились. Над воротами висела табличка с надписью "Almacén
Rodolfo". Её буквы едва читались под слоем пыли и грязи.
— Это оно? — Ли скептически оглядел ворота, словно те могли рухнуть в любую минуту.
— Судя по всему, — вытер пот со лба Аарон. — Ладно, давайте найдём Карлоса.
Они вышли из грузовика и постучали в створки ворот. Через пару секунд створки
медленно открылись, скрипя, как будто протестуя против любого движения. Навстречу им
вышел крепкий мужчина лет сорока с широкими плечами, в чёрной футболке и
выгоревших джинсах. Его чёрная борода с вкраплениями седых волос блестела в ярком
солнечном свете. Во рту дымилась толстая сигара.
Он остановился, внимательно разглядывая троицу, прежде чем заговорить на хорошем
английском с лёгким акцентом:
— Вы близнецы? — его тон был скорее шутливым, чем серьёзным.
— Это мы, — ответил Аарон с лёгкой улыбкой.
— Вас прямо не различить! — рассмеялся мужчина, выпустив густое облако дыма. —
Карлос Родригес, — представился он, протягивая руку. — Надеюсь, вы не угробили груз
по дороге.
— Мы справились, — сказал Ли, кивнув в сторону "Громкого Тони", который стоял чуть
поодаль, выглядя ещё более потрёпанным, чем обычно.
Карлос усмехнулся, скрестив руки на груди:
— Посмотрим, справились ли вы. Загоните его внутрь.
Ли и Ясин переглянулись. Тишина промышленных складов и напряжение, витавшее в
воздухе, подсказывали им, что здесь всё будет не так просто.
Откуда-то появилась дюжина мексиканцев, и "близнецы" сразу напряглись. Аарон
прищурился, Ясин незаметно приподнял руку, будто хотел что-то сказать, но Карлос,
заметив их реакцию, громко рассмеялся.
— Расслабьтесь, гринго, — сказал он, выпуская облако дыма. — Это мои рабочие, а не
бандиты.
Мексиканцы, не обращая внимания на напряжение гостей, подкатили несколько бочек к
грузовику и начали сливать привезённый бензин. Процесс был организован настолько
быстро, что спустя полчаса "Громкий Тони" оказался полностью опустошён.
Аарон, глядя на закончившуюся работу, повернулся к Карлосу и, подбадривая себя слабой
улыбкой, спросил:
— Ну что, какой валютой будете расплачиваться? Надеюсь, долларами?
Карлос нахмурился, его улыбка испарилась. Он внимательно посмотрел на Аарона,
прищурившись.
— А О'Райли вам не сказал? — его голос стал жёстким, будто он только что открыл
неприятный секрет.
Аарон напрягся, его лицо стало суровым.
— Что сказал? — с трудом выдавил он.
Карлос достал сигару изо рта, посмотрел на неё с явным раздражением и швырнул в угол
склада.
— Вот гиена! — процедил он сквозь зубы. — Этот бензин — это возврат долга О'Райли.
Он задолжал мне приличную сумму, и теперь мы в расчёте.
Аарон сел на ближайший ящик и закрыл лицо руками, пытаясь осмыслить услышанное.
Ясин и Ли стояли неподвижно, их лица были вытянуты, как будто мир рухнул прямо
перед ними.
Первым нарушил молчание Ясин:
— То есть, мы сюда приехали... отдохнуть? Или... я даже не могу подобрать слово, чтобы
описать эту поездку!
Карлос, наблюдая за их реакцией, лишь пожал плечами. Он знал О'Райли уже много лет и
привык к подобным его "финансовым манёврам".
— Сколько вы рассчитывали заработать? — спросил он, пытаясь сменить тему.
— Пятьсот... может, шестьсот баксов, — ответил Ли, стараясь звучать уверенно, но в его
голосе чувствовалось разочарование.
Карлос задумался, постукивая пальцем по столу.
— Ладно, есть у меня одно дело, если хотите. Шестьсот не получите, но по сто пятьдесят
на брата заработаете. Что скажете?
Аарон убрал руки с лица, тяжело вздохнул и посмотрел на Карлоса.
— Что за дело? — спросил он, уже понимая, что выбора у них нет.
— В четырёхстах милях отсюда город Леон. Мне нужно отправить туда партию спирта, и
ваша цистерна как раз подойдёт, — Карлос махнул в сторону "Громкого Тони". — Правда,
придётся её хорошенько отмыть.
— Сколько? — коротко спросил Аарон, всё ещё напряжённый.
— Двести плачу сразу, остальные двести пятьдесят получите на месте. А дальше уже сами
решайте, куда вам ехать, — ответил Родригес, наблюдая за реакцией парней.
Аарон быстро прикинул в уме возможные варианты, но, прежде чем он успел что-то
сказать, Ли вставил:
— Нам нужно в Гвадалахару.
Карлос усмехнулся, приподняв бровь.
— Ого! — он рассмеялся, поднимая руки, как будто сдаваясь. — А "Громкий Тони"
вообще в курсе вашего плана? Или вы просто надеетесь на чудо?
— У нас нет выбора, — твёрдо сказал Аарон, выпрямляясь. — Нам нужно передать
посылку.
— Посылку? От О'Райли?! — Родригес уже хохотал во весь голос, хлопая себя по колену.
— Этот парень снова вас подставил, да? Я уверен, что он даже слова "честность" не знает.
— Нет, на этот раз нам заплатят, — быстро соврал Аарон, стараясь выглядеть уверенным.
Правда, в глубине души он прекрасно понимал, что Вонг ни слова не сказал про оплату.
Но это не значило, что нельзя заставить обстоятельства сыграть в их пользу.
Карлос остановил смех и покачал головой, глядя на них с лёгкой усмешкой.
— Ладно, парни, мне нравится ваша настойчивость. Давайте сделаем так: сейчас
загоняйте эту развалюху к мойке. Мои ребята помогут отмыть её от бензина. Потом
грузите спирт, а я дам вам все необходимые документы.
— Мы справимся, — твёрдо сказал Аарон, хотя в его голосе слышалась нотка сомнения.
— Я не сомневаюсь, гринго, — сказал Карлос, возвращаясь к своим делам. — Просто не
подведите. Спирт — штука ценная, а мне неприятности не нужны.
"Громкий Тони" снова заурчал, медленно въезжая в зону мойки. Ли, сидя за рулём,
оглянулся на своих друзей.
— Кто-нибудь ещё чувствует, что мы превращаемся в курсирующую цистерну для всякой
ерунды?
— Лучше быть цистерной для спирта, чем для проблем, — бросил Ясин, постукивая
пальцем по борту грузовика.
— Ты прав, — пробормотал Аарон, задумчиво изучая карту и отмечая на ней Леон. — Но
от проблем нам всё равно не скрыться.
После душа "Громкий Тони" выглядел ещё хуже. Словно смывая пыль и иллюзию
прочности, вода обнажила его истинную природу — ржавчина оказалась его основным
цветом. Каждый изъян, каждая трещина на корпусе выглядели теперь как метки прожитой
жизни.
Карлос, вернувшись со склада, небрежно протянул Аарону пару пачек денег.
— Извините, парни, купюры только такие, — сказал он с широкой ухмылкой, словно
предвкушая их реакцию.
Аарон взглянул на деньги — купюры номиналом в один доллар — и тяжело вздохнул.
— Ничего страшного, — буркнул он. — Это хотя бы деньги.
Сев в кабину и выехав со склада, парни немного расслабились. Проехав пару миль, Ли
вдруг заметил маленькую забегаловку у дороги. За прилавком пожилой мексиканец с
молниеносной скоростью сворачивал буррито, ловко заворачивая их в плотную фольгу.
— Парни, — Ли резко ударил по тормозам, и "Громкий Тони" издал дикий,
пронзительный звук, напоминающий крик касатки.
Аарон, не ожидавший такого манёвра, ударился головой о торпедо, а Ясин с бутылкой
воды в руках скатился между сидений.
— Ли, что с тобой?! — возмущённо закричал Ясин, пытаясь выбраться обратно.
Аарон молча переводил взгляд с Ли на дорогу, явно пытаясь понять, что только что
произошло.
— Парни, — простонал Ли, даже не смотря на них, — сейчас мы поедим самые вкусные
буррито в нашей жизни!
Ясин и Аарон одновременно уставились на него с таким выражением, будто он только что
предложил им оставить грузовик и отправиться в кругосветное путешествие.
— Ты серьёзно? — недоверчиво пробормотал Аарон.
— Серьёзнее некуда, — Ли уже вылезал из кабины. — Я вижу это по движениям старика.
Это будет гастрономический шедевр.
— Ли, ты сошёл с ума, — подытожил Ясин, но, тем не менее, тоже выбрался наружу,
поддавшись очарованию неожиданного поворота событий.
Запах свежеприготовленного буррито уже витал в воздухе, дразня их уставшие и
голодные тела.
Повар, не прерывая своей магии с буррито, вдруг поднял голову и заговорил на
испанском, размахивая ножом, словно дирижёр:
- Oye, ¿te quedarás ahí mirando o vas a venir y comprarlo? ¡No es peligroso ni para un gringo!
Ясин и Аарон переглянулись в полной растерянности, но Ли, с серьёзным видом, кивнул:
— Я ничего не понял, но уверен, что он сказал: "Упади на колени, раб Божий, и ползи ко
мне за этим буррито."
Повар засмеялся, видимо, поняв интонацию Ли, и добавил что-то ещё быстрее и громче,
что вызвало у парней нервный смех.
— Слушайте, он реально что-то требует, — прошептал Ясин, оглядываясь по сторонам. —
Мы точно за это не заплатим своей душой?
Аарон поднял руку, стараясь выглядеть максимально уверенным:
— Скажи ему, что наша душа уже заложена О'Райли и Вонгу. Может, он нас пожалеет.
Ли закатил глаза и, обхватив буррито двумя руками, словно это был священный предмет,
сделал глубокий вдох.
— Ладно, ребята, — сказал он с серьёзным лицом. — Если это мой последний ужин, то я
принимаю свою судьбу.
Он сделал огромный укус, а потом замер, как статуя, с закрытыми глазами. Когда он,
наконец, заговорил, его голос дрожал:
— Это... это не буррито. Это послание от самого Бога.
Аарон и Ясин последовали его примеру и замерли на мгновение, прежде чем их лица
осветились блаженными улыбками. Никто из них не произнёс ни слова, но выражения на
их лицах сказали больше, чем могли бы любые фразы.
Этот момент стал их общим тайным откровением, той точкой на карте жизни, куда
захочется вернуться в воспоминаниях.
Повар рассмеялся и подмигнул им:
- ¡Buen provecho, gringo!
Ли, с энтузиазмом глядя на повара, выдал:
— ¿Cómo da llamas?
Повар замер, перевёл вопрос про себя, и его лицо озарилось широкой улыбкой.
— ¿Cómo da llamas? — рассмеялся он. — Ты спрашиваешь, как я даю пламя?
Ли кивнул, будто ничего странного не произошло.
— Шиутекутли помогает, — сказал повар уже по-английски, с лукавой улыбкой, указывая
пальцем в небо.
— Кто это? — быстро спросил Ясин, оборачиваясь к Аарону.
Аарон, чуть прищурившись, пробормотал:
— Кажется, это бог огня у ацтеков. Ли, поздравляю, ты только что вписал нас в какой-то
древний ритуал.
Повар рассмеялся ещё громче, явно наслаждаясь моментом:
— Нет-нет, друзья, никакого ритуала. Просто этот буррито действительно способен
пробудить в вас пламя!
Ли театрально приложил руку к сердцу:
— Ну что ж, ради такого я готов рискнуть. Шиутекутли, не подведи!
Прекратив смеяться, повар вытер слёзы и с мягкой улыбкой добавил:
— Меня зовут Хесус. А теперь слушай внимательно: если хочешь спросить: "Как тебя
зовут?", говори ¿Cómo te llamas? — не путай с огнём.
Он протянул руку Ли, и тот, чувствуя, как лёгкое напряжение проходит через всё его тело,
пожал её. Ноги слегка подкосились, но он удержался на месте, театрально вздохнув:
— Я понял. Я понял.
— Надеюсь, понял, gringo, — усмехнулся Хесус, хлопнув Ли по плечу. — А теперь ешь,
пока горячее!
Попрощавшись с Хесусом, "близнецы" снова залезли в "Громкого Тони". Грузовик лениво
выехал на дорогу, унося с собой не только вкус лучшего буррито в их жизни, но и тёплую
атмосферу маленькой мексиканской забегаловки.
Ли, сидя на пассажирском месте, никак не мог угомониться:
— Я вам говорю, это был Иисус! Самый настоящий! — Его глаза блестели от
возбуждения. — И если мы на обратном пути сюда заедем, то здесь даже не будет этой
забегаловки!
— Ли, ты серьёзно? — с сарказмом спросил Аарон, не отрывая взгляда от дороги. —
Может, это был просто мужчина по имени Хесус, а не божественное явление?
— Нет, ты не понимаешь! — Ли повернулся к нему, как будто собирался объяснить
величайшую истину. — Этот человек приготовил буррито, которое изменило мою жизнь.
Его руки двигались так, будто он совершал какой-то священный ритуал. А теперь он
внушил мне веру!
С заднего сиденья раздался фырканье Ясина:
— Если это был Иисус, то он явно пришёл наполнять желудки, а не души. Хотя, должен
признать, буррито были чудесными.
— Вы ничего не понимаете, — отмахнулся Ли, сложив руки на груди. — На обратном
пути заедем, и я докажу вам, что это был он.
Аарон усмехнулся:
— На обратном пути мы будем слишком заняты тем, чтобы не умереть, Ли. Но если тебе
так важно, можем проверить.
Ли, задумчиво уставившись в окно, неожиданно услышал вопрос от Ясина:
— Ли, а разве ты не даосист?
— Ну, вообще да, — медленно ответил Ли, не поворачивая головы.
— И что теперь? — Ясин ехидно усмехнулся. — Ты начинаешь верить в Иисуса?
Ли наконец посмотрел на него через плечо, его лицо было полным серьёзности:
— Даосизм учит меня гармонии и поиску истины. А Иисус... Он просто показал мне путь.
В виде буррито.
Аарон не выдержал и расхохотался, покачав головой:
— Ли, это звучит как полнейшая чушь. Но знаешь что? Это даже забавно.
Ли прищурился:
— Это не чушь. Это... эволюция.
— Эволюция через буррито? — подавляя смех, переспросил Ясин.
— Да, — уверенно ответил Ли, скрестив руки на груди. — И я горжусь этим.
В кабине раздался общий смех, но Ли сидел с довольным выражением, словно он что-то
знал, чего не знали остальные.
— Ладно, Ли, — наконец сказал Аарон, вытирая слёзы от смеха. — Если когда-нибудь
организуешь религию буррито, дай знать. Может, я даже присоединюсь.
Ли, сделав вид, что задумался, кивнул:
— Ты первый будешь в списке.
"Громкий Тони" шумно катился вперёд по пыльной мексиканской дороге, а парни
продолжали подтрунивать друг друга. Но где-то глубоко внутри каждый из них понимал,
что такие моменты — редкое тепло, напоминающее о простой радости жизни в их
сложной и порой опасной реальности.

Весна в деревне, 1980-е.

Посёлок Белоомут. Московская область, Луховицкий район, 1951 год.

Посёлок Белоомут расположен на берегу Оки. В былые времена это было большим преимуществом: здесь селились рыбаки, чей улов шёл даже к царскому столу.

«В станице», 1968 год. Краснодарский край, Кореновский р-н, станица Платнировская.

На снимке — Вятка ВП-150, первый советский мотороллер, выпускавшийся Вятско-Полянским машиностроительным заводом с 1957 по 1966 год. По сути, это была лицензионная копия итальянской Vespa 150GS образца 1955 года.

В своё время «Вятка» считалась самым доступным моторизованным транспортом, если не считать мопеды.

Полоскание белья. Калининская обл., дер. Берниково, 1975-1978 год.

Сказительница И. Маллинен из поселка Калевала, Карельская АССР, 1984 год.

Сказительница — это хранительница устного народного творчества, женщина, которая передаёт из поколения в поколение сказки, былины, легенды, предания и песни. Она не просто пересказывает, она оживляет древние сюжеты, вкладывая в них голос, жест, ритм и душу.

Девочки и поросенок. Грузинская ССР, с. Гуджарети, 1971 год.

Деревенский тренажерный зал. Калининская обл., Старицкий р-н, дер. Турково, 1982 год.

Деревенский велосипедист. Кемеровская обл., Мариинский р-н, с. Белогородка, 1979 год.

Урожай с огорода. Калининская обл., дер. Берниково, 1987-1988 год.

Возвращение деревенского стада вечером. Татарская АССР, д. Татарские Ямалы, 1986 год.

В ожидании. Татарская АССР, дер. Кавзияково, 1987 год.

Гуси важно шествуют ко двору, хозяйка выходит на крыльцо — прислушивается, не мычит ли корова... Прямо как в детстве, проведённом у бабушки в деревне: без суеты, по распорядку природы, где каждый день начинается с хлопот по хозяйству, а заканчивается тёплым молоком и запахом дровяной печи.

«Деревенские воробьи». Кемеровская обл., Мариинский р-н, с. Белгородка, 1979 год.

Семья сельских учителей Зиатдиновых. Татарская АССР, с. Карадуган, 1977 год.

Деревня Нижмозеро. Архангельская обл., Онежский р-н, 1973 год.

Деревня расположена на северо-западе Архангельской области, в зоне северной тайги, на берегу реки Нижмы и южном побережье озера Унского — примерно в 53 километрах к северу от города Онега.

Согласно данным Википедии, в 2012 году здесь оставалось всего 9 жителей. Что касается настоящего времени, живёт ли кто-нибудь в деревне сегодня, неизвестно. Возможно, она уже давно замолчала, став тихим эхом былой жизни в глухой таёжной стороне.

Тропинка между домами. Тейково, Ивановская область,1980-1985 год.

Купание в деревенском пруду. Московская обл., с. Жаворонки, 1952-1956 год.

Оля Афанасьева в деревне. Куйбышевская обл., с. Рождествено, 1980 год.

Фото с котом в чердачном окне. Калининская обл., Старицкий р-н, дер. Турково, 1978 год.

В старом доме. Ростовская область, 1950-е.

Дети на бревнах. Калининская обл., дер. Берниково, 1983-1985 год.

Также буду рад всех видеть в телеграмм канале, где публикуется множество раскрашенных исторических снимков со всего мира или в группе ВК.

25 октября 1973 года.
Утро 25 октября началось не с кофе, а с тяжёлого осознания: времени почти не осталось.
Вчерашний вечер с Казаряном остался в памяти горьким привкусом.
— Пятьсот долларов. Завтра. — Голос Арама всё ещё звенел в голове Ли, как плохо
настроенный колокол.
— Как думаете, он даст нам пару дней, если мы попросим? — спросил Ясин, больше для
того, чтобы разрядить тишину, чем из реальной надежды.
— Думаю, что он даст нам пару пуль, если мы попросим, — буркнул Аарон, закидывая на
плечо старую кожаную куртку.
— Что ж, значит, пора идти к О'Райли, — сказал Ли, стараясь выглядеть бодрее, чем
чувствовал себя на самом деле. — У нас есть план?
— У нас всегда есть план, — сказал Аарон, выдав свою фирменную ухмылку. — Просто
он ещё не до конца сформулирован.
— Прекрасно, — Ясин с сарказмом похлопал в ладоши. — Тогда почему бы сразу не
пойти к Вонгу и не предложить ему инвестировать в наше будущее?
— Потому что Вонг не настолько наивен, чтобы дать нам старый грузовик, — сказал Ли.
— А вот О'Райли, возможно, и даст.
Днём троица встретилась с О'Райли в кафе недалеко от мастерской Вонга. За окном
медленно тянулся поток машин, прохожие жались к стенам зданий от прохладного
октябрьского ветра.
О'Райли уже сидел за столиком, мешая сахар в своём кофе. Его взгляд остановился на
"близнецах", когда те сели напротив.
— Ну что, парни? — сказал он, отставив чашку. — Чем на этот раз могу быть полезен?
— У нас есть идея, мистер О'Райли, — начал Аарон, не теряя времени. — Мы хотим
доставлять бензин туда, где его не хватает. И вы знаете, где его достать.
О'Райли прищурился:
— Допустим, у вас даже есть этот бензин. Как вы собираетесь его перевозить?
— Вы дадите нам свой грузовик, — ответил Ли с уверенным видом, который он обычно
хранил для больших неприятностей.
— Хм, — протянул О'Райли, потирая подбородок. — И почему я должен рисковать своим
старым добрым "Громким Тони"?
— Потому что вы получите долю с каждого рейса, — сказал Аарон. — Мы не дураки. Мы
понимаем, что вы можете помочь нам не только машиной, но и советами.
О'Райли задумался, медленно крутя ложку в чашке. Затем он откинулся на спинку стула и
кивнул:
— Хорошо. Грузовик ваш. Но если вы угробите "Громкого Тони", то я...
— Знаем, — перебил его Аарон, улыбаясь. — Вы скажете Вонгу, что это была наша идея.
— Нет, — ответил О'Райли, его голос стал серьёзным. — Я просто найду вас и заставлю
отработать каждую гайку.
Когда день близился к вечеру, парни вернулись в мастерскую, чтобы подготовить
грузовик. Внутри царила напряжённая тишина, прерываемая лишь звуками инструмента и
ворчанием Ясина. Они договорились встретиться на рассвете 25 октября и сразу же
стартовать в путь.
— Вы понимаете, что мы едем не просто в соседний штат? — спросил Ясин, проверяя
термос, который наполнял горячим кофе. — Это, чёрт возьми, Мексика.
— Мы знаем, — отозвался Ли, затягивая ремень на сумке с инструментами. — У нас нет
выбора.
— С таким настроем можно идти хоть в ад, — пробурчал Ясин, поставив термос на стол.
— Так и сделаем, если это принесёт пятьсот долларов, — заметил Аарон, склонившись
над картой и проводя пальцем маршрут.
Солнце за горизонтом окрасило небо в глубокие алые тона. Наступающие сумерки
обостряли напряжение. В их головах уже выстраивался план завтрашнего дня — план,
который либо вытащит их из долговой ямы, либо загонит туда ещё глубже.
После захода солнца мистер Вонг неожиданно вызвал их к себе в офис. Его серьёзный
взгляд и твёрдое выражение лица не предвещали ничего хорошего. Он медленно опёрся
на свою трость и, помедлив, протянул Аарону небольшой запечатанный ящик.
— Я делаю вам одолжение, отпуская вас в эту поездку, — начал Вонг с нажимом. —
Надеюсь, вы это понимаете.
Аарон осторожно взял ящик, чувствуя, как все взгляды сосредоточены на нём.
— И вы сделаете для меня кое-что. Этот груз нужно доставить моим партнёрам в
Гвадалахару, — продолжил Вонг. — Это важный заказ. Никаких вопросов, никаких
ошибок.
— Поняли, мистер Вонг, — кивнул Аарон, стараясь выглядеть уверенно.
— Вы лучше поймите, — добавил Вонг, его голос стал чуть тише, но гораздо серьёзнее.
— Если этот груз не окажется там, где должен быть, я забуду о любых "одолжениях".
Его взгляд пробежался по троице. Тишина была настолько густой, что казалось, она
заполнила всё помещение. Только спустя мгновение он махнул тростью, указывая на
дверь.
— Теперь идите. Утро будет долгим.
Парни вышли из офиса, не сказав ни слова. Каждый из них понимал, что эта поездка будет
не просто авантюрой, а испытанием, которое потребует от них гораздо больше, чем они
готовы были отдать.
Утро 26 октября началось ещё до рассвета. "Громкий Тони" стоял на парковке мастерской,
его тусклая цистерна отражала мерцающий свет уличных фонарей. Воздух был
прохладным, а над горизонтом едва начинала проявляться первая полоска рассвета. Парни
суетились вокруг грузовика, загружая в кабину еду, воду и карту с тщательно отмеченным
маршрутом. Они переговаривались шёпотом, словно боялись потревожить утреннюю
тишину.
"Громкий Тони" представлял собой редкий экземпляр технического гения —
модифицированный Mack B 61, оснащённый цельной цистерной с двойным дном и
спальным местом. Такие машины выпускались в ограниченном количестве по
специальному заказу компании Ecoff Trucking из Индианаполиса в начале 60-х годов.
Однако цистерна явно была переделана не заводскими умельцами, добавившими
конструкции скрытые возможности. Это делало "Громкого Тони" не просто грузовиком, а
машиной с секретами. Как он оказался в Бостоне, оставалось загадкой, окутанной тайной
и догадками.
Состояние машины оставляло желать лучшего: кузов покрывала ржавчина, местами
облупившаяся краска придавала ему ещё более потрёпанный вид, а цистерна явно
повидала многое за долгие годы службы. Но несмотря на всё это, "Громкий Тони" прятал
под своим капотом мощный двигатель Cummins, который превращал его в настоящего
зверя на трассе. Его неожиданная скорость и манёвренность могли ошеломить даже самых
опытных водителей, заставляя их недоумевать, как такая на вид развалюха способна так
уверенно держаться на дороге.
— Ну что, ребята, готовы? — спросил Ли, проверяя карту и бросая взгляд на Аарона,
стоящего рядом с кабиной.
— Если ты ещё раз спросишь, готов ли я, я скажу, что нет, — пробормотал Ясин,
закрепляя последний ящик с едой в кабине. — Давайте уже тронемся, пока я не
передумал.
Аарон усмехнулся и, хлопнув Ясина по плечу, открыл дверцу кабины.
— Не волнуйся, Яс. Всё будет нормально. Ну или почти нормально, как всегда.
Двигатель "Громкого Тони" загудел, нарушая утреннюю тишину. Рёв мотора казался
обнадёживающим, обещая, что впереди их ждёт ещё одно незабываемое путешествие.
— Слушайте, если Вонг узнает, что мы используем его мастерскую как стартовую точку,
он нас прибьёт, — сказал Ли, оглядываясь по сторонам.
— Вонг нас прибьёт, если мы угробим его репутацию. Казарян — если мы не вернём долг.
А наши новые друзья, — Аарон бросил многозначительный взгляд на Ли, — если мы не
расплатимся за "самурайский Дзен".
— Так что выбирай, Ли: чья ярость тебя пугает меньше?
— Меньше всех меня пугает моя кровать, — пробормотал Ясин, потирая лицо. — Там
тепло, безопасно, и никто не требует денег.
— И всё-таки ты здесь с нами, — ухмыльнулся Аарон, захлопывая капот с таким видом,
будто уже принял свою судьбу. — Почему?
— Наверное, потому что я мазохист, — буркнул Ясин, отворачиваясь к дороге. — Или
потому, что вы — моя семья.
Аарон хмыкнул, усмехаясь:
— Именно, Яс. Мы твоя семья. А теперь в кабину. Нам нужно не умереть ещё одну ночь.
Перед отъездом О'Райли подошёл к цистерне, постукивая по металлическому корпусу
гаечным ключом.
— Слушайте сюда, парни. Этот грузовик не просто железка на колёсах, он ваша путёвка в
свободу, если всё сделаете правильно, — начал он, показывая на боковую панель. — Вон
там, чуть ниже основного клапана, есть маленький рычаг. Это "обманка". Вода в этом
отсеке старая, сточная, но выглядит достаточно убедительно. Главное, помните: если вас
остановят, покажите этот трюк. Открываете этот клапан, и вода выливается. Ни слова про
бензин. Поняли?
Ли внимательно кивнул, глядя на клапан.
— А если перепутаем? — осторожно спросил он.
— Не перепутайте, — хмыкнул О'Райли, кивая на наклейку рядом с рычагом, где мелкими
буквами было написано: "ВОДА".
Аарон нахмурился.
— Это реально сработает?
— Если вы будете достаточно убедительны, то да. Если нет... — О'Райли сделал паузу,
похлопывая ладонью по металлическому корпусу. — Тогда вы станете звёздами
приграничных тюрем. Выбирайте сами.
И ещё, парни, — О’Райли развернул карту на капоте "Громкого Тони", его пальцы,
испачканные в машинном масле, скользнули к точке на северо-востоке Мексики.
— Вот сюда. Монтеррей. У меня там знакомый — Карлос Родригес. Он уже в курсе, что
вы приедете. Как только продадите бензин, он передаст деньги и подскажет, как дальше
ехать.
Ясин, скрестив руки на груди, прищурился:
— А дальше куда?
О’Райли, прищурившись, поднял на них взгляд, словно проверяя, не испугаются ли они
ответа:
— Гвадалахара. Это уже по делу мистера Вонга. Адрес я вам дал. Но сначала Монтеррей.
Всё ясно?
Аарон, склонившись над картой, вытер пот со лба:
— Понял. Сначала зарабатываем, потом возвращаем долг Казаряну. Всё под контролем.
Ли, стоя рядом с грузовиком, окинул ржавую цистерну сомнительным взглядом:
— Если эта развалюха нас довезёт, я буду молиться за тебя, О’Райли.
О’Райли усмехнулся, хлопнув по капоту, отчего из-под него вырвался лёгкий
металлический звук:
— Если будете осторожны, она довезёт вас куда угодно. Но не забудьте: Карлос терпеть
не может, когда опаздывают.
— Отлично, — пробормотал Ясин, залезая в кабину. — Мы ещё не выехали, а я уже
чувствую, что это плохая идея.
Аарон хлопнул его по плечу, ухмыльнувшись:
— Не бойся, Яс. Всё будет нормально. Или почти нормально.
Солнце клонилось к закату, освещая грузовик тёплым светом. В воздухе чувствовалась
смесь машинного масла, горячего металла и едва уловимого запаха беспокойства.
Сразу после рассвета 26 октября "близнецы" покинули мастерскую, гружёные всем
необходимым для поездки. "Громкий Тони" рычал, словно предупреждая о предстоящих
испытаниях. Покидая Бостон, они чувствовали, как тягостное осознание тяжести ситуации
сжимает сердца.
— Брэнифф не простит нам этого, — пробормотал Ясин, глядя в боковое зеркало, где
последние очертания города медленно исчезали.
— У него не будет выбора, — ответил Аарон, не отрывая взгляда от дороги. — Мы
вернём деньги Казаряну, и всё наладится.
Трасса увела их прочь от суеты Бостона, сменив шум на тишину широких шоссе, густых
лесов и сонных городков Новой Англии. В кабине грузовика царила напряжённая тишина,
нарушаемая лишь ритмичным рокотом двигателя.
— Интересно, как далеко мы сможем уехать, прежде чем этот «Тони» склеит ласты, —
мрачно пошутил Ли, притопив педаль газа.
— Далеко, — отрезал Аарон. — У нас нет другого выбора.
Через 140 миль, когда солнце уже поднялось достаточно высоко, чтобы припекать,
"Громкий Тони" остановился на небольшой заправке в Нью-Хейвене. Очередь из машин
выстроилась вдоль дорожки к колонкам, что уже начинало раздражать водителей.
Некоторые стояли, нервно гудя, а кто-то громко спорил с кассиром внутри.
— Очередь? Серьёзно? — вздохнул Ли, выключая двигатель. — Как будто у нас и так
времени много.
— Расслабься, — сказал Аарон, выходя из кабины. — Чем ближе к границе, тем больше
таких очередей.
Они заняли место в хвосте очереди, наблюдая, как одна из машин уезжала с колонок, а на
её место быстро въезжала следующая. Ли не выдержал и, выйдя из грузовика, отправился
к ближайшему ларьку за бутылкой воды.
— Ясин, ты со мной? — спросил он, кивая на длинную линию.
— Я не оставлю грузовик без присмотра, — ответил Ясин, оставаясь внутри.
Водители из других машин кидали на них подозрительные взгляды, но никто не сказал ни
слова. В этот момент Аарон, наблюдая за происходящим, заметил мужчину с канистрой,
который спорил с кассиром, явно пытаясь выторговать скидку.
— Нам это всё снится, или все реально на взводе? — пробормотал он, смотря на
очередного водителя, который с раздражением бросил сдачу в кассу.
Ясин усмехнулся:
— Это не сон, дружище.
Когда, наконец, настала их очередь, Ли вернулся, обмахиваясь кепкой.
— Заправляй быстрее, — бросил он Аарону. — У нас ещё дорога длинная.
Аарон взялся за пистолет, быстро подключив его к цистерне. Пока топливо лилось, Ли
проверил уровень масла, а Ясин грыз бутерброд, глядя на карту.
— Мы ещё долго будем так останавливаться? — пробурчал он.
— Долго, — ответил Аарон. — Это лишь начало.
Когда "Громкий Тони" наконец покинул заправку, трасса перед ними растянулась, словно
бесконечная серая лента. Нью-Хейвен медленно растворялся в зеркале заднего вида, а
очередь из машин у колонок напоминала нервного гиганта, скрученного в узел. Впереди
их ждала дорога, где такие остановки обещали стать обыденностью, если не проклятием.
На одной из таких остановок они притормозили у придорожного кафе с потрёпанной
вывеской "Eddie's Diner". Ли заглушил двигатель, и "Громкий Тони" затих, жалобно
проскрипев, словно требуя передышки.
Кафе выглядело так, будто его не ремонтировали с тех пор, как кантри-музыка только
начинала своё восхождение. На выцветшем диванчике у окна сидела пожилая пара,
лениво прихлёбывающая кофе из толстостенных кружек. За стойкой стояла женщина в
потёртой бейсболке и пёстрой блузке. Её сосредоточенный взгляд был прикован к старому
радио, откуда доносился дуэт Конвея Твитти и Лоретты Линн. Их хит "Louisiana Woman,
Mississippi Man", выпущенный этим летом, уже стал гимном кантри-радио, а даже
потрескивание приёмника не портило удовольствия. Женщина притопывала ногой в такт,
её губы беззвучно повторяли слова припева.
Ли, уловив знакомую мелодию, пробормотал:
— Эта песня совсем новая. Кажется, они её крутят везде. Даже здесь.
Женщина подняла взгляд и с лёгкой улыбкой ответила:
— Нравится? Ну да, Конвей и Лоретта уже половину Америки завоевали. Если так пойдёт,
скоро запоют в каждом баре Техаса.
Аарон усмехнулся, бросив фразу через плечо:
— Если бы красивые барменши брали плату за включение "Louisiana Woman, Mississippi
Man", они бы купались в золоте.
Женщина, поправляя бейсболку, парировала с лёгким смешком:
— Если бы я брала деньги за каждый тупой подкат, я бы купила этот бар и всю улицу. Но
вместо этого предложу вам бесплатный совет: заказывайте быстрее, пока я не начала петь.
Ли усмехнулся, прислонившись к стойке:
— Ладно, тогда кофе. Крепкий, чтобы держать глаза открытыми.
Аарон, оглянувшись на Ясина, добавил:
— А мне бутерброд с ветчиной и сыром. И ещё один совет в придачу — как вам удаётся
улыбаться в таком захолустье?
Женщина фыркнула, наливая кофе в толстую фарфоровую кружку:
— Мой отец, Эдди, говорил: «Жизнь — как этот старый кофейник. Иногда ломается,
иногда закипает, но главное, чтобы не пустовал». — Она слегка улыбнулась, поглаживая
стойку, будто вспоминая прошлое. — Вот и я стараюсь, чтобы он не пустовал.
— Умно, — протянул Ясин, всё ещё оставаясь на пороге кафе, словно боясь переступить
черту. — И что, это работает?
— Иногда, — ответила она, подавая кофе Ли и оборачиваясь к Аарону. — А иногда
помогает просто знать, что всё это временно.
Ли сделал глоток, поморщился и поставил кружку на стол с таким видом, будто
отравился.
— Временные — это мы. А вот ваш кофе явно пережил динозавров. Такое ощущение, что
его варили ещё на дровах из Ноевого ковчега.
Женщина хмыкнула, поправляя бейсболку, и оглядела Ли с головы до ног:
— Удивительно, как ты всё ещё говоришь, парень. Может, ты и вправду выживешь на
этой трассе.
Аарон, забирая бутерброд, взглянул на неё чуть серьёзнее:
— Мы не просто едем. Мы пытаемся вырваться.
Её взгляд стал мягче. Она, словно раздумывая, постучала ложкой по краю своей чашки:
— Вы выглядите как те, кто ещё верит, что можно выбраться. Не теряйте эту веру. Здесь
она вам пригодится больше, чем полный бак.
Ясин, медленно входя в кафе, не удержался и пробормотал:
— Я уже жалею, что связался с вами.
Ли, не оборачиваясь, отставил кружку и кивнул:
— А я нет. Ну что, готовы вернуться в этот хаос?
Аарон ухмыльнулся, покосившись на "Громкого Тони", стоящего на парковке, будто
ржавое воплощение их планов:
— Этот хаос — единственное, что сейчас делает нас живыми.
Женщина проводила их взглядом, пока они выходили из кафе. В свете закатного солнца
грузовик казался ещё более потрёпанным, чем на самом деле, но их шаги были твёрдыми,
будто весь мир принадлежал только им.
Она покачала головой, словно смиряясь с чем-то, и тихо пробормотала:
— Удачи вам, парни. Надеюсь, дорога будет к вам хоть немного добрее, чем этот кофе.
"Громкий Тони" взревел, выпуская клубы пыли и выхлопных газов, и медленно тронулся
с места. Впереди их ждал Техас — горячий, пыльный и неизвестный.
Дороги Техаса тянулись бесконечно, как ковбойские легенды.
Грузовик лениво шумел, оставляя за собой облака пыли. Горячий воздух дрожал над
асфальтом, а за горизонтом мелькали силуэты нефтяных вышек.
— Ты уверен, что это безопасно? — спросил Ясин, наблюдая за тем, как старик в пыльной
ковбойской шляпе пристально изучает их машину на одной из заправок.
— Абсолютно, — ответил Аарон, сверяясь с картой. — Ну, почти.
Ли, сидящий за рулём, хмыкнул:
— Ты каждый раз говоришь "почти", и мне это вообще не нравится.
— Живём один раз, Ли, — Аарон усмехнулся и повернул к Ясину. — Правда же?
— Живём один раз, — Ясин откинулся на спинку сиденья. — А я хочу прожить этот раз
подольше.
После нескольких часов пути они остановились у придорожного кафе возле границы с
Мексикой. Кафе выглядело, как декорация из старого вестерна: деревянные столы, фанера
вместо дверей, а на стойке красовался старый кассовый аппарат.
— Нам нужно заправить не только грузовик, но и нас, — сказал Ли, глядя на свои
дрожащие руки.
— У нас нет времени, — возразил Аарон, оглядываясь. — Чем быстрее пересечём
границу, тем лучше.
— А если нас остановят? — спросил Ясин, явно нервничая. — У нас даже документов
толком нет.
— Ты должен думать позитивно, Яс, — сказал Аарон, хлопнув его по плечу. — Никто
ничего не узнает. Мы просто рабочие, едущие на объект в Монтеррей.
Граница встретила их пыльной дорогой и длинной очередью машин. Водители выглядели
так, будто стояли здесь целую вечность. Грузовик "Громкий Тони" выделялся среди
обычных седанов и минивэнов.
— Главное, не выдавайте себя, — тихо сказал Аарон, когда их грузовик подъехал к
пункту проверки.
Пограничник, невысокий мужчина с густыми усами, лениво посмотрел на них из-под
шляпы.
— Документы, — сказал он, не отрываясь от своего блокнота.
Аарон с самым дружелюбным лицом протянул ему сложенные бумаги.
— Что перевозите? — спросил пограничник, оглядывая грузовик.
— Воду, — быстро ответил Ясин.
Пограничник нахмурился.
— Вода? В бензовозе? — его взгляд стал подозрительным.
— Это такой новый проект, — вмешался Аарон. — Переработка сточных вод в питьевую.
Мы как раз едем протестировать оборудование.
— Откройте клапан, чтобы я убедился, - не унимался пограничник.
Аарон и Ли переглянулись. Ли неохотно вылез из кабины и подошёл к цистерне. Он
нервно потянулся к рычагу, едва сдерживая дрожь.
— Надеюсь, ты не перепутаешь, — прошипел Аарон сквозь зубы.
Ли, стараясь сохранять спокойствие, открыл дополнительный клапан. Из шланга с шумом
хлынула вода, образуя лужу у ног пограничника.
— Вот, пожалуйста, — сказал Ли с самой невинной улыбкой. — Как видите, ничего
особенного.
Пограничник шагнул назад, морщась от запаха.
— Что за вонь? — спросил он, закрывая нос рукой.
— Биоразложение, — произнёс Аарон, явно импровизируя. — Естественный процесс. Нам
нужно доставить её на переработку, чтобы очистить.
Пограничник ещё несколько секунд сверлил их взглядом, но, судя по всему, запах сделал
своё дело. Он махнул рукой:
— Закрывайте и проваливайте, пока я не передумал.
Аарон кивнул: — Конечно, сеньор, — Спасибо!
Ли захлопнул крышку с такой поспешностью, что едва не защемил пальцы, и, тяжело
вздохнув, рухнул на пассажирское сиденье.
— Это было ужасно, — пробормотал он, вытирая пот со лба. — Я уже думал, он нас
раскусил.
— Но не раскусил, — ответил Аарон, сверяясь с картой. — А теперь — в Монтеррей.
— Ты чего так напрягся? — резко спросил Аарон, заметив, как Ясин обернулся назад.
— Там коп, — пробормотал Ясин, нервно сжимая руки. — Он смотрел так, будто нас уже
арестовал.
— Да брось! У нас всё чисто, — вмешался Ли, стараясь звучать бодро.
— Он всё знает! — выдохнул Ясин, не отрывая взгляда от зеркала. — Этот взгляд... будто
он уже видел нас в новостях.
— Если ты сейчас не успокоишься, он и правда начнёт нас подозревать, — резко сказал
Аарон, пристально глядя вперёд. — Перестань оглядываться!
Ясин тяжело вздохнул, подавляя желание ещё раз обернуться, и уставился на дорогу:
— Надеюсь, в следующий раз переговоры поведёт кто-то другой.
Ли коротко рассмеялся, и напряжение в кабине немного ослабло.
— Если мы доберёмся до Монтеррея, Яc, считай, что ты справился, — добавил он,
подмигнув.
Короткий смех заполнил кабину, пока "Громкий Тони" катился дальше по шоссе, оставляя
позади границу и ведя их к очередной авантюре.

Мне будет очень приятно видеть комментарии и обсуждения. Если кому есть, что написать не сдерживайте себя ))

Майкл сидел у себя дома, нервно барабаня пальцами по деревянному подлокотнику
кресла. По радио шла трансляция игры, и голос диктора звучал напряжённо, словно
каждое слово было ударом плети. Он сжимал в руках кружку с давно остывшим кофе, а
взгляд блуждал где-то за пределами комнаты.
— …Хьюстон забивает ещё два очка! Они продолжают доминировать на площадке! —
голос диктора звучал всё громче и резче, наполняя комнату напряжением.
Майкл вздрогнул, сжимая кружку сильнее, чем требовалось. Его сердце неровно билось,
каждая минута трансляции казалась пыткой.
— Чёрт, да что с вами такое?! — выдохнул он, злясь на игроков "Селтикс", словно мог
достучаться до них через эфир.
Весь матч "Селтикс" играли неуверенно, допуская ошибки одну за другой. Каждый
промах бил по нервам Майкла, словно предвестие неминуемого краха.
— И вот, ещё один промах... Селтикс сегодня просто не вышел на игру! — донёсся голос
диктора.
Майкл закрыл глаза, тяжело выдохнув. Он медленно поставил кружку на стол, будто
боясь раздавить её. Но спустя мгновение вскочил с кресла и с яростью отбросил кружку в
сторону. Кофе выплеснулся, но ему было всё равно. Он начал мерить шагами комнату,
сжимая руки в кулаки.
— …и это была невероятная игра! Хьюстон "Рокетс" обыграл Бостон "Селтикс" с
финальным счётом 132-117… — с восторгом заключил диктор.
Гул радио превратился в оглушительное молчание. Майкл почувствовал, как холодный
пот струится по спине. Его мысли бешено крутились в голове. Он остановился, схватился
за голову и начал ходить по комнате.
— Пятьсот долларов… — его голос дрожал. — Казарян нас раздавит.
Майкл сделал глубокий вдох, стараясь взять себя в руки. "Надо что-то придумать. Надо
выкарабкаться," — думал он, тянувшись к телефону.
Он замер с телефонной трубкой в руке. Слова никак не находились. "Как я объясню это
парням?" — застыл он, глядя на старый радиоприёмник, из которого продолжали звучать
восторженные реплики о победе "Рокетс".
Пережив несколько мучительных минут ужаса и растерянности, Майкл наконец решился.
"Ладно, чем раньше, тем лучше," — подумал он, вытирая вспотевшие ладони о джинсы.
Взяв телефон, он начал набирать номер мастерской.
После нескольких гудков в трубке раздался голос Аарона: — Алло?
— Это я, — начал Майкл, стараясь звучать уверенно, но голос предательски дрогнул.
— Мы знаем счёт. «Слушали трансляцию матча», —загробным голосом произнёс Аарон.
— И что… вы думаете? — осторожно спросил Майкл, стараясь не дать голосу дрогнуть.
— Думаем, что теперь нам крышка, — буркнул Аарон. — Казарян всё чётко вчера
объяснил.
На заднем фоне послышался голос Ли: — Спроси, что он собирается делать?
— Ладно, Майкл, — продолжил Аарон. — Ты же был инициатором этого "гениального"
плана. Так что теперь?
Майкл закрыл глаза, вцепившись в край стола. Пот струился по спине, а пальцы
рефлекторно сжимались в кулаки.
— У меня есть идея, — наконец выдавил он.
— Если это снова "лёгкие деньги", можешь даже не начинать, — вставил Ясин, его голос
звучал остро, словно нож.
— Это не про ставки, — Майкл вздохнул. — Слушайте, утром я приду к вам, и мы всё
обсудим. У нас есть день, чтобы что-то придумать.
— День? Значительно меньше дня, Майкл, значительно! — Ли коротко усмехнулся. — За
это время только могилу можно вырыть.
— Я не сдамся, — отрезал Майкл, его голос на мгновение стал твёрже. — Я всё улажу.
— Как ты это сделаешь? — язвительно спросил Аарон. — Волшебной палочкой?
— Просто доверьтесь мне. Завтра всё объясню, — настаивал Майкл.
Майкл повесил трубку, уставившись на старый радиоприёмник. Шум эфира теперь
казался ему насмешкой, ещё больше подчёркивающей их безвыходность. Он знал, что
времени почти не осталось, и предстоящее утро будет их последним шансом всё
исправить.

Мне будет очень приятно видеть комментарии и обсуждения. Если кому есть, что написать не сдерживайте себя ))