В середине 1950-х годов американская компания NuTone представила революционное решение для кухни — встраиваемый кухонный центр, который стал символом футуристического быта той эпохи. Основная концепция устройства заключалась в экономии места и избавлении от нагромождения проводов: мощный электрический двигатель монтировался непосредственно под столешницу, оставляя на поверхности лишь плоскую стальную панель с переключателем. Эта единая база позволяла использовать целую экосистему сменных модулей, превращаясь поочередно в блендер, миксер, соковыжималку, мясорубку или даже точилку для ножей. Хозяйке достаточно было установить нужную насадку в специальное гнездо и запустить мотор, что избавляло от необходимости хранить десятки громоздких приборов с отдельными двигателями.
Несмотря на гениальность концепции, NuTone постпенно исчез из массового обихода по нескольким прагматичным причинам. Главным препятствием стала сложность монтажа: установка требовала вырезания отверстия в столешнице и подведения электропроводки внутри кухонного шкафа, что делало невозможным простую замену прибора или перестановку на кухне, а если двигатель выходил из строя, владелец лишался сразу всех кухонных инструментов. Кроме того, гигиена вызывала вопросы — гнездо в столешнице неизбежно забивалось крошками и жидкостями, а очистка встроенного механизма была гораздо сложнее, чем мытье обычного съемного блендера.
Наступил год лошади. И тянет поговорить на соответствующие темы...
В русском языке есть любопытное выражение – "конь педальный". Так называют человека нескладного и неумелого. Конечно, не шибко умного. Звучит обидно, хотя и не совсем понятно, почему именно конь. И почему педальный.
Непонятный фразеологизм, невесть откуда взявшийся, стал нашей отличительной "фишкой". Говорят, что подобных аналогий на других языках не существует.
Происхождение фразы, как это часто бывает, абсолютно буквально. И связано с одной из самых нелепых игрушек советской эпохи.
В 1950-х промышленность СССР выпустила для детей большое чудо технической мысли. Оно представляла собой гибрид велосипеда и лошади.
Корпус, штампованный из листовой стали и окрашенный под масть. Трубчатая сварная рама. Сиденье – деревянное, иногда обтянутое дерматином. Реже – пластмассовое. Эргономика, в общем-то – "ниже плинтуса". Вертеть педали неудобно. Отталкиваться от земли –тоже. Этому активно мешают опять-таки педали...
Тут, впрочем, была своя логика. Советская экономика любила вещи основательные, простые в производстве и понятные плановику. Сложность и удобство пользователя были факторами вторичными. Главное, выполнить план по выпуску "детского игрового инвентаря" в штуках и тоннах. Что и делалось.
Выпускали ее недолго. Вскоре производство, видимо, признали ошибкой и свернули. Сей предмет канул в лету, став редким экспонатом для идейных коллекционеров вещей из СССР.
Но память народная – вещь цепкая. Неуклюжая игрушка оставила после себя фразеологизм, ставший национальным.
"Конь педальный"... Готовый ярлык для всего, что делается невпопад, двигается неуклюже или вызывает тихое раздражение.
Вот и выходит, что иногда самое прочное наследие оставляют не шедевры, а провалы. Особенно если все было сделано из доброго металла и с благими намерениями. Неудивительно, что выражение живо до сих пор. Игрушку забыли, а словосочетание — нет.
Что-то в этом явно есть...
Душевный познавательный контент из телеграм-канала ТехноДрама.
Kunik Walter Petie Vanity — это уникальное явление в истории фототехники, объединяющее в себе функциональность субминиатюрной камеры и эстетику дамского аксессуара. Выпущенная в 1956 году в Западной Германии, эта камера стала вершиной линейки микроаппаратов компании Вальтера Куника. Устройство было рассчитано на использование 16-миллиметровой пленки и помещалось в изящный футляр, который одновременно служил полноценным косметическим набором. Внутри корпуса, помимо самой фотокамеры, располагались отделения для пудры, помады и зеркальце, что превращало технический прибор в статусный предмет дамского обихода. Конструктивно камера Petie Vanity была предельно проста, но эффективна: она оснащалась односкоростным затвором и объективом с фиксированным фокусом, что позволяло делать мгновенные снимки без сложной настройки.
Рабочий на конвейере Волжского автомобильного завода в фирменной спецовке, 1981 год.
Фотограф: Борис Кавашкин
В марте 1971 года первую очередь Волжского автомобильного завода официально ввели в эксплуатацию — решение утвердила государственная комиссия. По проекту эта часть предприятия должна была выпускать 220 тысяч автомобилей в год.
Однако для гигантской страны такой объём оказался недостаточным. Личный автомобиль быстро превратился в дефицит и символ роскоши, на который приходилось ждать годами.
А город, выросший на месте бывшего Ставрополя-на-Волге, — Тольятти, в народе стали называть Автоградом, ставшим символом советской автомобильной мечты.
Фотография скорее всего постановочная, но красивых девушек на больших предприятиях всегда было в достатке.
Женская ватерпольная команда "Амазонки" Львовского института физкультуры. Украинская ССР, 1988 года.
Фотограф: Песляк Владимир
Представляю вам новую подборку — яркие, раскрашенные фотографии из самых разных уголков Советского Союза. Давайте вместе окунемся в атмосферу страны и жизни, которой нет. Приятного просмотра!
Свежий хлеб, 1970-е.
Фотограф: Александр Стешанов
Уверен, что любой, кто хоть раз побывал на хлебокомбинате, взглянув на эту фотографию, тут же вспомнит тот неповторимый вкус и аромат — мягкого, воздушного, ещё горячего хлеба, только что сошедшего с конвейера.
Культивация хлопка на полях колхоза имени Ленина Ахунбабаевского района Ферганской области. Узбекская ССР, 1970 год.
Фотограф: Виктор Чернов
В СССР Узбекистан был главным регионом по выращиванию хлопка — его называли «белым золотом» республики. С 1960-х годов страна производила около 70% всего хлопка в Советском Союзе.
Планы по сбору урожая были крайне напряжёнными и часто выполнялись за счёт массового привлечения населения, включая школьников, студентов и госслужащих, так называемый «хлопковый призыв».
Пруд Верх-Исетский. Свердловск, 1986 год.
Фотограф: Иван Галерт
Верх-Исетский пруд — один из старейших и крупнейших водоёмов Екатеринбурга (в советское время — Свердловска), созданный ещё в 1717 году как промышленный резервуар для Верх-Исетского железоделательного завода.
В советский период пруд стал не только важным элементом городской гидросистемы, но и любимым местом отдыха свердловчан. Летом здесь купались, загорали и гуляли по набережной, зимой — катались на коньках.
Одесса. Украинская ССР, 1963 год.
Фотограф: Жюльен Галеотти
В 1960-х годах по Советскому Союзу путешествовал французский тележурналист Жюльен Галеотти. Официально как турист, но на деле он снимал не парадные фасады, а повседневную жизнь простых советских людей. Такой интерес не остался незамеченным и спецслужбы быстро заинтересовались «чрезмерно любопытным иностранцем», присвоив ему кодовое имя «Усач».
Галеотти часто отставал от официальных групп, уходил в дворы, рынки, трамваи — везде, где кипела настоящая жизнь. Для советских властей это было опасно: ведь такие кадры могли разрушить миф о «счастливом советском человеке» в глазах Запада. В итоге его арестовали и выслали из СССР.
Фотографии Галеотти долгое время пылились в архивах КГБ, а после распада СССР перешли в ведение Украинских спецслужб. Их рассекретили лишь в 2018 году вместе с другими материалами советских спецслужб.
Просмотрев этот архив, я не обнаружил ничего, что серьёзно подрывало бы представление о стране того времени. В конце 1970-х — 1980-х годах отечественные фотографы создавали куда более острые и скандальные кадры.
«Совет агронома». Колхоз «Боротьба», Белорусская ССР, Минская область, 1950 год.
Фотограф: Анатолий Гаранин
Сталинград, 1947 год.
Фотограф: Роберт Капа
В советское время, особенно до и в первые годы после Великой Отечественной войны, осетр был одним из символов донского и волжского изобилия в районе Сталинграда (ныне Волгоград). Благодаря богатым нерестилищам Волги, здесь процветало промышленное и любительское осетроводство — осётр, севрюга и белуга были обычным, а не деликатесным продуктом.
Однако интенсивный лов, строительство гидроэлектростанций (в первую очередь Волжской ГЭС в 1960-х) и загрязнение реки привели к резкому сокращению популяции осетровых. Уже к 1970-м годам дикий осётр в Волге стал редкостью, а к концу XX века практически исчез.
Без названия. СССР, 1980-е.
Фотограф: Владимир Ролов
Останкино. Прудовой проезд, 5. Москва, 1978 год.
Фотограф: Борис Кавашкин
В 1960-е годы цивилизация буквально возвышалась над деревней: среди тихих деревенских домиков на окраине Москвы и зелёных парков выросла 540-метровая Останкинская телебашня.
Гремячая башня. Псков, 1964 год.
Фотограф: Евгений Кассин
Перевозка приданого невесты в дом молодых. Кустанайская обл., Федоровский р-он, пос. Цабелевка, 1960 год.
Освоение целины в Казахстане — масштабная сельскохозяйственная кампания, начатая в СССР в 1954 году по инициативе Никиты Хрущёва. К 1960 году в республике было распахано миллионы гектаров целинных и залежных земель для выращивания зерновых.
В Казахстан хлынули десятки тысяч добровольцев — молодёжь, комсомольцы, специалисты. Быстро строились новые посёлки, совхозы, дороги. В краткосрочной перспективе урожаи действительно выросли, и Казахстан стал одной из главных житниц СССР.
Рабочий и поросенок. СССР, год и место съемки неизвестны.
Монтер-комсомолка Люда Исаева проверяет соединения линейного кабельного оборудования, 1973 год.
Фото: Виктор Великжанин
Работница тепличного хозяйства совхоза "Брянский" Л.А. Дворянчикова в теплице. Брянская область, 1972 год.
Фотограф: Рабинов И.
Пионеры читают книжку в Международном детском лагере "Артек". Крым, 1965 год.
Фотограф: В. Бородин
Ихтиолог Института биологии АН Киргизской ССР с форелью на берегу озера Иссык-Куль, 1981 год.
Фотограф: Сергей Субботин
Форель, которая сейчас обитает в озере Иссык-Куль, была завезена из армянского озера Севан.
По рекомендации академика Л. С. Берга в 1930 году и затем в 1936 году в Иссык-Куль была завезена форель гегаркуни. Она попала в озеро в виде оплодотворённой икры.
После дождя. Омск. 1973 год.
Михаил Румянцев (клоун Карандаш) у Инженерного (Михайловского) замка в Ленинграде, 1977 год.
Фотограф: Юрий Белинский
Михаил Румянцев, прославившийся под сценическим именем "Карандаш", стал поистине легендарной фигурой в истории советского цирка и его слава до сих пор остаётся непревзойдённой.
Его выступления — это было гораздо больше, чем просто цирковые номера: за яркими клоунадами, гримом и хохотом скрывалась острая сатира, злободневные намёки и порой даже скрытая политическая ирония.
Родившись в 1901 году, Карандаш прожил долгую, насыщенную и непростую жизнь, уйдя из неё в 1983 году. Его отличал невероятный дар импровизации: он мог выйти на сцену без заранее написанного сценария и, доверяясь лишь собственной интуиции, фантазии и безошибочному чувству публики, держать зал в напряжённом внимание от начала до конца. 55 своей жизни он посвятил цирку.
Балерины из бурятского улyca, ССCP, 1973 гoд.
Также буду рад всех видеть в телеграмм канале, где публикуется множество раскрашенных исторических снимков со всего мира или в группе ВК.
Одной из самых холодных зим в истории Прикамья стала зима 1968–1969 годов. Если климатическая норма января в регионе — минус 15,4 °C, то тогда среднемесячная температура опустилась до минус 25,9 °C, что сопоставимо с погодой в Салехарде — городе за Полярным кругом.
Большую часть зимы ночные морозы не отпускали, удерживая столбики термометров ниже –30 °C. Эта зима вошла в историю не только как самая холодная для Прикамья, но и как рекордная для всего Урала и Западной Сибири, став настоящим испытанием для людей, техники и природы.
Красноярск, 1981 год.
Фотограф: Владимир Крюков
Каток в парке ЦПКиО им.Горького. Москва, 1938 год.
Фотограф: Эммануил Евзирихин
Один из самых знаменитых московских катков расположился в Парке Горького — и с момента своего открытия в 1931 году, ещё при первом директоре парка Бетти Глан, он стал настоящей легендой.
Москвичи и гости столицы так полюбили это место, что окрестили парк «фабрикой счастья» — и немалую роль в этом сыграл именно каток. Площадью до 125 тысяч квадратных метров, он был не только одним из крупнейших в Европе, но и самым доступным: прокат коньков стоил копейки, а потому сюда приходили тысячи людей. В пиковые дни на лёд выходило от 15 до 20 тысяч человек одновременно!
Даже в суровые военные годы каток не был пустым. Как сообщала газета «Вечерняя Москва» в 1942 году, он оставался открытым — и ежедневно его посещали от трёх до пяти тысяч человек.
Семья знаменитых конькобежцев Стениных на стадионе. Свердловск, 1966 год.
Ёлка на площади 1905 года. Свердловск, 1960-е.
Ростов-на-Дону, 1964 год.
Фотограф: Шишманов В.С.
Несмотря на то, что климат в Ростове-на-Дону считается умеренно континентальным — с мягкой зимой и жарким летом, природа порой преподносит сюрпризы, и приходят настоящие зимы.
Дети оленеводческого колхоза "Тундра" катаются на собачьих упряжках. Поселок Ловозеро Мурманской области, 1961 год.
Фотограф: Валерий Шустов
Люди в заснеженном лесу. СССР, 1978 год.
Фотограф: Валерий Бысов
«В Нарьян-Мар», 1949 год.
Фотограф: Георгий Липскеров
Юная лыжница Оля Афанасьева. Куйбышев, 1979 год.
Источник: архив Шарыповых – Афанасьевых
Ледяная скульптура Деда Мороза на одной из площадей города Якутска, 1965 год.
Фотограф: Валерий Шустов
«Зима в селе Чернильниково», 1957–1960 гг.
Фотограф: Всеволод Тарасевич
Вывоз леса. Самковский леспромхоз. Пермская обл., Коми-Пермяцкий округ, Кудымкарский р-н, 1959 год.
Фотограф: Анатолий Крохалев
Новогодний городок и новогодняя ёлка на площади Ленина. Курган, 1972 год.
С незапамятных времён именно центральные площади городов становились главной сценой для самых ярких и важных событий. Здесь открывались праздничные ярмарки, разворачивались детские городки, а из-за льда и снега мастера вырезали гигантские скульптуры, превращая зимние пространства в сказочные просторы.
Вход в Парк культуры и отдыха. Омск, 1980 год.
Фотограф: Гребенников А.И.
Снежная скульптура на одной из площадей. Пермь, 1964 год.
Вид на Очаково от Мичуринского проспекта. Москва, 1981 год.
Справа находится Очаковский пруд, где прошло также и мое детство. Когда-то и меня также возили на санках покататься с горки, которая на тот момент казалась очень крутой. На самом пруду расчищали катки, рубили проруби, а в новогоднюю ночь на пруду собиралось множество людей и запускались фейерверки.
«А у нас зима». Челябинская область, 1970-е.
Фотограф: Сергей Васильев
Зима. Усть-Цильма, 1980-е.
Фотограф: Сергей Зиновьев
У городского парка КиО - Наездник Вологодского областного ипподрома города Череповца Виктор Фокин, 1984 год.
Фотограф: М. Лобовкин
Также буду рад всех видеть в телеграмм канале, где публикуется множество раскрашенных исторических снимков со всего мира или в группе ВК.
Москва 1950-х — это город, который еще дышит войной, но уже стремится в будущее. Столица восстанавливается после разрушений Великой Отечественной: появляются новые кварталы, заводы, школы, прокладываются магистрали, оживает культурная жизнь. В эти годы вырос один из главных символов страны — здание МГУ, продолжилось развитие метро, а сама Москва постепенно превращалась в образцовый «социалистический мегаполис».
Но у этой эпохи была и обратная сторона — жесткая цензура, контроль над частной жизнью, политическое давление и постоянная нервозность холодной войны, которая разделила мир на два лагеря.
И вот мы перелистываем старые архивы: снимки Семёна Фридлянда — одного из классиков советской фотографии. Сейчас они оживают — не просто колоризация, а попытка вернуть тем людям привычный цвет кожи, небо над головой, свет витрин, уличное движение. Это возможность взглянуть на Москву 50-х не как на музейный экспонат, а как на живой город, в котором люди смеялись, спешили, любили и просто жили.
Давайте посмотрим, как десятки лет спустя история превращается обратно в движение — в 25 оживленных фотографиях.
