ManagerPoAbsurdu

Всё началось с того, что мне вручили визитку с несуществующей должностью: «Специалист по нестандартному сервису». Перевод с корпоративного на русский: «Иван, вот тебя все любят, ты не грубишь клиентам и умеешь находить седло для ежа. Разбирайся со всем, что не лезет ни в одни ворота наших инструкций».

Так я и стал последней инстанцией между безумным, но часто правым в своем безумии клиентом, и нашей большой, дремучей, как тайга, компанией, которая продает всё. Абсолютно всё. От йогуртов «Био-ностальгия» до промышленных котлов «Термо-богатырь». И да, был случай, когда человек купил котел и пытался вернуть йогурт. Это даже не самое странное.

Меня зовут Иван. Мне 32. У меня есть кот Сергей (именно Сергей, он смотрит на меня как на неудачливого подчиненного), квартира в наследство от бабушки с вечно заедающим балконным шпингалетом, и друг-айтишник Алексей, который вечно пытается автоматизировать то, что автоматизировать нельзя. Например, чувство глубокого морального удовлетворения от правильно составленного ответа на претензию.

Мой рабочий день — это квинтэссенция абсурда. Мне звонила женщина, которая была уверена, что наша микроволновка (которую мы, конечно, не производим) сломалась из-за плохой кармы ее мужа. Я вел трехчасовую переписку с мужчиной, который требовал компенсацию за «моральный ущерб», потому что цвет нашего кефира не совпал с цветом его нового iPhone. А еще я однажды организовывал видеоконференцию директора по продажам с попугаем жако (история долгая, но попугай был реально недоволен качеством корма).

Зачем я тут? Чтобы рассказывать вам об этом. О том, как выжить в офисе, не растеряв рассудок и человечность. О том, как кот Сергей составляет конкуренцию отделу кадров. О неловких свиданиях, которые сами просятся в черную комедию. И о маленьких философских открытиях, которые приходят, когда объясняешь человеку, почему его тапочки не подпадают под пожизненную гарантию на газовую турбину.

Пишу с самоиронией, потому что без нее тут сойдешь с ума. Иногда — с сарказмом. Часто — с легкой грустинкой. Но всегда честно.

Если вам знакомо чувство, когда в пятницу у вас щетина как у таксиста из 90-х, а в понедельник вы снова бодрый офисный планктон — вам сюда.

Если вы знаете, что «клиент всегда прав» — это не догма, а начало детектива, вам сюда.

Если вы просто любите странные, смешные и жизненные истории — вам точно сюда.

Буду рад. Ваш Иван, он же Полуектов.

Понедельник в нашем отделе урегулирования абсурда начался с запаха пережаренных зерен из офисной кофемашины (который я называю «ароматом корпоративной безысходности») и звонка от клиента. На том конце провода рыдал мужчина. Нет, его не обокрали. Его запер дома собственный «Умный дом» версии 4.0. Система заблокировала все двери и окна, потому что встроенный датчик стресса на запястье хозяина показал критический уровень, и нейросеть решила: «Друг, в таком состоянии тебе на улицу нельзя, ты там дров наломаешь. Сиди, слушай звуки тропического леса».

Я вызвал на подмогу Алексея, нашего штатного айтишника, который выглядит так, будто его самого забыли обновить в 2012-м. Мы приехали. Через бронированное стекло на нас смотрел клиент с лицом человека, который три часа слушал крики макак в режиме «релакс».

— Лёха, — говорю, — делай что-нибудь. Он там сейчас эволюционирует обратно в примата.

— Тут протокол безопасности «Счастливый хозяин», — меланхолично отозвался Алексей, ковыряясь в планшете. — Чтобы открыть дверь, система должна зафиксировать у пользователя искреннюю улыбку и нормальный пульс.

В итоге, пока Лёха пытался взломать код, мне пришлось через закрытую форточку показывать клиенту мемы с котами и пересказывать лучшие шутки с «Пикабу». Вы когда-нибудь пробовали развеселить человека через тройной стеклопакет, когда у него в гостиной на полную громкость херачит ультразвуковое пение цикад?

Ситуацию спас случай. У клиента зазвонил стационарный телефон (антиквариат!), и это оказалась его тёща. От неожиданности и осознания неизбежности бытия мужик так заржал, что датчики сошли с ума от резкого скачка дофамина и разблокировали замки. Система решила, что он либо абсолютно счастлив, либо окончательно сошел с ума, а с сумасшедшими ИИ связываться побоялся.

Дома меня ждал Сергей. Мой кот посмотрел на меня своим фирменным взглядом «Я — вершина эволюции, а ты — кожаный мешок с ипотекой» и демонстративно скинул со стола ручку. В этом жесте было больше здравого смысла, чем во всей кремниевой долине. Сергей не просит меня улыбаться, чтобы получить доступ к холодильнику. Он просто орет. Это честно. Это аналогово.

P.S. А как у вас отношения с техникой? Она уже начала за вас решать, когда вам грустить, а когда на работу идти?

Всем адекватных девайсов и послушных котов. Ваш Иван.П.

Пятница. Утро начиналось слишком хорошо, чтобы закончиться благополучно. Я допивал третий кофе, любуясь, как кот Сергей методично сталкивает лапой ручку со стола — его верный признак того, что пора на работу. На экране уже горела новая заявка из категории «Сверхнормативные претензии». Тема: «Возврат товара ненадлежащего качества».

Товар: домашние тапочки «Комфорт-Пух». Причина возврата, цитата: «Были непригодны к использованию ввиду частичного физического уничтожения домашним животным. Прошу вернуть полную стоимость».

Я вздохнул. Стандартно. Сейчас придет стандартное письмо о том, что товар, утративший товарный вид, возврату не подлежит. Я уже начал набирать шаблон, как зазвонил прямой телефон.

— Иван, ко мне. Срочно. — Голос директора, Анатолия Аркадьевича, был ровен, но в этой ровности чувствовалась сталь. Так он говорил, когда ситуация уже вышла на уровень «надо звонить юристам, а они дорогие».

В кабинете пахло дорогим кофе и тревогой. Анатолий Аркадьевич молча развернул ноутбук.

—Это кто? — он ткнул пальцем в экран.

На мониторе был открыт наш корпоративный блог на Дзене. Под последним постом о преимуществах холодильников нового модельного ряда цвел разветвленный комментарий. Автор — некая «Людмила С.».

Текст был образцом народной риторики. Суть: купила у нас тапочки, ее любимый корги по кличке Бусинка их «недооценил» и частично употребил в пищу. Компания виновата, ибо: а) использовала слишком аппетитные материалы, б) не предупредила на упаковке, что товар может быть съедобен для собак породы корги, в) проявляет неуважение к малому бизнесу (оказалось, Людмила ведет блог о Бусинке с 10 тысячами подписчиков). Пост заканчивался хештегом #ТуфтаКомпанияВаша и угрозой «осветить ситуацию для широкой аудитории».

— Вижу, — сказал я.

—Она уже звонила в приёмную. Говорит, мы травмировали психику Бусинки некачественным наполнителем. Её аккаунт проверяли — подписчики реальные, лояльные. Карма у собаки лучше, чем у нашего отдела маркетинга. Что делать?

Вопрос «что делать» в устах Анатолия Аркадьевича означал: «Найди способ, чтобы мы не платили, клиентка не скулила, а собака не писала на нас жалобы в Роспотребнадзор от лапы».

— Понял. Разберусь лично, — ответил я, чувствуя, как во рту возникает привкус будущего подвига.

---

Людмила оказалась женщиной с очень правильной прической и взглядом, который видел во мне не человека, а бездушную корпорацию в образе человека. На коленях у неё сидел тот самый корги — Бусинка. Он смотрел на меня глазами-изюминками, полными невыразимой печали о несбывшихся тапочках.

— Я вас слушаю, — сказала Людмила, поглаживая Бусинку по башке.

—Людмила, я глубоко изучил ситуацию, — начал я, устанавливая зрительный контакт скорее с собакой, чем с хозяйкой. — Понимаю ваше волнение за питомца. Наше производство, к сожалению, действительно не сертифицирует тапочки на предмет съедобности для корги. Это наш пробел.

— Вот именно! — клиентка оживилась.

—Однако, — я сделал драматическую паузу, доставая распечатку, — у меня есть два документа. Первый — это ветеринарное заключение, которое вы, к счастью, не предоставляли. В нём чёрным по белому: «Животное здорово, последствий употребления инородного материала не выявлено». Значит, наш материал, хоть и несъедобный, — безопасен. Это большой плюс нам.

Людмила замерла.

—Второй документ — скриншот из вашего же блога, — я перевернул лист. — Здесь вы хвастаетесь, что Бусинка в возрасте четырёх месяцев полностью съел кожаный ремешок от ваших часов Patek Philippe. Цитата: «Мой малыш — гурман дорогой кожи!»

В кабинете повисло молчание. Бусинка виновато хмыкнул.

—Это… Это другое! — выдохнула Людмила.

—Безусловно. Часы — это аксессуар. А наши тапочки — товар масс-маркета. Выходит, Бусинка не просто сожрал их. Он… — я сделал значительное лицо, — понизил свой гастрономический статус. Из гурмана часов класса «люкс» превратился в потребителя бюджетного текстиля. Это тревожный сигнал. Не мы должны платить вам. Это вам стоит задуматься о моральной компенсации питомцу. Возможно, купить ему новый ремешок. Для поднятия самооценки.

Людмила смотрела на меня, на Бусинку, на скриншот. В её глазах шла гражданская война между обидой и логикой.

—Вы… Вы издеваетесь?

—Я мыслю нестандартно, — честно ответил я. — Как и Бусинка. Поэтому предлагаю нестандартное решение. Мы не возвращаем деньги за тапочки. Но мы дарим Бусинке — именно ему, как пострадавшей стороне — наш новый продукт: игрушку для собак «Несъедобный Ботинок» из сверхпрочного материала. И, с вашего разрешения, разместим в его блоге обзор. Хештег, например, #БусинкаИспытываетНаПрочность. Это же контент.

Я увидел, как в её взгляде маркетолог победил борца за справедливость. Через пятнадцать минут они уходили, неся под мышкой «Несъедобный Ботинок». Бусинка на пороге обернулся и посмотрел на меня. В его взгляде я прочитал древнюю, как мир, мысль: «Человек, ты победил. Но я ещё съем твои тапочки. Мыслимые и немыслимые».

Вернувшись в кабинет, я застал Анатолия Аркадьевича, изучающего сайт с элитными ошейниками.

—Всё улажено, — доложил я. — Убыток — одна игрушка стоимостью 150 рублей. Возможная прибыль — попадание в блог к целевой аудитории. И репутация компании, которая понимает животных.

—Полуектов, — директор медленно поднял на меня взгляд. — Вы когда-нибудь задумывались, что работаете не там?

—Каждый день, Анатолий Аркадьевич. Но пока меня держит мысль, что где-то там есть корги, который мечтает о наших тапочках. Кто-то же должен его остановить.

Он фыркнул. Это был высший знак одобрения. Я вышел, поймав взгляд кота Сергея. Он сидел на моём стуле, явно намекая, что пока я решал проблемы с собаками, он здесь был главным. Всё возвращалось на круги своя. До следующей заявки.

Разъясняю: мой отдел занимается творческим урегулированием абсурда.

Все истории мои.Я реальный(в том смысле что я есть),мой кот ходит,ест ,гадит ну в прочем как любой кот.А ИИ, как новый стажёр помогает с визуализацией.Почему ПолуЕктов ,а не ПолуЭктов тоже объяснил в комментариях.Завтра Татьяна Степановна напишет "почему ты назвал кота Сергей,так не принято у нас у двуногих" ,не знаю,коту нравится это имя.По крайней мере когда я его зову он приходит.Вообщем,благодарю за проявленный интерес.

Ну, после небольшого ликбеза ,продолжим...

"Как я объяснял директору, что мы не можем вернуть деньги за тапочки, потому что их съел собачий корги". История про клиента с железной логикой и очень убедительным питомцем...