Действие происходит в полумраке игрового зала. Вокруг сидят люди и играют в шахматы. Джейк Грин сидит за столом напротив Ави, рядом стоит Зак. На столе стоят шахматы и часы.

Зак: Честно говоря, я тоже поигрываю. Может разомнемся?

Джейк Грин: Не пора ли вам объяснить, что происходит?

Ави кладет на стол папку с документами и пододвигает её к Джейку.

Ави: Вот результаты ваших анализов из больницы. Неважно, как мы их получили. Важно совсем другое. О чем они говорят? В течение трех дней вы умрете от неприятной болезни, отравляющей вашу кровь и внутренние органы.

Джейк изучает бумаги. На его лице отражается шок, который он пытается скрыть за маской безразличия. Он встает из-за стола.

Джейк Грин: Спасибо ребята. Об этом мы еще поговорим.

Ави: Мистер Грин. 30 секунд. И потом вы уйдете.

Джейк Грин (останавливается): Чем дальше, тем слаще речь. 30 секунд?

Ави: Мы уже один раз спасли вам жизнь. Делать это бесплатно мы больше не будем. У нас есть лишь два условия. И корректировать их мы тоже не будем.

Джейк Грин (закадровый голос): О, меня хотят развести.

Зак: Условие первое: Мы выдаем вас досуха.

Джейк Грин (закадровый голос): Приоденься получше, прежде чем доить меня досуха, приятель.

Зак: Вы нам отдадите абсолютно все, что у вас есть.

Джейк Грин (закадровый голос): Это разводка.

Зак: Сейчас вы подумали, что вас разводят. Это вполне объяснимо. Однако капни чуть глубже — вы осознаете, что это не обман. И условие второе: Вы действуете как мы вам говорим. Без возражений. Это условие включает и ответы на все наши вопросы.

Ави: Времени у вас почти нет. А выбора, честно говоря, нет вовсе. Самое верное — получить подтверждение наших слов из независимого источника. Мака уже выпустил свою свору, но мы можем защитить вас от опасности. Это основа нашего предложения. У вас три часа на принятие решения. После этого мы уже будем бессильны.

Джейк Грин (закадровый голос): Вы думаете, я расстанусь со своими честно заработанными деньгами в обмен на пачку сфабрикованных анализов и два условия? Сегодня уж точно нет.

Джейк Грин разворачивается и уходит через темный зал.

«Вот результаты ваших анализов из больницы. Неважно, как мы их получили» — говорит Ави. Наоборот, это критически важно, как именно вы их получили. Пока вы не объясните в деталях все шаги получения моих анализов из больницы и не предоставите соответствующие доказательства, я не буду готов вам поверить. А анализы я обязательно пересдам в такой лаборатории, где мне позволят отслеживать каждый шаг получения результата. Джейку навязывают новую генеральную реальность, конструируя окружающие декорации под внушаемый сценарий жизни. Вне зависимости от убежденности и веры в предоставляемые материалы, их необходимо перепроверять, находить источники, требовать объяснение и мотивацию получения.

«В течение трех дней вы умрете от неприятной болезни» — говорит Ави. Классическая уловка многих. Внушить проблему и предложить решение. У Джейка нет болезни, а они не предлагают таких решений, которые могли бы спасти от неведомой болезни. А если бы предлагали такое решение, тогда оно должно быть понятным, предсказуемым и пошаговым, с ответственностью за результат. Если люди не готовы предложить гарантированного результата или не уведомляют об условных процентах вероятности получения результата на базе четкой статистики, тогда велика вероятность, что деньги будут потрачены в пустоту. В пример могу привести тестостерон релиз от Арсена Маркаряна примерно в 20-22 годах. Многие участники после прохождения курса сидели в телеграм чате по курсу и бесконечно флудили, задаваясь вопросами: «Как заработать?», «Как воздерживаться?», «Как начать заниматься спортом?». Таких вопросов было бесконечное множество. Почему? Потому что на самом курсе шло активное внушение проблемности. А после предлагалось обобщенное решение, которое может быть не применимо в контексте жизни отдельно взятого человека.

«Чем дальше, тем слаще речь» — говорит Джейк. Только это не мешает Джейку продолжать слушать и находиться в тех условиях, где усиливается напор внушений, который погружает его в контекст нового восприятия. Он логически понимает, что происходит, но эмоционально уже вовлекся, ожидая какой-нибудь перчинки и порции новых внушений. Джейку кажется, что он умнее многих, поэтому внушения такого характера не смогут оказать ожидаемого влияния. Но как вода точит камень, так и внушения пробивают защиты, проникая вглубь. Вопрос лишь в напоре и длительности внушений.

«Мы выдаем вас досуха. Вы нам отдадите абсолютно все, что у вас есть. Сейчас вы подумали, что вас разводят. Это вполне объяснимо» — говорит Зак. Человеку проще принять ту реальность и вариант развития событий, что ему известен. Это создаёт меньше напряжения и сопротивления. Джейк думает, что его хотят развести, но они открыто проговаривают его мысли, тем самым утилизировав назревающее напряжение. Это выглядит так: «Да, ты можешь думать, что мы тебя разводим, но за то посмотри, какую выгоду и опыт ты получишь. За такой опыт и все богатства мира отдать не грех.». Они цепляют его неопределенностью, за которой скрывается нечто, что хотелось бы узнать и увидеть. Это эмоциональный позыв к познанию неведомых секретов. В такие моменты жизненно необходимо себя заземлять, чтобы не оказаться в дураках.

«Времени у вас почти нет» — говорит Ави. Стоит помнить, что спешка нужна только при ловле блох, да и та сомнительна. В остальных случаях спешка приведет к ошибкам, неверным выводам, потерям, травмам и прочим вытекающим. Тот, кто спешит, он уже опоздал. Любые попытки вас поторопить — это желание навязать и продавить свой сценарий, который удобен внешним силам.

Джейк Грин вместе со своим братом Билли и группой охранников идет по роскошному коридору к лифту. Они останавливаются у дверей. Джейк выглядит напряженным.

Билли: Двадцатый...

Джейк Грин: Секунду. Не пойти ли нам по лестнице?

Билли: Пешком на двадцатый этаж? Не чуди, Джейк.

Джейк Грин (всматривается в отражение лифта): Мне не нравится чувствовать себя в клетке. Не нравилось и не будет нравиться. А с какой стати человек должен делать то, что ему не нравится?

Охранник (спокойно): Джейк, если не хочешь на лифте, то можно и не ехать.

Джейк Грин (закадровый голос): Всегда есть выбор. Чем плоха лестница?

Охранник: Не бойся, все нормально.

Джейк делает глубокий вдох и медленно заходит в кабину лифта вместе с остальными. Двери закрываются. Камера крупным планом фиксирует лицо Джейка, на котором проступает страх и дискомфорт.

Джейк Грин (закадровый голос): Теперь следующие две минуты мне придется потеть и трястись, как последней шлюхе при виде дозы. Надо было идти по лестнице... Здесь становится очень, очень тесно.

«Мне не нравится чувствовать себя в клетке» — говорит Джейк. А разве ты уже не находишься в клетке своих представлений, что могут быть навязаны, искажены, ошибочны? В клетке ментальных проекций, когнитивных искажений, физиологических ограничений, социо-культурных нарративов и прочих факторов, что редко оказываются во внимании. Просто один формат и форма клетки стала привычной, понятной, предсказуемой, а другая кажется чуждой, когда их суть эквивалентна друг другу. Клетка — это любое пространство или ситуация, где человек является следствием чужого выбора/воли и/или условий. Не имея возможности для трансформации, контроля и/или отслеживания влияния.

«Не чуди, Джейк» — говорит Билли. Джейку не нравятся места, что ограничивают его физически. Но он легко поддаётся на внушения, что накладывают на него более масштабные ограничения ментального характера. Он продавливается под чужой волей, потому что до момента встречи с лифтом он уже был в клетке, что давила схожим образом. Он привык следовать чужой воле, быть исполнителем, что было ярко продемонстрировано в сюжете фильма. А это лишь частная ситуация жизненного сценария.

«А с какой стати человек должен делать то, что ему не нравится?» — говорит Джейк. Потому что человек не организовал свою жизнь таким образом, чтобы делать то, что он хочет. Вне зависимости от характеристик, условий, возможностей и прочих переменных, человек не смог достигнуть той точки реальности, что позволило бы ему диктовать свою волю. Поэтому человек вынужден прогибаться под волей случая, системы или другого человека. Природе или социальному строю плевать на твои изначальные условия и возможности. Если человек не может создать необходимые условия для ведущего/особого отношения, тогда он будет оставаться на последних/ведомых позициях. Делать то, что не нравится — это налог, который человек платит за свою неспособность быть автором системы, в которой он находится.

«Всегда есть выбор» — говорит Джейк. Выбор действительно есть всегда. Вопрос лишь в том, кем и как будет сделан этот выбор. Выберешь сам или выберут за тебя? Возьмешь ответственность и извлечешь опыт или окажешься следствием чужих решений? Позволишь управлять своей жизнью внешним системам или возьмешь управление под свой контроль? Стоит помнить, что если решение не можешь принять ты, тогда решение примут за тебя вне зависимости от твоих желаний. В таком контексте человек будет вынужден согласиться на любой результат от принятого решения, так как согласие было дано в момент делегирования решения внешним силам.

«Здесь становится очень, очень тесно.» — говорит Джейк. Джейку тесно от навязанного сценария, где он является следствием, а не причиной. Он делегировал принятие решения внешним силам, и принятое ими решение оказалось не тем, что его устраивает, но он вынужден согласиться с последствиями. Сегодня это использование лифта, а завтра — сломанная жизнь. Делегирование решения внешним силам не налагает на них какую-либо ответственность за результат принятия этого решения в вашей жизни. С последствиями вы все равно будете справляться самостоятельно. Попытки обвинять в чем-либо других не дадут никакого результата, так как ответственность будет быстро перенаправлена на вас. Вы передаете другим право решать, но ответственность за результат всегда остаётся с вами.

Сара: Лео, будешь засекать время?

Лео: Норман, дай свои часы. Скажешь мне, когда минута закончится и когда начнется.

Честер: Джентльмены, заводите моторы (Настраивается, делает глубокие вдохи)

Лео: Поехали.

Честер: Тед, смотри. Я разложу здесь две стопки. Одна из них уже твоя, другая — может стать твоей. Мы все равно выполним условия пари так или иначе. Держать топор будешь либо ты, либо какая-нибудь мексиканская служанка, либо бродяга, которого мы сыщем на улице.

Норман: На эти деньги он такую миску супа купит...

Честер: Тише, не сбивай. Сколько я здесь насчитал?

Все: 600.

Честер: Хорошо. Тед, как долго обычный человек будет считать до 600?

Сара: Это риторический вопрос?

Тед: Не знаю.

Честер: Думаю, меньше, чем до 700. В жизни человека миллион всяких событий. Некоторые из них мелкие и незначительные, и он о них забывает. А другие помнит до конца своих дней. Итак, поскольку наше предложение настолько необычное и из ряда вон выходящее, то, могу поспорить, оно останется в твоей памяти навсегда. Что ж, раз это такой яркий эпизод, тебе решать, что запомнить, Тед. В течение следующих 40 лет, плюс-минус 10 лет, ты будешь помнить, что отказался от тысячи долларов, или согласился и заработал тысячу долларов за одну секунду. Время. Ну, Тед, что выбираешь?

Тед: Окей, согласен.

Честер: Молодец! Всегда ввязывайся в истории.

Норман: Начнем прямо сейчас, пока я не передумал. Давай покончим со всем этим поскорее.

Честер: Именно такие моменты жизни никогда не забываются. Норман, ты готов?

Норман: Готов.

Честер: Тед, ты готов?

Тед: Готов.

Честер: Отлично. Норман... начинай.

Норман щелкает зажигалкой, пламени нет. Тед мгновенно опускает тесак на палец Нормана

Норман: А-а-а-а! Мой палец! Мой палец! Чтобы вас всех! Честер, мой палец! Он отрубил мне палец! Как больно, Честер! Черт вас дери, он отрубил мне палец! Лео, позвоните в больницу! Скорее позвоните в больницу, перевяжите палец!

Тед забирает свои деньги, прячет их в карман пиджака и с невозмутимым лицом выходит из номера в коридор, направляясь к лифту под крики Нормана

Группа пьяных и невменяемых клиентов с затуманенным рассудком решила сделать своё веселье наиболее запоминаемым, отрубив палец одному из участников гулянки. Полностью игнорируя, что последствия будут гораздо тяжелее и неприятнее, чем мимолетная эйфория и радость от реализации задуманного.

Только никто из них не был готов взять на себя ответственность за совершаемое деяние, так как вне зависимости от договоренностей по закону такие сделки считаются ничтожными. А последствия сразу переходят в категорию уголовных, какие бы оправдания не проговаривали обе стороны события.

Казалось бы, затея бредовая, а последствия ужасны для обеих сторон. Но Честер оказался мастером внушений, преподнеся это с такого угла, что Тед поверил в отсутствие какой-либо ответственности и последствий за выполнение обговоренных условий.

Будь это началом смены, Тед бы мог отказаться, но к вечеру его способность к самоконтролю и логическим умозаключениям упала до критического значения. После целого дня странных клиентов и стрессовых ситуаций он ушел в абсолютный автоматизм, не размышляя дальше этого дня. Поэтому пьяные и бредовые внушения Честера подействовали на Теда так, будто он пил наравне с ними. Теда цепляли не логическими утверждениями и аргументами, а эмоциональными воспоминаниями, что будут с ним до конца жизни.

Когда человек на автоматизмах и слабо себя контролирует, наиболее эффективны инструменты эмоционального влияния. Здесь начинают работать примитивные и поверхностные образы. Например, образ того, как человека будут воспринимать другие или как он будет вспоминать приобретенное с улыбкой.

Если в состоянии анализа/самоконтроля человеку проще что-либо продать (убедить) на базе фактов, которые решают его проблему/потребность, тогда в состоянии автоматизма/эмоций проще продать фантастичный образ от использования/приобретения продукта или услуги. Масса людей приоритетно живет в автоматизмах, сами того не замечая, так как жизнь многих подобна дню сурка. Поэтому в рекламе не пытаются убедить в фактах и аргументировать ценность товара, а стараются продемонстрировать утрированный образ счастья или ценности человека, что приобретает их продукт/услугу.

Тед всегда пытается выполнить те договоренности, что он заключил, но каждый раз соглашается на такие условия, что создают ненужные риски и губительные последствия. Он будто через эти договоренности пытается поймать пулю лбом, но каждый раз выбирается живым из передряги. Схожим образом некоторые люди обещают многое и заключают всякое, не просчитывая ни свои силы, ни последствия невыполнения. Оказываясь в таких условиях, где пуля находит свою цель.

«Всегда ввязывайся в истории» — это ловушка для дурака с целью повысить яркость жизни. В конечном итоге полученная яркость оказывается несоразмерна и недолговечна тем последствиям, что генерирует история, в которую человек решил ввязаться. И, как правило, в такие истории ввязываются не в тех состояниях, когда логика подавляет и контролирует неадекватные позывы, что влекут беду.

Звучит телефонный звонок. Мужчина в очках и строгом костюме берет трубку

Гарри: Алло.

Сет: Гарри? Сет Дэвис из «Джей Ти Марлин». Как дела?

Гарри: Хорошо, спасибо.

Сет: Месяц назад вам звонил мой помощник, и я хотел узнать, что вы думаете о нашем предложении?

Гарри: О каком предложении?

Сет: Если вы получаете много писем, то, наверное, просто выкинули его, но ведь мы сами обещали перезвонить. Я предлагаю возможность сделать вложение, которое вас заинтересует.

Гарри: Я сейчас не играю на рынке.

Сет: Скажите, Гарри, вы женаты или вы счастливы?

Гарри: (Смеется): Вообще-то, я женат уже 10 лет.

Сет: Здорово, замечательно. А я шесть. Так вы вообще не играете на рынке?

Гарри: Не знаю насчет «играть». У меня есть несколько дорогих акций — свадебный подарок от друзей из Нью-Йорка.

Сет: Послушайте, Гарри, у нас просто сумасшедшая ситуация. Фармацевтическая компания «Феротех» изобрела лекарство «Паротин», которое скоро начнет выпускаться.

Гарри: Ну и зачем оно?

Сет: Хороший вопрос. И ответ на него очень хороший. Оно помогает развиваться недоношенным детям.

Гарри: Это вообще-то интересно.

Сет: Да. Скажите насчет ваших акций, много они принесли вам пользы?

Гарри: Почти ничего.

Сет: А мы торгуем акциями, которые растут в цене.

Гарри: О да, это так.

Сет: Я бы хотел показать вам наши возможности на примере небольших инвестиций.

Гарри: Простите, сейчас я не могу. Мы с женой хотим купить дом и пытаемся сэкономить каждый цент. Понимаете, в чем дело?

Сет: Гарри, мне неважно, сколько акций вы купите, но вы должны проверить меня. Судите меня только по конечному результату. Гарантирую, я дам вам 30-40% независимо от того, сколько вы купите, а потом мы обсудим все подробнее. Идет?

Гарри: Да.

Сет: Вы еще будете раздавать мои визитки друзьям. Точно? Вот что: берите 100 акций, это абсолютный минимум. Заработав 3-4%, вы, конечно, не разбогатеете, а если акции не вырастут в цене, вы все равно ничего не потеряете.

Гарри: Вы правы.

Сет: Гарри, я бы мог продать вам и больше акций. Меня это устроило бы гораздо больше, но я прошу вас начать с малого, чтобы точно убедиться в том, что я... (молчание)

Гарри: Хорошо. Давайте попробуем.

Сет: Отлично. Вам прислать документы домой или на работу?

Гарри: Мне надо поговорить с женой.

Сет: Это совершенно ни к чему. Я перезвоню вам. Через 5 минут я иду на обед.

Гарри: Я должен её спросить.

Сет: Скажите, Гарри, вы сейчас на работе?

Гарри: Да.

Сет: И чем вы занимаетесь?

Гарри: Я менеджер по закупкам в пищевой компании.

Сет: И вам приходится самому принимать решения?

Гарри: Разумеется.

Сет: И когда вы принимаете решения, вы каждый раз звоните своей жене?

Гарри: Конечно нет, но это немного другое.

Сет: В каком смысле? Это ваши деньги, вы их заработали. К тому же, это всего лишь вложение, я же не героин продаю. Она будет только рада узнать, что вы сделали хорошее вложение для семьи. Подумайте вот о чем: когда ваша жена идет по магазинам, она спрашивает разрешения на использование купонов на скидку?

Гарри: Послушайте, это не совсем честно.

Сет: Я знаю. Послушайте, Гарри, вы не поняли главного. Речь идет о совсем небольшом вложении. А представьте, что будет, когда вы принесете домой жирный чек, потому что вовремя сделали вложение.

Гарри: (После паузы) Хорошо, я согласен.

Сет: Отлично, Гарри, вы приняли потрясающее решение.

Повышенная эмоциональность затуманивает восприятие и понимание ситуации, вынуждая человека делать тот выбор, что логически может вести к убыткам. Гул эмоций ограничивает и сужает широту наблюдаемой картины. Эмоции приносят свою пользу и ресурс, но проживание и переживание эмоций должно быть отложено в моменты важных сделок, переговоров или приобретений.

Эмоции не сигнализируют о том, что реально важно, как кто-то может предположить. Это ограниченное представление о структуре и механизмах влияния эмоций на жизнь человека. Если кто-то смог установить эмоциональный контакт с человеком и склоняет его к приобретению заведомо невыгодной, ненужной, бесполезной вещи/услуги, но эмоции человека настолько бушуют, что он готов это приобрести, то это не показатель важности приобретаемого предмета/услуги. Это показатель отсутствия самоконтроля и необходимых фильтров восприятия, которые должны уберечь от влияния сомнительных личностей/информации.

Сет создал в голове Гарри образ себя, что подобен Гарри. Как будто он такой же семьянин, стремящийся к лучшей жизни для себя и своей семьи, которой нет. Сет начертил общие границы образа, а Гарри уже всё додумал и наполнил образ необходимыми свойствами. В дальнейшем будет показано, как он убеждает жену в ценности брокера, так как он подобен ему (семьянин. честный, стремится к лучшей жизни законным путём). Всё это лишь представления Гарри, что не отображают действительности. Стоило остановиться и спросить себя: «А как я понял, что он действительно такой?». Лишь благодаря этому вопросу он мог бы не потерять все деньги и сохранить семью.

Сет надавил на ценность/значимость/важность Гарри, когда тот захотел посоветоваться с женой. Почему это сработало? Потому что в бытовой и рабочей суете он не чувствует себя таковым. Ему важно получить признание извне, что он такой, каким хочет себя видеть (большой босс, решающий любые вопросы самостоятельно).

Гарри — это закомплексованный мальчик, что попал в мир, к которому его не подготовили. Закомплексованными людьми проще управлять, подстроившись под их мировосприятие на основе их комплекса. Но сколько бы признаний извне Гарри не получал, это не сгенерирует внутренней ценности. Она генерируется другим образом.

Сет: Конечно, я понимаю, доктор. У меня у самого очень много дел. Через месяц мы подготовим для вас очень выгодное предложение. Если вам нравится наша идея, отлично, мы сделаем бизнес. Если нет, мы всегда сможем предложить вам что-нибудь новое.

Доктор Джейкоб: Тот, кто это взял — идиот.

Сет: Вы согласны?

Доктор Джейкоб: Что?

Сет: Доктор, вы хотите заработать миллион долларов?

Доктор Джейкоб: Что вы сказали?

Сет: Ответьте на один вопрос, как врач. Вы слышали о новом лекарстве Фенадрил? Его производит MSC Pharmaceuticals.

Доктор Джейкоб: Нет.

Сет: Тогда слушайте хорошо. Он почти одобрен Министерством здравоохранения. Он должен появиться на рынке через 3 месяца. А может и завтра, кто знает? В общем, давайте сделаем так: я вышлю вам информационный пакет, а через месяц с вами свяжется наш старший брокер…

Доктор Джейкоб: Нет-нет-нет, минуточку, подождите. К чёрту этот пакет. Давайте обсудим прямо сейчас. Как вы сказали называется лекарство? Алло, вы меня слышите?

Сет: Вы подождите минутку, я позову старшего брокера, который лучше разбирается в этих акциях, хорошо? Всего минуту.

Сет (в сторону): Есть! Карту. Его зовут доктор Джейкоб, кажется, он президент…

Крис Марлин (в сторону): Это мне не интересно. Ладно.

Крис Марлин (в трубку): Доктор Джейкоб, говорит Крис Марлин из фирмы «Джей Ти Марлин».

Доктор Джейкоб: Марлин?

Крис Марлин: Да, он мой отец. Мой помощник сказал, что вы хотите купить акций.

Голос на линии доктора: Звонит ваша жена.

Доктор Джейкоб (отвечает линии): Пусть перезвонит. (в трубку Марлину) Возможно, меня это заинтересует.

Крис Марлин: «Возможно» — доктор, это слово не совсем подходит к текущей ситуации с MSC. Речь идёт о больших деньгах.

Доктор Джейкоб: Я хочу проверить эту компанию.

Крис Марлин: Отлично, док. Если вы хотите упустить эту возможность, тогда кладите трубку и смотрите, как ваши коллеги наживут на этом миллионы.

Доктор Джейкоб: Минуточку, я этого не говорил. Мне нужны подробности.

Крис Марлин: Честно говоря, у меня нет времени. Акции растут в данный момент. Тут все на ушах стоят. Слушайте, я открою дверь в офис. Слышали это? Это мои продавцы. Мне есть ещё миллион клиентов, которые уже готовы вложиться в это дело. У меня просто нет времени на объяснения, извините.

Доктор Джейкоб: Хорошо-хорошо, я согласен.

Крис Марлин: Но, поскольку вы новичок, я не могу продать вам больше двух тысяч акций. Простите.

Доктор Джейкоб: Две тысячи? Да вы с ума сошли! Да я хотел взять всего пару сотен. Две тысячи, боже… Интересно, почему вы не можете продать больше?

Крис Марлин: Мы всегда начинаем с небольших сделок, прежде чем делать действительно серьёзное предложение. Позвольте заработать вам немного денег, а потом мы обсудим наше дальнейшее сотрудничество. Что вы на это скажете?

Доктор Джейкоб: Ну, звучит неплохо. Я беру две тысячи акций.

Крис Марлин: Есть.

Доктор Джейкоб: Вы уверены, что не можете продать больше?

Крис Марлин: Простите, доктор Джейкоб, не могу. Никак.

Доктор Джейкоб: Хорошо, тогда начинаем торговлю.

Крис Марлин: Отлично. В следующий раз будем играть по-крупному. Куда направить подтверждение покупки? К вам домой или в офис?

Доктор Джейкоб: Очень смешно, мистер Марлин.

Крис Марлин: Я соединю вас с секретаршей, она запишет информацию. Я рад иметь дело с вами. По рукам!

Иногда стоит остановиться и спросить себя: «С чего вдруг я этим так заинтересовался? Почему меня это привлекает? Это поможет заработать денег? А как я понял, что это поможет заработать денег? Потому что малознакомый брокер позвонил и начал меня в этом убеждать? Я не знаю ни местоположение офиса, ни репутации компании, ни брокера, ни прочих деталей. Ко всему этому меня подгоняют с решением. А точно ли это не мошенники? Как я могу понять, что это не мошенники?».

Тогда время было другое, люди охотнее доверяли подобном звонкам. Возможно, рынок акций в те времена не был так зарегулирован, что позволяло так легко на этом спекулировать. Сейчас так же есть разнообразные компании с группой брокеров в обороте, но они выглядят сомнительно.

Вспоминаю свой разговоры с одним из такхи брокеров.

Брокер: У вас же есть 100 долларов для начала.
Я: А почему вы решили, что у меня есть эта сумма?
Брокер: Ну вы же работаете, как-то живете, где-то деньги берете.
Я: А почему вы решили, что я работаю, а не на мамкиных харчах сижу?
Брокер: ЭЭЭ УУУУ МММ Началось горение жопы

Я в той ситуации начал со смешком задавать уточняющие вопросы, на которых он посыпался, что привело к агрессии. Мне обычно мошенники не звонят, но был период, когда позванивали. Я бы вписал того «брокера» в категорию мошенников. Уровень и формат общения были схожими. Меня всегда веселили реакции мошенников, так как каждый раз я ломал их сценарии разговора и начинал навязывать свой. Я не отрицаю, что подловить и заскамить можно любого, но точно не в том формате, что они практикуют.

Доктор Джейкоб попался на их уловки лишь потому, что у него проблемы с контролем себя и окружающей действительности. Его постоянно отвлекали (медсестры, звонки), когнитивные способности далеки от совершенства (по виду ему за 60 лет), параллельно он работал с документами и Сет смог попасть в его потребность/желание. Условия разговора делали его легко внушаемым и слабо критичным. Старший брокер это почуял и перевернул всё вверх дном, заняв ведущую позицию. Это произошло лишь благодаря наработанному опыту и профессионализму в этом деле. Новичок бы не смог так виртуозно докрутить доктора до сделки.

Обычно рынок акций надувается как пузырь как раз из-за слабо осведомленных инвесторов, которые не разбираются в вопросе от слова совсем и инвестируют туда, куда подсказал брокер или новостной паблик, поднимая стоимость мусорной акции на высоту.

Сет: Ты мне очень помог.

Грег: Во-первых, тебя часто будут спрашивать, кто ты и откуда. Но ты в этих делах полный кретин.

Сет: Благодарю. Это очень вдохновляет.

Грег: Один мой друг тоже владеет фирмой. Он дает всем новичкам особый ежедневник — книгу доказательств. Она похожа на простой календарь с множеством закладок. Но вместо букв алфавита там написаны всякие полезные фразы, например: «Жена мне не дает», или «Я еще не на рынке», или «Пришлите мне проспект». Фразы на все случаи жизни. Но тебе это пока не нужно. Сейчас для тебя главное — понять, что по телефону ты можешь представиться кем угодно. Ты меня понимаешь? Кого это волнует? Делай всё, что захочешь. Придумай другую фамилию. Скажи, что ты вице-президент — это не важно. Главное — начать разговор с клиентом. Это главное.

Сет: Но как я могу это сделать? Разве тут не сидит государственный контролер?

Грег: Все так делают, разве ты не знал? Даже парни с Уолл-стрит. Какой еще контролер? Ты о Джонни? Он работает на нас. Он просто кукла, посмотри на него. Его единственная обязанность — вовремя принести мне с утра завтрак. Он сидит здесь только для отвода глаз. У него самая легкая работа в мире. Смотри, уверен, он сейчас мастурбирует.

Его учат представляться тем, кем он не является и никогда не являлся. В тот же момент рассказывая про того, кто так же играет роль, навязывая Сету реалистичность отыгрываемой контролером роли.

Вот других обманывай, мы такое одобряем. Мы тоже тебя будем обманывать, но не скажем об этом прямо. А сам ты неспособен догадаться, ибо поверил в контекст происходящего.

Каждый думает, что он находится над обманом, над ситуацией, вне системы, но фактически захлебывается в тех рамках, из которых, как он думает, давно вышел или не находился в них вовсе.

Сету внушают новую генеральную реальность. А чтобы внушения прошли легче, его сначала обесценивают, иерархически опуская ниже. Далее замыливают восприятие бесполезным разговором про ежедневник, чтобы он потерял бдительность, и проводят необходимые внушения под конец. А как ключевой аргумент используют апелляцию к авторитету в виде абстрактных парней с Уолл-Стрит: «Все так делают, разве ты не знал? Даже парни с Уолл-Стрит.».

Эмерик (тихо, с напряжением): Что он сказал?

Адвокат (вздыхая): В полицейских протоколах полиция задавала очень двусмысленные вопросы. Очень каверзные. Например: «Мама и папа когда-нибудь трогали твой пенис или ягодицы, когда вы играли?» Они заставили его говорить двусмысленные вещи вроде того, что ты лежал на нем, твой член касался его ноги, иногда был твердым... и в этом роде.

Эмерик слушает это, не шевелясь. Его взгляд устремлен в одну точку, на лице читается глубокий шок.

Эмерик (едва слышно): Невероятно.

Камера переводится на адвоката, который продолжает говорить ровным, но сочувствующим тоном.

Адвокат: Но в тот же день его отправили в больницу, где врачи осмотрели его и заявили, что с ним все в порядке. Что никаких признаков сексуального взаимодействия нет.

Эмерик поднимает глаза на адвоката. В его взгляде сквозит полное непонимание абсурдности ситуации.

Эмерик: Но даже если его к этому подводили, зачем он так сказал?

Адвокат: Я не знаю. Возможно, на него повлиял маленький Джимми. Сын Делепа, пострадавший больше всех. В школе он рассказывал истории весьма... сексуального характера. Кто знает, что он говорил вашему сыну.

Вот почему необходимо контролировать окружение тех, кто к вам ближе всего (ребенок, жена). Речь не о тотальном контроле, а о периодических обсуждениях влияния и/или внушений со стороны окружающих людей.

• Что окружающие рассказывают и внушают?
• Чему окружающие обучают и в чем убеждают?
• Как их поведение и представления влияют на жизнь и отношения с другими людьми?
• Как окружающие живут и какой событийный поток генерируют вокруг себя?

Можно страдать от последствий, а можно превентивно утилизировать те риски, что создаёт окружение. Мы все подвержены влиянию окружающей действительности, но не всегда способны заметить изменения без целенаправленного углубления в этот вопрос.

Уверен, что если бы ребенка периодически расспрашивали о том, чем с ним делятся и какое влияние оказывает его окружение, смогли бы выявить проблему вовремя. В дальнейшем устранив влияние деструктивных элементов или сформировав соответствующие фильтры в восприятии, что избавило бы следствие от дополнительных подозрений в контексте фильма.

Я считаю, что такой формат контроля необходим при построении долгосрочных отношений. Как минимум до тех пор, пока не сформируются соответствующие защитные фильтры, что позволят снизить влияние извне. Никогда не можешь знать наверняка, кто, как, в каком состоянии и в каком формате нашепчет близким нечто, что на длительных дистанциях может привести к краху семьи. Учитывая, что большинство людей не привыкли открыто проговаривать свои наблюдения по вопросу влияния других людей на их жизнь. А еще человек может просто забыть, и забытое нечто может всплыть в пылу конфликта/эмоций, оказавшись решающим инструментом в разрушении отношений/семьи.