Несколько интересных фраз, которые я слышал от людей, впервые пришедших на фондовый рынок: "Я пришёл, потому что читал "Богатый папа, бедный папа", он вдохновил меня инвестировать" "А криптой торгуете? Акции — это уже прошлое, за битком будущее" "У вас тут как в " Волке с Уолл-стрит, вам нужна одна комиссия"
Остановимся сегодня на последней фразе. Очень талантливо снятый фильм "Волк с Уолл-стрит" показывает ну очень крутую жизнь сотрудников и уже тем более владельцев инвестиционных компаний, основная задача которых — ободрать клиента как липку и "впарить" ему все что угодно, главное, чтобы он купил и заплатил пресловутую комиссию. Сопровождается все это дело в прямом смысле сексом, наркотиками, но без рок-н-ролла)
Так как фильмов такого масштаба по популярности больше нет, у людей складывается мнение, что мы в брокерских компаниях так и живём, попивая виски и бессердечно продавая клиентам то, что им не нужно)
Я бы отметил тут следующий факт: этот фильм именно про продажи. Про то, как продать клиенту все, что угодно, заработать как можно большую кучу денег и красиво её потратить. Желательно при этом не загреметь в тюрьму, но тут у фильма все-таки есть мораль: за плохие деяния героя наказывают.
Отметим также, что действие фильма происходит в конце 80-х — начале 90-х годов. Брокерская деятельность регулировалась гораздо слабее, чем сейчас, а уровень финансовой грамотности в США был гораздо ниже. Эти условия и позволили Белфорту и компании прекрасно дурить народ и заработать состояние.
Если мы перенесемся в России в наши дни, то можем сказать, что менеджерам по продажам виски не наливают, комиссии в 50% брать не дают (даже от акций маленьких компаний😉) и дурить народ в звонке, рассказывая о потрясающих космических технологиях тоже нельзя.
В результате деятельность брокера и её суть остались прежними: компания даёт инвесторам доступ на биржу и берёт за это комиссию. При этом брокеру очень интересно продать какие-то сопутствующие услуги (консультанта, например) и да, если быть строгими, то ему надо, чтобы клиент торговал как можно более активно и платил как можно больше комиссии. Это бизнес и здоровый расчёт.
Разница с представленным в фильме подходу к клиенту в одном: если там важно получить с него комиссию здесь и сейчас, то на текущий момент брокера заинтересованы в долгосрочном сотрудничестве. Если клиент торгует долго и прибыльно, то он и комиссии принесет намного больше.
Сами комиссии тоже стали меньше. Уже не увидишь у адекватного брокера комиссию с оборота в 1% — это очень дорого. Комиссии измеряются десятыми и сотыми долями процента.
Продавать тоже надо аккуратно: менеджеры по продажам не могут давать инвестиционные рекомендации, а аналитики и консультанты — продавать продукты. За этим строго следит ЦБ. Если правила взаимодействия с клиентами будут нарушены — штрафы солидные. А пожаловаться в ЦБ может любой, нынче в ходу интернет-приемные.
Брокерский бизнес сильно изменился со времён Белфорта и однозначно шагнул вперёд. Сейчас инвестировать и дешевле, и надежнее, и отношение брокера к клиенту намного лучше. Судя по росту числа частных инвесторов в России клиенты отвечают взаимностью. Есть основания полагать, что этот позитивный тренд продолжится.
Я никого не трогал, писал робота для торговли волатильностью в золоте, но чёрт дёрнул меня зайти в опционы.
Увидел, что некоторые опционы торгуются очёнь дёшево. До исполнения 1.5 часа, цена на золото 11700. CALL 11650 стоит 30 копеек. Потенциальная прибыль 49.70 р с одного опциона.
Скриншот термиала когда я только начал покупать. Как видите доходность зашкаливает
Я их покупаю, у меня ожидаемая прибыль растёт, смотрю другие дешёвые опцины в деньгах, покупаю грубо говоря на 6к, приложение и терминал мне рисуют +20к к прибыли.
Я думаю, что-то не то. Ещё раз пошёл приложение, там график доходности показывает точку безубыточности -0.47% от текущей цены. Т.е. чтобы опцион стал убыточным нужно чтобы цена за 1 час упала на 47 рублей. Цена скачет 11680-11707. Я такой ну точно бесплатные деньги. Итог: -100 тыс.
Конечно они не совсем в ноль исполнились, 462 тыс. которые мне обещали
Не знаете, можно с них компенсацию стребовать, что они ввели заблуждение меня, транслировали неверные данные в приложение и поэтому я совершал заведомо невыгодные сделки?
Ну а кто бы на моём месте не жал бы на эту кнопку бабло, если ты жмёшь, ца-цин, вот тебе +20к нарисованных.
История началась с того, что в интернете женщина наткнулась на тест, который назывался: "проверь какой ты трейдер", судя по всему, прошла она этот тест успешно, поскольку через некоторое время с ней связались и предложили зарабатывать на трейдинге.
Ей помогли скачать и установить приложение, открыть брокерский счет и пошел пассивный заработок- сначала она вносила небольшие суммы, видела как её деньги "растут" в кошельке приложения. Воодушевленная "спехом" и своими навыками работы на бирже, дама пошла ва-банк и взяла кредит на 2 000 000 руб., который вкинула туде же.
Осознание пришло после того, как она попыталась вывести с брокерского счета заработанные деньги, вывести их не получилось, а личный менеджер испарился и не отвечал на звонки.
Не зря же описывают концепцию "семи смертных грехов в маркетинге", не на страх так на алчность, не на алчность так на лень, но ключик к человеку подбирают... используя те же приемы и методы, что и маркетологи.
Не смотря на то, что мне не удалось поработать в брокерской компании, всегда с воздыханием смотрел на людей, торгующих на бирже. Мне очень нравилась эта энергия, шум, азарт. По несколько раз пересматривал фильмы, связанные с торговлей на бирже. Это и «Бойлерная», «Уолл-стрит» и другие.
Иногда вечерами смотрел «РБК». В одной из передач принимал участие трейдер, который заработал какое-то огромное количество денег (если не ошибаюсь на фьючерсах). Потом, он вроде все спустил, но это другая история.
Все это очень подкупало. К тому же, в двухтысячных уже можно было спокойно пойти и открыть брокерский счет и начать торговать.
Мне нужно было выбрать брокера. Выбор пал на компанию «Тройка Диалог». О ней было много положительных отзывов, к тому же один из их офисов находился недалеко от моей основной работы.
9 октября 2008 года я заключил с инвесткомпанией договор. На следующий день мне были открыты счет Депо и Инвестиционный счет.
В начале двухтысячных слова «биржа», «акции» уже не были в диковинку. ММВБ работала с 1992 года. Некоторые газеты печатали не только курсы доллара, но и акций. Для меня же слово «биржа» было чем-то желанным, но недоступным.
Хотя однажды, когда я искал работу, меня пригласили на собеседование в компанию (брокер), которая находилась в здании биржи. Я не помню как называлась та организация и биржа, что-то наподобие «европейско-азиатской», но точно уже не смогу сказать.
Я был впечатлен, когда проходил мимо пустого зала, где проходили торги. Так же мне понравилось и на самом собеседовании. Со мной общались молодые, амбициозные люди. Очень получилась приятная беседа, были интересные, нестандартные вопросы. Один, если не ошибаюсь, звучал примерно так,
Вы видите кошку, как Вы докажите, что это именно кошка?
Мне очень понравилось на этом собеседовании и как обычно говорят в таком случае, что
со мной свяжутся.
Через некоторое время мне позвонили из компании, которая занималась реализацией бытовой техники и меня пригласили на работу. То есть синица была у меня уже в руках. А как же журавль? Я связался с брокером, спросил, рассматривают ли они меня или мне согласиться на предложенную вакансию?
Всем привет Хочу поделиться своим опытом инвестирования через брокера А-инвестиции: наверное, будет немного звучать как жалоба обиженного, но подгорело у меня знатно, раз уж я решил с вами этим поделиться. (Поздравьте меня – мой первый пост спустя почти 8 лет на Пикабу; вы должны представлять, какие во мне были эмоции, раз я это сделал – надеюсь, мой опыт будет полезен другим, чтоб не переживать то же самое.) В октябре 2024 мне попадается реклама от А-инвестиций, что они проводят маркетинговую акцию – вкратце, если в течение пяти месяцев подряд пополнять свой брокерский счёт, то они будут докидывать еще 1000р за свой счет, то есть всего можно было получить от них 5т.р. А я как раз находился в поиске ещё нового брокера, поэтому и решил ввязаться. (Нового брокера искал не потому, что старый плох – его я почти люблю и всем рекомендую (но называть не буду, чтоб не получилась реклама) – просто хотел открыть ещё один ИИС.) Итак, вот что меня привлекло в их рекламе: - софинансирование от них за пополнение счёта; - бесплатная торговля их ПИФами (в том числе фондами денежного рынка – аналог банковского депозита); - отсутствие комиссии за маржинальную торговлю, если не превышаешь сумму кредита более чем на 30т.р. Хоть это прямо и не было озвучено, но когда видишь такую рекламу, сразу себе представляешь, что можно будет заводить деньги на брокерский счет, на них без комиссии покупать фонды денежного рынка, а чтоб увеличить прибыль, можно ещё и бесплатно маржинальную торговлю использовать до 30т.р. Казалось, что это просто отличнейшие условия – киллер-фича, после которой ни у одного другого брокера не останется шансов на конкуренцию – что здесь могло пойти не так?! Но этого поста бы не было, если бы всё закончилось позитивно: обещанные 5 т.р за 5 месяцев пополнений счёта всё-таки дали, но после этого списали обратно 6 т.р. сомнительно-честным путём. Вот как они это делают: 1. Спустя буквально пару месяцев после открытия мной счетов, они понизили лимит на бесплатную маржинальную торговлю до 5 т.р. – разумеется, не предупредив заранее, и сделали это перед самыми выходными – просто тихо каждый день списывали с каждого из счетов комиссию, пока я не обратил внимания, что мой общий баланс начал стабильно уменьшаться, а не расти. 2. У каждого счёта есть вкладка «История операций», где должны отражаться все проводимые операции и движения денег по счёту; но А-инвестиции считают, что можно там не отображать списания комиссий, о которых не предупредили и клиенты даже о них не подозревают. Наверно, эти списания прячут исключительно ради заботы о клиентах, чтоб они лишний раз не расстраивались. 3. Далее я снизил лимит используемого кредитования до 5 т.р. и был уверен, что теперь то всё будет нормальная – такая сумма характерна для большинства брокеров, и А не должны чувствовать себя здесь в убытке. Но как вы уже, наверное, догадались, с меня вновь продолжили списывать комиссию за маржинальную торговлю. У моей обиды не было предела – уже здесь я начал чувствовать, что со мной как-то нечестно поступают: тогда я обратился в поддержку и там мне «объяснили», что хоть долг по моему счёту менее допустимого лимита, но при продаже моих активов для переноса через ночь (так называемое РЕПО), они не укладываются в 5000р – сумма получается чуть-чуть больше, поэтому я должен платить комиссию. 4. Затем я еще снизил лимит по использованию маржи – стал поддерживать порядка 4,8т.р., чтоб у них был небольшой запас для манёвра РЕПО. И что вы думаете?! Правильно, они опять продолжили списывать с меня деньги. Но в этот раз уже служба поддержки признала, что они не правы (или просто не смогли придумать подходящее обоснование) и вернули мне списанные за последние пару дней деньги. 5. Далее какое-то время было затишье - в смысле, что в этот период я особо не замечал необоснованных списаний – и я даже простил им прошлые обиды. Их маркетинг сработал, и я завёл на свой счёт уже приличную сумму (порядка 1 млн.р.), что и являлось их целью моего привлечения - и они уже честно стали списывать с меня комиссии за торговые операции, тем самым уже частично перекрыв все те бонусы, которые они мне ранее выдали. (Тут я их не обвиняю, так как платить комиссию за честно оказанные услуги брокера – это абсолютно естественно – этим я просто хотел показать, что А-инвестиции явно остались не в убытке от работы со мной.) 6. В какой-то момент я отказался от вложения денег в фонды денежного рынка в связи со снижением их доходности, и перевёл вложения в ОФЗ – видимо, в этот же самый момент А вспомнили, что давно уже не получали моих денег и вновь начали списывать комиссию за маржинальную торговлю. (Напомню, что я ни разу не превышал установленных тарифом лимитов.) В этот раз поддержка снова стала меня уверять, что они при переносе позиции не могут ровно уложиться в мою сумму и им приходится продавать активов на сумму более 5 т.р., что и приводит к возникновению комиссий. На мой резонный вопрос, почему же они не выбирают такие активы на моём счету, чтоб не превышать лимит, они мне ответили, что это не моё дело – что А-инвестиции сами могут решать какие именно из моих активов использовать для РЕПО. И по счастливому совпадению, они всегда выбирают такой вариант актива, чтоб счёт не уложился в лимит, и можно было бы вновь списать немного денег. 7. Был ещё смешной момент: когда я снова уменьшил потолок кредитования и уже понизил его для 4 т.р., а с меня снова списали комиссию, в поддержке мне «объяснили», что им пришлось продать 5 моих ОФЗ по 965 р. за штуку и тем самым они превысили лимит в 5 т.р. и списали комиссию. На мой вопрос как такое возможно и не обсчитались ли они – просто проигнорировали и ничего не ответили. Вот ещё пара пунктов, которые уже не совсем связаны с моей историей, но которые тоже хорошо показывают уровень сервиса и отношения к клиентам в А-инвестициях: 8. Раздел Аналитика сделан максимально неудобно, чтоб вы не могли отслеживать изменения в свих счетах за последний день или хотя бы неделю: по умолчанию минимальный срок ставится в 1 месяц, а когда вы меняете период вручную на 1 день, то он срабатывает только для одного счёта. То есть если вы хотите просмотреть все счета, то каждый раз вручную нужно настраивать нужный день. Если проще, то сделано так, чтоб вы не могли отслеживать небольшие списания; единственный вариант, только каждый день заходить в приложение и с точностью до рубля запоминать баланс каждого своего счёта на момент окончания торгов на бирже. 9. Тариф устанавливается отдельно для каждого счёта, причем это нигде не отображается - нужно сделать много движений, чтоб найти этот раздел в приложении. Таким образом вы думаете, что изменили тариф для всех счетов, а по факту - только для одного; со всех остальных счетов с вас продолжат списывать деньги по невыгодному для вас тарифу. 10. И это даже не говоря про количество рекламы и спама, которые сыпятся из их приложения – как будто добровольно подписался на назойливый спам: а отключить нельзя, так как после запрета уведомлений перестают приходить все ПУШи, в том числе и с кодами подтверждения.
В итоге, может показаться, что я хотел воспользоватьсяисключительно бонусами и за это поплатился. Но маркетинг, ведь, как раз про привлечение клиентов и повышение их лояльности. Мне кажется, должно было произойти так: они мне на начальном этапе дают какое-то плюшки, а я за это пробую их продукт, остаюсь им доволен – и становлюсь их постоянным клиентом надолго (плюс ещё и другие их сервисы из экосистемы начинаю использовать). Но в итоге, я потратил много своего времени, испытал много негативных стрессовых эмоций, остался в минусе по деньгам – и точно никогда не стану постоянным клиентом А-инвестиций. Никому не советую - просто 0 из 10 - держитесь подальше от этих шулеров-бизнесменов.
Robinhood это платформа, перевернувшая мир розничных инвестиций. Сегодня она оценивается в $10 млрд. Но в 2013 году это был стартап, который скептики называли «опасной авантюрой» из-за идеи бесплатной торговли акциями. Как венчурные инвесторы предугадали, что Robinhood изменит правила игры и как их ставка принесла сверх доходность, несмотря на регуляторные штормы и волатильность рынков?
Как два инженера бросили вызов Уолл-стрит.
Основатели Robinhood Влади Тенев и Байджу Бхатт, работая в хедж-фондах, столкнулись с барьерами для мелких инвесторов. Высокие комиссии, сложные интерфейсы, минимальные депозиты. В 2013 году они запустили Robinhood. Это было мобильное приложение с нулевыми комиссиями и минималистичным дизайном.
Почему первые инвесторы поверили им.
Демократизация инвестиций. 90% молодых людей считали традиционные брокеры недоступными. Тренд на мобильность. Молодое поколение предпочитало управлять финансами со смартфона. Инновационная монетизация. План зарабатывать на продаже ордеров маркет-мейкерам. Первые $3 млн в 2013 году вложили Index Ventures и Andreessen Horowitz. Марк Андриссен заявил: «Они сделали Уолл-стрит доступной для всех. Это следующий этап финтеха».
Как геймификация покорила молодёжь.
К 2015 году Robinhood привлёк $50 млн от DST Global и Google Ventures и внедрил ряд инноваций. Виртуальные технологии и push-уведомления. Геймификация трейдинга увеличила вовлечённость. Дробные акции. Возможность купить долю Apple или Tesla за $1. Криптовалюты. Запуск торговли Bitcoin и Dogecoin в 2018 году привлёк 6 млн новых пользователей за год. К 2020 году аудитория Robinhood достигла 13 млн активных трейдеров, а выручка превысила $1 млрд. В раунде 2020 года Sequoia и RibbitCapital вложили $1 млрд и $660 млн, оценив компанию в $11.7 млрд.
IPO и мемные акции или как инвесторы заработали на ажиотаже.
В июле 2021 года Robinhood провёл IPO и привлёк $2.1 млрд при оценке $32 млрд. Несмотря на провал дебюта, когда акции упали на 8%, ажиотаж вокруг мемных акций GameStop, AMC и криптовалюты взвинтил капитализацию до $65 млрд.
Ключевые драйверы роста.
Рост розничных трейдеров. Число пользователей достигло 22 млн в 2021-м. Комиссии за поток ордеров. 80% выручки $1.8 млрд генерировали маркетмейкеры вроде Citadel Securities. Robinhood Gold. Подписка за $5/мес с доступом к маржинальной торговле.
Ранние инвесторы получили доходность до 100x.
Index Ventures ($3 млн превратились в 300 млн). Sequoia ($100 млн превратились в $2 млрд). DST Global ($50 млн превратились в $1.5 млрд).
Риски, которые не сломили инвесторов.
Регуляторные расследования. SEC и FINRA оштрафовали Robinhood на $140 млн за сокрытие доходов от PFOF. Критика за «геймификацию». Обвинения в поощрении рискованных сделок. Компания ввела обучающие материалы. Падение акций на 80%. К 2023 году капитализация упала до $10 млрд из-за снижения активности трейдеров. Однако инвесторы вроде ICONIQ Capital и New Enterprise Associates сохранили доли, веря в долгосрочный тренд на DIY-инвестиции.
Уроки для венчурных инвесторов.
Ставка на поколенческий сдвиг. Молодое поколение требовало новых подходов и Robinhood дал им его. Монетизация через инновации. PFOF стала «золотой жилой», хотя и спорной с этической точки зрения. Устойчивость к скандалам. Давление регуляторов не убило бизнес-модель, а заставило её эволюционировать.
Robinhood это история о том, как венчурные инвесторы разглядели в упрощении финансов силу, способную перевернуть индустрию. Их успех доказал, что даже в мире, где доминируют гиганты, можно создать продукт, который полюбят миллионы. Сегодня Robinhood не просто приложение, а символ эпохи, где каждый может стать инвестором.
«Мы хотим быть не просто брокером, а стартовой точкой для финансовой свободы» (с) Влади Тенев, сооснователь Robinhood.
Глава 12. Делаем бабки и готовимся к серьёзным делам
Новых крупных дел пока не предвиделось, а деньги на еду и жильё были нужны здесь и сейчас. У меня был доступ к финансовым рынкам и я уже знал как можно быстро заработать. Мне нужно было лишь освежить свои знания. Идти медленно и по чуть-чуть я не мог, у меня не было на это времени. Нужно было выплачивать долги Сойеру и Алисе, которые всё сильнее давили на меня. Я решил поговорить с Сойером по этому поводу.
— Сойер, как можно быстро срубить бабла на фондовом рынке?
Сойер ответил не сразу.
— Быстро это верный способ всё потерять ещё быстрее, — его голос прозвучал устало, но без осуждения. — Нужна практика и дисциплина. Самое главное — это риск-менеджмент.
— Знаю эти мантры, — буркнул я нетерпеливо. — Но должен же быть какой-то ключ? Секрет? Ты же сам делаешь на этом бабло. Колись!
Сойер усмехнулся.
— Бро, секрет в старой поговорке с Уолл-стрит: «Быки делают деньги, медведи делают деньги, а свиней режут».
Я замер, вглядываясь в текст. Мои знания английского были отличными, но идиоматика всегда давалась с трудом.
— «Быки делают деньги, медведи делают деньги, а свиней… режут»? — проговорил я вслух. — Что это значит? Кто эти свиньи?
— Дружище, именно это тебе и предстоит понять, — уклончиво ответил Сойер. — Погугли. Пойми разницу между быком, медведем и свиньёй на рынке. Это важнее, чем любой индикатор.
Я откинулся в своём кресле. Про быков и медведей я уже слышал не раз. Быки покупают на росте, угоняя цену в космос, а медведи продавливают цену вниз, загоняя её ниже плинтуса. И те и другие зарабатывают кучу бабла. Логично. Но при чём тут свиньи?
В Индии я свиней не встречал, но видел их несколько раз вживую в России. Грязные, хрюкающие животные, едящие всё подряд без остановки. Я почитал про них в интернете, посмотрел видео и с удивлением обнаружил, что у них даже строение сердца очень близко к человеческому. Нифига себе! Чем больше я читал статей, форумов и смотрел видео, тем больше понимал, что свиньи — это не про биржевую терминологию, а про психологию человека.
Свинья — это жадность, а ещё тупость. Она же ест всё подряд без разбора. Вот значит в чём дело! Нужно тщательней выбирать сделки! А ещё свиньи грязные и постоянно хрюкают. Может стоит мыться почаще и держать язык за зубами?
Свиней специально выращивают, подкармливают, а потом режут. В этом вся суть фондового рынка. Как хотели сделать мы с криптомонетой Raja. Точно! Только вот чтобы запустить свой инструмент и разводить свиней, нужны большие деньги. А пока у меня их нет, что делать? Заниматься скальпингом мне не хотелось. Нужны были дерзкие, красивые и денежные решения.
Я решил потренировать стратегии торговли. Нужна была пара-тройка хороших сделок за день, не больше. Иначе, это будет уже азарт и потеря контроля. Чтобы эти редкие сделки были прибыльными, нужны правильные инструменты. Их мне предстояло отобрать.
Один из основных критериев успешной торговли конкретным инструментом состоит в количестве акций в свободном обращении. Если он слишком маленький, менее двадцати процентов, то акция превращается в неустойчивую лодку. Несколько крупных ордеров могут обрушить или взвинтить цену до небес, вышвырнув меня из позиции по стопу. Слишком большой, равный восьмидесяти процентам, и цена становится неповоротливым авианосцем. Это слишком медленно для моих целей быстрого извлечения прибыли.
Мне нужна была золотая середина. Я выбрал несколько акций с процентом акций в свободном обращении от пятидесяти до шестидесяти. Это обеспечивало хорошую волатильность, и акция могла двигаться на два-пять процентов в день, давая пространство для заработка. Также важным было то, что я мог войти в позицию и выйти из неё без проскальзывания, не сдвигая цену самим своим ордером.
Я потратил неделю на скрининг, отбирал компании с хорошей капитализацией. Также внимательно смотрел на среднесуточный объём торгов. Он должен был быть минимум в несколько раз больше планируемой суммы моей сделки.
Моими фаворитами стали: «НовТек» производитель микрочипов с сорок пять процентами акций в свободном обращении. Тут была идеальная волатильность на новостях из полупроводниковой отрасли. «БиоГен» с процентом в свободном обращении, равным тридцати восьми процентам. Ликвидность в этих акциях была ниже, но радовали резкие движения на данных клинических испытаний. «Глобальная Логистическая Компания» — это логистика с процентом в свободном обращении в пятьдесят пять процентов. Стабильный «рабочий» инструмент, чутко реагирующий на макроэкономические данные.
Первый день я провёл лишь наблюдая. На второй день я вошёл в одну сделку по «НовТек». Купил на отскоке от ключевого уровня, выставил тейк-профит в три процента и стоп-лосс на один процент. Ровно через час тейк сработал. Чистая прибыль, без паники, жадности и желания «посидеть ещё чуть-чуть».
К концу недели мой депозит стабильно рос. Не взрывными темпами, а как растёт дерево — медленно, но неотвратимо. Я смотрел на график своего счёта, и это зрелище было прекраснее любой махинации. Потому что это была не удача, а настоящее мастерство. Мне нужно было поделиться с кем-то своими успехами.
— Депозит медленно, но растёт, — написал я Сойеру, с гордостью глядя на график своего торгового счёта. — Всего пара-тройка сделок в день, но стабильно. Кажется, я оседлал удачу! Фортуна на моей стороне!
— Это не игра, бро. Это детские качели на площадке. Ты качаешься туда-сюда, а настоящие деньги делаются, когда ты управляешь самими качелями.
Я почувствовал, как знакомый озноб азарта пробежал по спине.
— Что ты имеешь в виду?
— Всё, что ты видишь на графиках — это следствие. Настоящая битва идёт в стакане заявок. Нужно писать свой софт, который будет видеть чужие крупные ордера и опережать их на микросекунды. Или создавать мгновенные обвалы, скупая панику, а потом продавая обратно. Трейдинг сегодня — это не торговля, а программирование реальности. Твои пару процентов в день — это пыль по сравнению с тем, что можно делать, имея правильный софт и доступ к ликвидности.
Мой взгляд автоматически переметнулся с графика на тёмный экран моего код-редактора. Во мне тут же зажглась идея создать своего торгового робота.
— Но всё это, — написал Сойер с небольшой задержкой, — детские игрушки по сравнению с тем, что происходит в крипте. Тут настоящий дикий запад. Банкиры-недоучки до сих пор оставляют золотые слитки под матрасом.
Он сделал паузу, давая мне прочувствовать момент.
— Не читал про Coincheck в новостях? Это японская биржа. Мы с ребятами тогда… провели аудит их безопасности. У них была уязвимость в NEM. Горячие кошельки без мультиподписной защиты. Представляешь? Хранили полмиллиарда долларов с одним-единственным ключом. Как будто оставляешь Ferrari с ключами в замке зажигания на площади. Мы просто… забрали своё. Все пятьсот тридцать четыре миллиона баксов. За одну ночь.
Я замер, сжимая телефон. Пятьсот тридцать четыре миллиона. Сумма, которая заставляла бледнеть наш провал в Бангладеш. И они это сделали. Не через фишинг, не через взлом серверов, а через фундаментальную, детскую ошибку в архитектуре безопасности.
— Следующий раз ты берёшь меня в дело, Сойер. Мне нужны крупные дела.
Сойер снова насыпал смайликов в чат, но на этот раз с одобрением.
— Вот теперь ты говоришь как наш человек. Лады! Учи матчасть. Изучи смарт-контракты, разберись в моделях безопасности. Когда появится что-то стоящее, я дам знать.
Разговор оборвался. Я откинулся в кресле. Монитор с акциями теперь казался мне чёрно-белым и унылым. Мне не терпелось поучаствовать в каких-нибудь по-настоящему крупных делах.
***
Тишину моего амстердамского убежища прорезал знакомый сигнал. Это был зашифрованный вызов из Питера.
— Слушаю, — мой голос прозвучал особенно громко.
— Тень, нужна твоя помощь, — без предисловий начал Периметр. — Испанский банк. Планируем увод сорока лямов. Старая схема, но с новыми фишками.
Я поморщился, будто почувствовал запах гари от прошлых провалов.
— Брось, Периметр. Банки — это прошлый век. Они уже который год усиливают защиту. Каждый чих логируется, каждый звонок записывается и анализируется. Там ловить нечего. Овчина не стоит выделки. Слишком много шума, слишком большой риск.
— Это последний раз, — его голос стал настойчивее, в нём послышались знакомые стальные нотки. — Больше не предложу. Но здесь без тебя никак. Нам нужен специалист твоего уровня.
Меня передёрнуло. Похоже, что я создал себе репутацию, от которой теперь не отделаться.
— Что нужно? — спросил я, уже чувствуя, как в жилы по капле возвращается тот самый, запретный адреналин.
— Нужно позвонить в их операционный центр в Мадриде. Выдать себя за генерального директора банка, который находится в отпуске на Ибице. Убедить их подтвердить срочный перевод на сорок миллионов на подконтрольный нам счет в Гонконге. У них трёхуровневая система подтверждения, но паника и авторитет «босса» творят чудеса.
Я закрыл глаза. Это было безумие. Глупое, рискованное, из другой эпохи. Но… «последний раз». Эти слова как будто ставили точку на всём нашем банковском прошлом. Чёрную, жирную точку. Последний аккорд.
— Ладно, — выдохнул я с обречённостью. — В последний раз. Скидывай материалы. Голосовые образцы директора, распорядок дня, внутренний жаргон. И чтобы всё было чисто. Никаких следов.
— Уже отправляю, — в голосе Периметра послышалось удовлетворение. — Добро пожаловать в последний банковский рейд, Тень. Спим спокойно, овцам счетоводство.
Соединение прервалось. Я только что согласился на авантюру, которая могла в одно мгновение уничтожить всё, что я с таким трудом построил здесь, в Амстердаме. Но что-то внутри, какая-то тёмная часть моей души, скучавшая по настоящему огню, злорадно ухмыльнулась. Последний раз.
***
На мониторе, рядом с безмятежными торговыми графиками, горели вкладки с данными, которые прислал Периметр. Там было досье на генерального директора банка Испании, дона Мигеля Альвареса с образцами его голоса, вырезками из выступлений на советах директоров и даже сканы его служебных записок. Пахнуло старым, опасным ремеслом, от которого я уже начал было отвыкать.
— Последний раз, — твёрдо сказал я сам себе, загружая аудиофайлы в специализированный софт для анализа и синтеза речи.
Работа заняла два дня. Это была ювелирная и достаточно рутинная работа. Я не просто копировал голос, а создавал его цифрового двойника. Анализировал тембр, интонационные волны, характерные придыхания, манеру растягивать гласные в моменты раздумий. Я слушал его речь снова и снова, пока не начал слышать каждый мелкий нюанс. Потом наступил этап подготовки «платёжного поручения».
Используя выкраденные Периметром бланки и цифровые подписи, я смонтировал идеальный документ. Всё было соблюдено до мелочей, включая номера счетов, коды и служебные пометки. Я вшил в него микроскопические цифровые метки, которые должны были заставить внутреннюю систему банка воспринять его как абсолютно легитимный, просто очень срочный. Это была не грубая подделка, а изящная манипуляция, тонкое перенаправление бюрократического русла в нужное мне русло.
Настал момент истины. Я сидел в полной темноте, приглушив свет мониторов и смотрел на экран с виртуальным номером, привязанным к мадридскому коду. Сердце колотилось не от страха, а от странного, холодного возбуждения. Я набрал номер. В трубке послышались гудки, затем женский голос:
— Operaciones, buenos días, habla Elena.
Я сделал паузу, ровно на столько, сколько, по моим расчётам, сделал бы дон Мигель, чтобы переключиться с важных мыслей на разговор с клерком. Затем я включил синтезатор, и в трубке зазвучал его бархатный, властный голос, с лёгкой хрипотцой и идеальным мадридским акцентом.
— Елена, доброе утро. Это Мигель Альварес. Меня соедините с отделом подтверждения срочных транзакций. — Я вложил в голос нотки срочности и лёгкого раздражения.
Меня соединили. Следующие семь минут были шедевром социальной инженерии. Я ссылался на «конфиденциальные переговоры», на «давление партнёров из Гонконга», сыпал именами вице-президентов, которых мне предоставил Периметр. Когда сотрудник запросил дополнительное подтверждение через обычный канал, я изобразил вспышку благородного гнева и неравно ответил:
— Молодой человек, вы хотите, чтобы из-за бюрократической волокиты мы потеряли сорок миллионов евро и лицо перед азиатскими инвесторами? Я несу персональную ответственность! Кладите трубку и сверьте код моего мобильного с экстренной базой, если вам инструкции дороже здравого смысла!
В трубке повисла испуганная пауза. Я слышал, как он что-то быстро печатает. Через минуту он вернулся, и в его голосе уже звучала подобострастная покорность.
— Всё в порядке, сеньор Альварес. Процедура завершена. Транзакция исполняется.
Я бросил трубку, не прощаясь как и подобало его статусу. В тишине комнаты я сидел, слушая, как бешено стучит моё сердце. Полная тишина. Только тихий щелчок где-то в недрах мировой финансовой системы, означающий, что сорок миллионов евро только что бесшумно испарились.
Через шесть часов пришло сообщение от Периметра. Короткое и безликое:
— Средства получены. Твою долю скинул тебе на кошель. Проверя!
Я открыл свой зашифрованный кошелёк. Цифра, которая появилась на экране, заставила меня сжать кулаки. Это была смешная сумма, ради которой и пальцем пошевелить было бы жалко. Гроши, по сравнению с риском и той работой, что я проделал.
— Это что шутка? — прошипел я, набрав Периметра и едва сдерживая ярость. — Я сделал свою работу на отлично, а ты прислал мне чаевые?
— Успокойся, Тень, — его голос был спокоен и утомлён. — В операции было задействовано много людей. От того парня, который занёс флэшку в их отдел, до людей в Гонконге, которые моментально обналичили и отмыли эти деньги. Всем нужно было платить. Ты получил свою долю.
— Но это же ничто!
— Братан, я ничего не могу поделать, — Периметр говорил медленно и чётко, вдалбливая каждое слово, — мне тоже капнула копейка. Столько же, сколько и тебе. Думай о репутации и связях.
— Ладно! Добро! — сказал я чтобы как-то разрядить обстановку. — До связи!
Да, это были не те миллионы, о которых я мечтал, но Периметр был прав. Всё это работало на репутацию. Я ещё раз посмотрел и подумал, что этих денег хватит, чтобы выплатить долг Сойеру. Если мы идём с ним на великие дела, то должны работать как равные партнёры. Переведя деньги Сойеру, я почувствовал, как с моих плеч свалился груз, который я даже не осознавал, что ношу. Но оставался ещё долг Алисе, который мне теперь не терпелось выплатить.
***
В свободное от работы время, я постоянно вспоминал бессмысленное и завораживающее слово Кахантебль. Это мистическое место и ключ, где была моя Наташа. Оно вертелось в голове навязчивой мелодией. Я мог зарабатывать и строить новую жизнь, но всё это было каким-то незначительным, пока её не было рядом со мной.
Кахан-тебль. Я разбивал слово на слоги, вбивал в поисковики с разными вариантами написания на латинице Kahanteble, Cahanteble. Ничего. Ни одного города, посёлка или деревни ни в одной европейской стране не было. Это было словно заклинание, шифр, который она намеренно оставила своей матери, чтобы та ничего не поняла.
Мысль ударила меня с внезапной ясностью. А что, если это не город? Что, если это искажённое, перевранное на русский лад название чего-то другого? Я представил её маму, пытающуюся воспроизвести незнакомое иностранное слово. «Каханнтэбль», — сказала она во второй раз. Звучало уже чуть иначе. Может, это Франция? Логика была хлипкой как паутина, но другой зацепки не было.
Я снова уткнулся в интернет и ввёл запрос: «индийский ашрам Франция». Поиск выдал несколько вариантов. Один был на юге, в Провансе. Он назывался «Шанти-дхам» или «Обитель Мира». На сайте были фотографии скромных белых домиков, утопающих в лавандовых полях и улыбающихся людей. Что-то в этой атмосфере тихой, упорядоченной духовности показалось мне возможным убежищем для того, кто хочет спрятаться.
Я купил билет на поезд до Марселя. Бросать всё и мчаться через пол Европы по зыбкой догадке было безумием, но других вариантов не было. Дорога заняла почти целый день. Пейзаж за окном менялся от плоских голландских полей к холмистым виноградникам, а затем к выжженному солнцем провансальскому ландшафту с его кипарисами и оливами.
Ашрам оказался именно таким, каким его показывали на картинках, но в тысячу раз более… настоящим. Воздух был наполнен запахом лаванды и дымом сандалового дерева. Тишину нарушало лишь пение птиц и отдалённый звон колокольчика. Меня встретила женщина лет пятидесяти с невероятно спокойными глазами и лёгкой улыбкой.
— Я ищу девушку, — начал я, чувствуя, как мои слова звучат грубо и неуместно в этом месте. Я снова показал фото Наташи на телефоне.
Она внимательно посмотрела на экран, её лицо оставалось доброжелательным, но бесстрастным.
— Нет, мой друг. Такую девушку мы здесь не видели. Русских у нас, к сожалению, никогда не было. В основном французы, немцы, иногда приезжают американцы.
Что-то во мне сжалось в холодный комок. Женщина мягко коснулась моей руки.
— Ты выглядишь усталым. Останься. Поешь с нами. Отдохни.
Я хотел отказаться, развернуться и уйти, но какая-то сила, исходившая от этого места и от этого взгляда, удержала меня. Мы прошли в простую столовую под открытым небом, с длинными деревянными столами. Мне дали бамбуковый лист с такими родными блюдами. Еда была очень простой - дал, простейшее карри и пара чапати. Я ел молча, слушая тихие разговоры других людей. Они говорили о медитации, о природе сознания и радости бытия.
После еды ко мне подошли несколько человек. Они не задавали назойливых вопросов, а просто улыбались, предлагая чай и спрашивая откуда я родом.
— Останься, — снова сказала та женщина, что привела меня сюда. — Здесь тебе будет хорошо. Ты ищешь чего-то. Может быть, ты найдёшь это внутри, а не снаружи.
И я почувствовал искушение. Соблазн был огромным. Сбросить с себя всё прошлое, тревоги, сам этот навязчивый поиск. Остаться в этом поле лаванды под бесконечным провансальским небом. Научиться дышать полной грудью. Я посмотрел на их спокойные лица и глаза, в которых не было ни капли той гонки, что съедала меня изнутри. Это была свобода другого рода. Не та, что дают деньги или власть, а та, что рождается из отказа от них.
— Я не могу, — выдохнул я и в голосе моём прозвучала неподдельная, почти физическая боль. — У меня… работа. Обязательства в Амстердаме.
Они кивнули с пониманием, без тени разочарования, как будто заранее знали мой ответ.
Я уехал оттуда на закате. Во мне не было злости или разочарования, а была лишь ясная, холодная пустота. Я не нашёл её, но сделал ещё один маленький шажок. Я найду тебя, Наташа! Несмотря ни на что, когда-нибудь, обязательно найду!
