Он пролез в советский Госбанк через дыру шириной 34 сантиметра. Вынес полтора миллиона рублей. А потом их начали ловить по одной серии сторублёвок.

Это Ереван, 1977 год. Не кино, не байка для застолья, а одно из самых дерзких ограблений в истории СССР. Двоюродные братья Николай и Феликс Калачяны решили забрать деньги не из кассы, не из сберкнижек и не у какого-то подпольного миллионера. Они полезли прямо в хранилище Госбанка Армянской ССР.

Сам план был почти безумный, но в нём была советская бытовая логика: найти слабое место не в сейфе, а рядом с ним. У банка было соседнее здание, в комнате отдыха шёл ремонт, окно оказалось без решётки и, по версии материалов дела, незакрытым. Феликс, бывший гимнаст, забрался туда с крыши. Дальше — совсем цирк с нервами: он проделал в полу маленькое отверстие, спустился в хранилище на верёвке и начал набивать мешки деньгами.

Представьте эту сцену без музыки и красивого света: ночь, пустой банк, человек висит над хранилищем, под ним государственные деньги, а любая ошибка превращает «ограбление века» в глупую смерть в дыре между этажами. Но он выбрался. По открытым данным, унесли около 1,5 миллиона рублей — сумму, на которую в СССР можно было купить не одну жизнь заново.

Проблема началась потом. Украсть деньги оказалось проще, чем потратить их. Огромная часть купюр была сторублёвками одной серии. Когда по сберкассам разослали предупреждение, такие банкноты стали почти светиться в руках. Братья пытались переводить деньги в облигации, подключали знакомых, крутились в Москве, но система уже начала сжиматься.

И вот здесь очень советский поворот: преступление было дерзкое, почти киношное, а посыпалось всё на скучной кассовой внимательности. Одна сотрудница сберкассы насторожилась из-за крупной суммы, запомнила приметы и машину. Дальше след привёл к квартире на Ленинском проспекте. В июне 1978 года Калачянов задержали.

История закончилась жёстко. Братьев приговорили к расстрелу. Есть версия, что ходатайство о помиловании было удовлетворено, но документы пришли слишком поздно — приговор уже успели исполнить.

И вот честно: тут даже не надо ничего додумывать. Вся история сама как сценарий. Гимнаст, дырка в полу, полтора миллиона рублей, купюры одной серии и финал, где бумага о помиловании опаздывает на сутки.

19 июня 1953 года, в США на электрическом стуле были казнены сотрудники советской разведки, учёные-коммунисты, муж и жена, Юлиус и Этель Розенберги.

Они были обвинены в передаче СССР секретной информации, которая помогла скорейшему созданию советской атомной бомбы.

Исполнение смертного приговора Розенберги ожидали 2 года. Мощная международная кампанию за их помилование, в которой участвовали Альберт Эйнштейн, Томас Манн и папа Римский Пий XII оказалась напрасной. В ночь казни около пяти тысяч человек пришли к зданию тюрьмы выразить им поддержку и проститься с ними.

Были казнены родители двух маленьких детей, спасители мира от атомной диктатуры США и кто знает скольки еще Хиросим и Нагасаки. Убежденно и бескорыстно помогая Советскому Союзу они помогали и своей родине избежать бесчестия новых преступлений…
Когда их привязывали к электрическим стульям они пели «Интернационал»…

Их пример был слишком опасен для «цивилизованного мира», чтобы оставить их в живых…

Ну так, Николай Карамзин выполнял заказ Романовых — очернял последних Рюриковичей и Годуновых, чтобы подтвердить законность прихода к власти Романовых.

Обратимся к тексту Карамзина из специального тома "Истории Государства Российского" в котором даётся оценка о двойственности правлении Ивана IV Грозного, хоть и с уклоном в осуждение (весьма справедливое):

К достохвальным деяниям сего Царствования принадлежит еще строение многих новых городов для безопасности наших пределов...

...

Размножение городов благоприятствовало и чрезвычайным успехам торговли, более и более умножавшей доходы Царские

...

Но отдадим справедливость и тирану: Иоанн в самых крайностях зла является как бы призраком Великого Монарха, ревностный, неутомимый, часто проницательный в государственной деятельности; хотя любив всегда равнять себя в доблести с Александром Македонским, не имел ни тени мужества в душе, но остался завоевателем; в политике внешней неуклонно следовал великим намерениям своего деда; любил правду в судах, сам нередко разбирал тяжбы, выслушивал жалобы, читал всякую бумагу, решал немедленно; казнил утеснителей народа, сановников бессовестных, лихоимцев, телесно и стыдом

...

В заключение скажем, что добрая слава Иоаннова пережила его худую славу в народной памяти: стенания умолкли, жертвы истлели, и старые предания затмились новейшими; но имя Иоанново блистало на Судебнике и напоминало приобретение трех Царств Могольских: доказательства дел ужасных лежали в книгохранилищах, а народ в течение веков видел Казань, Астрахань, Сибирь как живые монументы Царя-Завоевателя; чтил в нем знаменитого виновника нашей государственной силы, нашего гражданского образования; отвергнул или забыл название Мучителя, данное ему современниками, и по темным слухам о жестокости Иоанновой доныне именует его только Грозным, не различая внука с дедом, так названным древнею Россиею более в хвалу, нежели в укоризну. История злопамятнее народа!

При этом странно заявление, что Карамзин очернял последних Рюриковичей и Бориса Годунова для обоснования прихода к власти Романовых тогда как первый царь из Романовых (Михаил) пришёл к власти в 1613 г. тогда как последний Годунов скончался в 1605 г. а Рюрикович в 1598 г. После Годуновых правил Лжедмитрий I (1605 - 1606) а затем Василий IV Шуйский (1606 - 1610) логичнее очернять их а также последовавшую за ними семибоярщину.

Для создания образа кровавого тирана Ивана Грозного, Карамзин использовал в основном иностранные источники, в том числе записки итальянского наёмника Алессандро Гваньини и воспоминания немцев Крузе и Таубе, которые якобы служили в Опричнине Ивана Грозного.

Любой исторический источник должен подвергатся критике, учёные делали это и с свидетельствами Крузе и Таубе, в целом их свидетельства достоверны однако есть ряд вопросов касаемо отдельных казней, когда и какие города были отнесены к земщине или опричнине ну и преувеличения свойственные для многих средневековых авторов тоже стоит упомянуть (они например утверждали, что царь Иван IV полностью облысел за 40 дней). У Гваньини в целом мало информации о самом царе Иване IV мало информации, в основном его труд посвящён географическому описанию и краткого описания истории описываемых мест, хотя да там тоже критическое описание царской политики с упоминанием жестокости, хотя есть и такие упоминания о развитости торговли и неплохом отношении к иностранцам:

Когда же из Литвы в Московию отправляются послы от короля Польского, тогда все купцы разных наций, принятые послами под свое покровительство, могут идти в Московию без таможенников и имеют достаточное содержание из казны великого князя Московского.

...

Мехов у них великое разнообразие, ведь чернота, длина и густота собольей шерсти означают зрелость. И это увеличивает цену. В Устюге на Двине и на Печоре водятся лучшие. Куньи меха доставляются из разных стран. Из королевства Швеции привозятся самые лучшие, но и вокруг Московии их очень много; также и горностаевые шкурки, вывернутые наизнанку, привозятся из разных мест, связанными в пучки; на них есть знаки вокруг головы и хвоста, по которым узнают, пойманы они в подходящее или в неподходящее время. Меха бобров и черных лисиц также в большой цене.

...

история о княгине Ульянии Углицкой, которую, по версии Карамзина, утопили по приказу Ивана Грозного, опровергнута находкой саркофага с останками инокини Александры, под именем которой была пострижена в монахини Ульяния Углицкая

Ошибся бывает, тогда у него не было возможности занимается археологией и он реконструировал (причём достаточно хорошо) Русскую историю по источникам и здесь он принял версию очень позднего источника (прошло ок. 250 лет) который ссылался на устное придание, как это доказывает неверные сведения о казнях 25 июня 1570 года так как у нас есть источники того периода о том событии (Пискарёвский летописец нач. XVII в., "..Сказание" 1570-1571 гг. Альберта Шлихтинга пленного немецкого дворянина служившего при царе и бывшего очевидцем, в "Синоднике опальных" в который раскаявшийся государь Иван IV в 1583 г. внёс имена казнённых по его репрессивной политике бояр есть имена которые упоминаются как казнённые 25 июня 1570 г. в Москве). Из сказанного можно сделать вывод, что массовые казни в Москве 25 июня 1570 года реальное событие подтверждаемое источниками.

Сделано в СССР