Первое, что нужно знать про эту гитару, — она наследница. Была Аэлита, обычная, без цифры, а потом на ростовской фабрике решили, что её можно сделать лучше. И сделали. По-советски. Есть у нашей гитарной промышленности своя фирменная логика, когда рационализаторское предложение с точки зрения технолога и здравого цехового смысла — это шаг вперёд, а с точки зрения человека, который потом на этой штуке пытается сыграть, — два (или три, а может даже и десять) шага назад. Аэлита 2 сохранила почти все болячки первой Аэлиты и заботливо добавила к ним несколько новых. Ниже разберёмся, откуда что взялось, но спойлер тут простой — почти каждый узел стал неудобнее, чем был.
Видео-рассказ про гитару на благонадежном рутубе. Для ценителей запрещёночки и знатоков трёх волшебных букв - то же видео на ютубе.
Сначала про завод, потому что во-первых эта традиция моих обзоров - рассказывать каждый раз про производство давшего миру нашего героя (или героиню?), а во вторых без него вся история не читается.
Начиналось всё в Ростове-на-Дону в 1921 году с крошечной мастерской по ремонту балалаек, мандолин и гитар — десять мастеров на всю контору. Через три года мастерскую переделали в музыкальный комбинат, к 1930-му наладили выпуск баянов, а после войны, в 1946-м, на площадке бывшей химфабрики возобновили фортепианное производство и назвали хозяйство Ростовской фабрикой клавишных инструментов.
Пианино марки «Ростов-Дон» ходили с государственным знаком качества, шли баяны, а к семидесятым фабрика вошла и в гитарный бизнес. Через её цеха прошла «Тоника» — едва ли не самая тиражная советская электрогитара вообще, — а следом Аэлита, Бас, Аэлита 2, Бас 2 и совсем уже футуристическая «Стелла» с четырьмя датчиками и стереовыходом, которую хочется отдельно погладить по голове за амбиции (всё перечисленное есть у меня в коллекции, до всего рано или поздно, я надеюсь, дойдут руки, а пока желающие могут посмотреть хотя бы фотогалереи оных на моем сайте).
Ростовские инструменты уезжали в Болгарию, Турцию, Испанию, Иран, Ирак, на Кубу. В девяностые гитарное производство свернули, к 2000-му фабрика перестала существовать, а в здании на Горсоветской теперь торгуют обоями. Такой вот путь от балалаечной мастерской до магазина «Мир обоев».
Саму Аэлиту, если верить общепринятой версии, в начале семидесятых нарисовали в отраслевом институте — том самом НИКТИМП, Научно-исследовательский институт музыкальной промышленности (поселок Правда Московской области), — и чертежи разослали по заводам. Поэтому Аэлиту делали и в Ростове, сразу на двух фабриках (МПО "Кавказ" и Ростовской баянной), и в Орджоникидзе, нынешнем Владикавказе, и в белорусском Борисове, и даже вроде как опытные образцы были выпущены Московской фабрикой музыкальных инструментов (МЭФМИ), но это известно только по фото - живых экземпляров пока никто из коллекционеров не встречал. Владикавказская (Орджонекидзовская) и ростовская Аэлиты между собой почти близнецы, различишь их не сразу.
А вот Аэлита 2 — уже чисто ростовское изделие, которым в Ростове первую Аэлиту с производства и подвинули. Имя, кстати, из книжки (и одному из первых советских художественных фильмов, снятых по ней), если вдруг кто-то не знает. Аэлита — марсианская принцесса из романа Алексея Толстого, написанного в эмиграции и изданного в Петрограде в начале двадцатых. Дочь потомков атлантов, перебравшихся на Марс. Как это имя приклеилось к дощатой электрогитаре из Ростова, история умалчивает, но приклеилось намертво.
Корпус собран по канонической для Союза мебельной технологии. Берётся щит — склеенный блок из разных пород дерева, какого именно, точно не скажет никто, что под рукой было, то и клеили, — а потом этот блок с двух сторон обшивают фанерой и красят чёрной полиэфиркой. Обвод узнаваемый, унаследован от первой Аэлиты, ростовские инженеры его слегка перекроили под себя, а позже этот же силуэт переехал на бас Бас 2. Эргономика, надо отдать должное, для советской доски вполне человеческая, лежит на колене без претензий.
Гриф — три куска бука, склеенных вместе, накладка тоже буковая и по ростовской привычке заклеена сверху тонким шпоном красного дерева, чтобы выглядело дороже, чем есть. Крепится на винтах, и это как раз тот случай, где инженеры сработали грамотно. Внутри грифа сидит металлическая пластина, и три винта вворачиваются именно в металл, а не в дерево саморезами. При частой съёмке грифа посадка не разбивается — мелочь, а приятно. Сверху всё это прикрыто прямоугольным шильдиком с надписью про Ростов-Дон и электрогитару Аэлита 2, там же выбит серийный номер.
А вот дальше начинается то, ради чего слово «даунгрейд» и придумали. Анкер здесь рабочий, но регулировку его зачем-то утащили в пятку грифа. Идею подсмотрели у «Урала», а тот, в свою очередь, подглядел её у ранней ямаховской модели SG. Чтобы подобраться к анкеру, надо снять информационный шильдик, под ним обнаружится узел крепления на винтах и крошечное ревизионное окошко. В окошко вставляешь вороток, отвёртку, гвоздь — что пролезет — и крутишь.
Окно маленькое, поэтому шаг регулировки микроскопический, и на «Уралах» я не раз ловил ситуацию, когда очередной поворот воротка загонял следующее отверстие анкерной гайки за край окна, и всё, дальше только откручивать обратно. На этой конкретной Аэлите 2 до такого не дошло, но лёгкий прогиб грифа тут есть, а окошко в пятке настолько неудобное, что я его попросту не трогал. На первой Аэлите анкер выходил в голову грифа и крутился прекрасно. Здесь его спрятали, и стало печально.
Разметку ладов тоже упростили. Если на Аэлите стояли забавные фигурные метки — прямоугольнички со скругленными краями, — то здесь обычные пластиковые точки, как у всех. Голова грифа осталась без наклона к корпусу, и из-за этого пришлось городить прижимные ретейнеры треугольной формы, снова в стиле «Урала». Мне эта конструкция не нравится чисто эстетически, да и по делу — на первой Аэлите голова была с изломом, струна переламывалась через порожек сама, без всяких костылей. Порожек, к слову, пластиковая направляющая с нулевым ладом. Волюта на голове вылеплена скорее для красоты — раз наклона нет, отламываться там особо нечему, но волюту всё равно сделали. На голове — эмблема ростовской фабрики.
Колки алапаевские, и этим почти всё сказано. Строй, который плывёт, огромные люфты, промахи мимо нужной ноты — крутишь, перекрутил на полтона, начинаешь отпускать, улетел на полтона вниз, и так танцуешь вокруг нужной струны минут пять. При всём уважении к отечественному колковому делу, гитарные алапаевские колки были откровенно хуже басовых, а басовые тоже звёзд с неба не хватали. Тут стоят гитарные. Родные, правда, оригинальные, всё как задумано.
Датчиков три, синглы. На этот раз, в отличие от первой Аэлиты с её люберецкими, здесь звукосниматели тульского НПО «Мелодия» — по авторскому ощущению, послабее люберецких. С происхождением советских датчиков вообще беда, и источники тут расходятся. Справочники по советским звукоснимателям приписывают ростовским гитарам звукосниматели московского производства, крепящиеся к пикгарду на двух болтах с регулировкой по высоте. Кто прав в каждом конкретном году выпуска — установить трудно, поэтому за свой экземпляр скажу так, как вижу его сам, а общий вопрос оставлю открытым.
Схема осталась ростовской фамильной. Кнопки включения каждого датчика, отдельные кнопки частотных фильтров и три ручки уровня — по одной на датчик. Хитрость в том, что ручка не уводит датчик в ноль. Выкручиваешь против часовой до упора, а он всё равно едва слышно бубнит, минимум тут не нулевой. Плюс общая громкость (она уже способна убрать громкость полностью). Комбинаций получается неприлично много, можно долго собирать разные уровни трёх датчиков с фильтрами и без.
Выход из электросхемы, по ростовской традиции, воткнули сзади в самом неудобном месте, и поставить подключённую гитару к стенке или к столу нельзя — сначала выдёргивай шнур.
Антабки — история отдельная. Задняя родная, такая же, как на первой Аэлите, — мелкий грибочек с почти отсутствующей шляпкой, ремень с неё слетает от одного косого взгляда. Верхняя на этом экземпляре неродная, китайская современная, потому что оригинальной при покупке не было. По уму надо бы найти вторую родную, но обе — и китайская, и оригинальная — держат ремень одинаково скверно, так что разница чисто коллекционная.
Бридж — ростовская вариация на тему тюн-о-матика, сведённая на одну общую пластину вместе с демпфером. Корыто под мензуру тут широкое, седла ездят вперёд-назад с приличным запасом, отстраивать можно вольготно, в отличие от настоящего тюн-о-матика с его куцым ходом. Высоту гоняешь гранёными гаечками, восьмигранными или сколько там у них граней. Полагалась к этому узлу ещё хромированная крышечка, но такие вещи теряются первыми, и её, разумеется, нет.
Тремоло здесь такое же, как на Аэлите. К корпусу привинчена пластина, за неё ножом-зацепом цепляется верхняя деталь с рычагом, связанная с пружинами, и держится вся конструкция за счёт натяжения струн. Работает система от лёгкого касания, давить на рычаг сильно не надо, иначе просто сорвёшь верхнюю часть с зацепа, и она повиснет на струнах. С учётом хилых колков и без того плывущего строя это скорее особенность, чем достоинство.
И вишенка — демпфер. Подпружиненная снизу пластина с наклеенной пористой резинкой, которую поднимаешь, и она прижимает струны у бриджа, приглушая их. Такой палм-мьют для бедных, чтобы не держать ребро ладони на струнах. Что до звука с поднятым демпфером, тут я расписываюсь в собственной субъективности — мне он не по нутру, уши у каждого свои, а зачем вообще эту резинку задумали, я так и не понял. Беда ещё в том, что пористая резина со временем разбухает и начинает подглушивать струны в опущенном состоянии, когда её никто не просит. Поэтому на большинстве Аэлит 2 эту резинку просто отрывают. На моём экземпляре её пора менять — задубела.
Если про сам экземпляр — задняя дека просит шлифовки и полировки, верхняя антабка чужая, демпферную резинку под замену, а по ладам гитара немного не строит, и грешу я тут скорее на сами лады, чем на бридж — встали чуть вразнобой. Некритично, играть можно.
У меня с этой моделью связана личная зарубка. Году в девяносто втором-третьем в нашей группе один гитарист играл как раз на Аэлите 2 — не на этой, на такой же. Начинали, собственно, прямо с неё. У меня Урал 510Л (бас), у одного гитариста - Урал 650 и у второго - вот такая вот Аэлита 2. И вот та строила куда хуже моей коллекционной — мензура была сбита наглухо, дальше пятого лада начинался такой диссонанс, что хоть плачь, и никакой отстройкой бриджа это не лечилось. А начинать было больше не с чего — были такие гитары, было желание, вот с этого желания и такого железа и стартовала половина отечественных гитаристов, прежде чем кому-то повезло дорасти до «Музимы» или гитары западного образца.
Так что да, я прекрасно отдаю себе отчёт, что это плохая гитара. И в этом вся суть. Я собираю не столько инструменты, сколько историю, которую можно потрогать руками, — с её кривыми ладами, спрятанным в пятку анкером и резинкой, которую все отрывают. Аэлита 2 в музейную витрину под стекло не просится. Она — исходная точка, с которой у полстраны
PS. автором фотографий самой гитары являюсь я, все это хозяйство размещено на моем сайте, являющемся представительством моей коллекции в этих наших интернетах. Сама статья изначально написана мной для него же (с небольшими отличающимися деталями) и тут опубликована для более широкого круга читателей, если таковые найдутся. Я буду продолжать публиковать здесь статьи для "широкого круга читателей" про инструменты из моей персональной коллекции и стараться рассказывать про историю социалистического гитарпрома, поэтому подписывайтесь, если вам эта тема интересна. Ютуб и рутуб каналы тоже живые и сначала на них появляется видео про гитары, и только потом я пишу про эти гитары статью.
