Декабрьское вооружённое восстание в Москве 1905 года
Декабрьские события 1905 года стали самым крупным и ожесточённым эпизодом первой русской революции. Москва оказалась центром, где рабочие организации, партийные структуры и городские Советы попытались перейти от политической стачки к открытому вооружённому сопротивлению самодержавию.
Предпосылки назревали долго. После поражения в русско-японской войне страна погрузилась в кризис: экономика шаталась, настроение в обществе становилось всё более взрывным. Осенью 1905 года Москву охватили массовые забастовки. Рабочие требовали восьмичасовой рабочий день, политические свободы и реальных преобразований. Всеобщая стачка в октябре охватила миллионы людей, а Манифест 17 октября не удовлетворил надежд революционно настроенных рабочих. Убийство Николая Баумана 18 октября стало точкой кипения - его похороны переросли в многолюдную демонстрацию, показав масштабы растущего протеста.
По мере того как рабочие усиливали давление, в Москве активно формировались Советы депутатов - новые органы самоорганизации, которые брали на себя не только агитацию, но и создание боевых дружин. Большевики, эсеры и меньшевики готовили оружие, оборудовали тайники, учили рабочих тактике уличных боёв. К началу декабря Москва была фактически готова к вооружённому сценарию, хотя сама власть рассчитывала задавить протест заранее. После ареста Петербургского Совета стало ясно: до мирного исхода далеко. 6 декабря Московский Совет единогласно решил объявить политическую забастовку, которая в случае давления должна была перерасти в восстание.
7 декабря над городом загудели заводские сирены - знак начала стачки. Более 150 тысяч рабочих покинули рабочие места, транспорт встал, мастерские замолчали. Советы взяли на себя поддержание порядка, а газета Известия распространила инструкции участникам движения. Но уже в этот же день Москва была объявлена зоной чрезвычайного положения. На улицах появились войска, начались аресты и обыски. Ночью солдаты окружили Дом технических служб, где находились представители рабочих дружин; здание было обстреляно и взято штурмом, многие арестованы. Столкновения стали неизбежными уже с первых часов восстания.
8 декабря улицы Москвы превратились в сеть баррикад. На Красной Пресне, Каланчёвке и в Лефортове рабочие ставили заслоны из вагонов, брёвен и бочек, вооружённые дружины вступали в перестрелки с полицией. Жители приносили еду, деньги и боеприпасы. В Подмосковье бастовали железнодорожники, перекрывали движение поездов, а отдельные военные переходили на сторону рабочих. На некоторых станциях появлялись красные флаги, взрывались мосты и перерезались линии связи. В городе бои становились всё ожесточённее: у фабрики Шмидта войска применяли пулемёты, а дружинники переходили к партизанской тактике - короткие вылазки, засады, быстрые отходы. Это позволяло удерживать инициативу даже при численном превосходстве армии.
К середине декабря Москва была разделена на районы. Самым стойким стал район Красной Пресни, превращённый в настоящий укреплённый лагерь. Но в город вступали всё новые войска. 15 декабря прибыли тяжёлые пушки и гренадеры Семёновского полка - один из самых боеспособных отрядов империи. Их наступление сопровождалось артиллерийскими ударами по рабочим кварталам. 17-18 декабря тяжёлые орудия били по Пресне, разрушая баррикады и жилые дома. Многих защитников сражение застало в полуразрушенных помещениях, где приходилось держать оборону до последнего патрона. После непрерывных обстрелов остатки дружин были вынуждены оставить позиции. Командир последнего отряда Зиновий Литвин-Седой объявил о прекращении боя, отмечая, что восстание пало без помощи со стороны.
После подавления Москва погрузилась в тишину. По разным оценкам погибло более тысячи человек, аресты продолжались до конца года. Московский Совет был разогнан, участников боёв расстреливали или отправляли в ссылку. Однако политический смысл восстания оказался куда шире его военного исхода. Эти дни стали первым опытом массового вооружённого сопротивления в столице, продемонстрировали готовность рабочих к организованной борьбе и показали слабые места царизма. В международной прессе Москву называли городом-забастовщиком, а Николай II признавал, что события огорчают, но, быть может, идут к лучшему.
Важнейшие выводы из московских боёв сделал Ленин. Он считал декабрь "великой школой революции" , опытом, который нужно развивать: опираться на массовость, вести наступательные действия, рассчитывать на союз рабочих, крестьян и армии. В 1906 году он писал, что впереди неизбежна новая массовая борьба, и она станет вооружённой и решительной. В этих строках фактически содержалась будущая стратегия большевиков, воплощённая спустя одиннадцать лет.
Несмотря на поражение, декабрьское вооружённое восстание вошло в историю как первый масштабный бой московского пролетариата против самодержавия. Это был момент, когда рабочие дружины, жители окраин, железнодорожники и солдаты попытались действовать как единая сила. Память о Пресне, баррикадах, орудийных обстрелах и тех десяти днях борьбы стала частью революционной традиции. Огонь 1905 года потух, но искра от него разгорелась снова в 1917-м.
За „живительной влагой“ (1915 г.)
Мобилизация к Рождественским праздникам.
(Наши беседы).
За последние дни самые модные в Туле разговоры на „злобу дня“:
— Вы не знаете где и как достать?
Ее достать…
„Живительную влагу“…
Близко Рождество…
Праздники…
И понятно, многих озабочивает вопрос:
— Где достать? Как достать?
Спрашивают. Наводят справки. Готовы на какие угодно ухищрения, лишь бы… достать…
В тульское акцизное управление за последнее время число чающих получить „влагу“ увеличилось почти втрое.
Но неприветливо их встречают и там. В большинстве случаев отказывают.
В прошлом году.
Мне вчера говорило несколько лиц:
— В прошлом году как-то легче было достать.
И слово „легче“ было сказано с особым ударением, с какою-то грустью.
Да, в нынешнем году не то, что в прошлом.
В прошлом году, например, врачами Музалевским и Замбржицким, впоследствии затем на которых было наложено наказание по обязательному постановлению — высылка из Тулы, выдавалось почти по 1000 рецептов в день.
Люди перед Рождеством, желающие получить водку или спирт на „технические надобности“, стояли у квартиры врача толпами. В затылок друг другу.
— Как у кассы на концерт какого-нибудь знаменитого певца.
И даже летом нынешнего года была изловлена шайка, оперировавшая с подложными рецептами, сфабрикованными от имени не существующих в Туле врачей…
В прошлом году несколько туляков доставили к Рождеству спирт и водку багажом из Орла.
Нынче и этого нельзя сделать. В Орле — тоже теперь не достать.
В акцизном управлении.
И понятно, что уже заранее теперь потянулись „чающие движения“ в акцизное управление.
Мне рассказывали вчера:
— Иной день в акцизное управление придет человек десять, иной день 15–20.
И эта своеобразная „тяга“ все усиливается.
Но и оттуда приходится уходить:
„Не солоно хлебавши“.
Часто люди приходят, спрашивают „живительной влаги“ и не могут даже выставить окончательных мотивов — для чего собственно она им нужна.
И просьбы бывают самые курьёзные, оригинальные.
Частью меня ознакомили с такими просьбами, вернее с мотивами об отпуске вина или спирта.
Для очистки посуды под ветчину.
Один из владельцев колбасного заведения в Туле — Ш., на-днях заявляется в акцизное управление и просит:
— Отпустите мне 1/2 ведра водки для очистки посуды под ветчину.
Водка для заготовки ветчины.
Тот же Ш. вслед затем предъявляет другое требование:
— Кроме того отпустите мне еще 1/2 ведра водки для заготовки окороков.
Зачем ему водка для заготовки окороков — непонятно.
Может быть, им изобретен особый способ запекать при посредстве водки окорока? Может быть… Особый способ, который называется „рюмочным“ и продлевается за столом — когда окорок лежит уже на обеденном столе.
Просьба фельдшерицы.
Откровеннее звучит просьба фельдшерицы И.
Она не стала прикрываться никакими „техническими“ выдумками, а заявилась в акцизное управление и сказала:
— Отпустите мне одну бутылку спирта… для употребления.
Просто, коротко и ясно.
Отказали.
Уже слишком было ясно „употребление“.
Для очистки церковного инвентаря.
Третьего дня заявился в акцизное управление и священник. Назовем его П.
Он попросил отпустить ему 4 четверти спирта.
— Для… очистки к празднику церковной утвари.
Спирт необходим для питья порошков.
День ото-дня „технические надобности“ выдумываются — все курьезнее и курьезнее.
Молодой человек заявился и начал уверять, что у него серьезно больна жена.
Ей прописали порошки.
Показал рецепт.
— Так эти порошки, видите-ли, необходимо его жене пить на водке с белой головкой.
Спирт нужен, как смазывающее вещество.
От одной небольшой фабрички, работающей по заказам тульского военно-промышленного комитета, была даже послана записка:
— Отпустить спирт, который необходим для изготовления особого смазочного вещества для смазки станков.
Кража спирта.
Этим же, очевидно, „заготовкой“ к празднику объясняется и покушение на кражу спирта в городской Ваныкинской больнице.
На-днях доктор В. И. Грушецкий сообщил городской управе, что ночью из Ваныкинской больницы неизвестные покушались произвести кражу спирта.
Кража не удалась.
Спирт на технические надобности и денатурированный спирт.
Немного статистики.
За 11 месяцев этого [1915] года (январь–ноябрь) продано из тульской губ. по сравнению с теми же месяцами прошлого года:
— Спирта на „технические надобности“ больше на 80 000 р.
Денатурированного спирта за тот же период прошлого года продано больше почти на 50 000 р.
И еще:
— Церковного вина в настоящем году израсходовано, приблизительно, в 10 раз больше, чем в прошлом году.
Britt.
«Тульская молва», изд. год IX, № 2420 от 6 (19) декабря 1915 г.
* Цитата адаптирована к современной русской орфографии.
ОБВИНЯЮЩИМ МЕНЯ В ТРОЛЛЛИНГЕ!1
Я Православный Христианин, монархист. Искренне верующий в Бога Нашего Иисуса Христа, считающий что за грех цареубийства необходимо ВСЕНАРОДНОЕ ПОКАЯНИЕ, ибо только тогда Россия снова станет Великой Державой, как была при Российской Империи!
Я не троллю, я высказываю своё мнение, которое не совпадает с привыкшим к богоборчестким постам, большинством. Да я буду нести весть о Боге здесь, сколь бы сатанисты, атеисты, коммунисты и богоборцы не минусовали меня.
Как сменить никнейм, я не разобрался.
Продолжение поста «17 июля. Расстрел Николая II и его семьи»9
Вопросы обусловлены комментарием https://pikabu.ru/story/otvet_flyyyy_v_17_iyulya_rasstrel_nikolaya_ii_i_ego_semi_13496309?cid=376615633
Кто считает, что большевики во главе с Лениным не причастны к расстрелу царской семьи? Кто виноват в расстреле царской семьи?
Ответ Flyyyy в «17 июля. Расстрел Николая II и его семьи»9
Кто считает, что расстрел царской семьи, да ещё и без последующей огласки хотя бы после Гражданской войны, дискредитирует большевиков как жестоких палачей?
"Ты будешь коронован самим Богом на этой земле, в своей стране"
Из писем Александры Федоровны своему мужу Николаю Александровичу
Здесь я публикую фрагменты, которые показывают её отношение к революционным событиям.
Николай Второй, император Российской империи был свергнут с престола в феврале-марте 1917 года, подписал 2 марта 1917 года отречение от престола, затем арестован, а 17 июля 1918 года убит вместе с женой и детьми, и близкими к ним людьми.
Александра Фёдоровна (урождённая принцесса Викто́рия Али́са Еле́на Луи́за Беатри́са Ге́ссен-Дармшта́дтская; нем. Victoria Alix Helena Louise Beatrice von Hessen und bei Rhein (Hesse-Darmstadt),
Годы жизни: 6 июня 1872, Дармштадт — 17 июля 1918, Екатеринбург — российская императрица, супруга Николая II - c 1894 года российского императора. Четвёртая дочь великого герцога Гессенского и Прирейнского Людвига IV и герцогини Алисы, дочери британской королевы Виктории.
Никола́й II Алекса́ндрович (годы жизни: 6 мая 1868, Царское Село — 17 июля 1918, Екатеринбург) — последний император Российской империи: 20 октября 1894 — 2 марта 1917, из династии Гольштейн-Готторп-Романовых. Сын императора российского Александра III, потомок Петра III Фёдоровича ( при рождении Карл Петер Ульрих фон Шлезвиг--Гольштейн-Готторп, нем. Karl Peter Ulrich von Schleswig-Holstein-Gottorp; годы жизни: 10 февраля 1728, Киль — 6 июля 1762, Ропша) — императора российского, свергнутого с престола
Из писем Александры Федоровны своему мужу Николаю Александровичу:
22 февраля 1917 г.
<...>
Мне так страстно хотелось бы помочь тебе нести это бремя!
Ты мужествен и терпелив — я всей душой чувствую и страдаю с тобой, гораздо больше*, чем могу выразить словами.
Что я могу сделать?
Только молиться и молиться!
Наш дорогой Друг [Григорий Распутин] в ином мире тоже молится за тебя — так Он еще ближе к нам.
Но все же, как хочется услышать Его утешающий и ободряющий голос!
Бог поможет, я верю, и ниспошлет великую награду за все, что ты терпишь.
Но как долго еще ждать!
Кажется, дела поправляются.
Только, дорогой, будь тверд, покажи властную руку, вот что надо русским!
Ты никогда не упускал случая показать любовь и доброту, дай им теперь почувствовать порой свой кулак.
Они сами просят этого — сколь многие недавно говорили мне: «Нам нужен кнут».<...>
Глаза мои болят от слез.
Со станции я поеду прямо к Знаменью — именно потому, что бывала с тобой там раньше, это успокоит и укрепит меня, и я помолюсь за тебя, мой ангел.
О, Боже, как я люблю тебя!
Все больше и больше, глубоко, как море, с безмерной нежностью.
Спи спокойно, не кашляй — пусть перемена воздуха поможет тебе совсем оправиться.
Да хранят тебя светлые ангелы,
Христос да будет с тобой, и
Пречистая Дева да не оставит тебя!
<...>
Источник:
Письмо императрицы Александры Федоровны императору Николаю II. № 614. Царское Село. 22 февраля 1917 г. // ГА РФ. Ф. 601. Оп. 1. Д. 115. Л. 479—483 об. Автограф (на англ, яз.); Красный архив. 1923. № 4. С. 201-202.
2 марта 1917 г.
<...>
Два течения — Дума и революционеры — две змеи, которые, как я надеюсь, отгрызут друг другу головы — это спасло бы положение.
Я чувствую, что Бог что-нибудь сделает. <...>
Благослови и сохрани тебя Бог, да пошлет он своих ангелов охранять тебя и руководить тобой! <...>
Бог поможет, поможет, и твоя слава вернется.
Это вершина несчастий!
Какой ужас для союзников и радость врагам!
Я не могу ничего советовать, только будь, дорогой, самим собой.
Если придется покориться обстоятельствам, то Бог поможет освободиться от них. О, мой святой страдалец!
Всегда с тобой неразлучно твоя
Женушка.
Источник: Письмо императрицы Александры Федоровны императору Николаю II о событиях в столице. № 650. 2 марта 1917 г. // ГА РФ. Ф. 601. Оп. 1. Д. 1151. Л. 500—500 об. Автограф (на англ, яз.); Красный архив. 1923. № 4. С. 214-216.
Архив новейшей истории России. Серия «Публикации». Т. III. Скорбный путь Романовых (1917—1918 гг.). Гибель царской семьи. Сб. документов и материалов. — М.: РОССПЭН, 2001
3 марта 1917 г.
<...>
Ах, мой ангел, Бог над всеми — я живу только безграничной верой в него!
Он — наше единственное упование. «Господь сам милует и спасет их» — на большой иконе.
У нас был чудный молебен и акафист перед иконою Божией Матери, <...>
Любовь моя, любовь!
Все будет, все должно быть хорошо, я не колеблюсь в вере своей!
Ах, мой милый ангел, я так люблю тебя, я всегда с тобою, ночью и днем!
Я понимаю, что переживает теперь твое бедное сердце.
Бог да смилуется и да ниспошлет тебе силу и мудрость!
Он не оставит тебя!
Он поможет, он вознаградит за эти безумные страдания и за разлуку в такое время, когда так нужно быть вместе!
<...>
Я вполне понимаю твой поступок, о, мой герой!
Я знаю, что ты не мог подписать противного тому, в чем ты клялся на своей коронации.
Мы в совершенстве знаем друг друга, нам не нужно слов, и, клянусь жизнью, мы увидим тебя снова на твоем престоле вознесенным обратно твоим народом и войсками во славу твоего царства.
Ты спас царство своего сына, и страну, и свою святую чистоту,
и <...> ты будешь коронован самим Богом на этой земле, в своей стране.
Обнимаю тебя крепко и никогда не дам им коснуться твоей сияющей души.
Целую, целую, целую, благословляю тебя и всегда понимаю тебя.
Женушка.
Источник: Письмо Александры Федоровны Николаю II. № 652. 3 марта 1917 г. // ГА РФ. Ф. 601. Оп. 1. Д. 1151. Л. 502—503 об., 504. Автограф (на англ, яз.); Красный архив. 1923. № 4. С. 218-219.
Архив новейшей истории России. Серия «Публикации». Т. III. Скорбный путь Романовых (1917—1918 гг.). Гибель царской семьи. Сб. документов и материалов. — М.: РОССПЭН, 2001
4 марта 1917 г.
<...>
Любимый мой, ангел дорогой, боюсь думать, что выносишь ты, это сводит меня с ума!
О, Боже! Конечно, он воздаст сторицей за все твои страдания.
Не надо больше писать об этом, невозможно!
Как унизили тебя, послав этих двух скотов**!
Я не знала, кто это были, до тех пор, пока ты не сказал сам.
Я чувствую, что армия восстанет...
<...>
Примечание:
Датируется по сопроводительным документам.
** Речь идет о Шульгине и Гучкове, ездивших к Николаю Романову в Псков с предложением подписать отречение от власти
Источник: Письмо Александры Федоровны Николаю II. № 653. 4 марта 1917 г. // ГА РФ. Ф. 601. Оп. 1. Д. 1151. Л. 505—506 об. Автограф (на англ, яз.); Красный архив. 1923. № 4. С. 220-221.
Архив новейшей истории России. Серия «Публикации». Т. III. Скорбный путь Романовых (1917—1918 гг.). Гибель царской семьи. Сб. документов и материалов. — М.: РОССПЭН, 2001
Васи́лий Вита́льевич Шульги́н (1878, Киев — 11976, Владимир) — русский политический деятель, публицист. Депутат Второй, Третьей и Четвёртой Государственных дум Российской империи
Алекса́ндр Ива́нович Гучко́в (1862, Москва — 1936, Париж) — русский политический деятель, лидер партий «Союз 17 октября» , а с лета 1917 года — Либеральной республиканской партии. Председатель III Государственной думы (1910—1911), член Государственного совета, Председатель Центрального военно-промышленного комитета (1915—1917). Считал, что императору российскому Николаю надо отречься от власти. Военный и временно морской министр Временного правительства (1917). Противник партии большевиков, возглавляемой В. И. Лениным.












