Российская империя

Во второй половине XIX века отношения к душевнобольным стало кардинально меняться: от цепей, смирительных рубашек и физического стеснения до гуманных методов лечения. Появились новые подходы, одним из адептов которых был профессор психиатрии Александр Иосифович Писнячевский. Он учился у лучших психиатров Европы, но вёл практику в российской провинции, спасая людей от безумия, пьянства и венерических болезней. Подробности — в материале nn.aif.ru.

Больница в Лисьих ямках

Александр Иосифович Писнячевский родился в 1863 году в городе Каменец-Подольский Подольской губернии. В 1887 году окончил Московский университет, а далее прошёл курс обучения у известного немецкого психиатра Юлиуса Людвига Августа Коха.

Удивительно, но из Германии Писнячевский отправился работать не в Санкт-Петербург или Москву, а стал земским врачом в селе Гнездове Смоленской губернии. После Александр Иосифович занимал ряд руководящих постов в различных психиатрических заведениях России.

Даже работая в провинции, пытливый медик создавал лаборатории, где изучал анатомию нервной системы. Для обмена опытом он ездил в отечественные и зарубежные научные центры, был завсегдатаем научных съездов и конференций.

Неудивительно, что известный психиатр Пётр Кащенко, покидая в 1904 году Нижний Новгород, посоветовал Нижегородскому губернскому земству пригласить вместо себя возглавить психиатрические учреждения губернии именно Александра Писнячевского, на тот момент уже опытного врача-психиатра с именем в научных кругах.

Александру Иосифовичу предстояло продолжить развитие губернской психиатрической службы. К 1910 году Писнячевскому удалось создать общее управление городской лечебницы на 100 мест, Ляховской больницы-колонии почти на 400 мест и посемейного патронажа в Балахнинском уезде на 600 мест с приёмным покоем.

Как и Кащенко, Писнячевский был категорически против всяких мер стеснения больных. В Ляхове поселенцы колонии были заняты трудотерапией, для них устраивались чтения с «туманными картинами». Так тогда называли кинематограф. Больные могли ходить в библиотеку и на службы в храм.

В 1910 году Александр Иосифович вплотную занялся ещё одной насущной проблемой Нижегородской губернии — алкоголизацией населения. Он был уверен: в Нижнем Новгороде при участии земства и города должна появиться специальная больница для больных алкоголизмом. В 1913 году такое медучреждение было открыто в селе Лисьи Ямки на территории современного Богородского округа.

Писнячевский создал в Нижегородской губернии один из первых в России приютов для умственно отсталых детей. Он же стоял у истоков создания Нижегородской больницы Российского общества Красного Креста, а в 1912 году провёл вторую подушевую перепись душевнобольных в Нижегородской губернии. Было выявлено от 3,7 до 10,8 больных на 1000 населения.

Сохранил Ляхово

Александр Писнячевский, как и многие его коллеги тех лет, был сторонником теории французской психиатрии, что ухудшение жизненных условий ведёт к росту болезней населения. Психиатр считал, что нищета, пьянство, сифилис, острые инфекционные заболевания и есть те «истощающие моменты», ведущие к душевным заболеваниям. Александр Иосифович вёл большую разъяснительную работу среди населения по вопросам венерических заболеваний и пьянства. Он впервые в Нижегородской губернии поставил и изучил реакцию Вассермана на сифилис.

После Октябрьской революции в 1917 году на плечи Александра Писнячевского легли тяжёлые заботы о том, чтобы служба психиатрической помощи в Нижегородской губернии продолжала действовать. Врачи и медсёстры не получали зарплат и бросали работу в поисках заработка. Кормить пациентов в лечебницах было нечем. Из 538 человек, находившихся в ляховской больнице к 1 января 1919-го и поступивших в течение того года, умерло 42,6% пациентов. Существовал и острый дефицит медикаментов. Тем не менее, стараниями Александра Писнячевского удалось сохранить психиатрическую больницу в Нижнем Новгороде и колонию в Ляхове.

После окончания Гражданской войны Александр Иосифович стал одним из инициаторов создания медицинского факультета Нижегородского университета. В это же время он был избран профессором по нервным и душевным болезням. Будучи крупным нейрогистологом, Писнячевский сумел прекрасно оснастить кафедру наглядными пособиями и оригинальными препаратами, некоторые препараты срезов мозга были изготовлены им лично.

В 1926 году под руководством Александра Писнячевского в Нижегородской губернии прошла третья перепись душевнобольных.

Пациенты одичали

Тем не менее, к лечебным методам и хозяйственной деятельности профессора Писнячевского были вопросы. Так, психиатр считал: шизофреники неизлечимо больны, и применять к ним лечения не стоит. Корреспондент газеты «Нижегородская коммуна», который посетил городскую психиатрическую больницу в середине 1920-х годов, писал, что многие пациенты предоставлены своим переживаниям и от того откровенно мучаются.

Так, один больной считал, что царь Николай II c супругой Александрой Фёдоровной откуда-то действуют на него неким аппаратом, что медленно убивает его. «Я не существую», — всё время произносил он.

Другой пациент указывал на врача и утверждал, что тот Гёте. В больничном саду на траве лежал высохший человек, похожий на скелет. Врач пояснил корреспонденту: «Это живой труп. Он не хочет, чтобы его тревожили».

У остальных больных наблюдался синдром одичания, происходило массовое взаимное травмирование. Кроме того, само здание Городской больницы пребывало в ненадлежащем виде. В 1930-е годы произошло избиение больных сотрудниками. По этому факту проводилось расследование, которое ускорило отставку Александра Писнячевского с должности директора.

После снятия с руководящих должностей профессор продолжил врачебную деятельность в качестве консультанта в основанной им Клинике нервных болезней.

Александр Иосифович Писнячевский умер в 1938 году в возрасте 74 лет от рака лёгких. Он был похоронен на лютеранском кладбище в городе Горьком. Кладбище не сохранилось. Сейчас на его территории находится парк им. Кулибина.

Кстати

• Сын профессора Писнячевского — Иван Александрович тоже был врачом, он женился на Елене Николаевне Быковой. Она была дочерью Марии Пушкиной — внучки Александра Сергеевича Пушкина, и Николая Быкова — племянника Николая Васильевича Гоголя.
  У пары родился сын Александр Иванович, который был праправнуком Пушкина и внучатым племянником Гоголя.

• Врачом Александр Писнячевский не стал. Со школьных лет он увлекался электро— и радиотехникой. Учился в Ленинградском морском техникуме. В 1941 году 20-летний Александр добровольно пошёл служить на канонерскую лодку, был рядовым подводником, комендантом на военной барже, сопровождал транспорт с солдатами, которых отправили на прорыв блокады Ленинграда.

• Александр Иванович Писнячевский был награждён медалями «За боевые заслуги», «За оборону Ленинграда», «За участие в Великой Отечественной войне 1941–1945 гг.».

АиФ-Нижний Новгород

Кто такой подпоручик в Российской империи? Почему это звание было одновременно и проклятием, и мечтой для молодых офицеров? В этом видео мы разбираемся, какое место занимал подпоручик в военной иерархии царской армии, почему этот чин считался самым сложным этапом в карьере и как из вчерашних юнкеров вырастали великие генералы.

Всех кто считает, что в Советском государстве в большей части его существования на гос.уровне была демократия и не было лицемерия приглашаю в комментарии, люблю послушать сказки.

а спустя век мы уже говорим как бы было хорошо, если бы мы вернули ту Россию.

Предмет рассмотрения в посте убийство дочери Николая II, но анонима это не смущает и он прыгает на другую тему, которая никак не связана с заявленной.

В церквах вешают иконы убийцы и его злосчастной семейки, а то, как это семейка на душах народа жила — забыли.

Стоит ли объяснять, что не убив их большевики, никакого почитания их в РПЦ как мучеников не было бы. И касаемо "жили на душах народа" та же Мария на трагедией которой глумиться аноноим, во время Первой Мировой помогала раненым русским солдатам, шила для них, готовила бинты, старшие дочери Николая II Ольга и Татьяна были медсёстрами, ассистировали при операциях как иногда делала и императрица.

Дальше аноним показывает ёбнутую картинку, ни один из приведённых расстрелов не был инициирован Николаем, смертельный голод 1911 года миф, потери в Русско-Японской завышены невероятно раза в 4.7 раза. Про завышение в других пунктах можно также привести но интересно ещё и то, что в вину Николаю II ставят Первую Мировую хотя войну объявила Германия, Николай II вообще хотел созвать Гаагскую мирную конференцию для предотвращения войны о чём писал кайзеру Германии Вильгельму II и даже не стал по его просьбе вводить в действие указ о мобилизации (стр.298).

Уже при жизни Николая Кровавого, весь народ желал ему смерти, все от кого произошли те, кто сидят в церквах под иконами семьи душегубов. «Кровавый» — не выдумка чёрствых коммуняк, а плод народного творчества.

Прозвище кровавый появилось распространилось в среде оппозиции в 1905 - 1906 гг. В народе кто его недолюбливал оскорбляли его чаще всего просто дураком.

Уже в 1896 году к нему приклеилось это прозвище.

Глупо ожидать, что анонимный лжец представит доказательство своего пиздежа. Ну а про Ходынскую Трагедию я уже писал, Николай II не занимался подготовкой торжеств, а вся негативная реакция связана с отсутствием траура, при этом компенсации пострадавшим и семьям погибших были выплачены немалые.

Да, при Николае Кровавом было построено 100500 железных дорог и т.д. и т.п., да, но это не отменяет того факта, что большинство населения страны было крестьянами и обычными рабочими, которые работали за последний кусок хлеба (Плесневелый. Броненосец «Потёмкин»).

Действительно была бедность и в целом в Империи жили небогато, но вот, чтобы большинство последний кусок хлеба доедало, явная ложь, тем более сопряжённое с "источником" типа гениального авангардиского и пропагандистского фильма "Броненосец Потёмкин".

Там аноним ещё пиздит как Троцкий цитату которого убрали из начала этого фильма, демонстрируя кадры расстрела на лестнице которого в реальности не было.

Поэтому по праву можно сказать и так; Романовы — собаки.

Буквально обесчеловечивание, ублюдство и низость. Как-то, говорить с анонимом с позиций права и морали бессмысленно, для него норм тайное бессудное убийство детей в подвале за действия отца.

Рекомендую к просмотру полудокументальный кинофильм «Агония» Элема Климова.

А в прекрасном СССР я бы не смог его посмотреть, до 1985 года, ибо его почему-то не показывали в советском прокате, только в европе, не зря же лицемерие побеждали. Ну и уровень документальности можно оценить по тому, что там Распутин назначает министров.

P.S.

Все вопросы об адекватности данного персонажа можно снимать, прогонять такую шизу надо уметь

85 лет назад, 22 августа 1941 года, было принято постановление Государственного комитета обороны СССР «О введении водки на снабжение в действующей Красной армии»: «Установить, начиная с 1 сентября 1941 года, выдачу 40° водки в количестве 100 граммов в день на человека красноармейцу и начальствующему составу войск первой линии».

«Если есть стакан водки перед обедом, то пища будет образцовая. Я сам предпочту обед, состоящий из стакана водки, щей с салом и каши, обеду, состоящему из щей, мяса, каши, но без водки. С такой пищей можно перейти Альпы, перетащить через Балканы пушки, отмахать поход в Индию...» — так во второй половине 1870-х годов рассуждал в своих «Письмах из деревни» русский учёный Александр Энгельгардт. Не исключено, что такими соображениями руководствовался и бывший нарком пищевой промышленности СССР Анастас Микоян — именно он подал идею введения водочного довольствия в РККА.

Тон рассуждений Энгельгардта не оставляет сомнений — водка в армейском довольствии позволяет русским чудо-богатырям творить чудеса. Но в том-то всё и дело, что как раз в те годы начало складываться мнение прямо противоположное — водка есть злой яд, убивающий человека. И это мнение было не только связано с армией, но и подкреплено идеологически. В 1878 году состоялось явление чудотворного образа «Неупиваемая чаша». Его увидел во сне некий отставной солдат Тульской губернии, одержимый страстью пьянства, и как только икона была найдена — солдат тут же исцелился. Так всё-таки крепкий алкоголь в войсках — это хорошо или плохо?

Вкус победы

Армия всегда была становым хребтом русского государства, и потому вопрос о водочном довольствии в войсках фактически расколол общество на два неравных лагеря. Тех, кто выступал против «казённой чарки», было меньше, но постепенно их число росло. В 1908 году «винный порцион» в армии был ликвидирован, оставшись, правда, на флоте.

А ведь до этого без малого 200 лет водка, она же «хлебное вино», присутствовала в снабжении русской армии как нечто, само собой разумеющееся (см. инфографику). Тогда господствовала гуморальная теория, согласно которой здоровье человека определяется балансом четырёх жидкостей (гуморов) в организме. Спиртное же, с точки зрения тогдашней медицины, как раз и было регулятором баланса.

Словом, считалось, что пить не только можно, но и нужно. Даже эталон русского солдата и военачальника Александр Суворов придерживался этой модели поведения: «Никто не видел его пьяным, но он очень любил крепкую водку. Перед обедом он всегда выпивал рюмку тминной или золотой водки, когда же чувствовал себя нездоровым — рюмку пеннику с перцем». Обедал Александр Васильевич, кстати, в 8 часов утра...

Какая-то правда за этим была — во всяком случае, если посмотреть на небоевые потери. Главным бичом тех лет была дизентерия, и русское «хлебное вино» могло служить профилактической мерой. Точной статистики небоевых потерь по Отечественной войне 1812 года нет, но все современники признавали, что в армии Наполеона они были существенно выше, чем в русской армии. Расклад же по «винному порциону» в те годы был таким: русскому солдату полагалось 246 граммов водки в день, а французскому — около 60 граммов, да и то лишь по специальному распоряжению начальства. А вот по Крымской войне 1853–1856 годов такая статистика есть. В армии англо-французских интервентов на 10 убитых приходилось 37 умерших по причине болезней. В русской же армии на 19 убитых лишь 10 скончавшихся от заболеваний. Так вот: наши солдаты всю войну получали свои 246 граммов водки ежедневно, а у тех же англичан ром в довольствие включили лишь спустя несколько месяцев после начала осады Севастополя.

В сторону чая

Впрочем, роль играло не только количество, но и качество «порциона». И вот тут отечественная продукция была на высоте. Так, генерал и военный историк Александр Пузыревский в своей книге «Переход через Балканы зимой 1877 года» отмечал доселе невиданное — солдаты добровольно и массово отказывались от казённой чарки. Причина проста. По этой части поставщиком русской армии были румынские союзники. Их спирт оказался настолько мерзким, что пить его было невозможно, и солдаты предпочитали чай.

В сторону чая дрейфовало и общественное мнение, на которое в конце XIX — начале XX столетия всё большее влияние оказывали доктора. Одной из причин алкоголизации населения России медицина считала тот факт, что обязательный «винный порцион» оставался и после введения всеобщей воинской повинности в 1874 году. Но так ли в этом была виновата армия?Армейская медная чарка образца 1882 года ёмкостью 0,123 л.

Последний в истории нашей страны пример «казённой чарки» — те самые «наркомовские сто грамм», введённые в 1941 году и в разных вариантах существовавшие до конца войны (см. инфографику). Многим кажется, что миллионы солдат, прошедших Великую Отечественную, настолько привыкли к «допингу», что и в мирной жизни не могли без него обходиться. Выглядит логично, но не очень вяжется с потреблением спиртных напитков в СССР. Так, в 1953 году, когда ветераны в подавляющем большинстве были молоды и в целом здоровы, потребление алкоголя в пересчёте на чистый спирт составляло 3,5 литра в год. А вот в 1980 году, когда ветеранов осталось не так уж много, — уже 14 литров в год...

https://aif.ru/society/history/na-polnom-udovolstvii-kak-200...