Серия «Вторая мировая война (1939—1945 гг.)»

Бывает, всё сделаешь правильно, тем не менее желаемый результат всё равно достичь не получается... 26 июля 1945 года британские моряки задумчиво смотрят на отпечаток камикадзе на бронепоясе своего крейсера. Борт явно придётся перекрашивать.

Попадания добился японский штурмовик Mitsubishi Ki-51 с милым кодовым именем союзников — «Соня».

Успешно выдержал атаку британский тяжелый крейсер «Сассекс» (HMS Sussex).

А если серьезно, то атаки камикадзе были очень опасны. Просто этот, удачно для британцев, впечатался прямо в бронепояс тяжелого крейсера. Прилети он в надстройки или в небронированную часть — картина была бы совсем другой.

Новые посты в сообществе Взаимосвязи

В продолжение поста «Лесные дьяволы» императора Хирохито поговорим о феномене японских солдат, сражавшихся после капитуляции Японии. Их называли «За́нрю» — «оставшиеся». После капитуляции 2 сентября 1945 года миллионы японских солдат сложили оружие, но сотни продолжили войну. Причин было несколько: во-первых, идеологическая — в японской армии сдача в плен считалась позором хуже смерти; во-вторых, многие не верили листовкам союзников с призывами о сдаче, принимая их за вражескую пропаганду; в-третьих, приказ о капитуляции часто не достигал отрядов в джунглях на отдалённых островах, оставшихся без связи. К тому же к августу 1945 года Япония ещё контролировала обширные территории в Азии и на Тихом океане. Именно здесь отдельные солдаты и небольшие группы продолжали партизанскую войну.

Самым известным из «оставшихся» стал младший лейтенант Хиро Онода. В 1945 году на острове Лубанг он получил приказ командира: «Самоубийство категорически запрещается! Держись три-пять лет. Мы обязательно придём за тобой». После разгрома гарнизона острова союзниками Онода с несколькими солдатами ушёл в джунгли и сражался почти тридцать лет, совершив за это время более ста нападений на солдат, полицию и местных жителей. Только 20 февраля 1974 года уже оставшегося в одиночестве Оноду нашёл японский студент-турист Норио Судзуки. Они поговорили, сделали несколько фотографий, но Онода отказался сдаваться, заявив, что сложит оружие только по приказу вышестоящего командира.

Студент немедленно вернулся в Японию с известием, что Онода ещё жив. Японское правительство разыскало бывшего командира Оноды, уже давно находившегося в отставке и мирно торговавшего книгами, и доставило его на остров, где он лично отдал младшему лейтенанту приказ сложить оружие. Убедившись в том, что война действительно закончилась, Онода передал властям оставшееся оружие — меч, кинжал, винтовку Арисака Тип 99, пятьсот патронов и несколько ручных гранат. Президент Филиппин Фердинанд Маркос помиловал его за все совершённые преступления ввиду смягчающих обстоятельств.

Другой случай — капрал Сёити Ёкои, найденный на Гуаме в 1972 году. Он 28 лет прожил в джунглях, не зная, что война закончилась. Вернувшись в Японию, он произнёс: «Мне мучительно стыдно, что я вернулся живым».

Японское общество по большей части встретило их как героев — символов утраченной чести и несгибаемого духа. Оноду, например, забрасывали цветами, о нём писали книги, снимали фильмы. Но была у этого феномена и другая сторона: для многих японцев эти солдаты оставались призраками прошлого провала и милитаристского наследия, от которого новая Япония пыталась отмежеваться. Из-за трудностей адаптации к условиям современной Японии, например, Онода решил покинуть родину. В апреле 1975 года, вслед за своим братом, он эмигрировал в Бразилию, где с конца XIX века существует большая японская диаспора. Император Хирохито, остававшийся на троне до 1989 года и за которого они так отчаянно сражались, не встретился ни с одним из них.

Новые посты в сообществе Взаимосвязи

Вспоминая последнего японского солдата, сдавшегося в плен спустя много лет после окончания Второй мировой войны, обычно называют Хиро Оноду, который сдался филиппинцам 10 марта 1974 года. Но он не был последним японским солдатом, продолжавшим давно закончившуюся войну. Последним сдавшимся был Тэруо Накамура — его война закончилась утром 18 декабря 1974 года. Ещё интереснее то, что он был бойцом одного малоизвестного подразделения японской императорской армии, сформированного из коренных жителей Тайваня, — «Добровольцев Такасаго». О них сегодня и поговорим.

Это были воины из племён ами, атаял и других, веками живших охотой в горах и джунглях острова Тайваня, который на тот момент был японской колонией. Японцы начали вербовать их в свою армию после начала затяжной войны в джунглях, рассуждая прагматично: природные охотники, выросшие в тропическом климате, должны были стать идеальной силой для войны в Юго-Восточной Азии и на островах Тихого океана. Причём отмечу, что в Японии джунглей нет, и коренные японцы для боёв, скажем, на Гвадалканале подходили примерно так же, как и американцы, сражавшиеся против них. Японский парень из Киото и американец из Детройта абсолютно одинаково видели джунгли до этого только на картинке (и то не факт), а вот для ребят из коренных тайваньских племён джунгли и горы были родным домом.

Преимущества тайваньцев были очевидны — бесшумное передвижение, идеальное ориентирование на местности, выдающаяся меткость и умение выживать с минимальным снабжением. Они могли построить жилище из подручных материалов, обеспечить себя пищей и водой, а также меньше страдали от болезней. Изначально их использовали как вспомогательный персонал или носильщиков, но позднее из них стали формировать полноценные боевые отряды, сражавшиеся на самых тяжёлых участках — на Новой Гвинее, Соломоновых островах и Филиппинах. Японские командиры восхищались их боевыми качествами: в рапортах отмечались идеальная маскировка и невероятная выносливость. Точных данных о численности этих отрядов нет, так как многие документы были уничтожены; по разным оценкам, в их составе было всего до 8000 человек. Это относительно немного, но надо понимать, что они не выступали в качестве одного единого подразделения, а действовали небольшими группами. Поэтому когда вы в книгах и фильмах американцев, австралийцев, новозеландцев иногда встречаете упоминания о японцах, которые как призраки скользят в джунглях, наносят точные и болезненные удары и бесследно пропадают в гуще леса, — знайте: это вполне могли быть не японцы, а ребята с Формозы (так тогда назывался Тайвань).

Именно из таких отрядов вышел человек, чья история остаётся в тени славы Оноды, — Тэруо Накамура, боец 4-го отряда добровольцев Такасаго. В ноябре 1943 года он был призван в армию и отправлен на индонезийский остров Моротай, гарнизон которого после ожесточённых боёв в 1944 году был разгромлен союзниками. Оставшиеся в живых солдаты ушли в джунгли и продолжили сопротивление, не зная, что война уже закончилась. Группа партизан постепенно распадалась: кто-то погибал, кто-то сдавался. Но Накамура оставался в непроходимых джунглях целых 30 лет, веря, что императорская армия всё ещё продолжает сражение. Он жил в одиночестве, считая свой бой неоконченным. Лишь 18 декабря 1974 года его арестовали индонезийские солдаты, которые выманили Накамуру из укрытия, исполняя японский национальный гимн и размахивая флагом имперской Японии. Тэруо передал солдатам ухоженную винтовку и последние пять патронов. «Мой командир приказал мне сражаться до самого конца», — пояснил им Накамура.

Ему было 55 лет. При осмотре врачи не обнаружили каких-либо серьёзных проблем со здоровьем. Только после сдачи в плен он с огромным удивлением узнал, что Япония давно капитулировала, а Тайвань больше не является её колонией. После обнаружения Накамуру депортировали на Тайвань, где через несколько лет, в 1979 году, он умер от рака лёгких. При этом отношение японской общественности к Накамуре значительно отличалось от отношения к более ранним сдавшимся солдатам японской армии, таким как, например, младший лейтенант Хиро Онода, которого обнаружили на несколько месяцев раньше. Онода был офицером и этническим японцем, он стал национальным героем Японии. Накамура же, будучи рядовым колониального подразделения, не получил ни славы, ни известности. Даже пенсию как военнослужащему ему удалось получить с большим трудом.

Однако память о «Добровольцах Такасаго» не исчезла полностью — она нашла неожиданное воплощение в современном искусстве. Тайваньский художник из племени ами Сики Суфин, чьи предки сами были призваны в эти отряды, посвятил их трагедии серию деревянных скульптур. На выставке 2022 года он представил работу «Крылья Такасаго (Возвращение)» — фигуру воина, вырезанную из цельного ствола камфорного дерева, с мощными расправленными крыльями за спиной.

Для культуры ами перо — это символ взросления, мужества и права вернуться домой после инициации. Своей скульптурой художник как бы совершает обряд, которого погибшие в джунглях юноши так и не дождались: он надевает на них невидимые крылья, позволяя душам наконец перелететь океан и воссоединиться с родной землёй.

Новые посты в сообществе Взаимосвязи