Djugibogi

Интересный мужик звонит, заходит ко мне. Его тоже депортировали из России. Взрослый уже — 1961 года рождения. Интересный, с удивительной судьбой. Пенсию оформлял здесь, и теперь я ему подсказываю, что ему по зрению у нас бесплатная операция.

Сегодня зашёл ко мне, рассказывает: пошёл в какую-то организацию за справкой какой-то. Сидит, говорит, смотрю — кто-то забыл трость. Посмотрел по сторонам — никого нет. И забрал. Как он говорит, где-то без очереди залезть, где-то отбиться от кого-то. Прошёл мимо себя. Эту трость оставил и пошёл справку относить.

Пришёл — справки нет. Потерял.

Пошёл опять за справкой, взял трость с собой, посчитав её несчастливой. Поставил её на место, где взял. Ему там ещё какая-то тётка грузная стала что-то говорить, а он глуховат. Ей говорит: «Не берите, стремная мол трость, несчастливая».

Назад шёл — и справку нашёл.

Я говорю: «Братан, может, это её трость и она тебя ругала?»

«Не знаю, не слышу», — говорит.

Трость на место поставил — и попёрло, говорит.

Депортнули знакомого из Москвы на 5 лет. Поссал при продлении патента, а там котики вышли. 16 лет прожил — говорит: не нужно было как-то гражданство, всё хорошо было. Но он блондин.

Раньше был слегка ебанутым. Пару раз с ним пообщался — теперь вообще у него водитель кабину покинул. Вопрос задаёт сам, на него отвечает. Слово не вставишь короче. Здоровый — меня на голову выше.

Позвал недавно меня на прогулку. Жена ему из Москвы пару копеек отправила. Накидался «Балтики 9» и так шумный, а накидался — ещё громче шуметь начал.

А он попал в самую жару к нам: «Как вы живёте здесь?» Я говорю: «Ты чё, блять, ты родился здесь, жара всегда здесь». Говорю ему: «Иди на работу устраивайся, дома скучно сидеть». Он говорит: «Не пойду, пока жара не спадёт».

Интересный, конечно. Но все нервы изматывает мне своей гиперэмоциональностью. Давно с такими людьми не общался. Один тоже есть такой приятель с детства — тоже очень много разговаривает, тоже фляга свистит.

Странных людей много вокруг.

Собрались как-то с работы в конце недели пойти бухнуть. Взяли с собой таджика — пацана, он смотрел за своими парнями. Там две группы было: он да ещё один, который в дальнейшем уселся за похищение человека.

Поехали мы в Ватутинки. Заползли в випку и давай заливать шары. Даже горячее не дождались — уже накидались. Нас было человек десять. А кабак выбрали такой, как в кино показывают: заходим — дым коромыслом, ни одного окна, и все столы в тишине поворачиваются к нам, оценивают нас и продолжают курить. Полутемно, музыка Круга, по-моему. Короче, атмосферненько.

Таджики смотрели: один за своей группой, другой за своей. Который с нами пошёл — он разъебай был, любил погулять. А в баре гуляли серьёзные типы. Не буду называть организацию, но мы им явно не понравились. И они нас разъебали.

Началась какая-то буза в общем зале. Я снял скатерть — тёмно-бордовую, завязал на голове узлом, как плащ, получилось. Сделал шаг в зал — мне прилетело в ухо.

Проснулся уже все и всё разъебано. Даже охранник сидел понурый с травматом. При сопротивлении мало-мальски пострадало помещение.

Так я и ушёл в этом плаще.

Все мы ушли разъёбанные и слегка весёлые. Проблемы правда в дальнейшем были, но все решилось.

Грядёт какой-то пиздец в мире. Везде какая-то нездоровая канитель. Везде природные катаклизмы. Пол России затопило — россиян жалко. Мои родные люди всё равно, хоть я и живущий на задворках цивилизации русак. Я всё равно в душе очень переживаю. Духовная близость какая-то.

У вас холодно, у нас тут засуха конкретная — никогда так не было. Нам бы пол ваших осадков в виде дождя, а вам — половину нашей засухи.

А так во всём мире какой-то бардак. Непонятно, что творится. Беспокойство внутреннее заебало.

Всем терпения и внутреннего спокойствия в это время.

Купили мне в начале лета штаны из джинсы. «Бананы» назывались — такие широкие. Сказали: «В школу пойдёшь — будешь носить». А у меня ещё рубашка была с длинным рукавом, клетчатая такая.

Я одел это всё померить — и в натуре похож на ковбоя. Тогда ещё посмотрел в кинотеатре фильм про ковбоев. Короче, бабулька ушла на работу, я эти вещи одел и пошёл на улицу.

Срезал бельевую верёвку, сделал такой аркан. А шляпы нет ковбойской. А дома была тюбетейка — её одел. Подумал: ковбои лысыми не бывают. Меня каждое лето брили налысо.

Выхожу, повыебываться, а никого нет — все в лагерях и ещё непонятно где. А к соседке каждое лето приезжал внук из России — погреться к нам, фруктов поесть.

Смотрю, он едет на велике, на «Каме», как сейчас помню. Я свой аркан кидаю — и до сих пор непонятно, как так получилось. Петля схлопывается на его руке и руле. Короче, за кисть на руле поймал его. И двумя руками дёргаю — он падает, ломает руку.

Кипишь. Пизды сначала от соседки получил, вечером — от бабульки. На улицу запрет выходить.

Жил на первом, на окнах решётки. Сяду на подоконник, ноги свешу на улицу, руками за решётку. В соседнем подъезде жила бабка одна — меня пиздила постоянно. Она сидит на лавке, а я ору на весь двор: «Бабка Наташка — в жопе деревяшка!»

Пока сосед не выйдет — не начинает орать на меня.

А потом меня стали в лагерь отправлять. Два раза съездил — и оттуда выгнали.