28 сентября 2015 года в лондонском гастропабе The Marksman собралась компания, перед которой молодому английскому виноделию было довольно страшно выставлять свои бутылки. Дженсис Робинсон, Нил Мартин, Джейми Гуд, французские сомелье, журналисты и рестораторы получили двенадцать игристых вин вслепую. Восемь из них были Champagne и только четыре английскими. Все находились примерно в одной ценовой категории. Результат оказался почти вызывающим. Первое место занял Hambledon Classic Cuvée, второе Nyetimber Classic Cuvée Brut 2010, и только следом оказались Pol Roger Réserve Brut и Taittinger Réserve Brut. Английские вина не выиграли всю дегустацию подряд, Wiston оказался шестым, Gusbourne девятым, но два первых места в компании восьми Champagne уже невозможно было объяснить экзотикой, любезностью хозяев или британским патриотизмом. Событие не стало новым Парижским судом Стивена Спурье только потому, что к подобным сенсациям винный мир к 2015 году успел привыкнуть. В 1976 году сама мысль, что калифорнийское вино может вслепую победить великие французские образцы, разрушала привычную картину мира. Через сорок лет механизм сенсации был уже хорошо знаком. Неожиданная винная страна выставляет свои вина против признанной классики и выигрывает. Английское игристое оказалось далеко не первым, кто прошел этот путь. Однако для самой Англии 28 сентября стало логичным событием, в которой можно увидеть результат почти двух тысяч лет чрезвычайно странных отношений страны с виноградом и вином.

Виноград на Британских островах появился вовсе не в XXI и даже не в XX веке. Археология показывает, что лозу выращивали уже в римской Британии. Один из самых ранних объектов найден в Уолластоне, в долине реки Нен. Система длинных посадочных траншей вместе с пыльцой Vitis практически всеми специалистами интерпретируется как виноградник площадью не менее одиннадцати гектаров, существовавший, вероятнее всего, во II и III веках нашей эры. После нормандского завоевания виноградарство получило новый импульс. Виноградники существовали при монастырях, крупных поместьях и королевских владениях. Но Англия довольно рано столкнулась с обстоятельством, которое сильно отличало ее от большей части континентальной Европы. Ей оказалось значительно проще привезти хорошее вино, чем производить посредственное собственное. Островное положение здесь было преимуществом. До появления железных дорог и автомобилей море являлось главным европейским транспортным путем для тяжелых грузов. Бочку вина весом в несколько сотен килограммов было намного дешевле отправить кораблем из Бордо, Ла Рошели, Порту или Хереса, чем везти на телеге сотни километров по плохой дороге. Сами англичане, с присущим им специфичным чувством юморя, говорят о себе, что «качество английской кухни и красота английских женщин сделали англичан лучшими моряками в мире». Действительно, уже в XIII-XV веках у Англии были десятки портов, судоходные реки и быстро растущий торговый флот.

После брака Генриха II и Алиеноры Аквитанской связи с Бордо стали особенно тесными, а английский рынок превратился в один из важнейших для вин юго-запада Франции. Позднее к ним добавились портвейн, херес, мадера и марсала. Сложился парадокс, про который я часто шучу на лекциях «История вина» — Англия на протяжении столетий была одной из самых влиятельных винных стран Европы, управляющей тенденциями развития и торговли, не являясь сама винодельческой страной. Англичане покупали, перевозили, продавали, выдерживали и пили огромные объемы вина, а их спрос влиял на развитие Бордо, Порту и Хереса гораздо сильнее, чем что бы то ни было еще. Собственные английские виноградники при этом мало кому нужны и интересны.

Еще один тяжелый удар по местному виноградарству нанесла Реформация, но не потому, что протестантизм запретил вино. Англиканская церковь сохранила его в Евхаристии. Проблемой стало разрушение хозяйственной инфраструктуры, внутри которой существовала значительная часть средневековых виноградников. После разрыва Генриха VIII с Римом и Акта о верховенстве 1534 года в 1536, 1540 годах была проведена ликвидация монастырей. Более восьмисот религиозных домов закрылись, их земли и имущество перешли короне, а затем в значительной степени были распроданы светским владельцам. Монастырь был не только местом молитвы. Это был крупный землевладелец, хозяйство с постоянной рабочей силой, накопленным агрономическим опытом и способностью десятилетиями поддерживать участок, который не обязательно давал максимальную прибыль каждый год. Для виноградника такая устойчивость особенно важна. Новый собственник бывшей монастырской земли вполне логично мог решить, что зерно, выпас, шерсть или сад надежнее и выгоднее капризной лозы. Поэтому английская Реформация стала для виноградарства прежде всего институциональным обрывом. Одновременно началась наиболее холодная часть Малого ледникового периода. Эти обстоятельства сложились все вместе и сразу. Исчезли монастырские хозяйства, ухудшились климатические условия, а покупать хорошее чужое вино становилось экономически разумнее, чем бороться за свое. К XIX веку коммерческий виноградник в Англии уже воспринимался скорее как эксцентричное хобби, милое сельское чудачество пенсионеров.

Современное возрождение началось после Второй мировой войны. В 1952 году генерал майор сэр Гай Солсбери Джонс высадил лозы в Hambledon в Хэмпшире. Первые десятилетия английские виноградари решали задачу банального выживания винограда и надежного созревания. Поэтому в стране появлялись Мюллер Тургау, Райхенштайнер, Мадлен Анжевин, Сейваль Блан, Бахус и другие сорта, способные работать в прохладном климате. Из них делали главным образом легкие белые вина. Они доказывали, что Англия технически способна производить вино, но не отвечали на более важный вопрос, зачем миру английское вино, если рядом существует Франция. Перелом произошел тогда, когда виноделы перестали воспринимать холод как недостаток и попытались понять, для какого стиля он может стать преимуществом. Ответом оказалось игристое. В южной Англии есть районы с меловым основанием, особенно в Хэмпшире и Сассексе. В Hambledon виноградники лежат на так называемой меловой формации Ньюхейвен, мощных пластах белого мела позднемелового возраста. Это геологическая формация, а не название почвы в строгом агрономическом смысле. На ней уже формируются конкретные почвы виноградника. Мел обеспечивает хороший дренаж и позволяет корням уходить в трещиноватую породу, а сама геология напоминает некоторые части Шампани. Но представление, будто весь юг Англии является простым продолжением шампанского мела через Ла Манш, слишком упрощает реальность. Английские лозы растут также на глинах, суглинках, песчаниках и зеленых песках. Главное преимущество юга страны оказалось не в возможности копирования французских условий, а в сочетании долгого прохладного созревания, высокой естественной кислотности, подходящих экспозиций и постепенно теплеющего климата.

Решающим шагом стали посадки классических сортов Шампани. В 1988 году Nyetimber сделал ставку на Шардоне, Пино Нуар и Менье вместо того, чтобы продолжать искать исключительно раннеспелые северные сорта. Первый серьезный результат пришел с Blanc de Blancs урожая 1992 года. За Nyetimber последовали Ridgeview, Gusbourne, Wiston и другие. Англичане не изобрели новую технологию. Они взяли традиционный метод, вторичное брожение в бутылке, выдержку на осадке, ремюаж и дегоржаж, и выяснили, что климат, который мешал стране делать убедительные тихие вина, чрезвычайно хорошо подходит для производства базы с высокой кислотностью и умеренной сахаристостью. Одновременно климат продолжал меняться. Южная Англия оставалась прохладной и рискованной, с весенними заморозками, дождями, милдью и ботритисом, но Шардоне и Пино Нуар стали вызревать значительно надежнее.

Через шесть десятилетий после первых посадок игристое Hambledon оказалось выше Pol Roger и Taittinger. С учетом того, что к этому времени уже сами производители Шампани начинали смотреть на Англию не как на забавного северного конкурента, а как на место для собственных инвестиций, это было важным моментом. Taittinger вместе с британским партнером создал в Кенте Domaine Evremond, посадив Шардоне, Пино Нуар и Менье. Это было, возможно, более важным признанием, чем любая медаль и сенсация.

За десять лет после той дегустации масштаб отрасли радикально изменился. По последним данным WineGB и Wine Standards, общая площадь британских виноградников сейчас составляет около 4,84 тысячи гектаров, то есть примерно в пять с половиной раз больше, чем на рубеже тысячелетий, и более чем вдвое больше уровня 2015 года. Зарегистрировано 1158 виноградников, причем 779 из них относятся к коммерческим. Главным центром остается юго восток. Кент имеет около 1239 гектаров, Сассекс более 1130, Эссекс около 469, Хэмпшир около 426. Однако виноградники больше не ограничиваются привычным поясом вдоль Ла Манша. Они распространяются на запад, север и в районы, которые еще двадцать лет назад воспринимались как слишком холодные. WineGB уже говорит о виноградниках от Корнуолла до Йоркшира и даже о первых посадках в Шотландии. В 2025 году отрасль получила второй по величине урожай в своей истории, около 16,5 миллиона бутылок. Год оказался одновременно одним из самых ранних и самых зрелых за время наблюдений. Средний потенциальный алкоголь винограда поднялся примерно до 10,5 процента, а отдельные производители начали сбор уже в конце августа.

Самое интересное сегодня состоит в том, что Англия постепенно выходит из роли страны исключительно игристого вина. Традиционный метод по прежнему остается ее главным международным козырем. На WineGB Awards 2026 именно такие вина получили почти 62 процента золотых медалей среди всех золотых наград конкурса, а 91 процент представленных игристых был произведен традиционным методом. Но второй год подряд тихих вин на конкурсе оказалось больше, чем игристых, и они получили больше медалей по общему числу. Особенно быстро растет значение тихого Шардоне. В 2026 году на него пришлось более половины золотых медалей в категории тихих вин. Пино Нуар также становится все серьезнее, особенно на удачных участках Кента, Сассекса и Эссекса. Потепление позволяет собирать более зрелый виноград, и то, что двадцать лет назад считалось редким успехом исключительного года, постепенно становится отдельным направлением отрасли. Бахус сохраняет положение почти фирменного английского белого сорта, но рядом с ним появляются Совиньон Блан, Гаме, Рислинг и даже небольшие посадки Альбариньо, Мерло, Каберне Фран, Сира, Шенен Блан и Неббиоло.

Меняется и география качества. Кент и Сассекс остаются лидерами, но на западных территориях, прежде всего в Хэмпшире и Дорсете, число высоко оцененных вин быстро растет. Одновременно формируется региональная идентичность. Английское виноделие начиналось как единая северная экзотика, где главным достижением считался сам факт созревания винограда. Теперь производители все чаще говорят о различиях мела Кента и Сассекса, глин Эссекса, зеленых песков и почв западных графств. WineGB прямо отмечает, что отрасль только входит в эту стадию и что вокруг общих почв и микроклимата начинают складываться локальные группы производителей. Другой заметный тренд связан с тем, что теплые годы позволяют дольше держать виноград на лозе. Урожай 2025 года WineGB назвала потенциально особенно сильным для тихих Шардоне и Пино Нуар. Это не означает, что Англия превращается в Бургундию. Скорее меняется само соотношение возможностей. Климат, который раньше позволял получить великолепную кислотность, но часто не давал полноценной зрелости для тихого вина, теперь все чаще способен обеспечить и то и другое.

Поэтому значение дегустации 28 сентября 2015 года совсем не в том, что «Англия победила Шампань». Такой вывод был бы слишком простым. Она показала другое. Исчезла необходимость давать английскому игристому скидку за происхождение. Лучшие образцы стало возможно поставить вслепую рядом с хорошим Champagne и обсуждать уже не нелепость самого существования английского вина, а качество конкретной бутылки. Страна, которая веками предпочитала строить корабли и привозить хорошее вино из чужих портов, сначала научилась делать свое игристое, а теперь постепенно выясняет, насколько большой винной страной вообще может стать.

Великобритания передала Украине чертежи ракет Storm Shadow и столкнулась с ожидаемой реакцией России, пишет DM. Лондон обвинили в прямом участии в конфликте и вынесли ясное предупреждение. Читатели издания предложили альтернативный заголовок для этой новости.

Россия выступила с резкой угрозой в ответ на решение Великобритании предоставить Украине засекреченные ракетные технологии.

Москва обвинила Великобританию в соучастии в конфликте после того, как Энди Бернем прибыл в Киев со своим первым зарубежным визитом.

Премьер-министр объявил, что европейская оборонная фирма MBDA получила разрешение на обмен информацией о британских комплектующих для дальнобойных ракет Scalp — французской версии Storm Shadow.

Он заверил, Великобритания ни за что не ослабит поддержку Украины в борьбе с "путинской агрессией" и назвал угрозы Москвы в адрес Лондона "возмутительными" (Россия не проявляет ни к кому агрессии и заявляет о готовности отстаивать свои интересы — прим. ИноСМИ).

Однако пресс-секретарь Кремля Дмитрий Песков снова повысил ставку в этой игре: "Британия участвует в этой войне. Участвует в этой войне на стороне киевского режима".

"Британия методично и регулярно подливает масло в огонь украинского конфликта. И методично и регулярно строит козни с тем, чтобы не допустить хоть какого-то развития мирного процесса урегулирования. Именно этим занимается Великобритания", — заявил Песков.

Он добавил, что Вооруженные силы России "проводят работу по выявлению мест производства ракет и другого оборудования для ВСУ" и впоследствии "принимают меры по ликвидации этих объектов".

В минувшие выходные стало известно, что посол России был отозван из Лондона на фоне дальнейшего ухудшения отношений.

Благодаря решению Великобритании высокоточные ракеты SCALP, которые изготавливаются с использованием как британских, так и французских технологий, теперь могут выпускаться на Украине.

Это оружие имеет решающее значение для ударов по целям в глубоком тылу России.

Комментарии читателей Daily Mail:

MrsEdiePegden

Наша страна в руинах, а у власти первоклассный идиот. Уже тут как тут у Зеленского с ракетными технологиями под мышкой. Какой же он тупица! Мы раздаем миллионы беженцам, а тем, кто действительно в этом нуждается, — по нулям. Это же не высшая математика, правда? Уж простите за каламбур.

BugleFileThread

Значит этим на оборону — кучу бабла, а нам — так ничегошеньки?!

RadiusFarmPearl

Помните, Бернем, Стармер и Джонсон, что посеете, то и пожнете!

Cedar26

Да Путину даже нападать на Великобританию незачем.

Ему достаточно накупить побольше дешевых лодчонок с подвесными моторами и отправить их во Францию.

Остальное сделают беженцы и наше собственное правительство.

Собственно, результат уже налицо.

Bruce SpringClean

Не премьер, а еще один украинский подлиза. Помог бы сперва собственной стране, левак безмозглый!

MusicStemCopy

Ну, я лично из-за Путина сон и покой точно не потеряю. Но мне надоело, что мы выписываем украинцам чеки на предъявителя один за другим, хотя у нас у самих проблем хватает.

peoplesprophet

Любопытно.

1) Искренне надеюсь, у нас есть идеи получше.

2) Искренне надеюсь, у нас будет "стоп-кран", чтобы это прекратилось.

3) Искренне надеюсь, они учли, что эти технологии рано или поздно попадут в Россию.

Taxpayer9

Маленький вопросик: почему русским "вторгаться" на Украину нельзя, а афганцам и эритрейцам в Британию — сколько угодно?

H E

Бернем надеется, что в обмен на чертежи Зеленский свяжет его с ребятами, которые клепают золотые унитазы.

Golden goollies

Вообще-то лезть на рожон против России довольно опрометчиво. У нас жалкая армия, в которой не наберется и 80 тысяч штыков, почти не осталось флота и ВВС. Русские разделаются с нами за сутки, если захотят. О чем только наше правительство вообще думает?

Rachidfrom notts

Бернем играет со спичками, а обожжемся мы все.

PushTheoryNest

Бернем, как и целая вереница его предшественников, — ходячая катастрофа, которую нельзя подпускать к политике на пушечный выстрел. Тупее этого шага и придумать нечего!

Pete Concrete

В кои века соглашусь с Путиным. Это ни в какие ворота не лезет. "Герои", которые на это решились, хотя бы отдают себе отчет в том, что перед ракетами неприятеля мы вообще беззащитны?!

sailor 1943

Бернем — первостатейный дуралей. Даже Трамп пошел на попятную и не стал разглашать самой коррумпированной странишке в Европе военную тайну, которая тут же будет у китайцев.

Caoineadh

Позвольте, я перепишу для вас заголовок: "Бернем пообещал Украине бесконечную помощь за счет британских налогоплательщиков". А нас чего не спросили, а?

DirtTopTrilby

А ведь было время, когда за передачу военных чертежей судили за госизмену.

Источник:

https://inosmi.ru/20260824/rakety-279834725.html?in=t

https://www.rbc.ru/politics/24/08/2026/6a8c66c722301cf3f3efb...