Тем временем хохлы летают на какихто Мессершмиттах и, откинув фонарь, из автомата как в тире расстреливают Герани. Которые падают как миленькие. И хочется спросить: а в чем, блядь, у нас проблема сделать ровно то же самое? Ну, кроме медведомственной импотенции, когда никто не готов ни за что отвечать. "А вдруг этот мессершмитт в воздухе перевернется, а стрелок выпадет нахуй и разобьется??? Запретить!" Видимо, такие мотивы. Лучше пусть склады горят на сотни тыщ метров и десятки тыщ коммерсов разоряются. Зато мужик с автоматом будет защищен от случайного выпадания из своего самолетика)) А чиновник прикроет свою жопу от лишних рисков.
Нащупайте, пожалуйта, хуй у себя в штанах) И хотябы просто скопируйте то, что работает у противника. Без оправданий этих уебищных, почему так делать нельзя. Страна скажет вам "спасибо". Просто вот видео, спизженное с хохлячих чатиков, где люди работают и показывают результат. А значит все охуительные теории о том, что так делать нельзя, что это опасно и неэффективно – слиты в унитаз, а их апологеты политы уриной с головы до ног. Теоретики ебаные, вас только что опровергли)
Вот в чем объективно имеется преимущество у противника - это в управленческой гибкости при решении тех или иных задач.
Использование легкомоторной авиации для борьбы с ударными и разведывательными БПЛА, вполне себе разумный и результативный вариант. Враг это уже несколько лет практикует. С нашей стороны стали привлекать тяжёлые боевые вертолеты, и экспериментируют с лёгкими самолётами в Барс Сармате. И всё. При этом пролёт ударных БПЛА противника например в сторону Крыма и Краснодарского края, идёт над морской поверхностью Черного и Азовского морей. И проводить регулярные полёты "на отстрел", особенно если оборудовать средствами для полета ночью, связью, прицельными комплексами.
И во внутренних регионах, они тоже могут успешно применяться. В конце концов если дроны врага пролетели эшелоны с плотным размещением ПВО, то только воздушные платформы могут обеспечить достаточный уровень подвижности, чтоб сконцентрировать усилия и перехватить ударные БПЛА. Напомню что до самых удаленных объектов добирались от силы 2-3 дрона, и в светлое время.
Правда злые языки говорят что часто пассажирские вертолеты и самолёты ЛМА не хочет согласовывать Минтранс, и если это так, то это очень прискорбно. Впрочем остаются частники, остаётся возможность просто купить за рубежом, самолёты ЛМА стоят недорого. Просто нужно осознание, угроза от БПЛА не имеет простого ответа, волшебной кнопки "всех убить". Это требует комплексного решения, эшелонированной системы, и включения всех элементов, которые хотя бы немного дают результат. Чтобы парировать массовость атаки тем, что стачивать эти стаи, дополняя взрослое ПВО. И применять при этом правила мирной жизни, которые мешают эффективному перехвату - на грани преступления.
Я уже два года пишу о том, что крупные компании и госмонополии должны самостоятельно закрывать небо над своими объектами. По российским НПЗ прилетает уже по несколько раз в неделю. Бизнес будет мотивирован потерей прибыли, а это лучшая мотивация для инноваций.
Делаться все будет намного быстрее, чем при бесконечных государственных тендерах и приемках. Резко снизится коррупционная составляющая. Массовое производство дешевых антидроновых систем — это рынок будущего. Если его открыть, то в России, с нашим человеческим капиталом, очень быстро появятся десятки инновационных решений.
Государству нужно просто немного отпустить вожжи тотального контроля над всем и вся и дать ход частным инициативам. Либо же продолжать наблюдать за тем, как постоянно горят НПЗ и прочие стратегические объекты по всей стране.
26 июня также приняли закон №192-ФЗ — он упрощает строительство объектов ПВО: разрешает закупки без конкурсов, отменяет часть лицензий и согласований. Это ускоряет возведение защитных сооружений, но закон касается только неотложных государственных мероприятий, он не создаёт правовое поле для частных боевых расчётов на предприятиях. Нормативной базы именно под частную ПВО пока нет. Когда её примут, останется решить ещё много вопросов: статус «уполномоченного предприятия» (дает право законно создавать и содержать собственное подразделение ПВО для защиты своих объектов), требования к компаниям и персоналу, порядок взаимодействия с армейской ПВО, правила передачи и учёта оружия.
А удары по нашим объектам идут каждый день.
Брать надо то, что уже обкатано на Украине.
Первое — нормативные акты по образцу постановления №1506: чёткий статус «уполномоченного предприятия», требования к компании и персоналу, порядок взаимодействия с армейским ПВО.
Второе — обязательная интеграция в общую сеть ПВО. Частные радары и сенсоры обязаны работать в едином контуре с военными, иначе будет взаимная засветка и помехи для РЭБ. Разрешение на огонь — только от командования.
Третье — деньги бизнеса и временное вооружение от государства. Предприятие платит за технику, обучение, зарплаты; Минобороны передаёт средства ПВО на время, с возвратом, и боеприпасы.
Четвёртое — упор на дешёвые массовые средства против дронов, а не на дорогие ракеты. Автоматические турели, дроны-перехватчики, РЭБ.
Пятое — аутсорсинг для тех, кто не тянет собственные расчёты частного ПВО. Крупный завод создаёт группу сам, средний бизнес нанимает специализированную охранную компанию по типу украинского «Триария». И те и другие проходят единый стандарт обучения. На Украине частная ПВО уже стала «новым стандартом защиты» и работает в бою. У нас есть поручения президента, принятый закон под инфраструктуру ПВО и готовность бизнеса вкладываться. Не хватает только нормативных актов под сами частные расчёты. Каждый день промедления нам обходится слишком дорого.
Пока наши думают и готовят законопроект, у врага все уже работает.
В марте 2026 на Украине заработало частное ПВО — решением Кабмина №1506 от 19 ноября 2025 года предприятия любой формы собственности — и государственные, и частные — получили право формировать собственные группы ПВО и самостоятельно закупать средства ПВО и РЭБ, вплоть до боевых систем.
Условий для этого всего три. Нужно иметь охранную лицензию, быть в реестре исполнителей госконтрактов или иметь статус объекта критической инфраструктуры. Также мобильные огневые группы обязаны интегрироваться в единое командование Воздушных сил ВСУ, а персонал этих частных групп ПВО обязан пройти подготовку в МО. Подразделения в обязательном порядке подключают к SkyMap — общенациональной системе ситуационной осведомлённости ПВО.
Пока «Роснефть» обороняется строительными лесами, тросами и контейнерами, Украина за полтора года построила то, чего нет ни у кого в мире — частно-государственную «дроновую ПВО». Перехватчики «Sting», «Bullet», «Octopus», P1-SUN имеют скорость 300–450 км/ч и очень низкую стоимость — от $1 до $5 тыс. Для сравнения: «Герань» стоит $20-50 тыс, зенитная ракета — порядка $100 тыс. Поставлена задача выпускать 1000 перехватчиков в сутки.
К системе частного украинского ПВО сейчас подключены, по разным данным, 16-19 частных компаний. Технологии постоянно совершенствуются. Были данные, что одна из украинских бригад сбивает «Герани» дронами, запущенными с морских беспилотников. Компания Brave1 доводят до ума рои дронов с ИИ.
А у нас «Варвар» только-только обещают передать ЧОПам, и закон под это ещё даже не зарегистрирован в Госдуме. Украина за это время прошла путь от прототипа до серии.
Я уже писал, что немецкие бомбардировщики Messerschmitt, Junkers и Heinkel были пострашнее украинских беспилотников. И их было несопоставимо больше. Но советская система ПВО в основном справлялась.
В 1941 году у СССР не было сплошного радарного поля, но небо не было слепым. По всей стране стояли посты ВНОС — воздушного наблюдения, оповещения и связи. Колхозники, учителя, студентки с биноклем, таблицей силуэтов самолётов и телефонной трубкой. Услышал гул — определил тип машины. Передал на следующий пост. Тот — дальше. За минуты данные уходили в штаб ПВО.
Система ВНОС создавала сплошное поле наблюдения глубиной до 250 км вокруг каждого важного объекта. К 1942 году в ней работало более 500 000 человек. Половина — женщины и подростки.
Немецкие пилоты докладывали командованию: русские встречают нас так, будто знали заранее. Они и знали. Просто радарами были люди.
А сегодня? Сегодня радары есть. РЛС «Небо», «Подлёт», «Противник» видят цели за сотни километров. С-400 ведёт одновременно десятки целей. РЭБ глушит навигацию. На бумаге — непробиваемый купол.
На практике украинские дроны точечно прорывают наше ПВО в Туапсе, Москве, Ленинградской области и других. Притом иногда дважды — один и тот же объект. Обратите внимание, Москва — самый насыщенный ПВО город.
Почему так? Потому что современные радары строились под другую войну. Под крылатые ракеты, под пилотируемые самолёты. Малый дрон из пластика — совсем другая цель: его эффективная площадь отражения в 100 раз меньше самолёта. Стандартные РЛС обнаруживают его на дистанции 3–8 км — это уже почти над головой.
Но радар — это ещё полбеды. Главная проблема — перегрузка системы. Когда в воздухе одновременно летит рой из нескольких десятков БПЛА с разных направлений, зенитно-ракетные комплексы расходуют весь боекомплект, но часть дронов всё равно прорывается. ВСУ отправляют много дронов, в том числе ложных, чтобы перегружать радары и пусковые установки вокруг самых охраняемых объектов.
У Украины, для сравнения, уже есть эшелонированная система обнаружения: разведка, засекающая запуски; сеть радаров под малоскоростные низколетящие цели; акустические датчики, ловящие дроны по звуку двигателя; мобильные группы перехвата с дронами-охотниками. Более двадцати частных компаний ПВО, каждая из которых включена в общую с МО информационную систему. На Украине сделали ставку на зенитные дроны. Мы тоже движемся в этом направлении, но пока отстаём.
Специалисты пишут о том, что в России до сих пор нет интегрированной системы ПВО против БПЛА — ни сети датчиков по глубине страны, ни автоматического обмена данными между ними. Можно было бы сказать, что специалисты врут. Что всё есть. Но если бы было, то и результат был бы другим.
Главное отличие советских подходов в том, что в 1941-м система была сквозной: от маршала до девочки на крыше сельсовета — единая цепь, единая ответственность.
Гражданская компонента ПВО была частью государства. Сегодня этой цепи нет. Полмиллиона наблюдателей ВНОС никто не заменил цифровым аналогом, а гражданского участия — ноль. Советская система разрушена, новая не создана.
В 1941-м без единого современного прибора люди были живым щитом неба. Сегодня есть всё — технологии, ракеты, спутники, но результат хотелось бы, чтобы был лучше.
ЗСУ-23-4 «Шилка» является по праву одной из визитных карточек Советской Армии на протяжении 1960-1980-х годов. В случае большой войны эти зенитные самоходки своими 23-мм скорострельными пушками должны были прикрывать танковые клинья, прорывающиеся к Ла-Маншу. Неудивительно, почему образ «Шилки» часто можно встретить в разных фильмах и играх об этом историческом периоде.
Именно о ЗСУ-23-4 пойдет речь в этой статье: расскажу немного о создании, основных компонентах, возможностях, а также о том, как «Шилка» сначала вообще не имела себе равных, а затем устарела и не получила серьезных модернизаций.
Создание
Работы по «Шилке» стартовали согласно постановлению Совмина СССР от 17 апреля 1957 года одновременно еще с несколькими системами: «Днепр», «Волга» и «Енисей».
О них я рассказывал в прошлой статье, поэтому не буду повторяться, но кратко напомню, что только недавно запущенная в серию (по разным данным, в 1955 или 1957 годах) ЗСУ-57-2 не в полной мере отвечала современным требованиям. Она обладала существенной огневой мощью, однако не имела систем обнаружения и наведения, который могли бы помочь в борьбе со стремительно развивающейся реактивной авиацией.
Кроме того, советская разведка наверняка сообщила о появлении в США 40-мм ЗСУ M42A1 Duster с радиолокационным прицельным комплексом M50, который обеспечивал обнаружение и автоматическое сопровождение целей.
ЗСУ M42A1 Duster c РЛС
Головным предприятием по теме назначили Мытищинский машиностроительный завод и его ОКБ-40 под руководством выдающегося конструктора легкой бронетехники Николая Астрова.
Первоначально в качестве базы была выбрана САУ СУ-85 (в литературе обычно обозначается как АСУ-85), но при создании радиолокационного прицельного комплекса и других систем не уложились в рамки по массе: на серийных машинах она достигала 19 тонн против 15 у СУ-85.
СУ-85
Поэтому пришлось создавать на ее основе свое шасси (ГМ-575) и менять силовую установку на более мощную: вместо двигателя ЯАЗ-206В мощностью 200 л.с. (аналогичные ставились на «КрАЗы») установили 280-сильный В-6Р (рядная 6-цилиндровая версия В-2).
Также машину оснастили газотурбинной вспомогательной силовой установкой (ВСУ) мощностью 74 л.с., которая позволяла раскручивать генератор на стоянке без траты ресурса основного двигателя. Интересно, что генератор мог работать как отдельно от ВСУ или основного двигателя, так и одновременно от обеих силовых установок.
При создании артиллерийской части велосипед изобретать не стали: за основу взяли 23-мм зенитный автомат 2А14, используемый на буксируемой зенитной установке ЗУ-23-2. Орудие на тот момент было новым, на начало работ по «Шилке» его даже еще не приняли на вооружение — сделают это в 1960 году. Тем не менее, «Зушку» испытывали еще с 1955 года, и она уже активно поступала в части ВДВ. Такое решение не только позволяло существенно ускорить работы, но и обеспечивало унификацию в будущем по боеприпасам и запчастям.
ЗУ-23-2
Для «Шилки» разработали счетверенную пушку АЗП-23 «Амур» из четырех зенитных автоматов 2А7. По сравнению с 2А14 от «Зушки» они получили водяное охлаждение, пневматическую перезарядку и электроспуск, а также другое дульное устройство. Первоначально ресурс ствола составлял 3500 выстрелов, позднее его довели до 4500 после замены сварных трубок охлаждения на гибкие. Боекомплект состоял из 2000 выстрелов, в лентах обычно чередовались четыре снаряда ОФЗТ (осколочно-фугасный зажигательный трассирующий) и один БЗТ (бронебойно-зажигательный трассирующий). После каждых 40 патронов шел выстрел с размеднителем для повышения ресурса стволов.
Зенитный автомат 2А7. Поздняя версия с гибкой трубкой охлаждения
Огонь обычно велся короткими очередями, но техника позволяла делать и длинные – до 50 выстрелов, после чего обязательно требовалось сделать паузу на 2–3 секунды. Также перерыв на 10–15 секунд делался после каждых 120–150 выстрелов обязательно делался для охлаждения стволов. Темп стрельбы составлял 3900–4000 выстрелов в минуту.
Поскольку зенитные автоматы питались из заранее уложенных лент, в экипаже не было заряжающих. Всего комплексом управляли четверо: командир, старший оператор (оператор поиска), оператор дальности и мехвод.
А еще «Шилка» немного унифицирована с Т-54: у среднего танка позаимствовали шариковую опору башни. Но для ЗСУ повысили точность изготовления.
За обнаружение, сопровождение и автоматизированное поражение целей отвечал радиолокационный прицельный комплекс (РПК) «Тобол», создание которого поручили ОКБ-357 (ныне входит в «ЛОМО») и ОКБ-668 ГКРЭ (тульский завод «Арсенал»). О нем я расскажу чуть дальше.
Далее в тексте много раз будет встречаться аббревиатура РПК. В этом тексте она расшифровывается исключительно как «радиолокационный прицельный комплекс». Ручной пулемет Калашникова к ЗСУ-23-4 никакого отношения не имеет.
Испытания
Первый опытный экземпляр «Шилки» собрали в декабре 1960 года, до августа 1961-го прошли заводские испытания, а с 26 августа по 24 октября — государственные. Одновременно испытывали конкурента в лице ЗСУ-37-2 «Енисей».
В ходе испытаний из «Шилки» произвели 14 194 выстрелов, время работы РПК составило 172 часа, а общий пробег — 1490 км.
Одна из ранних ЗСУ-23-4
АЗП-23 показала себя надежно — получено всего 7 задержек и 7 поломок, что было значительно меньше, чем допускалось по тактико-техническим требованиям (ТТТ). Силовые приводы наведения пушки работали достаточно плавно, стабильно и надежно.
А вот РПК «Тобол» в требования уложился не по всем параметрам. Так, воздушная цель в лице МиГ-17 после получения целеуказания по радиотелефону при секторном поиске 30 градусов была обнаружена на расстоянии в 12,7 км вместо 15 км по ТТТ.
Дальность автосопровождения цели со скоростью 200 м/с (720 км/ч) на испытаниях составила 9 км на приближение и 15 км на удаление, при этом были сделаны расчеты, согласно которым РПК мог сопровождать цели со скоростью до 450 м/с (1620 км/ч).
ЗСУ 37-2 «Енисей»
По сравнению с ЗСУ «Енисей», «Шилка» показала себя лучше при поражении низколетящих целей: при стрельбе по самолетам МиГ-17 и Ил-28 на высоте 200 и 500 м ЗСУ-23-4 оказалась эффективней почти в 2 и 1,5 раза соответственно.* При работе по целям на высоте в 1000 метров вероятность поражения у обеих систем была равна, а дальше «Шилка» начинала уступать: по цели на высоте 1500 к вероятность поражения была чуть выше у «Енисея», а затем начиналось его тотальное преимущество, поскольку самолеты на высотах в 2000 и 3000 м «Шилка» просто не доставала из-за характеристик 23-мм снарядов.
*Во всех перечисленных выше случаях скорость цели составляла 250 м/с, наклонная дальность 500 м.
Получается, что «Шилка» и «Енисей» дополняли друг друга: первая лучше работала на высотах до 500 м, второй — от 1000 м. При этом полноценными конкурентами они не являлись: ЗСУ-37-2 планировали для вооружения танковых полков, а ЗСУ-23-4 для прикрытия мотострелковых подразделений и ВДВ. «Енисей» был чуть дороже (400 тысяч рублей против 300 тысяч), но разница не считалась критичной.
ЗСУ-37-2 «Енисей»
Также обе машины были унифицированы с уже освоенными в производстве или к нему готовящимися образцами техники. Так, «Шилка» имела частичную унификацию по шасси с СУ-85, а по вооружению — с ЗУ-23-2. «Енисей», в свою очередь, был унифицирован по шасси и РПК с ЗРК «Круг», а по вооружению — с буксируемой установкой «Шквал», выпущенной небольшой серией в конце 1950-х. Тут, правда, стоит отметить, что 23-мм снаряды массово производились и имелись на складах, то выпуск 37-мм боеприпасов необходимо было разворачивать.
Вероятность поражения целей из ЗСУ «Шилка» и буксируемых установок
По итогам испытаний комиссия рекомендовала строить серийно обе ЗСУ. Однако 5 сентября 1962 года вышло постановление о принятии на вооружение только ЗСУ-23-4 «Шилка», а через две недели, 20 сентября, последовало другое постановление — о прекращении работ по «Енисею». Возможные причины такого решения я в очередной раз рассматривать не буду, поскольку уже перечислял тут и тут, однако это только догадки, поскольку никаких документов, в которых оно объяснялось, нет. При этом премии по итогам выполненных работ в равной степени получили команды конструкторов обеих систем.
Ранние ЗСУ-23-4В на параде 7 ноября 1967 года. Ранние машины внешне легко отличить по ящиках ЗИП на скулах башни. Модификация "В" была направлена на улучшение надежности основных узлов и агрегатов, в основном, РПК
В войска ЗСУ-23-4 стали поступать в 1965 году и сначала соседствовали с еще не снятыми с вооружения ЗСУ-57-2. Например, в танковом полку могла по штату быть батарея «Шилок» и батарея ЗСУ-57-2. Позднее мотострелковые и танковые полки получили типовую зенитную батарею из взвода ЗСУ с четырьмя «Шилками» и взвода ЗРК: «Стрела-1», а позднее «Стрела-10».
Зенитная ракетно-артиллерийская полковая батарея на учебных занятиях. 14-я армия, Приднестровье, апрель 1995 года.
Равных нет
Производство «Шилки» удалось развернуть с запозданием, в 1964 году. Виной тому были выявившиеся дефекты АЗП-23: ненадежный отвод стрелянных гильз, проблемы с охлаждением стволов и механизмом вертикального наведения. Со временем их удалось победить, и к концу 1960-х собирали по 300 машин в год.
ЗСУ-23-4В1 «Шилка» и вездеход ГТ-Т с ЗУ-23-2
В 1960-х и вплоть до разворачивания серийного производства немецких ЗСУ Gepard в 1973 году «Шилка» не имела себе равных во всем мире. Ни у кого больше не было серийной самоходной зенитной самоходной установки, способной в автоматизированном режиме обнаруживать, сопровождать и поражать воздушные цели.
ЗСУ Gepard
Например, у американцев до 1970-х годов основной ЗСУ был M42 Duster. Зенитка хорошая, но в серийном исполнении она так и не получила РЛС: машина со станцией M50 так и осталась в единственном экземпляре.
ЗСУ M163 Vulcan
Появившаяся в 1967 году ЗСУ M163 Vulcan на базе M113 с шестиствольной 20-мм пушкой M61 имела только радиолокационный дальномер AN/VPS‑2, обнаружение же осуществлялось визуально.
Можно также вспомнить весьма интересную ЗСУ T249 Vigilante, которая создавалась в те же годы, что «Шилка». Там был и современный РПК, и мощнейшая 37-мм шестиствольная (!) пушка. Вот только программу закрыли в 1961 году, поскольку посчитали более перспективными ракетные системы.
ЗСУ T249 Vigilante
Так что в первое десятилетие производства и службы равных «Шилке» во всем мире действительно не было.
Как работал «Тобол»
Рабочее место оператора наведения
Хорошо. На «Шилке» был современный РПК, а другие серийные ЗСУ того времени его не имели. Это понятно. Но на что же он был способен? Давайте рассмотрим.
«Тобол» работал в пяти режимах.
1) Автоматическое сопровождение. В этом режиме РЛС определяет угловые координаты и дальность, и передает данные о цели в счетно-решающий прибор, представляющий собой аналоговую (!) ЭВМ. Прицельный комплекс вырабатывает данные для стрельбы, в том числе с учетом качки и рыскания (возможна стрельба с ходу на скорости до 25 км/ч) и автоматически наводит пушки в нужную точку. Оператору поиска или командиру остается только открыть огонь.
Прицельная сетка в первом режиме. Всего у визирного устройства шесть сеток: перекрестье для первого, второго и третьего режимов, четыре сетки под разные скорости цели для четвертого режима и дальномерная сетка для пятого режима
2) Второй режим применяется, когда РЛС забита помехами или ее система управления неисправна. В нем угловые координаты РПК получает от левой (основной) головки визира, которую оператор поиска вручную наводит на цель. На основе полученных данных РПК рассчитывает данные для стрельбы и наводит орудие в нужную точку при помощи силовых приводов.
Визирное устройство. Слева сверху основная головка визира (для режимов 1-3), справа прицел-дублер (режимы 4-5)
3) В третьем режиме (по запомненным установкам — ЗУ), который использовался при риске срыва автосопровождения из-за помех или высокой угловой скорости цели при потере цели выдавались данные для стрельбы в точку, куда цель пришла бы, продолжая движение в том же направлении и с той же скоростью. Перед включением режима ЗУ необходимо, чтобы РПК некоторое время проработал на режимах 1 или 2 и получил необходимые данные.
4) В четвертом режиме наведение осуществляется вручную через прицел-дублер без использования РПК. Упреждения вводятся по ракурсным кольцам прицела-дублера. Всего таких сеток четыре: они рассчитаны для скоростей цели 60, 120, 220 и 300 м/с при средней дальности 1000 м и угле места 7-50 градусов. Сетки отображаются в режиме «Дублер» при двукратном увеличении.
Сетка с ракурсными кольцами для третьего режима. Сверху указана скорость цели в метрах в секунду.
5) Пятый режим предполагает работу по наземным целям при помощи прицела-дублера. Наводка осуществляется при помощи силовых приводов или приводов ручного наведения.
Дальномерная сетка для пятого режима. Сетка отображается в режиме «Дублер» при шестикратном увеличении
На практике, конечно, всё не так идеально, как на полигоне при испытаниях. Например, встречаются утверждения, что РПК с трудом брал цели на сопровождение на дальности меньше 7-8 км из-за большой угловой скорости перемещения.
Также при переходе с обнаружения на автосопровождение цель нередко терялась. Во время эксплуатации выявились и другие проблемы. Например, газотурбинная силовая установка зачастую сбоила, из-за чего приходилось гонять «дизель» долгое время на малых оборотах для работы генератора. Это негативно сказывалось на его ресурсе. Всплывали и другие «болячки», с которыми постепенно боролись в ходе модернизаций.
Почему быстро устарела
Как бы ни хороша была «Шилка», к 1980-м годам она уже серьезно устарела. И этому имелись две причины: вооружение и элементная база.
Еще до разворачивания серийного производства, в 1963 году, поднимался вопрос о недостаточной мощности 23-мм боеприпасов, что ограничивало как характеристики по дальности и высоте поражения целей, так и наносимый им урон, поскольку в 23-мм ОФЗТ снаряд трудно вместить достаточного взрывчатого вещества.
Учебный 23-мм снаряд
Если в середине 1960-х предельная высота поражения целей в 1500 м считалась вполне достаточной и очень сильно затрудняла прицельное бомбометание по таким малоразмерным целям, как танки, то в 1980-х у стран НАТО уже появились в достаточных количествах вертолеты с ПТРК (TOW, HOT, а затем и Hellfire) и самолеты с различным управляемым вооружением: разными бомбами с лазерным наведением и, например, ракетами AGM-65 Maverick.
UH-1 с ПТРК TOW, которые американцы успешно применяли в конце войны во Вьетнаме
Да, безусловно, «Шилки» по-прежнему могли подловить кого-нибудь из засады. Однако главная задача зенитчиков, прикрывающих танкистов или мотострелков, другая — не позволить авиации точно отработать по своим подопечным. И если в начале 1960-х для нанесения точных ударов бомбардировщикам и штурмовикам требовалось максимально снижаться и подставляться под огонь ЗСУ, то теперь зенитки им не мешали. А еще и появились очень опасные для техники вертолеты.
«Шилки» (ЗСУ-23-4В) прикрывают колонну танков на учениях. 1973 год
Тут важно заметить, СССР обладал сильнейшей в мире войсковой ПВО. И на высотах, которые были недоступны «Шилке», в разные годы действовали уже другие комплексы: «Стрела-1» и «Стрела-10», «Круг», «Куб», «Оса», «Бук».
Однако в случае большой войны, когда ЗРК станут первейшей целью для противника, полагаться нужно не только на них, но и иметь возможность отбиться самостоятельно.
ЗРК «Куб» и танки. Одно из моих любимых фото советской техники
Военные и конструкторы прекрасно осознавали, что вооружение нужно усиливать. Рассматривались разные варианты, в том числе 57-мм пушки. Выбор в итоге пал на новые двуствольные 30-мм автоматы АО-17 (2А38), но установить их без серьезной компоновки машины было невозможно.
В итоге все серийные модернизации «Шилки» свелись, в основном, к улучшению надежности и эксплуатационных характеристик, не затрагивая основные ТТХ.
Основные модификации и их отличия перечислены ниже.
ЗСУ-23-4В. Первая модификация, в которой повышена надежность узлов и агрегатов. Создана не позднее 1967 года. Внешне от более ранних машин почти не отличима. От последующих версий отличается ящиками ЗИП на скулах башни.
ЗСУ-23-4В1. Вторая модернизация. Внешне можно отличить по отсутствию ящиков на скулах башни и добавления на них кожухов вентиляции
ЗСУ-23-4М «Бирюса». В этой модификации был увеличен ресурс стволов орудия с 3500 до 4500 выстрелов за счет замены сварных трубок для охлаждающей жидкости на гибкие. Кроме того, ненадежную пневматическую систему перезарядки автоматов заменили на пиропатроны
Кстати, модификации, начиная с ЗСУ-23-4М получили новый шифр — «Бирюса», но их все равно по привычке называли «Шилками».
ЗСУ-23-4М3 ("З" - запросчик). В этой модификации машины впервые получили систему госопознавания ( «свой-чужой»). Антенну запросчика разместили на кожухе РЛС. В СССР все ЗСУ-23-4М постепенно модернизировали до уровня ЗСУ-23-4М3
ЗСУ-23-4М2. Машина модификаций М или М3 со снятым РПК. За счет освободившегося места боекомплект может быть увеличен до 4000 снарядов
Почему не модернизировали
В 1970 году промышленность получила задание на разработку нового зенитного пушечного комплекса. В 1973 году по итогам НИР «Запруда», в ходе которой рассматривались вопросы защиты войск от ударных вертолетов, решено было добавить в состав вооружения еще и ракеты. Как можно догадаться, эти работы привели к созданию ЗРПК «Тунгуска».
Боевая машина 2С6М ЗРПК «Тунгуска-М1»
Что касается элементной базы, то тут всё просто: РПК «Тобол» разработан в начале 1960-х годов и работает на лампах. Блоки достаточно массивные, сложные и выделяют много тепла. Всё это требует внимательного обслуживания и своевременной замены компонентов, да и просто безбожно устарело уже к 1980-м. О чем говорить, если счетно-решающий прибор вообще был аналоговым.
При коренной модернизации РПК требовал замены, а это самая дорогая и сложная часть машины. Но даже при замене «комплектухи» на более современную у нас остаются те же 23-мм автоматы с предельной высотой поражения целей в 1500 м. Если менять их, то нужно переделывать башню. По итогу остается только шасси, которое тоже имеет свой ресурс.
Американское наглядное пособие 1981 года с самыми опасными советскими образцами боевой техники. Армейское ПВО представляют «Шилка» и «Оса»
Получается, что модернизировать старые «Шилки» или строить с нуля какие-то улучшенные модификации не имело никакого смысла. Тем более что на подходе уже была «Тунгуска» с 30-мм автоматами, современным РПК и ракетами.
Можно, конечно, вспомнить разработанную в 2000-х модификацию ЗСУ-23-4М4. Ее нередко представляют современной реинкарнацией машины, однако на деле это та же старая «Шилка», в которой доисторический счетно-решающий прибор заменили на более современную вычислительную машину, добавили цифровую следящую систему, кондиционер и пассивный прибор ночного видения вместо старого, который требовал ИК-подсветки, чем сильно демаскировал.
Да, чуть не забыл, еще на ЗСУ установили две пусковые установки «Стрелец» с ПЗРК «Игла». А вот РЛС, судя по всему, осталась ровно та же, разработанная на рубеже 1950-1960-х годов. Получилась в итоге своеобразная «Тунгуска» для бедных. Характерно, что ни свою армию, ни иностранных заказчиков, эта модификация не заинтересовала.
Современное состояние
Некоторое количество «Шилок» оставалось в российской армии вплоть до 2020-х годов. В чем же причина такого долголетия, если комплекс уже в 1980-х устарел? Всё просто: подразделения просто не успели перевооружить на новые «Тунгуски» до 1991 года, а потом если и были какие-то закупки, то в минимальных количествах. Также «Шилки» использовались часто не по прямому назначению, а в роли машин огневой поддержки в многочисленных локальных конфликтах на осколках СССР.
Такая практика сложилась еще в Афганистане, когда за неимением воздушной угрозы с ЗСУ снимали РПК, за счет чего вдвое, до 4000 снарядов, увеличивали боекомплект. В сети принято превозносить применение «Шилок» в афганских горах при сопровождении колонн и других операциях.
ЗСУ-23-4М2 в Афганистане
Безусловно, очередь из АЗП-23 не оставит никого равнодушным, а выдающиеся углы вертикальной наводки позволяли эффективно бить по засевшим наверху моджахедам, однако стоит помнить, что броня «Шилки» противопульная и боекомплект находится прямо во лбу башни, поэтому для объективности стоит посмотреть не только на восторженные воспоминания, но и статистику потерь. В целом, такое применение свидетельствует больше не об универсальности ЗСУ, а об отсутствии штатных средств огневой поддержки, которые бы лучше справились с задачами, чем зенитки с противопульной броней и стволами с ресурсом в 4500 выстрелов.
ЗСУ-23-4В1 в Грозном в феврале 1995 года
Еще в последние годы по сети ходят легенды о якобы тысячах «Шилок», что стоят на базах хранения и могут в один момент решить проблему с БПЛА. Это, конечно, тема для отдельной статьи, я же только замечу, что тысяч там точно нет, а имеющиеся машины с большой степенью вероятности находятся в таком состоянии, что спасти их может только чудо и восстановление практически с нуля.
И если танки восстанавливают из состояния «дрова», поскольку там большую ценность представляют бронекорпус и башня, то в зенитных системах важнее всего системы обнаружения и наведения.
«Шилка» морской пехоты Черноморского флота, фото сделано где-то в 2000-х. На машине отсутствует РЛС
И еще один момент. В случае с использованием «Шилок» в 2026 году по прямому назначению не стоит рассчитывать на возможности РПК: на большинстве более-менее современных фото с ЗСУ-23-4 в частях ВС РФ с машин сняты РЛС, поскольку приборный комплекс давно вышел из строя, а ремонтировать его нечем, поскольку лампы и другие компоненты из 1950-х давно не производят.
В этой ситуации разумным вариантом выглядит установка оптико-электронной станции и замена счетно-решающего устройства на современную цифровую систему. Как например, на разработанной в Белоруссии модификации ЗСУ-23-4МБ. Правда никуда не денется вопрос с запасными стволами, которые скорее всего, уже не выпускаются.
ЗСУ-23-4МБ
Заключение
«Шилка» — это замечательное творение советских конструкторов, которое на момент появления и в последующее десятилетие не имело серийных аналогов.
Однако всему свое время и из-за прогресса в авиационных средствах поражения ЗСУ-23-4 устарела и должна была уйти в прошлое еще 40 лет назад, но старушка задержалась и продолжает воевать в 2026 году. Она уже не так эффективна, однако по-прежнему может поймать зазевавшийся вертолет, сбить беспилотник или огорчить пехоту.
«Шилка» перед парадом в Москве 7 ноября 1967 года
Но лучше все же заслуженной машине уйти на покой и радовать посетителей музеев, а защиту неба поручить ее потомкам.
На этом всё. Спасибо, что дочитали этот действительно большой и важный для меня материал.
Надеюсь, что вам было интересно. Напоминаю, что также мои материалы на тему военной техники и военного кино доступны в Telegram, MAX и Дзене.
Я помню э, ещё до начала массового распространения ИИ читал какой то проект .. суть сводилась к тому что по той информации что пользователи выкладывают ежедневно с фотографий только, можно получить почти достоверный распорядок дня любого гражданина. На тот момент мне понравилась статья и показалась что это фантастически. А уж сейчас с наличием ИИ, публикацией результатов смарт часов, смартфонов, всяких умных тумбочек и пылесосов ... Ох.. в общем понятие анонимности потеряло всякий смысл. Из того что выложено в сеть в виде роликов, фоток, геолокация и прочего что собирается современными устройствами можно с высокой достоверностью показать где не добили и назначить очередную цель.
Каждый владелец смартфона это уже не единица а участник огромного кластера информации. Своего рода информационный агент. Даже спутники не нужны.. пользователи сами все снимут и покажут.
Здравствуйте. На работе предлагают пойти работать как доброволец в отряд БАРС-Саратов, заявляют что работа исключительно в моем городе, сбивать БПЛА (я так понял, в качестве МОГ). С сохранением места работы и своей ЗП + 130к рублей за службу. Как говорят 2 месяца работы в поле, 4 месяца дома\на основной работе. Однако контракт с Минобороны надо заключить на 3 года, что настораживает. Да, у них как говорят прописано что служба исключительно в моем городе, без СВО. И что расторгнуть контракт можно в любое время (это прописано в контракте, с их слов. Сам контракт я не видел пока). Так вот, есть кто там служил\служит, или друзья\знакомые? Правда ли все то, чем они заманивают на службу добровольцем? Так-то выглядит все неплохо - защищать свой дом, город в прямом смысле этого слова, работать в своем городе, все плюшки минобороны. Но конечно же интересуют нюансы, именно в деталях все кроется.
П.С. зарегистрировался исключительно для этого вопроса, раньше потребности в регистрации не было
Самое нелепое происходит в начале "жести" - при первой стрельбе и взрывах люди бегут к окнам с телефонами. Туда, откуда надо бежать. Даже сбитый БПЛА опасен шариками, горящими обломками. Летят куски конструкций и выбитое стекло.
"Ну выложил я пятисекундный ролик. Ну написал в чат. У них что, спутников нет? Ждунов? Дронов-разведчиков нет? Они и без меня всё знают". Это самое удобное самооправдание. Человек хочет первым бросить друзьям "я сам это видел из окна", выписывая себе индульгенцию "мой ролик ничего не решает".
Решает.
Разведка редко получает готовый ответ из одного источника. Она собирает мозаику.
Спутник дал снимок, но не висит над каждым районом круглосуточно.
Агент сообщил, в какой магазин ходят за сигаретами МОГи, но не может быть в каждом доме.
Разведывательный дрон засёк радиосигнатуры и тепловую карту, но не видит всё и сразу.
Радиоперехват показал тактику.
А местные стали бесплатными датчиками врага, своими телефонами добавив - где именно пролетело, когда началась стрельба, с какой стороны была вспышка, куда двигалась цель и чем всё закончилось.
И ответы на главные вопросы - макет или боевая установка, сколько людей, есть ли боеприпасы, окопана или мобильная, цела позиция или нет.
Один пишет "Летит со стороны заправки". Второй уточняет время. Третий снимает вспышку. Четвёртый добавляет: "Наши стреляют с поля за посёлком". Пятый выкладывает страшное - место падения, огонь, поражённый объект. Шестой через пять минут показывает приехавших пожарных, военных, врачей.
По отдельности - мелочи. Вместе - уже разведывательная картина. Где есть маршрут, время, направление, район работы ПВО, результат перехвата, последствия попадания и реакция служб.
Отдельная история - съёмка прилётов и последствий, бесплатный объективный контроль. Попали или нет. Что загорелось. Насколько серьёзны повреждения, сколько такое чинить. Как быстро среагировали службы.
Одновременно панические или гордые комментарии становятся бензом для вражеской пропаганды. "Смотрите, они ссут", "защиты нет, всё горит, власти молчат". Не зря на той же Украине за публикацию прилетов дают сроки, а в атакованных ОАЭ разоряют миллионными штрафами.
"И что теперь? Как трус сидеть в коридоре, пока полрайона снимает? Не рассказать людям страшную правду?"
Да.
Не надо становиться калифом на тысячу лайков и главным первосообщателем. Отойдите от окна. Укройтесь. Уберите телефон. Зато останетесь живым, целым - и к вам не приедут люди с табельными стрижками и вопросами «зачем помог врагу?»
Иногда самое взрослое, умное и полезное - ничего не снять и вовремя промолчать.
