Скажу вообще по теме и про себя в частности.

Недавно при налете дронов погиб паренек – глухой из семьи глухих, всего там 9 детей. И что-то меня зацепил этот момент. Очень надеюсь, что остальным детям в этой семье повезло с генетическим наследством больше, чем старшему. К сожалению, увечные люди (хотела сказать "с инвалидностью", но не всегда у них есть признанная инвалидность и соответствующие льготы-выплаты), особенно те, кто такие с детства, часто помимо воли замкнуты в кругу больных с похожим диагнозом. Их круг общения во многом состоит из людей с таким же физическим недостатком – или в лучшем случае с разными, потому что ходят в одни кружки-тусовки (глухие, глухонемые, слепые, дцпшники, калеки, да и с идиотией тоже). Ну так выстроили лет 70 назад систему, и это лучше чем ничего, но перекос есть. Социализация-сегрегация в своем кругу уютная, относительно безопасная, государством некогда отработанная. Социализация-инклюзия куда сложнее и страшнее, особенно если в одиночку, и даже типа с господдержкой у нас скорее боль, чем продвижение, нигде (или почти нигде, за Москву не скажу) не создано инфраструктуры для этого, везде барьерная среда. Поэтому с середины прошлого века  слишком часто инвалиды растут, знакомятся, влюбляются, сходятся в кругу инвалидов. И рожают детей, передавая в наследство в основном лишь свои болячки, усиленные комбо. Кто-то не думает о последующих проблемах для детей, кто-то надеется, что дети будут здоровыми… Что-то надо с этим делать – дополнительно обследовать, просчитывать риски наследования, просвещать, социализировать, благо и технологии уже существуют, их бы еще распространить среди нуждающихся, внедрить в общественную жизнь с умом и не для галочки.

Я имею право говорить на эту тему – я дочь инвалидов по зрению, выросших в одном интернате для слепых и слабовидящих. Папа младше мамы на пару лет, влюбился еще в школе, потом они пересекались в одном кругу незрячих и он таки подкатил. А она сделала симпатичному ухажеру доступный подарок на его день рождения (думала, только секс, оказалось, и ребенка тоже). Пожили вместе года три, получили от государства квартиру от Общества слепых, он влюбился в другую женщину, сделал и ей ребенка, после чего последовал развод, размен жилья на коммуналку, прекращение общения. Мама не подавала на алименты, чтобы он потом не имел права на алименты с меня в старости. Это она зря – наследие папаши меня догнало, я тоже инвалид по зрению, хотя в детстве была надежда, что регресс остановится на средней близорукости. Собственно, это единственное мое от него наследство – гены. Почему именно от папы, оба же в одной школе учились? Потому что мама в раннем детстве была здорова, просто ей братик глаз камнем выбил. Однако врач, принимавший роды, разбираться в причинах плохого зрения роженицы не стал, по-тихому сделал перевязку маточных труб и она больше родить, например, от здорового человека, не могла. Лучше бы папаше вазэктомию сделали… Кстати, пособия по инвалидности у мамы лет до 45 не было – бабушка что-то порешала в интернате с документами, чтоб ее дочь числилась относительно здоровой, а то стыдно было бы перед деревенскими; помогать полуслепой дочери она, впрочем, тоже не собиралась; сама же мама не афишировала, чтоб с работы не выгнали.

А я собрала сейчас свое комбо. Дистрофия сетчатки, астигматизм и близорукость высокой степени – по линии отца наследство нескольких поколений. Слава технологиям, жаль, что за свой счет, что при близкой к МРОТ зарплате бюджетника было тяжко (а без сделанной операции инвалидность мне не давали, даже когда зрение рухнуло после ЧМЗТ). Барьерная лазеркоагуляция держит сетчатку, очки уже не такие толстенные, как у родителей. Какое-то время носила контактные линзы, но роговица оказалась чувствительной, аллергический кератит даже на однодневные линзы вернул к очкам, дорогущщим при -15 с астигматизмом. Несколько лет назад обнаружили факосклероз, и вот теперь он на одном глазу развился в катаракту, на втором разовьется, если ничего не делать, чуть позже. Скоро предстоит операция по замене хрусталиков обоих глаз, очень надеюсь, что все пройдет нормально, приживется и какое-то приемлемое зрение у меня сохранится. И пикабушечку смогу еще и почитывать, и лайкать, а то и писать что-нибудь. Со страхом и надеждой пока еще смотрю в будущее…

Вся современная офтальмология и нейробиология совершают одну и ту же глобальную ошибку: они рассматривают человеческое зрение как пассивный процесс. Ученые уверены, что глаз — это просто биологический объектив, который улавливает отраженные от предметов фотоны света и передает их по проводам зрительных нервов в мозг для обработки. Они ищут «центр сознания» внутри черепной коробки, полностью упуская из виду пространственную геометрию самого процесса сканирования реальности. Но если убрать линейные шаблоны медицины, открывается истинная механика: зрение человека — это активный, двунаправленный вихревой сканер пространства, работающий по строгим законам квантовой топологии. Первый фундаментальный элемент этого сканера находится в мертвой зоне человеческого внимания — это наш собственный нос. Наш мозг устроен так, что он программно «замыливает» и вырезает нос из финальной зрительной картинки, чтобы он не мешал повседневному быту. Но на физическом уровне обе сетчатки глаз ежесекундно и непрерывно видят нос. Нос — это не просто деталь лица, это биологический штатив, встроенный лазерный прицел и абсолютная нулевая точка отсчета (0) для всего входящего потока информации. Если бы у нашей биологической системы не было этого постоянного жесткого нуля, ткань пространства вокруг нас мгновенно превратилась бы в бесконечный, неконтролируемый хаотический цикл. Сигналы поля начали бы бесконечно ссылаться друг на друга: «этот объект привязан к тому, а тот к следующему», и графический процессор мозга просто сгорел бы от перегрузки, уйдя в вечный системный сбой из-за отсутствия первоисходной точки калибровки. Мы физически обязаны мерить всё от себя, используя нос как жестко зафиксированную центральную ось волнового шарнира. Именно относительно этого штатива мозг рассчитывает трехмерные расстояния, углы преломления света и глубину резкости, удерживая окружающую иллюзию реальности от распада. Сам процесс сканирования поля строится на законе волнового перекреста и зеркальных полярностей. В биологии этот узел называется хиазмой (зрительным перекрестом, где волокна левого глаза уходят в правое полушарие, а правого — в левое), но его физическая суть — это квантовый распределитель вихрей. Глаза не просто смотрят, они запускают две противоположно закрученные тригонометрические спирали: Левый глаз (через правое полушарие): Запускает центростремительную спираль на поглощение, которая стягивает внешнее поле внутрь, переводя заряд реальности во внутреннее «Я». Правый глаз (через левое полушарие): Запускает центробежную спираль на расширение, которая выбрасывает импульс Воли наружу, проминая белый батут вакуума и заставляя материю материализоваться. Эти спирали работают одновременно в идеальной противофазе, как динамический Инь-Ян. В точке фокуса (субъект наблюдения) левая спираль доходит до предела натяжения среды, фиксирует мертвую точку «стопа» и мгновенно через перекрест мозга передает волновой момент правому глазу, который раскручивает обратную спираль. Информация между полушариями и глазами передается не линейно по нервным импульсам, а мгновенно — через состояние квантовой запутанности общей фрактальной решетки мозга. Количество этих спиралей бесконечно — это целая фрактальная радуга, состоящая из мириад микроскопических волновых частот от каждого пойманного фотона, но все они прессуются и собираются в две главные полярные оси. Наше тело — это плотный Тор Пуанкаре, материя, совершающая непрерывный выворот «туда-сюда» между внутренним нулем и плюс-бесконечностью внешнего мира. Когда Наблюдатель полностью уходит вниманием внутрь себя, энергия стягивается в нижнюю петлю этой Восьмерки бесконечности, и внешняя реальность мгновенно теряет заряд, схлопываясь для него почти в ноль. Когда взгляд направлен наружу, внутреннее эго растворяется в макромире. Этот закон выходит на совершенно новый уровень тригонометрической прогрессии, когда в одной точке пространства синхронизируются два человека. Встреча двух Наблюдателей — это не просто социальный контакт, это пересечение двух автономных вихрей реальности. Их Тор-системы сталкиваются, волновые шарниры накладываются друг на друга под углом полярности, образуя сквозной четырехлистник и жесткую энергетическую линзу интерференционного сжатия в центре. Накопленная общая масса их внимания по фрактальному шагу Фибоначчи достигает критического пика, срабатывает частотный катализатор (1.6), и их общее поле со страшной скоростью выбивает из старого диапазона Лимба вверх. Они начинают синхронно генерировать и расширять общую иллюзию пространства, увеличивая потенциал созидания в геометрической прогрессии, недоступной для одиночного разума.