NordSkif

Путешествуя по Центральной России, Поволжью и Уралу, неоднократно натыкался на небольшие города и посёлки, чьи градообразующие заводы оказались закрыты. Иногда это умирающие населенные пункты на руинах былого величия, а иногда вполне уютные и современные провинциальные местечки, не лишенные определенного очарования…

В этот раз мы отправимся в поселок Красноусольский, где уже почти 20 лет как назад закрылось единственное крупное предприятие — стекольный завод с 250-летней историей. Погуляем по руинам заброшенного производства, полетаем над окрестностями, а заодно посмотрим, как сейчас дела в самом городе. Приключения начинаются!

Прошлое: от Богоявленского медеплавильного завода к Красноусольскому стекольному предприятию

Поселение возникло на башкирских землях в 1752 году при заводе, который основали промышленники Твердышев И. Б. и Мясников И.С.

В те годы добычи и выплавки меди в Башкирии придавалось большое значение и было построено несколько заводов, перерабатывающих руду их местных месторождений. Затем, рудники истощились и в 1893 году завод после небольшой модернизации стал выплавлять не медь, а стекло.

Затем революция и национализация. На некоторое время производство встало, но лишь для того, чтобы в 1924 начать работать с новой силой. В советские годы предприятие неоднократно модернизировали и потому, на территории кроме старых, исторических цехов можно увидеть вполне современные железобетонные корпуса. Послесоветский этап в истории посёлка лучше всего описывает цитата из Википедии:

…ранее здесь функционировали стекольный завод, леспромхоз, лесхозы и другие малые предприятия, которые в 90-е годы XX века прекратили своё существование.

Настоящее: две сотни лет производственной истории в руинах

Территория завода представляет из себя несколько производственных цехов, построенных в различное время. По двум трубам безошибочно угадываются цеха с плавильными печами, а малая кирпичная труба принадлежит заводской котельной. Обратите внимание на фигурную водонапорную башню. В советские годы производство старались сделать не только функциональным, но и по возможности красивым.

Заброшенный завод как заброшенный завод скажет кто-то, а меня просто поразила красота старых производственных цехов. Недаром в развитых страна стараются по максимуму сохранить цеха эпохи промышленной революции. Есть в них определенная эстетика, достойная сохранения.

В кабинетах исчезли батареи, но остались кучи документации.

Руины столовой. Если бы не металлические столбы-опоры я бы принял здание за советское, но такая конструкция характерна для построек дореволюционного периода. Удивительно, но даже в таком состоянии заметно, насколько уютной когда-то был местный обеденный зал.

Заводская подстанция тоже занимает красивое историческое здание. Что не постройка — маленький архитектурный шедевр. В наших краях мало красивых исторических зданий и поэтому утрата каждого здания старше ста лет ощущается как культурная утрата.

Часть исторических цехов соединяются с цехами советского периода переходами. Выглядит многообещающе, но я уже знаю, куда они меня приведут…

…в полностью разрушенные цеха, где даже печи разобрали на шамотный кирпич.

Обратите внимание, как связаны цеха друг с другом. А на следующем слайде я сфотографировал две заводские трубы ровно сверху. Если вы достаточно внимательны, то заметите, что с одной трубой что-то не так!

Изюминкой места является административно бытовой корпус, который как будто бы построили внутри производственного цеха. Такое решение я видел только на Красноусольском стекольном заводе и не могу сказать, с чем связано решение встроить одно здание в другое.

Внутри кирпичного АБК размещались кабинеты, склады, раздевалки, а также небольшой актовый зал руины, которого вы можете видеть на фотографии ниже.

Завершаем прогулку по руинам взглядом с высоты на заброшенный ДК при заводе. Сейчас от него остались только голые стены.

Будущее: в посёлке всё хорошо, но восстанавливать заброшенный завод никто не будет

Между тем Красноусольский не только живёт, но и растёт. С распада Советского Союза население посёлка незначительно, но выросло, что с учётом резко сократившихся рабочих мест само по себе отличный результат. Обычно, моногорода с закрытыми производствами стремительно вымирают, как например, города Миньяр и Юрюзань.

Здесь же целых три школы (а ещё гимназия), несколько детских садов, ДК, больница с современным оснащением и пусть небольшой, но собственный физкультурно-оздоровительный комплекс. В чём секрет? Дело в том, что по соседству с посёлком расположился один из крупнейших санаториев Башкирии — одноименный бальнеологический курорт. Между прочим, один из старейших санаториев СССР, основанный ещё в 1924 году.

Красноусольский теперь живёт за счёт туристов и вполне мог бы развить данное направление превратив старинные заброшенные цеха в местную достопримечательность как часто делают в Европе.

Планов о восстановлении нет и предприятие ждёт судьба Зилаирского и Верхоторского медеплавильных заводов, от которых остались только голые стены.

Но есть и хорошие примеры. Например, руины Воскресенского завода превратили во вполне себе любопытную туристическую локацию!

Наш блог: https://t.me/nord_skif

Вагоны. Сера. Разруха. Именно так в трёх словах можно охарактеризовать территорию заброшенного Сумгаитского Суперфосфатного Завода.

Завод был построен в эпоху Советской Индустриализации в «двадцатых» годах прошлого века и производил огромное количество удобрения суперфосфата для нужд стремительно растущей хлопковой промышленности.

Но Советский Союз распался, хлопок в таких количествах перестал быть нужен и постепенно, снижая мощности и производства завод постепенно обанкротился и закрылся.

Многие советские промышленные гиганты просто не способы были работать на малых мощностях и в это превратились в мрачные, заброшенные руины былого индустриального наследия. Среди скелетов производственных цехов раскиданы брошенные и сломанные железнодорожные вагоны и цистерны. Когда-то к заводу подходила железная дорога, по которой сюда привозили сырьё и забирали готовый суперфосфат.

Сейчас территория заброшенного завода в большей степени напоминает постапокалиптические пейзажи или города-призраки на диком западе чем промзону в паре километров от оживленного приморского города.

Особый шарм окружающему постапокалиптическому ландшафту придаёт яркий, желто-зеленый порошок, по всей видимости сера или её производные. (поправьте меня если я ошибаюсь)

Только взгляните на здешние пейзажи — готовая локация для съёмок фильмов про мир после ядерной войны.

Несмотря на дырявый, повалившийся местами забор за заводом присматривают и лишь поэтому отсюда ещё не вытащили весь металл. И именно потому, нам пришлось ограничится лишь небольшой частью заводской территории.

Но очевидно, что это заброшенное предприятие уже никогда не заработает и лишь вопрос времени, когда всё это окончательно снесут.

Лесные Поляны. Заброшенный пионерлагерь, когда-то принадлежавший УНПЗ — одному из нефтеперерабатывающих заводов городов Уфы о чём свидетельствует знак перед воротами.

Красивое место, 30 минут езды от города, но всё равно заброшено. Впрочем, спустя пару сотен заброшенных советских пионерлагерей, пансионатов и баз отдыха уже ничему не удивляешься. Предлагаю вам вместе со мной прогуляться по месту, где когда-то отдыхали дети работников советской нефтяной промышленности.

За воротами — домик сторожа. Единственное закрытое на замок здание. Остальные постройки на территории заброшенного лагеря или открыты настежь, или заколочены фанерой. Близость к городу имеет как свои плюсы, таки свои минусы — пионерлагерь часто посещают «сталкеры» и «дозорщики». А эти товарищи не столь деликатны в своём интересе к брошенному советскому наследию как наша команда.

Раньше, дачи и примыкающий к ним заброшенный пионерлагерь «Урал» обогревала котельная, но теперь она выглядит так и сторожу, в те редкие дни, когда он навещает «Дачи», приходится топить печь дровами.

Об этом, недвусмысленно намекает запас поленьев у сторожки.

За сторожкой — заброшенные жилые домики. Разные по форме, но почти одинаковые по содержанию.

Разрослись деревья, рассохлись доски, растрескалась краска. Лишь серые таблички с инвентарными номерами выглядят относительно свежими.

Удивительно, но внутри заброшенные здания сохранились весьма сносно: занавески на окнах, кровати и шкафчики — всё на своих местах.

Здание инфоцентра выделяется ярким ограждением. Заглянем внутрь?

Внутри — удивительное сочетание разрухи и нетронутых интерьеров.

Видимо, за лагерем старались следить до самого последнего момента.

Небольшие детали, такие как детские рисунки и вырезанные из газет рисунки, наклеенные на стёкла — возвращают в светлое, беззаботное детство. Сейчас уже редко встретишь заброшенные места в таком состоянии — всё чаще на месте «заброшки» теперь, оказывается, гора кирпичей. Шутки шутками, а я лично видео как на заброшенном заводе доски выносили раньше чугунных батарей. В удивительное время живём.

Следующее здание — заброшенный радиоузел. Аппаратуры и «след простыл», что было вполне ожидаемо для заброшенного больше десяти лет места. Лишь количество розеток да надпись на входе, напоминает о былом назначении помещения.

Впрочем, определённый надзор за лагерем остаётся, иначе остатки детской площадки уже давным-давно перекочевали в ближайшую приёмку лома.

Ещё больше экспедиций по заброшенным местам — https://t.me/nord_skif

Утверждения требуют подтверждения. Я много раз слышал, что в Европе совсем иначе относятся к автомобилям.

Короткие зимние дни вынуждали вставать засветло и выдвигаться заранее, так, чтобы к рассвету успеть на первую точку маршрута.

Здесь вполне достойные "рабочие лошадки" зачастую оказываются на свалке задолго до того, как исчерпают ресурс, но одно дело услышать — другое увидеть собственными глазами.

Первым в списке "достопримечательностей" было скопление техники в чистом поле. Как это часто бывает, со спутниковыми снимками плохого качества было непонятно, ни состояние машин, ни их принадлежность.

Припарковавшись поодаль, выдвинулись к объекту. Роса, ждавшая своей точки во времени и пространстве охотно пересаживалась с травы на штаны и кроссовки. Роса, ставшая мокрой тканью, она ещё полдня составляла компанию в приключениях.

Но у влажной утренней поры были и плюсы. Кузова и кабины брошенной техники пахли мокрым металлом и искрились в лучах утреннего солнца словно огромные стальные жуки. Даже догнивающей свой век машины, такой порой, невероятно фотогеничны.

Первыми на глаза попались сбавившиеся в кучу старички-грузовички.

Среди которых попадались экземпляры особо преклонного возраста.

И если брошенные грузовики не вызвали особого удивления (этого добра полно и у нас), то изобилие относительно свежих тракторов в условиях сельской местности выглядело расточительством.

В наших деревнях брошенный трактор встретишь редко. Работают на них до последнего, а затем разобрав на пригодные запчасти сдают, на лом.

Постепенно, среди грузовой и спецтехники начали появляться и легковые автомобили. Сначала "видавшие виды", но затем стали появляться весьма "аппетитные" варианты.

В основном — это были старые "японцы" на правом руле.

Который был здесь вполне уместен, так как движение на Кипре, как и на родине данных автомобилей — левостороннее.

Специфика местного движения "ломает мозг", но где-то спустя неделю ты перестраиваешься и вполне привыкаешь "ездить по встречке".

Но самое веселое, происходит по возращению, когда приходится заново привыкать к "нормальной" организации дорожного движения.

Несмотря на внушительные размеры и чистое поле вокруг, в некоторых местах машины были буквально свалены в кучу.

Но поразило меня не это, а то, что почти все они были открыты. Обычно, стоянки заброшенной техники образуются из стоянок вполне обычных, на которых машины стоят как и положено с запертыми дверьми.

Хотя островитянам свойственно не запирать машины, так как с острова она всё равно никуда не денется, а приёмок металлолома на Кипре я тоже ни разу не встречал. Эти машины просто никому не нужны.

Я подозреваю, что за них ещё и доплачивают. Одной из проблем островных территорий является сложности с утилизацией мусора.

Заканчиваем осмотр на "пятачке", с явно живой техникой, с помощью которой и растаскивают привезенные машины по уголкам стоянки.

Бросив прощальный взгляд на "кладбище техники", мы возвращаемся к нашей машине. Было немного тревожно, что застать её в облике точно таком же, что у некоторых героев нашего репортажа, но всё обошлось...

Но думаю, если оставлять в таких местах машину надолго — плохая идея...