Кому был выгоден расстрел царской семьи в 1918 году?
Кто финансировал революции на территории Российской империи в 1917 году?
Конференция «Русский народ против большевизма». Франция, 1943 г.
На балконе тоже куча народу
И "Россия, которую мы потеряли", но вот-вот должны найти !
Декабрьские события 1905 года стали самым крупным и ожесточённым эпизодом первой русской революции. Москва оказалась центром, где рабочие организации, партийные структуры и городские Советы попытались перейти от политической стачки к открытому вооружённому сопротивлению самодержавию.
Предпосылки назревали долго. После поражения в русско-японской войне страна погрузилась в кризис: экономика шаталась, настроение в обществе становилось всё более взрывным. Осенью 1905 года Москву охватили массовые забастовки. Рабочие требовали восьмичасовой рабочий день, политические свободы и реальных преобразований. Всеобщая стачка в октябре охватила миллионы людей, а Манифест 17 октября не удовлетворил надежд революционно настроенных рабочих. Убийство Николая Баумана 18 октября стало точкой кипения - его похороны переросли в многолюдную демонстрацию, показав масштабы растущего протеста.
По мере того как рабочие усиливали давление, в Москве активно формировались Советы депутатов - новые органы самоорганизации, которые брали на себя не только агитацию, но и создание боевых дружин. Большевики, эсеры и меньшевики готовили оружие, оборудовали тайники, учили рабочих тактике уличных боёв. К началу декабря Москва была фактически готова к вооружённому сценарию, хотя сама власть рассчитывала задавить протест заранее. После ареста Петербургского Совета стало ясно: до мирного исхода далеко. 6 декабря Московский Совет единогласно решил объявить политическую забастовку, которая в случае давления должна была перерасти в восстание.
7 декабря над городом загудели заводские сирены - знак начала стачки. Более 150 тысяч рабочих покинули рабочие места, транспорт встал, мастерские замолчали. Советы взяли на себя поддержание порядка, а газета Известия распространила инструкции участникам движения. Но уже в этот же день Москва была объявлена зоной чрезвычайного положения. На улицах появились войска, начались аресты и обыски. Ночью солдаты окружили Дом технических служб, где находились представители рабочих дружин; здание было обстреляно и взято штурмом, многие арестованы. Столкновения стали неизбежными уже с первых часов восстания.
8 декабря улицы Москвы превратились в сеть баррикад. На Красной Пресне, Каланчёвке и в Лефортове рабочие ставили заслоны из вагонов, брёвен и бочек, вооружённые дружины вступали в перестрелки с полицией. Жители приносили еду, деньги и боеприпасы. В Подмосковье бастовали железнодорожники, перекрывали движение поездов, а отдельные военные переходили на сторону рабочих. На некоторых станциях появлялись красные флаги, взрывались мосты и перерезались линии связи. В городе бои становились всё ожесточённее: у фабрики Шмидта войска применяли пулемёты, а дружинники переходили к партизанской тактике - короткие вылазки, засады, быстрые отходы. Это позволяло удерживать инициативу даже при численном превосходстве армии.
К середине декабря Москва была разделена на районы. Самым стойким стал район Красной Пресни, превращённый в настоящий укреплённый лагерь. Но в город вступали всё новые войска. 15 декабря прибыли тяжёлые пушки и гренадеры Семёновского полка - один из самых боеспособных отрядов империи. Их наступление сопровождалось артиллерийскими ударами по рабочим кварталам. 17-18 декабря тяжёлые орудия били по Пресне, разрушая баррикады и жилые дома. Многих защитников сражение застало в полуразрушенных помещениях, где приходилось держать оборону до последнего патрона. После непрерывных обстрелов остатки дружин были вынуждены оставить позиции. Командир последнего отряда Зиновий Литвин-Седой объявил о прекращении боя, отмечая, что восстание пало без помощи со стороны.
После подавления Москва погрузилась в тишину. По разным оценкам погибло более тысячи человек, аресты продолжались до конца года. Московский Совет был разогнан, участников боёв расстреливали или отправляли в ссылку. Однако политический смысл восстания оказался куда шире его военного исхода. Эти дни стали первым опытом массового вооружённого сопротивления в столице, продемонстрировали готовность рабочих к организованной борьбе и показали слабые места царизма. В международной прессе Москву называли городом-забастовщиком, а Николай II признавал, что события огорчают, но, быть может, идут к лучшему.
Важнейшие выводы из московских боёв сделал Ленин. Он считал декабрь "великой школой революции" , опытом, который нужно развивать: опираться на массовость, вести наступательные действия, рассчитывать на союз рабочих, крестьян и армии. В 1906 году он писал, что впереди неизбежна новая массовая борьба, и она станет вооружённой и решительной. В этих строках фактически содержалась будущая стратегия большевиков, воплощённая спустя одиннадцать лет.
Несмотря на поражение, декабрьское вооружённое восстание вошло в историю как первый масштабный бой московского пролетариата против самодержавия. Это был момент, когда рабочие дружины, жители окраин, железнодорожники и солдаты попытались действовать как единая сила. Память о Пресне, баррикадах, орудийных обстрелах и тех десяти днях борьбы стала частью революционной традиции. Огонь 1905 года потух, но искра от него разгорелась снова в 1917-м.
Мобилизация к Рождественским праздникам.
(Наши беседы).
За последние дни самые модные в Туле разговоры на „злобу дня“:
— Вы не знаете где и как достать?
Ее достать…
„Живительную влагу“…
Близко Рождество…
Праздники…
И понятно, многих озабочивает вопрос:
— Где достать? Как достать?
Спрашивают. Наводят справки. Готовы на какие угодно ухищрения, лишь бы… достать…
В тульское акцизное управление за последнее время число чающих получить „влагу“ увеличилось почти втрое.
Но неприветливо их встречают и там. В большинстве случаев отказывают.
Мне вчера говорило несколько лиц:
— В прошлом году как-то легче было достать.
И слово „легче“ было сказано с особым ударением, с какою-то грустью.
Да, в нынешнем году не то, что в прошлом.
В прошлом году, например, врачами Музалевским и Замбржицким, впоследствии затем на которых было наложено наказание по обязательному постановлению — высылка из Тулы, выдавалось почти по 1000 рецептов в день.
Люди перед Рождеством, желающие получить водку или спирт на „технические надобности“, стояли у квартиры врача толпами. В затылок друг другу.
— Как у кассы на концерт какого-нибудь знаменитого певца.
И даже летом нынешнего года была изловлена шайка, оперировавшая с подложными рецептами, сфабрикованными от имени не существующих в Туле врачей…
В прошлом году несколько туляков доставили к Рождеству спирт и водку багажом из Орла.
Нынче и этого нельзя сделать. В Орле — тоже теперь не достать.
И понятно, что уже заранее теперь потянулись „чающие движения“ в акцизное управление.
Мне рассказывали вчера:
— Иной день в акцизное управление придет человек десять, иной день 15–20.
И эта своеобразная „тяга“ все усиливается.
Но и оттуда приходится уходить:
„Не солоно хлебавши“.
Часто люди приходят, спрашивают „живительной влаги“ и не могут даже выставить окончательных мотивов — для чего собственно она им нужна.
И просьбы бывают самые курьёзные, оригинальные.
Частью меня ознакомили с такими просьбами, вернее с мотивами об отпуске вина или спирта.
Один из владельцев колбасного заведения в Туле — Ш., на-днях заявляется в акцизное управление и просит:
— Отпустите мне 1/2 ведра водки для очистки посуды под ветчину.
Тот же Ш. вслед затем предъявляет другое требование:
— Кроме того отпустите мне еще 1/2 ведра водки для заготовки окороков.
Зачем ему водка для заготовки окороков — непонятно.
Может быть, им изобретен особый способ запекать при посредстве водки окорока? Может быть… Особый способ, который называется „рюмочным“ и продлевается за столом — когда окорок лежит уже на обеденном столе.
Откровеннее звучит просьба фельдшерицы И.
Она не стала прикрываться никакими „техническими“ выдумками, а заявилась в акцизное управление и сказала:
— Отпустите мне одну бутылку спирта… для употребления.
Просто, коротко и ясно.
Отказали.
Уже слишком было ясно „употребление“.
Третьего дня заявился в акцизное управление и священник. Назовем его П.
Он попросил отпустить ему 4 четверти спирта.
— Для… очистки к празднику церковной утвари.
День ото-дня „технические надобности“ выдумываются — все курьезнее и курьезнее.
Молодой человек заявился и начал уверять, что у него серьезно больна жена.
Ей прописали порошки.
Показал рецепт.
— Так эти порошки, видите-ли, необходимо его жене пить на водке с белой головкой.
Спирт нужен, как смазывающее вещество.
От одной небольшой фабрички, работающей по заказам тульского военно-промышленного комитета, была даже послана записка:
— Отпустить спирт, который необходим для изготовления особого смазочного вещества для смазки станков.
Этим же, очевидно, „заготовкой“ к празднику объясняется и покушение на кражу спирта в городской Ваныкинской больнице.
На-днях доктор В. И. Грушецкий сообщил городской управе, что ночью из Ваныкинской больницы неизвестные покушались произвести кражу спирта.
Кража не удалась.
Немного статистики.
За 11 месяцев этого [1915] года (январь–ноябрь) продано из тульской губ. по сравнению с теми же месяцами прошлого года:
— Спирта на „технические надобности“ больше на 80 000 р.
Денатурированного спирта за тот же период прошлого года продано больше почти на 50 000 р.
И еще:
— Церковного вина в настоящем году израсходовано, приблизительно, в 10 раз больше, чем в прошлом году.
Britt.
«Тульская молва», изд. год IX, № 2420 от 6 (19) декабря 1915 г.
* Цитата адаптирована к современной русской орфографии.
Я Православный Христианин, монархист. Искренне верующий в Бога Нашего Иисуса Христа, считающий что за грех цареубийства необходимо ВСЕНАРОДНОЕ ПОКАЯНИЕ, ибо только тогда Россия снова станет Великой Державой, как была при Российской Империи!
Я не троллю, я высказываю своё мнение, которое не совпадает с привыкшим к богоборчестким постам, большинством. Да я буду нести весть о Боге здесь, сколь бы сатанисты, атеисты, коммунисты и богоборцы не минусовали меня.
Как сменить никнейм, я не разобрался.
