Овен

День полон мелких неприятностей. Проблемы, требующие решения, возникают одна за другой, и в первой половине дня у вас просто не будет времени передохнуть и восстановить силы. Однако если вы будете осторожны и сможете избежать ошибок в это непростое время, то в последующие часы добьетесь успехов на профессиональном поприще, сможете наладить отношения с руководством.

Телец

Расширяется круг общения, день связан с новыми знакомствами, интересными встречами. Вас будут рады видеть люди, с которыми вы когда-то поддерживали приятельские отношения. Можно воспользоваться моментом, чтобы восстановить старые связи. Только не пытайтесь вдохнуть новую жизнь в угасший роман – это не приведет ни к чему, кроме проблем.

Близнецы

День приносит массу интересных открытий и позволяет получить очень полезную информацию. Вы очень наблюдательны, от вашего внимания не ускользает то, чего не замечают другие – это дает вам огромное преимущество. Желательно помогать окружающим, помогать людям, оказавшимся в трудной ситуации; благодарность не заставит себя ждать.

Рак

Могут возникнуть серьезные проблемы, не рассчитывайте, что сможете легко справиться с решением профессиональных задач. Исполнение привычных обязанностей дается вам гораздо труднее, чем обычно. Очень сложно поладить с женщинами, если идти на поводу у эмоций – конфликт неизбежен. Нежелательно заключать крупные сделки.

Лев

День обещает профессиональные успехи, возможным становится достижение давно поставленных целей. Вы готовы преодолеть любые преграды, не жалеете сил ради получения желаемого. Союзники гордятся вашими победами и с удовольствием разделяют их радость. Возможны незначительные финансовые потери.

Дева

Этот день приносит массу неожиданностей, событий, к которым вы пока не готовы. В ситуации в ориентируетесь быстро, но необходимость молниеносно принимать решения и воплощать их в жизнь не лучшим образом сказывается на вашем эмоциональном состоянии.

Весы

Если в этот день вы хотите чего-то добиться, готовьтесь к тому, что действовать придется самостоятельно. Партнеры и союзники могут подвести, обмануть ваши ожидания, причем часто не по собственной воле. Возможны разногласия с влиятельными людьми, есть опасность потерять давних покровителей.

Скорпион

Финансовая картина дня неблагоприятна, придется отказаться от каких-то запланированных расходов и покупок, чтобы не остаться на мели. Нежелательно брать деньги в долг – рассчитаться будет сложнее, чем кажется. От посещения многолюдных светских мероприятий лучше отказаться: они утомят вас и испортят настроение.

Стрелец

Все, что начиналось неплохо, может продолжиться плохо, а потом стать еще хуже. Будьте бдительны – есть шанс «поймать» тот момент, когда благополучие начнет рушиться, и предотвратить катастрофу. Еще один способ минимизировать трудности – прислушиваться к советам опытных людей и следовать рекомендациям, даже если они не придутся вам по вкусу.

Козерог

Если вам сегодня почему-то захочется изменить мир, это наверняка у вас получится — ведь вы не только четко ставите цель, но и легко находите людей, которые могут помочь в ее достижении. Лучше сосредоточиться на чем-то важном, не размениваться на мелочи. Деловая интуиция вас не подведет, есть шанс неплохо заработать.

Водолей

Вы оказываетесь в центре внимания, хотя ничего не предпринимаете, чтобы этого добиться. Кто-то вам наверняка позавидует, но беспокоиться по этому поводу не стоит: едва ли этот человек начнет вам вредить. День подходит для общения с женщинами, в особенности – занимающими высокое положение: они окажут ценные услуги.

Рыбы

Этот день едва ли придется вам по вкусу. Дело в том, что значительную часть его приходится провести в напрасном ожидании, а вечер принесет разочарование. Займитесь решением текущих вопросов, мелкими делами, не требующим и творческого подхода и сосредоточенности.

Завтра в Лас-Вегасе пройдут первые Олимпийские игры на стероидах. Перед участием спортсмены специально накачаются анаболиками, гормонами роста и другой химией, чтобы показать человеческий максимум.

Победа в отдельной дисциплине принесёт $250 тысяч, а превышение мирового рекорда — до $1 млн.

Главная цель — продвижение специальных препаратов для спортсменов.

Спонсорами турнира стали сооснователь PayPal Питер Тиль и Дональд Трамп-младший.

Крайне позитивная новость.

Так как может в будущем вывести весь рынок спорт-фармы в белую, а с этим изменить и саму логику исследований новых препаратов так, как весь текущий спектр допинга это в массе своей медикаментозные препараты, целью разработки которых было решение медицинских задач (ака лечение болезней), а если изначально в исследование будет закладываться цель не лечение, а форсирование возможностей развития организма... то это реально может дать очень интересные результаты, при этом не только для спортсменов, но и для всего человечества.

Слово "сингулярность" в корпоративном мире — примерно как "конец света" на деловом завтраке. Все думают, никто не говорит вслух. А тут Деми Хассабис, глава Google DeepMind и нобелевский лауреат по химии, берет и закрывает этим словом главную конференцию Google — I/O 2026 в Маунтин-Вью. "Мы стоим у подножия сингулярности", — говорит он перед тысячами разработчиков. И это не оговорка.

В интервью Semafor через пару часов после выступления Хассабис признался: "Мы это обсуждали и колебались. Я закрывал шоу и хотел быть честным насчет того, что я думаю об AGI". AGI (искусственный общий интеллект) — это ИИ, который по способностям не уступает человеку. По словам Хассабиса, такой ИИ может появиться уже к 2030 году.

Ладно, красивые слова. А что за ними? Вот конкретика с той же конференции. Google показал Antigravity 2.0 — систему, которая самостоятельно собирает компьютерную операционную систему, пусть и простую, но полностью функциональную. Стоимость токенов на эту работу — меньше тысячи долларов. Раньше на такое требовалась команда инженеров и несколько месяцев работы.

Дальше интереснее. Waymo, беспилотное подразделение Google, тестирует ИИ-модели, которые дают автономным машинам что-то вроде "воображения" — способность реагировать на непредсказуемые ситуации. Хассабис говорит, что модели генерации видео — это не про красивые ролики, а про понимание физического мира. А без этого AGI невозможен.

Отдельная история — Isomorphic Labs, спин-офф DeepMind. Компания занимается разработкой лекарств с помощью ИИ. Но Хассабис просит не называть ее фармкомпанией: "Мы не про одно конкретное лекарство или одну болезнь. Цель — вылечить сотни заболеваний. И это будут только первые тест-кейсы". Главное преимущество, по его словам, — не данные, а команда исследователей уровня передовой ИИ-лаборатории. Такого ни у одной фармкомпании нет.

Масштаб, который рисует Хассабис, звучит почти нереально: влияние AGI он оценивает как промышленную революцию, умноженную в десять раз и ускоренную в десять раз — то есть развернется не за столетие, а за десятилетие. При этом сам он оговаривается: "Нам нужно очень аккуратно пройти этот момент".

Интересно, как риторика поменялась всего за год. Когда CEO уровня Хассабиса — человек с Нобелевкой, не блогер и не евангелист — сознательно выбирает слово "сингулярность" для закрытия главной конференции Google, это уже не теория из книжки Рэя Курцвейла. Это корпоративная позиция одной из самых дорогих компаний мира.

P.S. Поддержать меня можно подпиской на канал "сбежавшая нейросеть", где я рассказываю про ИИ с творческой стороны.

Через сто лет Россия станет социалистическим раем, а все остальные…

Вот фрагмент фантастического романа про жителя Краснодара, который попал в 2125 год. Попал через провал в Музыкальном микрорайоне. Там, кстати, провалы действительно бывают…

Весь текст – на Автор.Тудей. Автор: Лиза Плотникова. Название: Проект «Хронос»: Краснодар 2125.

Нужны отзывы? Что думаете, дорогие товарищи?

Глава I

Я не знаю, как здесь оказался. Как такое вообще может быть? У меня есть три версии происходящего, и только две из них – реалистичные и разумные.

Первая: я в коме, и всё, что происходит вокруг, — игра пораженного мозга. Как в фильмах о людях, погруженных в коматозное состояние, где герой лежит в реанимации, обвешанный трубками, а его сознание разгуливает по закоулкам фантастических миров и не может оттуда выбраться. Вероятно, мой мозг в коме поместил меня в какое-то странное измерение, в котором я пытаюсь научиться жить.

Вторая: у меня поехала крыша. Поехала настолько, что я верю, что нахожусь в 2125 году. Я не знаю, что на самом деле ощущают и как видят мир настоящие психи. Никогда с ними не сталкивался. Но всё вокруг меня кажется мне абсолютно реальным: люди, город, обстановка, техника. Я живу здесь уже несколько дней, общаюсь с врачами, медсестрами, прохожу процедуры, даже ответил на вопросы сотрудников Госбезопасности, и подозрений, что они не настоящие, а являются лишь плодами моего воображения, у меня не возникло.

Третья версия — самая невероятная: я действительно каким-то образом перенесся на сто лет вперед. Этот вариант не укладывается в голове. Но я пытаюсь существовать в новых для меня условиях и считать, что так и есть, чтобы не сойти с ума по-настоящему. Думать о том, что я в будущем, вот прямо как в каком-нибудь фильме, — странно. А еще мне страшно. Страшно так, что хочется сжаться в комок и спрятаться там, где никто не найдет.

Последнее, что я помню из прошлой жизни, — как возвращался домой с работы вечером 13 февраля 2025 года. Я уже тысячу раз прокручивал в памяти каждую секунду пути, чтобы найти хоть какую-то зацепку, которая сможет объяснить происходящее.

Вот я еду за рулем своего «Рено» с работы. На улице темно. Я вымотан, меня бесят привычные пробки на Западном обходе, из динамиков голосит Арбенина. Дома меня ждет ужин и Вика. Я хочу поскорее доехать, припарковаться, поесть и рухнуть на диван.

Сворачиваю на Московскую, оказываюсь на полосе рядом с трамвайными путями. Дальше всё происходит молниеносно. В свете фар замечаю трещину на асфальте — она расползается, как живая. Я не успеваю среагировать и затормозить. Машина уходит вниз в черную яму, ее стаскивает по наклонной плоскости, она утыкается бампером в грунт. Ощущаю удар в спину — «Рено» припечатывает следом идущий автомобиль. Вокруг темнота, брызги света от фар, засыпанных землей, не спасают. Откуда-то сверху доносится визг тормозов, сигналы. Другие водители, видимо, уже заметили яму и как туда «нырнули» машины, и пытаются перестроиться в другие полосы.

Сердце колотится, в голове гул, но ответ на вопрос, что происходит, я нашел быстро — очередной провал грунта в Музыкальном. Краснодар уже несколько месяцев будоражат новости о проседании почвы. Микрорайон, в котором я живу, знаменит такими происшествиями. Его еще называют «городским гетто» из-за «как попало» застройки и отсутствия инфраструктуры.

Грунт в Музыкальном проваливался уже несколько раз: на дороге прямо под трамвайной веткой или на тротуаре. Чиновники объясняли, что провалы возникают из-за канализационных протечек. Ямы засыпались, сверху прикрывались заплатками асфальта. Экологи и геологи говорили в СМИ о нестабильности грунта, делали жуткие прогнозы. Но это ничего не меняло, все продолжали жить обычной жизнью.

Итак, после остановки в яме я глушу машину, открываю окно, морщусь от канализационного смрада. Оглядываюсь назад, в салоне авто, которое въехало в меня сзади, темно и никакого движения. Я перевожу взгляд вверх: по моей оценке, до края провала сверху примерно пара метров. Думаю, что если заберусь на крышу машины, то можно будет попробовать выбраться. Кто-то да придет на помощь. Открываю дверь, отстегиваю ремень, опускаю вниз ногу, пытаясь нащупать точку опоры, теряю равновесие и лечу вниз в темноту.

Дальше ничего не помню…

Я очнулся от яркого света. В глаза фонариком светил врач, рядом суетилась медсестра, прикрепляя мне на грудь какие-то датчики. Доктор спросил, сколько я вижу пальцев, а затем — как меня зовут.

— Три, — прохрипел я, пытаясь оглядеться. — Алексей, Алексей Мирошников.

Больница показалась мне необычной: много оборудования, какие-то странного вида хромированные стойки, приборы, мигающие лампочки. «Слишком круто для городской больницы, наверное, это краевая», — решил я.

— Вы в краснодарской больнице скорой помощи на ЗИПе, — сообщил доктор. — Вас нашли на закрытой территории города. ИИ проанализировал видео с дронов и подал сигнал экстренной службе.

Что за закрытая зона, где она находится и как я там оказался? Не вспомнил. Использование беспилотников меня не удивило, их сейчас не только на СВО применяют.

Я покорно выполнял все указания врача. Мне прилепили на запястье какой-то розовый патч размером с рублевую монетку, попросили перелечь на каталку и повезли в соседний кабинет. Взгляд зафиксировал, что стены и потолок будто растворяются в мягком освещении – странно.

Медсестра закатила каталку на платформу под массивной аркой с голубым свечением. Меня накрыл сверху прозрачный купол, по периметру которого забегали тонкие лазерные линии. В ушах раздался легкий гул. Спустя минуту купол вернулся под арку.

«Это ж сколько денег в медицину сейчас вваливают?» — я порадовался, что прохожу медобследование бесплатно и без очереди.

Каких-то подозрений, что что-то не так, больничная аппаратура у меня не вызвала. Кто его знает, с чем теперь работают врачи. К медикам я обращался редко, так, с простудами, хоть и имел официальный статус больного астмой. Родители — медики, входящие в комиссию при военкомате, подсуетились с диагнозом. Липовым, конечно, чтобы не служить в армии.

Когда меня вернули в первый кабинет, там уже ждал доктор.

— С вами в целом всё в порядке: небольшое сотрясение мозга и переохлаждение. Требуется консультация стоматолога, — сказал он. — Но более странно то, что мы не смогли вас идентифицировать. Вас нет в общероссийской базе и в базе ССГ. У вас нет датчика телеметрии.

— Назовите ваше полное имя и дату рождения, — попросила медсестра.

— Алексей Сергеевич Мирошников, 5 февраля 2000 года, — ответил я.

— Ошиблись, понятно, вы в таком состоянии, — вздохнула девушка и попросила назвать адрес прописки.

— Жигуленко, 3, дробь 8, — уточнил я.

Медсестра занесла данные в компьютер с экраном толщиной в листок и тут же выдала:

— Такой улицы в Краснодарской агломерации нет.

Она странно посмотрела на меня и вновь попыталась найти мой адрес в базе, но безуспешно. Видно было, что она насторожилась.

Я хотел было пошутить, что она не знает, где находится улица Жигуленко, потому что Музыкальный – это такой район, куда скорая и таксисты бояться ездить из-за ям на дорогах, но тут мое внимание с медсестры переключилось на врача. Рядом с его столом на стене появилась голографическая проекция со скелетом, сосудами. Доктор нажал комбинацию кнопок на клавиатуре, проекция повернулась по кругу, рядом проявился текст.

«Ничего себе, раньше такое было только в кино», — опешил я.

После того, как голограмма исчезла, мне сообщили, что пока я остаюсь под наблюдением в больнице, а для установления моей личности и для оформления документов медсестра обратится в милицию.

— В полицию, — автоматом поправил я.

— В отдел милиции, — ответила девушка и переглянулась с врачом.

— Я напишу отказ от госпитализации, — твердо произнес я. Меня насторожили их слова про отсутствие регистрации и про полицию-милицию. Я не понимал, что случилось, и намеревался как можно быстрее добраться домой.

— Мы не можем вас отпустить, — мягко, как будто стараясь меня успокоить, объяснил доктор. – Вам требуется медицинская помощь. Кроме того, выяснилось, что вы — нелегал, а это незаконно. Давайте поставим вас на ноги, установим, кто вы, а потом — идите, куда хотите.

Я направился к двери. Удерживать они меня не имели права. Раздался лающий звук сигнализации. Ко мне подбежали двое здоровенных охранников. Я пытался вырваться, но медсестра быстро ввела мне в шею какой-то препарат. Тело стало чужим: я мог дышать, видеть, слышать, но попытки пошевелиться не давали результата. Мышцы как будто отключились от мозга. Меня аккуратно усадили на навороченную инвалидную коляску.

— Это «Паралекс-8», — объяснил врач, присев на корточки рядом со мной. — Вы остаетесь в сознании, но не сможете двигаться примерно тридцать минут. Это не седация, а контролируемая иммобилизация.

Я молчал, пока медсестра везла меня в палату по светлому пустому коридору. Она подкатила меня к абсолютно гладкой, без ручек и замочных скважин двери, прислонила к датчику на стене браслет на запястье, и, когда створка распахнулась, мы зашли в палату.

— Располагайтесь, ваша пижама, тапочки и халат в тумбочке, туалетные принадлежности — в санузле за дверью. Ужин вам принесут. Извините, но дверь в палату я закрою. Если понадобится что-то, обращайтесь к помощнику, — скороговоркой проговорила она и вышла, закрыв дверь.

Я огляделся. Палата была небольшой, светлой, почти пустой. Из мебели — только кровать у стены, застеленная белым покрывалом, и тумбочка, привычная такая, какими обычно обставляют больницы — ящик сверху, под ним дверца.

Попробовал встать — бесполезно. Тело не слушалось. Оставалось только ждать, когда препарат перестанет действовать.

Вскоре я смог шевелить руками. Ощупал карманы — телефона, ключей от квартиры и машины не нашел, что меня встревожило. Еще через пару минут смог вытянуть ноги, встать. С трудом дошел до двери. Ручки на ней не было. Я стучал в нее, кричал, но никто не пришел.

— Ну и как вызвать медсестру? — задал я себе вопрос вслух.

Из динамика где-то на потолке раздался приятный баритон:

— Медсестре на пульт вызов отправлен. Может, вам еще что-то требуется, товарищ?

— Ты кто?

— Голосовой помощник, отвечу на все ваши вопросы, предложу варианты решений.

— Где я?

— Вы находитесь в Больнице скорой помощи Краснодарской агломерации Краснодарского края Российской Республики, входящей в состав Союза Советских государств.

— Это розыгрыш?

— Анализ ситуации не выявляет признаков организованного розыгрыша. Все зафиксированные данные соответствуют штатному режиму работы больницы скорой помощи. Желаете, чтобы я уточнил какой-либо аспект текущей ситуации?

— Какая сегодня дата?

— 14 февраля 2125 года.

— Уточни год, — переспросил я, уже начиная нервничать.

— 2125 год.

— Без шуток скажи, какой сейчас год, — зло потребовал я.

— 2125, — повторил голос.

Мне стало не по себе, дышать получалось с трудом, как будто мне кто-то перекрыл доступ кислорода. Неужели я стал жертвой чьего-то глупого жестокого розыгрыша? Внутри также зародился страх, что это все-таки не шутка и я схожу с ума, потому что такого просто не может быть.