Эй
Ответ Аноним в «Лохматый пи**р»4
🔵наша история, опубликованная женой в запрещеннограмме. Мы с Валеркой увлеклись в то время ужастиками👻.
🔴И вот однажды поздним вечером пощекотали мы нервы очередной страшилкой и легли спать. Вдруг слышим на кухне такой глухой звук: тук! Глухой, но довольно отчётливый. Явно у нас, а не у соседей где-нибудь.
🔵Ну, мало ли, что упало. Пошли проверили – всё на месте. Ладно. Выключили свет, легли опять. Только стали проваливаться в сон, и тут снова чётко так: тук!😨
🔴Я уже побаиваюсь идти. Пошёл Валера. Всё на месте😞. Стоит ждёт. Тишина. Проверил лоджию, ванную. Ну ничего совсем!
Опять свет выключил, лёг. Но уже что-то не спится. Лежим и ждём…
🔵И слышим опять: тук-тук-тук!😱 Нервы сдали. Проверили по третьему кругу, включили везде свет. Полночи лежали, упершись взглядом в потолок. Под утро кое-как уснули😪.
🔴Просыпаемся утром и снова идём проверять кухню уже при свете дня. Ничегошеньки! Что за фигня?!😲
Так и ничего не обнаружив, собрались завтракать.
🔵Открываю шкаф, вижу картину маслом и складываюсь от смеха пополам: стоявший там пакет с бубликами наклонился. Бублики падали в шкаф и стучали: тук-тук-тук!😆
👉Вот так два взрослых дурака, насмотревшись ужасов, полночи не спали из-за бубликов!😂
Экранизации Стивена Кинга, которые стоит посмотреть Часть 3
1) Оно (1990) / Томми Ли Уоллес / оценка IMDb: 6.80
Леденящее воплощение ужаса притаилось в тени и повсюду. Группа школьников, объединившихся против школьных хулиганов и этой неведомой угрозы, должна встретиться с монстром лицом к лицу. Оно знает все их страхи, как бы глубоко запрятаны они ни были, и черпает силу из ненависти и разочарования. Существо, не имеющее названия и четкой формы, питается людьми и их страхами.
По иронии судьбы Тим Карри, известный прекрасным исполнением чудовищного клоуна Пеннивайза, сам страдает кулрофобией (это страх перед клоунами). Он настоял на включении в его контракт пункта о том, что, пока он будет в гриме на съёмочной площадке, нигде в пределах видимости не будет отражающих поверхностей, и однажды гримёра чуть было не уволили за то, что в процессе гримирования Карри он держал в руке зеркало.
Тим Карри в образе клоуна Пеннивайза был настолько убедителен и страшен, что во время съёмок его все сторонились.
Билли — автор романа «Мерцание» — это аллюзия на «Сияние» Стивена Кинга.
Сцены в кинотеатре потребовали множества пересъёмок. В перерывах между дублями Тим Карри в костюме Пеннивайза неоднократно поднимался на сцену перед экраном и пел вместе с занятыми в съёмках детьми. Многие дети, особенно те, что были заняты в массовке, даже не знали, кто это такой, и полагали, что это просто аниматор.
Достойный ламповый тв фильм (или мини-сериал из 2-х фильмов). Вышло достаточно атмосферно, Тим Карри. Минусы - местами сильно бюджетно для экранизации такого популярного произведения, как экранизация не очень, тк за 3 часа экранного времени толком все не раскрыть. От меня 7 из 10.
2) Мгла (2007) / Фрэнк Дарабонт / оценка IMDb: 7.10
Маленький городок накрывает сверхъестественный туман, отрезая людей от внешнего мира. Группе героев, оказавшихся в этот момент в супермаркете, приходится вступить в неравный бой с обитающими в тумане монстрами.
На главной роли Томас Джейн , который частый гость в экранизациях Кинга.
Уильям Сэдлер, Джеффри ДеМанн и Брайан Либби снялись во всех трех фильмах Фрэнка Дарабонта, снятых по произведениям Стивена Кинга («Побег из Шоушенка», «Зеленая миля», «Мгла»).
Первоначально Фрэнк Дарабонт хотел сделать фильм черно-белым. Второй диск американского двухдискового подарочного издания содержит черно-белую авторскую версию картины.
Хотя в романе чудовища были описаны всего парой строк, для Дарабонта было важно создать незабываемых своим дизайном чудовищ. Грег Никотеро тщательным образом изучил историю жанра, дабы избежать повторений и сходства. После окончания работы дизайнеров создатели чудовищ показали куклы актёрам с их «мимикой» — движением глаз и пастей. В дальнейшем это помогло актёрам воспринимать монстров более живо и, с актёрской точки зрения, достоверно.
В начале фильма у героя Томаса Джейна можно увидеть постер фильма «Нечто» и как он сам рисует плакат — иллюстрацию к известному циклу Стивена Кинга «Темная башня». В частности, там можно увидеть Стрелка и Розу. Это отсылка к Дрю Струзену, художнику, который нарисовал множество плакатов и афиши ко всем фильмам Дарабонта, а также тот самый постер к фильму «Нечто».
Фильм снят по мотивам повести Стивена Кинга «Туман» (The Mist, 1980).
Достаточно популярная экранизация Кинга, но для Дарабонта простоват. Мировая оценка в 7 из 10 адекватна. У фильма отличная атмосфера, неплохие актеры, но он местами провисает. Многое спасает эффектный финал.
3) Сияние (мини–сериал 1997) / Мик Гэррис / оценка IMDb: 6.10
В скалистых горах Колорадо расположен временно неработающий отель. На осень и зиму там селится смотритель Джек Торранс с женой и маленьким сыном Дэнни. В прошлом Джек - алкоголик, склонный к насилию. Некоторое время жизнь в отеле проходит спокойно, и ничто не тревожит постояльцев, а потом маленькому Дэнни начинает казаться, что он знает жуткое прошлое отеля, знает что скрывается за дверьми каждого из сотни пустых номеров, и главное, - он видит образы не только минувшего.
В сцене с осиным гнездом на крыше отеля нескольких ос добавили в кадр посредством компьютерных технологий.
Когда Джек говорит по радио со своим давно умершим отцом, у актёра Стивена Уэбера начинает идти кровь носом. Это не было прописано в сценарии и произошло само собой.
Рассказ о Доннере и тех, кто отправился с ним, основан на реальных событиях. Речь идёт об американских пионерах, которые в мае 1846 года отправились в Калифорнию. Из-за серии неудач и ошибок группе пришлось провести зиму 1846-1847 гг. в горах Сьерра-Невада. До Калифорнии добрались 48 из 87 членов группы.
Вторая экранизация романа "Сияние", которую курировал лично Кинг. Данная версия близка к тексту и весьма подробна. Продолжительность где-то 4 часа 30 минут. Лично от меня 7 из 10. Минусы - местами дешево, актерам далеко до Николсона, а режиссеру до Кубрика. Тем не менее приятный мини-сериал.
4) Буря столетия (мини–сериал 1999) / Крэйг Р. Бэксли / оценка IMDb: 7.30
Жителям маленького острова грозит смертельная опасность. На остров надвигается чудовищная буря, названная метеорологами «бурей столетия». Но силы природы оказываются менее опасными, чем силы одного человека. Таинственный незнакомец, появившийся незадолго до катастрофы, становится причиной массовых самоубийств. В самый разгар бури немногим уцелевшим островитянам предстоит разгадать тайну странника, пришедшего на их землю со смертоносной миссией.
Действие фильма разворачивается на острове Литтл-Толл, у береговой линии штата Мэн, где ранее проходили съёмки картины Долорес Клэйборн, также поставленной по произведению Стивена Кинга.
Книжка, которую читает Кэт детям, называется «Щеночек». Это любимая книга Дэнни Торренса — мальчика из романа Кинга «Сияние».
Стивен Кинг появляется в качестве диктора на экране треснувшего телевизора.
Достойный мини-сериал, который уважают многие поклонники Кинга. К сожалению тв формат накладывает некоторые технические минусы, но таковы были реалии сериалов 80-90-х. От меня 7 из 10.
5) Верхом на пуле (2004) / Мик Гэррис / оценка IMDb: 5.20
Чтобы скорее навестить свою мать в больнице, Алан решает добираться автостопом, надеясь, что на глухих проселочных дорогах ему повезет с попутчиками. Для парня с богатым воображением путь навстречу неизвестности может стать захватывающим приключением, но Алан одержим смертью, и в эту ночь она станет его невидимым спутником. Только она будет решать, кто повстречается Алану на полуночном шоссе, где царит зловещая тишина и кажется, что блестящая гладь асфальта ведет прямиком в ад…
За основу взят одноимённый рассказ Стивена Кинга, написанный специально для распространения в Интернете.
На мой взгляд данный фильм не оценили. Он вышел очень даже Кинговским. Это далеко не шедевр, но 6,5 из 10 заслуживает. Фанатам Кинга думаю на крепкие 7 из 10. Не ясно откуда такие низкие оценки (есть где-то 30 проектов по Кингу, которые точно хуже)
Советую ознакомится, если не смотрели.
6) Куджо (1983) / Льюис Тиг / оценка IMDb: 6.10
Провинциальная местность в Новой Англии. Женщину с маленьким сыном терроризирует огромный сенбернар по кличке Куджо, укушенный летучей мышью.
По словам автора оригинального романа Стивена Кинга, положенного в основу сценария фильма, он практически не помнит как работал над «Куджо», поскольку в то время серьёзно «присел» на наркотики.
Для съёмок было использовано пять псов, одна механическая собачья голова и человек в шкуре собаки.
Чтобы снять эпизод с нападением сенбернара на машину, дрессировщик положил внутрь любимые игрушки собаки.
Пену у пасти Куджо произвели, смешивая яичные белки с сахаром. Пёс эту вкуснятину постоянно слизывал.
Стивен Кинг написал историю о Куджо после того, как однажды сдал мотоцикл в ремонт и увидел пса автомеханика.
Во время съёмок сцены приступа Дэнни Пинтауро действительно укусил Ди Уоллес-Стоун за пальцы. Реакция актрисы ничуть не наиграна.
Снимавшимся в фильме собакам нередко привязывали хвост к ноге, т.к. животным всё происходящее так нравилось, что во время съёмок они без устали виляли хвостами. Осечка вышла только в одном эпизоде – когда камера показывает Куджо сзади. По сюжету пёс готовится наброситься на жертву и при этом восторженно виляет хвостом.
Неплохой фильм по Кингу на вечерок. И не более. Подойдет фанатам старых ужастиков и ностальгирующим. Главный минус - Куджо не страшный. Почти во всех сценах видно, что это добрый пес с гримом. В целом кино качественное, но могло быть лучше. От меня 6,5 из 10 максимум.
6) Нужные вещи (1993) / Фрейзер Кларк Хестон / оценка IMDb: 6.30
В тихом городке Касл-Рок открывается необычайный магазин «Нужные вещи», где можно за полцены купить все, что душе угодно. За вторую половину цены хозяин требует, чтобы покупатель устроил какую-нибудь пакость ближнему своему. В результате городок превращается в преисподнюю. Убийства, драки, взрывы, сведения счетов - сам дьявол манипулирует здешними обывателями. Только не шериф - единственный человек в Касл-Рок, который ничего не захотел купить в этом проклятом магазине.
Кинокомпания «Касл-Рок Энтертэйнмент» названа в честь Касл-Рока, штат Мэн, — вымышленного городка, где живут герои многих книг Стивена Кинга, в том числе и романа «Нужные вещи».
Существует телевизионная 3-часовая версия фильма, впервые вышедшая в эфир 22 мая 1996 года. В этой версии фигурирует больше жителей Касл-Рока, а истории их жизней показаны более подробно.
Если вы большой фанат Кинга то данная экранизация может не понравится. Если вам не нужна близкая экранизация то это вполне качественный фильм на 6,5 из 10. Фильм все равно атмосферный, ироничный + отличные актеры - Эд Харрис , Макс фон Сюдов , Аманда Пламмер . Как экранизация на 4 из 10, а как фильм думаю многим на 7 из 10.
7) Порождающая огонь (1984) / Марк Л. Лестер / оценка IMDb: 6.10
Чарли Макги кажется обычной счастливой девочкой восьми лет, пока что-нибудь не разозлит ее или не начнет угрожать ее семье. Тогда Чарли меняется: проявляется ее унаследованная от родителей смертоносная способность - зажигать взглядом все, что она пожелает. Чарли не всегда может контролировать свою силу и, возможно, когда она вырастет ее могущество будет опасно для всей планеты. Спецслужбы хотят использовать девочку и похищают ее, убивая при этом маму Чарли. Они хотят контролировать девочку… или уничтожить. Ее отец не в силах спасти дочку, но Чарли сумеет позаботиться о себе сама.
Некоторые сцены с Дрю Бэрримор снимали в павильоне (например, пожар в сарае). В некоторых сценах использовали её дублёра.
На роль Чарли МакГи рассматривалась Дженнифер Коннелли.
В тот период компьютерные технологии ещё не были достаточно развиты, так что компьютерной графики не было, и все спецэффекты создавали непосредственно на съёмочной площадке. Использовались самый настоящий огонь, протезы на дистанционном управлении, провода, газовые трубы и каскадёры.
Идею, что персонаж Арта Карни будет носить слуховой аппарат, предложил сам актёр, который действительно ничего не слышал. Режиссёру Марку Л. Лестеру идея очень понравилась.
В последние полчаса фильма Джордж К. Скотт показан на экране с повязкой на левом глазу. К повязке пришлось прибегнуть из-за инфекции, вызванной ношением контактной линзы.
Берту Ланкастеру пришлось уйти из актёрского состава фильма после операции на сердце, и его сменил Мартин Шин.
Очень бодрая экранизация за счет игры актеров и спецэффектов. Режиссер все же снимал Коммандо со Шварцнеггером)) От меня 6,5-7 из 10.
8) Кошачий глаз (1985) / Льюис Тиг / оценка IMDb: 6.30
Бездомный кот пытается найти маленькую девочку, которую ему суждено спасти от неизвестной угрозы. На его пути встречаются очень разные люди, вовлеченные в опасные и пугающие истории — от доктора, который ставит эксперименты над своими зависимыми от никотина пациентами, до бандита, приготовившего жестокую расправу для любовника своей жены.
Фильм объединяет три рассказа. Два из сборника «Ночная смена» — «Корпорация «Бросайте курить» и «Карниз». Третий, объединяющий, — «Генерал» написан специально для фильма.
На студии распорядились вырезать из фильма пролог, в котором объяснялись побудительные мотивы кота, посчитав это вступление «слишком глупым». В результате многие зрители так и не поняли, что объединяет три истории.
Сцену с разводным мостом снимали возле шоссе №421 в Уилмингтоне, штат Северная Каролина. Год спустя этот же мост фигурировал в фильме «Максимальное ускорение», который Стивен Кинг снял по своему сценарию.
Несколько раз на протяжении фильма звучит композиция «Every Breath You Take» (1983) группы The Police. Авторам малобюджетного фильма использование оригинала было бы не по карману, поэтому была использована кавер-версия.
Достойный ламповый фильм на 7 из 10 как по мне. Раньше особенно любил 3-ю истроию)) Джеймс Вудс и Дрю Бэрримор хорошо сыграли.
9) Тайное окно (2004) / Дэвид Кепп / оценка IMDb: 6.50
Писатель Морт Рейни живет в доме на берегу. Ещё недавно у него была жена и карьера писателя, сейчас с женой он встречается только для того, чтобы в очередной раз отказаться подписать документы о разводе. С творчеством у Морта тоже не очень гладко, он начинает писать и тут же стирает написанное. Все дни напролет Морт только спит или смотрит на экран компьютера. Но в этой его размеренной, тоскливой жизни появляется странный человек в черной шляпе. Назвавшись Кокни Шутером, он обвиняет Рейни в плагиате. Морт пытается вспомнить, как он писал названный Шутером рассказ, не мог ли он действительно взять чужую идею. Выясняя все факты, Рейни узнает, что Шутер написал свой рассказ через 2 года после его публикации в журнале. Морту нужно лишь найти копию журнала, и Шутер уйдет. Но до тех пор странный человек в черной шляпе будет преследовать писателя и его жену.
Джон Туртурро принял решение поучаствовать в проекте после беседы со своим сыном, страстным поклонником творчества Стивена Кинга.
Имя главного героя — Морт, на латыни это слово обозначает смерть.
Фильм снят по мотивам повести Стивена Кинга «Секретное окно, секретный сад» (Secret Window, Secret Garden, 1990), вошедшей в сборник «Четыре после полуночи».
На последних секундах титров можно услышать в исполнении Деппа короткую песенку про коржик, обозначенную как «Shortnin' bread» Traditional.
Неплохой триллер на один разок с Деппом и Туртуро. От меня 6,5 из 10.
10) Оно (2017-2019) в 2-х частях / Андрес Мускетти / оценки IMDb: 7.30 и IMDb: 6.50
Достаточно известная экранизация Кинга и самая кассовая. Думаю многие посмотрели и разделились во мнениях. Я бы оценил экранизацию на 7,5-8 из 10, но дилогия неровная и вторая часть совсем не ужастик, а фантастический блокбастер. По этому от меня 7 из 10. Тем не менее данная экранизация лучше и подробнее старой.
Кому интересно можно обсудить фильмаки у меня в телеграмм канале - https://t.me/mrBordo + посмотреть. Это 3-я часть и планируется еще 2.
В подборках не будет сериалов вроде Мистер Мерседес у которого мне нравится только 1-й сезон и сам Брендан Глисон , Чужак, который мне не особо понравился, но он вполне ок как сериал. Не будет сериала Противостояние (1994), который хорош для 90-х, но не сейчас и как экранизация такой книги (но глянуть можно в отличии от версии 2020). Не будет Калейдоскопа ужасов и Сказок темной стороны, тк они мне нравятся частично. Под купалом и Особняк «Красная роза» не добавлю, тк не совсем мое, но проекты хорошие и можно глянуть. Бегущего человека не будет, тк он скорее отдельный проект, а не экранизация, хотя сам фильм люблю.
Всем приятного просмотра !!!
Ленинградская история
Когда Рики был маленький, он любил кататься по ковру - лохматый прыгающий шар с большими ушами и нетвердыми лапами. На свете, вероятно, не было существа более жизнерадостного и забавного. Как смешно он пятился и лаял, когда Володя катил на него больший полосатый мяч или, стащив с дивана старую рысью шкуру и покрывшись ею, полз по ковру, изображая настоящего зверя. И как он радовался, когда мальчик наконец отбрасывал шкуру и, прыгая, кричал:
- Рики, глупый, это же я, я!
Если Рики казалось, что с ним поступают грубо или несправедливо, то он, обидевшись, залезал под диван или под широкое кресло и лежал там, закрыв лапами и ушами свою мордочку с мокрым черным носом. Однако сердиться долго Рики не мог и всегда был рад примирению.
К лету он вытянулся, стал долговязым, и рыжий хвост его сделался похож на большое перо. Когда Рики выпускали на двор, он подолгу с таинственным видом подкарауливал воробьев, щебетавших на единственном кусте боярышника, росшем у ограды, или настороженно обнюхивал еще незнакомые ему предметы, словно боясь, что каждый из них может наброситься на него, уколоть или прищемить нос.
На улицу Рики брали редко, а если все уходили, он ложился у порога и ждал, изредка царапая дверь лапой и повизгивая. Одиночество Рики не нравилось. Когда Володя возвращался вместе с матерью из детского сада или приходил из лаборатории его отец, Рики принимался лаять и прыгать от счастья.
Сняв пальто и синюю спецовку, отец брал из угла алюминиевую плошку и, накрошив в нее черствого хлеба, говорил матери:
- Ну-ка, что у нас сегодня - суп или щи?
Залив крошево горячим, он ставил плошку на старое место и, погрозив Рики пальцем, говорил:
- Тубо!
Рики уже знал, что это значит, и молча ложился перед плошкой, не сводя с нее глаз и ожидая, пока пища станет чуть теплой.
- Уж пусть бы ел. - говорила мать, - и так он тебя заждался.
- Нельзя, - объяснял отец, - от горячего у него нюх пропасть может.
Наконец отец, уже кончив умываться и собираясь сесть к столу, трогал пищу пальцем, не горяча ли, и коротко приказывал:
- Пиль!
Рики тотчас вскакивал и начинал есть.
Почти то же повторялось утром, перед тем, как отец уходил на работу. Он всегда старался кормить Рики сам и не любил, чтобы это делали мама или Володя.
- Рики, - говорил он, - должен знать своего хозяина.
Отец научил Рики отыскивать и приносить брошенный мячик или палку, бегать по сигналу вперед и по сигналу возвращаться назад, ходить во время прогулок у самой ноги, не забегая вперед и не отставая. Он говорил, что осенью поедет со своим товарищем на охоту, возьмет Рики с собой, чтобы Рики научился делать стойку на дичь, как настоящий сеттер.
Но еще в середине лета Рики заметил, что с ним почти перестали играть и все сделались какими-то скучными и озабоченными. Отец приходил теперь поздно, почти не замечая Рики, садился к столу, но ел мало, а молча смотрел перед собой на стену, на которой Рики не мог, сколько он ни старался, увидеть ничего примечательного. Вообще все вели себя непонятно. Отец подымался утром раньше обыкновенного и слушал, что говорит шипящий черный круг, висящий на стене. Потом вздыхал, хмурился. Рики однажды подошел к нему и, чтобы напомнить о себе, положил ему голову на колени. Но отец только провел два раза ладонью по его голове и сказал:
- Да, Рики, такие-то, брат, дела…
Затем он поднялся, поправил одеяло на спавшем еще Володе, попрощался с матерью и ушел.
Мать теперь целые дни зашивала какие-то мешки, паковала тюки, укладывая в них разные вещи, свернула и зашила в мешок даже ковер, на котором Рики так любил играть с Володей.
Мальчик и теперь, особенно по утрам, был весел, как раньше. Едва проснувшись, он прятал голову под одеяло и затем, внезапно высунувшись, щелкал зубами и говорил: «Ам-ам!», стараясь напугать этим Рики. Потом, еще не одевшись, он старался связать Рики лапы своим чулком или, положив ему на спину кусочек хлеба, смотрел, как Рики будет его доставать.
Когда завыли первые сирены воздушной тревоги, Рики протестующе залаял, срываясь на жалобные, звенящие ноты. Затем, слушая, как стучит метроном, он старался потеснее прижаться к Володе, так, что даже обеими руками его нельзя было оттолкнуть.
Иногда тревога заставала дома отца - тогда он подымался на свой пост на крышу, а Володя и мама шли в убежище и брали с собой Рики. Если слышался нарастающий вой летящей бомбы или вздрагивала от близкого взрыва земля, Рики, скребя лапами цементный пол, старался забиться подальше под нары. Тогда стоявшие и сидевшие вокруг женщины говорили:
- Собака, а тоже жить хочет.
У Рики был теперь плохой аппетит, и он не сразу заметил, что ему стали давать мало пищи. Но постепенно чувство голода обострялось все более. Рики особенно хотелось есть вечером, когда приходил Володин отец. Но теперь отец уже не доставал из угла плошку, не крошил в нее хлеб и не спрашивал у матери:
- Ну-ка, что у нас сегодня - щи или суп?
Плошка стояла забытая, чисто вылизанная и покрывалась пылью.
Отец и сам не ужинал, как раньше. Но обычно он приносил в кармане кусочек хлеба величиной со спичечный коробок. Садясь на свое место к столу, он доставал этот хлеб, тщательно завернутый в бумажку, и, развернув, собирал пальцем маленькие крошки и засовывал их себе под усы, но хлеб не ел, а всегда отдавал Володе. Рики внимательно следил за тем, как Володя брал хлеб и быстро запихивал в рот сразу весь кусочек. Некоторое время он держал так хлеб, не двигая челюстями, словно боясь, что вдруг, если он сожмет их, хлеба не окажется. Затем он закрывал глаза и принимался с наслаждением сосать вкусную хлебную кашицу. Рики подходил к мальчику и умоляюще смотрел ему в рот, чувствуя, как по языку текут слюни и падают на пол. Но Володя открывал глаза, только когда во рту у него уже ничего не было, и в доказательство показывал Рики зубы, язык и весь рот, до самого горла.
Теперь Рики постоянно хотелось спать, и он целые дни дремал на узлах, которые были свалены, как ненужный хлам, в углу у маленькой железной печки: уехать из города уже давно было нельзя.
Во сне Рики чаще всего видел пищу: много жирных костей, или полную плошку хлеба со щами, или овсяную кашу. Но теперь ему давали есть только немного жидкого столярного клея, сваренного вместе с кофейной гущей.
Самыми неприятными были часы артиллерийского обстрела. Рики слышал, как далеко за домами что-то щелкало, потом раздавался короткий свист и, наконец, протяжный вой. От этого воя внутри у Рики все сжималось, и он, не помня себя от страха, старался забиться как можно дальше в щель между большим тюком и шкафом.
Если снаряд разрывался близко, то Рики слышал, как звенят стекла, падая на камни из оконных рам. Раз ночью снаряд ударил в ограду, у которой рос воробьиный куст. Весь дом дернулся, и по стене застучали каменья, выбитые из ограды. Один из камней со звоном влетел в окно и, прорвав штору, упал у Володиной кровати. Рики завизжал и бросился к двери, но она была заперта.
Володя проснулся, сел на кровати, видимо не зная, плакать или нет.
- Спи, - стараясь казаться спокойной, сказала ему мать. - Спи, маленький. - Она с тех пор, как начался обстрел, сидела в кресле у его изголовья.
- Надо бы вам пойти в убежище, - заметил с дивана отец.
- Все равно, - ответила она. - Заткни чем-нибудь окошко, дует.
Всю ночь мать так и не отходила от мальчика. Рики тоже подошел к ней и, дрожа всем телом, прижался к ее ногам. Она нашла в темноте его голову и, гладя, говорила:
- Не бойся, Рики. Вот видишь, наш Володя какой храбрый мальчик, он совсем не боится. Сейчас он закроет глаза и будет спать.
- А разве ты видишь в темноте мои глаза? - спрашивал мальчик.
- Да, маленький, вижу. Закрой их и спи.
- Знаешь, мама, ты, наверное, ошиблась, что я храбрый, я тоже боюсь, - признался Володя и, помолчав, добавил: - Хорошо бы скорее утро настало, утром всем людям хлеб дают…
Как-то вернувшись с работы, отец не снял ставшего очень широким для него пальто, долго стоял не двигаясь, опираясь рукой о шкаф, потом с трудом опустился в кресло. Его синевато-бледное лицо казалось рыхлым, глаза смотрели тускло.
Немного погодя он по обыкновению полез в карман и достал завернутый в бумажку кусочек хлеба. Володя поднялся со своей кровати и подошел к столу. Мать следила за ним от печки. Когда отец протянул хлеб, что-то в его лице заставило мальчика отдернуть руку.
- А ты сам? - спросил он.
- Я ел суп. Это тебе. - И отец, стараясь не глядеть на хлеб, подвинул его на край стола.
Володя не мог больше выдержать, он взял хлеб, как всегда целиком засунул кусочек в рот.
- Не смей! - послышался крик матери. Она резко встала и быстрой, шатающейся походкой отошла к окну. Плечи ее дрожали.
У Володи сдавило горло. То неловкое чувство, которое он всегда испытывал, принимая от отца хлеб, вдруг стало тяжелым, как большое горе. Задыхаясь от того, что рот его был забит хлебом, захлебываясь слезами и дрожа, он упал лицом на диван и заплакал. Хлебная кашица вывалилась у него изо рта на пол, и тотчас же Рики подхватил эту кашицу и одним движением языка и глотки проглотил ее.
На другой день отец не поднялся с дивана. Он попросил маму, чтобы она отнесла в лабораторию какие-то важные чертежи. Вернувшись, мать увидела, что Володя тоже лежит на своей кроватке. Она села к нему на край постели, потрогала его лоб рукой. Володя открыл глаза и снова закрыл их. Последние дни ему не хотелось вставать, он совсем не играл и только думал.
Он думал о том, что если бы какой-нибудь волшебник или король предложил ему на выбор ковер-самолет, шапку-невидимку или столик-накройся, то он взял бы столик. Он принес бы его домой, позвал маму, папу и Рики и сказал: «Столик, накройся!» Как бы все удивились и обрадовались, а он бы пошел во двор, позвал бы всех-всех и тоже сказал бы: «Столик, накройся!» И все бы стали радоваться и есть, а когда все съели, он бы опять сказал: «Столик, накройся!» И так тысячу раз, пока все в городе не стали бы сыты.
А если бы ему дали ковер-самолет и шапку-невидимку, то он полетел бы в немецкие войска. В шапке-невидимке он подошел бы к самому главному фашисту, к Гитлеру, и убил бы его из автомата. Тогда бы все закричали, забегали, а он набрал бы на столах побольше хлеба, конфет и даже пирожных и опять сел на ковер и прилетел домой…
Но сегодня Володе казалось, что ему ничего не нужно и не будет никогда нужно, что лучше всего закрыть глаза и спать, спать.
И когда мать положила ему на лоб руку и Володя открыл глаза, она увидела - глаза его были мутными и тусклыми, как у отца. Мать почувствовала страх и метнулась к отцу, чтобы он помог ей. Но отец лежал без движения и, когда она взяла его за руку, только грустно посмотрел на нее, и на его почерневших губах появилась слабая, виноватая улыбка.
Несколько минут мать, сидела в каком-то оцепенении, только ее отчаянный взгляд блуждал по комнате, словно в поисках какого-нибудь выхода.
Рики подошел и положил к ней голову на колени. Он был худ, казался совсем старым, и кожа в лохмотьях шерсти висела на выпирающих костях.
- Это ты, Рики? - сказала мать тихо. Потом вся вздрогнула и вдруг наклонилась к собаке, поцеловала ее в обвисшие губы с редкими сухими усами и встала. - Идем, - сказала она отрывисто, и Рики поплелся за нею в маленькую кухню, куда уже давно никто не входил и где было холодно, как на улице.
- Проснись, мальчик, вот тебе горячий суп, - говорила мать.
Володя поел супу, который показался ему вкусным, похожим на бульон, только немного горьким, и снова лег. Сквозь дремоту он слышал глухой голос отца.
- Мы так давно не ели мяса, - говорил отец, - мне сразу стало лучше. Кажется, я могу встать и подложить дрова в печку. Где ты достала?
- Да уж достала… - отмахнулась мать. - Теперь хватит на несколько дней.
Потом она подошла к Володе, чтобы, как всегда, поцеловать его на ночь.
- А ты ела суп, мама? - спросил мальчик. - И Рики тоже ел?
- Спи, спи, - тихо сказала мать и отошла от кровати.
Через несколько дней папа опять ушел на работу. Володе тоже не хотелось больше лежать. Он встал и позвал Рики. Но мама сказала, что к ним приходил один папин товарищ и ему отдали Рики, потому что там ему будет лучше. Мама теперь все больше лежала на диване, одетая, покрывшись старым пальто, и почти совсем не вставала.
Однажды утром к ним пришла маленькая быстрая девушка в полушубке.
- Я из комсомольской бригады, - сказала она, - и буду вам помогать.
Она принесла со двора воды в чайнике и в алюминиевой кастрюле, затопила печку, потом сходила в булочную и принесла хлеба.
- Знаете, - сказала она матери, - на Крестовском острове открыли детский стационар. Там бы вашему сыну давали кроме хлеба соевое молоко и компот. Дети там поправляются. Хотите, я поговорю по этому вопросу?
Володя запомнил это слово - «стационар». Оно было чем-то похоже на самовар, только не пузатый и красный, какой стоял у них на кухне, а сверкающий, белый и строгий, какой он видел однажды у тети Веры.
Когда на другой день пришла девушка в полушубке, Володя спросил:
- Вы еще не говорили по этому вопросу?
- По какому? - спросила она, улыбаясь.
- Про стационар, - с трудом выговорил Володя и покраснел.
На другой день во двор, где жил Володя, приехал автобус. В нем уже было больше десятка детей. Володю тоже посадили в автобус и увезли.
В стационаре Володе было хорошо и даже не скучно, потому что было много мальчиков и девочек и он рассказывал им про Рики, про столик-накройся и ковер-самолет. Здесь часто давали есть. А один раз всем выдали по два мандарина и по палочке шоколада, потому что был Новый год.
Володя съел оба мандарина, а шоколад спрятал в бумажку и все время его хранил для мамы. Он скучал о ней теперь больше, чем о папе, и больше, чем о Рики.
И вот наконец приехал автобус, и Володю опять привезли на знакомый двор с кирпичной оградой, разбитой в одном месте снарядом.
Когда Володю подвели к дверям их квартиры, он нащупал в кармане шоколадку и крепко зажал в руке.
Но мамы не было дома. Папа сам расстегнул Володе пальто, снял с него шапку и башлык, поцеловал и повел его к печурке.
- Ну вот, грейся, - сказал он, - а я сейчас принесу воды и вскипячу чай.
- А где же мама? - спросил Володя.
Но папа уже взял чайник и алюминиевую кастрюлю и скрылся в дверях. Воды все еще не было в кранах, ее брали на дворе, из колонки.
Володя осмотрел комнату. На диване никого не было, он заглянул за печку, где на тюках спал раньше Рики, потом толкнул дверь и вошел в кухню. Там тоже никого не было, но на подоконнике, запорошенном снегом, потому что было выбито верхнее стекло, он увидел что-то похожее на губку, которой его мыла мать. Но это оказалось не губкой, а чем-то другим, лохматым и рыжим, и напомнило ему что-то очень-очень знакомое.
И Володя понял. Он даже уронил «губку» на пол, но потом снова поднял и опять со страхом осмотрел ее. Он узнал ухо, мохнатое рыжее ухо Рики, сморщенное морозом.
- Где же ты, мальчик? - послышалось рядом, и отец вошел в полуоткрытую дверь кухни.
Володя показал ему ухо, хотел что-то сказать и заплакал.
- Рики, Рики… - бормотал он, глотая слезы.
Отец взял его на руки, отнес в комнату и, сев на диван, усадил к себе на колени.
- Рики спас нас с тобой, - сказал он.
- Он умер, - упрямо сказал Володя, - я же знаю. А мама мне сказала… Где мама? - спросил он. - Где она?
Отец молча гладил его по голове.
- Мамы больше нет у нас, - наконец проговорил он.
Лицо его сделалось некрасивым, он с трудом дышал, как будто глотал что-то застрявшее в горле, и Володя с удивлением понял, что он плачет. Он первый раз видел, чтобы плакали такие большие люди, как папа, и чувство жалости и страха охватило мальчика. Он хотел тоже заплакать, но что-то подсказало ему, что теперь плакать нельзя, а то отцу будет еще тяжелее.
И Володя сдержал слезы. Какая-то новая мысль вертелась у него в голове. Когда отец стал ровнее дышать, он спросил:
- А почему же Рики не спас маму?
- Она не могла есть тот суп, - сказал отец. - Она сделала это, чтобы спасти нас.
А. Поляков
«Твой друг», 1986г.
"Псы" — мрачный триллер из СССР
Рекомендовать кино времён перестройки — затея опасная, ведь велика вероятность получить носком под сраку от синефилов всех мастей. Но, Жираф Емеля попробует сегодня "продать" вам необычный, интересный, захватывающий психологический триллер с элементами хоррора — "Псы" 1989 года.
— Они мстят человеку за предательство. Это страшнее волков!
Фильм "Псы" 1989 года — уникальная картина, ведь включив его, сложно понять, когда делали кино. Картинка настолько вкусно выглядит, будто проект выпустили совсем недавно. Единственное, что выдает эпоху — лица актеров: Андрей Краско, Михаил Жигалов, Юрий Кузнецов. Актерский ансамбль здесь настолько ядерный, что ты будешь словно Лео Ди Каприо из того самого мема "тыкать пальцем в экран и свистеть".—Костер разведите, чтоб до неба!
Сюжет таков. Конец 80-х, средняя Азия, в одном из заброшенных городков волки загрызли любопытного маленького мальчика, поэтому партия собирает отряд охотников, которые должны зачистить местность. Здесь у нас парт-работник, учитель пьяница, бывший чемпион по спортивной стрельбе, охотник, простой мужичок из местных и старичок ветеран войны. У каждого своя мотивация, но практически каждым движет желание заработать, ведь обещали восемь рублей за шкуру убитого волка.
Прибыв туда, обнаруживается, что никаких волков здесь нет. В пустынном безумии, под палящим солнцем, простым мужикам придется столкнуться с жестокой стаей, а также найти в себе силы пережить эти дни и понять, как выбраться в цивилизацию не сойдя с ума— Я о них в журнале читал. Их белые волки называли — оборотни!
Ради чего смотреть
В первую очередь актерская игра. Артисты насыпают сполна, поэтому, если вас не зацепит сюжет, то работы Краско и Кузнецова не оставят равнодушными.
Во-вторых стиль съёмки. Оператор подбирает необычные ракурсы, камера зачастую находится в движении, а иногда будто подсматривает за происходящим, боясь спугнуть персонажей.
И, стоит похвалить атмосферу. Отличная музыка, пугающие "Псы" и люди попавшие в опасность.
Один из первых коммерческих советских фильмов получился весьма запоминающимся. Не без огрехов, но уж точно достойным внимания.
Режиссер Дмитрий Сазонов подавал огромные надежды в советские годы, а в 89-м выдал триллер/хоррор Псы, получив похвалу от зрителей. К огромному сожалению, после развала союза, Сазонов скатился в коммерцию и начал клепать сериалы. За Улицу разбитых фонарей спасибо, но хотелось большего.
"Псы" хороши, хотя и видно, что бюджета не хватает. Ещё бы, на дворе пиздец и скоро страны не станет, но съёмочная группа отработала каждый рубль. В саму же картину добавить чуть масштаба и пару битв со стаей, тогда кино стало бы культовым.Однако и то, что есть, работает отлично.
И если говорить о ремейках, то вот чем надо вдохновляться. Я бы глянул на такой фильм с большим бюджетом! Эх, какой бы постапокалипсис можно было заебенить.
Как-то так. Если интересно о фильмах перестройки и не только, то подписывайтесь или забегайте в телегу. Вчера написал пост о фильме 98-го года в котором бедных людей резали на органы в пользу богатых. И это не фильм Майкла Бэя "Остров".
Собачий холод часть 2. Финал
- К-какого хрена? Т-ты же у-умер! - крикнул Гриша и, попятившись, упёрся спиной в гараж. Этого не может быть! Мурат повесился девять дней назад... А полицейские, а новости? Все же видели своими глазами… Но сейчас Мурат стоит перед ним и широко, издевательски ухмыляется. «Может, меня реально глючит?» - подумал Гриша и отвесил себе оплеуху. Замёрзшая щека практически ничего не почувствовала. Парень занёс руку, чтобы ударить себя ещё раз, но никуда не девшийся после первой пощёчины Мурат рассмеялся.
- Т-ты чег-го ржёшь? – тупо спросил Гриша.
От холода зубы сильно стучали и слова вылетали кусками, будто бы парень не произносил их, а откусывал.
- Смеюсь над тем, какой ты… - Мурат щёлкнул пальцами, подбирая слово. - Жалкий. Замерзший, в собственной блевотине и моче, стоишь и шлепаешь себя по роже.
«Здесь его быть точно не должно, - подумал Гриша, - Мурат умер, и это всем известно. Но сейчас он стоит здесь и смеётся над ним! Это явно не галлюцинация, иначе она давно бы пропала - или псы не реагировали бы на ее. Но что тогда здесь происходит?»
- Т-ты что з-здесь д-д-делаешь? Т-ы же у-умер, – повторил парень и невольно съежился, засунув руки в карманы.
Будь он в другой ситуации - Мурат сразу получил бы по зубам. Но сейчас Гриша ужасно устал и замёрз. Всё, чего он хотел - это согреться. И даже если этому поспособствуют унижения от мёртвого одногруппника, на это глубоко плевать. Пускай хоть сам черт в лицо ему плюнет, лишь бы до дома дойти.
- Да, я умер. Точнее, меня убили. Вы, кстати!
Гриша испугался. Он услышал то, что старался гнать от себя всё это время. И сказал ему это никто иной, как Мурат Ижевский, парень, которого Гриша с друзьями затравили до такой степени, что он повесился. Конечно, его мучителю по большому счету было плевать на жизнь какого-то там лоха из колледжа, возможно, он был даже немного горд – но абсолютно не хотел такой правды, за которой последует наказание. Гриша ни в чем не виноват, они с парнями просто шутили, Гриша ведь вожак – ему можно. Мурат сделал всё сам! Это его вина, это он очкастый слабак!
- Н-нет! Т-ты же с-сам в-сё сд-д-елал. М-мы про-сто шутили, – замотал Гриша головой, хватаясь за эту мысль, как за соломинку.
- Конечно-конечно. Вы просто шутили, – улыбнулся Мурат. – И это тоже было шуткой, придурок?! – вдруг выкрикнул он и резко рванулся вперёд.
Грише показалось, что сейчас Мурат броситься на него. Балахон упал на снег и Гриша увидел, что Мурат одет в чёрный похоронный костюм с пышной белой розой в нагрудном кармане пиджака. На вытянутых руках он держал небольшого джек-рассел-терьера, который, высунув розовый язык, вилял как ни в чем не бывало коротеньким белым хвостом. И тут Гриша заметил одну очень странную деталь, которую прежде то ли не видел у других, то ли не придавал ей значения – у пса в руках Мурата не шёл пар изо рта. По спине забегали мурашки, хотя, казалось бы, больше некуда. Парень медленно перевёл взгляд на остальных собак, смирно сидящих вокруг Мурата. Ни одного маленького облачка пара ни из одной пасти не вылетало. Пар не выходил и изо рта Мурата. «Это получается, что они все… действительно мёртвые?!» - пронзила мозг паническая догадка.
- Ну, что молчишь, не узнал? – спросил меж тем Мурат.
Лицо его исказила злобная гримаса, в глазах плясали красные огоньки гнева. Теперь Гриша испугался ещё сильнее, чем прежде. Сейчас он один, неизвестно где, стоит в окружении трупов?! Мысль о галлюцинациях на этом фоне показалась чертовски привлекательной! Конечно, он узнал собачку – это был пёс Мурата по кличке Альбик. И незадачливый мучитель его хозяина прекрасно помнил, что случилось с этим псом.
Тринадцатое декабря. Вечер.
Это была суббота. В тот вечер Гриша с компанией в полном составе – Марк, Вова и Димон Магатырев по кличке Мага - шатались по спальному району и искали, чем бы им заняться. Денег на пиво не было, и девчонки сегодня отказались тусить. Так что парни курили одну пачку «Bonda» на всех и искали развлечений. Домой никому не хотелось. У Марка сегодня отчим буянит и идти драться он не собирался. У Димы мама опять привела домой толпу своих приятелей-нариков, и сегодня её планы на вечере звучали приблизительно так: «разделить на всех порошок, который принесли гости, а потом начать развлекаться под кайфом, насрав на всех». Так что и Мага не горел желанием топать домой и наблюдать такое на протяжении ночи. У Вовы всё просто – сегодня у родителей зарплата, по этому поводу они непременно выпьют, а это никогда ничем хорошим у них еще не заканчивалось. Единственный в этой компании, чью семью не затронули алкогольная и наркотическая зависимости, был Гриша. Но он тоже не хотел идти домой. Сегодня отец возвращался из командировки, а это значило одно – после вечерних новостей, сидя за столом с кружкой крепкого чая в одной руке и бутербродом в другой, отец примется отчитывать Гришу за то, что пацан занимается всякой фигнёй и шатается по дворам с какими-то мутными типами вместо того, чтобы учиться и нормально зарабатывать. Единственным другом, который нравился отцу, был Марк. Про него батя всегда говорил:
- Толковый парень, жаль только, что семья неблагополучная. Если бы тебе, – тыкал он в сторону сына бутербродом, - всю дурь из головы выбросить, то был бы уже с нормальной работой, а не каким-то там официантиком! Не всем, у кого есть мозги, жизнь даёт возможности, а у кого мозгов нет - возможностей хоть отбавляй. Вот только люди ими не пользуются, – вздыхал отец.
Именно потому, что отец питал уважение к стремлению Марка нормально работать, Гриша всегда просил приятеля помочь отмазаться. Ведь если Марк обещал Гришиному отцу, то так и будет. Но сегодня вообще не было настроения в очередной раз выслушивать нотации предков, поэтому он шатался по дворам вместе с друзьями и искал способ убить время. Они уже перебрали сотню вариантов и пришли к выводу, что лучший выбор на сегодня – это, украв в ближайшем магазине пару полторашек«lowenbrau» и несколько пачек «Lays», отправиться тусить в чей-нибудь подъезд или на заброшенную стройку. Но, подходя к магазину, они увидели Мурата. Тот топал со своей мелкой собакой на поводке. Пацаны радостно заусмехались - они поняли, что воровать сегодня ничего не придётся. Всё купит Мурат.
- Опа! – театрально раскинув руки, затормозил вожак, невзначай перегородив жертве путь ко входу в магазин. Остальные встали полукругом, постепенно его сужая. В темноте оранжевые огоньки сигарет освещали под капюшонами совсем не дружелюбные лица «стаи». – Муратик-очкожоп - наш томатный спонсор!
Мурат, заметивший преследователей, к несчастью, поздно, на мгновение остановился. На его лице, будто по щелчку проектора, сменилось друг за другом эмоции – недоумение, разочарование, страх. А затем, к большому Гришиному удивлению, что-то, похожее на решимость, в которой страха было куда меньше, чем обычно. И это совсем, совсем не понравилось Грише… Решение пришло само собой – надо было немного поджать зарвавшегося очкарика.
- Э! – рявкнул он.
Вдруг Мурат, точно тоже принявший какое-то решение, резво развернулся и в обход компании двинулся ко входу в магазин. Классический ход, остановишься – точно пристанут, побежишь или ответишь что-то – взбучки не миновать.
-Эй, ты! Слышь, я кому говорю? – крикнул Гриша, ускоряя шаг.
Парни перешли на бег и перехватили жертву практически у лестницы из грязной кафельной плитки.
- Ты чё друзей игноришь, Муратик? - спросил Гриша, кладя ему на плечо руку.
- Нехорошо, – улыбнулся Дима, окончательно перегораживая путь к магазину.
Собака залаяла на них. Мурат легонько дёрнул поводок, и пёс успокоился.
- Вы мне не друзья, – на его лице не было ни капли страха, только суровая решимость.
- Как так? А я ведь надеялся! – сделал грустное лицо Марк.
Парни засмеялись. Все понимали, что на улице уже практически никого нет, да и вряд ли загнанной в угол жертве поможет кто-то из случайных прохожих. Но оставался последний шанс – магазин. Конечно, Гриша с пацанами могли отловить Мурата и прямо в магазине, но это было чревато вмешательством охранника или вообще вызовом полиции.
- Дайте пройти, – так же спокойно сказал Мурат.
-А то чё? – спросил Гриша, выпятив грудь.
- Дайте пройти. Что вам нужно от меня?
-Понимаешь, Муратик, мы с пацанами хотели сегодня пивка выпить, но вот бабок нет. Займи по-братски.
- Нет, нету денег.
Что ж, этого Гриша ждал. Но отказ всё равно ему категорически не понравился. Отказ означает, что Мурат не боится получить в зубы. А это значит, что он не боится парней? Его, Гришу, больше не боится? Это пугало - ведь если его перестанет бояться этот зачуханный очкарик Мурат – то могут перестать бояться все. Удар по репутации… Авторитет должен держаться на страхе. И уронить свою значимость, да еще на глазах всей стаи, вожак не позволит никому. Внутри закипала злость. Сегодня вечером Гриша был обязан снова заставить Мурата его бояться!
-А чё в магазин тогда идёшь?
- Корм купить собаке.
- Ну корм-то ты не за красивые глаза получишь. Или ты охраннику отсосешь? – ухмыльнулся Гриша. Пацаны заржали.
- Деньги только на корм. Дайте пройти, – не дрогнувшим голосом ответил Мурат.
- Слышь, Муратик, мы тебя пока еще по-хорошему просим. Но можем и по-плохому, у меня терпение не резиновое, – раздражённо прошипел Гриша. Он и вправду уже начал выходить из себя.
- Да мне плевать, – тоже раздражённо сказал Мурат. И это была неслыханная дерзость!
Тут его собака снова залаяла.
-Шавку свою заткни, придурок! – рявкнул Гриша.
-Шавки здесь только вы. А это пёс, – без раздумий ответил тот.
У Гриши чуть не отвисла челюсть. Мурат назвал их шавками? Это же просто смешно! Этот очкастый идиот должен их бояться, а не обзывать! А ведь какой твердой была уверенность, что в последний раз, когда Мурат пытался защитить себя, они сломали его. Ведь с того времени Мурат и правда не делал никаких попыток избавиться от травли и покорно сносил издевательства. Что нашло на него сегодня? «Да что бы ни нашло – так же и выйдет! Пропадёт страх у одного – может пропасть и у других. Этого допустить нельзя, нужно опять запугать Мурата - и на этот раз, запугать серьёзно. Не загнать волю вглубь, а выбить её, как выбивает из лёгких воздух при падении».
- Че ты сказал? – набычился он вслух.
И тут Мурат резко ударил его в лицо. Удар получился не очень сильным, неумелым, но кулак расплющил верхнюю губу о зубы. Гриша, сбитый с толку, отступил назад, мотнул головой, во рту появился металлический привкус. Не дожидаясь, пока компания поймет, что случилось, жертва круто рванула с места, подхватив пса на руки. Выйдя из секундного ступора, пацаны рванули за ним. Мурат пролетел вдоль газона, огороженного маленьким чёрным заборчиком, и завернул во двор. Вова побежал наперерез через газон, но быстро понял, что это была плохая идея, так как увяз в снегу по щиколотку. Гриша с Димой и Марком помчались по тротуару и, завернув во дворик, закрутили головами. Гриша увидел, что Мурат повернул направо, крикнул:
- Лови очкарика! – и рванул за ним.
Когда до выхода со двора оставалось метров тридцать, разъяренный парень догнал наконец жертву и с размаху ударил по уху открытой ладонью. Мурат запнулся и полетел в сугроб, собака заголосила, но Мурат прижал её к себе, сгруппировавшись так, чтобы прикрыть пса при падении. Гриша тут же пнул его в лицо, голова Мурата опрокинулась назад, очки слетели в снег. Тут подбежали остальные, каждый, отвесив загнанному противнику пинка по рёбрам, отходил в сторону, беря добычу в полукруг.
— Ты че, урод, храбрость поймал? – прошипел Гриша, сплюнув розовую от крови слюну.
- Да пошёл ты, придурок! – ответил Мурат, поднимаясь на ноги. – Вы достали уже!
Из разбитого носа у него текла кровь, он смахнул её рукой и опустил собаку на землю. Пёс тут же залаял на Гришу и бросился к нему, но Мурат дёрнул поводок на себя.
- Я ща шавку твою блохастую по стенке размажу, – разъяренный, Гриша шагнул к собаке.
- Только попробуй, – перегородил ему дорогу Мурат. – Альбик, сидеть! – повернулся он к собаке.
Пёс послушно сел, но продолжал глухо рычать на Гришу и остальных.
- А то чё?
Гриша двинулся на Мурата - и тот опять ударил его. Кулак прилетел в разбитую губу, брызнула кровь, и нападавший остановился. Второй удар Мурата прилетел в нос - в нём что-то хрустнуло. Потом Гриша почувствовал, как ноздри начинает покалывать сотней маленьких иголочек, к уголкам глаз подступают слёзы, а из левой ноздри течёт что-то тёплое. Да как он посмел? Сраный очкастый педик! Гриша взревел и ударил Мурата правой. Кулак с глухим шлепком впечатался в скулу противника и тот сел в снег. Гриша пнул его ногой в грудь, повалив на спину, и несколько раз сильно ударил в лицо. Тяжело дыша, отошёл - и тут на него бросился пёс. Гриша пинком отшвырнул собаку на пару метров, пёс упал и заскулил, пытаясь подняться. Мурат приподнялся на локте, сплевывая кровь, и снова кинулся в бой с криком:
- Не трогай Альбика!
Гриша ударил опять Мурата, уронив его в снег, и зашагал к собаке, которая барахталась в снегу. Видимо, ударом ноги хорошо её приложил. Похоже, этому ушлепку насрать на свою очкастую рожу, но вот на что ему не насрать – так это на свою блохастую шавку. Гриша заставит этого урода бояться, он покажет ему, кто здесь главный. Покажет, что может сделать всё что угодно - и ему за это ничего не будет. Сегодня он сломает этого очкастого педика, отомстит ему за то, что тот посмел поднять свою тощую культю на Гришу.
Он подошёл к собаке и поднял её за поводок. Пёс засучил короткими лапками в воздухе и храбро попытался укусить врага. И тут Гриша размахнулся и со всей силы ударил пса о кирпичную стену дома. Глухо шлепнуло, что-то внутри собаки хрустнуло, пёс громко взвизгнул. Гриша ударил ещё раз, пёс опять взвизгнул, но уже тише, на серые грязные кирпичи брызнула кровь.
- Ты чё, Гришань!? – крикнул Вован.
- Ты перебарщиваешь! – сказал Марк и двинулся к Грише.
- Заткнись! – рявкнул тот.
Парни застыли в страхе и удивлении, ещё никогда они не видели своего вожака таким – глаза вылезли из орбит, лицо исказила маска дикой злобы, изо рта брызгала слюна. Гриша ударил собаку ещё три раза. После третьего раза пёс перестал визжать и обмяк, кровавые брызги украсили сугроб у стены неровными рваными линиями. Мурат подскочил на ноги и рванулся к Грише.
- Ты убил мою собаку! – закричал он, из глаз брызнули слёзы.
Парень швырнул изломанное тело пса в стену и прыгнул на Мурата, врезался в него всем телом и, повалив в снег, принялся душить.
- Да, я убил твою шавку, педик! И тебя убью, сука, придушу! – кричал он, брызжа розовой слюной в синеющее лицо Мурата.
Тот хрипел, задыхаясь, и пытался ударить Гришу, но тело неминуемо слабело. Убить этого педика, как убил его шавку! Он потерял уважение и поплатиться за это, никто не смеет перечить Грише. Никто! Мурат уже не пытался сопротивляться, а просто загребал руками снег. И тут озверевшего парня обхватили чьи-то руки и оторвали от противника. Гриша полетел в снег и тут же получил две оплеухи по щекам, а затем ему в лицо кинули пригоршню снега.
- Ты чё творишь? Это перебор, придурок! Валим отсюда! – прокричал ему в лицо Марк, тряхнув за плечи.
Злоба начала утихать, и Гриша понял, что нужно делать ноги. Отпихнув Марка, он встал и, плюнув напоследок в лицо своей хрипевшей и кашлявшей в снегу жертве, зашагал к выходу со двора. Потом развернулся и процедил сквозь зубы:
- Так будет с каждым, кто меня не уважает. Я сказал, что шавку об стену размажу – сделал. Пацаны за слова отвечают, - и скрылся в подворотне.
Парни, немного помешкав, побежали за ним. Откашлявшись, Мурат поднялся и подбежал к трупику пса. Шерсть уже не была белой, на ней блестела кровь. В некоторых местах торчали обломки костей. Розовый язык вывалился из пасти, в кровоточащих деснах не хватало зубов. Большие тёмные глаза остекленели и смотрели в никуда, маленькая снежинка упала на зрачок и не растаяла. Мальчишка прижал к себе собаку и заплакал навзрыд.
- Прости, Альбик, прости. Я не смог тебя защитить. А ты, ты пытался… – всхлипывая, причитал Мурат. – Я отомщу за тебя, дружище. Эти ублюдки за всё заплатят. Прости меня.
Он плакал, прижимая мертвую собаку к груди. А с безучастного неба на них обоих падал снег.
Сейчас.
- Прости меня! Я не хотел, я не знаю, что на меня нашло! Я очень жалею об этом, честно! – причитал Гриша, вжавшись в стену гаража.
- Врёшь, – с улыбкой ответил Мурат.
- Нет, честно, мне так жаль было!
Конечно, Гриша врал. Ему было не жаль. После того вечера, лёжа по вечерам в кровати, он вспоминал, как бил пса о стену и тот скулил. Вспоминал лицо и крики Мурата, и как тот не смог ничего сделать. И, вспоминая это, улыбался. Ему доставляло садистское удовольствие осознание факта власти над чьей-то жизнью. Ему нравилось знать, что он может кого-то убить и доставить кому-то боль. Каждый раз, когда он вспоминал визги собаки, брызги крови в воздухе и посиневшее лицо Мурата, Гриша испытывал такую эйфорию, какую никогда в жизни не ощущал. А отдельное удовольствие доставляло осознание того, что он не понёс за это никакого наказания. Конечно, следующим утром было страшно, но ничего не произошло. В дверь не позвонили полицейские и не вручили ему повестку в суд. Всё было спокойно, даже пацаны ничего не говорили - лишь иногда странно смотрели. Но парня это не волновало. «Это значит, что я вожак, они меня уважают», - думал он. А когда Мурат повесился, не оставив никакой записки, то Гриша обрадовался ещё больше. Гриша сильнее - и своим самоубийством Мурат это признал. Только Марк доставлял проблемы со своими угрызениями совести, но Гриша уже знал, что делать. Если Марк пойдёт к ментам – придется убить его. Согласиться со всеми его доводами, пойти на перекур в гаражи, и там задушить его или пырнуть ножом. Наверняка это будет чертовски приятно. Да и потом, вожак должен защищать свою правоту и себя. Дать остальным понять свое место…
Но сейчас ему было страшно. Он замёрз, и силы противника превосходили его собственные. Сейчас Гриша совсем не чувствовал себя вожаком. В его понимании вожак - это тот, кто может победить. И сейчас вожаком был Мурат. Гриша просто не мог в это поверить. За несколько часов он растерял всю силу и уверенность, а теперь парень, которого он всегда считал слабаком, смеётся над ним. Но он ведь выпутается из всего этого, а потом найдёт всех их – и собак, и Мурата, пускай он даже умер, по отдельности - и расправится с ними. Если будет надо, то выкопает очкарика и загонит ему в сердце кол, или что там нужно.
- Ты врёшь, – всё так же спокойно сказал Мурат.
- Нет, прости меня, пожалуйста, я не хотел! Честно! – упал на колени и заскулил Гриша.
Унижение? Да, унижение ради выживания. Уж потом-то он отыграется, главное сейчас - свалить. Мурат расхохотался.
- Ты такой жалкий!
- Прости меня, – пополз к Мурату его недавний мучитель.
- Вы все такие важные и крутые, когда в стае. Но когда остаётесь одни – ничего из себя не представляете. Вы готовы ползать на коленях и унижаться, лишь бы не получить заслуженное наказание. Ты как шакал, нет, даже хуже - даже в стае ты способен нападать только на слабых и беззащитных. Ты – социально опасен. Ты не контролирующее себя животное. Знаешь, что делают с бешеными шакалами? – улыбнулся Мурат.
- Пожалуйста, не надо! - взмолился Гриша.
- Как ты там сказал? Пацан сказал - пацан сделал? Ну вот… Я обещал отомстить. – его улыбка растянулась ещё шире, и теперь в ней не осталось ничего человеческого. - Мы все должны помнить о монстрах, которых создаёт каждый из нас, - закончил Мурат и хлопнул в ладоши.
-Нет! – крикнул Гриша.
Собачьи глаза вспыхнули вокруг него красными угольками, и псы разом сорвались со своих мест. Питбуль прыгнул на Гришу, повалив в снег. Одна из борзых вцепилась в правую руку и потянула на себя. Раздался мерзкий хруст, запястье обожгла дикая боль, а потом Гриша почувствовал, как кисть отрывается. Он заорал. Вторая борзая вцепилась ему в промежность, вызвав новый панический вопль. Собаки драли тело на части, боль заполнила собою, казалось, всё вокруг - и тут питбуль вгрызся Грише в горло. В глазах стало темнеть. Последнее, что увидел Гриша – лицо Мурата, наблюдавшего сцену расправы: тот дико хохотал, словно безумец, его искаженное лицо с красными глазами теряло в этом демоническом хохоте человеческие черты, а изо рта так и не вырвалось ни единого облачка пара. Затем навалилась тяжелая тьма.
Ещё несколько минут собаки рвали распростертое на снегу тело. Потом Мурат хлопнул в ладоши и сказал:
- Хватит. Возвращаемся.
Псы тут же оставили труп и побежали к хозяину. Он поправил розу, часть лепестков которой стали кроваво-красными. Развернулся и зашагал по снегу, его чёрные лакированные похоронные туфли не оставляли следов. Собаки бесшумно мчались за ним сквозь снежную мглу, постепенно растворяясь в ночной темноте, словно превратившись в снежинки, вихри которых закручивал в воздухе ветер.
ЭПИЛОГ.
Марк Юнков ехал в автобусе, погружённый в мрачные мысли. Вчера в каких-то гаражах на отшибе города нашли тело его приятеля – Григория Малинова. Парень был буквально растерзан на куски. По предположениям спасателей, на него напала стая бродячих собак. Марк помнил, что, когда звонил Грише последний раз, тот жаловался, что уехал не туда - и теперь добирается до дома.
Родители парня были буквально раздавлены случившимся. Хотя сам Марк испытывал двойственные чувства… Страх от осознания произошедшего смешивался с чем-то, до странности похожим на облегчение. Возможно, причиной этому стала перемена в поведении давнего друга. И то была очень пугающая перемена. В последнее время парень становился всё более жестоким, и Марку это совсем не нравилось. А уж после того, что он сотворил с собакой Мурата Ижевского, да и с ним самим, Марк понял, что им совсем не по пути.
После того, как Мурат повесился, угрызения совести понуждали его пойти в полицию с признанием. Однако ему так не нужны были проблемы с полицией! Хотя он чувствовал, что и Гриша может доставить массу проблем. Поэтому признание хотелось бы обставить так, чтобы забрали только Гришу и его пацанов, а самого Марка не трогали.
Так что после того раза Марк и сам планировал отделиться от компании окончательно. Он давно видел проблески безумного огонька в глазах приятеля, но в тот день это было целое пламя, и тогда стало понятно, что это пламя может спалить всё. Хоть и стыдно было признавать, но он был отчасти даже рад тому, что Гриша умер. Было мерзко от осознания этого факта, но он ничего не мог с собой поделать...
- Конечная, просьба освободить салон. Всего вам доброго! – прозвучал женский голос, искаженный динамиком .
Чёрт, видимо задумался и проспал! Марк подскочил и выбежал в открытые двери. Оглядевшись, он понял, что находиться в незнакомом месте – с одной стороны глухой бетонный забор, а напротив автобусной остановки какое-то старое кладбище. Мигнув фарами, видавший виды «Икарус» захлопнул двери и резво покатил по шоссе, оставив парня на остановке в раздумьях. Ведь Марк точно помнил, что садился на нужный ему маршрут. Держа в голове оплошность погибшего приятеля, он несколько раз проверил номер. И тот автобус, на который он сел, никогда не ходил до кладбища…
Собачий холод часть 1
Алексей Сухоруков
24 декабря. 22:06
Вечер не задался уже тогда, когда Гриша сел не на тот автобус - и с каждой новой остановкой становился всё хуже и хуже. Но Гриша об этом пока не подозревал. А когда понял, что уехал не туда - было уже поздно, Гриша выскочил из пустого салона и оказался на каком-то пустыре. Чуть дальше виднелся гаражный массив, а за ним многоэтажные дома. Проложив по картам маршрут до дома, Гриша увидел, что быстрее будет идти через эти самые гаражи – иначе придется прибавлять полчаса пути и делать длинный крюк по дороге. Было уже достаточно поздно, парень устал, и терять время ему никак не хотелось. Вдохнув морозный декабрьский воздух и поправив рюкзак, он зашагал к гаражам по белой равнине. Спустя пару метров Гриша провалился в снег по щиколотку, зачерпнув в ботинок не меньше пригоршни. «Может, стоит повернуть назад?» - подумал он, но потом решил, что раз ноги уже промочил, смысла беспокоиться не было, и даже по таким сугробам будет быстрее, чем по дороге. Он двинулся дальше, проваливаясь сначала по щиколотку, а потом уже по колено. Не обращая внимания на снег, часть которого уже растаяла в ботинках и теперь те неприятно хлюпали, Гриша уверенно шагал вперёд. Когда он преодолел половину пути до гаражей, в кармане зазвонил телефон. От резкого звука Гриша подскочил, но, ощутив вибрацию в кармане, успокоился. Достав телефон, посмотрел на дисплей – звонил Марк Юнков, давний Гришин приятель и одногруппник.
- Алло!
- Привет, Гриш. Отработал?- послышался в трубке голос Марка.
- Да, домой иду. Чё хотел?
- Да я спросить хотел, – замялся Марк. – Тебе ведь менты больше не звонили? Ну, насчёт Мурата.
- Нет. И не позвонят. Больше недели уже прошло, нам ничего не сказали. Всё, что нужно, спросили. В конце концов, мы просто безобидно шутили. Понял? – от раздражения Гриша повысил голос чуть ли не до крика.
- Да, но всё-таки… - начал Марк
- Никаких всё-таки. Я сейчас домой по пустырю добраться пытаюсь, уехал не туда. Позже об этом поговорим. У меня и так мобила почти села.
- Окей, позвони мне.
- Ага. – Гриша раздраженно сбросил звонок.
Убирая телефон в карман, он выругался и сплюнул в снег. Его уже изрядно достали все эти разговоры про Мурата Ижевского – ещё одного одногруппника из колледжа. Мурат всегда был объектом насмешек и всяческих издевок. Оно и не удивительно, с его-то внешностью. Высокий, тощий, старая одежда вечно болталась на нём словно на вешалке, еще и дурацкие очки в роговой оправе, стекла которых были настолько толстыми, что в них Мурат походил на инопланетянина. Очень тихого, замкнутого и малость странноватого инопланетянина. Поэтому Мурат уже за первый год обучения привык каждый день слышать в свой адрес нелестные обращения вроде «тощий педик», «чмо очкастое» или «лупоглазый членосос». И очень часто, если не всегда, эти оскорбления ему кричала именно компания Гриши, куда входили Марк, Вова Итавин и Димон Магатырев. Весь первый курс они просто дразнили тихоню, иногда отбирали деньги. А недавно, в начале второго курса, Гриша придумал новую обидную кличку: «Очкожоп», а Марк сочинил стишок-дразнилку: «Вот Муратик-очкожоп! Съел с говнищем пирожок». Не очень изобретательно, но следующие пару месяцев они с гордостью распевали её на парах и переменах. Иногда, расщедрившись, даже дарили Мурату самые дешёвые пирожки из столовой, предварительно плюнув на них или поваляв по полу, со словами: «Бери, не стесняйся. Это ж твои любимые – с говном!», после чего компания разражалась дружным глумливым ржанием. Сначала Мурат пытался кое-как постоять за себя, но каждый раз это заканчивалось потерями с его стороны в виде разбитого носа или синяка под глазом. А после того, как они сломали Мурату очки, он уже молча сносил все издевательства, только поправляя замотанную изолентой дужку.
Очевидно, что у девочек он тоже не пользовался популярностью. Даже пара прыщавых отличниц отворачивались от него. А однажды Димон, опоздав на пару, пробирался к своему месту и пнул на ходу сумку Мурата. Среди рассыпавшегося по полу содержимого студенты с удивлением увидели какую-то книжку, вроде бы, про чёрную магию или типа того. Дима тогда заявил на всю аудиторию: «Наверное, Муратик хочет заклинаниями увеличить себе хрен!» После этого случая компания Гриши пару недель дразнила Мурата «короткостволом» и предлагала ему услуги пластических хирургов. Да что говорить про отличниц? Даже учителя считали нелюдимого паренька странным. Конечно, они защищали Мурата от нападок, но делали это без особого энтузиазма, скорее, просто чтобы от очередных издёвок над чудаком не сорвалась пара.
Девять дней назад Мурат повесился. Утром его нашёл кладбищенский сторож - тело парня висело на старой липе в полузаброшенной части городского кладбища. Никакой предсмертной записки следователи так и не обнаружили.
Когда полицейские пришли с допросами в колледж, Гришина компания здорово переполошилась. Каждый из них понимал, что вполне вероятная причина самоубийства Мурата – на их совести, и что если полицейские узнают об этом, то всё, практически со стопроцентной вероятностью, повесят на них. Парни изрядно нервничали. Но Гриша быстро всех успокоил, сказав, чтобы в своих показаниях они просто преуменьшили издевательства, превратив их в безобидные шутки и подколы. «Учителя ничего не скажут, никто не будет ломать нам жизнь из-за этого очкарика», - сказал он, когда все курили возле колледжа, стоя за гаражом. Так и случилось. Никто ничего не говорил, а если что-то и просачивалось, то преподносили это всё как безобидные шутки, которые ну уж точно не могли стать причиной самоубийства. Гриша очень хорошо предугадал поведение окружающих - у него вообще часто такое выходило. Он словно чувствовал, как поведут себя другие люди, как собака чувствует, что кошка сейчас рванет с места. «Это качество вожака», - всегда говорил себе он.
Но отношение к ним после произошедшего ощутимо переменилось. Преподаватели и другие студенты смотрели косо, словно обвиняя в случившемся. Это молчаливое отчуждение изрядно бесило Гришу – ведь не он же, в конце концов, был виноват, что какой-то слабак, не способный постоять за себя, решил выпилиться! Да и потом, никто не знает, из-за чего точно Мурат повесился. Может, из-за неразделенной любви. Или он вообще был крышей поехавший… Именно так Гриша относился ко всему происходящему. И эту же точку зрения изложил своей «стае», радостно согласившейся с мнением вожака. Все, кроме Марка… В последнее время поведение приятеля не нравилось Грише. Давнишний приятель вечно нервничал, даже хотел, как последний кретин, пойти к бабушке Мурата с извинениями, а потом, возможно, и в полицию с чистосердечным признанием в травле. Услышав эту хрень, вожак разозлился и просто двинул Марку в челюсть, добавив, чтобы тот больше не нёс херни, иначе Гриша его собственноручно закопает. Остальные это поддержали, и Марк вроде бы заткнулся, но всё равно продолжал нервничать и капать на мозги. Вот и сейчас – позвонил, чтобы опять занять весь вечер бесполезным жеванием соплей.
- Дебил конченный, – выругался Гриша, снова сплюнув.
Идти по снегу оказалось не так-то легко. Налипший на штанины снег помочил и их, в ботинках противно хлюпало. Несмотря на быстрый темп ходьбы, чувствовалось, как к вечеру усилился холод. «Может быть, и стоило повернуть назад с самого начала», - подумал с досадой парень, но теперь уже точно было поздно. Пришлось продолжать идти к гаражам, до которых осталось уже совсем немного. И тут он услышал справа от себя собачий лай.
Повернувшись, Гриша увидел, как из гаражного массива вывернула стая собак, где-то с десяток… Увидев на своей территории человека, псы замерли, затем разразились нестройным лаем, а разделяет их какая-то сотня метров снега. «Вот ведь вляпался!» - подумал Гриша. Он стоял в чистом поле, где единственной возвышенностью был гаражный массив, и даже нечем было защитить себя - вокруг не было ни веток, ни досок, вообще ничего. Не успел он всё проанализировать, как собаки рванули к нему. Они словно летели по белой скатерти снега, едва касаясь её лапами, и даже не думали проваливаться. Гриша тоже рванул, но к гаражу. Бежать по снегу было невозможно, ноги проваливались в сугробы, выходило какое-то медленное неуклюжее барахтанье. Зимняя одежда при беге тут же оказалась тяжёлой и неповоротливой, а тело под ней взмокло от пота. Собаки стремительно сокращали дистанцию. Лай, дыхание и клацанье когтей по корке наста с каждой секундой были всё ближе и ближе. Но Гриша не смотрел на них. Он смотрел на гараж с оранжевыми металлическим стенками и чёрной крышей из рубероида, которую сейчас покрывала большая белая шапка снега. Гараж был всё ближе, но по скорости своего приближения парень явно, проигрывал собакам. Снег скрипел под лапами уже совсем близко.
Но наконец гараж оказался в зоне досягаемости. Гриша прыгнул, схватился руками за край крыши, упёрся ногами в стену и стал карабкаться наверх. Шершавая корка льда обдирала кожу с ладоней, но парень оттолкнулся, упал животом на крышу и залез. Зубы подбежавшей собаки клацнули около его ботинка, но он успел затащить ногу наверх и, тяжело дыша, перевернулся на спину.
Холодный воздух обжигал лёгкие и горло, пар клубами вырвался изо рта. Несколько минут Гриша лежал на спине, а потом, когда холод начал проникать сквозь пуховик, сел и сплюнул вниз. Собаки на земле в ответ залились лаем и запрыгали, но достать его не могли. Гриша огляделся и понял, что залез на гараж, который не присоединен к линии маленьких серых строений, тянувшейся к жилым домам. Для того чтобы попасть на крышу следующей «ракушки», парню нужно либо прыгнуть метров на пять вперёд, либо спрыгивать с гаража и бежать к следующему по земле. Такой прыжок с одной заледенённой крыши на другую не смог бы совершить даже Майк Пауэлл, что уж говорить о Грише. А добежать он просто не успеет - собаки разорвут его, как только он окажется внизу. «Значит, будем ментов вызывать», - подумал Гриша и достал телефон.
Экран пересекала большая трещина, паутиной разветвляясь в нижнем углу. Видимо, он разбился, когда Гриша карабкался на гараж. При нажатии на кнопку включения телефон никаких признаков жизни не подал. Молодой человек, чертыхнувшись, попробовал зажать ее, но телефон всё так же выдал чёрный экран. Гриша тёр телефон о штанину, грел его курткой и дыханием, но ничего не помогало. Чёрный экран лишь слегка поблескивал, отражая звёздный свет.
- Чёрт! – снова выругался Гриша.
Собаки внизу оживились и, громко залаяв, принялись бросаться на стену гаража.
- Да пошли вы! Суки шерстяные, – плюнул он на собак и заорал. - Помогите! Помогите! Собаки! Собаки напали!
Затем Гриша прислушался – никакой реакции, только собаки лают внизу. Какого чёрта вообще? Гаражный массив далеко от жилых домов, но неужели тут никого нет? Гриша крикнул ещё раз, и тут в дальней линии гаражей вспыхнул квадрат жёлтого света и в нём появилась тёмная фигура.
- Чё орёшь? – послышался пьяный мужской голос.
- Собаки на гараж загнали, не знаю, как спуститься! Помогите! – Гриша замахал фигуре руками.
- Ща разберёмся, не ссы.
Фигура скрылась из квадрата света, а затем, спустя несколько минут, появилась с чем-то длинным в руках. Мужчина, пошатываясь, зашагал в сторону одинокого гаража. Собаки внизу сразу ощерились, хотя видеть мужика ещё не могли. Вперёд выступил здоровенный серый пёс, похожий на питбуля. Мужичек уже подошёл достаточно близко, чтобы Гриша мог разглядеть его оружие - это была обычная штыковая лопата из нержавейки. Он перевёл взгляд на девять собак, принявших боевые стойки, и понял, что псины довольно крупные и убегать они вряд ли будут. Впереди стоял серый огромный питбуль, за ним две черно-белых не менее крупных собаки, чем-то напоминающие борзых, а дальше уже обычные дворняги.
Мужичок приближался, собаки лаяли, но с места не дёргались. Видимо, Гришу они теперь в серьёз считают добычей и охраняют место. Когда мужик был в паре метров от гаража, Гриша смог рассмотреть своего спасителя. Это был невысокий, тощеватый мужичок с короткой неаккуратной рыжей бородой. Чёрная лыжная шапка с надписью «Чемпион» сползала на глаза, и он периодически поправлял её. Увидев собак, которые теперь просто злобно рычали и были словно пружины, готовые вот-вот распрямиться, мужик остановился и крикнул:
- А ну пшли отседа! Шарики-бобики, мля! – и замахнулся на собак лопатой.
Питбуль тут же прыгнул. Мужик попытался сбить его, но промахнулся – блестящий штык прошёл ниже траектории полёта пса. Тот врезался в грудь мужика и повалил его в снег. «Борзые» сразу же рванули к ним, схватив мужика за оба запястья, пресекая все попытки оказать сопротивление. Мужичок заорал и засучил ногами, в которые уже вцепилось несколько дворняг. Питбуль вгрызся в шею мужчины. Тот, пару раз конвульсивно дернувшись, затих. Собаки продолжали рвать тело, из пастей и ран брызгала кровь, окрашивая снег в красный. Вот самая маленькая чёрная собачка отбегает в сторону, таща в зубах отгрызенную кисть. Все остальные жрут, не отрываясь. Питбуль треплет труп - и из разорванного живота на снег вываливаются кишки, от которых поднимается пар. Борзые сразу принимаются за лакомство, а питбуль ещё какое-то время трясёт труп и, наконец, с мерзким треском вырывает кусок рёбер и принимается грызть.
Гриша почувствовал, как у него мутнеет в глазах и из желудка наружу рвётся обжигающий ком, согнулся пополам и его вырвало. Переваренный ужин летит вниз и падает в снег, окрашивая его в бледно-желтый цвет. Собаки резко разворачиваются к нему, отрываясь от своей омерзительной трапезы, белая шерсть на морде борзых свалялась и превратилась в красные сосульки, с которых в снег падают маленькие капли крови. Гришу вырвало ещё раз. Затем он упал на спину, тяжело дыша, его трясло, а по телу растеклась дикая слабость. Он обтёр лицо снегом, затем взял ещё пригоршню и закинул в рот, чтобы смыть мерзкий привкус рвоты. Вроде полегчало.
Немного полежав, Гриша сел и тупо взглянул на окровавленный снег и собак, рвущих остатки мужика на куски. Пустой желудок снова закрутило, но очередная горсть снега, закинутая в рот, смогла опрокинуть рвоту обратно в желудок. Парень вынул из кармана пачку сигарет и закурил. Курить не хотелось совсем, но с каждой затяжкой становилось будто бы легче. Судя по всему, собаки уходить не собираются, для них это место теперь кормушка, а теплее не становится. Сегодня днём было минус двадцать семь градусов по Цельсию, а к ночи температура должна опуститься ещё ниже. Гриша уже чувствовал, как мокрое от липкого пота тело продувает сильный холодный ветер, и как в горле уже зарождается неприятное ощущение простуженности. Телефон не работает. Попробовать ещё покричать? Гриша резко вскочил на ноги и начал прыгать по гаражу, зовя на помощь.
- Помогите! Помогите! Собаки напали! Человека убили!
Он кричал около получаса. Никакой реакции, до жилых домов ещё далеко, а мужичок, которого сейчас доедают собаки, видимо, был единственным человеком в гаражах, помимо самого Гриши. Спустя какое-то время он решил сменить тактику:
- Пожар! Пожар! Помогите, пожар!
Но и это не дало никакого результата. Ветер стал ещё сильнее и уже начал закручивать острую ледяную крошку в маленькие смерчи.
- Помоги.. кхм кхм – Гриша закашлялся и понял, что больше не может кричать – он сорвал голос.
Вот дерьмо! И что теперь ему прикажете делать? На улице поднимается метель, а собаки никак не хотят уходить. Гриша посмотрел вниз – на стаю, сторожившую его. Небольшая коричневая собака с белым ухом, как будто на него не хватило коричневой краски, подбежала к гаражу и, подняв ногу, помочилась в снег. Гриша слепил снежок и швырнул, попав собаке в бок. Та, не поняв, откуда прилетел удар, сразу же отбежала в сторону. И тут у Гриши родилась идея. Он вскочил на ноги и принялся лепить снежки.
Спустя десяток минут рядом с ним уже лежала приличная горка плотно спрессованных снежков. Пока парень их лепил - успел сотню раз пожалеть о том, что не носит перчатки – руки сильно замёрзли и потеряли чувствительность. Но если всё получится - а получиться должно - то Гриша скоро будет дома, где сможет отогреться. Собаки расположились полукругом вокруг гаража. Некоторые просто лежали, положив головы на передние лапы, некоторые лениво грызли останки мужичка. Питбуль и борзые втроём обгладывали бёдра. Гришу опять замутило, но, взяв себя в руки, он прицелился и швырнул снежок в питбуля.
Комок снега прилетел прямо в серый бок, расплющившись с характерным звуком. «Это было больно», - подумал Гриша. Питбуль тут же оторвался от ноги мужика, недовольно дёрнул боками и прыгнул на гараж. Лапы скользнули по крыше, зубы клацнули рядом с носами Гришиных ботинок, и пёс сорвался вниз. Юноша схватил следующий снежок и бросил его в одну из борзых, но те уже сорвались с места и снежок пролетел мимо. Вместе с борзыми в движение пришли и остальные собаки, они закружили вокруг гаража, бросаясь на стенки, которые отзывались металлическим гулом. Постройка задрожала так, что в какой-то момент паренек наверху чуть не потерял равновесие. Удержавшись на ногах, он принялся кидать снежки в собак, метавшихся внизу. Первые три снежка улетели мимо, четвёртый угодил в лоб большой чёрной дворняги, и она на минуту выбилась из круга. Ещё несколько снова никуда не попали, затем Гриша два раза подряд угодил снежком в бока борзых, но они не обратили на это никакого внимания и продолжали прыгать на стену гаража. Гриша метал снежки вниз со скоростью машины из фильмов, выбрасывающей бейсбольные мячи, но большая часть летела мимо. Те, что попадали в собак поменьше, выбивали их из строя всего на пару минут, но потом они снова возвращались. Крупные псы вообще не замечали снарядов, бьющих по ним, и продолжали метаться. Последний снежок угодил в морду питбуля, но тот не обратил на это никакого внимания и снова прыгнул. Гриша отшатнулся, и зубы пса клацнули в воздухе.
Парень отошёл от края крыши и сел на рюкзак, сунув уже полностью потерявшие чувствительность руки в карманы. Притянув к себе ноги, он положил голову на колени. Снарядов больше нет. Руки ничего не чувствуют, да и лепить новые снежки бесполезно – собакам они как слону дробина. Нужно как-то выбираться отсюда, уже началась сильная метель и так недолго замерзнуть до смерти. Кричать тоже бессмысленно – даже если бы кто-то и был здесь, то из-за завываний ветра голос Гриши точно никто не услышит. Телефон сломан. С гаража ему не сбежать – он сам загнал себя в ловушку. Остаётся только ждать, пока кто-то сюда придёт и сможет вызвать спасателей или полицию. Но когда это случиться? Скорее всего, сюда могут прийти люди из жилых домов вдалеке, да и то не факт. Потому что всем удобнее ставить машины под окнами, чтобы в холод не тащиться сюда и не возиться с замёрзшими замками. Но кто-то всё равно должен сюда прийти! Гаражные массивы никогда не пустуют. Да даже за этим несчастным мужиком, который сейчас лежит растерзанный на снегу, должны прийти. Гриша представил, как его самого дома ждут родители, как мама названивает ему, а он не берёт трубку. Как она взволнованно ходит по квартире и спрашивает у отца:
-Где его носит-то?
А отец отвечает:
- Видимо, загулял, вот придёт - получит у меня! За то, что нервы родителям треплет.
- Ну вот, хоть бы отзвонился, что и как, – продолжает мать.
- Да он, наверное, опять своими игрульками телефон посадил. Не переживай, явится!
Потом, спустя несколько часов, заволнуется уже и отец, а мама будет вообще сама не своя. Они начнут обзванивать всех его друзей. И Марк, конечно же, скажет им, что сегодня вечером Гриша сел не на тот автобус и шёл через какие-то пустыри. Как после этого мать заплачет и трясущимися руками будет капать себе валерьянку, а отец обнимет её за плечи и скажет не переживать. Но сам будет думать о плохом. И с Гришей на самом деле случилось нечто очень плохое. Но он не может позвать на помощь и не может добраться до дома. Он не может позвонить родителям и сказать им:
- Не волнуйся, ма, скоро приду. Да задержался, не начинай, а...
Сейчас Гриша может только сидеть и ждать, сам не зная чего. От этих мыслей что-то сжалось внутри, Грише стало страшно. Страшно, что он больше не сможет увидеть своих родителей и друзей, страшно, что его никто не найдёт или он просто не успеет дождаться спасения и замёрзнет до смерти. За что ему это всё? Он же не сделал ничего плохого. Он просто возвращался домой! Жестокая случайность, это ведь могло произойти с кем угодно.
-Но почему это произошло именно со мной? – прошептал Гриша вслух.
Услышав его, собаки внизу залаяли.
- Да пошли вы! – просипел он.
Поджав ноги, Гриша сгруппировался плотнее и стал ждать. Здесь и сейчас он находится благодаря идиотской случайности, но, как говорил один старый Кунг-фу мастер, не все случайности случайны.
25 декабря. 2:15.
Сколько времени прошло, он не знал, но метель уже превратилась в настоящую вьюгу, и Гришу занесло снегом так, что он стал похож на сугроб. Плотный слой снега лежал на плечах и капюшоне, ноги замело. Пальцы ног и рук уже ничего не чувствовали. Его всего трясло от холода. Зубы стучали до боли в деснах. Он даже не хотел вставать и что-то делать, сил совсем не было. Каждый вдох давался с болью и звучал так сипло, что в паре, выходящем изо рта, уже можно было угадать слова «простуда» или даже «бронхит». Жутко хотелось в туалет. Горячий свинцовый ком поселился внизу живота, но не грел, а доставлял дискомфорт. Горло пересохло и очень сильно хотелось пить, но снег вызывал отвращение, нужно было что-то согревающее. Всё, о чём сейчас мечтал окоченевший парень - это о горячей ванне, тарелке супа и кружке обжигающего чая. Мочевой пузырь сдавливало всё сильнее, ещё никогда Грише не хотелось в туалет так сильно, как сейчас. Он с трудом распрямил окоченевшие конечности и встал. С одежды посыпался снег, а в рюкзаке, на котором он сидел, хрустнула пластиковая бутылка из-под газировки. В голове мелькнула смутная и неясная мысль. «Нет, это уже край», - подумал он и, еле переставляя одеревеневшие ноги, поплелся к краю крыши. Но на полпути остановился. Чёрт, он же совсем забыл про рюкзак — вот где его спасение. Гриша, в меру возможностей окоченевших конечностей, рванулся обратно.
Упав на колени и распотрошив рюкзак, он вытащил оттуда тетрадку, сменную обувь, которую носил на подработке, и пустую пластиковую бутылку из-под «Кока Колы». Бутылку Гриша убрал обратно, а белые кроссовки поставил на рюкзак. Затем начал рвать тетрадь и запихивать обрывки листов в кроссовки. Когда с этим было покончено, достал из кармана зажигалку и, прикрывая её ладонью, поднёс к клочку бумаги, который торчал из левого кроссовка. Замерзшие пальцы с трудом крутанули колесико зажигалки. Маленький огонёк вспыхнул на её кончике, но его тут же задул ветер. Гриша выругался и крутанул ещё раз – то же самое. Он навис над кроссовками, прикрывая их всем своим телом от ветра. Руки тряслись, пальцы были уже не в состоянии крутить колёсико. Но наконец, он смог выбить искру, и зажигалка снова вспыхнула слабым огоньком, колеблющимся от ветра. Дрожащими руками Гриша поднёс огонёк к обрывку тетрадного листа - и тот загорелся. Языки пламени медленно поедали бумагу и Гриша, выронив зажигалку, поднёс замерзшие ладони к огню. Тепло от клочка тетради было скорее иллюзорным, но в тот момент Грише этого было вполне достаточно.
Вместе с бумагой внутри Гриши загорелась надежда на то, что он выживет и доберётся домой. Пламя уже съело импровизированный запал и пробиралось внутрь кроссовка. Гриша схватил второй и быстро поджёг в нём бумагу. Затем, поставив их рядом, он прижал к ним окоченевшие руки и завороженно наблюдал за огнём, который уходил внутрь, к носкам обуви. «Всё-таки я выживу», - ликовал он. Я смог найти тепло - и теперь всё будет хорошо. Наблюдая за огнём, Гриша уже представлял, как просидит эту ночь у вонючего, но греющего костра. Как утром придут люди - и он будет спасён! Или они придут даже ночью, увидев дым в гаражном массиве. А ещё он представлял, как после того, как спасётся, будет вместе с пацанами отлавливать бродячих собак и потрошить их. За свои мучения отыграется на каждой шавке, которую увидит... От этих мыслей его замёрзшие губы растянулись в улыбке. «Все поганые псины этого города нажрутся дерьма! Прямо как...»
И тут огонёк внутри кроссовка погас. Бумага сгорела, а ткань кроссовка лишь светилась маленькими, тлеющими огоньками. Гриша тут же начал пытаться раздуть огонь, но ему в лицо полетели пепел и зола. Отпрянув, он закашлялся, протирая глаза. Сплюнув тёмную слюну, он посмотрел на кроссовки и понял, что случайно опрокинул их, когда гарь попала в лицо. Гриша тут же метнулся к правому кроссовку, но там была точно такая же история – бумага сгорела, а ткань обуви слабо тлела. Гриша не знал, что ему делать. Раздуть не получится, а маленькие жёлтые точки на обгоревших пятнах уже начинали гаснуть. Тут особенно сильный порыв ветра закрутил снег прямо на крыше и, будто специально, метнул его в кроссовок, перевернув обувь вместе с рюкзаком.
- Твою мать! – выругался Гриша.
Он подбежал к кроссовку, но было уже поздно – изнутри тот был наполнен снегом. Гриша снова выругался и принялся искать в снегу зажигалку. Он шарил по крыше, снова обдирая кожу с ладоней об лёд, но ничего не мог найти. Где же она? Он выронил её точно на этом месте, её же не могло унести ветром. Несколько минут бесполезных поисков - и ничего, абсолютно. Видимо, зажигалку унесло или отбросило ветром так, что теперь её не найти. Вдруг его руки наткнулись на что-то. Под рукой хрустнул пластик – это была бутылка из-под колы. Гриша достал её из-под снега и тупо уставился на красную этикетку с белыми размашистыми буквами. «Ну нет, я не буду этого делать», - кричал внутренний голос. Но другой, более тихий, но сильный, говорил: «Это твой единственный способ согреться. Делать нечто подобное всё равно придётся, так что либо теряй тепло зря, либо грейся – выбор за тобой».
Гриша сморщился и встал на ноги. Открутил красную крышку и положил её в карман. Мягкий свинцовый ком внизу живота становился всё тяжелее и тяжелее. Он немного поколебался, но затем расстегнул ширинку. Свинцовый шар никак не хотел выходить наружу, он будто бы застрял в мочевом пузыре, и Гриша, как ни напрягался, не мог его вытолкнуть. Наконец, расслабившись, насколько это было возможно, он помочился в бутылку.
Из горлышка тонкой струйкой выходил пар. Гриша прижал руки к горячей бутылке. Через несколько минут окоченевшие ладони стали потихоньку отогреваться, или просто ему так казалось. Гриша держал бутылку в ладонях и чувствовал, что она стремительно остывает. «Черт, если я не согреюсь изнутри, то до утра точно не дотяну», - подумал Гриша. Он поднёс бутылку к губам. В нос ударил резкий запах мочи. К горлу подступил рвотный рефлекс, и Гриша отвел бутылку.
- Да нахер, никто не узнает! – крикнул он.
И резко выдохнув, как будто собирался выпить стопку водки, сделал два больших глотка. Горячая жидкость потекла в горло, обжигая язык и оставляя на нём горько-солёный вкус. Парень выронил бутылку и согнулся пополам, кашляя. Остатки мочи тонкой струйкой вытекали из бутылки, окрашивая снег в ярко-жёлтый цвет. К горлу подкатил рвотный позыв, и Гриша упал на колени, его снова вырвало. Собаки внизу забрехали, но вдруг внизу отчетливо послышался человеческий голос.
- Сидеть! – и собаки разом заткнулись.
– Слезай оттуда, парень!
Не веря своему счастью, Гриша на четвереньках пополз к краю крыши. Вляпался впопыхах рукой в собственную блевотину, тонкая ниточка слюны и желудочного сока тянулась из уголка рта, но он не обращал на это никакого внимания. Добравшись до края и перегнувшись вниз, он увидел, что все собаки послушно сидят вокруг человека в длинной куртке с капюшоном. Гриша даже не прыгнул, а просто свалился в сугроб. Снег обжёг руки и лицо. Не обращая на это внимания, Гриша смахнул его и, поднимаясь на ноги, посмотрел на своего спасителя.
А потом он увидел лицо человека, усмирившего собак. И тут же пожалел, что слез с гаража. Внутри его обдало ледяным ужасом. Этого просто не может быть… «Наверное, я уже умер, или у меня глюки какие», - подумал он. Перед ним в длинном балахоне стоял Мурат Ижевский.
Очки в роговой оправе поблескивали толстыми линзами, в глазах за ними мелькали красные огоньки, тонкие губы растянулись в усмешке. Старый балахон, похожий на смесь бушлата и пуховика, висел на Мурате мешком, а края стелились по земле.
- Что, не ожидал? – спросил он, ухмыльнувшись ещё шире.


























