Огаденская война (1977–1978) как раз была из тех конфликтов холодной войны, в которых местные противоречия переплелись с глобальным идеологическим противостоянием. Небольшой регион на востоке Африки, Огаден, стал ареной столкновения не только Эфиопии и Сомали, но и двух различных версий социализма, двух моделей революции, двух представлений о том, каким должен быть «левый проект» на африканской земле.

Истоки противостояния уходят ещё в колониальную эпоху. В первой половине XX века сомалийские земли оказались разделены между несколькими державами – Италией, Британией и Эфиопией. После поражения Италии во Второй мировой войне Британия на время объединила эти территории под своим управлением, но вскоре вновь поделила их, возвратив Огаден Абиссинии. Это решение в Сомали восприняли как национальное унижение: значительная часть сомалийцев оставалась за пределами будущего национального государства. Когда в 1960 году была провозглашена независимая Сомалийская республика, её конституция прямо провозглашала цель «объединения всех сомалийских земель». Уже через несколько лет это стремление привело к первым пограничным стычкам с Эфиопией.

В 1969 году в Сомали произошёл военный переворот, к власти пришёл генерал Мохаммед Сиад Барре. Он объявил о построении «научного социализма», основанного на исламских традициях, и стал одним из самых последовательных сторонников советской модели в Африке. Барре получал значительную военную и экономическую помощь из СССР, в стране работали тысячи советских специалистов. Однако даже в период максимального сближения с Москвой он не отказался от мечты о «Великом Сомали», включающем сомалийские территории Эфиопии, Кении и Джибути.

Эфиопия же в этот момент переживала собственную революцию. Император Хайле Селассие был свергнут в 1974 году, власть перешла к леворадикальной военной хунте – Дерг, во главе с Менгисту Хайле Мариамом. Новый режим также провозгласил социалистический курс, но уже марксистско-ленинского толка, ориентируясь на Москву. На фоне хаоса и гражданских войн, охвативших страну, Сомали увидело возможность реализовать свои территориальные амбиции.

К середине 1970-х годов сомалийская разведка активно вооружала и инструктировала Фронт освобождения Западного Сомали (ФОЗС) – повстанческое движение, действовавшее в Огадене. В 1976 году его отряды уже контролировали значительную часть сельских районов, и 12 июля 1977 года сомалийская армия перешла границу, начав полномасштабное вторжение. За считанные недели сомалийцы, обученные советскими инструкторами и вооружённые танками Т-55, захватили большую часть Огадена, включая города Джиджигу и Харэр. Эфиопская армия, дезорганизованная революцией и вооружённая в основном американской техникой, казалась неспособной к сопротивлению.

Парадокс войны состоял в том, что обе стороны называли себя социалистическими и обе ожидали поддержки СССР. Однако Кремль выбрал Эфиопию. Для советского руководства она представляла куда больший стратегический интерес: крупная страна, выход к Красному морю, центр Африканского Рога. Сомали же, несмотря на долгие годы дружбы, выглядело слишком самостоятельным и непредсказуемым союзником. В августе 1977 года Барре прилетел в Москву, надеясь получить одобрение своих действий, но встреча прошла холодно. Через две недели в столицу СССР прибыл Менгисту, и ему обещали полную военную и политическую поддержку.

В ноябре 1977 года Сомали разорвала договор о дружбе с СССР и потребовала вывода всех советских специалистов. На их место в Эфиопию хлынул поток военных советников, оружия и техники. Лишь за три месяца в страну было доставлено советской авиацией вооружений на миллиард долларов. Вскоре в Эфиопию прибыли кубинские и южнойеменские подразделения – около 20 тысяч бойцов, направленных в рамках интернациональной помощи. Руководил операцией кубинский генерал Арнальдо Очоа, общий план боевых действий разрабатывал советский генерал армии Василий Петров (кстати, геройский мужик, участник обороны Одессы, Севастополя и Кавказа, освобождал Украину, форсировал Днепр и Днестр, воевал в Румынии и Венгрии. Сражался на Крымском, Северо-Кавказском, Закавказском, Степном, Воронежском, 2-м Украинском и 1-м Украинском фронтах. Начав войну младшим лейтенантом, окончил её майором).

К началу 1978 года соотношение сил полностью изменилось. Эфиопская армия, поддерживаемая авиацией и бронетанковыми частями кубинцев, перешла в контрнаступление. 2 февраля был освобождён Харэр, а в марте пал Джиджига – символ сомалийского вторжения. Кубинские Т-62 прорвались через оборону противника, а вертолётные десанты, спланированные советскими офицерами, сыграли решающую роль в охвате флангов. К середине марта последние сомалийские части покинули территорию Эфиопии.

Так завершилась война, длившаяся восемь месяцев. Её последствия оказались куда долговременнее, чем сами боевые действия. Сомали потерпело катастрофическое поражение, потеряв более половины своей бронетехники и значительную часть авиации. Её армия, созданная и обученная по советским образцам, не смогла противостоять армии, которой руководили советские же генералы. Для Барре это стало личным унижением: он рассчитывал на «братскую помощь социалистического лагеря», но оказался в изоляции. После войны Сомали резко изменило внешнеполитический курс. Уже в 1980 году между Могадишо и Вашингтоном было подписано соглашение о военном сотрудничестве: американские корабли получили доступ к сомалийским портам, а авиация США – к базам Берберы и Могадишо. Взамен страна получала американское оружие и кредиты. Так бывший «социалистический оплот» на Африканском Роге превратился в союзника Запада.

Для Эфиопии победа в Огадене стала важнейшей идеологической победой Менгисту. Он представил её как триумф социалистической солидарности: африканские революционеры, кубинские интернационалисты и советские советники плечом к плечу отбросили агрессора. Однако внутренняя ситуация в стране оставалась крайне нестабильной: гражданская война в Эритрее и Тыграе, голод, репрессии и экономический спад подтачивали режим. С военной точки зрения Огаденская война стала уникальным опытом. Здесь впервые в Африке применялись вертолёты Ми-24, а в небе встречались советские МиГи и американские F-5, причём последние нередко одерживали верх. Это была и первая война, где обе стороны использовали схожие доктрины, оружие и даже язык команд – следствие единого источника военной подготовки.

Но главное – война в Огадене показала пределы идеологического единства «социалистического лагеря». На африканской земле столкнулись два типа левизны: националистическая, опирающаяся на идею этнического единства, и интернационалистская, утверждавшая приоритет классовой солидарности. СССР сделал выбор в пользу последней, тем самым противопоставив себя вчерашнему союзнику. Поражение Сомали стало началом её распада. В 1980-е годы страна погрузилась в кризис, а в 1991 году, после падения режима Барре, распалась окончательно. Эфиопия же, несмотря на формальную победу, вышла из войны истощённой.

Огаденская война осталась в истории не просто как очередной конфликт на карте Африки. Она стала символом того, как идеология способна определять судьбы государств и людей. Это была первая война, где социализм стрелял в социализм, и где мечта о единстве обернулась столкновением двух «братских» армий. Африканская земля в очередной раз напомнила миру, что революционные лозунги теряют смысл там, где начинается борьба за землю, границы и власть.

Если статья Вам понравилась - можете поблагодарить меня рублём здесь, или подписаться на телеграм и бусти. Там я выкладываю эксклюзивный контент (в т.ч. о политике), которого нет и не будет больше ни на одной площадке.

Итальянский таблоид L'Ordine Nuovo сообщил, что папу римского Франциска, которого считали преставившимся, недавно видели в Африке. Об инциденте рассказали двое итальянцев – сотрудников миссии ООН, которые вернулись из опасной командировки в Сенегал.

Очевидцы говорят, что в окрестностях города Диурбель их колонну с гуманитарным грузом обстреляли повстанцы. Поскольку в этом регионе такие инциденты – не редкость, колонна ускорилась и продолжала движение, но тут ей перегородил дорогу танк.

«У нас бронированные машины, они очень тяжёлые, но против выстрела из танка никакая броня не устоит, – вспоминает один из участников миссии Филиппо Манцо. – Мы остановились и запросили помощь, но ждать её не пришлось – сначала прямо на наших глазах танк разнесло авиационным снарядом, а ещё через десять минут оставшихся повстанцев разбили подоспевшие люди в камуфляже без знаков отличия».

Как оказалось позже, повстанцы устроили засаду для конвоя ООН, а на них в свою очередь охотились наёмники частной военной компании, которые помогают правительству страны в восстановлении конституционного порядка. Как утверждают журналисты, бойцами командовал не кто иной, как папа Франциск.

«Я узнал его даже на большом расстоянии, – продолжает Филиппо Манцо. – Сначала мне казалось, что это мираж или галлюцинация, вызванная контузией, но я подошёл ближе и ясно увидел понтифика. Он словно помолодел, был очень энергичным, даже злым в какие-то моменты, но находил место для шутки, улыбался, хлопал людей по плечу. Таким мы его знали и раньше, это точно был он».

По словам итальянца, он не разобрал, о чём папа Франциск говорил с бойцами, но слышал, что они много раз называли его «гением» и «победителем» по-латыни. Он предположил, что это была одна из ватиканских гвардий, которую в рамках международного сотрудничества задействовали в Африке.

«Судите сами, в какой ещё армии бойцы могут знать латынь? И как объяснить, что Франциск жив-здоров и находится в Африке? Я думаю, правительство должно нам очень многое объяснить», – заключил очевидец.

Пруф https://www.lordinenuovo.it/2025/05/29/papa-francesco-e-vivo-e-in-africa

К 2000 году конфликт на Юге затих. Но открытие нефтяных полей в Дарфуре вызвало там резню. А Дарфур - это мягкое подбрюшье Чада, хоть и в 1000 км от столицы: оттуда успешно вторгались и ФРОЛИНА, и Хабре, и сам Идрис Деби.

Чадские пограничники вступили в конфликт с преследующими беженцев отрядами джанджавид - это такое ополчение из арабов с очень скверной славой; их расформировали, и они вроде стали вести себя приличней: например, в 2019-м, разгоняя протестующих в Хартуме, убили всего чуть больше сотни человек (традиционно, во времена Холодной войны, число жертв таких акций достигало 10 тысяч, например во время мятежа Нитисташ; после Холодной войны число жертв около 100 человек стало считаться приемлемым).

Тем временем Махамат Нури, ближайший сподвижник Хабре и его министр обороны, создал в шариатском Судане крупнейшее из христианских повстанческих движений Чада – Union of Forces for Democracy and Development – и 18 декабря 2005 атаковал пограничный с Дарфуром городок Адре. При том, что в Дарфуре кого уже только не было. Вот, например, угандийцы грузятся на самолет ВВС Ботсваны в аэропорту Кигали, Руанда:

Нефть обостряет миротворческие инстинкты. Насколько эффективно? Карта деревень, уничтоженных в 2003-09 гг:

В общем, с атак Махаммата Нури началась Вторая гражданская война (2005-10), неразрывно связанная с войной в Судане и опосредованно – в Конго (например, суданская авиация временами бомбила врагов далеко в глубине Конго). Более того: 24 декабря Идрис Деби официально объявил войну Судану (редчайший случай в современности).

Чад, на вторжение христиан из Судана, ответил поддержкой антиисламистских повстанцев в Дарфуре, отправив туда свои подразделения и став транзитной базой для наемников. Франция, отправив в Чад войска, поддержала Деби официально, Израиль (https://www.timesofisrael.com/chad-said-to-condition-resumed...) и Румыния – неофициально, поставками оружия. Были и более близкие нам страны, замешанные во всем этом. На суданском театре действовали отряды, лояльные Уганде (они сражались в первую очередь с христианско-фундаменталистской Армией Сопротивления Бога - это такие военно-мистические партизаны, наследники идей Угандийской войны - о них тоже когда-нибудь напишу), Эритрее (Исайяс Афеворк - он установил режим ветеранов антисоветской войны, т.е. политический, а не трайбалистский), Ливии (Каддафи) и т.д. Ну и, разумеется, армии Джона Гаранга.

Чаду в целом удалось этого избежать.

Особенность Чада то, что в сухой сезон в стране огромное множество дорог. Собственно, вся страна - сплошная дорога, рассекаемая редкими балками и оврагами. Поэтому 13 апреля 2006 повстанцы внезапно атаковали Нджамену, вызвав панику в дипкорпусе и среди населения. Повстанцы потеряли 370 человек убитыми и 271 пленными, правительственные войска - 30 человек, потери среди гражданского населения были незначительны. 11 августа 2006 при посредничестве Каддафи был подписан мир и окончилась последняя война на планете, Чад и Судан снова открыли посольства друг у друга. Боевые действия, однако, продолжились.

В январе 2008 повстанцы начали новое вторжение, и за 3 дня их колонна из 250-300 «техничек» (порядка 2000 бойцов) преодолела 1000 км. 30 января они захватили Ум-Хаджер в центре страны, в 400 км от столицы. Одновременно, параллельными дорогами (!) на защиту столицы Чада устремилась колонна из порядка 200 пикапов Дарфурских повстанцев из Судана.

Деби укрепил оборону трех тысяч своих солдат 20 танками Т-55.

В качестве передовой силы Евросоюза в Нджамене высадились 54 солдата из Ирландии и 14 – из Австрии.

Деби выехал в стратегический Массагет. Во время боя 1 февраля повстанцы сумели определить его местонахождение и сосредоточить огонь по его бронемашине. 2 февраля был убит начальник штаба армии. Правительственные войска отступили в столицу. 2 февраля повстанцы осадили президентский дворец и другие опорные пункты. Армия решила не оборонять радиостанции. Из окруженной резиденции Деби договорился о срочной помощи из Франции. При поддержке 1200 десантников из Габона он отбил атаку на дворец и вскоре разбил силы повстанцев. Последние потеряли около 300 убитыми и 135 пленными, войска Деби – 400 убитыми, мирные жители – 160 убитыми.

В ответ 10-11 мая дарфурцы (1000-1200 бойцов) совершили набег на Хартум и Омдурман (1500 км от границы). Итог боев – 45-90 погибших партизан, 106 убитых солдат суданской армии и 30 мирных жителей.

Размах жертв войн в Африке явно стремится к уменьшению.

После этих сражений конфликт приобрел позиционный характер, и обе стороны не решались на полномасштабные боевые действия - с тяжелыми орудиями и авиацией, - ограничиваясь гибридной войной, в которой можно выделить бой за Ам-Зор 18 июня 2008 и Ам-Дам 7-8 мая 2009. В последнем проявил себя впервые как военачальник Махамат, сын Идриса. 15 января 2010 Идрис Деби и Омар Башир подписали мир, 24-28 апреля произошел последний крупный бой у Тамасси, и в том же году ООН вывела свои войска, после чего правительственные силы начали произвольные аресты (но не убийства) по подозрению в повстанческой деятельности – часто на основе этнической принадлежности.

Кроме этого конфликта, в котором Чад отделался сильным испугом, при Идрисе Деби он принял участие в Великой Африканской войне, в войне в ЦАР в 2004-07 и особенно когда соседняя страна оказалась на грани геноцида в 2013 году (тогда там флагом помахали даже Эстония, Латвия и Люксембург, но реальное участие приняли Франция, ЮАР и Чад), в интервенции в Мали в том же году.

На территории Чада находятся крупные лагеря беженцев из Судана и ЦАР. В рамках мер по борьбе с Боко Харам, одной из самых жестоких исламистских группировок, начинавшей в Нигерии и расползающейся по Сахелю, Идрис Деби предоставил африканским Multinational Joint Task Force (Нигерия, Камерун, Чад, Нигер и Бенин) большую часть воинского контингента (8700 бойцов из 10 тыс.), а штаб многонациональных сил разместил в Нджамене. Разумеется, это в тесном контакте с американской интервенцией в Камеруне (с октября 2015).

Поэтому, когда его убили, очень опасались распада альянса G5 Sahel (Чад, Мавритания, Буркина, Мали и Нигер), образованного в 2014 и заточенного на борьбу с радикалами. Собственно, к концу 2023 года в нем остались только Чад и Мавритания.

Страна

Да, народ нищий. Но инфляция не так высока - 3-4% в год. Про нефть уже упоминал (в 2011 на нефть зашел Китай), есть уран, тантал, берилл, бокситы, золото (из этого добывается только золото).

Есть две электростанции (обе - ТЭС) - в столице и на юге, в Доба. Правда, последняя обслуживает только нефтепромыслы ExxonMobil.

Но и при лучинах не сидят. На фото - Адуйя Брема, отучилась на электрика по Сахельской программе (создана несколькими странами, чтобы повысить женское образование и снизить рождаемость) и электрифицировала свою деревню.

Монокультура - хлопчатник - никуда не делась. От цен на хлопок-сырец зависят доходы. Однако 80% населения живут натуральным хозяйством. Может, это не так и плохо: по крайней мере, у людей всегда есть каша и козье молоко; попытка нарастить производство хлопка довела до ручки Томбалбая (да и просто опасна), а чтобы обслуживать трубу, местные жители не нужны.

Что удивительно. При росте населения в 4 раза (сейчас - уже 17 млн: Чад остается одним из последних поставщиков детей в человеческую популяцию) правительству все 30 лет удается поддерживать площадь пахотных земель на уровне 0,4 га на душу. И это при непрерывной засухе.

Промышленность - только легкая и пищевая. И фабрика по производству пластиковых тапочек. Зато проводятся конференции по блокчейну)

Человек

Идриса Деби критикуют: его главной ошибкой было то, что он поставил интересы своего клана выше интересов страны. Семья на самом деле была для него на первом месте. Никому другому он не доверял, помня о том, как складывались судьбы его предшественников.

Хотя и в семье порой обнаруживались предатели. Например, его племянники Том и Тиман Эрдими в 2006 году примкнули к повстанцам. После поражения Тиман укрылся в Катаре.

Но даже в семейных вопросах он умел просчитывать комбинации не хуже, чем на поле боя. Так, в 2006 году Идрис Деби неожиданно для всех объявил, что отныне его следует называть Идрис Деби Итно. Итно – фамилия его деда, представителя самого уважаемого среди загава клана. Таким образом Деби пытался заручиться их дополнительной поддержкой, чувствуя, как вокруг него в очередной раз сгущаются тучи.

А в сентябре 2005 он женился на 25-летней красавице Хинде Асиль, представительнице арабов-шоа. Она стала четвертой женой Идриса и первой леди страны. И не просто помогла президенту заручиться дополнительной поддержкой арабского населения, но и в итоге заняла должность личного секретаря. «Она так красива! Я советуюсь с ней перед каждым своим решением»,— говорил после свадьбы Идрис.

Место во власти нашли все члены многочисленной семьи Деби. Один из сыновей, Абделькерим, будучи заместителем начальника генерального штаба, постоянно сопровождал отца на передовой. Он же фактически возглавляет кабинет министров. Хиссейн и Фатима занимаются бизнесом и контактами с нефтяными корпорациями Запада и Китая.

Еще один сын, Махамат, стал генералом, командующим отрядом спецназа, принимал участие в боях в горах Адрар-Ифорас в Мали в 2013 году. Именно он 21 апреля 2021 года стал главой временного военного совета.

Итоги

При Идрисе Деби Чад сумел выжить: не скатиться до геноцида, как Судан, и не распасться – при том, что из шести его соседей стабилен только Нигер (Сейни Кунче, о котором упоминал в начале 2 части, оставил добротное наследие). В то же время Чаду не удалось сделать даже того подобия модернизации, как, например, Гане. Там, после невоенного хаоса 1966-79 гг., лейтенант Джерри Ролингс захватил власть, расстрелял генералов, в т.ч. трех бывших президентов, трех судей Верховного суда, отправил на каторгу толпы чиновников и через год отдал власть гражданским (сам не баллотировался). Все началось по новой, и Ролингс через полтора года снова захватил власть (на этот раз без крови) и построил что-то типа социализма с уклоном в капитализм, электрифицировал страну, отстроил огромную сеть школ и больниц (нет, Англия ничего не оставила после себя). И вернул своих гастарбайтеров из Нигерии. Правда, у него были какао, вода, бокситы и алмазы.

Опасения (текст 2021 года)

Кризис, начавшийся после убийства Идриса Деби, грозит потрясениями всему региону. Сын погибшего Махамат Деби устраивает далеко не все силы. У него даже прозвище "бабушка" (в переводе с диалекта шоа/баккара), потому что его воспитывала бабушка.

В каком-то смысле положение на время стабилизировалось. Махамат — молодой (37 лет), но уже достаточно опытный военачальник, он считался «глазами и ушами отца». В частности, он возглавлял DGSSIE — влиятельную военизированную спецслужбу.

В СМИ поползли слухи о борьбе за власть среди различных кланов загава. Загава, составляя ок. 1% населения, при Деби монополизировали власть.

Идрис публично не готовил Махамата в преемники, поэтому многие в Семье могут быть очень недовольны его приходом к власти. Но в то же время непопулярность загава в стране может временно их сплотить вокруг Махамата. Положение тяжелое, расстановка сил среди военных пока не ясна.

Кризис в Чаде затрагивает интересы многих государств из-за важной роли этой страны в противодействии террористам. Чадская армия — краеугольный камень системы безопасности в Сахеле, и последствия уже начались.

Сразу после гибели Идриса 1200 солдат были отозваны в столицу из проблемной зоны стыка Буркина Фасо, Нигера и Мали. Это уже привело к тому, что в нигерском Тиллабери существенно укрепились исламисты.

Чадский контингент в составе различных миссий — самый брутальный (за ним отмечались грабежи и другие преступления), но и самый боеспособный. Так что вывод чадских военных может как ослабить напряжение в зонах конфликтов, так и привести к утрате контроля над ними.

Погибший президент играл важную роль в урегулировании сразу нескольких конфликтов: он помогал выстроить баланс сил в Дарфуре, имел авторитет в Ливии и в ЦАР. Идрис Деби выстраивал личные отношения не только с главами государств, но и с вождями общин и племен, что критично важно в сдерживании радикалов.

Самое прискорбное, что эти отношения нельзя по эстафете просто передать сыну — их надо строить заново.

Что в итоге

Махамат честно пытался сделать как лучше. Уже через 4 месяца он начал переговоры с FACT (убийцами своего отца), организовал "Национальный диалог" (в котором принял участие Гукуни Уэддей), в марте 2023 помиловал 380 боевиков FACT (в т.ч. убийц отца), назначил выборы. Но оппозиция встала в позу, требуя гарантий возвращения к гражданскому правлению. Выборы отложили до октября 2024-го, но 20 октября 2022 (в первоначальную дату выборов) начались протесты, правительство их жестоко разогнало (погибло от 50 до 200 чел.). И т.д. Из последних новостей - 28 февраля во время штурма офиса "Социалистической партии без границ" убит лидер оппозиции Яя Дилло Джеру - двоюродный брат Махамата.

Обычно те, кого не готовят в преемники, начинают с отвинчивания гаек - тот же Башар Асад. А потом получается, как получается.

Всё, мы приехали. Оазис. Спускайтесь с верблюдов. Ночь, как всегда в пустыне, будет холодной. Пора пить чай.

Военным во главе с Феликсом Маллумом удалось на некоторое время разрядить обстановку (разумеется, всякая оппозиция подавлялась). В марте 1976 чадские студенты захватили посольство Чада в Париже, протестуя против репрессий.

Маллуму удалось договориться с Нимейри (друг Китая, не-друг Москвы, правил Суданом в 1969-85 - и это было, пожалуй, лучшее время в истории этой страны: каналы, плотины и дороги строились, Нимейри удалось замириться со своими южанами-христианами; потом, однако, усилилось давление исламистов, Нимейри начал вводить шариат, пытаясь это остановить, военные его свергли, но... страна покатилась по наклонной) и Анваром Садатом (друг США, наследник Насера в Египте, замирился с Израилем, расстрелян на трибуне во время военного парада). А вот попытка примирения с Каддафи зашла в тупик (несмотря на то, что ФРОЛИНА изначально поддержал король Идрис ас-Санусси (напомню, именно сенусситы исламизировали тубу), которого сверг Каддафи).

Положение продолжало ухудшаться, недовольство разрушением экономики, войной (она никуда не делась - у власти оставались сара, хоть и другие) и репрессиями охватило уже все население страны. В ночь на 1 апреля 1977 группа военных начала мятеж в Нджамене, но не нашла поддержки всей армии. Руководители заговора были расстреляны.

Катастрофа 1978 года

В Чад началась переброска техники и военных советников из Египта и Судана, что вызвало недовольство Каддафи, пытавшегося объединить Северную Африку (в июле 1977 между Египтом и Ливией произошла скоротечная - 4 дня - война). Ливия предъявила претензии на потенциально богатую ураном (его нашли в соседнем Нигере в 1968) и нефтью Полосу Аузу (помните, что границы европейцы проводили по линейке?). Это полоса шириной 100 км вдоль всей ливийско-чадской границы. После Фашодского кризиса 1898 года, когда Англия и Франция чуть не начали войну (Россия была союзником Франции и явным врагом Англии, а вот на чьей стороне выступила бы Германия?..), они поделили Сахару и нарисовали современную границу. В 1935 Муссолини отжал полосу для своей Ливии. В 1955 Франция отжала полосу обратно уже у независимой Ливии.

Итак, ливийцы захватили Бардаи - центр Тибести. Египет и поддержавший его Судан оказались такими союзниками, что с ними враги не нужны: осенью Садат начал переговоры с Израилем, и обе страны стали изгоями в арабском мире. Теперь арабский мир стал на сторону Ливии и северян-ФРОЛИНА.

Маллум оставался у власти только при поддержке Франции. Ожесточенные бои с участием ВВС Франции шли в Северном, Западном и Центрально-Восточном Чаде. Даже на традиционно верном правительству Юге были антифранцузские выступления. Участие французской армии в войне не находило поддержки в самой Франции и подрывало ее мировой престиж. Маллум в поисков путей решения конфликта за короткий срок посетил Ливию, Судан, Нигер, Габон, Камерун и Нигерию.

В Нигере были примерно те же проблемы: коррупция, репрессии, засуха + голод. Только без войны. Нигер пошел тем же путем: 15 апреля 1974 начальник Генштаба Сейни Кунче сверг своего земляка Амани Диори. Первым делом он организовал борьбу с голодом, а потом... он правил до смерти в 1987 году и стал нечастым примером военного режима, действительно решившего экономические проблемы.

И народ Нигера действительно ностальгирует по нему. Вот здесь https://actuniger.com/tribune-opinion/10802-28-ans-après,-la-«-nostalgie-»-du-général-kountché-encore-vivace-dans-un-niger-«-libéré-».html журналист констатирует эту ностальгию, но пишет "недопустимо никакое сравнение между режимом, отрицающим свободы (т.е. военный режим - DrMwF), и системой, которая ставит общественные и индивидуальные свободы, свободу объединений и средств массовой информации, а также политический плюрализм в центр своих интересов (т.е. демократией)". На что один комментатор возражает: "Генерал Кунче был учителем Санкары (Тома Санкара - президент-бессребренник Буркина-Фасо, довольно популярный у нас - DrMwF). Покойный Санкара покинул Уагу (Уагадугу, столицу Буркина) вечером, чтобы приехать в Ниамей, чтобы встретиться с покойным Кунче и спросить совета. (Далее перечисляется то, что построил Кунче). Да будет ему светом земля и пусть АЛЛАХ SWT приветствует его в своем вечном раю, а также наших родителей, которые предшествовали нам, Амин". И другой: "Как будто это было вчера, когда я видел Сейни Кунче (Мир его душе) под проливным дождем в Ниамее со своими солдатами во время наводнения и обрушения домов".

Пардон за это отступление - это чтобы Чад не висел в пустоте незнания)

Итак, Маллум отправился в вояж по Франсафрике, заглянув в Нигерию. А Идрис Деби вернулся на родину (да, часто они возвращаются). И ему пришлось выбирать. Он мог пойти к Маллуму в столицу, мог выступить на стороне ФРОЛИНА, а мог примкнуть к антиливийским повстанцам из «Вооруженных сил Севера» (FAN), отколовшихся от ФРОЛИНА. Идрис выбрал северян. Уже через год он стал начальником штаба FAN и правой рукой их лидера Хиссена Хабре́, тубу из Фая-Ларжо, столицы Севера.

Последний впервые попал в поле зрения мирового сообщества после атаки на Бардаи, где захватил 3 европейцев — гражданина ФРГ и француженку-археолога Франсуазу Клостр с ассистентом (археологи ищут там гарамантов). ФРГ заплатила выкуп, но Франция долго отказывалась. Направленный на переговоры французский офицер Пьер Галлопэн был расстрелян по приказу Хабре. Франсуаза оставалась заложницей до 1977 г.

В юности Хабре считал себя революционером, позже – убежденным маоистом, затем – правоверным мусульманином. В итоге стал другом Рейгана и "Африканским Пиночетом".

29 августа 1978, через 2 дня после того, как арабская Армия Вулкана (наиболее боеспособная группировка чадской войны) атаковала Фая-Ларжо, Маллум назначил Хабре премьер-министром.

Однако уже в декабре союз рухнул. В Нджамене начались столкновения между войсками президента и премьера. На фоне хаоса в Нджамену вступили отряды ФРОЛИНА Гукуни Уэддея. Ни одной из сторон не удалось овладеть столицей. Южане по призыву своего лидера, полковника Абделькадара Камуге (одного из руководителей переворота 1975 года), массово бежали из Нджамены на юг, и центральная администрация Чада перестала существовать.

Всё, очередной фэйлед стейт?

Нет, на дворе Холодная война, разрядка и, главное, уважение к принципам ООН и Ялтинско-Потсдамской системы. В те времена любое коллапсирующее государство пинками загоняли в порядок. Образец - Конголезский кризис 1960-65, когда, вместо развалить страну на 4 части (Леопольдвиль/Киншаса, Стенливиль/Кисангани, Катанга и Горнорудное королевство Касаи) и довольствоваться каждому своим куском, ООН направила войска (реально воевавшие) и заставила Конго собраться обратно. Система была впервые нарушена в Сомали в 1990-х: восстание, начавшееся в бывш. Британском Сомали (и, кажется, при некоторой поддержке Лондона - по крайней мере, на ВВС читали стихи сомалийских поэтов - самое эффективное средство пропаганды в этой стране), сокрушило Мохаммада Сиада Барре (бывш. друга Москвы, переметнувшегося в 1978 к США), в стране начался хаос, голод, ООН ввела миротворцев, американцы уронились "Черным ястребом", сбежали с поля боя, за ними, поняв, что в одиночку тут делать нечего - пакистанцы, и государства Сомали не стало лет на 15, пока эфиопы не навели подобие порядка. Страх перед повторением "как в Могадишо" заставил не обращать внимания на Сто дней дьявола в Руанде. А потом Геноцид был использован для постулирования права на гуманитарные бомбардировки, "чтоб не как в Руанде". Так что то место, в котором мы живем сейчас, восходит к Африке :)

А Африканский Союз после Руанды понял, что на войска ООН надежды мало, и стал активнее действовать сам. Может, поэтому ЭКОВАС саботировал интервенцию в Нигер в прошлом году?

Так вот, чтоб собрать по осколкам рухнувший Чад, в марте 1979 года в Кано (Нигерия) была созвана мирная конференция, в которой приняли участие уже 4 враждующие стороны (Маллум, Хабре, Уэддей и Г.Абдеррахман), а также Нигерия, Ливия, Камерун, Нигер и Судан.

23 марта 1979 генерал Феликс Маллум в соответствии с решениями конференции подал в отставку с поста Президента Республики Чад. С ним ушёл в отставку и Хабре. Власть была передана Переходному правительству национального единства (GUNT) во главе с Гукуни Уэддеем, а через 5 дней воюющие армии начали покидать Нджамену.

Маллум отправился в эмиграцию в Нигерию. Он больше не возвращался к политической жизни и не участвовал в событиях гражданской войны, которая продолжалась в Чаде многие годы. Маллум прожил в Нигерии 23 года, пока в 2002 Идрис Деби не разрешил ему вернуться. Он скончался в 2009 году.

Театр военных действий Холодной войны

В ноябре 1979, после длительных международных усилий, в Нджамене было образовано коалиционное правительство, включавшее южан и северян (не менее 10 фракций). Президентом стал Уэддей, вице-президентом — Камуге, Хабре получил пост министра обороны.

Уже 21 марта 1980 уличные бои в Нджамене возобновились. Хабре воевал против проливийских фракций. Бои продолжались несколько месяцев, половина населения Нджамены бежала в Камерун. Казалось, Идрис поставил не на тех. Каддафи направил в Ливию около 10 тыс. бойцов, 300 танков, бронетехнику, 60 самолетов, 500 ракетных установок и орудий, и в декабре 1980 Уэддей восстановил контроль над столицей.

Деби вместе с Хабре бежал в Судан. Чад начал готовиться к формальному объединению с Ливией в Исламскую республику Сахель.

Но тут ситуация изменилась. С приходом к власти Рейгана локальная война в Чаде окончательно превратилась в театр военных действий между СССР и США, - и не второстепенный, а подобный Афганистану, Кампучии, Центральной Америке, Анголе и Мозамбику. У нас о ней известно мало, потому что советские военспецы в ней участия не приняли. Но в войну вмешались все те, кому не нравилось усиление Ливии — от США и Франции до Израиля и Египта. Против правительства Уэддея, поддерживаемого Каддафи и пользующегося симпатиями Восточного блока, сложилась сильная коалиция.

Базы Хабре разместились в суданском Дарфуре (помните, где начинали повстанцы в 1960-х и где живут загава?). Нимейри был другом Пекина и врагом Каддафи.

Хабре поддержали Рейган, уроженец Бреста Мечислав Бегин (премьер Израиля в 1977-83), Хасан II (король Марокко в 1961-99, устроивший у себя в стране "свинцовые семидесятые" - успешно). Исходя из своих мотивов, к ним присоединился Саддам Хусейн - он был недоволен амбициями Каддафи. После некоторых колебаний сторону Хабре взял и Франсуа Миттеран. Оперативную помощь ФАН оказывали ЦРУ, Моссад, SDECE (Служба внешней документации и контрразведки Франции). Формирования ФАН значительно нарастили численность, перевооружились, разработали стратегический план, провели тактическую подготовку.

В самом Чаде сообщение об объединении с Ливией было воспринято крайне негативно — боялись возрождения многолетнего доминирования арабов. Соседние страны также высказались в достаточно резком тоне, и Каддафи вынужден был фактически денонсировать решение. В 1982, после года оккупации, он выведет свою армию.

В конце 1981 армия Хабре начала наступление. Ближайшими его соратниками были Махамат Нури, Идрис Мискин, Идрис Деби и его двоюродный брат Хассан Джамус, будущий герой Войны «Тойот» 1987 года.

Как вспоминали участники боев, Идрис Деби руководил операциями непосредственно на поле боя. В камуфляже и с картой в руке он разъезжал по позициям в одном из пикапов Toyota, которые заменили собой танки и бронетехнику для армии FAN. «Колонны "Тойот", которые пронзают позиции противника со скоростью 80 км в час», – описывал происходящее бывший повстанец. «Настоящий огненный шар», – восхищался французский офицер, прозвавший Идриса ковбоем.

К лету 1982 отношения между Уэддеем и Каддафи сильно ухудшились. Ливийские войска дистанцировались от боев. Попытки Уэддея договориться о помощи с Францией не дали результата. 5 июня 1982 войска Хабре одержали решающую победу в сражении при Массагете – стратегическом для Чада городке в 86 км от столицы (второй раз он станет ареной боев в 2008). Через 2 дня войска Хабре без боя вступили в Нджамену.

Уэддей бежал в Ливию. В 1986 году был ранен при аресте ливийской полицией, с 1987 жил в изгнании в Алжире. После гибели отца Махаммат Деби пригласил его вернуться. Уэддей возглавил технический комитет "Национального диалога", но в марте 2022 его вместе с комитетом расстреляли отстранили от работы. Написал неплохие мемуары "Жизнь ради Чада". Постарел:

Кстати, как вам чай? А теперь берите автомат: солнце садится, наступают темные времена. У власти

Африканский Пиночет

Первые выступления после прихода к власти Хабре выдерживал в примирительной тональности. Он давал понять, что не собирается сводить счеты и намерен править в интересах всех чадцев, а не только своих тубу. Под запретом объявлялись только коммунизм, каддафизм и религиозный фанатизм.

Несмотря на эти миролюбивые заявления, режим немедленно приступил к репрессиям. На Юг были брошены карательные экспедиции ФАН. В жестоких боях были разгромлены остатки войск Уэддея и отряды Codos Камуге.

После этого начались массовые зачистки "неблагонадежных" районов и племен, считавшихся враждебными режиму (сара в 1984, хаджираи в 1987, загава в 1989). Родственники, друзья, знакомые, земляки репрессировались наравне с оппозиционерами. Кампании репрессий повторялись регулярно. Широкую известность в мире получил «Черный сентябрь» – расправы осени 1984-го.

В проамериканской стране успешно насаждался культ личности: «Хиссен Хабре – спаситель, освободитель, посланник мира! Хиссен Хабре здесь, Хиссен Хабре там, Хиссен Хабре везде, Хиссен Хабре навсегда!» На собраниях всех уровней в обязательном порядке исполнялась речевка: «Есть ли у тебя сомнения, если с тобой Хиссен Хабре? – Нет!»

Даже глава политической полиции Салех Юнус говорил, что в стране (цитата) "тоталитарный режим".

Наибольшим влиянием в окружении президента обладали главнокомандующий армии Идрис Деби, руководитель политического аппарата Махамат Нури, министр иностранных дел Идрис Мискин.

В 1983 Хабре учредил спецслужбу и политическую полицию – Директорат документации и безопасности (DDS, ДДС). Широкую поддержку в создании спецслужбы оказало ЦРУ. Директором ДДС был назначен Салех Юнус, земляк Хабре. В 1987 его сменил Гюини Кореи, племянник Хабре, известный особой жестокостью.

ДДС имел самые широкие карательные полномочия и был замкнут непосредственно на президента. Точное число жертв за годы правления Хабре неизвестно. В 1992 году Специальная комиссия обвинила Хиссена Хабре в убийстве 40 тыс. человек и 200 тыс. случаях пыток (при населении 4,5 млн). Свидетелями описываются пытки с применением электрошока и сигарет. Палачи вставляли выхлопную трубу какого-либо транспорта жертвам в рот и включали двигатель.

«ЦРУ было настолько глубоко вовлечено в приведении Хабре к власти, что я не могу представить, что они не знали, что происходит», – сказал Дональд Норланд, посол США в Чаде.

На всякий случай ссылка: статья "Наш человек в Африке" https://foreignpolicy.com/2014/01/24/our-man-in-africa/

Гюини Кореи после свержения Хабре бежал в Того (страну, где положение с правами человека до сих пор определяется как «плачевное») и там продолжил карьеру палача. История Того очень проста: первого президента свергли в 1963, потом 4 года правил Николайс Груницкий - сын поляка, офицера кайзеровской армии, и местной принцессы, потом 38 лет - Гнассингбе Эйадема (Европа перестала его признавать с выборов 1993 года через 26 лет правления), а с 2005-го - его сын Фор Эссозимна. Страна явно беднее соседнего Бенина.

Салех Юнус в 1990-е был приближенным Идриса Деби (значительная часть госаппарата комплектовалась функционерами DDS); в 2013 году, под давлением Африканского Собюза, он был арестован и в числе других 28 подсудимых предстал перед судом. 7 из них, в т.ч. Юнус, получили пожизненные сроки. И вскоре были освобождены без официального сообщения и без объяснения причин: хотя власти и народ Чада ненавидят Хабре, происхождение и политическое прошлое новым властям поменять сложно.

Война «Тойот»

Кроме США, Израиля и Франции, в Африке Хабре дружил с Суданом (Нимейри), Египтом (Мубарак, 1981-2011), Заиром (Мобуту Сесе Секо), Нигерией (там все сложно, но в целом - однотипные генералы), Сенегалом (Абду Диуф, 1981-2000), Камеруном (Поль Бийя, бессменно с 1982 года - и ему уже 91 год), Габоном (Омар Бонго, 1967-2009; его сына свергли в прошлом году), ЦАР (Андре Дьедонне Колингба, 1981-93), Того (Гнассингбе Эйадема, 1967-2005) – странами, где у власти находились прозападные антикоммунистические правительства.

Но с Каддафи продолжалась война.

Если на Юге антиправительственные силы в целом подавили уже в 1982, то в Тибести противники Хабре во главе с Уэддеем сумели создать свой оплот. Там базировались ФАП Уэддея, Вооружённые силы Чада (FAT) Камуге, Армия национального освобождения (ANL) южанина Негу Джого, бывшего офицера армии Томбалбая – все под эгидой Переходного правительства (ГУНТ), сформированного по итогам переговоров в Кано в 1979.

Хабре рассчитывал договориться с противниками, но не вышло. Единственный командир, готовый на переговоры – Ахмат Асил, лидер Армии Вулкана, – погиб из-за несчастного случая в июле 1982. Две попытки чадской армии зачистить Тибести – в декабре 1982 и январе 1983 – окончились ничем.

24 июня ANL (3000 бойцов) при поддержке ливийцев заняла Фая-Ларжо (родину Хабре), затем – Коро-Торо, Ум-Шалубу и, 8 июля, Абеше (столицу цетрально-восточного Чада).

3 июля в Чаде высадились войска Мобуту из Заира – около 2000 конголезских парашютистов. Рейган выделил Чаду 25 млн. долларов. Хабре лично возглавил контрудар, 12 июля взял Абеше, а 30 июля 1983 отбил свою малую родину (пленных он пытал лично).

Ответом стало массированное вторжение Ливии. 31 июля ливийские МиГи нанесли удар по Фая-Ларжо, а в Полосу Аузу была переброшена 11-тысячная ливийская группировка с танками и артиллерией и порядка 80 самолетов. Хабре окопался на родине с 5000 солдат, но был не в силах противостоять подавляющей ливийской огневой мощи. Потеряв около 1/3 своей армии, он отступил, при этом сам был ранен в перестрелке.

6 августа Хабре обратился за помощью к Парижу. Под давлением США Миттеран отправил войска. В ходе операции «Манта» в Чад были быстро переброшены французские войска из ЦАР (где находились после свержения императора Бокассы), истребители-бомбардировщики и противотанковые вертолеты. Они продвинулись на север и остановились на т. н. «красной линии», идущей примерно по 15-й параллели от Мао на западе до Абеше на востоке.

Хоть Миттеран и заявил, что не потерпит ливийцев в Фая-Ларжо, он не хотел в открытую воевать с Ливией и французскими руками возвращать Север Хабре. Ливийцы тоже старались не пересекать «линию Миттерана». ГУНТ закрепился в Тибести под прикрытием Ливии.

24 января 1984 повстанцы перешли в наступление и атаковали опорный пункт войск Хабре в Канеме. Этот город имеет такое же значение для Чада, как, скажем, Краков для поляков - это столица средневековой империи Канем-Борну (не такой известной, как империи Мали и Сонгаи, но того же генезиса). Он расположен в 200 км южнее «красной линии». Французам пришлось отреагировать, но не так, как хотелось Хабре: вместо атаки на Фая-Ларжо, что привело бы французов к прямому столкновению с ливийцами (чего Миттеран всеми силами избегал), 2 истребителя-бомбардировщика нанесли удары по наступающим. 1 из самолётов был сбит.

30 апреля 1984 Каддафи предложил одновременно вывести французские и ливийские войска из Чада. Французы приняли соглашение на ура, сочтя его проявлением дипломатического искусства Миттерана (а он был талантлив, как ни крути), и покинули Чад до финальной даты (10 ноября). Но 5 декабря обнаружилось, что хотя Каддафи и вывел часть сил, там осталось около 3000 его солдат. В Третьем мире возрос престиж Каддафи, сумевшего «надуть» Францию. Как внутри Франции, так и из-за рубежа на Миттерана сыпались обвинения в том, что он поверил слову "человека, который никогда не держал слова".

Однако год за выводом французов оказался одним из самых спокойных в Чаде. Обе стороны старались не нарушать Красную линию. Чад оказался разделен. Парадокс: Хиссен Хабре, основатель Вооруженных сил Севера, теперь базировался на Юге, а Север контролировали его враги.

Хабре занялся внутренними делами. Опасаясь заговора, он начал удалять соратников от трона. В 1985 он сослал Идриса Деби во Францию – проходить подготовку в Высшей военной школе Парижа. После возвращения в 1987-м Деби получил лишь должность советника по вопросам безопасности и обороны.

Тем временем, наблюдая международную изоляцию и внутренний распад ГУНТа (единственного, кто делал легитимным присутствие ливийцев в Чаде) Каддафи решил пошевелить угли в костре. 10 февраля 1986 силы ГУНТ (10 тыс.) при поддержке ливийских танков атаковали опорный пункт Куба-Оланга южнее Красной линии. Но уже 13 февраля войска Хабре нанесли мощный контрудар. Противника в беспорядке отступил. Это вынудило французов вернуться в Чад.

Синхронно Рейган отдал приказ о бомбардировках самой Ливии (взрыв того самолета над Шотландией был лишь поводом для потребителя политических новостей).

Разгром вызвал острый кризис в ГУНТ. Уэддей был арестован ливийцами, и его сторонники в Тибести восстали уже против Каддафи. В конце октября 1986 многие отряды Уэддея перешли на сторону Хабре. Тот перебросил в помощь восставшим значительные силы. Французская авиация снабжала их оружием, топливом и продовольствием. Война переломилась в пользу Хабре. Произошел и важный сдвиг в массовом сознании: война переставала быть гражданской и начинала восприниматься как борьба за независимость против Ливии.

Последней вспышкой стала Война «Тойот» (16 декабря 1986 - 11 сентября 1987). Её символом стала Toyota Hilux, прочный джип. К ее началу ливийский экспедиционный корпус (Халифа Хафтар - тот самый, кто сейчас возглавляет борьбу за возрождение Ливии и контролирует восток страны) по-прежнему представлял собой серьезную силу: 8000 солдат, 300 танков (в основном Т-55), 60 боевых самолетов (МиГ-23), множество «Градов», орудий, вертолетов Ми-24. Однако ливийцы готовились к такой войне, в которой они бы только поддерживали союзников на земле и обеспечивали разведку, и когда Каддафи остался без союзников, ливийские гарнизоны в Чаде оказались в том же положении, в каком когда-то была армия Томбалбая.

Сказались также низкий моральный дух ливийцев, которые воевали в чужой стране, и структурная дезорганизация ливийской армии из-за страха Каддафи перед военным переворотом. Эта дезорганизация, так и не преодоленная в последующие 20 лет, окажется роковой для него в 2011 году.

Чадцы были значительно более подготовлены морально. У них было 10 тыс. солдат под руководством опытных и способных командиров, набивших руку за 20 лет войн, среди которых был и Идрис Деби. В то же время у Чада не было авиации, нормальной бронетехники и было всего несколько противотанковых и зенитных орудий. Но в 1987 французы начали сбивать ливийцев (правда, до сентября 1987 – только к югу от Красной линии) и, что более важно, поставили в Чад 400 «Тойот», одна часть которых была оборудована пулеметами, а другая — ПТРК «Милан». Кроме того, Рейган стал рассматривать Чад как таран против Ливии, и Пентагон обеспечивал Чад данными спутниковой разведки.

Именно эти джипы сыграли решающую роль в победе Чада. Используя тактику глубоких обходов и фланговых ударов (благо, пустыня дает для этого отличную возможность), высочайшую маневренность и быстроходность «техничек», хорошее знание местности, чадцы в двух сражениях (за Аузу в августе и Маатен в сентябре) наголову разгромили ливийцев. Последнее из них стоит описания.

Маатен ас-Сарра была ливийской базой (2500 чел. гарнизона, танковая бригада и укрепления) в 100 км к северу от границы. 5 сентября 1987 отряды Хассана Джамуса тайно подошли к базе, продвигаясь вдоль сухих русел (уэдов по-арабски и эннери на тубу). Им удалось сконцентрироваться в непосредственной близости от базы и ударить всеми силами, застав ливийцев врасплох, при этом часть чадских войск продвинулась вглубь Ливии и атаковала базу с севера. Гарнизон принял их за подкрепления и открыл огонь слишком поздно.

Чадцы понесли незначительные потери - ливийский гарнизон был полностью разгромлен: 1713 человек убитыми и 300 пленными, остальные рассеялись по пустыне. Чадцы уничтожили всю боевую технику и оборудование, которое не могли увезти с собой: 70 танков, 30 БМП, 8 радаров, антирадарную установку, ЗРК и 26 самолетов, а также привели в полную негодность обе ВПП. 6 сентября, двигаясь с выключенными фарами при свете луны, чадские войска вернулись на территорию Чада.

Через несколько дней после рейда 4 ливийских бомбардировщика совершили налет на Нджамену и Абеше. Неудачно: 1 из самолетов, атаковавших Нджамену, был сбит ракетой, а второй был вынужден вернуться обратно, не сбросив бомбы.

США не скрывали ни своего глубокого удовлетворения, ни надежды, что неудачи Каддафи в войне приведут в Ливии к восстанию. Однако Франция выразила «глубокое разочарование» эскалацией конфликта. Победа под Маатен ас-Сарра была воспринята Францией как начало масштабного чадского вторжения в Ливию, чего Франция не могла допустить. 11 сентября под давлением Миттерана Хабре согласился на прекращение огня.

Ливия потеряла в Войне Тойот 1/10 армии (7500 чел.) и по 200 танков и БМП. Американцы получили ценный трофей — вертолет Ми-24 новой модификации. Чад потерял 1000 человек.

«Технички» стали любимым средством маневренной войны в пустыне.

Казнь героев и свержение «Пиночета»

Победа над Каддафи не только укрепила положение Хабре, но и заставила его опасаться своих героев. В апреле 1989 был раскрыт военный заговор. По официальной версии, во главе стояли Идрис Деби и герой войны Хассан Джамус (который возглавлял рейд на Маатен). Полной ясности нет: возможно, заговор спровоцировала ДДС и лично ее директор Гюини Кореи, племянник Хабре.

Итно, глава МВД, и Джамус погибли под пытками. Деби удалось бежать... в Ливию (!), откуда он перебрался в Судан. Обосновавшись в Дарфуре (опять там, как и Хабре в 1981), он создал Патриотическое движение спасения (MPS) и начал подготовку к вторжению.

Режим Хабре в обстановке конца Холодной войны стал тяготить Запад. 30 ноября 1990, когда отряды Идриса Деби только вторглись и взяли Абеше (750 км от столицы), Хабре бежал через реку в Камерун, после чего обосновался в Дакаре. Уже 1 декабря Деби вступил в столицу.

В 2005 бельгийский суд выдал международный ордер на арест Хабре по обвинению в тяжких нарушениях прав человека. В 2008 суд Чада заочно приговорил его к смертной казни. В 2012 Международный суд ООН потребовал от Сенегала «без промедления» либо судить Хабре, либо экстрадировать в Чад. В 2013 Хабре арестован Сенегалом, и в 2016 году приговорен Специальным африканским трибуналом (Chambres africaines extraordinaires) Африканского союза к пожизненному заключению за преступления против человечности, пытки и принуждение к сексуальному рабству. Он умер в сенегальской тюрьме в начале пандемии.

Это был первый судебный процесс в Африке, в котором одна страна судила бывшего лидера другой за преступления против человечности.

(окончание следует)