AlexandrRayn

Пикабу в этом сыграл не последнюю роль, а может даже одну из главных. Почему? Да потому, что самый жесткий отбор был всегда на этой площадке. Когда тебя хвалят постоянные читатели в твоем блоге, ты можешь запутаться и решить, что все твои рассказы удачные, но с Пикабу такое не прокатит. Тут читатель всегда был жестким и часто очень справедливым. Благодаря этой площадке я мог отделить реально стоящие вещи от посредственных и отправлял это все в издательство. В каких только грехах меня не обвиняли тут за творчество. Слово графоман стало для меня вторым именем, а увидеть в комментарии кг/ам — это как выпить стакан кофе с утра. Но я никогда и не метил в великие писатели. Мне было приятно читать комментарии от людей, которых я смог рассмешить или растрогать. Это мотивировало писать дальше. Так у меня появились постоянные читатели, появились друзья, со многими я виделся лично, к некоторым даже ездил в соседние государства в гости. Это классно.

Со временем я сделал писательство своей основной работой и теперь просиживаю в Ворде 80% свободного времени. Но это не все. Два года назад, благодаря еще одному пикабушнику Александру Бессонову, я узнал, что с рассказами можно выступать на сцене и даже есть реальный шанс, что придут люди. И я начал пробовать. Сперва Москва, Питер, потом Сибирь, Урал, Краснодарский край. Добрался до Калининграда и до Владивостока.

Иногда люди приходили хорошо, иногда выступал в почти пустых залах, но это было не важно. Важно, что кто-то да приходил, а уходили зрители всегда с улыбками, и я знал, что все делаю правильно. Но самое классное, когда приходят читатели не только из личных блогов, но и с таких ресурсов, как Пикабу и ЯП. Эти люди всегда подходят после концерта с улыбкой и говорят «Я вас на Пикабушечке читаю», и это безумно приятно. Чувствуешь какое-то родство, что ли. И гордость, что смог пробиться сквозь волну хейта и найти своих людей.

Но мир быстро меняется. Меняются темы, меняются реалии, меняются люди. Ничто не остается прежним, и каждый вынужден приспосабливаться. То, что работало вчера, — сегодня не дает эффекта, и наоборот. Я это к чему. За 6 лет публикаций на Пикабу я ничего особо не просил, да и не имел права просить. Мне нужна была возможность публиковать рассказы, и я ее получал. За это огромное спасибо ресурсу и людям. А сейчас у меня затык. На концерты люди идут тяжело. Я понимаю, что время такое и у всех так, но что же теперь, опустить руки и сдаться на волю меланхолии? Я так не хочу. Всё, что я прошу у местного читателя, — это дать возможность рассказать о своих литературных вечерах и не потопить меня в волне негатива за это меркантильное желание.

Залы пока собираю скромные, а вся организация, коммерция, техническая часть на мне. Я не очень специалист в маркетинге. Поэтому мне важен каждый новый зритель. А я буду стараться для этого самого зрителя, чтобы два часа в моей компании он провел в хорошем настроении и ушел с добрыми мыслями — а это я умею.

На своих концертах я читаю рассказы, делюсь историями из жизни. Где-то общаюсь с залом, где-то иду строго по сценарию, как в спектакле. Где-то я работаю с коллегой-актером в паре, где-то нам аккомпанирует пианист. Городов много. Я стараюсь объехать как можно больше, пока позволяет здоровье и время. И поэтому от души прошу дать мне возможность пригласить вас на эти мероприятия. И даже если вас такая просьба сильно бесит и вы считаете, что таким постам не место на Пикабу, то хотя бы не топите меня слишком сильно. Я знаю, что вы можете, я это проходил не раз. Спасибо за внимание.

Вот тут я оставлю ссылку на все грядущие мероприятия https://raynalexandr.ru/news

А тут промокод PIKABU20 на все концерты (кроме Алматы) для пикабушников.

Спасибо всем, кто дочитал.

— Зачем покупать, когда собаки бегают бесплатно по улицам? Я тебе больше скажу: этот пес уже в долгах как в шелках. Он сожрал мои новые замшевые туфли. А так как зверь безработный, то все его долги переходят к тебе. Советую в следующий раз подходить с умом к выбору питомца.

— Мама, как ты вообще додумалась подарить детям собаку?

— Лёня, я никогда не принимаю такие решения самостоятельно. Вместе со мной этим вопросом занимались Негрони, Белый русский и три Апероля. Решение было коллегиальным. К тому же твои дети приводили очень веские доводы.

— Это какие же?

— Они сказали, что собака — это отличный способ отомстить тебе.

— Мама! Чему ты их учишь?

— Базовым вещам, сынок: взаимовыручка, дружба, блеф, манипуляции, шантаж, подсчет калорий…

— Не смешно, мам. Нам не нужна собака. Почему ты не подарила ее мне в детстве, когда я просил каждый Новый год?

— Прости, Леонид, я только в прошлом году начала читать твои письма Деду Морозу, когда у нас на два дня отрубили интернет. Ну и безграмотный же ты был в шесть лет…

— Ты должна избавиться от собаки, — резко ответил сын.

— Поздно. Псу уже дали имя. Назвали в твою честь.

— Вы назвали собаку Леонидом?

— Нет. Жмотом. Это дети выбирали. На днях идем получать собачий паспорт, а там и до СНИЛСа недалеко. Лёня, это уже будет полноценный гражданин. Выпускать его на улицу одного негуманно. Свяжется с дурной компанией, начнет пить. В общем, дети тебе такого не простят, Лёня. Я три раза уточняла и взяла с них расписку. Советую решать быстрее все свои дела и приезжать за мальчиками. Они уже начинают расспрашивать меня про татуировки. А сердце у меня не каменное, сам знаешь.

— Я тебя понял, мама, — произнес Лёня, медленно закипая. — Мы скоро вернемся. Прошу тебя, нет, умоляю, ничего больше не покупай и не обещай им! Обещаешь?

— Я запуталась, Лёнь. Короче говоря, даю нечестное пионерское слово! — поклялась мама и сбросила вызов, а затем повернулась к внукам, которые слышали весь разговор: — Ваш папа одобрил Жмота.

— Спасибо, ба! — радостно запрыгали внуки возле бабушки вместе с новым псом. — Теперь надо купить ему ошейник, поводок, намордник и собачьей еды!

— Чего? — не поняла Люсьен. — Вы не говорили, что нужно будет что-то покупать. Так, ладно, дайте подумать…

Люсьен взяла телефон и, найдя чей-то номер, нажала вызов.

— Алло, Кристина Санна, противного утра вам. Да, Людмила беспокоит. Да подождите вы, тише. Еще старые проклятия активно работают, давайте позже с этим разберемся. Я вот по какому вопросу звоню. Помните, вы на все праздники готовили по рецептам из какой-то кулинарной книги, которая принадлежит вашей семье. Так вот, мне нужна эта книга. Дело в том, что мы завели собаку, и мне надо готовить ей что-то подходящее для ее рациона. Что? Не слышу. Куда пойти? А-а-а, эти направления я помню, мы с вами обычно в конце разговора туда друг друга отправляем. Подождите, не бросайте трубку. Помните, я пятнадцать лет назад дарила вам намордник, он у вас остался? Алло! Алло!.. Сбросила, — досадливо вздохнула Люсьен, отнимая телефон от уха.

— Ба, а ты кому звонила? — поинтересовался младшенький.

— Своей свекрови. Вашей прабабке. Если будете себя плохо вести, отправлю вас к ней на выходные — поймете, почему ваш папа только три года назад перестал заикаться. Так, ладно, седлайте пса и пошли в магазин, я сегодня добрая.

В зоомагазине продавцы предложили Люсьен целый список, который нужно было купить в первую очередь: шампунь от паразитов, глистогонные препараты, лежанку, игрушки.

— Да вы мне в копеечку скоро влетите, — воскликнула Люсьен, глядя на внуков, а затем спросила у продавца: — Ну а собаке-то что нужно купить в первую очередь?

Когда с покупками было покончено, Люсьен позвонила знакомому ветеринару, с которым когда-то встречала закаты на живописной ферме, где тот работал, и полчаса обсуждала с ним следующую встречу.

— Ба, а что по поводу Жмота? — спросили внуки, когда Люсьен сбросила вызов и внесла напоминание о будущем свидании в свой телефон.

— Ах да, пес, — вспомнила Люсьен и посмотрела на радостную собачью морду, — давайте завтра. Девушка не должна быть слишком навязчивой и звонить мужчине больше одного раза в день.

Погода стояла по-настоящему летняя. Солнце щедро расстреливало город своими лучами, поэтому четверка отправилась на прогулку в парк, где имелась хорошая собачья площадка и множество скамеек, где бабушка смогла наконец предаться отдыху.

Люсьен ни на секунду не сводила глаз с уличных тренажеров, внимательно наблюдая за полуобнаженными спортсменами, пока внуки вместе с псом носились по собачьим снарядам, обдирая колени.

— Простите, это ваша дворняга? — подошли к Люсьен несколько человек в дорогих спортивных костюмах и с очень пафосными лицами. У каждого из них в руке был поводок с очень породистой собакой на конце.

— Мы вообще не знакомы, — сказала Люсьен, посмотрев на мужичка, который присел передохнуть на скамейку рядом с ней пару минут назад.

— Мы про собаку, — показала хозяйка красивой бордер-колли в сторону площадки, где внуки Люсьен тщетно пытались загнать Жмота на специальный собачий снаряд в виде качелей.

— Ах да, это мой зверинец. Хотите усыновить? Я отдаю только оптом. Так что берите сразу троих.

— Нет. Мы хотим, чтобы вы забрали собаку с площадки. В это время там тренируются только члены клуба. Это все местные знают. Нам чужаки не нужны. Так что, будьте любезны, заберите вашего питомца.

— Что за клуб? Я хочу в него вступить, — тут же оживилась Люсьен, которая обожала всякого рода тусовки и старалась сразу же их возглавить.

— Это клуб элитных собак. В него вступают только породистые особи с хорошей наследственностью. К тому же вас должны порекомендовать.

— Рекомендация не проблема. У меня есть подруга, Клара, она дочь профессора и внучка академика. И та еще потомственная су…

— Нет, вы нам не подходите, — перебила нервная женщина Люсьен и еще раз настоятельно попросила забрать внуков и пса с площадки.

— Милая, — снисходительно улыбнулась Люсьен, — я — как статья в Уголовном кодексе — подхожу любому. Лучше давайте не будем ссориться и обсудим, где мы проведем встречу нашего клуба в ближайшие выходные. У меня есть знакомые — владельцы одной очень приличной турбазы, где мы могли бы неплохо отдохнуть пару дней совершенно бесплатно: озеро, барбекю, баня, азартные игры и прочий гедонизм.

— Мы заводчики собак, а не сомнительных связей, — фыркнула тетя.

— Собаки пусть тоже приходят, но предупредите их, что на продукты придется скидываться.

— Вообще можно. Я давно предлагал собраться всем вместе, — подал вдруг голос хозяин золотистого ретривера.

Несколько человек тут же поддержали его, сказав, что в эти выходные вполне свободны для бесплатного посещения турбазы. Хозяйка бордер-колли быстро теряла очки поддержки, но не собиралась уступать:

— Плевать на турбазу! Ваша шавка не может заниматься рядом с нашими образцовыми собаками! У нее наверняка даже прививок нет. А блохи есть!

— Я бы на вашем месте больше опасалась моих внуков. Их отец в детстве часто мочил манту, и у старшего при рождении обнаружили депрессию. А младшенький вообще в темноте светится…

— Вам не стыдно так шутить над своими родными? — спросила шокированная дама.

— Как говорится: бей своих, чтоб чужие боялись, — пожала плечами Люсьен. — А вообще нам пора, у меня сериал через полчаса начинается. Предложение на выходные в силе. Кому интересно, записывайте номер, — она начала диктовать, и большинство собачников тут же достали свои телефоны.

Распрощавшись с элитными собаководами, Люсьен свистнула внукам и, не дожидаясь, пошла прочь с площадки. Дети вместе с собакой нагнали ее у светофора.

— Ну, как у вас дела?

— Жмот такой умный, ба, он уже знает три команды! — похвастались внуки.

— Неплохо, — оценила Люсьен, — на одну больше, чем ваш дедушка, когда мы с ним познакомились. Значит, так: правила будут простые. Первое: мне все равно, кто из вас кого будет выгуливать. Но если кто-то или что-то разбудит меня раньше десяти утра, в приют отправитесь втроем. Это понятно?

Внуки и пес синхронно кивнули.

— Второе: пса вы должны любить. Если я вдруг узнаю, что вы наигрались с ним и теперь он сам по себе, я подумаю, кого из вас выгнать, а кого оставить. Это не потому, что я такая мудрая древняя бабка или люблю животных больше, чем стейки и прошутто. Просто я терпеть не могу, когда кому-то дают ложную надежду, — бабушка произнесла это очень строго и даже слегка срывающимся голосом. — Так что хорошенько подумайте, готовы ли вы оставить эту хитрую слюнявую морду, гулять с ней, мыть ее и обучать моим ценностям.

Дети и пес снова кивнули.

— И последнее. Готовы ли вы подписать со мной договор о перечислении десяти процентов от всех ваших будущих доходов до полного возмещения моральной компенсации и всех убытков, которые нанесла и нанесет мне ваша троица в ближайшее время?

Внуки радостно закричали «да», и удовлетворенная Люсьен кивнула.

— Хорошо. Тогда мы договорились. Завтра утром идем к нотариусу подписывать договор, а потом оформим вашему Жмоту собачьи документы и поставим все прививки. А пока сделайте милость, не целуйтесь с ним. Жалко же собачку.

Александр Райн

Дорогие читатели, хочу пригласить вас на свои литературные концерты, с которыми я катаюсь по стране. Ближайшие: Санкт-Петербург, Томск, Кемерово, Новокузнецк и другие. Промокод PIKABU20 даст вам скидку 20%. Список городов и билеты вот тут

— Простите, но это место забронировано, — раздраженно заявил Крапивин этим нахалам.

— Правда? — удивился другой папаша с волейбольным мячом в руке. — А где можно посмотреть график свободных дат?

— Я с вами не шучу! Мы шли специально сюда, — не унимался Крапивин.

— Моисей сорок лет шел по пустыне — и ничего. Пройдетесь еще немного.

— Ты чё такой дерзкий?

— Стас, давай только без ругани, — попросила жена Крапивина, понимая, что ситуация абсурдная.

— Наташ, не лезь. Я три недели этот отпуск планировал!

— А я четыре! — тут же нашелся оппонент.

— А я еще в прошлом году планировал, просто планы менялись несколько раз!

— А я…

— Здравствуйте, — выползла из палатки молодая женщина с совершенно искренней улыбкой. — Меня Таня зовут! Буквально в десяти метрах отсюда есть точно такая же поляна, может, даже лучше, — она показала рукой направление.

— Слышал, Стас, там отличное место, — снова обратилась к Крапивину супруга. — Привет, а я Наташа, — улыбнулась она новой знакомой.

— Нет! Я вел вас именно сюда, — топал ногами муж. — Здесь самая удобная точка для лагеря.

— И лагерь здесь уже стоит, — надменно ответил ему хозяин этого самого лагеря. — Так что вам придется пройти дальше и не мешать нам отдыхать.

— Коля, они нам не мешают, — шикнула жена главного захватчика самых лучших мест. Затем виновато улыбнулась Крапивиной и сказала: — Простите, мы тут уже со вчерашнего вечера, нам бы не хотелось всё разбирать и заново собирать.

— Никаких проблем, — махнула ей в ответ Наташа, но муж не разделял ее мнения и считал, что проблема есть.

Тем временем дети обоих семейств уже успели перезнакомиться и обсудить тупой отдых, на который их всех притащили родители.

Через пять минут, когда глава похода понял, что не может испепелить взглядом лагерь оккупанта, семейство Крапивиных с одним гордо поднятым носом удалилось на другое место.

— Слушай, да здесь реально лучше, — ласково произнесла Наташа, разбирая сумки, пока муж точил колья и расставлял их по периметру. — И заход хороший, — показала она на песчаный бережок.

Кислое лицо Стаса тянуло на новый химический элемент. По его мнению, здесь всё было не так: трава впивалась в ноги, как ржавые гвозди, солнечная радиация была выше, комары протыкали человека насквозь, а спуск к отравленной воде был далеко не пятнадцать градусов. Про рыбу и говорить нечего — в этой части озера определенно водились лишь больные пираньи.

— Дети, я прав? — искал он поддержки у своего потомства.

— Нам пофиг, — отвечал несовершеннолетний электорат.

— А за новый телевизор?

— Стас, прекрати свою предвыборную агитацию, мы остаемся тут, — наконец не выдержала жена и взялась за установку палатки.

— Конечно остаемся, — усмехнулся Стас, а потом громко крикнул: — Потому что все нормальные места теперь провоняют всякими интервентами.

— Да это после вас тут теперь всю ночь проветривать! — донеслось в ответ.

Когда лагерь Крапивиных был наконец разбит, настало время готовки.

— Дай спички, — попросил Стас, от души смочив угли и собственные штаны жидкостью для розжига.

— Я думала, они у тебя.

— Женщина, ты меня с ума сведешь! Ну и как нам разжигать огонь?

— Давай попросим у соседей, — предложила Наташа и тут же пожалела об этих словах.

Речь, произнесенная Стасом, могла бы вдохновить целый легион. Он вспомнил Гагарина и Кутузова, дошел до Македонского и даже процитировал Евангелие.

— Ну и что ты предлагаешь? — спросила Наташа, когда у оратора пересохло во рту.

— Разведем подручными средствами, — уверенно ответил супруг и начал тереть друг о друга ветки и стучать камнями.

Спустя двадцать минут, когда дым начал валить только из ушей Стаса, жена тайком сбегала к соседнему лагерю и попросила зажигалку.

— Я бы мог простить тебе измену с другим мужчиной, но это… — начал было Стас, но жена быстро дала понять, что мысли материальны, и если муж так хочет, то… Стас молча принялся чиркать зажигалкой, но будущие шашлыки про себя окрестил проклятыми.

— Дети, идите есть, — позвала Наташа, когда всё было готово. Мясо получилось просто замечательным — сочным и румяным, но Стас всё равно бубнил себе под нос, что, скорее всего, оно заражено и все они теперь обязательно заболеют цингой.

— А можно Аня и Лёшка с нами посидят? — спросил сын, появившись из кустов.

— Вы позвали сюда друзей из города? — не понял отец.

— Да не, это брат с сестрой из соседнего лагеря, мы с ними в бадминтон играли, пока вы тут готовили.

Тут отец невольно вспомнил сказку про Гензеля и Гретель. Враг заслал своих шпионов, очевидно, желая владеть всем озером, а не только его лучшей частью. Нужно было срочно продумывать план контратаки.

— Не стоит звать их к нам. У нас семейный отдых, посторонние не должны знать наши тайны.

— Какие тайны? То, что ты ходишь в спортзал только ради душа, когда дома отключают горячую воду? — пошутила дочь.

— Вот именно! — тут же отозвался отец. — К тому же гостей надо кормить, а мы не рассчитывали на лишние рты.

— Да у них там еды три дорожных холодильника: мясо, рыба, сосиски, чипсы, маршмеллоу, мороженое…

Тут отец взглянул на свой полупустой пакет из супермаркета, где, кроме акционного шашлыка, соли и кетчупа, имелся лишь килограмм картошки и самый тонкий в истории лаваш.

— Мы в походе, а в походе питаются тем, что найдется в лесу! — гордо заявил глава семьи.

— Главное, чтобы за это найденное в лесу не пришлось потом мотать срок, — вставила свои три копейки жена.

— Простите, что тревожу вас, — раздался вдруг чужой тоненький голосок. Через секунду на поляну вышла та самая Таня из вражеского лагеря. — Мне очень неудобно нарушать ваш отдых, но нет ли у вас — чисто случайно — рыболовных крючков? Наш папа хотел детям показать рыбалку, а крючки дома забыл…

— Что же это за рыбак, у которого один набор крючков? — злобно усмехнулся Стас.

— Да он и не рыбак вовсе, — тихонько засмеялась в ответ Таня. — Так, раз в пять лет удочку закинет, наловит водорослей и довольный идет домой.

— Нет у нас крючков, — резко ответил Крапивин. — Пусть руками ловит, как медведь.

— Ой, да это он шутит так, — вмешалась в разговор Крапивина. — У нас эти крючки по всему дому разбросаны, шагу ступить нельзя — обязательно напорешься. У меня раньше ведь даже уши не были проколоты, а теперь вон, — она показала на два золотых крючка в мочках, которые муж подарил ей на годовщину свадьбы. — Стас, дай человеку коробочку, что ты жмотишься?

Стас нехотя засунул руку во внутренний карман и хотел было достать оттуда фигу, но, взглянув на суровую жену, выудил четыре упаковки с разнокалиберными крючками. Каких размеров и моделей там только не было. Кажется, имелся даже китобойный гарпун.

— Спасибо вам большое, — расплылась в улыбке незваная гостья, принимая коробочку. — Хорошо, что он хоть наживку догадался купить. Ему сосед подсказал, на что в этом озере клюет.

— С возвратом, — буркнул Стас. — Я пересчитаю!

Тут же неподалеку раздался мужской голос:

— Таня-я, ну что там? Есть в машине крючки?

— Только не говорите ему, что я у вас попросила, — взмолилась женщина. — Он слишком гордый, когда не нужно. Сказал, чтобы я к вам даже не подходила.

У Крапивина мгновенно загорелись глаза, но жена, заметив этот огонек, быстро затушила его своим холодным взглядом.

— Спасибо вам большое! — раскланялась Таня, исчезая в кустах.

— Ладно, настоящим рыбакам тоже пора поудить, — обвел Крапивин взглядом детей, которые тут же поняли, что понятие «настоящие рыбаки» относится и к ним в том числе.

Отец деловито расчехлил удочки, спиннинг, открыл свой чемоданчик и стал внимательно подбирать оснастку. Когда всё было готово, он задал один-единственный вопрос:

— Наташ, где мотыль?

— Ой, а ты ведь просил меня его купить…

Стас ничего не сказал. Он молча сложил всё обратно и закрыл ящик.

— Давай я… — начала было жена.

— Не смей, — оборвал ее настоящий рыбак и, взяв маленькую саперную лопатку, пошел копать червей.

За полчаса ловли поплавок дернулся лишь раз. Накупавшиеся в озере черви просили вернуть их домой, так как многим завтра нужно было на работу. Зато с того места, где разбили лагерь захватчики, доносились восторженные крики. Судя по всему, там шли настоящие соревнования.

— Просто рыба их не уважает и легко сдается из жалости, — пояснил Крапивин своим скучающим отпрыскам.

Когда начало темнеть и в округе расцвели цветы костров, Стас достал из чехла гитару и, настроив, спросил, что семья больше хочет спеть: Высоцкого или Визбора? Дети сказали, что хотят что-нибудь из корейского K-pop.

— А аккорды есть? — спросил отец, перебирая струны.

В итоге выбор пал на Цоя, которого все худо-бедно, но знали. Через полчаса, когда сумерки стали осязаемыми, а отец и мать уже вовсю распелись, из кустов послышались голоса.

— Наташ, мне кажется, или я только что слышал, как мне подпевал можжевельник? — спросил Стас, когда они допели очередной куплет.

— Простите, ради бога простите, — заговорили кусты. — А можно мы с вами посидим? У нас колонка села, а гитары нет. Дети очень любят Цоя, да и другие песни тоже не против попеть, — послышался знакомый голос Тани из соседнего лагеря.

— Конечно, проходите, мы будем рады, — радушно заявила Крапивина, глядя, как муж размахивает руками, точно пропеллерами, подавая ей знаки. — А супруг ваш не придет?

— Ой, он у нас такой упертый, его не уговорить, — сказала гостья, усаживаясь на бревно. Дети скучковались с другой стороны костра и, достав телефоны, что-то бурно обсуждали и давили смешки.

— Что поете? — без энтузиазма спросил Крапивин.

— Всё пою, я раньше ни одного фестиваля не пропускала. Вы начните, а я подхвачу.

Стас ударил по струнам и начал с «Бременских музыкантов». Женщины тут же подключились, вскоре послышались и детские голоса, а еще откуда-то издалека доносилось одинокое: «Е, е-е, е-е».

— Коля, иди к нам! — позвала Таня своего мужа-узурпатора.

— Да, Николай, идите к нам, не стесняйтесь, — подключилась к призыву Наташа.

— Мест нет, — негромко тявкнул Стас.

Через пять минут Таня с Наташей всё же сходили в соседний лагерь и притащили за шкирку упирающегося Колю, который утверждал, что он уже спал и ему не нужны ничьи музыкальные подачки. Вместе с Колей женщины приволокли упаковку сосисок, крупный зефир для костра и холодный лимонад.

— Они и этот лагерь захватят, — шептал Стас жене, но та его не слушала и, сложив оборонительные колья в костер, потребовала немедленного музыкального перемирия.

Мужчины долго и злобно смотрели друг на друга, но, когда жены надавили им на все болевые точки, нехотя пожали руки. Стас снова взялся за гитару и, никого не слушая, начал играть то, что нравилось лично ему. Как назло, его вкусы совпали с чужими. Женщины и дети быстро подключились к пению, а Коля лишь еле-еле шевелил губами, изредка издавая какие-то звуки.

— Блин, Колян, меня твой бубнеж сбивает! Можешь уже нормально петь? — не выдержал Стас во втором куплете.

И тут Коля, гордо расправив плечи, показал ту сторону себя, которую годами скрывал от людей. Оказалось, что он почти шесть лет пел в хоре. Голос его звучал сильно, мелодично и отдавался приятными вибрациями в груди у слушателей.

После трех песен, когда Крапивин охрип, а пальцы с непривычки заболели, Коля сбегал к машине и притащил две бутылки ледяного пива: одну для себя, вторую для своего «врага».

Стас попросил жену попробовать пиво на яд, но та смерила его фирменным взглядом, и Крапивин, закрыв глаза, сделал глоток. Обдаваемый жаром ночного костра, он почувствовал, что это пиво было лучшим в его жизни. Стас не планировал выпивать на семейном отдыхе, но ему и не пришлось. Пиво у Коли было безалкогольное.

Вскоре семьи, включая детей, напелись и наелись вдоволь и, распрощавшись, разошлись по своим палаткам.

Утром, еще до восхода, Наташа проснулась от чьих-то негромких голосов. Выйдя из палатки, она заметила у воды две спины.

— Рыбу ловят, — раздался шепот Тани, которая сидела в сторонке на бревне и улыбалась, поёживаясь от утренней прохлады.

Спины принадлежали Стасу и Коле, которые еще с вечера тайно договорились встретиться на утренний клёв.

— А вы что в следующую субботу делаете? — спросила так же шепотом Наташа.

— Да ничего не планировали вроде, — пожала плечами Таня.

— Не хотите за грибами?

Александр Райн

Дорогие читатели, хочу пригласить вас на свои литературные концерты, с которыми я катаюсь по стране. Ближайшие: Уфа, Самара, Тольятти, Томск, Кемерово и другие. Промокод PIKABU20 даст вам скидку 20%. Список городов и билеты вот тут

А еще на меня можно подписаться в МАХ и в Телеграм

— Девчонки. Девчо-о-онки, — позвала тихонько Анька Скороходова. — А что, вы правда с этим парнями больше не будете встречаться? Типа просто поели за их счет — и всё?

— И всё, — довольно кивнула Ритка. — Мы им ничего не обещаем, и они прекрасно понимают, на что идут. Какие к нам претензии? Ты что, никогда так не делала?

— Нет, ни разу… Ну, вернее, обычно меня хотят угостить пиццей, но мне как-то неудобно, и я всегда скидываюсь…

— За пиццу? — офис на секунду превратился в саванну, когда по кабинету разлетелся смех, похожий на лай гиен.

— Тебе надо обязательно попробовать сходить на свидание в рестик, — сказала одна из девушек, с трудом перестав смеяться, — только не в быстрого питания и не в вагон-ресторан, а в нормальное место. И заказать что-то дороже бизнес-ланча.

— Но разве это правильно?

— Анечка, — Рита медленно, с неожиданным даже для себя скрипом развернулась на стуле и внимательно оглядела свою соседку-скромницу, — ты вроде не страшная баба. Я бы даже сказала, что ты вообще огонь!

Анька тут же залилась краской и поправила пучок волос на голове, а Ритка продолжила сыпать вердиктами:

— Макияж чуть подправить только, волосы распустить, заменить эту мятую рубашку с застиранными подмышками на нормальное платье, чтобы форму держало, и вперед — на гастрономический фронт. Да мужики тебя черной икрой до смерти закормят за один только намек на продолжение…

— А они не обидятся потом, если продолжения не будет?..

— А тебе-то какая разница? Встретились, поели, пожали руки и разошлись как в море корабли. Какие проблемы? А будет возникать, говори, что вызовешь полицию — и всё.

— Думаете, стоит попробовать?

— Конечно стоит, — в унисон ответили девчонки. — Главное, веди себя спокойно и показывай всем своим видом, что ты не клуша из деревни и что к тебе нужен особый подход.

— А я из деревни…

— Мы все из деревни, — цокнула языком другая соседка Риты, — но выпячивать этого не надо. Так что давай, отвечай взаимностью на все приглашения — и вперед.

Скороходова задумалась. Ее давно уже звал на свидание один разносчик воды, который приезжал всегда по вторникам и делал Ане странные комплименты, сравнивая ее то с новыми удобными бутылями, то с чистейшей скважиной номер шесть. Вот на нем она и решила поэкспериментировать.

Во вторник доставщик снова явился в офис. Аня перехватила его у кулера и трижды согласилась на свидание, хотя молодой человек спросил лишь как дела.

— Отлично. Встретимся в пиццерии? — уточнил он.

Тут Аня надула свои алые губки, как учили девчонки из офиса. Получилось плохо, губы издали смешной звук, какой издает прохудившийся шарик.

— Давай лучше в греческий ресторан.

— В греческий? — замялся доставщик. — Ну… Ну давай… Я забронирую столик.

— Отлично, до встречи! — протянула руку Аня, чтобы не давать ложных надежд, и вернулась к рабочему месту.

Вечером она надела лучшее платье, одолженное у старшей сестры, уложила волосы феном и сбрызнула лаком с блестками, нарисовала косметикой новое лицо и приготовилась наесться от пуза за счет кавалера.

Кавалер пришел в ресторан прямо в рабочей одежде.

— Прости, у нас завал сегодня. На одну конференцию сделали срочный заказ — аж триста литров, а из всех только я в смене остался, — он рухнул на стул и начал обмахиваться меню.

Аня к тому времени уже успела изучить самые дорогие позиции и готовилась сделать заказ на сумму небольшой цыганской свадьбы. Тут же от хлебной тарелки отпочковался официант и предложил сделать заказ. Доставщик открыл меню и тут же закрыл. Цены отпечатались на его побледневшем лице, чтобы теперь всю жизнь являться ему во снах. Он начал усердно думать.

— Может, вам пока воды принести? — спросил официант, глядя на приближающийся инфаркт.

— Нет!!! — на лице гостя возник ужас. — Я обещал себе, что никто и никогда не будет носить мне воду! Ань, ты заказывай, я не голодный, возьму огуречный салат.

Официант с умным видом записал про салат. Аня уже хотела было заказать для себя стейк из ягненка, телячий язык в соусе, ассорти сыров и какой-нибудь дорогой коктейль, но, взглянув на человека перед собой, поняла, что тот врет и, скорее всего, голоден настолько, что грызет сейчас свои пломбы.

— Тарелку вашей фирменной мясной похлебки, два салата с утиной грудкой и порцию баранины на кости с молодым картофелем, — попросила Аня, внутри которой бурлила кровь всего женского рода ее семьи.

Материнский инстинкт требовал накормить работящего мужчину, и девушка не могла сопротивляться зову предков.

— Поделим счет пополам. Ты, главное, поешь, — сказала Аня, когда принесли заказ.

— А можно я тебе свою половину потом в офис занесу? — смущенно улыбнулся доставщик, набивая щеки едой про запас, как хомяк.

— Ага, — коротко улыбнулась Аня в ответ, понимая, что всё пошло не по сценарию.

Следующее свидание она решила провести с более успешным персонажем, и подходящий у нее имелся. Каждый день на парковке возле офиса с Аней здоровался один очень упитанный и лысеющий мужчина, приезжавший на новеньком внедорожнике. И каждый раз, когда Аня здоровалась в ответ, он предлагал увезти ее в страну счастья. Аня всегда вежливо отказывала, но в этот раз решила ответить взаимностью и согласилась на хорошенький ресторанчик.

— Я такое место знаю, ты просто с ума сойдешь, — загорелись глаза у мужчины, который представился Жорой.

Он не соврал. Ресторан, в который он привез Аню, был, мягко говоря, специфическим. Держали его китаец, вьетнамец и индус. Эти трое создали собственное авторское меню. Каждое блюдо включало в себя специи, ингредиенты и технологии приготовления трех стран. Ресторан был единственным во всем городе, где не водились тараканы, да и вообще какая-либо живность в радиусе двух кварталов. Запах с кухни шел такой, что некоторые врачи выписывали посещение ресторана как средство для лечения гайморита.

Жора привел туда Аню и сказал, что та может заказать всё что угодно — он платит. Сначала Аня решила, что ей по ошибке дали инструкцию по сборке атомной подлодки. И только через пять минут чтения она убедилась, что это действительно меню.

— Скажите, а у вас есть что-нибудь без специй? — спросила Аня у официанта, когда ее ложка растворилась в фасолевом супе, а вилка — в рисовой лапше.

Официант даже не понял вопроса. Казалось, он сам состоял из специй, потому что они буквально сыпались из него на ходу. Жора же закидывал в себя еду точно комбайн, лишь изредка морщась и охая от удовольствия. В какой-то момент из его ушей пошел такой пар, что в зале сработала пожарная сигнализация, и, к радости Ани, свидание закончилось. Домой в этот вечер она пришла голодная. В холодильнике было пусто, и Аня пришлось засыпать под симфонию урчащего желудка.

Следующий поход в ресторан закончился, так и не начавшись. Ухажер из интернета приехал за Аней на красивой иномарке с номером как у портвейна и обещал отвезти в самое модное место. Но прежде предложил расплатиться за будущий ужин. Аня сказала, что обычно угощает мужчина, и тогда мужчина начал снимать с себя одежду. Аня пригрозила вызвать полицию. Мужчина сказал, что никого вызывать не нужно, так как полиция уже тут, и показал на форменную куртку и фуражку на заднем сиденье. Аня еле вырвалась из его потных лап и, выскочив из машины, всё же набрала номер службы спасения. Вскоре мужчину задержали — он числился в розыске за кражу полицейской формы в особо крупных размерах.

Следующий кавалер оказался очень галантным и обходительным. Уже опытная Аня была настороже и не позволяла ввести себя в заблуждение. Она сразу предупредила, что сначала еда и теория, а только потом возможная практика. Мужчина был согласен на всё. Он пошел в ресторан, который выбрала Аня, несколько раз сказал, что она может заказать всё что хочет и сам сделал то же самое. Он был вежлив, уважал ее дистанцию, щедро сыпал комплиментами и был бесконечно тактичен. Особенно тактично он ушел из ресторана, когда Аня слишком медленно моргнула. В итоге Аня, конечно, поела очень вкусно. Но всё это тарелочничество влетело ей в копейку.

Вечером, после очередного гастрономического рандеву, она возвращалась домой, груженая пакетами с гречкой и самым дешевым пакетированным чаем. На лестничной площадке она наткнулась на гору какого-то хлама, заблокировавшего ей проход к квартире. Из горы торчали мужские ботинки, в которые были вставлены ноги. Аня потянула за один ботинок, и вскоре стало ясно, что к ногам приделано туловище, а к нему — голова. Эта голова издавала еле слышный стон.

— Что с вами? — спросила Аня.

— Спи-и-и-ну потяну-у-ул, — промычала голова.

— Вы новый сосед?

— Не-е-ет, я старый, я здесь жил раньше, просто квартиру сдавал. Теперь решил вернуться. Помог-и-и-те, прошу.

Аня вытащила человека из хлама и завела его в квартиру, где хлама оказалось еще больше. Особенно много у этого нового соседа было разнообразной посуды: кастрюли, сковороды, сотейники, а еще разделочные доски, ножи и много того, что Аня называла просто половником или вилкой.

Мужчина представился Валерьяном и сказал, что грузчики ушли на перекур три часа назад, но так и не вернулись, и он решил сам затащить оставшееся, но не рассчитал силы.

— Соболезную вашей проблеме, но ваши вещи перегородили мне вход в мою квартиру, — сказала Аня, глядя бедолагу.

— Да-да, понимаю… Дайте мне десять минут, и я все уберу.

Аня не стала ждать, так как была очень голодна и хотела домой. Она вызвала знакомого водоноса, который охотно согласился помочь в счет долга за ужин. Он явился с товарищем, и вместе с Аней они быстро освободили площадку.

Попав наконец домой, Аня упала на диван и решила, что сегодня обойдется без ужина, так как готовить ей лень, да и тарелочницей быть надоело. Невыгодно оно. Аня закрыла глаза, а открыла, когда в дверь позвонили. На пороге стоял новый сосед с кастрюлей в руках.

— Это вам. За помощь, — сказал он и приподнял крышку.

Аромат, вырвавшийся наружу, чуть не подкосил Аню. Слюни наполнили рот так быстро, что девушка едва не захлебнулась.

— Я на скорую руку сварганил тут кое-что, но завтра, обязуюсь, принесу более стоящую оплату, — смущенно пообещал сосед, который признался, что работает су-шефом в одном загородном кафе.

Этим вечером Аня ела самую вкусную в своей жизни рыбу в сливочном соусе с бурым рисом и овощами-гриль. А на следующий день сосед принес ей свой фирменный буайбес и теплый салат с лососем. Он вообще стал часто наведываться без приглашения с различными блюдами под предлогом расплаты за помощь. Аня никогда не отказывалась, но настаивала, чтобы тот взамен забрал у нее хотя бы гречку. Сосед отнекивался, говоря, что так в его семье не принято, однако он будет не против, если Аня согласится разделить с ним эту гречку за ужином.

***

— Я вчера такое нежнейшее мясо ела… Оно просто таяло во рту, а паста… — завела как обычно в один из понедельников Ритка. Остальные тарелочницы быстро подхватили этот порыв и тоже начали делиться своими недавними гастрономическими открытиями.

— Ой, а я тоже такую обалденную штуку ела вчера, — подала вдруг голос Анька.

— Пиццу с кукурузой? — брякнул кто-то из девчонок, и по офису прокатилась волна смешков.

— Почти, — беззлобно ответила Анька. — Томленое мясо в винном соусе с кукурузной кашей. Меня Валерьян угостил.

— Валерьян? — прыснула одна из коллег.

— Ага. Он меня постоянно всякими вкусностями балует.

— За твой счет? — спросила Ритка, не сомневаясь, что Аня просто недоговаривает.

— За свой. Но я ему помогаю с уборкой либо покупаю для нас билеты на концерты. Мы о деньгах не разговариваем.

— А, так вы с ним встречаетесь. Ну это не интересно, — подала голос Риткина соседка.

— Зато я каждый день вкусно ем, — улыбнулась в ответ Аня, а затем внезапно объявила: — Кстати, я и вам попробовать принесла.

Она достала из пакета несколько контейнеров и открыла их. По офису разлетелся такой запах, что у некоторых сотрудников закончилась полугодовая диета. У Ритки и подруг тоже начала активно выделяться слюна и заработала на полную железа зависти, но они сдержанно отказались от предложения.

А вот Евгений Рафикович отказываться не стал. Он подлетел к столу Аньки, держа ложку наготове.

— Наконец-то нормальная тарелочница! — заключил мужчина, пробуя блюдо.

Александр Райн

Дорогие читатели, хочу пригласить вас на свои литературные концерты, с которыми я катаюсь по стране. Ближайшие: Пермь, Екатеринбург, Челябинск, Уфа и другие. Промокод RAIN20 даст вам скидку 20%. Список городов и билеты вот тут

По приезде на место Копытов поднялся на этаж, позвонил в дверь и приготовился к привычной картине: слезы, бессвязный лепет, уговоры не спешить и готовность платить за всё, лишь бы прозвучало слово «скидка». Дверь открыла пожилая, но еще вполне крепкая на вид женщина в домашнем халате. На ее лице читалась только одна эмоция: «Чё надо?»

— Простите, возможно, я ошибся, — растерялся Копытов. — Я ритуальный агент.

— Ёксель-моксель! — выругалась женщина, закатив глаза, а затем крикнула: — Коля, ты серьезно заказал себе гробовщика?

— Я не гробовщик, я… — начал было Копытов, но тут до него дошло, что ситуация какая-то нестандартная. Обычно его вызывают не сами клиенты. Либо женщина в состоянии аффекта, либо это очень плохой розыгрыш.

Через секунду хозяйку отодвинул в сторону весьма энергичный мужчина и, сказав, что та ничего не понимает, предложил Копытову войти. Эти двое еще с минуту пререкались, пока Копытов не прервал их вопросом:

— Простите, а где почивший?

— Так перед вами, — улыбнулся мужчина и показал на себя.

— Это шутка? Знаете, что бывает за такие ложные вызовы?

Копытов и сам не знал, что бывает. Ведь он просто частное лицо.

— Мне дали ваш номер и сказали, что вы можете организовать любые похороны по желанию клиента, — сказал мужчина.

— Это так, но…

— Я клиент. Я плачу деньги. В чем проблема?

— Да ни в чем, собственно, — замялся Копытов, — кроме того, что вы еще живы.

— Я ему то же самое говорю, а он уперся рогом…

— Молчать, женщина! — вскипел «клиент». — Знаю я, как ты меня похоронишь в случае чего. В мешок засунешь и в канаву бросишь, а на сэкономленное на моря двинешь со своей Алкой.

— Дорогу живым! — победоносно произнесла жена Коли и удалилась на кухню.

— Мне недолго осталось, — признался Коля, — могу отойти в любой момент.

— Ох, я вам сочувствую, — сказал Копытов, следуя за мужчиной.

Они вошли в комнату, где Коля предложил Копытову присесть в кресло и тут же озвучил свои соображения.

— В прошлом году я сделал генетический тест, — с горящими глазами произнес мужчина. — Оказывается, я на четыре процента скандинав!

— Я вас поздравляю, — сказал Копытов, не понимая, к чему ведет этот человек.

— Я хочу, чтобы меня похоронили как викинга! Нужна будет ладья, хворост и хороший лучник. Еще можно со мной в последний путь отправить коня, доспехи и несколько слуг.

— Простите, но в нашей стране это незаконно, — улыбнулся Копытов, чувствуя, что его держат за идиота.

— Хорошо, обойдемся без слуг и коня.

— И без сжигания в ладье. Я занимаюсь классическим погребением или кремацией.

— Мне говорили, что вы можете всё… Ну ладно, хорошо. Можем ли мы оформить всё под ключ, чтобы жена моя вообще не принимала участия? Это она на людях такая вся из себя смелая, а чуть что — так сразу в слезы и ничего не может делать.

— Конечно, не беспокойтесь. Я могу организовать всё от и до.

— Отлично. Смотрите. Для начала нам понадобится фотограф.

— На похороны? — вытаращил глаза Копытов.

— А почему нет? Я тут прикинул, сколько это всё будет стоить, и понял, что это как свадьбу сыграть. Только там-то деньги дарят. Пусть хотя бы альбом останется на память.

— Мне кажется, это лишнее…

— Это мои похороны, в конце концов! Я хочу уйти красиво, — запротестовал Коля и продолжил: — Раз нельзя в ладье, то пусть хотя бы будет тройка лошадей с колокольчиками. Провезите меня через весь город и сделайте три круга вокруг дома первой жены. Пусть видит, как сильно я поднялся в жизни без нее. А еще к бывшему начальнику заскочите на завод. Я ему всегда говорил, что эта их каторга любого доведет до могилы.

Копытов достал блокнот и сделал вид, что записывает.

— Так. Теперь список гостей. Я тут подготовил ряд имен, сможете всех пригласить? — Коля протянул листок Копытову, и тот принялся читать.

— Мадонна, Жан Рено, Никас Сафронов, сосед Лешка с семьей... Слушайте, ну вы же несерьезно?

— А что такого? Вы пригласите, а приезжать или нет, они сами решат. В конце концов, Лешка с семьей точно придет.

— Что еще? — спросил Копытов.

— На поминки сильно тратиться не будем. Пусть будет столовая «Юность» в промзоне, где бывший стадион. Нечего всяких нахлебников кормить.

— Считаете, что Жан Рено вас объест?

— Он — нет. А вот Лешкиных детей я знаю. Там один только сын жрет как три взрослых мужика. Про дочь я вообще молчу.

Копытов всё записал.

— Идем дальше. Я хочу салют, — выдал будущий покойник.

— Салют? На похоронах?

— Я пока от вас слышу только критику… — фыркнул Коля и подошел к окну, за которым густела ночь. — Почему человек не может уйти так, как хочет он?

— Просто ваши пожелания больше подходят для праздничного агентства, а не для похоронного, — попытался сгладить углы Копытов.

— Вы думаете, я им не звонил? — повернулся к нему Коля. — Я прожил честно, работал много, хочу уйти красиво. В чем моя вина?

— Ни в чем, — согласился Копытов, — продолжайте.

— Так. Можно ли меня похоронить рядом с Гоголем?

— Нет.

— С Достоевским?

— Тоже нет.

— Мне нужна хорошая компания. Кого вы можете предложить мне в соседи?

— Могу предложить вам участок для семейного захоронения. Вы и ваша супруга будете вместе…

— Я его еле с кровати на диван в другую комнату прогнала с его храпом и ногами-пропеллерами, а вы предлагаете нам вечность пролежать рядом? — раздалось из-за двери.

— Вообще она права, — подумав, сказал Коля. — Вдруг ученые в будущем нас воскресят. А я не знаю, кем хочу быть в следующей жизни и с кем. А тут уже выбирать не придется…

— Ты сейчас договоришься, что уже в этой жизни будешь выбирать между улицей и медпунктом! — снова послышался голос супруги.

— Ладно, этот момент мы с вами еще обсудим, — перешел на шепот Коля, обращаясь к Копытову. — Могу ли я завещать свое тело науке? Знаете, я никогда не был во Франции, пусть меня возьмет какой-нибудь французский институт на изучение...

— Можете, но при чем тут я? Вы тратите мое время! — вскочил с кресла Копытов.

— Я думал, вы агент…

— Я ритуальный агент, а не модельный или что вы там себе напридумывали! Звездные гости, салюты, гастроли во Франции!

— Ну знаете ли! — завелся в ответ Николай. — С такими агентами и умирать как-то нет желания.

— Ну так и живите на здоровье — хоть семьсот лет!

— И буду!

— Не завидую я тому, кто будет заниматься вашим туром на тот свет! — Копытов пошел к выходу.

— А я вас никому рекомендовать не буду. Вы совсем не чувствуете клиента!

— И не нужно! Я без ваших рекомендаций справлюсь. И знаете что!.. Вы совсем не похожи на умирающего!

— А я ему то же самое говорила, когда он градусник со своими тридцать семь и пять показал, — снова подала голос жена.

Копытов был в шоке. Выскочив из квартиры, он помчался к машине, рывком открыл дверь, плюхнулся на сиденье и молча просидел минут пятнадцать. Давно он не был так зол.

Следующим утром он проснулся с жуткой головной болью и сильным першением в горле. Достав из аптечки градусник, он принялся мерить температуру. Когда термометр показал тридцать семь и два, Копытова охватил озноб. Он понял, что ночной клиент заразил его, и финал у этой истории только один… Дрожащими руками он взял телефон, набрал номер коллеги и попросил организовать его скорые похороны.

Александр Райн

Дорогие читатели, хочу пригласить вас на свои литературные концерты, с которыми я катаюсь по стране. Ближайшие: Москва, Рязань, Тверь, Пермь, Екатеринбург и другие. Промокод RAIN20 даст вам скидку 20%. Список городов и билеты вот тут

— Ага, до свидания, — мужчина поспешил к лестнице, чиркая на ходу зажигалкой.

Хозяин квартиры хотел вернуться домой, но тут открылся лифт, и из него вышла девушка. Кряхтя от усталости, она тащила за собой огромный мешок, внутри которого что-то громко бряцало.

— А, Танечка, давно вас не было видно, — любезно поприветствовал девушку хозяин квартиры. — Опять целый мешок? Вы прошлые еще не забрали. У меня их уже пять.

— Этот я точно заберу, — обливаясь потом, сказала девушка и рывком перебросила мешок через порог.

Хозяин квартиры заглянул внутрь. Набор был похож на один из предыдущих: гантели, разобранный хула-хуп, ролик для пресса, различные утяжелители, а еще кроссовки, спортивный топик и шорты.

— Положить к набору для бега? — переспросил хозяин квартиры.

— Нет, оставьте в прихожей. Говорю же, заберу. Вы мне не верите, что ли?

— Верю, Танечка, конечно, верю, — закивал хозяин квартиры. — Приходите, вы всегда тут желанный гость.

— Хорошо, до встречи, — девушка вытерла пот и, вернувшись к лифту, нажала на кнопку.

Через пару секунд двери распахнулись, наружуповалили люди, громко переругиваясь между собой и оттесняя Танечку в сторону.

Хозяин квартиры не стал закрывать свою дверь, зная, что на этом этаже гости приходят в основном к нему. Толкаясь и споря, кто был в очереди первым, люди ломились к его двери.

— Вот, здесь всё: заявление на увольнение, билеты на самолет, договор аренды новой квартиры, — молодая женщина с сальными волосами и красными от недосыпа глазами протянула хозяину квартиры папку.

— Вы уверены, что заберете это?

— Да, я на сто процентов уверена! Утром, как проснусь, сразу к вам.

— Хорошо, — коротко поклонился хозяин квартиры и, положив папку на тумбочку, произнес: — Следующий.

— З-з-здравствуйте, — бочком вышел вперед скромный паренек, который боялся смотреть в глаза. — Давайте я вам на ушко шепну просто.

— Зачем мне? — удивился хозяин квартиры. — Шепните тому, кому вы хотите.

— Н-н-нет, — замотал головой гость, — давайте я сперва вам шепну.

— Ну шепните, — тяжело вздохнул хозяин квартиры.

Молодой человек неуверенно потянулся к его уху и еле слышно, так, чтобы ни одна душа вокруг ничего не поняла, произнес:

— Здравствуйте, я хочу у вас работать.

— Хорошо, — похлопал его по плечу хозяин квартиры. — Очень хорошо. Следующий.

Тут к нему, еле переставляя ноги, подошел ветхий старик. В одной руке он сжимал небольшой конверт, а в другой держал всего одну самую дешевую розочку.

— А, Антон Петрович, старый друг! — радостно поприветствовал хозяин квартиры старика. — Унас с вами юбилей, кстати. Ровно пятьдесят пять лет назад вы впервые постучали в мою дверь. Давайте скорее ваш конверт, я отнесу к остальным.

Старик горько улыбнулся и, вытерев подступившую слезу, механически, как делал это тысячи раз, протянул конверт и цветок хозяину квартиры.

— Вы же знаете, что у нее уже правнуки в школу пошли, а в гости всё чаще заглядывает Альцгеймер? — спросил хозяин квартиры у старика.

Тот молча закивал.

— Так может, уже пора передать письмо, как считаете? Через полгода она всё равно не сможет его прочесть.

Мужчина лишь поднял руку — мол, конечно-конечно, вы совершенно правы, так и поступлю. Позже.

— Давайте быстрее, мне на работу надо, — отодвинул старика какой-то очень суетливый мужичок в дешевом костюме делового покроя. Следом за ним на большой тележке ехала гора всякого хлама. — Короче, — обратился он к хозяину квартиры, — там мусор, какие-то инструменты, горшки для цветов, соленьяпозапрошлогодние, детские игрушки и еще куча всего важного и не очень. Надо всё это разобрать.

— Гараж? — спросил хозяин квартиры.

— Балкон.

— Полежит у вас?

— Пусть лежит, — хозяин квартиры схватился за тележку и не без труда закатил ее через порог. — Вы же всё это разберете?

— Конечно разберу! — возмутился мужчина. — Я же не просто так к вам пришел. Выброшу, продам, раздам. Всё сделаю. Но не сейчас. Сейчас мне некогда. Всё, я побежал, — и он пулей полетел к лестнице.

После этого мужчины было еще очень много гостей. Хозяин квартиры принимал всех без обеда и перерыва на чай. Люди несли всё подряд: направления к врачу, музыкальные инструменты, учебники по иностранным языкам, обои, плинтусы, напольную плитку. Кто-то приходил с мелочами вроде одного несчастного самореза, который обещал жене или маме вкрутить в стену еще год назад. Были те, кто поссорился с родителями или детьми, были мужчины, которые несли обручальные кольца, и женщины с распухшими от слёз глазами и синими от гематом руками, что сжимали заявление на развод. Поток был нескончаем, но хозяин квартиры никому не отказывал. Он лишь вежливо намекал, что чем чаще к нему приходишь, тем больше хочется приходить, а это чревато зависимостью. Люди понимающе кивали и давали слово, что это в последний раз.

— Что, с самого утра прут? — спросил появившийся в дверях сосед ближе к полуночи. Вид у него, как обычно, был мрачный и отстраненный, а на лице застыла грустная улыбка.

— А, привет! — помахал хозяин квартиры. — Как видишь, идут, — он виновато посмотрел на соседа, чья дверь за сегодня открылась лишь пару раз.

— Завидую. Весь в заботах и делах, — сосед задумчиво подергал старую ржавую ручку своей двери, а потом перевел взгляд на соседскую. Та блестела от бесконечных прикосновений. — А я так устал от однообразия. Почти ничего не происходит. Ты бы их отправлял сразу ко мне. Хоть иногда.

— Да я всегда отправляю, — поспешил оправдаться хозяин квартиры. — Вон, говорю,напротив дверь, постучите, вас примет Сегодня. Чего ко мне просто так ходить и устраивать склад, когда можно сразу же решить все поставленные задачи?

— А они? — спросил Сегодня с надеждой.

— А они всё никак: то времени нет, то рано, то не готовы. Можно подумать, что если сложить все свои проблемы, задачи, цели и мечты у меня, то всё само собой рассосется. Так нет же. Не рассасывается. Только копится. Ладно, пойду я, надо новую комнату открывать. Сердцем чувствую, что несут мне какую-то важную вещь, которую нужно было сделать еще бог знает когда и которая заставляет страдать очень много людей. Обещаю, что сразу всех к тебе, всех к тебе.

— Спасибо, — радостно улыбнулся сосед.

Они уже хотели разойтись каждый к себе, но тут двери лифта снова распахнулись, и из них вышел старичок, который еще утром принес письмо с любовным признанием.

— Антон Петрович, так вы же заходили, — напомнил хозяин квартиры, глядя на мужчину и на конверт в его дряблых руках. Видимо, Альцгеймер дошел до него раньше, чем до адресата его бесконечных писем.

— А я не к вам, — загадочно улыбнулся старичок и очень неуверенно зашагал в сторону соседа, над чьей дверью висела табличка с надписью «Сегодня».

Хозяин квартиры смотрел на это чудо с широко открытым ртом и молчал, боясь спугнуть момент. Антон Петрович несколько раз останавливался, переводил дыхание, думал, рассуждал вслух, но в итоге продолжал идти.

— Вот, передайте ей, — сказал он, достигнув порога Сегодня.

— Обязательно! — нетерпеливо выхватил тот конверт. — Прямо сейчас и отправлю. И буду настаивать на ответе.

— Ничего, я подожду, — улыбнулся старик и той же мелкой поступью вернулся к лифту.

— Кажется, я тебе полторы тысячи проспорил, — усмехнулся сосед, глядя на письмо в своих руках. — Я был уверен, что он так и не дойдет до меня.

— Лучше поздно, чем никогда, — засмеялся хозяин квартиры. — Ну, увидимся.

Он ушел к себе, осторожно прикрыв дверь, над которой висела табличка с надписью «Завтра».

За всем этим из дверного глазка квартиры в конце коридора наблюдал тот, к кому вообще никогда не заходили, но чья дверь была самой красивой, самой чистой и даже какой-то нереальной на первый взгляд. Глядя на эту дверь, люди обычно мечтательно вздыхали и даже порой пускали слезу, но всегда отзывались о ней как о самой прекрасной, а ее хозяина называли светлым и добрым. На этой двери красовалась блестящая табличка с надписью «Вчера».

Александр Райн

Дорогие читатели, хочу пригласить вас на свои литературные концерты, с которыми я катаюсь по стране. Ближайшие: Алматы, Москва, Рязань, Тверь и другие. Промокод RAIN20 даст вам скидку 20%. Список городов и билеты вот тут

А еще на меня можно подписаться в МАХ и в Телеграм