Лёлик, допивая десятую чашку кофе, глянул на экран, стал пристально разглядывать входящие письма, как вдруг на его столе разрывается внутренний телефон. На экране высвечивается: «Депздрав. Полозков». Он резко выдохнул и на вдохе схватил трубку, чуть дрожащим голосом ответил:

— Да, Александр Николаевич... Да, на связи. Что? Кто?! Из ********ского КУСП-41723?! — и тут у Лёлика непроизвольно задёргался глаз.

Голос Полозкова в трубке орал так, что казалось, он заплевал ему всё ухо:

— Лёлик, ***ь Мне только что сам Хрипун звонил, он на коленях умоляет! Там на Вернисажной в ОБЭПе по Бахитову и Марцинкевичу земля горит! Эта Гражданка Нескучная там такую войну развернула, днём устроила следственный эксперимент прямо в ЕМИАС, поймала их на ручном отключении прикрепления к поликлинике, зафиксировала всё посекундно с 16:54 по 17:04 и бахнула бронебойный ультиматум министру Лысенко! Хрипуновцы в долгу не останутся, Лёлик! Сочините ТАКУЮ отписку для Роскомнадзора, чтобы комар носа не подточил! Покройте поликлинику, скажите, что сбой! Сделайте что-нибудь! — и бросил трубку...

Колени у Лёлика подкосились, и он медленно опустился на стул, лицо его посерело и выражало полную растерянность. Он неспеша положил трубку и посмотрел в сторону Болика. Болик сидел за своим столом бледный, уставившись в компьютер, и судорожно перебирал логи сервера ЕМИАС.

Лёлик: Болик... Бросай всё. Нам хана. Полозков звонил. Говорит, Хрипун в панике. Надо срочно спасать КДЦ № 2, начмеда Марцинкевича и их задницу с этой «липовой беременностью».

Болик (не отрываясь бьёт по клавишам, пока монитор светится красным): Лёлик, ты с ума сошёл?! Какая отписка?! Какая беременность?! Посмотри, что на компьютер прилетело! Нас зажали с ЧЕТЫРЕХ сторон одновременно!

Лёлик: Ну-ка покажи...

Болик: Смотри! Первый выстрел — Роскомнадзор, дела Александровой и Целикова. Причём эта Гражданка вчера обманула систему и завела ультиматум Роскомнадзору через Минцифры России сверху! Номер регистрации — 355***! Роскомнадзор уже перенаправил проверку в Московскую область! В Минздрав и Мининформсвязи Подмосковья! Область сейчас начнёт трясти наши зеркальные ИТ-шлюзы, мы их шлюзы вообще не контролируем!

Лёлик (вытирая пот со лба): Так, тихо... А второй?

Болик: Второй — ОБЭП на Вернисажной, КУСП 27646. Третий — Басманный СК, следователь Малахов, КУСП 41723. А четвёртый — ультиматум у нашего министра Лысенко на столе с понедельника лежит! Тексты заявлений Гражданки составлены как обвинительное заключение! Она прямо пишет: «Групповой подлог с целью избежания финансовых взаиморасчетов ведомств за 110 дней саботажа лечения коксартроза!» Она мотив вскрыла, Лёлик! Финансовый сговор ДЗМ, МАКС-М и МГФОМС! Что нам делать-то, ё-моё?! Как быть?!

Лёлик подскочил и принялся расхаживать по кабинету:

— Так, соображай быстро... Писать, что беременность в базе есть — нельзя. Господи, лучше бы она забеременела к тому сроку! Если мы подтвердим эту липу Пулатовой от 30 июня, мы сами сядем как соучастники ОПГ по должностному подлогу! Давай сольём поликлинику! Пиши в Роскомнадзор: «В системе ЕМИАС сведения о беременности гражданки Нескучной отсутствуют. Направления в РЖД-Медицину Семашко нет». И припиши, что ДИТ — просто исполнитель, а за всё дерьмо в медкарте отвечает исключительно Депздрав и врачи на местах! Пусть Бахитов сам выкручивается!

Болик: Ладно, врачей мы сдали с потрохами, Комаренко эту бумагу подпишет]. А с логами июля что делать?! Роскомнадзор требует выдать логи за 6–10 июля, когда в её карту лазили и диагнозы переписывали! Нескучная в СК дала точный заводской Токен техподдержки SD5648*** от 8 июля! Если мы выдадим честные логи, Бастрыкин увидит айпи-адреса наших админов, которые по звонку начмеда стирали её направления!

И тут Лёлик вскочил, схватившись за голову и размахивая руками, прокричал с отчаянием:

— Пиши, что логи СТЁРЛИСЬ!

Болик оторопел и посмотрел на Лёлика как на сумасшедшего:

— Ты дебил?! Это Государственная информационная система наивысшего класса защищённости! По закону № 149-ФЗ и приказам ФСТЭК логи аудита обязаны храниться МИНИМУМ ОДИН ГОД, а бэкапы — ТРИ года! С июля прошло всего три месяца! К ней в августе — 7 и 13 числа — официально «Медицина онлайн» и страховая «МАКС-М» заходили, там всё зафиксировано! Если мы напишем, что у нас логи стёрлись за 60 дней, это чистая статья 285.3 УК РФ — сокрытие и уничтожение сведений государственного реестра! До 5 лет тюрьмы, Лёлик! Нам обоим наручники наденут прямо в серверной!

Лёлик, глядя в стол растерянным взглядом:

— Пиши, ***ь!!! Пиши: «ввиду ограниченного срока хранения данных журнала сервера ЕМИАС восстановить невозможно»! Гражданский Роскомнадзор сожрёт эту отписку, поставит галочку «Рассмотрено» и закроет дело! Авось пронесёт! Срочно отправляй эту пачку из трёх писем ей на почту, пока рабочая пятница не кончилась!

Лёлик нажал кнопку отправки, глянул на часы и радостно сообщил:

— Отправил... Болик! Роскомнадзор-то галочку поставил и материалы в СК переслал. Но ты понимаешь, что мы сами себя задокументировали? Мы официально признали, что беременности нет (то есть врачи совершили подлог), и официально признали, что утаиваем логи!

Болик, усаживаясь на стул и закуривая:

— Да ладно... Откуда этой Нескучной знать про приказы ФСТЭК? Не сообразит... В кабинете повисла долгая, зловещая тишина. Было слышно только, как гудят кулеры серверов

Слушай, а есть ли что от стресса у нас?

Лёлик отвёл глаза в сторону, подумав:

— ...а там пару леденцов осталось мятных... — и тут же погрустнел.

Продолжение следует

Как всё начиналось, я в ВК https://vk.ru/wall-240974849_27

Просыпаюсь на следующее утро. Непонятно: то болит, то нет — может, это ибупрофен ещё действует. Но на работу надо идти. Ладно, думаю, если станет хуже — отпрошусь и поеду к врачу.

Вообще я не любитель по врачам ходить. Я даже когда прививку АДС-М ставил, ко мне медсестра подходила со словами:

— Ой, вы у нас пять лет не были, давайте диспансеризацию пройдёте?

Я ей ответил:

— А давайте не надо.

Но к нашей районной поликлинике я вернусь чуточку позже.

Так вот, ковыляя, дошёл до машины, поехал на работу. Чую: боль всё сильнее и сильнее. "Так дело не пойдёт, наверное, надо ноготь удалять", — про себя подумал я. В обед отпросился. Хромаю, еду до ближайшей нашей ЦГКБ, попутно у нейронки спрашиваю про законы "могу ли я попасть на приём к хирургу не в своей районной поликлинике, а в ЦГКБ".

А теперь к нашей поликлинике. О, словами описать её трудно! Там логика давно покинула чат. Благо в этом году хотя бы скудный косметический ремонт сделали. Но ремонт — это полбеды. Терапевтов нет от слова "совсем", принимает только одна заведующая. Она, кстати, почему-то имеет положительные отзывы от пациентов в интернете, однако вживую у жителей нашего района о ней только отрицательные мнения (магия интернета!).

А теперь представьте: узкий коридор, толпа из двадцати пяти человек, и все — в одну дверь к единственному терапевту. Кто-то пришёл к восьми, кто-то — к десяти, а кто-то уже сидит второй день и попасть не может. И ругань, вечная ругань. Одни врачи принимают в той самой ЦГКБ, и к ним нужно направление выбить у этого терапевта, другие — у нас. Чёрт ногу сломит!

Наша поликлиника теперь официально относится к ЦГКБ — они стали как бы одним единым целым. Поэтому, немного помучив нейронку, я выяснил: имею полное право попасть на приём к хирургу как в своей поликлинике, так и в поликлинике ЦГКБ. Ну я и решил поехать туда, тем более от работы ближе. Думаю быстренько примусь и назад. Хах, наивный дурачок.

Приезжаю я на место в 12:30, а на регистратуре таблички: "Перерыв с 12:30 до 12:45". Славно, подождём. Я так до сих пор и не понял, почему перерыв нужно делать сразу двум сотрудникам в регистратуре в одно и то же время. Нельзя ли сначала отпустить на перерыв одного человека, потом другого? Да пофиг, логика тут давно не работает в нашем городе, привык. В общем, сижу — жду.

Тут возвращаются работники регистратуры, люди начинают записываться, подходит моя очередь. Отдаю паспорт. Женщина пробивает мои данные по компьютеру. Далее диалог следующий:

— Вам куда? — спрашивает работник регистратуры.
— К хирургу.
— Что случилось?
— Вчера приехал, палец заболел. Возможно, вросший ноготь, но не точно.
— Так, стоп, — она хмурится. — Вы почему не в своей поликлинике принимаетесь? Вы не из нашего района!
— Так получилось, сюда ближе было ехать.
— Идите в свою поликлинику, у вас там тоже есть хирург.

Тут я понимаю, что меня просто пытаются отфутболить. А мне некогда терять время, плюс работа. Да и с какой стати я должен уходить, если по закону имею право попасть на приём здесь?

— Я могу приняться здесь, — настаиваю я.
— Нет, не можете, — отрезает она. — Вы можете лечиться только в своей поликлинике.

Понимаю, что мне вешают лапшу на уши, и пытаюсь отстоять свою позицию:

— Я могу здесь приняться, я это точно знаю.
— Вы почему вообще приехали так поздно?
— Так получилось.

Думаю про себя: по глазам же видно, лишь бы сбагрить пациента, на ходу придумывают любой повод.

— Нет, я не понимаю, почему вы не едете в свою поликлинику, — продолжает гнуть свою линию регистратор.
— Сказал бы я вам, да не буду. Я приехал сюда с острой болью, запишите меня к хирургу.

У самого внутри уже всё бомбит. Тут она с недовольным лицом возвращает мне паспорт:

— Поднимайтесь на третий этаж.

Не успел я отойти от стойки регистратуры, как она при мне этому врачу звонит. Иду я, значит, в триста какой-то кабинет — номер уже не помню, да и не суть. Смотрю на режим работы: до 13:00. Смотрю на часы: 12:50. Ну, вроде успел, хотя по факту я вообще приехал в 12:30, там же в регистратуре перерыв был. В коридоре никого, только из кабинета вышел человек — справку забирал. Я стучусь, и мне сразу с порога кричат, хотя я даже зайти в кабинет не успел:

— Мы уже не работаем! — заявляет врач.
— Как? — удивляюсь я.
— Всё, рабочий день закончился.
— А до скольки он?
— До 13:00.
— Ну а сейчас время — 12:50.
— Что у вас случилось? — недовольно спрашивает доктор.
— У меня вчера заболел палец на ноге. Так сильно заболел, что уснуть не мог.

Врач оборачивается и кричит кому-то вглубь кабинета:

— Перевязка уже ушла?
— Да, давно уже, — доносится в ответ.
— Я ничего не могу сделать, перевязочная сестра уже ушла, — поворачивается она ко мне.
— Послушайте, вы хотя бы посмотрите. Может, мне и не нужна операция? Вы же врач, оцените, серьёзно это или нет, я не спал ночь толком.
— Вы вообще из нашего района?
— Нет.
— А почему не принимаетесь по месту жительства?
— Я с работы отпросился, сюда ближе было ехать. А есть какая-то разница?
— Вот идите и принимайтесь там.
— То есть вы отказываете мне в приёме? — прямо спрашиваю я.
— Да.
— Ладно, мне всё ясно.

Закрываю дверь, у самого всё внутри клокочет. Медицина наша... Врач даже осмотр сделать не может! Спускаюсь снова на первый этаж, к регистратуре.

— Где у вас сидит заведующий? — спрашиваю.
— В триста-другом кабинете, — безучастно отвечает регистратор.

"Уволить бы всех вас к чёрту", — злостно думаю про себя. Снова хромаю, поднимаюсь на третий этаж. Эта... кхм... сотрудница отправила меня к заведующей терапевтическим отделением. Ну, мало ли, я же не знаю их порядков. Захожу к ней в кабинет.

— Да, слушаю вас, — говорит заведующая.
— Здравствуйте. Я так понимаю, вы за хирургов не отвечаете?
— Всё верно, не отвечаю.
— А где сидит заведующий хирургическим отделением?
— Тут недалеко, в триста-совсем-другом кабинете.
— Спасибо огромное.

Иду к хирургическому начальству. Стучусь.

— Можно? — спрашиваю я, приоткрывая дверь.
— Да, но у нас время приёма уже закончено, — отвечает заведующий хирургическим отделением.
— Да, я уже знаю. Я по другому поводу. Почему ваш хирург отказывается меня принять?
— Ну, потому что время уже 13:10, её рабочий день подошёл к концу.
— Я всё понимаю, сейчас действительно 13:10. Но когда я постучался к ней в кабинет, было 12:50.
— А что у вас случилось?

Я быстро пересказываю свою историю заведующему хирургическим отделением.

— И мне просто отказали в приёме, — резюмирую я. — Может, там и не нужна никакая операция, мне нужен хотя бы осмотр врача.

Заведующий вздыхает и набирает номер того самого хирурга:

— Что там у вас случилось? Тут стоит пациент, говорит, что вы отказались его принять... Ага... понял... — Он кладет трубку и поворачивается ко мне:

— А вы же не из нашего района, верно?
— А я имею право здесь приняться с острой болью? — прямо смотрю на него.
— Но у вас же в поликлинике есть свой хирург.
— Я ещё раз задаю вопрос: я имею право здесь попасть на приём к хирургу?
— Имеете, — нехотя признает он.
— Ну вот я здесь, в чём тогда проблема? Мне отказывают в приёме, хотя на момент моего обращения её рабочее время ещё не закончилось.
— Ну... у неё другие пациенты, — пытается оправдать коллегу заведующий.
— Да там в коридоре гробовая тишина стояла, ни одного человека не было!

И тут заведующий выдаёт гениальную фразу, я бы её номинировал на какую-нибудь премию:

— Я как заведующий хирургическим отделением не могу повлиять на этого врача.

Эм... тут я даже немного прифигел. Это вообще как? Он заведующий или кто?

— Это как так? — удивляюсь я.
— Ну вот так. Я могу вам предложить другой вариант: выпишу направление в стационар. Там есть хирурги, они вас осмотрят, если надо — сразу операцию сделают, там всё необходимое оборудование есть.
— А ничего, что я буду отвлекать хирургов стационара от их работы? — возмущаюсь я. — У них там операции гораздо сложнее, а я к ним с пальцем явлюсь? Это нормально вообще? Почему я не могу попасть на приём здесь?
— Ну, я могу только такой вариант предложить.

Сам в голове прокручиваю варианты: сейчас пойду в другой корпус, там по-любому предложат лечь в палату, а когда я не захочу — заставят писать отказ от госпитализации. Это же у них в порядке вещей! Типа пациент сам виноват, что отказался от помощи. Мысленно понимаю: надо звонить в Минздрав или в страховую компанию, задрали уже. Я был готов разнести к чёртовой матери всю эту поликлинику. Пришёл приковылял с обычным пальцем, а устроили какой-то квест и цирк.

— То есть вопрос, я так понял, не решается? — подвожу я итог.
— Ну почему же, я вам предложил отличный вариант со стационаром, — невозмутимо отвечает заведующий.
— Отвлекать врачей от серьёзной работы из-за пальца? У них там, может, плановые операции идут, и тут я явлюсь.
— Ну что вы, время уже какое... Все плановые операции давно закончились.

Я думаю: "А, пофиг! Мне даже самому интересно, чем этот цирк в итоге закончится".

— А давайте! Пишите направление, — соглашаюсь я.

И заведующий на полном серьёзе начинает выписывать направление в стационар. Это просто жесть. Ну ладно. Забираю бумагу, ставлю печать в регистратуре и, ковыляя, иду в приёмное отделение стационара. Стучусь в маленькое окошко.

— Секундочку, — доносится изнутри голос медсестры.

Жду. В приёмное отделение никого нет. Палец начинает ныть всё сильнее и сильнее, но мне уже плевать. Наконец окошко открывается.

— Что у вас? — спрашивает женщина в окошке.
— Вот, — просовываю ей направление.
— Что это за код болезни такой? — бормочет она.

И прямо при мне начинает гуглить или яндексить этот код на компьютере.

— Вросший ноготь? Серьёзно?! — её глаза наливаются злостью.
— Вы думаете, это я сам себе направление выписал? — возмущённо отвечаю я.
— Вы почему не идёте в свою поликлинику? С вросшим ногтем он сюда пришёл!
— Слушайте, я и так с работы отпросился. Я вообще хотел в поликлинике спокойно попасть на приём, но мне там отказали.

Тут она демонстративно закрывает передо мной окошко. Но пластик тонкий, и через него отчётливо слышно каждое слово. Она обращается к своим коллегам в комнате:

— Прикинь, б***ь, вросший ноготь! Трое суток он, значит, ходил, а тут ему срочно приспичило!

Эм... Какую-то отсебятину начала гнать при всех, откуда она взяла эту информацию про трое суток, пофиг. Возмутил больше мат. Вообще, она на всё отделение орала о том, какой я плохой: пришёл к ним, видите ли, с проблемой вросшего ногтя. И вообще, вросший ноготь ли это? Никто же меня так до сих пор и не осмотрел! И тут я вслух, просто в никуда, произношу фразу — накипело:

— Позвонить, куда надо, и разворошить к чертям этот улей... — негромко, но чётко произношу я.

И тут она сразу приутихла — то ли услышала, то ли просто совпало. Но сам факт того, что меня уже успели обвинить во всех смертных грехах, казался абсурдным. Сотрудница приёмного покоя снова открывает окошко и недовольным тоном говорит:

— Проходите в четвёртую комнату.

Я ковыляю по коридору, а навстречу мне идёт хирург стационара, которого, бедного, выдернули из-за этого пустяка.

— Это у вас с ногтем проблемы? — устало спрашивает он.
— Да, — отвечаю я. — Только давайте сразу проясним: я честно не хотел вас отвлекать. Меня сюда направил заведующий хирургическим отделением поликлиники. Осмотреть меня на месте они не смогли, устроили какой-то цирк.

Доктор улыбается:

— Ладно, давайте по порядку. Что случилось?

Я вкратце пересказываю ему всю историю: что такое со мной впервые, что палец ломит так, что уснуть не могу, и что пришлось отпроситься с работы, чтобы не затягивать до вечера.

— Ладно, давайте посмотрим, — хирург кивает на кушетку.

Заходим в этот кабинет, а там разит так, будто до меня здесь бомж всё обоссал и умер. Жуть просто! Задыхаясь от этого амбре, я даже побоялся садиться на кушетку. С трудом снимаю носок. Хирург мнёт палец, отчего я взвизгнул пару-тройку раз.

— Ну, ничего критичного я тут пока не вижу, — резюмирует доктор. — Просто отмачивайте палец в солёной воде: чайная ложка соли на стакан воды. И мажьте левомеколем. Ну а если уж совсем станет плохо, обращайтесь либо в понедельник по месту жительства, либо снова сюда — тогда сделаем частичное удаление ногтевой пластины.

Весь осмотр занял от силы минуты полторы.

— Спасибо, — говорю я. — А если ночью опять начнёт дико ломить? Ибо боль начинает нарастать.
— Ну, примите ибупрофен, только без фанатизма. От двух таблеток разом лучше не станет, так что пейте строго по инструкции.
— Вот видите, вас ведь зря дёрнули ради этого? — не выдерживаю я. — Разве они там, в поликлинике, не могли точно так же меня осмотреть?
— Ну... там у неё свои пациенты, — улыбается хирург, на позитиве.
— Да какой там! Коридор был абсолютно пустой, я стоял один. Какие ещё пациенты?

В общем, поблагодарив хирурга, я поковылял в аптеку за мазью.

То, что должно было занять от силы полторы минуты (как и показала практика стационара), превратилось в часовой бюрократический квест. Я был злой как черт. Сталина на вас не хватает, ей Богу.

Купил мазь, делал ванночки с солью, как советовал врач, и к понедельнику палец действительно прошёл. Правда, в субботу и воскресенье выходил гной — видимо, мазь хорошо вытягивала воспаление. Но самый прикол в том, что гной выделялся не там, где, по моим прикидкам, врос ноготь, а по всей длине ногтевой пластины. Видимо инфекция.

Вот сижу я теперь и думаю. Вы ведь учились на врачей прежде всего для чего? Наверное, главной целью было помогать людям, лечить их. Но по факту все просто сидят на своих местах, протирая штаны. И главный вопрос: зачем?

Я прекрасно понимаю, что реформа здравоохранения привела к тому, что многие адекватные специалисты ушли. Остались, судя по всему, вот такие персонажи. Но как так-то? Если тебе настолько не нравится твоя работа, просто уйди. Займись чем-то другим, уйди в частную клинику. Зачем ты здесь сидишь и мучаешь людей?

Как потом мне сказали, в этой ЦГКБ сейчас идёт глобальный ремонт, и якобы все деньги уходят исключительно туда. Правда это или нет — не знаю. Но, как поделилась со мной бывший врач этой больницы, когда она в своё время туда устроилась, то уже через год сбежала. Рассказала, что экономия там буквально на всём, даже элементарных перчаток для осмотра вечно нет. Отношение к персоналу скотское, а зарплаты нет, оттуда все бегут.

И вот тут-то становится понятно, почему сотрудники той поликлиники так себя ведут. Они психологически срываются на беззащитных пациентов просто потому, что на них самих вовсю ездит начальство. Но даже это не снимает главного вопроса: зачем вы вообще здесь работаете? Мазохисты?

Я очень часто слышу по телевизору, например, от того же доктора Мясникова: "Не занимайтесь самолечением, идите к врачу!" Вот я пришёл — и? Ладно, я упёртый и настоял на своём, да и нейронка помогла узнать свои права. А ведь если бы на моём месте оказался человек не такой прошаренный, его бы так и футболили из кабинета в кабинет, пока нога окончательно не отвалилась бы. И я вообще не удивлюсь, если потом узнаю, что за каждый такой "визит" с моего полиса ОМС больница преспокойно списала деньги. Проверить бы.

В общем, человеческое спасибо хирургу из стационара. Он единственный остался настоящим Человеком в этом... "замечательном" месте.

Но стоит заглянуть за эти красивые фасады, как карета моментально превращается в тыкву. В этих монументальных особняках с большими окнами сидят сотни людей, чья единственная задача — оберегать покой своей „частной лавочки“. Система работает как швейцарские часы, но только в одну сторону — в сторону сокрытия улик и круговой поруки. В этих прохладных кабинетах чиновники высшего ранга, получая огромные бюджетные зарплаты, неделями и месяцами перекладывают бумажки из стопки в стопку, умышленно затягивая процессуальные сроки. Они виртуозно умеют молчать в ответ на экстренные письма пациентов, стирать карточки обращений из личных кабинетов и сбрасывать жалобы вниз тем самым людям, на которых им и пожаловались. Вся эта гранитная махина с её ведомственным лоском создана для одного — отбиваться от живых людей стандартными, ленивыми отписками.

И вот, Гражданка Нескучная предъявив паспорт на входе, получив талончик присела. Людей почти нет, мало кто доходит до этих окошек )) и вот подошла очередь. Я оказываюсь у окошка приема обращений, подаю свой детально выверенный пакет документов. Сотрудница на приеме, листая пачку моих заявлений, устало вздыхает и говорит:
— Ой... У вас так много жалоб )?

Я смотрю на неё спокойно, с улыбкой и отвечаю:
— Да вы знаете... Если бы все ваши ведомства и чиновники на местах работали так как вы , то, наверное, я бы до вашего Центрального аппарата и до вас лично никогда в жизни и не дошла.

Дама  замерла на секунду, а потом так понимающе, грустно улыбнулась — той самой улыбкой человека, который всё прекрасно знает и видит эту круговую поруку каждый день. Ничего не сказав вслух, она молча вздохнула и принялась бережно оформлять и регистрировать мой документ. Она заботливо предложила мне номер по которому можно ей позвонить и уточнить ситуации.

Тем временем пока в этих ведомственных кулуарах Славянской площади и Оружейного переулка идут ленивые перекладывания бумажек из стопки в стопку, настоящие профессионалы из силовых структур жестко взялись за работу Главное следственное управление Следственного комитета РФ и Министерство внутренних дел, Роскомнадзор.

В целом все ведомства уже показали своё бездействие, правонарушения и халатность так что есть что предъявить суду, что же, Гражданка Нескучная даёт шанс  и запустила «ковровый налёт» по всем (6) ведомствам в досудебных условиях.

Как вы думаете, кто является тут самым главным вдохновителем и мощнейшей поддержкой Гражданки Нескучной? Кто каждый раз раз встречает её дома у дверей, всем видом показывая свою верность и радость встречи? Кто всегда рядом и на страже? Кто всегда поддержит своим настроением и преданным взглядом?) Конечно же моя любимая мурлыка, отзывчивая и пушистая красавица. Она всегда так тонко чувствует поведение, своими кошачьими повадками создаёт гармонию и силу духа. Как раз ей и посвящается «котосессия».

Продолжение следует.

--
Наталия Третьякова
Отправлено из Почты Mail