LetoPridet

Начнём с пользы.
С помощью идеи собственной уникальности можно немного самоутвердиться, чувствовать себя особенным, придумывать более приятные объяснения своему неблагополучию или неудачам в выстраивании связей с обществом, тем самым сгрузив с себя часть ответственности за эти неудачи. Иии... всё. Плюсы на этом заканчиваются.

Теперь вред.
Идея собственной уникальности подразумевает, что другие люди тоже непредсказуемы и непознаваемы. Это же значит - с ними крайне сложно будет выстраивать какие-либо отношения, не будет понятных ориентиров, объяснительных моделей их поведения. А даже если носитель такой идеи считает, что он один такой уникальный, а все вокруг - "типовые", то мы ведь все равно познаем других через призму себя, а себя - через призму других. Таким образом, не только возможности социализации окажутся сильно урезаны, но и самопознание, замкнутое на своей "неповторимости", далеко зайти не сможет.

К тому же, сталкиваясь с какими-то трудностями и кризисами, "уникальный" не сможет использовать накопленный в этой сфере человечеством опыт, с отработанными объяснениями, методами поддержки и "устранения неполадок" и т.д. Придётся всё изобретать с нуля.

Иии, да, "придуманные" красивые объяснения своих неудач никак не помогут сократить количество неудач и сделать из них правильные выводы. В итоге, нам только и останется, что тешить себя мыслями, будто мир нас, таких "особенных" просто не понял и не принял.

В нас действительно есть уникальное, но лишь доля. Которая ещё и сильно зависит от того, насколько мы состоялись как личности. Неким парадоксальным образом, к подлинной уникальности и своеобразию можно прийти только через принятие нашей схожести с другими людьми, через кропотливую оптимизацию данных нам природой возможностей, слабостей, эмоций и желаний. Простое отрицание "типовой" части человеческой природы лишь блокирует наше развитие, заставляет нас пожертвовать всем ради обслуживания непродуктивной идеи.

Стоит только принять идею, что внутренний мир человека вполне познаваем - это откроет нам возможность собственно познавать его, систематизировать, сопоставлять "миры" разных людей, проводить параллели и находить закономерности. Можно обнаружить, что множество других людей сталкивались с такими же как у тебя проблемами и находили какие-то решения, одно из которых может подойти и тебе. Поставив себя на место другого человека, можно понять причины и мотивы его поведения, научиться предотвращать конфликты, улучшать отношения с людьми. Словом, целый огромный пласт возможностей открывается, стоит только выйти за пределы своего "познавательного эгоцентризма".

Что вообще такое - ссоры в отношениях? Кто-то возможно скажет "это когда что-то пошло не так, наверняка свидетельство того, что партнёры разлюбили друг друга или друг другу не подходят" и будет не прав, т.к. ссоры - это просто столкновение интересов. Разумеется, если этих столкновений слишком много и их никак не удается разрешить, то это может указывать, что партнёры друг другу плохо подходят, но сами по себе конфликты неизбежны при любом тесном взаимодействии с кем-либо, где люди вынуждены друг на друга полагаться в чувствительных для себя вопросах и потребностях. Конфликт выявляет несоответствие или противоречие, благодаря чему его можно оперативно разрешить или, как минимум, сгладить. Правильное прохождение конфликта способно сильнее сблизить партнёров, улучшить их взаимопонимание, укрепить их связь. В этом плане конфликт - не катастрофа, а полезная возможность, хоть и воспользоваться ей не всегда бывает просто из-за бушующих эмоций. Когда конфликт перерастает в ссору - это уже означает, что эмоции как минимум временно взяли верх и это потребует дополнительных шагов, чтобы вернуть обсуждение проблемы в конструктивное русло. Здесь очень полезно будет взять перерыв, пока эмоции не схлынут и пока участники не смогут собраться с мыслями для возврата к диалогу. Однако в этот-то чувствительный момент и может вмешаться установка "недопустимости конфликтов", заставляющая форсировать события и помириться как можно быстрее.

Чтобы понять, чем это вредно, будем исходить из двух распространённых сценариев. Первый соответствует примеру из начала поста - примирение через готовность взять на себя всю вину, лишь бы избежать "катастрофы". В этом случае человек будет строить отношения, постоянно находясь в тени своего страха, что что-то пойдёт не так. Любая шероховатость в отношениях будет его пугать, любой конфликт будет казаться ему предвестником трагедии. Обычные возникающие в отношениях трения не будут разрешаться - вместо этого человек будет мученически решать всё "за свой счёт", ценой своих нервов, терпения, ценой выгорания и систематического ущемления своих интересов. Кроме того, его партнёр скорее всего найдет для себя довольно комфортной ситуацию, когда он никогда ни в чем не виноват - всю вину берет на себя другой, чья виноватость ещё и позволяет им удобно помыкать. Можно не работать над собой, не признавать своих ошибок и недостатков. В отношениях можно давать минимум, а брать - максимум, легко манипулируя страхами партнёра. Даже если наш "мученик" изначально не выбирал себе в партнёры паразита, но просто выбрал человека без морального "стержня", то у него будут все шансы из партнёра паразита воспитать. Итого - сценарий "мученичества" не позволяет паре решать поступающие проблемы, вместо этого ущемляя и перерасходуя одного партнёра и предоставляя удобные возможности злоупотребления для второго.
Данный сценарий усугубляется ещё и тем, что когда к человеку лезут мириться, когда он ещё не отошёл от эмоций - это может провоцировать у него вспышки гнева и раздражения, что будет усиливать у "мученика" впечатление, что будто партнёр очень им недоволен, что катастрофа (разрушение отношений) действительно была очень близка и только чудом её удалось предотвратить. Такая вот получается самоподпитка нездоровой модели.

Другой сценарий внешне может выглядеть не так драматично и может даже создавать позитивное впечатление. На удивление - распространён в парах, считающих себя осознанными и психологически-подкованными. Здесь ключевым элементом является позитивный миф в духе "мы - дружная и любящая пара\семья, конечно же у нас не может быть никаких ссор и конфликтов!". Если в паре придают слишком большое значение этому мифу, то участникам становится некомфортно даже на время выпадать из позитивной видимости любви и взаимопонимания. А если мы поссорились - это как раз такое выпадение, надо как можно скорее нужную видимость восстановить! Из-за этого опять-таки происходит форсирование событий - вместо того, чтобы стороны пережили свои эмоции и собрались с мыслями, один приходит к другому и начинает давить на "миф". Тот, кого конфликт задел сильнее, конечно же не захочет расстраивать партнёра и рушить "миф", и потому проглотит свою обиду и претензии, натянет улыбку и помирится. Однако, неприятный осадок у него останется и с каждым таким "вынужденным примирением" будет только накапливается, приводя к эмоциональному отчуждению и выгоранию. Ключевая ошибка здесь опять-таки делается на уровне идеи недопустимости конфликтов (пусть здесь эта недопустимость упакована иначе, более благовидно) и нарушении правила "охлаждения".
Итого - опять-таки решение поступающих проблем в паре нарушено тем, что один из партнёров привязывает своё душевное равновесие к позитивному "мифу" (читай - к соблюдению определённой видимости). Пока "миф" действует - человек счастлив и считает, что у него всё хорошо, как только миф рушится - это сразу сильно бьёт по его душевному равновесию. Другой партнёр вынужден встраиваться в эту систему и гасить все неудобные для "мифа" сигналы (недовольство, гнев, уныние, несчастье), чтобы не расстраивать свою "половинку". Нужная видимость будет поддерживаться именно за его счёт.

В одном сценарии вместо нормального примирения происходит уход в установку "в любой непонятной ситуации лучше извиниться и признать себя виноватым", в другом сценарии нормального примирения не происходит из-за установки "лучше сказать, что проблема уже решена или что никакой проблемы и не было, чем расстроить близкого человека".

Как же тогда продуктивнее всего мириться после ссоры?
1) Важно не воспринимать ссору как катастрофу и не поддаваться панике - это просто конфликт, из тех, которые будут систематически возникать в любой паре по мере сближения и притирки.
2) Нужно дать эмоциям остыть, каждый участник должен иметь право побыть наедине с собой столько, сколько ему будет комфортно. Кто-то очень быстро остывает, а кому-то может потребоваться несколько часов. Важно не педалировать события, но, при этом, и не отпускать ситуацию, пока не удастся её конструктивно обсудить.
В тексте я акцентировался на моменте примирения, опуская момент самой ссоры. Но если ссора ещё в разгаре, надо держать в уме мысль "если я чувствую, что эмоции выходят из под контроля, лучше сделать паузу и вернуться к обсуждению проблемного вопроса, когда все остынут". Это может и не гарантирует, что конфликт удастся разрешить, но определённо повысит шансы его разрешения.
3) Ключевой маркер правильного примирения, разрешающего конфликт интересов или хотя бы дающего сдвиг в его разрешении - это готовность обсудить проблему по существу, поучаствовать в выработке новых правил. Когда примирение происходит общими фразами "прости\я тебя люблю\давай больше не будем ссориться" или когда участник просто говорит то, что от него хотят слышать - "я больше так не буду\я постараюсь...", не вдаваясь в детали, то это "нулевое" примирение. То есть такое, которое лишь ситуативно убирает эмоциональный заряд, но ничего не делает с самим конфликтом интересов. Следовательно, "нулевое" примирение сохраняет почву для возобновления конфликтов, возможно даже в ещё более острой форме, т.к. нерешённая проблема скорее всего со временем будет только усугубляться.

Проблема таких "хороших мальчиков" в том, что из-за скупого на родительскую любовь и принятие детства они до сих пор несут на себе систему правил, чуждую прагматичному взрослому миру. Пытаются быть "хорошими" там, где надо быть эффективными, уверенными в себе, расчетливыми и умелыми в самопродвижении. Неудивительно, что это часто приводит к выгоранию, разочарованию, обидам и сожалениям.

Работа - это территория "взрослого", а не недолюбленного "ребенка". Чем раньше удастся выстроить порядок, при котором каждая субличность находится на своём месте и не лезет на чужое - тем большего удастся достичь в профессиональном развитии.

Неоднократно приходилось сталкиваться с такой позицией, будем считать её эталонной для обладателей травмы доверия. Демонстрируемые здесь мышление и идеи говорят о том, что травма довольно серьёзна и непроработана, а значит - имеет большую власть над человеком. Как это работает? Если мы получили травматичный опыт и он оказался сильнее, чем наша способность с ним совладать и его "переварить", то в психике образуется травматическое "ядро", подчиняющее себе наше поведение и мышление. Будто какая-то более примитивная часть нашей психики, увидев беспомощность более развитой части, решает взять всё в свои руки и начинает действовать без согласования с нашим сознанием. Травматическое "ядро" строится вокруг цели "защитить нас от повторения травмирующего опыта". Вроде бы цель благая, но поскольку согласование с развитыми частями психики нарушается, то "ядро" действует автономно, а оно имеет крайне размытые представления, от чего и как надо защищаться. Потому оно действует "наверняка", "рубит с плеча" всё, что кажется ему подозрительным или ненадёжным. Вот так и появляются сверхобобщения в духе "меня предал один человек - значит нельзя доверять никому из них", "одна женщина оказалась обманщицей и предала меня - значит они все предательницы и обманщицы". "Защищающая" наша часть больше всего боится повторения травмы и потому думает, что лучше очень сильно перестраховаться, чем рисковать.
Не сложно догадаться, что такой тактикой оно будет отсекать от нас значительную часть жизни и возможностей удовлетворения наших потребностей, из-за чего мы оказываемся обречены на неблагополучие.

В нашем примере уровень осмысления причин травмы как раз находится на уровне "никому нельзя доверять, все люди - эгоисты и предатели" (то есть - предельное обобщение). Но поскольку значительная часть психологических потребностей завязана на других людей, на близкие связи с ними, то с такой установкой нам придется либо изолироваться от людей (насколько получится) и копить психологические дефициты, либо мучительно и с низкой результативностью пытаться совмещать сближение с кем-то и идею, что "сближаться ни с кем нельзя, потому что предадут". В отношениях с кем-то уверенность в грядущем предательстве партнёра легко становится "самосбывающимся пророчеством" - из-за того, как мы себя в отношениях ведём, как любой конфликт или любую непонятность в поведении партнёра воспринимаем как подтверждение наших опасений, либо вовсе руководствуемся идеей "если предательство неизбежно, то нужно расстаться на упреждение!"

Словом, травматическое ядро практически парализует нормальное функционирование психики вокруг себя, резко ограничивает наши возможности, не даёт нормально самореализовываться, вгоняет в дефицит многие наши потребности. Всё ради сверхценной цели "защитить!"

Что сюда могут привнести так критикуемые автором комментария психологи? Как минимум - устранить рассогласованность в обработке травматического опыта. Грубо говоря - подключить к этому процессу и другие части нашей психики. Помогут лучше и точнее определить причины травмы, отрефлексировать их, выработать более точечные и более эффективные защиты от повторения травматического опыта.
Например, если мы пострадали от неудачного опыта отношений с женщиной - можно будет проанализировать этот опыт и уточнить, было ли что-то в типаже, характере или поведении "нулевого пациента", что могло бы служить подсказкой к грядущему предательству, можно ли вывести какие-то закономерности, чтобы научиться отличать ненадёжных людей от надёжных и определить, какие меры предосторожности в отношениях могут предотвратить предательство и т.д. Таким образом, мы выстроим рабочую систему критериев и сможем защититься от ретравмирования без сверхобобщений и отрезания себя от значительной части жизни.

Текущий образ мыслей автора - лишь результат того, что с травмой работает только примитивная часть психики (т.е. травматический опыт заперт где-то внутри и нормально не осмысляется), у которой нет ни полноценного понимания причин травмы, ни должного набора инструментов, чтобы травму обработать. Всё, что у неё есть - это сильное и отчаянное нежелание, чтобы травмирующий опыт повторился и готовность пойти ради этого на самые радикальные меры. На волне этого нежелания она может только наломать много дров, невольно законсервировать нашу травму и на всю жизнь обречь нас на несчастье.

По остальным поводам:
- "Психологи зарабатывают на решении психологических проблем" - ну да, как и врачи на лечении болезней и травм.
- Автор утверждает, что не надо пытаться лечить травму, надо лишь смириться и принять её... Хорошо не будет уже никогда" - но это не про "принятие", а скорее про консервацию проблемы. То, что ему предлагает его травма - это что-то вроде "если сломал ногу и она криво срослась, то нельзя пытаться это исправить, надо так всю жизнь и ковылять и страдать от болей, ведь это поможет смириться с мыслью, что мир жесток и может вот так тебя поломать"
- "Люди не стремятся к добру... они стремятся к выгоде!" - как бы да. Но стоит правильно трактовать понятие "выгода", она может быть не только материальной. С этой точки зрения абсолютно все стремятся к своеобразной выгоде. Стремление к доброте тоже может быть психологически выгодно человеку.
- "Женщины из выгоды стремятся к браку... Чтобы дать миру других паразитов и эгоистов..." - а вот это уже результат действия предельно обобщённых и предвзятых суждений о людях - они неизбежно разрушают наше понимание человеческой природы, толкают нас к тотальному недоверию, мизантропии... А поскольку и мы тоже человек, то неким образом это будет разрушать даже наши отношения с собой, жестко ограничивать нашу способность быть счастливыми и благополучными. Потому жить без людей-предателей, но хотя бы в ладу с собой, увы, тоже вряд ли получится. "Ядру" выгодно культивировать наши недоверие и предвзятость - ведь благодаря этому мы будем держаться подальше от людей, а значит (с точки зрения "ядра") - будем "в безопасности". А все налагаемые издержки для него - лишь сопутствующий ущерб, которым можно пренебречь ради выполнения сверхценной "защитной" задачи.

Таким образом, непроработанная травма - это когда примитивная часть нас с "чрезвычайными полномочиями" берёт в свои руки задачу по нашей защите от новых травм. Она плохо понимает, откуда ждать угрозу и как её распознавать, а потому палит по всему подозрительному. Эти же "чрезвычайные полномочия" позволяют ей легко урезать нас во всех интересах и потребностях, которые не связаны с выживанием. Фактически это означает, что, раз получив ущерб, мы мешаем себе залечить рану и своими действиями продолжаем этот ущерб увеличивать. Как в той шутке про арахнофобов - увидел паука в доме, значит надо сжечь весь дом.. а лучше весь город... чтобы уже наверняка избавиться от мерзкой восьминогой твари!
Жизнь такого травмированного человека довольно одинока и несчастна. А если своё неблагополучие он направит в агрессию, то он ещё и окружающим может принести много зла.

Терапия травмы - это не отрицание того, что с тобой случилось что-то плохое, а помощь в том, чтобы выработать разумную и экономную защиту от повторения травмирующего опыта, такую защиту, которая не будет мешать нам вести полноценную жизнь. Для этого мы анализируем травматичный опыт, чтобы выработать рациональные объяснения произошедшего, выделить маркеры и сформировать прогностические модели, которые позволят нам заранее распознавать риски и угрозы.
Недоверие к людям отлично лечится улучшением нашей способности объяснять и прогнозировать их поведение.