Отношения
38 постов
38 постов
15 постов
33 поста
14 постов
28 постов
1 пост
Недавно была волна постов про случайные влюблённости (например, на работе) при действующем браке. Люди делились своими историями, как у них это происходило, некоторые даже выкатывали инструкции по тому, как в такие влюблённости не проваливаться, как не поддаться наваждению и тем самым спасти брак. Подразумевалось, что "наваждение" - это просто всплеск какого-то инстинкта, что его можно благополучно переждать. На деле же всё несколько сложнее, из-за чего подобные "инструкции" предстают в ином свете.
Давайте определим тему как "Откуда берутся сильные влюблённости, существующие вопреки серьезным рискам, издержкам, как бы ломающие под себя весь уклад жизни человека?" Это будет актуально и для случайных сильных влюблённостей при наличии действующих отношений\брака, и для созависимых отношений (где влюбленность часто приобретает пагубные, терзающие формы).
Причиной такому является сочетание двух факторов: дефицитарность и безальтернативность.
Влюблённость возникает там, где есть потребности. Это ответ нашей психики на обнаружение таких качеств в другом человеке, которые отвечают нашим потребностям. Чем больше потребность - тем сильнее будет возникшее чувство. Если потребность не удовлетворена хронически - она может приобрести характер дефицита. А дефицит сразу приобретает особый приоритет в нашей психике - право на реализацию в первую очередь и даже ценой второстепенных (не связанных с текущим дефицитом) интересов. Это одна из самых частых причин, почему люди "творят дичь" в отношениях. Дефицит всё ещё можно подавить, но последствия будут серьёзные.
Второе слагаемое - безальтернативность. Это когда дефицит замыкается только на единственный способ реализации, когда человек не знает и даже не может представить себе иного способа восполнения дефицита. Особенно нездорово-сильная связь образуется, если наша психика видит способ восполнения дефицита в одном конкретном человеке. Тогда даётся команда "удерживать его любой ценой", сохранение связи с ним становится точкой наивысшего напряжения и приоритета. Из этого возникают самые тяжелые случаи созависимости. Но фокус дефицита может быть и более обобщённым. Созависимые часто имеют установку искать "дефицитное" только в отношениях и только с каким-то определенным типом партнёров (обычно это калька с ситуации и дефицитов детства) и продолжают цепляться за этот подход, даже если он приносит им много страданий.
Если влюблённость приобрела характер "наваждения" (когда невозможно думать ни о чём ином и появляется готовность разрушить семью, репутацию, всё своё благосостояние - лишь бы расчистить для этой влюблённости дорогу), то это автоматически означает, что к делу подключился наш дефицит. Если у нас уже есть отношения на этот момент - это автоматически означает, что чего-то очень важного они нам не дают, что они не попадают в какие-то из наших ключевых потребностей. Является ли однозначным благом просто подавить влюблённость ради "сохранения брака", с мыслью "это просто какой-то инстинкт, перебесится и успокоится"? Не совсем, т.к. это будет означать наш отказ работать со своим дефицитом. А ведь он только до поры будет взбрыкивать и подталкивать нас к разным сумасбродствам, в какой-то момент он сдастся и начнет перерождаться в депрессию. Нужно ли "сохранение брака" ценой депрессии и несчастья? Ответ уже не выглядит так уж однозначно)
Не означает всё это и того, что надо обязательно поддаваться каждому "наваждению" - последствия этого тоже могут быть довольно разрушительными. Скорее стоит воспринимать появление "наваждения" как признак того, что в текущих отношениях что-то пошло не так, что в них нет чего-то очень важного. И, следовательно, надо либо пробовать эту недостачу исправить, либо запускать пересмотр того, почему мы в этих отношениях вообще находимся, что они нам дают, делают ли нас счастливее и т.д.
Для созависимых же выход из кризиса чаще всего лежит в пересмотре той самой "безальтернативности", выявлении дефицитной потребности и поиске других способов и источников её удовлетворения, чтобы снять с отношений статус сверхценности. Часто оказывается, что на отношения замыкаются довольно базовые потребности - в принятии, безопасности, валидации, самоутверждении, заботе и т.д. В норме лишь часть этих потребностей мы закрываем в отношениях, а остальное закрываем автономно или распределяем по другим источникам. Созависимость возникает там, где есть только один сверхценный способ\источник, который в любом случае будет плохо работать (это как напряженное балансирование на одной точке опоры, вместо уверенной опоры на несколько точек).
На Пикабу сложно не заметить обилие любителей порассуждать обо всех женщинах\мужчинах разом, в обобщающем ключе, будто "все они одинаковые"\"всем им нужно только одно" и т.д. Обычно такие "любители" очень продуктивны, и дня не проходит без очередного раздутого ими гендерного срача. Но что в действительности заставляет людей так думать и активно навязывать окружающим свою точку зрения? Каковы последствия такого мышления?
С чего такое навязчивое обобщение начинается? Самые частые причины - получение травмирующего опыта в отношениях (травма), чувство уязвимости перед противоположным полом (низкая самооценка), неумение и нежелание работать с ответственностью (личностная незрелость). В одном человеке легко могут сочетаться все три. Ведь рано или поздно каждый начнёт пробовать свои силы в отношениях и с высоким шансом это окажется неудачный опыт (первые "блины" обычно всегда комом). Если у человека уязвимая самооценка, то это будет воспринято не просто как неудача, после которой можно отряхнуться и пойти дальше, а катастрофа, глубоко язвящая его самолюбие и от повторения которой он захочет защититься любой ценой. Кроме того - правильное осмысление неудачи требует признать свою часть ответственности - нас же никто не заставлял выбирать именно этого человека для попытки сближения - но если человек не умеет и не хочет работать со своей ответственностью, то он захочет всю ответственность за неудачу с себя сбросить. Причём недостаточно сбросить её просто на партнера - мол, это он оказался плохим и по его вине всё накрылось медным тазом - раз нас никто не заставлял с ним сближаться, то для полного снятия ответственности надо выставить всё так, что ошибка была неизбежна, а это возможно, только если "они все такие!".
Словом, для запуска сценария "обобщения" может быть достаточно и одной причины, но их сочетание резко повышает вероятность, что человек пойдёт именно этим путем объяснения своих неудач, своей неуспешности у противоположного пола.
При этом, данный сценарий обращён не только в прошлое, но и будет активно влиять на будущее человека, саботируя его попытки сблизиться с кем-либо и построить благополучные отношения. Ведь у человека заранее не будет мотивации узнать возможных партнёров получше, суждение "по шаблону" будет убивать весь межличностный интерес, подсовывая уже готовые ответы о том, каким человеком является партнёр, чего от него ждать, чего ему нужно, как нужно строить отношения и т.д. С "типичным мужчиной\женщиной" если и получится что-то построить, то только типовые отношения, сводящиеся к стандартным ролям, где всё, что от человека требуется - быть хорошим мужем\женой, а за пределами этого такие партнёры не будут друг другу интересны (получатся отношения, весьма унылые и неблагополучные, для самых непритязательных, мало кто на такое согласится). Невозможно влюбиться в "одного из" (типичного и очередного), в шаблонный "винтик", в "собирательный образ" - при таком подходе, глубокая связь в принципе вычеркивается из уравнения. В отношениях нужно выстроить связь с конкретной личностью и успешность этой связи будет напрямую зависеть от того, насколько эту личность получится познать.
С установкой на "обобщение" будет крайне легко попасть в ловушку "подтверждения предвзятости" - если человек заряжен видеть в других негативные черты и низкие мотивы, то любой непонятный момент общения он будет интерпретировать именно в ключе подтверждения своих ожиданий, а то, что им противоречит - будет игнорировать или обесценивать.
При любой шероховатости в отношениях, вместо конструктивной реакции будет включаться шаблон "я так и знал"\"вы все одинаковые". Отсутствие совместной работы над возникающими проблемами\конфликтами\недопониманиями будет зарубать большинство попыток с кем-либо сблизиться.
К тому же, раз "обобщение" начинается с психологических защит и желания переложить ответственность за свой негативный опыт, то оно неизбежно будет акцентироваться на создании негативного стереотипа - на стремлении выставить противоположный пол глупым, нелепым, нелогичным, примитивным, иногда даже подлым и аморальным. Этого будут требовать и травматические защиты (им нужно слепить наглядный образ угрозы, чтобы застраховать носителя от ретравмирования), и желание переложить ответственность (здесь нужен такой образ, чтобы было как можно легче обвинить целевую группу в чём-либо). Негативный стереотип возникает, чтобы легче было отторгать, он будет конфликтовать с идеей сближения с кем-либо. Подробнее об этом писал здесь.
Часто ко всему этому подключается ещё и древний психологический механизм обиды, настолько примитивный, что он не умеет полноценно различать окружающих нас людей и потому бьёт "куда-то в сторону цели", опять-таки заставляя нас обобщать и грести всех под одну гребёнку, создавая ситуацию, когда вместо отдельных представителей противоположного пола мы будто бы взаимодействуем с некой единой коллективной личностью. При этом, обиды, созданные действиями одного человека, легко переносятся на других людей (которые теперь должны загладить их перед нам, заслужить наше доверие!); проступки интерпретируются как повторные, "злостные", с приписыванием враждебного умысла, расчетливости и т.д. Поэтому затаивший глубокую обиду человек начинает мыслить как параноик - примитивное в нём берёт верх над сознательным. (Ещё устройство обид описывал здесь: "Настоящий друг должен!")
Словом, навязчивое обобщение противоположного пола - это непродуктивная реакция на травматический опыт и\или общую "межполовую напряжённость" (то, как мы переживаем факт, что значимая и чувствительная часть наших потребностей и нашего будущего зависит от расположенности к нам какой-то непохожей на нас группы людей), развивающаяся на фоне нехватки навыков работы с ответственностью. Встав на этот путь, человек утрачивает возможность полноценно познавать противоположный пол, выстраивать с ним диалог и близкие связи. Защитные механизмы психики такого человека будут заставлять его фиксироваться на отличиях и недостатках противоположного пола, подпитывая идею о том, что "с ними (мужчинами\женщинами) и нельзя ничего построить, что никакой полноценный союз невозможен" (разве что через огромный костыль, когда один полностью контролирует другого).
Остался вопрос "Зачем они это делают?" (навязывают всем свою точку зрения). Частично уже отвечал на него в другом недавнем посте, раскрывающем тему с немного иной стороны. Суть в том, что, отрезав себя от возможностей, важных для ряда наших потребностей, счастливее не станешь. Неудовлетворённость будет накапливаться и постоянно "давить на клапан". Придётся постоянно же убеждать себя, что ты вовсе не лишил себе чего-то важного - для этого и нужны непрестанные обесценивания и демонизация. Отсюда же высокий градус агрессии "гендерных войн" и невозможность её участникам просто сделать выводы и оставить эту тему в покое.
Продолжают забавлять сторонники идеи, что дети могут беспричинно, внезапно и одномоментно стать наглыми, эгоистичными, ни в грош не ставящими родительский авторитет)
Очень палятся такие сторонники, что они абсолютно не понимают, как работает воспитание - а значит, они им и не занимались никогда. Думали, что оно как-то само как надо образуется, и что уважение к родительскому авторитету наверняка сразу в комплекте с отпрыском идёт, а с самим ребёнком якобы можно творить, что хочешь.
Ну а у изменения поведения хреновых родителей к старости есть одно простое объяснение - собственно старость. В какой-то момент они осознают, что становятся всё более слабыми и беспомощными, зависящими от внешней поддержки, и что новых детей-то уже не наклепаешь - надо налаживать отношения с имеющимися - тогда-то и их характер начинает чудесным образом смягчаться. Правда, своих ранних родительских злоупотреблений они всё равно никогда не признают - боятся, что это прорвёт "плотину" и вся ответственность, от которой они всю жизнь убегали, смоет к чертям весь их дутый авторитет.
Чтобы кто-то лишний не причислил себя к тем, о ком я написал, есть простой критерий: если вы хоть раз в жизни задавались вопросом "а хороший ли я родитель?", то вы к сабжу не относитесь. Описываемые мной люди на такое не способны, т.к. этот типаж личностной незрелости патологически избегает работы с любой своей ответственностью. Можете представить, какие из них получаются родители.
Забавный факт: Людям условной нормы довольно мало нужно в жизни. В каком-то смысле они совершенно не "пассионарны". Все личности, которым как раз постоянно что-то нужно - подвиги, слава, деньги, власть, справедливость, обожание и т.д. - которые способны развивать долгое, упорное и целенаправленное поведение, с преодолением кучи лишений по пути, чтобы удовлетворить какую-то сверхценную свою потребность - это не нормальные люди. Их психика дисгармонична и в каком-то смысле их цели невыполнимы, незавершаемы. Отсюда и их неуёмность. Прослойка сверхбогатых людей также концентрирует в себе особый тип не-нормы. Весь мир - игрушка в руках их ненасытного внутреннего дефицита, который они не способны ни утолить, ни осознать.
Прямо очень много этого дерьма стало в ленте в последнее время. Давайте я хоть внесу ясность в это неприглядное явление, чтобы адекватная часть аудитории лучше понимала, как к этому относиться.
Определим "гендерные срачи" как систематическое поливание дерьмом представителей противоположного пола, со стремлением очернить его и "обличить" его якобы ужасные низменные качества, для чего избирательно используются (а часто и выдумываются\додумываются) любые подходящие для этого примеры, из которых авторы тут же торопятся сделать обобщающие выводы обо всех представителях этого пола".
И вроде бы истина на поверхности: "мудаки есть и среди мужчин, и среди женщин, просто общайтесь с немудаческой их частью", но нееет, заядлым разжигателям подобных срачей обязательно и непременно надо налепить уничижительный ярлык на всех представителей противного пола, они не согласны производить какие-то разделения, "разбираться в сортах дерьма" и т.д. Словом - согласны говорить об объекте их предвзятости только на языке ненависти. Откуда это вообще берётся?
Главный трагизм ситуации в том, что мужчины и женщины не могут друг без друга. Иначе говоря - мы зависим от противоположного пола в наших потребностях, самооценке, статусе, способности размножаться, часто даже в вопросах безопасности и финансового содержания (последнее более актуально для женщин, особенно в период беременности). Такая зависимость делает нас уязвимыми перед противоположным полом - их поведение, оценки, отказы и т.д. могут больно нас ранить, глубоко уязвить. Особенно в ситуациях, когда нам надо сближаться с человеком для образования связи - в процессе мы неизбежно обнажаемся (физически и душевно) перед человеком и он, при желании, может этим злоупотребить, задеть нас ещё сильнее. Многие с этой уязвимостью как-то справляются и со временем вырабатывают понимание противоположного пола и доверие к нему, учатся опираться на межличностные связи. Однако, если наша уязвимость оказалась слишком сильна (например, из-за неблагополучного детства, хреновых отношений с родителями), то препятствие оказывается для человека непреодолимым - он слишком уязвим, чтобы сближаться, слишком не доверяет противоположному полу, охвачен опасениями, что его могут обмануть, использовать, злоупотребить им, как только он кому-то откроется.
Наша примитивная часть психики видит такую ситуацию упрощённо: раз эти люди могут причинить нам такой вред, значит они - угроза. Дальше включаются протоколы обработки угрозы - наша психика пытается дистанцироваться от опасного объекта, отторгнуть его. Для этого она начинает накапливать эмоциональный заряд (раздражение, недовольство, нетерпимость, ненависть), концентрировать внимание человека на негативных сторонах "угрозы" и демонизировать её (чтобы достроить однозначный образ "зла", против которого будет легче мобилизоваться).
Однако возникает проблема - мы практически не можем изолироваться от противоположного пола, мы везде будем натыкаться на его представителей, они могут занимать какие-то важные посты и от них будет зависеть решение наших важных жизненных вопросов. Кроме того - мы всё ещё зависим от них в плане потребностей (от их оценок, одобрения, нашей для них привлекательности, в сексуальном плане и т.д.), общество в значительной степени оценивает успешность мужчины\женщины по их популярности у противоположного пола, по тому, сложились ли у них с кем-то отношения\семья. Возникает ситуация "не могу сблизиться, не могу отторгнуть", т.е. зависание посередине, в постоянной неудовлетворённости. Наши психологические защиты это сбивает с толку - они не могут выполнить свою задачу и выключиться, они постоянно получают сигналы, что "угроза" не отдаляется, что она всё ещё близка. Что делает животное, когда не может убежать от угрозы (например, когда загнано в угол)? Правильно - атакует. Защита переходит в фазу агрессии.
Программа защитной агрессии - уничтожить или иным образом нейтрализовать угрожающий объект. Бесконечные посты с гендерными срачами - это как раз и есть "нейтрализующие" попытки обеих сторон. Подсознательно авторами это воспринимается как то, что после очередного "удара", очередного веского аргумента о том, что противоположный пол - жалкий, ничтожный, подлый и примитивный - противная сторона будет-таки раздавлена и унижена. Что все наконец "прозреют" и поймут, с какими никчемными существами им приходится делить свой биологический вид. Т.е. присутствует подсознательная иллюзия завершаемости защитной агрессии. Поэтому психика раз за разом инвестирует в неё энергию, поэтому такие люди всё никак не успокаиваются и генерируют тонны "обличающего" контента, оставляют сотни комментариев, влезают со своей повесткой в сторонние разговоры - всё ради надежды наконец убедить всех что женщины\мужчины плохие. Ещё агрессии им придаёт неблагополучие - т.к. из-за их "священной войны" многие их потребности так и остаются неудовлетворёнными, счастье остаётся недостижимым. Выплескивая своё неблагополучие в мир они получают кратковременное облегчение.
Часто можно увидеть, что подобные муже- и женоненавистники буквально писать ни о чём другом не могут, кроме как о наболевшем. Они постоянно думают про объект своей ненависти, выискивают и смакуют любые негативные истории про него, объединяются в группы, где обсуждают только это. Их развитие буквально застревает на неразрешимом противоречии "не могу сблизиться, не могу отторгнуть", они полны ненависти и желания доказывать всем и каждому свою правоту (с подсознательной надеждой, что это поможет уничтожить объект угрозы\ненависти, что псих. защиты наконец смогут выполнить свою задачу и отключиться).
Что имеем в итоге? Стремление человека к настойчивой демонизации противоположного пола является дальнейшим осложнением проблематики доверия. Обслуживающие его уязвимость психологические защиты не дают ему нормально реализоваться, неудовлетворённость заставляет такого человека быть ближе к противоположному полу, а защиты заставляют его отторгать. В итоге ни защищённым, ни удовлетворённым человек себя почувствовать не может (застревание). Это порождает много напряжения и агрессии. Генерируя бесконечные гендерные срачи, эти люди пытаются завершить "защитную" задачу по нейтрализации угрозы их самооценке или хотя бы вовлечь в своё движение побольше людей - так им проще будет убедить себя, что они делают всё правильно, что у их неблагополучия есть "уважительная причина".
И ещё раз, для закрепления:
Любители гендерных срачей - это люди с проблематикой доверия\уязвимости, застрявшие в заведомо неэффективной "защитной" жизненной стратегии. Они не могут ни окончательно отторгнуть объект своей неприязни, ни преодолеть свою предвзятость и жить полноценно. И мы все вынуждены наблюдать их взаимные бесплодные метания и огрызания друг на друга.
Не буду комментировать сам пост, но подхвачу ту часть вызванного постом недовольства, которую можно кристаллизовать в данном комменте( @th915, Вы в телевизоре):
Для ЛЛ:
Девушка: мне нравятся вот такие парни
ПсихолуХ: а вы встречайтесь с теми, которые не нравятся
Конец
На первый взгляд, такое решение проблемы вообще не выглядит привлекательным. Будто на терапии нас будут заставлять сближаться с неприятными\неинтересными нам людьми, пересиливать себя и будто давиться и впихивать в себя постную кашу на воде, ложка за ложкой, вместо нормальной вкусной и радующей нас пищи.
Ну а действительно - что делать, если нас влечёт к таким типам людей, с которыми мы потом страдаем?
В работе с такой проблематикой есть интересные нюансы.
Во-первых, что вообще заставляет людей идти в отношения, которые их разрушают и изматывают? Сама ситуация "ищу и удерживаю тех, с кем приходится терпеть много неудобств, боли и лишений" обычно объясняется дефицитарностью. Что-то в нашем детстве было поломано, из-за чего какой-то ресурс нашей психикой был объявлен дефицитным. Психический дефицит, в свою очередь, обладает особым приоритетом и восполняется в первую очередь, понижая в приоритете прочие задачи (иногда - до нуля). Наша психика выискивает в окружающих людях признаки наличия "дефицитного" ресурса и, обнаружив, тут же даёт отмашку образовать с этим человеком связь, игнорируя любые звоночки. В наших ощущениях это часто оформляется как "любовь с первого взгляда", "сердце ёкнуло при виде его\её" и т.д. Это наше примитивное поверх нашего сознания и воли прокладывает дорогу к желаемому. В таких зависимых отношениях мы воспринимаем партнёра некритично, игнорируем его косяки и недостатки, иногда (при серьёзном дефиците) даже игнорируем опасность для нашей жизни и здоровья. Примитивное, легко может проделывать с нами такой фокус - просто затапливать наше восприятие позитивными эмоциями по отношению к сверхценному объекту, притупляя критическое мышление (буквально сегодня писал про алкоголизм - там зависимость формируется по тому же принципу, только сверхценный объект - это собственно алкоголь). Отсюда же и "с хорошими партнерами скучно, с "плохими" - интересно" - это зависит от того, вцепился наш дефицит в человека или нет. Если вцепился - он "включит" нам сильный интерес к этому человеку, обычно ощущаемый как наваждение (именно этот вид влечения в различной лирике любят сравнивать с наркотиком).
Кто-то может заметить, что и просто сильная влюбленность работает похожим образом - это так, но, в сравнении с обычной влюблённостью, дефицит ещё менее рационален, более патологичен и всегда содержит в себе противоречие, делающее его невосполняемым (невозможно восполнить дефицит по правилам, которые нам диктует сам дефицит). А вот здоровая влюблённость - завершаема. Выполнив свои задачи, она либо прекращается, либо переходит в иное качество.
Итак, мы определили, что влечение к деструктивным отношениям - влияние примитивной части нашей психики, выполняющей, как ей кажется, невероятно важную задачу (восполнение дефицита), ради которой можно пренебречь нашими чувствами, комфортом, безопасностью и т.д. Что это нам даёт? Как с этим работать-то?
Отсюда начинается наше "во-вторых". Наше примитивное вообще не сильно ни в анализ, ни в перспективу. Обычно оно застряло в своём восприятии где-то в прошлом. В неудачных попытках вызвать любовь родителей или получить признание сверстников. Этакий кусочек ребенка\подростка в нашей голове, однако обладающий "правами админа" - назначать нам сверхценные задачи. Эта наша дефицитарная часть не способна полноценно осмыслить этот дефицит, правильно распознать, кто или что нам нужно для его закрытия, не способно оценить на перспективе, насколько ближе к цели мы становимся, стоит ли результат всех затрат и лишений и т.д. На то оно и "примитивное", собственно. Часто в зависимых отношениях человек находится скорее ради идеи или видимости того, что он в них получает что-то очень важное.
Упрощённый пример - девушку влечет к сильным и брутальным парням, потому что у неё в дефиците оказалось чувство безопасности. Идея таких отношений "он будет меня защищать". Однако даже поверхностный анализ опыта таких отношений начинает вскрывать противоречия. Обычно выясняется, что такая защита толком и не пригождалась за все годы отношений, зато часто источником опасности становился сам партнёр - если он привык решать вопросы силой, то и в отношениях вряд ли будет деликатным. Внутреннему дефициту девушки было достаточно лишь некой очень схематичной видимости защищённости, чтобы заставлять её продолжать держаться за эти отношения, игнорируя всё остальное.
Или возьмем пример дефицита статусности. Вот мы находим себе "статусного" партнёра, чтобы можно было классно смотреться рядом с ним на людях. Немного анализируем и выясняем, что моменты, когда можно покрасоваться с партнёром и (в идеале) поймать восхищенные взгляды достаточно редки, удовольствие от них держится не так уж и долго, а всё остальное время приходится быть наедине с партнёром и терпеть все издержки отношений с ним.
Часто для "созависимых" отрезвляющим становится обзор их отношений в перспективе - когда они понимают, что отношения никуда не развиваются, что не возникает никакого доверия и понимания, что проблемы не решаются, а только копятся. Что во время очередного "заплыва" в созависимость человек деградирует как личность, его социальные связи рушатся, интересы отваливаются, амбиции забываются. Отношения становятся болезненным наваждением, как при наркотической зависимости.
Короче. Проблема влечения к деструктивным отношениям решается вовсе не через принуждение общаться с неинтересными\неприятным нам людьми. Терапия созависимости идёт скорее через включение критического мышления там, где по умолчанию оно выключено (территория дефицита). Чтобы клиент мог правильно оценить прошлый опыт, увидеть в нём закономерности, сравнить затраты и полученный результат, лучше осознать свой дефицит и придумать менее разрушительную модель его восполнения. А уже когда влияние дефицита ослабнет, из окружения человека начнут проступать те потенциальные партнёры, которые раньше игнорировались (потому что для дефицита они выглядели бесполезными), с которыми уже можно будет пробовать образовать здоровые связи.
В идеале, мы сперва отделяем дефицитарную потребность от зависимых отношений (осознаем их лишь как не очень эффективный способ удовлетворения этой потребности), а уже потом получаем возможность работать с самой потребностью. В примере с дефицитом безопасности - помогаем человеку осознать, откуда у него это взялось, актуальна ли ещё эта потребность (угрожают ли человеку те же опасности, что и в детстве), какие способы для обеспечения безопасности можно придумать (взвесив все "за" и "против"). С дефицитом статусности будет похожая схема, только там добавляем ещё и анализ того, каких именно людей клиент пытается впечатлить, стоят ли они того, как они вообще влияют на его жизнь. В общем - к каждой дефицитарной потребности будет немного свой подход.
Это не совсем по профилю моего своеобразного блога, но не хотелось бы, чтобы комментарий пропал зря. Потому оформляю ответом на корневой пост. Мой исходный комментарий. А вот, собственно, на что я отвечаю:


Вам наверное кажется, что такая позиция более выгодна с моральной точки зрения - мол, чтобы алкоголики помнили, что они сами отвечают за свои действия, чтобы это вразумило их исправиться и т.д. Вот только это так не работает)
Тезис "это не болезнь, а свободный выбор" легко выкручивается в обратную сторону - алкоголизирующийся человек думает, что это его личностный выбор, а не болезнь, что он в любой момент может изменить своё поведение, а сейчас не меняет... просто потому что "не хочет". Такая позиция отлично помогает болезни развиваться на ранних стадиях.
Близкие алкоголика, руководствуясь идеей "это его сознательное поведение", пытаются скандалить, обижаются на алкоголика, словом - давят на личность, ведь это же личность выбирает поведение, не так ли? И результативность таких методов находится где-то около статистической погрешности. Часто это приводит к прямо обратному эффекту - если зависимость начинает формироваться на фоне бегства человека от стресса, то когда семья оказывает давление - стресса становится ещё больше и это загоняет человека ещё глубже в зависимость.
Итого - идея "это не болезнь, это свободный выбор" изредка действительно срабатывает у тех, у кого большой волевой ресурс, кто прочно стоит на ногах... и у кого болезнь вряд ли смогла бы развиться, даже без идеи "я в любой момент сам могу прекратить". Фактически, у таких людей зависимость присутствует лишь до момента, когда она впервые оказывается полноценно замечена. В целом же, для настоящей "группы риска", эта идея приносит намного больше вреда, чем пользы. Из-за неё часто упускается период начала развития болезни, когда шансы на излечение наиболее велики.
У Вас перед глазами наверняка примеры, когда алкоголик оправдывает свою зависимость в духе "я ничего не могу с собой поделать, ведь у меня же болезнь!", но на деле это не причина зависимости, а именно что одно из оправданий, коих у алкоголика всегда в великом избытке. Отними у него одно - останется ещё сотня. Множества людей, способных преодолеть зависимость усилием воли и людей, оправдывающих свою зависимость "болезнью" попросту не пересекаются.
Кстати, когда алкоголизм развивается на фоне депрессии, то мысль "я в любой момент могу бросить" успешно закапывает человека ещё глубже. Как и в целом это бывает при депрессии - мысль о том, что якобы весь кризис можно отменить одним волевым решением неизбежно приводит человека к вопросу - "почему же я этого не делаю?". И вывод ему подсказывает сама депрессия - потому что ты жалкий\ничтожный\убогий и т.д., а значит - ещё меньше заслуживаешь права жить. А всё это время настоящей причиной была болезнь и изменившаяся биохимия мозга. То есть, всё это время у человека не было возможности избавиться от кризиса волевым усилием. При серьезных случаях всё, на что может хватить остаточного волевого ресурса человека - это обратиться за помощью. И то - хватает далеко не всегда.
Болезнь есть болезнь. Такова данность. Она возникает в момент, когда человек наиболее ослаблен в волевом плане и далее последовательно подрывает его осознанность, критичность, способность просчитывать последствия своих действий и т.д. Болезнь постепенно перекраивает личность человека под себя, чтобы всё обслуживало её (болезни) дальнейший рост и экспансию. Болезнь может впадать в долгие периоды вялотекущего развития, но только лишь в ожидании благоприятного момента (например, жизненного кризиса), чтобы снова перейти к бурному росту.
Пост расставляет акценты эмоционально - мол, женщины обесценивают и эксплуатируют мужчин. Однако на деле всё куда сложнее устроено и такого рода поведенческие установки часто поддерживают и сами мужчины - сами упрямо не хотят с ними расставаться, передают их своим сыновьям и внукам (строго следя, чтобы те не выросли "слабаками и размазнями"), стараются строить семьи только с теми, кто подыгрывает им в этой игре и т.д.
Речь уже не о том, что мужчинам кто-то силой навязывает культ силы\твердости\бесчувственности, а о том, что этот "культ" стал частью мужской идентичности. Иначе говоря - стал частью тех критериев, по которым мужчина может оценить свою состоятельность в качестве мужчины.
И - да, это хреново, это одна из ключевых причин, почему мужчины живут меньше, почему они работают наизнос, игнорируют проблемы с психическим (а иногда и физическим) здоровьем, пытаются играть в молчаливый самоотверженный героизм во вред себе и многое другое.
Стоит попытаться донести до широкой публики, что мужчина не должен превращать себя в функцию, должен работать со своим внутренним миром, чувствами и т.д. - тут же появится масса агрессивных защитников "культа мужественности", причём обоих полов.