0 просмотренных постов скрыто
Олды есть?
Жена попросила навести порядок в моих "ящиках". Перебирая, нашел это. Аж прослезился.
Всегда любил языки. Когда учился в институте, у нас был мажорик, которому предки подарили такое (наверно, чуть другое) чудо-дивное. Я тогда загорелся такой же себе прикупить. И чуть ли не с первой зарплаты взял. Счастью не было предела. Я его до дыр затер.
Чуть позже решил хранцузский освоить. И жена купила вот этого "монстра"
В эпоху смартфонов, конечно, было бы глупо перечислять его функционал. Но это был следующий век по сравнению с предыдущим гаджетом. Здесь и озвучка, и синонимы, и много чего другого.
Сейчас вставил батарейки. А ни тот, ни другой уже не фурычат. Жаль. Много кнопок перетыкано было с ними. Очень выручали. Кому скажи в то время, что сейчас очки-наушники с он-лайн переводом с любого языка уже есть, не поверили бы.
Всем гуд лак и бон шанс!!!
Показать полностью
4
Завершилась 5-дневная обкатка болидов «Формулы-1» 2026 года в Барселоне: что нужно знать
Первые тесты или «обкатка» официально завершены. После пяти дней заездов на трассе «Барселона-Каталунья» верхние строчки протоколов окрасились в отчетливый красный цвет — сияние, в лучах которого в Италии наверняка будут греться до того, как 11 февраля в Бахрейне начнутся первые официальные тесты.
Итак, что мы знаем, а чего нет после того, как над Барселоной зашло солнце?
Что мы знаем
Новые машины отлично смотрятся на трассе
Хотя мы пока мало что знаем об этих новых болидах (подробнее об этом ниже), можно смело сказать, что визуальную проверку они прошли сразу. По рендерам, которые изначально представила «Формула-1», было сложно понять, как они будут выглядеть в реальности, но итоговый результат великолепен. Машины стали уже, задние антикрылья — ниже, а передние — изящнее, что в совокупности создает блестящий визуальный образ. Гонщики часто замечают: хороший знак, когда машина выглядит быстрой, и пока что все они действительно кажутся такими же стремительными и маневренными, как и надеялась «Ф1».
Как выяснилось, решение было простым. Удаление сверхсложных элементов старых машин — вроде ужасного нагромождения зазубренного открытого углеволокна — позволило создать более обтекаемый конечный продукт. Если старые болиды выглядели тяжеловесными и перегруженными деталями, то новые сбросили ровно столько лишнего, чтобы попасть в яблочко с общим дизайном.
Правила также, похоже, подтолкнули ряд команд вернуться к глянцевой краске после многолетних жертв в ливреях ради экономии веса. «Ред Булл», в частности, выглядит абсолютно роскошно после многих лет использования матового покрытия. Зрелище, когда 22 таких красавца устремятся к первому повороту в «Альберт-Парке», обещает быть поистине захватывающим.
Команда «Мерседес» укрепила репутацию фаворита предсезонки
Проехав в общей сложности 502 круга за три дня и показав второе время по итогам тестов, «Мерседес» начала предсезонку так, что их соперникам стало не по себе. Тон был задан в первый же день в Барселоне, когда Кими Антонелли стал первым гонщиком, выехавшим на трассу ровно в 9 утра по местному времени, как только загорелся зеленый свет на пит-лейн.
К вечеру четверга болид W17 преодолел в общей сложности 2325 километров за три дня на трассе — это лишь немногим меньше, чем путь от базы «Мерседеса» в Великобритании до автодрома «Барселона-Каталунья» в Испании и обратно. Поразительная дистанция для любой новой машины «Формулы-1», не говоря уже о болиде, построенном по совершенно новому техническому регламенту. Более того, к третьему и последнему дню «Мерседес» уже работала над квалификационными и гоночными симуляциями — задачами, которые часто оставляют на самые последние дни тестов.
«Мы более или менее выполнили все наши задачи», — сказал технический директор на трассе Эндрю Шовлин. «Мы закончили на день раньше [в четверг], но отчасти это произошло потому, что надежность машины позволила нам выполнять программу день за днем точно по плану».
Неделя «Мерседеса» в Барселоне напомнила о последней крупной смене регламента на двигатели в 2014 году, после которой команда из Брэкли завоевала восемь Кубков конструкторов подряд. После череды неверных решений в эпоху «граунд-эффекта» с 2022 по 2025 год, есть ощущение, что возвращение машин с более плоским днищем и повышенное внимание к технологиям силовых установок могут открыть «Мерседесу» путь обратно на вершину. Насколько далеко они продвинулись по этому пути, станет ясно только на тестах в Бахрейне, но время в Барселоне для «Мерседеса» вряд ли могло пройти лучше.
«Уильямс» в тяжелом положении
Для «Уильямса» нет смысла приукрашивать ситуацию: у них уже большие проблемы. Руководитель команды Джеймс Ваулз заявил, что команда могла бы приложить усилия, чтобы успеть в Барселону, но сделала бы это в ущерб запасу запчастей на первые этапы сезона. Возможно, это и так, но теперь «Уильямсу» придется потратить первую часть тестов в Бахрейне на отработку тех моментов, которые большинство их конкурентов уже закрыли в Каталонии. Это означает, что им предстоит тяжелая борьба, чтобы просто догнать остальных.
Определенным утешением для них может служить то, насколько сильно выглядит их поставщик двигателей «Мерседес», но «Уильямс» уже находится в ситуации, когда они абсолютно не могут позволить себе никаких задержек на Ближнем Востоке. Команда настаивает, что будет готова к Бахрейну, и до начала официальных тестов проведет 100-километровый съемочный день на трассе.
Не совсем ясно, что именно вызвало задержки в сборке болида. Ваулз очень тщательно подбирал слова во время общения со СМИ на этой неделе: он преуменьшал предположения о лишнем весе машины, но и не исключал это как возможную проблему, с которой столкнулась команда. Хотя он заявил, что «Уильямс» теперь прошла все необходимые тесты для участия в заездах, он уклонился от прямого ответа на вопрос, что именно затормозило команду, упомянув лишь «агрессивные» цели в разработке. Ни для кого не секрет, что Ваулз был шокирован тем, насколько слабой была инфраструктура «Уильямса», когда он возглавил её в 2022 году, и можно с уверенностью предположить, что часть этих проблем за кулисами всё еще требует решения.
Масштаб вызова для «Ауди» и «Кадиллака»
Весь смысл тестов на этой неделе заключался в том, чтобы дать командам «Ф1» дополнительное время на освоение вызовов нового регламента. Было очевидно, что некоторым командам потребуется времени больше, чем остальным, и неудивительно, что абсолютные новички из «Кадиллака» и новая заводская команда «Ауди» закончили неделю с относительно небольшим количеством кругов. Однако сам факт того, что обе команды были на трассе все три дня, стал важной вехой для обоих проектов — особенно на фоне позднего прибытия «Астон Мартина» и полного отсутствия «Уильямса».
История «Кадиллака», пожалуй, выглядит даже более впечатляющей. У команды было всего 323 дня между получением одобрения на вступление в «Ф1» и первым днем текущих тестов, но им все же удалось вывести машину на трассу и проехать 164 круга (помимо обкатки в начале января).
«Целью на эту неделю была именно обкатка — выполнение различных проверок, связанных в большей степени с надежностью и обеспечением стабильной платформы», — сказал в пятницу руководитель команды «Кадиллак» Грэм Лоудон. «В Бахрейне мы гораздо больше сосредоточимся на производительности, пытаясь понять, насколько быстрыми мы на самом деле можем сделать эти машины».
Первый серьезный километраж для совершенно нового двигателя и коробки передач «Ауди» также стал достижением сам по себе. Имея на трассе всего одну машину (в отличие от других мотористов, поставляющих двигатели клиентским командам), «Ауди» больше всего нуждалась в пробеге и завершила тесты с 243 кругами, большая часть которых пришлась на продуктивный финальный день в пятницу. Как и в случае с «Кадиллак», остается надежда, что в Бахрейне удастся прибавить в скорости, но у амбициозного проекта «Ауди», по крайней мере, теперь есть точка отсчета.
Этим тестам не стоило быть закрытыми
Несмотря на колоссальный интерес к началу новой эры «Ф1», было принято решение провести тесты на этой неделе за закрытыми дверями, без допуска прессы и болельщиков. Руководство «Формулы-1» заявило, что об этом просили команды, однако сами команды указывали на то, что именно «Ф1» наложила ограничения на публикацию информации, видео и фотографий. Даже итоговые протоколы кругов (которые, стоит признать, мало что значат на столь раннем этапе) не публиковались официально — их приходилось собирать через источники, имевшие доступ к мониторам хронометража на автодроме.
Канал F1 TV подготовил серию коротких интервью с гонщиками и персоналом в конце каждого дня, но, судя по всему, без малейшего желания копать глубже поверхностных вопросов. Перед началом заездов источники сообщили ESPN, что истинная причина, по которой «Ф1» настояла на названии «обкатка» (shakedown) для этих пятидневных тестов, кроется в контрактных обязательствах перед Бахрейном. Согласно им, королевство должно принять первые официальные тесты в феврале, и «Ф1» не хотела перетягивать внимание на себя раньше времени.
Хотя дефицит информации из Барселоны, вероятно, подогреет интерес к Бахрейну, кажется, что «Ф1» упустила возможность начать год с того размаха и ажиотажа, которого заслуживали усилия команд. Пока руководство спорта, возможно, поздравляет себя с успешным «контролем повестки», самые преданные болельщики (те, кто следит даже за тестами) были вынуждены довольствоваться тем, что можно назвать лишь «предсезонными объедками», вместо того чтобы углублять свои знания об этих удивительных новых машинах.
Чего мы не знаем
Насколько велик разрыв в пелотоне
Учитывая, что несколько команд уже находятся в отличной форме, настоящая проверка нового регламента начнется только в пылу бахрейнской жары, когда пойдут заезды на результат. В 2014 году «Мерседес» быстро нашла преимущество, которое сохранялось долгие годы, но «Ф12 надеется, что новый цикл правил создаст куда более равные условия. В нынешний регламент также встроены механизмы, помогающие отстающим командам догонять лидеров, так что фанатам не стоит ждать прямого повторения начала эры турбогибридов V6.
Тем не менее, какие бы сдержки и противовесы ни вводились, радикально новый регламент всегда дает одной из команд шанс вырваться вперед и доминировать на ранних этапах. Барселона не дала на этот счет никаких зацепок: одна команда, вроде «Мерседеса», может быть впереди всех, или же это может быть дуэт «Мерседеса» и их клиента «Макларена», пока остальные пытаются их догнать. Также возможно, что обнадеживающие тесты «Феррари» — это добрый знак, и итальянская команда тоже в деле, а «Ред Булл» может оказаться сильнее, чем многие ожидали.
Можно ожидать, что эта четверка вечных фаворитов останется сильнейшей на решетке, но будет ли среди них «Астон Мартин»? Сможет ли команда-сюрприз вроде «Хаас» или «Альпин» примкнуть к ним, как это сделала «Уильямс» в 2014-м? И что насчет новичков «Ауди» и «Кадиллак»? Предстоит ли им тяжелая борьба на протяжении всего года или прогресс придет быстро?
В конечном счете, это главные вопросы о расстановке сил по итогам «обкатки». Шесть дней в пустыне в следующем месяце дадут более четкое представление об иерархии перед Мельбурном — особенно следите за временами кругов, показанными вечером под прожекторами, когда температура трассы падает.
Станет ли «Феррари» наконец-то снова претендентом на титул?
На первый взгляд, тесты «Феррари» в Барселоне впечатлили не меньше, чем у «Мерседеса», а возможно, и больше. Итальянская команда проехала 440 кругов (несмотря на работу на мокрой трассе во вторник) и установила лучшее время тестов в финальный день, оказавшись на 0,097 секунды быстрее результата Льюиса Хэмилтона в четверг. Стоит оговориться, что время Хэмилтона было показано на трассе, состояние которой улучшалось еще 24 часа по сравнению с заездами Расселла, но, по правде говоря, у нас недостаточно данных о любом из этих кругов, чтобы проводить разумное сравнение.
Настоящая причина, по которой тесты «Феррари» вызывают меньше восторга, чем успехи «Мерседеса», — это череда разочарований, которыми итальянская команда кормила нас после многообещающих предсезонок прошлых лет. Например, команда вступила в прошлый год после сильного завершения 2024-го и солидных тестов в Бахрейне, но в итоге закончила 2025 год без единой победы. Это не значит, что «Феррари» повторит те же ошибки в этом году, просто на данном этапе у нас недостаточно информации, чтобы опровергнуть устойчивый тренд на разочарование, сложившийся в последние годы.
Однако есть повод для оптимизма: машина, которую «Феррари» выставила в Барселоне, выглядела довольно базовой с точки зрения разработки. Перед тестами руководитель команды Фредерик Вассёр назвал её версией «Spec-A», созданной для наката километров, а не для демонстрации предельной скорости. Хотя это наверняка справедливо для многих команд на этой неделе, существует вероятность, что «Феррари» приедет в Бахрейн с пакетом точечных обновлений и станет явным фаворитом. Но пока мы не увидим финальные спецификации всех машин перед первой гонкой в Австралии, слишком рано раздувать хайп вокруг круга Хэмилтона в Барселоне.
Понравятся ли новые машины гонщикам?
Хотя болиды выглядят великолепно, еще предстоит выяснить, насколько хорошо они управляются и позволяют ли они вести плотную борьбу. Поскольку команды публиковали крайне мало медиаматериалов на прошлой неделе, за эти пять дней было не так много возможностей для серьезной журналистики или глубоких расспросов о специфических деталях новых машин.
Любопытной особенностью нового поколения стал объем работы по управлению энергией, который гонщикам теперь приходится выполнять на каждом круге — по сути, на смену старой системе помощи при обгонах (DRS) пришел «энергетический буст» (energy boost). Тем не менее, аэродинамические элементы никуда не делись. Ожидается, что пилоты будут находиться в постоянном контакте со своими гоночными инженерами (особенно на первых этапах), обсуждая, как лучше управлять «активной аэродинамикой» — подвижными закрылками переднего и заднего крыльев, которые контролируются кнопками из кокпита. Это наверняка станет одной из главных тем для обсуждения в начале года.
Для «Формулы-1» это важный и масштабный вопрос. Большинству гонщиков со временем разонравилась предыдущая эра болидов с «граунд-эффектом», и Ф1 проектировала новое поколение так, чтобы машины стали более маневренными и лучше подходили для борьбы колесо в колесо.
Одним из главных критиков старых болидов был четырехкратный чемпион мира Макс Ферстаппен, бесспорно лучший пилот в нынешнем пелотоне. Ранее он намекал, что без проблем может уйти из спорта, если новые машины не станут интереснее в управлении. Для «Ф1» это был бы абсолютно худший сценарий. На эти новые машины поставлено слишком многое, и мы до сих пор не знаем — за дежурными предсезонными улыбками пилотов, просто счастливых снова оказаться в кокпите, — нравится им то, что они видят, или нет.
Смогла ли «Ред Булл» создать идеальный двигатель?
С тех пор как «Ред Булл» решила самостоятельно производить силовые установки для 2026 года, не утихали споры о том, не обернется ли эта дерзкая стратегия провалом. Решение «Хонды» уйти из спорта после 2021 года не оставило команде иного выбора, кроме как начать всё с нуля, и проект всерьез стартовал в 2022 году на базе в Милтон-Кинс.
Старт проекта Red Bull Powertrains с чистого листа давал повод ожидать, что потребуется время, чтобы выйти на уровень таких исторических производителей, как «Мерседес» и «Феррари». Однако первые признаки из Барселоны выглядят чрезвычайно многообещающе для двух команд, принадлежащих «Ред Булл»: вместе они проехали 623 круга с новой силовой установкой DM01.
Более того, судя по «облегающему» дизайну боковых понтонов RB22, аэродинамики «Ред Булл» явно получили удовольствие от работы со своим собственным моторным департаментом, чтобы максимально эффективно скомпоновать весь болид. Добавьте к этому недавние слухи о том, что «Ред Булл», как и «Мерседес», использует лазейку в регламенте, позволяющую повышать степень сжатия при работе на высоких температурах, — и мы получим потенциально конкурентоспособную силовую установку прямо «из коробки».
Конечно, это только начало, и истинный потенциал двигателя «Ред Булл» остается загадкой, но то, что когда-то считалось слабым местом команды перед 2026 годом, на деле может оказаться одной из её сильных сторон.
Насколько конкурентоспособны «Астон Мартин» и «Хонда»?
«Астон Мартин» завершила тесты с наименьшим количеством пройденных кругов (65) среди команд, представленных в Барселоне. Источники ESPN подтвердили, что в пятницу команда весь день работала на гораздо более щадящих режимах двигателя, чем соперники. Это отразилось и на времени: их лучший результат оказался в промежутке между быстрейшими кругами «Ауди» и «Кадиллак».
Частью этого дорогостоящего проекта стал переход на эксклюзивное партнерство с «Хонды» в этом году. Японский производитель в 2021 году ненадолго решил покинуть «Ф1», свернув все будущие разработки, но «Астон Мартин» удалось заманить их обратно к моменту окончания сотрудничества «Хонды» с «Ред Булл» в прошлом году. В результате «Хонда» потеряла драгоценное время. Источники ESPN сообщают, что интеграция двигателя уже вызвала ряд трудностей, но этого и следовало ожидать от команды, меняющей моториста одновременно со сменой регламента.
Напрашивается простой вывод: Фернандо Алонсо ждет очередной разочаровывающий сезон — подобный тем, что были у него с «Хондой» в «Макларене» — а его команда совершенно не готова к кампании. Однако любые задержки в «Астон Мартин» стоит рассматривать через призму одного важного фактора: Эдриана Ньюи.
Легендарный конструктор, ставший руководителем команды в конце прошлого года, всегда доводил пределы разработки в предсезонке до крайности. В его бытность в «Ред Булл» не было редкостью, когда команда привозила на вторые тесты совершенно иную машину; затянувшийся старт недели для «Астон Мартина» намекает на то, что и в этот раз может применяться аналогичная философия.
Следующая остановка — Бахрейн, 11 февраля, где команды наконец «снимут маски», а я жду в вас по воскресеньям!
Ставим лайки и подписываемся!
Дорогие друзья, можете поддержать автора на плашечку 16 Гб ОЗУ, всего лишь 100 рублей, а уже с каждого и плашка будет :)
Показать полностью
22
Импортзамещение будет лучше, чем в Индии!
«Индийская экономика на сегодня одна из наиболее динамично растущих экономик в мире. Цифры говорят за себя. За 10 лет ВВП страны увеличился почти в два раза, а по паритету покупательной способности — в два с половиной раза».
Протез аорты отечественной разработки начали имплантировать пациентам Новосибирска
В октябре в Центре Мешалкина успешно проведена первая в мире имплантация новой модификации гибридного протеза аорты, оснащённого боковым бра́ншем. Уникальное устройство, разработанное научно-исследовательским отделом под руководством доктора медицинских наук Дмитрия Сироты, позволяет одномоментно протезировать дугу и нисходящий отдел аорты, а также отходящую от неё левую подключичную артерию. Ранее до 40% пациентов после реконструкции аорты вынуждены были переносить дополнительную операцию для восстановления этого сосуда.
Первый экземпляр протеза, изготовленный в Пензе, был применён при спасении 61-летнего новосибирца, доставленного в клинику ночью в шоковом состоянии с острым расслоением аорты. В ходе экстренного вмешательства пациенту заменили поражённый участок аорты и подключичную артерию. Несмотря на тяжёлое состояние и ряд осложнений, усилиями врачей функции организма были восстановлены, и в ноябре мужчина был выписан в удовлетворительном состоянии. Контрольное обследование подтвердило, что протез работает штатно.
Это первый протез аорты, полностью разработанный и спроектированный в стенах Центра Мешалкина, включая систему доставки. На сегодняшний день аналогичные технологии существуют лишь в Европе и Китае.
«Мы будем продолжать использовать протезы разных производителей, имеющие различные особенности, но для части пациентов совершенно точно будем применять свой протез, в котором уверены, — говорит руководитель проекта, врач-сердечно-сосудистый хирург Дмитрий Андреевич Сирота. — На данный момент производитель учёл все результаты нашей первой клинической апробации, и теперь протез, разработанный в Центре Мешалкина, доступен к заказу для любого кардиохирургического центра России».
Отечественный препарат «Ракурс 223Ra» для лечения рака прошёл регистрацию и поступил в медучреждения России.
«Препарат прошёл государственную регистрацию и разрешён к использованию в клинической онкологии. Первая партия уже поступила в медицинские учреждения России», — говорится в сообщении.
Уточняется, что в основе разработки — радионуклид радий-223.
Препарат предназначен для лечения определённых видов онкологических заболеваний, преимущественно при метастазах в костях.
В конце декабря стало известно, что в России зарегистрирован препарат для лечения рака предстательной железы «Ракурс (223Ra)».
Показать полностью
2
17 удачных находок с AliExpress: электроника, инструменты и другие практичные товары
Думаете, что на AliExpress интересные предложения появляются только во время больших распродаж? Это не совсем так. Новые товары появляются постоянно, и среди них хватает практичных вещей, которые быстро находят своих покупателей. Поэтому мы собрали свежую подборку гаджетов и аксессуаров, которые активно покупают и используют каждый день.
Мультитул с электрической отвёрткой
Мультитул Nextool Gemini NE20213 объединяет 13 функций, включая нож, плоскую и крестовую отвёртки, напильник, открывалку, гаечные ключи и другие инструменты для мелкого ремонта. Главное отличие — встроенная электрическая отвёртка с возможностью быстрой замены бит: она ускоряет рутинные задачи, где нужно закрутить или открутить множество винтов.
Мультитул с электрической отвёрткой
Электродвигатель развивает скорость до 170 об/мин и обеспечивает крутящий момент 0,2 Н·м — достаточно для сборки мебели, техники или фиксации крепежа в быту. При необходимости можно переключиться на ручной режим с усилием до 3 Н·м.
Аккумулятора хватает более чем на 400 операций завинчивания/отвинчивания, а заряжается устройство через micro-USB. В комплекте есть 10 сменных бит под разные типы крепежа. При весе около 280 г мультитул удобно носить в рюкзаке, сумке или ящике инструментов. Он одинаково полезен дома, в гараже или в походе.
Беспроводные наушники с переводом
Беспроводные наушники HTC NE40 работают на Bluetooth 6.0 и обеспечивают до 48 часов автономной работы. Всего 10 минут зарядки дают 3 часа воспроизведения. Встроенный аккумулятор ёмкостью 400 мА·ч питает как сами наушники, так и функциональный зарядный кейс.
Беспроводные наушники с переводом
Главное отличие — встроенный AI-переводчик, который через фирменное приложение поддерживает двусторонний перевод более чем 130 языков в реальном времени. Это полезно при путешествиях, деловых встречах или общении с иностранцами.
Зарядный кейс оснащён ярким полноцветным сенсорным дисплеем: через него можно управлять музыкой, принимать звонки, регулировать громкость (с помощью физического колёсика) и даже использовать базовые функции в играх. Дополнительно есть возможность загрузить собственные HD-обои на экран кейса.
Набор отвёрток
Набор PIPES включает одну отвёртку и 62 сменные насадки из хромованадиевой стали (CR-V), устойчивой к износу и деформации. Такие биты подходят для ремонта смартфонов, ноутбуков, планшетов и другой бытовой электроники, где требуется точность и надёжность крепежа.
Набор отвёрток
Рукоятка выполнена из алюминиевого сплава: лёгкая, но прочная, с удобным захватом и хорошей передачей усилия. Встроенный магнит надёжно удерживает биты и мелкие винты, снижая риск их потери при работе в труднодоступных местах.
Все элементы размещены в компактном пластиковом кейсе с магнитной фиксацией. Набор легко помещается в ящик стола, сумку или рюкзак, оставаясь под рукой, когда нужно что-то починить, разобрать или собрать.
Смартфон Honor Magic 8 Pro
Смартфон имеет 6,71-дюймовый AMOLED-экран с разрешением 1,5K и адаптивной частотой обновления от 1 до 120 Гц. Максимальная яркость — 1800 нит, а ШИМ на частоте 4320 Гц исключает мерцание даже при длительном использовании в темноте. Экран остаётся чётким под солнцем и комфортным для глаз в любых условиях.
Смартфон Honor Magic 8 Pro
Внутри работает процессор Snapdragon 8 Elite Gen 5. Основная камера включает 200-Мп телеобъектив с оптической стабилизацией, 50-Мп ультраширокоугольный модуль и 50-Мп фронтальную камеру, дополненную ToF-сенсором для точного распознавания лица. Стереодинамики усилены сабвуфером, обеспечивая объёмный звук без внешних колонок.
Аккумулятор ёмкостью 7100 мА·ч легко выдерживает полтора дня активного использования, а 100-ваттная зарядка восполняет большую часть энергии за 15–20 минут. Устройство имеет защиту от воды и пыли по стандартам IP66, IP68 и IP69, поддерживает Wi-Fi 7, Bluetooth 6.0 и оснащено ультразвуковыми сканерами отпечатков пальцев под экраном.
Дорожный рюкзак
Дорожный рюкзак Tigernu выполнен из прочного и водонепроницаемого материала. Объём регулируется от 28 до 38 литров за счёт расширяемой конструкции. Весит 1,18 кг, что не создаёт ощущения тяжести даже при полной загрузке.
Дорожный рюкзак
Внутри есть отдельное отделение для ноутбука до 15,6 дюйма, а также множество карманов: боковые сетчатые, внутренние органайзеры и даже мини-карман на плечевом ремне для мелочей. Снаружи предусмотрен багажный ремень для крепления к чемодану, усиленная ручка и эргономичные плечевые лямки с мягкой подкладкой.
Размеры (30×13×41 см) позволяют использовать рюкзак как ручную кладь на большинстве авиарейсов. Он подходит как для деловых поездок, так и для учёбы или повседневных задач, особенно там, где важны защита от дождя, порядок внутри и быстрый доступ к вещам.
Плетёный кабель
Плетёный кабель Hagibis поддерживает зарядку мощностью до 240 Вт (48 В / 5 А) по стандарту USB Power Delivery 3.1, совместимому также с PD 3.0 и PD 2.0. Это позволяет быстро заряжать ноутбуки, смартфоны и планшеты.
Плетёный кабель
Скорость передачи данных достигает 480 Мбит/с — достаточно для быстрой синхронизации фото, видео и документов. Встроенный чип E-Marker автоматически согласует напряжение и ток с подключённым устройством, обеспечивая безопасную и стабильную зарядку без риска перегрузки.
Кабель доступен в длинах от 0,15 до 2 метров и выполнен с нейлоновой оплёткой: он устойчив к перегибам, не путается и служит значительно дольше обычных проводов.
Игровой монитор
Игровой монитор LNOVAON имеет 27-дюймовую панель с разрешением 2K QHD (2560×1440) и частотой обновления 180 Гц. Время отклика составляет 1 мс (MPRT), что минимизирует размытие в динамичных сценах — особенно важно в шутерах, гоночных симуляторах и других быстрых играх.
Игровой монитор
Цветопередача соответствует 100 % sRGB, обеспечивая насыщенные, но точные оттенки — подходит не только для игр, но и для работы с графикой. Поддержка Adaptive Sync (AMD FreeSync) и совместимость с G-Sync устраняют разрывы кадров, а режимы снижения мерцания и синего света снижают нагрузку на глаза при длительных сессиях.
Монитор оснащён двумя HDMI 2.0 и двумя DisplayPort 1.4, что даёт гибкость при подключении ПК, консолей или ноутбуков. Крепление VESA 100×100 мм позволяет установить его на стену или регулируемый кронштейн.
3D-принтер
3D-принтер FLASHFORGE Adventurer 5M сочетает высокую скорость печати (до 600 мм/с) с надёжной конструкцией CoreXY, которая обеспечивает стабильность и точность даже при динамичной работе. Внутри современная электроника: двухъядерный процессор Cortex-A7, 8 ГБ встроенной памяти, тихие шаговые драйверы и Wi-Fi для удалённого управления.
3D-принтер
Объём рабочей зоны (220×220×220 мм) подходит для большинства бытовых и образовательных задач, от прототипирования до создания декоративных или функциональных деталей. Платформа нагревается до 110°C и покрыта съёмным гибким PEI-листом: готовые модели легко снимаются без повреждений.
Патентованный экструдер позволяет быстро менять сопла (0,25–0,8 мм), включая износостойкие версии для композитных материалов. Автоматическая калибровка стола гарантирует ровный первый слой без ручной настройки. Принтер поддерживает PLA, PETG, их композитные версии (с углеродным волокном) и гибкий TPU95A.
Камера видеонаблюдения
Камера Xiaomi Smart Outdoor 4 Pro записывает видео в разрешении 3K (2880×1620) с помощью трёх 5-мегапиксельных сенсоров, обеспечивая высокую детализацию как днём, так и в условиях слабого освещения. Ночная съёмка остаётся чёткой благодаря ИК-подсветке и улучшенной обработке изображения.
Камера видеонаблюдения
Конструкция камеры позволяет расширить зону наблюдения без установки дополнительных устройств: верхняя часть поворачивается на 180° по горизонтали, а нижняя — на 355° по горизонтали и 95° по вертикали. При обнаружении движения камера автоматически фокусируется на объекте, может включить яркую подсветку и звуковую сирену для отпугивания. Поддерживается цифровой зум до 9× без потери ориентации.
Запись сохраняется на microSD-карту (до 512 ГБ), в облако или на совместимый NAS. Корпус защищён по стандарту IP66: устойчив к дождю, пыли и перепадам температур от –30°C до +60°C. Это надёжное решение для круглосуточного контроля двора, входной зоны или загородного участка.
Зарядная станция
Зарядная станция ASOMETECH обеспечивает суммарную мощность до 100 Вт и позволяет одновременно заряжать до 8 устройств: семь портов USB-A, один USB-C и беспроводная площадка на 10 Вт. Поддержка протоколов Quick Charge 3.0 и Power Delivery 3.0 гарантирует совместимость с большинством современных смартфонов, планшетов и аксессуаров: от iPhone и Samsung до Xiaomi и других брендов.
Зарядная станция
Цифровой дисплей показывает текущую мощность и статус зарядки, а система автоматического распознавания подключённых устройств подбирает оптимальный ток. Экран гаснет через 3 минуты бездействия — удобно, если станция стоит в спальне или на тумбочке.
Внутри реализована защита от перегрева, перенапряжения, короткого замыкания и перезаряда. Несмотря на большое количество портов, корпус остаётся компактным и лёгким — его можно использовать как дома, так и брать с собой в поездку.
Беспроводные наушники
Наушники Baseus Bowie 30 Max оснащены 50-мм динамиками и поддерживают кодек LDAC, что обеспечивает передачу звука высокого разрешения. Бас усилен, но общая подача сбалансированная, с хорошей детализацией средних и чистыми верхами. Активное шумоподавление (ANC) снижает внешний шум до −45 дБ, блокируя до 96 % фоновых звуков.
Беспроводные наушники
Bluetooth 5.4 обеспечивает стабильное соединение с минимальной задержкой (80 мс), что подходит даже для игр и синхронного просмотра видео. Поддерживается одновременное подключение к 2 устройствам, а AUX-разъём позволяет использовать наушники и без батареи.
Технология Spatial Audio с отслеживанием положения головы создаёт объёмное звучание, повышая эффект присутствия при просмотре фильмов или прослушивании музыки. Автономность составляет до 65 часов без ANC и до 50 часов с ним. Быстрая зарядка: 10 минут дают до 10 часов работы. Управление и тонкая настройка доступны через фирменное приложение.
Смартфон POCO M8 5G
Смартфон оснащён 6,77-дюймовым Flow AMOLED-дисплеем с разрешением 2392×1080 и частотой обновления 120 Гц. Экран обеспечивает плавную прокрутку, насыщенные цвета и хорошую читаемость даже на улице.
Смартфон POCO M8 5G
Внутри установлен процессор Snapdragon 6 Gen 3 (до 2,4 ГГц) и 8 ГБ оперативной памяти. Доступны две версии накопителя: 256 или 512 ГБ. Основная камера на 50 Мп с фиксированным фокусом и электронной стабилизацией снимает чёткие кадры, дополнительный сенсор глубины на 2 Мп помогает в портретном режиме, а фронтальная камера на 20 Мп служит для селфи и видеосвязи.
Аккумулятор ёмкостью 5520 мА·ч легко выдерживает полный день активного использования, а 45-ваттная турбо-зарядка восполняет значительную часть энергии за 20–30 минут. Смартфон работает под управлением HyperOS 2, поддерживает NFC, Wi-Fi, Bluetooth 5.1, Dolby Atmos, сканер отпечатков пальцев и ИИ-разблокировку по лицу.
Электрическая зубная щётка
Электрическая зубная щётка Xiaomi Oclean E1 создаёт до 36 000 колебаний в минуту, что обеспечивает эффективное удаление налёта и очистку межзубных промежутков. Чистка получается тщательной, но без агрессивного воздействия на эмаль и дёсны.
Электрическая зубная щётка
Аккумулятора хватает примерно на 30 дней при двух ежедневных чистках. Уровень защиты IPX7 позволяет использовать щётку даже под душем или при повышенной влажности, вода не повредит электронике. Управление реализовано через одну кнопку: она включает устройство и переключает режимы.
Встроенный умный таймер предлагает циклы на 2, 3 или 4 минуты, помогая соблюдать рекомендованную длительность гигиены. Щётка запоминает последний выбранный режим и автоматически возвращается к нему при следующем включении, никаких лишних действий каждое утро.
Портативный SSD-накопитель
Портативный SSD-накопитель Sonizoon оснащён биометрической защитой: доступ к данным возможен только по отпечатку пальца. Это исключает несанкционированное использование при потере или краже устройства.
Портативный SSD-накопитель
Интерфейс USB Type-C обеспечивает высокую скорость передачи данных, достаточную для работы с резервными копиями, видео или большими проектами. Доступны объёмы 128 ГБ, 256 ГБ и 512 ГБ — можно выбрать вариант под конкретные задачи.
Корпус выполнен из прочного материала, устойчивого к ударам и царапинам. Накопитель компактный и легко помещается в карман, на ключи или в небольшой чехол. Это решение для тех, кто регулярно перемещает конфиденциальные файлы и предпочитает физическую защиту программным паролям.
Беспроводная колонка с дисплеем
Беспроводная колонка SOAIY S99 отличается от обычных моделей 4,3-дюймовым экраном, который позволяет не только слушать музыку, но и просматривать фото, видео или меню файлов. Это делает её удобной для использования в поездках, на даче или в гостиной, особенно когда нет под рукой другого экрана.
Беспроводная колонка с дисплеем
Звук формируют три HIFI-динамика: басы ощутимы, средние частоты — чёткие, высокие — без резкости. Подключение осуществляется по Bluetooth, AUX или через USB/TF-карту — можно воспроизводить контент напрямую с носителя.
Встроенный микрофон позволяет принимать звонки, а пульт ДУ упрощает управление на расстоянии. Дополнительно есть FM-радио, два будильника и функция записи аудио. Аккумулятор ёмкостью 8000 мА·ч обеспечивает до 10 часов работы при умеренной громкости.
Настольная зарядная станция
Настольная зарядная станция ASOMETECH на 320 Вт построена на технологии GaN (нитрид галлия), что позволило совместить высокую мощность с компактными размерами и низким нагревом. Устройство рассчитано на одновременную зарядку ноутбука, смартфона, планшета и других гаджетов без снижения скорости или нестабильности.
Настольная зарядная станция
В корпусе размещены три порта USB-C и один USB-A, поддерживающие протоколы PD 3.0, PPS и QC 3.0. Это обеспечивает совместимость с MacBook, iPhone 15/16, Samsung Galaxy и большинством современных ноутбуков. Максимальная мощность на одном порту достигает 100 Вт, чего достаточно для быстрой зарядки даже требовательных устройств.
Вертикальный форм-фактор экономит место на столе, а расположение портов сверху упрощает подключение и отключение кабелей. Станция подходит для постоянного использования дома или в офисе: вместо нескольких блоков питания — один надёжный источник, который упорядочивает рабочее пространство и снижает количество проводов.
Ноутбук Honor MagicBook X16
Ноутбук выполнен в цельнометаллическом корпусе с матовым покрытием. Диагональ IPS-экрана 16 дюймов, разрешение 1920×1200 (16:10). Работает на процессоре AMD Ryzen 5 7640HS с интегрированной видеокартой Radeon 760M, этого достаточно для офисных задач, мультимедиа, лёгкого монтажа и даже нетребовательных игр. Объём ОЗУ составляет 16 ГБ, а SSD-накопителя 512 ГБ.
Ноутбук Honor MagicBook X16
Аккумулятор ёмкостью 60 Вт·ч поддерживает несколько часов автономной работы, а 65-ваттная зарядка быстро восполняет энергию. Есть Wi-Fi 6, Bluetooth 5.1, HDMI, два USB-A и USB-C, подсветка клавиатуры и сканер отпечатков пальцев. При весе 1,68 кг и толщине 17,9 мм ноутбук удобен как для работы за столом, так и для переноски.
В нашем Telegram-канале регулярно появляются интересные товары и актуальные предложения из популярных маркетплейсов — легко следить за всем нужным в одном месте.
Реклама. ООО "АЛИБАБА.КОМ (РУ)" ИНН 7703380158
Реклама. ООО "Яндекс Маркет" ИНН 9704254424
Показать полностью
17
Как роботы и ИИ в 2026 году повлияют на рынок труда Петербурга
В 2026 году рынок труда Петербурга входит в фазу быстрой и неравномерной трансформации. Искусственный интеллект, роботизация и цифровые платформы больше не выглядят экспериментом. Они становятся базовой инфраструктурой бизнеса. По данным SuperJob, уже 45% офисных сотрудников в России используют нейросети и ИИ-инструменты в работе. В логистике и сервисе роботы напрямую вытесняют людей, потому что это банально дешевле.
Кейс Яндекса стал символом новой реальности. Аналитики Совкомбанка подсчитали, что годовое содержание робота-доставщика обходится на 49-66% дешевле, чем оплата труда пеших курьеров. В Петербурге роботизированная доставка работает с конца 2024 года, и с экономической точки зрения у бизнеса почти не осталось аргументов в пользу человека.
Похожая логика проникает и в сферу услуг. В ресторанной отрасли, по оценке владельцев сетей, роботы в ближайшие годы могут заменить до 30-40% линейного персонала: уборщиков, официантов, помощников на кухне. Причина проста - зарплаты низкооплачиваемых работников за последний год выросли на десятки процентов, а альтернативы в виде миграционной рабочей силы почти не осталось.
Эксперты и HR-рынок любят повторять, что автоматизация не уничтожает рабочие места, а создает новые. Формально это так: в Петербурге растет спрос на специалистов по обслуживанию роботизированных систем, ИИ-аналитиков, инженеров и разработчиков. Вакансий с требованиями к работе с ИИ за год стало больше в 2,3 раза.
Проблема в другом. Эти рабочие места недоступны большинству тех, кого автоматизация вытесняет прямо сейчас. Курьер не становится инженером по роботам автоматически. Администратор не превращается в ML-специалиста после короткого онлайн-курса.
Так возникает структурная безработица - ситуация, когда работа есть, но не для тех, кто её потерял. И этот разрыв в 2026 году только увеличивается.
Автоматизация в Петербурге имеет и четкое гендерное измерение. По данным Международной организации труда, в высокодоходных странах почти 10% женской занятости приходится на профессии с максимальным риском автоматизации генеративным ИИ. У мужчин этот показатель в три раза ниже.
Причина не в технологиях, а в устройстве рынка труда. Женщины десятилетиями концентрировались в административных, офисных и сервисных ролях - именно тех, которые легче всего автоматизировать. Для города с высокой долей женской занятости это означает рост риска массовой "тихой" безработицы, особенно если государство ограничится разговорами о цифровом будущем без реальных программ переобучения и поддержки.
Ещё один эффект автоматизации редко попадает в оптимистичные отчеты - рост нагрузки. Исследования показывают: при внедрении ИИ без пересмотра ролей и без обучения риск профессионального выгорания вырастает на 40-45%. Вместо облегчения труда сотрудники получают новые KPI, постоянный цифровой контроль и необходимость "догонять" машину.
ИИ становится не помощником, а инструментом усиления надзора. Это особенно заметно в платформенной экономике, где алгоритмы уже сегодня определяют темп работы, доход и фактическую управляемость работников. При этом голоса профсоюзов и самих работников в публичной дискуссии почти не слышны.
Ключевой вопрос автоматизации - перераспределение выгод. Экономия от роботов и ИИ идёт не на сокращение рабочего времени, не на гарантированный доход и не на массовое переобучение. Она идет в прибыль корпораций и дивиденды акционеров.
Городские и федеральные власти говорят о Центре развития ИИ, инвестициях и технологическом лидерстве. Но почти не говорят о налогах на автоматизацию, фондах социальной адаптации, коллективных переговорах и защите труда в новой цифровой реальности.
В 2026 году ИИ не заменит человека полностью. Стратегические решения, моральный выбор и реальные человеческие отношения по-прежнему остаются за людьми. Но это слабое утешение для тех, чья работа исчезает уже сейчас.
Если автоматизация будет и дальше развиваться исключительно в интересах капитала, Петербург рискует получить не город будущего, а новый технологический пролетариат - людей, вытесненных машинами без права на переход, защиту и голос. Вопрос не в том, остановить ли ИИ. Вопрос в том, кто будет контролировать его последствия и кто за них заплатит.
Показать полностью
Городская мусорка с встроенной переработкой мусора
Русский изобретатель предложил создать и установить на улицы города урны .
Принцип работы очень простой, внутри установлен шредер для измельчения отходов , что позволит гораздо дольше использовать наполнение бака , будет установлена защита от детей и тех кто захочет засунуть туда руку , а также камера против вандалов , такое решение сократит вывоз мусора , что позволит экономить много денег и времени.
Как вам такая идея?
Показать полностью
2
Инвестируем в квантовые компьютеры
Ранее в книге "Умник":
Глава 3. Сразу после школы на пенсию
Глава 4. Венчурные инвестиции и стартапы
Понедельник. Начало рабочей недели. Когда ты на острие технологий и в теме, каждый день — это сказка. Ты не просто встаёшь нехотя под будильник, а бежишь в офис, потому что понимаешь, что там тебя ждёт новая порция кайфа! Новые технологии. Интересные встречи. Люди. Деньги. Много денег.
— Ё-ё-ё! — выкрикнул я, громко залетая в офис.
— Доброе утро, Винсент! — ответила секретарша, слегка улыбнувшись.
— Как дела, Ё? — спросил я, медленно подкрадываясь к ней.
— Всё хорошо, шеф! Разобрала утреннюю почту. Приготовила чай и кофе на выбор. Жду ваших распоряжений!
— Молодец, Ё!
Я зашёл в светлый просторный кабинет довольный собой. Огляделся. Приятно пахло кофе. Глянул в окно. Кайф. Мы на вершине мира. Передо мной открывался восхитительный вид на деловые кварталы. Это прямо зарядило позитивом. Захотелось чего-нибудь такого...
— Винсент, поехали! — вдруг выкрикнул Джейкоб из дверного проёма.
— Куда? — спросил я уже предчувствуя что-то интересное.
— Как куда? Ты что, забыл? Мы же на той неделе с тобой обсуждали квантовые стартапы.
— Нет, не забыл. А что там?
— Поехали, по дороге расскажу!
Джейкоб выбежал на улицу, быстро поймал такси и энергично в него запрыгнул. Выглядело так, что мы спешили не на презентацию стартапа, а на тушение пожара.
— Водила, гони на окраину, район техногаражей! — скомандовал он, швырнув на переднее сиденье солидную купюру. — И включи музон для атмосферы!
Тут же повернулся ко мне и начал свой рассказ с горящими глазами.
— Вин, это не просто стартап, а легенда в зародыше! Два гения одиночки, презревших корпоративные лаборатории с их бюрократией! — сказал он размахивая руками и задев потолок такси. — Они в обычном гараже на деньги от продажи коллекции комиксов собрали квантовый процессор! По описанию бомба. Суперпозиция и запутанность. Всё делают на новых принципах. Говорят, нашли способ обойти проблему декогеренции с помощью... синхронизированного пения! Ну, или типа того. Там были сложные термины. Я не всё запомнил...
— Синхронизированного пения? — переспросил я, поднимая бровь. — Джейк, ты уверен, что они не собрали просто очень дорогой сабвуфер?
— Не тупи! В этом вся суть венчурных инвестиций! — парировал Джейкоб. — Гении всегда выглядят безумцами. Помнишь, про того парня, который хотел продавать книги через Интернет? Все думали, что он того… Бред же! А потом это стало нормой и превратилось в многомиллиардный бизнес.
Логика была железной. Я вздохнул, решив отключить внутреннего критика и насладиться спектаклем. Гараж, куда мы приехали, находился за авторемонтной мастерской где пахло бензином. Дверь открыл высокий исхудалый парень в очках с толстенными линзами в футболке с надписью «Шрёдингер был оптимистом». Его звали Леопольд, как он тут же представился. Я сразу вспомнил кота Леопольда из русского мультика и улыбнулся.
— Входите, коллеги. Это святилище квантового будущего! Только прошу снять обувь. Вибрации от подошв могут нарушить тонкую настройку кубитов.
Мы покорно разулись. Вторым создателем был низенький пухлый Майлз. Он сидел перед панелью, уставленной рубильниками, паяльниками и… обычными настольными лампами с цветными стёклами. В центре помещения на столе, застеленном старым одеялом в звёздочки, стояла конструкция, напоминавшая хитрую соковыжималку, опутанную проводами, медными трубками и фольгой. Рядом гудела система охлаждения от старого холодильника.
— Это… прототип? — осторожно спросил Джейкоб, его голос вдруг потерял уверенность.
— Это «Квантариум один», — гордо произнёс Леопольд. — Наша малютка. Принцип работы основан на управлении суперпозицией спинов электронов в сингулярной среде оксида меди при воздействии когерентного акустического резонанса. Проще говоря, мы заставляем материю плясать под нашу дудку!
— И… он вычисляет? — не удержался я.
— О, ещё как! — воскликнул Майлз, подпрыгивая на стуле. — Мы уже провели первые тесты. Решили задачу оптимизации маршрута доставки пиццы для сто двадцать семи условных точек за пол секунды! Обычному компьютеру на это потребовались бы минуты!
— На каком языке программирования? — спросил я, приближаясь к агрегату.
— На ку-ку… в теории, — немного смутился Леопольд. — Пока что физическая реализация требует… эм… ручного ввода данных через последовательность переключения тумблеров. Но это временно! Главное, что всё работает!
Я наклонился и присмотрелся к «кубитам». Это были самые обычные радиодетали, аккуратно припаянные к плате, но сверху на каждую был наклеен кружочек бумаги с надписями ноль и один. Одна из медных трубок, которая, по идее, должна была вести к охлаждению, была просто прислонена к корпусу. А из-под одеяла торчал шнур питания от пылесоса.
Джейкоб тронул меня за локоть и прошептал с надеждой:
— Ну, я же говорил! Гении!
— Ты уверен, что они сами не ку-ку? — сказал я ему тихо на ухо.
— Да не, — ответил хмуря лицо Джейкоб.
— Это не компьютер, а инсталляция для получения грантов от таких, как мы, — настаивал я.
В этот момент Леопольд, решив продемонстрировать мощность, щёлкнул тумблером. «Квантариум один» издал угрожающий гул, лампочки замигали, а из трубки повалил густой дым с запахом палёной пластмассы.
— Не беспокойтесь! — закричал Майлз, хватая огнетушитель. — Это просто побочный эффект преодоления классического энергетического барьера! Дым — это вышедшие в реальность неиспользованные вероятности!
Я не выдержал. Подошёл к столику, отодвинул одеяло и указал на большую красную кнопку под табличкой «Аварийный сброс».
— Леопольд, Майлз, — сказал я максимально вежливо. — Это же кнопка от дверного звонка. А эта «сингулярная среда» — обычный кусок маминой медной кастрюли, если я не ошибаюсь?
Воцарилась тишина, нарушаемая только шипением огнетушителя и гулом холодильника. Лица гиков вытянулись.
— Вы… не понимаете! — выдохнул Леопольд. — Это мышление в парадигме вчерашнего дня! Мы опережаем время! Нам нужны инвестиции не на доработку железа, а на… расширение мощностей! И на азот для охлаждения…
В такси по дороге назад царило молчание. Джейкоб смотрел в окно на мелькавшие фонари.
— Ну и что? — вдруг сказал он, оборачиваясь. — Да, фейк версия квантового компьютера. Но в этом и есть суть венчурных инвестиций, Вин! Надо верить! Искать алмазы в груде… вот этого всего! — Он махнул рукой в сторону гаража.
— Джейк, — устало ответил я. — Можно верить в алмазы, но не в глянцевые стекляшки, которые кричат что это «Алмаз» через мегафон, обмотанный фольгой. Нам нужно искать тихих сумасшедших, которые паяют свои схемы молча, а не тех, кто уже подготовил шоу для наивных инвесторов.
— Но это же было весело! — не сдавался Джейкоб, и на его лице появилась ухмылка. — «Выходящие в реальность неиспользованные вероятности»!
Я лишь покачал головой, понимая, что наша охота на единорогов только начинается. В этом было своё безумное очарование и то, ради чего я просыпался каждый день.
***
На следующий день я сидел за своим столом в офисе, уткнувшись в монитор с графиками, но всё ещё видел вчерашний «Кванториум» с его основателями. Идея инвестиций в квантовые технологии мне очень нравилась. Только хотелось найти нормальный проект, куда хотя бы не противно было отдавать свои деньги.
— Ё! — крикнул я что было мочи.
— Да, шеф, — тут-же ответила забежавшая секретарша испуганным голосом.
— Сделай нам чаю! — скомандовал я с улыбкой на лице.
— Сию минуту, — сказала она, мягко опустив глаза и выйдя за дверь.
— Ладно, — сказал я, нарушая тишину. — С шарлатанами покончено. Нам нужны не гаражные актёры, а те, кто даже не думает о нас. Они должны думать о симметрии волновых функций в условиях криогенной декогеренции. Нам нужны настоящие учёные. Что скажешь?
Джейкоб, развалившись на диване с планшетом, фыркнул:
— Где ты таких слов набрался? Дико... хренентные... Учёные? Они даже презентацию нормально не сделают.
— Именно потому, что им не до презентаций, — парировал я. — Они работают, а не языком чешут как некоторые!
Джейкоб оторвался от планшета и посмотрел на меня.
— Иногда неплохо и почесать языком! — ответил он с упрёком.
— Бро, я не спорю, — ответил я, пытаясь смягчить ситуацию из-за того, что задел его. — Каждый должен заниматься своим делом. Я к этому!
Джейкоб пожал плечами и, лениво шевеля пальцем, начал искать что-то в базах научных статей. Тем временем секретарша принесла нам чай, поставила на журнальный стол и тихонько направилась к выходу.
— Ё! — выкрикнул я в момент, когда она уже собиралась было закрыть дверь.
— Да, шеф, - сказала она резко повернувшись.
— Спасибо! - ответил я с улыбкой на лице.
— К вашим услугам! - ответила она, смотря в пол.
Ё медленно закрыла дверь, стараясь делать это как можно тише. Я встал из‑за рабочего стола, подошёл и развалился в кресле, положив ноги на журнальный столик.
— Джейкоб, а зачем американцы всегда кладут ноги на журнальный столик?
— Это демонстрация превосходства над всеми. Они как бы говорят другим, что именно они хозяева этого мира.
— А мы с тобой хозяева этого мира? — спросил я, озорно улыбаясь.
— Хозяева, конечно! Вон! Смотри что я нашёл! Лаборатория квантовых вычислений при университете. Никаких понтов. Сухой отчёт: «Экспериментальная проверка устойчивости кубитов на основе захваченных ионов в магнитной ловушке нового типа». Пять авторов, три ссылки на предыдущие работы и ноль упоминаний о мировом господстве.
— Это… похоже на то, — согласился я, пробегая глазами по аннотации. Чувствовалась не продажная броскость, а глубина научных исследований.
Через пару часов мы уже стояли в чистом и холодом коридоре университетского технопарка. Нас встретил доктор наук, мужчина лет пятидесяти с усталыми глазами и живым, быстрым взглядом. Его звали Семён Игнатьевич.
— Русский? — спросил я, уловив знакомую кириллицу в его имени.
— Ну, почти, — ответил он, немного задумавшись. — Матушка русская, отец из Казахстана.
Я кивнул, понимающе, и он провёл нас в лабораторию, где за толстым стеклом виднелась сложная установка, напоминающая хромированного паука с лазерными лучами.
— Таким образом, основная сложность заключается в поддержании когерентности кубитов на временных масштабах, достаточных для выполнения составных алгоритмов, — монотонно, но с особым рвением рассказывал нам Семён Игнатьевич, показывая на графики. — Мы боремся с декогеренцией через комбинацию динамического декорирования и топологической стабилизации…
Джейкоб начал тихо зевать. Я видел, как его мозг, привыкший к динамике, отключался от этого потока скучных терминов. Пора было вмешаться.
— Семён Игнатьевич, это впечатляет, — вежливо прервал я его. — А если отойти от науки… Допустим, я владелец логистической компании. Ну, грубо. Когда и как ваши захваченные ионы помогут мне рассчитать оптимальный маршрут для тысячи грузовиков так, чтобы сэкономить ощутимые деньги? Не через десятилетия, а условно, когда технология «созреет»?
Учёный замер, потом медленно улыбнулся, будто я задал единственно верный вопрос.
— Ах, вот оно что! Вам нужно практическое применение! — Он оживился. — Прямо сейчас ничего не получится. Это фундаментальная наука, а проблемы… — Он начал загибать пальцы. — Во‑первых, масштабирование. Добавление каждого нового кубита экспоненциально усложняет систему. Нужны принципиально новые архитектуры. Во‑вторых, ошибки. Квантовые вычисления чрезвычайно чувствительны к шумам. Нужны более совершенные коды коррекции ошибок, которые сами по себе «съедают» львиную долю кубитов. В‑третьих, это… — он понизил голос, — специалисты. Их днём с огнём не сыщешь. В‑четвёртых, деньги. Нужно много денег на жидкий гелий, лазеры, стерильные комнаты. И всё это нужно планировать на годы вперёд без гарантированного коммерческого результата.
Джейкоб, услышав последнее, протрезвел.
— То есть, если я правильно понял, — сказал он, — вам нужны не инвестиции в продукт, а долгосрочный грант на фундаментальные исследования. А взамен… доля в потенциальных патентах и в гипотетической компании, которая может быть создана лет через десять‑пятнадцать, если всё срастётся?
Семён Игнатьевич кивнул с обезоруживающей прямотой:
— Всё верно. Мы продаём не готовое решение, а билет на самый ранний старт долгой и рискованной гонки технологий. Это шанс застолбить место в будущем и внести свои имена в историю.
После встречи Джейкоб был на седьмом небе от счастья.
— Вот она, Вин! Настоящая золотая жила! Это не те клоуны с кастрюлей в гараже! Сердце технологий будущего! Мы финансируем саму науку! Это гениально! Наш фонд будет вшит в саму ткань будущих открытий!
Я смотрел в окно. В голове чётко складывалась картина и миллионы долларов, которые будут медленно, год за годом, превращаться в жидкий гелий, зарплаты аспирантам и тонны научных статей. Без прибыли, иксов и шанса на IPO.
— Джейк, это не жила, — тихо сказал я. — А яма для наших инвестиций. Результат, если он вообще будет, мы можем ждать десятилетиями. Это инвестиция в принцип неопределённости в чистом виде.
— Но это же и есть самый высокий риск! — парировал он. — И самая высокая потенциальная награда! Если у них хоть что‑то получится, мы будем не просто инвесторами, а настоящими созидателями новой эпохи!
Я молчал. Он был прав с точки зрения азарта, масштаба и той самой «сказки», ради которой мы всё это затеяли. Инвестировать в учёных, а не в бизнес? Это что-то новое.
— Ладно, — наконец выдохнул я, ощущая, как совершаю очередное сумасшествие. — Выделим им грант, но не большой. И с жёстким отчётом. Получается, нам нужны их статьи и патенты. Наши вложения должны перейти хотя бы в интеллектуальную собственность.
Джейкоб хлопнул меня по плечу и его лицо засветилось.
— Не волнуйся, Вин! Я уже придумал название для нашего фонда в их лаборатории: «Грант Шрёдингера». Мы одновременно и спасители науки и гениальные бизнесмены, пока не откроем ящик с результатами!
Я только вздохнул. Мы купили билет на самый медленный и непредсказуемый поезд в никуда. Но, как ни странно, в этом был свой, совершенно иррациональный кайф.
***
На следующий день я немного опоздал. Намеренно. Мне хотелось посмотреть, как там всё будет работать без меня. Зайдя в холл, я увидел нашу секретаршу в красном платье и с толстым слоем помады на губах.
— Ё! — выкрикнул я, и было из‑за чего. — Ты чего так расфуфырилась?!
— Я… не знала, — запинаясь промямлила она.
— Ё‑маё, мы тут серьёзными делами занимаемся! — сказал я, улыбаясь в душе.
— Да, шеф! Я понимаю...
— Ничего ты не понимаешь! Разве можно так одеваться? А помада зачем?
Она стёрла помаду рукой, нервно поглядывая в разные стороны.
— Ну вот, уже лучше. Впредь, одеваешь строгий деловой костюм! Кротость. Чуткость. Скромность. Поняла?
— Поняла!
— Молодец! — Я наклонился к ней и прошептал: — У Джейкоба эрекция всё равно только на деньги. У меня тоже!
Она вся сжалась, но не отстранилась.
— Я всё поняла!
— Отлично, Ё, — сказал я и слегка подмигнул ей.
Пройдя дальше в кабинет, я увидел Джейкоба, валяющегося на диване с планшетом в руках. Он листал списки компаний, которые появились на внебиржевых площадках вроде OTC Markets за последние два года. Его глаза горели, как у коллекционера, нашедшего редкий экземпляр.
— Вин, слушай! Я нашёл компанию Neural Quantum Pathways, тикер NQPI, — выкрикнул он. — Пишут, что разрабатывают нейроквантовый интерфейс для оптимизации трейдинга. Это же наша тема! Мы должны быть их первыми инвесторами!
— Проверь их адрес, Джейк. Держу пари, что их штаб‑квартира — это почтовый ящик в оффшорной зоне, а нейроквантовый интерфейс — это таблица с макросами две тысячи седьмого года. Ты уже забыл про кастрюли в гараже?
Джейкоб надулся:
— Их адрес в Дели, Индия и что? Гениальные идеи не привязаны к почтовым индексам!
— Привязаны, — парировал я. — Особенно к тем, где есть дешёвая рабочая сила для холодных звонков инвесторам. Забудь про эту кампанию. Они посадят в колл-центр сотню биороботов и обзвонят миллионы доверчивых лохов, впаривая ту хрень, которую ты прочитал. После того как соберут богатый урожай, сразу же закроются.
Энтузиазм Джейкоба немного угас.
— О! Нашёл ещё одну CryoLogic Solutions, тикер CLGL! Сайт улёт! На нём фотографии какого‑то криостата из девяностых, три патента с нечитаемыми названиями и… они предлагают предзаказ на домашний квантовый процессор к две тысячи тридцать пятому году! Вот это видение рынка!
— Это видение того, как собрать предоплату с доверчивых энтузиастов и благополучно исчезнуть уже к следующему году, — вздохнул я. — Джейк, их акции стоят двенадцать центов. Ты понимаешь, что на эту сумму даже пиццу не купить? Компания, которая торгуется по такой цене, либо мошенническая, либо мёртвая. А, как часто бывает, это и то и другое одновременно.
Джейкоб был неутомим. Он копал глубже, находя компании с громкими заявлениями и нулевой выручкой. Qubit Farms разводили устойчивые кубиты по биологическому принципу, Aether Algorithms искали алгоритмы для квантового эфира, а Voltage Valley Ventures было просто громким названием — и всё! Каждый раз я одним‑двумя вопросами разбирал эти карточные домики:
— Где отчётность? Нету.
— Кто в совете директоров? А, тот же человек, что и директор, админ и уборщик.
— На что именно они просят инвестиции? На дальнейшие исследования? То есть на зарплату себе.
— Но, Вин, — не сдавался Джейкоб, — мы же ищем не сегодняшнюю прибыль, а одну из ста, что взлетит! В этом мусоре может лежать следующий Amazon!
— Amazon начинался с продажи книг, Джейк. С реального бизнеса, — мягко добавил я. — Он не начинался с квантово‑гравитационной дистрибуции книг в мультивселенной. Тут же нет бизнеса, а только красивая история для продажи акций доверчивым инвесторам.
Внезапно, в самом конце списка, Джейкоб наткнулся на компанию, которая заставила его замолчать на минуту.
— Solid State Photonics Lab, — прочитал он вслух. — Тикер SSPL. Не кванты напрямую… Они делают компоненты — высокоточные лазерные системы для… квантовых компьютеров на ионах. В их команде… да, есть доктор наук, ушедший из национальной лаборатории. Патентный портфель состоит из маленьких, но реальных контрактов с тем же университетом, которому мы дали грант.
Это звучало… правдоподобно.
— Покажи, — я взял планшет и быстро пробежался по данным. Компания была убыточной, её акции стоили доллар сорок пять центов. Объёмы торгов были мизерные, но это была не фантазия, а крошечная реальная инженерная фирма, пытающаяся сделать конкретную, нужную вещь в цепочке создания стоимости. Не квантовый компьютер, а лазерный переключатель.
— Вот видишь? — сказал Джейкоб. — Это не кастрюля, а очень маленькая, но настоящая лопата. Та самая, которую будут покупать золотоискатели, если золотая лихорадка начнётся по‑настоящему. Риск огромен, согласен! Они могут не выжить, но здесь есть за что зацепиться, кроме громких слов.
Джейкоб смотрел то на меня, то на скромный сайт компании. Азарт первооткрывателя боролся в нём с новым, непривычным чувством и удовлетворением от того, что он наконец-то нашёл то, что так долго искал.
— Значит… мы берём? — спросил он уже без прежнего безрассудства.
— Берём, — подтвердил я. — Микропозицию. Такую, о которой потом не будем жалеть, если она обнулится. Пусть это будет наш рискованный эксперимент. По крайне мере, мы инвестируем не в историю для дураков, а в инженера, который паяет свою плату где‑то в реальном исследовательском центре.
Джейкоб кивнул, и в этой его улыбке была искра великого свершения.
***
Офис погрузился в вечерние сумерки, но свет от планшета Джейкоба освещал комнату холодным сиянием. Мы продолжали искать перспективные компании в области квантовых вычислений. На экране были графики волатильности и длинные колонки финансовых показателей. Джейкоб расхаживал, словно тигр в клетке, изредка тыча пальцем в тот или иной тикер.
— Вот, смотри, IonQ. Говорят, у них самая крутая архитектура.
— Их выручка за последний квартал составляет всего два с половиной миллиона, — тут же ответил я. — Половина денег поступила от государственных грантов. Они сжигают наличные со скоростью света. Это не компания, а очень дорогой и красивый научно‑исследовательский институт на бирже.
— Но потенциал! — не сдавался Джейкоб. — А если они решат проблему масштабирования?
— «Если» и есть ключевое слово. Взгляни сюда, — я переключил окно. — Rigetti Computing старше и опытнее. У них технология базируется на сверхпроводящих кубитах. Это то же, что и у Google с IBM. Они как маленькая лодка, которая пытается обогнать авианосцы. Шансы? Минимальные. Их цена базируется на ожиданиях и надеждах розничных инвесторов, которые, как ты верно подметил, в гаражи не ездят.
Джейкоб задумчиво прикусил нижнюю губу. Азарт боролся в нём с внезапно проснувшейся осторожностью.
— И что же тогда? D‑Wave? У них хоть клиенты есть.
— Клиенты есть, — кивнул я. — Но их квантовые технологии — это специализированные инструменты для узкого круга задач оптимизации.
— То есть все они — мыльные пузыри? — в голосе Джейкоба прозвучало разочарование.
— Нет, — я откинулся на спинку кресла. — Лотерейные билеты с потенциально баснословным, но совершенно непредсказуемым выигрышем. И относиться к ним нужно соответственно.
Я развернул монитор к Джейкобу, где была открыта сводная таблица.
— Наша стратегия состоит не в том, чтобы угадать одного единственного победителя, а в том, чтобы грамотно диверсифицировать портфель. Поэтому я предлагаю вот что.
Пятьдесят процентов капитала вкладываем в фундаментальные активы с акциями Alphabet и Microsoft. Это даже не ставка на их успехи в квантовых технологиях, а возможность извлечь выгоду от роста сопутствующих сервисов и услуг. Их облака, решения в области искусственного интеллекта и бесконечные корпоративные ресурсы. Если квантовая революция случится, они просто купят лидера. Мы в любом случае в плюсе. Это наш тыл.
Джейкоб кивнул, на лице появилось понимание.
— Страховка. Скучновато, но грамотно. Согласен!
Следующая часть портфеля и тридцать процентов капитала, где мы берём не одну «гаражную» компанию, а формируем корзину. IonQ, Rigetti, D‑Wave. Можно даже включить NVIDIA. Да, они имеют косвенное отношение к квантовым технологиям, но они делают инструменты для всех, кто работает в этой теме. Их чипы будут нужны в любом сценарии. Это ставка не на золотоискателя, а на того, кто продаёт ему кирки и лопаты.
— О, это гениально! — Джейкоб буквально всплеснул руками. — Независимо от того, кто найдёт золото, продавец лопат уже в плюсе!
— Именно! Ну и двадцать процентов мы вкладываем в высокорисковые компании, вроде той, что мы с тобой раскопали. Вот здесь, — я уменьшил масштаб графика, — мы можем позволить себе риски, Джейк. Следим за нарративами. Ждём госконтракты, публикации спорных научных статей, выступлений сотрудников компании на конференциях.
В комнате повисла тишина.
— Значит, мы не верим в то, что одна из этих компаний станет новым Google, — медленно проговорил Джейкоб.
— Почему, надеемся, — поправил я его. — И даже инвестируем в это часть денег. Но есть законы рынка, бро. У Microsoft достаточно денег, чтобы скупить любые технологии и направить их туда, куда им нужно. Мы не можем этого знать, поэтому должны диверсифицироваться. Наш грант учёным — это вклад в развитие технологий, а диверсификация портфеля — это реальность, которая позволит нам оставаться на плаву.
Джейкоб подошёл к окну, за которым зажигались огни ночного города. В его отражении на стекле мелькнула знакомая авантюрная ухмылка.
— Ладно, согласен. Я буду следить за новостями и соцсетями. Когда все начнут кричать о прорыве, мы будем уже на выходе.
— Или на входе, чуть раньше всех, — добавил я, и мои пальцы уже застучали по клавиатуре, выставляя первые ордера.
Джейкоб посмотрел на меня, и в этом взгляде было отражение чего‑то великого. Мы были не просто искателями, а настоящими архитекторами собственного будущего, где одна нестандартная мысль могла поменять мир.
(Особая благодарность за лайки и комментарии, которые помогают продвигать книгу!)
Показать полностью