Крепость размером почти с два футбольных поля

Сегодня это место нельзя увидеть с берега таким, каким его видели участники экспедиции Михаила Артамонова. Но сохранились планы, описания и фотографии. Перед археологами находилась прямоугольная кирпичная крепость размером примерно 179 на 118 метров. Стены имели толщину около 3,75 метра. Их усиливали башни, а снаружи находились два рва, соединённые с рекой. Внутри располагалась отдельная цитадель. Эти цифры особенно хорошо показывают масштаб сооружения. Почти четыре метра кирпичной кладки в толщину — это не частокол и не маленький степной форпост. Перед исследователями находились остатки серьёзного укрепления IX века. В археологической литературе памятник известен как Левобережное Цимлянское городище. Именно его Михаил Артамонов отождествил со знаменитым Саркелом — хазарской крепостью, известной по средневековым письменным источникам. Сегодня это отождествление является общепринятым, хотя отдельные исследователи продолжали обсуждать аргументы в пользу других вариантов. Но для истории раскопок важнее другое. Археологи знали об этих руинах задолго до строительства водохранилища.

Саркел начали раскапывать не в последний момент

Это важная деталь, которая часто теряется в популярных рассказах. Советские археологи не обнаружили крепость случайно, когда к ней уже подходила вода. Левобережное Цимлянское городище было известно исследователям ещё в XIX веке. Михаил Артамонов провёл здесь большие раскопки в 1934–1936 годах. Именно его исследования стали одним из главных оснований для отождествления памятника с Саркелом. Но затем появилась причина вернуться. Строительство Волго-Донского канала и Цимлянского гидроузла означало, что огромные территории должны были измениться безвозвратно.

В 1949 году Артамонов снова начал работы в Саркеле — теперь уже в составе Волго-Донской новостроечной археологической экспедиции.

Раскопки продолжались три сезона. 1949-й. 1950-й. 1951-й. Это были уже не просто исследования интересного средневекового памятника. У археологии появился крайний срок.

За стенами обнаружился не просто военный гарнизон

Сначала исследователи восстанавливали устройство самой крепости. Стены. Башни. Рвы. Цитадель. Но постепенно из земли начала проступать повседневная жизнь людей. В хазарских слоях обнаружили длинные сооружения, разделённые на секции, полуземлянки с очагами, наземные дома и колодец. Археологи нашли и сооружения, назначение которых до сих пор нельзя считать абсолютно очевидным. Были погребения людей и животных.

Встречались предметы салтово-маяцкой культуры, а в более поздних слоях — вещи, которые исследователи связывали с другими группами населения степей.

Одна находка позволила особенно хорошо заглянуть в X век. В Саркеле обнаружили монетно-вещевой клад, спрятанный после 954 года.

А в 1949 году археологи нашли небольшую деталь, значение которой стало понятнее значительно позже: литую накладку от шлема.

Исследователи установили, что она крепилась к пластине сфероконического шлема. Подобные шлемы с золочёной поверхностью были распространены в Восточной и Центральной Европе на рубеже I и II тысячелетий.

Так земля постепенно возвращала не абстрактную «историю хазар», а конкретные вещи людей, которые жили здесь больше тысячи лет назад.

Но зачем им вообще понадобилась настолько мощная крепость?

Зачем на Дону построили Саркел

В IX веке Дон находился в сфере интересов Хазарского каганата — одного из крупнейших государств Восточной Европы того времени.

Через степи и реки проходили важные пути, а район Волго-Донской переволоки имел особое стратегическое значение.

Но Саркел интересен ещё и тем, что о его строительстве рассказывает письменный источник.

Византийский император Константин VII Багрянородный писал, что хазарские правители обратились к императору Феофилу с просьбой помочь построить крепость.

Из Византии отправили Петрону Каматиру. Так на Дону появилась крепость, в истории которой пересеклись Хазарский каганат и Византийская империя.

Само название «Саркел» традиционно связывают со значением «Белая крепость» или «Белый дом».

В 965 году крепость захватил князь Святослав Игоревич. Позднее поселение известно как Белая Вежа.

В 1117 году оно было захвачено половцами, после чего его история как населённого места подошла к концу.

Но физически крепость пережила своих строителей ещё на много столетий. И здесь история становится гораздо горше.

Саркел начал исчезать задолго до водохранилища

Представлять события 1952 года так, будто под воду погрузилась целая крепость с высокими башнями и сохранившимися улицами, неправильно.

К моменту археологических исследований Саркел уже был руинами.

За столетия разрушались постройки, менялся рельеф, а кирпич древних стен использовали повторно.

Поэтому археологи раскапывали не «готовый город», который можно было обнести забором и сохранить в первоначальном виде.

Они работали с археологическим памятником. И разница принципиальная.

Главной ценностью были не только кирпичи.

Ценность заключалась в том, где находился каждый кирпич, предмет, очаг, могила и слой земли. Именно по их взаимному расположению археологи восстанавливали историю крепости. Отдельный предмет можно перенести в музей. Археологический слой перенести нельзя.

В 1951 году по этому месту ещё ходили археологи

Сохранились фотографии последних больших раскопок.

На них нет воды.

Есть степь, линии раскрытых стен, квадраты раскопов и люди, работающие среди остатков крепости.

Особенно впечатляет аэрофотосъёмка.

Ещё немецкий воздушный снимок 1943 года зафиксировал Левобережное Цимлянское городище до последних масштабных раскопок.

А фотографии начала 1950-х показывают уже огромную площадь археологических работ. Планы. Раскопы. Расчищенные сооружения. Каждый сезон добавлял новую информацию.

Но календарь одновременно приближал момент, после которого обычные наземные раскопки станут невозможными.

15 января 1952 года началось наполнение Цимлянского водохранилища.

В археологических справочниках именно с 1952 года Саркел уже значится находящимся на его дне. Крепость исчезла с поверхности.

Но теперь возникает самый естественный вопрос.

Почему её не спасли?

Сегодня легко представить простое решение: если известно, что древний памятник затопят, почему бы не перенести его? С отдельным зданием такое иногда возможно. С археологическим городищем -почти нет.

Площадь одной только крепости составляла более двух гектаров, а археологический памятник включал не только остатки кирпичных стен.

Под землёй находились жилища, хозяйственные сооружения, погребения и культурные слои разных периодов.

Чтобы «перенести Саркел», пришлось бы перенести не только сооружения, но и землю вместе со всей последовательностью её слоёв.

Именно поэтому в подобных ситуациях главным способом спасения становится фиксация информации.

Раскопать. Измерить. Зарисовать. Сфотографировать. Сохранить находки. Описать контекст.

Но здесь появляется деталь, которая полностью меняет восприятие этой истории.

Археологи успели исследовать меньше половины

Долгое время в популярных рассказах о Саркеле создавалось впечатление, будто перед затоплением крепость практически полностью раскопали.

Современные исследователи формулируют ситуацию иначе.

До создания водохранилища была изучена значительная часть памятника, однако раскопано менее половины его площади.

То есть спасательные работы сохранили огромное количество информации — но далеко не всю.

Что находилось на остальных участках? Какие сооружения? Какие погребения? Какие предметы? Какие более ранние или поздние следы жизни? На эти вопросы археологи 1951 года уже не успели ответить.

Именно здесь история Саркела перестаёт быть просто рассказом о памятнике, который "раскопали и затопили". Раскопали не всё.

Остальное ушло под воду.

Цимлянское водохранилище в наши дни. После его создания место Левобережного Цимлянского городища оказалось под водой.

Но под водой нет целого средневекового города

Отсюда выросла другая крайность - легенда о «русской Атлантиде».

Иногда Саркел описывают так, будто на дне Цимлянского водохранилища до сих пор стоят крепостные стены, башни и улицы, по которым можно было бы пройти, если убрать воду.

Археологические данные этого не подтверждают.

Высокие сооружения были разрушены задолго до затопления. Значительная часть кирпича исчезла ещё до работы экспедиции.

На дне оказался археологический памятник - остатки конструкций и неисследованные культурные слои.

Это не подводные Помпеи. Но именно поэтому следующая глава истории оказалась особенно неожиданной.

Спустя десятилетия археологи решили вернуться.

Через 67 лет Саркел начали искать снова

После создания водохранилища возникла проблема, которая сегодня звучит почти невероятно.

Точные современные координаты затопленного городища не сохранились. Были старые планы. Фотографии. Аэрофотосъёмка. Археологические публикации. Но поставить точку на современной спутниковой карте оказалось не так просто.

В 2019 году исследователи провели работы по повторной локализации Левобережного Цимлянского городища.

Для поиска сопоставляли архивные материалы с современными данными и исследовали дно водохранилища.

Позднее начались подводные работы с использованием современных дистанционных методов.

Получилась почти зеркальная ситуация.

В 1951 году археологи спешили исследовать Саркел, пока вода ещё не пришла.

Спустя десятилетия их последователи стали искать тот же памятник уже под водой.

И теперь старые фотографии экспедиции Артамонова оказались не просто иллюстрациями к истории археологии.

Они помогают понять, где именно искать исчезнувшую крепость.

Идентификация Саркела тоже оказалась не абсолютно закрытым вопросом

Есть ещё одна деталь, которую популярные статьи обычно обходят.

Большинство исследователей вслед за Артамоновым отождествляет Левобережное Цимлянское городище с Саркелом письменных источников.

Именно такую идентификацию использует Большая российская энциклопедия.

Но в научной литературе появлялись и возражения.

В частности, обсуждалось, насколько археологические особенности Левобережного городища соответствуют рассказу византийских источников о строительстве Саркела.

Предлагались и другие кандидаты. Это не означает, что "археологи не знают, где был Саркел".

Означает другое: даже у знаменитого и десятилетиями изучаемого памятника некоторые вопросы остаются предметом научной дискуссии. И затопление делает проверку таких гипотез значительно сложнее.

Что удалось спасти

Сам Саркел нельзя вернуть в состояние 1951 года.

Но исчезновение памятника оказалось не полным. Сохранились планы. Аэрофотоснимки. Полевые материалы. Фотографии. Коллекции находок. Научные публикации. Археологические материалы раскопок хранятся, в частности, в Государственном Эрмитаже. И благодаря всему этому сегодня можно восстанавливать устройство крепости, изучать отдельные находки и даже заново анализировать материалы экспедиции методами, которых во времена Артамонова ещё не существовало. В этом смысле археологи действительно спасли Саркел. Не стены. Не землю. Не возможность пройти по его территории. Они спасли информацию. Но лишь ту её часть, которую успели зафиксировать.

Историю Саркела часто хочется закончить эффектной картиной затонувшей крепости. Но реальность интереснее. В 1951 году археологи ещё стояли внутри раскопов. В январе 1952-го началось наполнение водохранилища. Менее половины площади памятника было исследовано. Затем место исчезло с поверхности на десятилетия. А спустя 67 лет исследователям пришлось заново устанавливать его положение, чтобы вернуться к Саркелу уже с технологиями XXI века. Поэтому главный вопрос здесь не в том, существует ли на дне "затонувший город". Мы примерно понимаем, что там находится. Гораздо интереснее другое. Под водой осталась часть археологического памятника, которую экспедиция Артамонова не успела исследовать. И мы не можем заранее знать, что именно сохранилось в этих слоях после строительства водохранилища и десятилетий под водой. Получается редкий случай, когда старые раскопки и современные подводные исследования разделяет не просто время. Между ними лежит целое водохранилище.

И потому Саркел всё ещё способен дать новые ответы — если дно сохранило то, до чего археологи не успели добраться в 1951 году.

А как вы считаете: памятник такого масштаба должен был стать причиной изменения проекта водохранилища — или решение провести максимально возможные спасательные раскопки перед большим строительством было оправданным?

Спасибо за внимание! Источник: Загадки человечества

Можно было предполагать древние торговые пути, обмен между далёкими племенами и путешествие маленьких украшений на сотни километров.

Но спустя несколько лет появилась подробная научная публикация материалов раскопок.

И в ней раковины назывались уже совсем иначе.

Что на самом деле обнаружили в кургане

Речь идёт о курганном могильнике Бургуста I в Красносулинском районе Ростовской области. Раскопки здесь проводились в 2017 году.

Памятник оказался многослойным: на протяжении огромного промежутка времени степные курганы использовали представители разных культур.

Особенно интересным оказалось погребение №11 кургана №5.

Исследователи отнесли его к днепро-донской бабинской культуре среднего бронзового века.

В могиле находилась женщина. И вот богатство её украшений — не журналистское преувеличение. Археологи действительно обнаружили целый комплекс предметов, позволивший частично восстановить детали её погребального костюма.

Бронза, сердолик, раковины и даже клыки собаки

Возле останков находились две бронзовые биспиральные подвески — украшения, напоминающие соединённые спирали.

Были найдены небольшие бронзовые трубочки-пронизи, нашивные бронзовые диски, пастовые бусины цилиндрической и двурожковой формы.

В набор входили и сердоликовые бусы.

Но на этом список не заканчивается.

Среди украшений археологи зафиксировали просверленные раковины и просверленные клыки собаки.

То есть необычность погребения совершенно реальна.

Причём некоторые предметы сохранились в таком положении, что исследователи смогли определить, где именно они находились относительно тела. На бронзовых подвесках сохранились даже следы ткани.

Перед нами был не случайный набор вещей, брошенных в могилу. Это части сложного женского костюма. Однако именно здесь газетная история начинает расходиться с научной.

Что писали: "морские раковины в косе"

После открытия погребения в прессе появился эффектный образ молодой женщины с длинной косой, украшенной морскими раковинами.

Её стали называть "невестой бронзового века".

Для популярной статьи сюжет почти идеальный.

Степь. XVII век до нашей эры. До появления знаменитых скифских курганов ещё больше тысячи лет. И вдруг — предметы из моря.

Если раковины действительно были морскими, следующим вопросом неизбежно становилось их происхождение. С Азовского моря? С Чёрного? А может быть, ещё из более далёкого региона? Отсюда оставался всего один шаг до рассказа о неизвестных торговых маршрутах бронзового века. Но научная публикация этот красивый сюжет не подтверждает.

Что оказалось на самом деле: раковины были речными

В подробном описании погребального инвентаря исследователи называют их "сверлёными речными раковинами".

Разница в одном слове полностью меняет историю.

Если раковины речные, использовать их как доказательство путешествия украшений от далёкого морского побережья нельзя.

Исчезает и главный вопрос газетной версии: каким образом морская вещь оказалась посреди степи?

Никакой загадочный морской маршрут из этой находки не следует.

Но это не означает, что первоначальное сообщение было полностью выдумано. Реальными были само женское погребение, его возраст и необычный комплекс украшений.

Преувеличение появилось в интерпретации отдельных деталей. И с "невестой" ситуация похожая.

Была ли она действительно невестой?

Мы этого не знаем.

Красивый погребальный костюм ещё не является доказательством свадьбы.

По украшениям археолог может определить многое: особенности культуры, технологию изготовления предметов, иногда возрастные или гендерные традиции.

Но установить семейное положение человека, жившего почти четыре тысячи лет назад, гораздо сложнее. В научном описании перед нами прежде всего женское погребение.

Поэтому "невеста бронзового века" - удачное журналистское название, а не установленный археологический факт, но если убрать из истории и невесту, и далёкое море, остаётся вопрос гораздо серьёзнее. Почему эту женщину похоронили именно так?

Настоящая загадка оказалась в её костюме

По отдельности многие предметы из Бургусты не уникальны.

Бронзовые пронизи встречаются и в других памятниках. Известны пастовые бусины. Использовались раковины. Сердолик тоже обнаруживают в погребениях бронзового века.

Необычным оказалось их сочетание.

Исследователи сравнили комплекс с другими женскими погребениями и обнаружили сходные элементы.

Это означает, что украшения могли быть не просто личной коллекцией красивых вещей.

За ними могла стоять определённая традиция.

Современный человек способен многое узнать о незнакомце по его одежде. Военная форма, обручальное кольцо или религиозный символ передают информацию без единого слова.

В древнем обществе украшения могли выполнять похожую функцию.

Возраст? Семейное положение? Происхождение? Особый статус?

Какое именно сообщение заключалось в костюме женщины из Бургусты, мы пока не знаем.

Но спустя восемь лет археологи получили неожиданную подсказку.

В 40 километрах нашли похожую женщину

В 2025 году исследователи работали на курганном могильнике Миллеров IV в Ростовской области.

В одном из женских погребений снова появился удивительно знакомый набор.

Там обнаружили бронзовые очковидные подвески, бронзовые трубочки, пастовый бисер и просверленные клыки.

Исследователи обратили внимание на сходство этого комплекса с погребением №11 Бургусты I, находящимся примерно в 40 километрах.

И это существенно меняет картину.

Женщина из Бургусты уже не выглядит обладательницей случайного набора экзотических украшений.

Перед нами начинает проступать традиция.

Возможно, определённое сочетание предметов было характерно для конкретной группы женщин или обозначало понятный людям того времени статус.

Именно здесь начинается настоящая археологическая загадка.

Сенсация исчезла — загадка осталась

История Бургусты хорошо показывает, как меняется археологическая находка после выхода из газетных заголовков.

Писали: морские раковины.

Научная публикация: сверлёные речные раковины.

Писали: «невеста бронзового века».

Что известно точно: женское погребение с необычным комплексом украшений.

Можно было предположить: раковины пришли из далёких морей по древним торговым маршрутам.

Что позволяют утверждать находки: такой вывод именно по этим раковинам сделать нельзя.

Но самое интересное произошло после того, как эффектные версии отпали.

Остались две бронзовые спирали, сердоликовые бусины, металлические трубочки, пастовый бисер, речные раковины и просверленные клыки животного.

А затем в другом кургане обнаружился похожий набор.

Получается, археологи, возможно, нашли фрагменты древней системы знаков, которую люди бронзового века понимали без объяснений.

Мы видим её отдельные «буквы».

Но пока не умеем читать составленное из них сообщение.

И поэтому главный вопрос Бургусты теперь звучит гораздо интереснее: что именно 3700 лет назад окружающие узнавали о женщине, просто взглянув на её украшения?

Ответа пока нет. Но искать его стоит не у далёких морей, а среди других курганов Подонья.

Подписывайтесь на «Загадки человечества». Здесь мы разбираем реальные тайны прошлого и отделяем то, что действительно нашли археологи, от того, что появилось в заголовках позднее.