Это могила Иисуса Христа в японском селе Синго в префектуре Аомори.

https://www.nippon.com/ru/column/g00658/

https://travelvesti.ru/istorii/yaponskaya-derevnya-singo-neo...

Все дело в так называемых «документах Такеноути», всплывших в восемнадцатом веке. В них рассказывается о том, что в возрасте с 21 до 33 лет Иисус Христос жил в Японии, изучал местные язык и культуру. Затем он вернулся в Иудею, совершил все, что написано в Новом Завете, но на кресте его якобы заменил младший брат Исокири.

Согласно этим апокрифическим текстам, Иисус избежал казни, проделал долгий путь обратно в Азию через Сибирь и осел в деревне Синго (ранее известной как Хэрай).Там он буддто женился на японской женщине по имени Миюко, взял себе имя Тенку-Таро-Джурай, прожил до 106 лет и был похоронен.

Синго сегодня — популярный туристический центр. В деревне есть так называемая «Могила Христа» с двумя курганами: в одном, по легенде, покоится сам Иисус, а в другом — левое ухо его брата Исокири и прядь волос Девы Марии. Рядом находится музей, где хранятся древние «документы». Местные жители даже празднуют ежегодный фестиваль, во время которого танцуют вокруг могилы.

Целью поста не является оскорбить чьи-либо чувства. Это художественный текст, фантазия автора. Если тема христианства для вас чувствительна – не читайте это.

Уже два дня то, что было Им – в могиле.

Его тело испустило дух, как испустило бы любое другое, будучи прибитым к древу. В тот момент Он не выглядел исключительнее, чем любой другой, погибший смертью осуждённого бандита. Тело в слезах положили в простую пещеру, вход закрыли плитой.

Два дня.

Он умер. Компания из пяти преданных человек с дня Его смерти сидят за столом, пьют, кувшин за кувшином, вино, и обсуждают произошедшее. Это невозможно... Он не мог просто умереть. Святой пророк воскреснет. Обязательно воскреснет. Не может не сделать этого.

Три дня.

Глубокая ночь. Четверо пьяных умов. Они идут к Его могиле... Один остался ждать дома. Побоялся. Они отодвигают камень и заглядывают внутрь. Измученное тело Йешуа лежит в простынях, пропитанных кровью. По истечению трёх дней израненный Труп наполнил пещеру гнилостной вонью. Один из пришедших в слезах пал на колени, ведь до последнего, пока не отодвинули плиту, он верил, что Тот встретит его, сидя на гробовом уступе.

"Ему нужна наша вера, наша помощь", — сказал другой. Теперь они тащат Его к себе, в дом, – окоченевший смрадный Труп. Упоенные вином они шатаются, с кровавым свёртком на руках, падают и волочат дальше.

То, что было Христом, затаскивают в дом и бросают на кровать. Всего пара свечей разгоняет тьму хижины, что теперь наполнилась пороком и грехом. Тот пьянчуга, что остался дома, в ужасе бранится, молит вернуть тело назад, пока не поздно, и грозится сдать богохульников народу. Раскаялся... Или подвыветрилось вино. Его избивают и бросают в подвале.

Труп на кровати всё так же бездвижен. Решив проверить, преданные мужчины заглянули под простыни. Христос был посиневшим и холодным.

Утро. Близкие Йешуа, навестив могилу, видят, что она разорена и тело украдено. "Враги решили осквернить его захоронение!", – семья и ученики Йешуа гадали, что могло случиться. Боль. Боль от его убийства усилилась болью от разорения могилы.

Похитители в своей хижине молятся возле гниющего тела, умоляя его ожить, целый день. А после – второй. Свёрток обложен душистыми цветами и умазан маслами. Веры в чудо хватило не на долго, с хладного Христа начал стекать трупный сок...

Фанатичный народ зароптал, что Йешуа восстал из мёртвых и сам вышел из своей усыпальницы. Но близкие видели обилие чужих следов на песке в пещере. Его украли. Но пусть народ верит в воскресение... Никому не нужна мерзкая правда.

Надежды похитителей растаяли. Теперь они осознают, покуда выветривается вино, что их поступок это не акт преданности и безоговорочной веры, а ныне – простое надругательство над могилой человека, почитаемого как святого и пророка.

Никто не должен узнать.

Гнилой Труп еще до рассвета вынесли в пустошь поотдаль от лишних глаз, сожгли и засыпали песком. Теперь история окончена.

Свершилось.

Иешуа, только самый обычный Иешуа, не Га-Ноцри, хотя тоже своего рода мученик. Он даже на обычного человека не очень похож. Скорее на героя детского стихотворения Чуковского:"Жил на свете человек, Скрюченные ножки... ". Иешуа был весь скрюченный, перевинченный. Как-будто взяли человека за шкирку и с нечеловеческой силой стали трясти как ковер от пыли. А потом то, что получилось снова бросили под ноги. Такого Иешуа я застал в отделении. Человек Иешуа состоял из нескольких трубок, пакета для приема из организма мочи и пакета для кала. Бесполезный экспонат. Но живёт. А возможно мозг у него функционирует и от понимания этого становится не по себе. Зачем нужна такая медицина, когда ты Иешуа НЕ Га-Ноцри?!

Иешуа здесь звали Йоша. Возможно это сокращение, возможно унифицировали на наш манер. С ним обычно возился только Серёга. Иешуа питал, если он вообще что-то мог понимать, к Серёга литры слюны и покорное мычание. Серёга рассказывал Иешуа про рыбалку, про Люберцы в девяностые, про свою короткую отсидку. Иешуа нужно было мыть каждый день, но мыть аккуратно, так как он совсем не разгибался. У него были ручки скрюченные как у динозавра и ножки, подобранные к подбородку. Само тело напоминало штопор. Безумные глаза смотрели в разные стороны. Иешуа был скорее не пациент, а экспонат.

Зачем то Иешуа тоже должен был присутствовать в общем зале при приеме пищи и просмотре телевизора. Руководство считало, что он тоже человек. Медсестра вливала в один из пакетов специальную жидкую смесь, вешала пакет как капельницу и подключала к трубке, выходящей из живота Иешуа, как материнская пуповина. Всем остальным есть приходилось при помощи помощников, но своим собственным ртом. Давясь и кидаясь едой, пока питательное дерьмо текло струйкой в пуповину к Иешуа.

У Иешуа было особое кресло-каталка. Большое, глубокое, как гнездо глухаря. И в нём, запрокинув голову на весь этот мир, лежал святой или же полный идиот Иешуа, который, говорят, при жизни был неплохим адвокатом.