3 августа в продажу поступил сентябрьский номер журнала Empire. Один из главных материалов выпуска — подробный репортаж со съемок нового эпика Ридли Скотта «Наполеон». Из него мы узнали, зачем режиссер взялся за очередной исторический фильм и с какими сложностями в подготовке к ролям столкнулись Хоакин Феникс и Ванесса Кирби.
Съемки «Наполеона» проходили в течение 62 дней в Англии и на Мальте. Чтобы ускорить процесс, Скотт снимал каждый дубль с восьми камер, а в батальных сценах их число доходило до одиннадцати. Финальная версия картины длится почти три часа, но у Ридли есть «потрясающая версия длиной четыре с половиной часа», где рассказывается о жизни Жозефины до знакомства с Бонапартом. Режиссер надеется, что однажды Apple обнародует и ее.
О чем фильм
Новая работа Скотта посвящена французскому государственному деятелю и полководцу Наполеону Бонапарту, начиная с его происхождения и заканчивая восхождением к статусу императора. Его личность в байопике рассматривается не только через призму личных достижений, но и через отношения с любовью всей его жизни, женой Жозефиной. Фильм охватит известные сражения Наполеона, покажет его амбиции, поразительный стратегический ум и талант военачальника.
Одержимость
Ридли Скотт был одержим мыслью снять фильм о Наполеоне с того самого дня, как впервые об этом подумал. Между зарождением идеи и премьерой картины прошло всего три года.
«Чем старше я становлюсь, тем сильнее пытаюсь избегать проходных фильмов, — рассказывает режиссер. — Я стараюсь сделать каждый следующий проект стоящим, транслирующим какую-то мысль. В данном случае мне не давала покоя одержимость этой женщиной. Мы все знаем, в какого зверя он превращался на поле боя. Знаем, что он мог обманывать, опустошать, убивать. Но ахиллесовой пятой Наполеона была Жозефина. И, что самое интересное, он же совсем ее не впечатлил, этот маленький человечек». По мнению Скотта, Жозефину в Наполеоне в первую очередь интересовали деньги, и, даже став императрицей Франции, она не переставала изменять мужу со своим фаворитом — лейтенантом гусарского полка Ипполитом Шарлем.
Чтобы воплотить свою мечту в жизнь, Скотт нанял сценариста Дэвида Скарпу, вместе с которым уже работал над фильмом «Все деньги мира». «Это был очень тяжелый процесс. Так легко было увлечься всеми этими битвами, но я хотел поговорить о Наполеоне. Так что я заставлял себя вернуться к Жозефине», — признается Скотт.
Наполеон и Жозефина
Скотт ни дня не сомневался в том, кого он видит в роли Наполеона. У него остались самые приятные впечатления от работы с Хоакином Фениксом на съемках «Гладиатора». «Хоакин — один из лучших актеров, с которыми я когда-либо имел дело, — рассказывает режиссер. — Я смотрю на него и думаю: „Этот маленький демон и есть Наполеон. Он даже выглядит так же“». Скотт признался, что именно роль в «Джокере» натолкнула его на мысль о том, чтобы позвать Феникса в проект.
Феникс также вспоминает съемки «Гладиатора» с большой теплотой. Он признается, что с удовольствием поработал бы с Ридли во второй раз и раньше, и Скотт даже предлагал ему время от времени какие-то роли, но его зацепил именно Наполеон.
«Меня поражает, что сложно найти хотя бы двух людей, которые в чем-то согласятся по поводу Наполеона, — изумляется Феникс. — О нем существует столько информации, и большинство источников противоречат друг другу. Если ты хочешь по-настоящему понять Бонапарта, тебе следует самому погрузиться в тему».
Скотт вспоминает, что за две недели до начала съемок Феникс пришел к нему и признался, что понятия не имеет, что ему делать. «И тогда мы сели вместе и в течение десяти дней разобрали весь сценарий — сцена за сценой, деталь за деталью», — говорит постановщик.
Роль Жозефины досталась Джоди Комер, работавшей со Скоттом на съемках «Последней дуэли». Актриса уже начала вживаться в роль, когда была вынуждена покинуть проект из-за совпадения графиков с моноспектаклем Prima Facie, с которым она произвела фурор. «В конечном счете все сложилось к лучшему, — считает Скотт. — Джоди сыграла в шикарном спектакле, а мы получили Ванессу Кирби».
У Ванессы был всего месяц на подготовку к роли. Кирби прочла несколько книг о Жозефине, посетила ее резиденцию Мальмезон и побывала на могиле. Это помогло актрисе почувствовать эмоциональную связь с героиней. Понять ее было гораздо сложнее. «Жозефина — сплошное противоречие. Каждая книга, каждый документ, каждое письмо выставляет ее в новом свете, — делится Кирби. — Стоило мне только подумать, что наконец-то я ее раскусила, как я тут же находила что-то, что совершенно противоречило сложившемуся образу».
Актеры много общались, пытаясь понять, как передать всю сложность и глубину трудных отношений их героев. Так, они договорились сделать что-то неожиданное в сцене развода Наполеона и Жозефины. В результате в одном из дублей Феникс без предупреждений отвесил Кирби пощечину. «Все на площадке затаили дыхание, — вспоминает Скотт. — А скучная сцена внезапно обрела магию».
Никакого героизма
За свою жизнь Наполеон принял участие в шестидесяти сражениях. Скотт перенес на экран лишь некоторые из них. «Как и секс, экшен в фильме может приедаться, — поясняет режиссер. — Люди всегда считают фишкой картины экшен, но блестяще поставленный диалог тоже может им быть, к этому и стоит стремиться».
В фильм попали две крупные битвы с участием Наполеона — Аустерлиц и Ватерлоо. Для съемок Ватерлоо Скотт использовал свыше 800 актеров массовки, многих из них на лошадях. Показывая ход сражения, режиссер охотился не за зрелищными кадрами, а за реалистичностью. «Это и есть жизнь!» — восклицает он.
Феникс рассказывает, что авторы намеренно стремились избежать любого изображения героизма наподобие больших вдохновляющих речей на поле боя. «Я хотел обойтись без всех типичных клише байопиков», — признается актер.
Согласно видению авторов, голодный до власти, секса и вкусной еды, Бонапарт начинает свой путь невнятно бормочущим невротиком, но быстро обретает излишнюю самоуверенность и дерзость, поднимаясь по ступеням карьерной лестницы вплоть до ранга диктатора.
«Я сравниваю Наполеона с Александром Великим. С Адольфом Гитлером. Со Сталиным, — рассуждает Скотт. — Слушайте, он много плохого сделал. Но нельзя не отметить его смелость, его находчивость, его превосходство. Он был невероятен».
Никакого геморроя
Ридли Скотт уверен, что история Европы могла бы пойти совсем по другому пути, если бы не геморрой. «В день битвы при Ватерлоо у Наполеона случился очень сильный приступ геморроя — вы знали об этом? Это все равно что испытывать зубную боль в заднице. Ты ничего не можешь сделать», — говорит режиссер журналистам Empire.
В оригинальном сценарии фильма была сцена, в которой Наполеон утром перед битвой сидит в туалете, затем поднимается и замечает кровь. «И вон он проводит этот день в бою, весь в поту и агонии от геморроя, — продолжает кинематографист. — Дэвид [Скарпа] поинтересовался у меня, не слишком ли это недостойно, но я ответил, что зато исторически достоверно».
Правда, в конечном итоге все упоминания геморроя из фильма вырезали. «Мы решили, что он слишком отвлекает от происходящего», — жалуется Скотт.
«Наполеон» появится в кинотеатрах 22 ноября, а вскоре после этого выйдет и на Apple TV+.
