Музыка

Текстовая версия видео (стенограмма) опубликована с разрешения автора. Видео с рок-оперой, о которой идет речь, размещено в комментариях к этому посту (по просьбам подписчиков).

Сегодня в это уже трудно поверить, но любимая всеми и каждым рок-опера «Юнона и Авось» изначально должна была быть оперой «Слово о полку Игореве». А очень важную роль в мировом успехе постановки сыграл Пьер Карден.

Еще в 1978 году к режиссеру Марку Захарову пришел композитор Алексей Рыбников и показал свои музыкальные импровизации на темы православных песнопений. Услышав музыку, Захаров и предложил поставить музыкальный спектакль «Слово о полку Игореве» и отправился искать автора либретто.

Поиски привели его к Андрею Вознесенскому. Как потом рассказывал Вознесенский: «Молод был, горяч». В общем, Вознесенский разнес в пух и прах идею «Слова о полку Игореве», мол, кому нужны эти славянофильские вирши. И предложил свою поэму «Авось!» об истории любви графа Николая Резанова и дочери коменданта Сан-Франциско Кончиты Аргуэльо.

Марк Захаров влюбился в поэму и решил скрестить музыку Алексея Рыбникова с поэмой Андрея Вознесенского в рок-опере «Юнона и Авось». Благо, долго уговаривать Рыбникова не пришлось.

Но пришлось потратить немало сил на утверждение постановки в коридорах власти. Ну, просто вслушайтесь: главный герой — русский офицер царской России, в постановке используются православные молитвы и даже ария Богородицы, и все это — в советском театре.

А, кстати, в знаменитые 80-е группа «Рок-ателье» Криса Кельми была создана исключительно для записи музыки рок-оперы «Юнона и Авось». И все-таки, каким-то непостижимым образом этот режиссер уникальной проходимости, Марк Захаров, сумел убедить чиновников, и 9 июля 1981 года премьера состоялась.

А спустя еще два года, в 1983, рок-опера «Юнона и Авось» совершила свое первое невероятное путешествие. Постановка попала в Париж. Однажды, увидев «Юнону и Авось» еще в Москве, Пьер Карден дал себе слово, что непременно его любимый Париж увидит это чудо. И Париж увидел, Париж услышал, Париж рукоплескал!

И, как рассказывал в одном из своих интервью Николай Караченцов, во время парижской премьеры, когда звучали те самые знаменитые строчки

Это адмиралтейство и биржу
я уже никогда не забуду,
я уже никогда не увижу...

в зале в голос зарыдал какой-то мужчина.

А потом все тот же Пьер Карден показал «Юнону и Авось» в Амстердаме, Мюнхене, Афинах. И, под новый 1990-й, Ленком прилетел в Нью-Йорк, чтобы в течение 45 дней давать по восемь спектаклей в неделю. Поток желавших увидеть и услышать «Юнону и Авось» не уменьшался.

Свежие «Откуда ноты растут» не пропустите завтра, здесь.