Президент США мечтает о контроле над Севером, пугая и фон дер Ляйен, и канадцев. / Андрей Дорофеев / Коллаж АиФ
Дональд Трамп продавил-таки сделку с Датским королевством и получил контроль над двумя миллионами квадратных километров льда.
«Соединённые Штаты будут обладать неограниченными возможностями делать всё необходимое в Гренландии для обеспечения нашей безопасности и обороны. А главное, мы получили всё бесплатно!» Так что калитку для евросоюзников они всё же заколотят и будут пускать их в Арктику только по большим праздникам.
Ну это ладно, от американцев всегда ждут подвоха, но как теперь политики Дании будут смотреть в глаза главной еврокомиссарши? Получается, пока Урсула фон дер Ляйен выбивала для гренландцев 200 миллионов евро, датчане в это же время сговаривались за её спиной с Дональдом Фредовичем. Всё точно по Гамлету: «Измена среди нас!»
Ледниковый период
Самое интересное, что Кая Каллас тоже неожиданно заговорила про Арктику: «Европейский союз нуждается в увеличении ледокольного флота из-за современных геополитических вызовов — Россия наращивает своё присутствие в Арктике, Китай также проявляет большой интерес к региону». Теперь ЕС будет искать, где строить новые корабли. Финны делают качественно, но Каллас считает, что можно найти варианты и подешевле. Тем более там верфи заняты — Финляндия строит 11 ледоколов для Трампа. Любопытно, что президент США всё то же самое про Арктику и геополитику говорил ещё прошлой осенью. Получается, спустя год это дошло и до эстонки.
Канадский листопад
Премьер-министр Канады Марк Карни заявил, что Страна кленового листа будет самостоятельно выбирать, кого звать на подмогу в торговой войне с Трампом. «Никто не будет диктовать нам, с кем мы можем заключать соглашения на международном уровне, а с кем нет». Решил пободаться с президентом США. Вот и посмотрим теперь, у кого крепче... ну, пусть лоб. Трамп ведь может поставить перед НАТО тот же ультиматум, что и перед Европой: или я, или Канада. И создать северному соседу максимальные проблемы.
Но пока идея интеграции Канады в ЕС многим нравится. Испанский премьер Педро Санчес даже обновил флаг организации — добавил туда кленовый листик. Правда, как-то странно: сбоку припёку. В общий «хоровод» канадцев пока не пускают. Но если уж европейские политики начали собирать гербарий, то тут уж не обойтись без фигового листа. Надо же чем-то прикрыть ту срамоту, что они творят.
Подрезали крылья
Премьер-министр Таиланда Чанвиракун заявил, что иностранцы, которые долго живут в королевстве, должны возвращаться на родину при появлении первых же неприятных симптомов в самочувствии. «Если вы собираетесь умирать, то езжайте и умирайте у себя дома, здесь вам умирать незачем».
Как же должно быть обидно президенту Франции Макрону. Смотрите, через полгода он уйдёт с поста президента Франции, и оппозиция уже пугает уголовным преследованием и тюрьмой. Значит, придётся бежать за границу. И Таиланд в этом смысле был бы идеальным местом. Договора о выдаче преступников между странами нет, опять же, Брижит там будет гораздо уютнее среди своих.
Всё почти по Маяковскому: «Я хотел бы жить и умереть в Париже, если б не было такой земли — Таиланд». Но теперь Макрону придётся искать другие варианты.
Октябрь 1976 года, Нью-Йорк, международный аэропорт имени Кеннеди. За окном — обычная серая рутина грузового терминала Building 261 немецкой авиакомпании Lufthansa. Работяги лениво гоняют кары, самолёты взлетают, жизнь идёт своим чередом. И тут местный грузовой агент Луис Вернер вместе со своим закадычным напарником Питером Грюнвальдом подходят к только что прибывшему рейсу 493 из Франкфурта и на самых спокойных щах уносят мешок с западногерманскими марками. Без шума, без пыли, на двадцать две тысячи долларов. Грюнвальд, как заправский дачник, не придумал ничего лучше, чем просто закопать свою долю на загородном участке.
Спросите, откуда посреди рабочего ангара мешки с деньгами? Всё до банального просто: в Западной Германии стояли гарнизоны американских солдат, летом туда валили толпы туристов, а немецкие банки потом центнерами слали обратно на историческую родину немаркированные баксы и другую валюту. Причём самым будничным образом — обычными коммерческими рейсами. В Chase Manhattan Bank эти деньги таскали рядовые складские клерки в засаленных робах. Вернер крутился здесь с 1968 года и внутреннюю кухню изучил до последнего болтика.
Дальше началась криминальная комедия: знакомый бухгалтер Уильям Фикетти марки быстренько отмыл, Грюнвальду отсыпали пять тысяч, а остальное забрал Вернер. В Lufthansa пропажу просто списали на производственные издержки, полиция даже ухом не повела, и стало окончательно ясно: грузовой терминал защищён ничуть не лучше, чем придорожная лавка с капустой.
Но распоряжаться финансами Вернер решительно не умел. Хватило его ровно на два года. Карты, скачки, безудержный азарт — и вот доля испарилась, а сам клерк обнаружил себя в глубокой финансовой яме с долгом за двадцать тысяч баксов. Среди тех, кому он задолжал, оказался гражданин Мартин Кругман. Днём этот персонаж держал в Куинсе салон париков под гордым названием «For Men Only», а по вечерам выбивал карточные долги самыми малоприятными методами.
Когда парикмахер прямо намекнул, что шутки кончились и в ход пойдут аргументы потяжелее, Вернер понял: надо идти ва-банк. Загнанный в угол складской гений выложил Кругману расклад: в хранилище терминала регулярно ночует до двух миллионов долларов наличкой, охрана там чисто для мебели, а он, Луис, знает все коды сигнализации, графики дежурств и тайные тропы. Кругман почуял запах космического бабла, прикинул перспективы и набрал телефон мафиозного решалы Генри Хилла.
Сборка преступного механизма
Хилл, здраво рассудив, что куш слишком жирный для мелкой сошки, понёс наводку человеку посерьёзнее — Джеймсу Бёрку, более известному публике как «Джимми Джентльмен». Базировался сей благородный дон в баре Robert’s Lounge в Южном Озон-Парке. Бёрк держал банду отпетых налётчиков и ходил в любимчиках у верхушки мафиозной семьи Луккезе. Из-за ирландской крови официальный билет в Коза Ностру ему не светил, но авторитет у мужика был железный. К рассказам про миллионы на блюдечке Джимми отнёсся с вежливым скепсисом: сказки сказками, а на дело они пойдут только тогда, когда на руках будут подробные чертежи здания и схемы обхода всех электронных ловушек.
К тому же полезть в аэропорт нахрапом было верным способом отправиться кормить рыб: весь грузовой сектор намертво держал капо семьи Луккезе Пол Варио через ручные профсоюзы водителей. Без благословения синьора Варио гостей повязали бы прямо на шлагбауме. Бёрк отправился на поклон к мафиозному боссу и отписал ему за крышу солидный кусок пирога. Следом пришлось договариваться с конкурирующей фирмой — семьёй Гамбино. Их человеку Паоло ЛиКастри пообещали двести тысяч зелёных за нейтралитет и помощь в сбыте награбленных цацок. Ещё полмиллиона за свои скромные посреднические услуги нагло потребовал парикмахер Кругман.
Вернер тем временем подогнал банде первоклассную фактуру: подробнейший план здания Building 261, дубликат служебного ключа, расписание смен охраны и схему шлюза главного сейфа. С сейфом был критически важный нюанс: внутреннюю бронированную дверь категорически запрещалось открывать, пока внешняя створка не заперта наглухо, иначе тихая тревога мгновенно улетала на пульт полиции аэропорта PAPD. А заветный шифр от замка держал в голове всего один человек — начальник ночной смены Рудольф Айрих. Напарнику Грюнвальду Вернер сунул десять тысяч долларов, чтобы тот на время забыл английский язык и не отсвечивал.
В пятницу, 8 декабря 1978 года, пришёл заветный манифест: птичка прилетела, в терминале выгрузили колоссальную партию свежей валюты.
Ловушка на уик-энд
В обычные дни броневики Brinks забирали такие суммы за пару часов, но регламент есть регламент: инкассаторам строго-настрого запрещалось принимать ценности при малейшей помарке в таможенных бумагах. Вернер включил режим образцового бюрократа и принялся дотошно выискивать неточности, затягивая оформление каждой строчки, пока рабочий день инкассаторов не истёк. Броневик уехал ни с чем, а миллионы остались лежать в сейфе на весь уик-энд — аккурат до пяти утра понедельника, 11 декабря.
Бёрк собрал ударную группу из проверенных бойцов: Томас ДеСимоне, Анджело Сепе, Джо Манри, родной сынок Джимми — Фрэнк, а также диспетчер Air France Роберт Макмэхон, знавший служебные лабиринты аэропорта как свои пять пальцев. Водителем чёрного фургона Ford Econoline взяли Парнелла «Стэкса» Эдвардса. Инструктаж для него был предельно прост: сразу после дела отогнать тачку в Нью-Джерси на автосвалку некоего Клайда Брукса и лично проследить, чтобы гидравлический пресс превратил фургон в аккуратный металлический кубик.
Около трёх ночи 11 декабря налётчики тихо перекусили замок на внешних воротах. Случайный дежурный Керри Уэйлен заметил подозрительный микроавтобус, но Анджело Сепе оперативно отоварил его рукояткой револьвера по голове, забрал водительские права и доходчиво объяснил: если дёрнешься, мы знаем твой адрес и перестреляем всю семью. В 03:15 налётчики открыли дубликатом служебную дверь, быстро спеленали десятерых сонных сотрудников пластиковыми хомутами и согнали пить кофе в кафетерий.
В половине четвёртого старший агент Мюррей под прицелом помповика вызвал по интеркому начальника смены Айриха. Ничего не подозревающего босса втолкнули в тамбур, аккуратно захлопнули за ним внешнюю бронедверь и вежливо попросили накрутить комбинацию.
Под прицелом помпового ружья смертельно напуганный начальник смены медленно набирает комбинацию замка бронедвери, понимая, что один неверный щелчок поднимет тревогу.
А внутри парней ждал сказочный сундук сокровищ: 72 ящика с пачками стодолларовых купюр на пять миллионов и россыпи драгоценностей ещё на 875 тысяч. В 04:21 фургон с рекордным уловом в 5,875 миллиона долларов не спеша покинул территорию. Вся операция заняла ровно 64 минуты, и при этом никто даже не выстрелил.
В бруклинском гараже Джимми Бёрк лично принял ящики под свой железный контроль, перепрятал добро и ещё раз строго напомнил Стэксу: пулей на свалку, уничтожить фургон!
Катастрофа у пожарного гидранта
В 04:30 Айрих кое-как освободился от пут и поднял тревогу. Терминал наполнился воем сирен, на место слетелись агенты ФБР и специальная ударная группа Brooklyn Strike Force под началом федерального прокурора Эдварда Макдональда. Но в хранилище — идеальная пустота: ни гильз, ни отпечатков, ни зацепок.
И тут в дело вмешался великий и беспощадный человеческий фактор.
Стэксу Эдвардсу было откровенно в лом тащиться глухой ночью в какое-то там Нью-Джерси. Вместо свалки он свернул к своей подружке в Бруклин, славно дунул травы, залил всё это дело алкоголем и вырубился. А чёрный Ford Econoline припарковал прямо у пожарного гидранта под знаком «Стоянка запрещена». Гений чистой красоты.
Утром 13 декабря бдительные патрульные буднично эвакуировали неправильно припаркованную колымагу на штрафстоянку. Там внимательный коп с удивлением обнаружил заклеенные изолентой фары, подозрительно похожие на ориентировку. Эксперты налетели коршунами: с руля сняли идеальные пальчики Эдвардса, в салоне нашли следы крови бедолаги Уэйлена, а протектор шин и следы обуви легли в протоколы один в один.
Досье Стэкса за пару часов вывело ФБР прямо на бар Robert’s Lounge к Джимми Бёрку. Самое дерзкое ограбление в истории рассыпалось за трое суток. Прокуратура мгновенно выбила ордера, и 14 декабря агенты плотно обложили любимое питейное заведение Джимми микрофонами и наружкой.
Организатор налета Джимми Бёрк наблюдает из окна своего бара за машинами наружного наблюдения ФБР, осознавая, что полиция вышла на его след.
Каннибальская чистка
Заметив за окнами характерные хмурые лица в плащах, Бёрк собрал подельников и на чистом английском приказал: сидеть тихо, не отсвечивать и не тратить ни единого цента. Но куда там! Тормоза сорвало в тот же день. Луис Кафора тут же прикатил домой на новеньком розовом «Кадиллаке Флитвуд», купленном любимой супруге. Анджело Сепе пересел на блестящий спорткар, а отморозок Томми ДеСимоне начал разгуливать по улицам в кричащих костюмах за бешеные деньги.
Масла в огонь подливал парикмахер Кругман: мужик впал в лютую панику, закатывал в баре истерики, орал, требуя свои полмиллиона комиссионных, и на эмоциях грозился сдать всю контору властям. Джимми Джентльмен оценил перспективы и рассудил просто: нет свидетелей — нет обвинения.
18 декабря 1978 года ДеСимоне и Сепе навестили любителя поспать Стэкса Эдвардса и всадили ему шесть пуль в голову. Кровавый конвейер заработал на полную мощность, и банда принялась с аппетитом пожирать саму себя.
6 января 1979 года Мартин Кругман наконец-то отправился на долгожданную встречу с Бёрком за своей долей — и больше его никто не видел (спустя семь лет суд признает его умершим). 14 января ликвидировали самого Томми ДеСимоне: парня красиво заманили на фальшивую церемонию посвящения в мафиозные боссы, где вместо членства в Коза Ностре выписали билет на тот свет.
17 января работяги открыли мясной рефрижератор и остолбенели: на крюке висел промёрзший труп ростовщика Ричарда Итона. Бёрк лично задушил его за какую-то мутную пропажу денег во Флориде — паранойя организатора вышла на околоземную орбиту. Бёрк валил всех за любое подозрение, к слову, Итон к ограблению не имел никакого отношения.
В марте бесследно испарился Кафора вместе со своей женой и злополучным розовым «Кадиллаком». 15 мая 1979 года, буквально за сутки до дачи показаний перед большим жюри присяжных, в салоне машины нашли аккуратно застреленных Роберта Макмэхона и Джо Манри. Единственным человеком, кто реально разжился на этом деле, остался босс Пол Варио, забравший свою долю за крышу. За семь месяцев Джимми методично перебил почти всю свою банду, превратив рекордный куш в братскую могилу.
Асимметричное правосудие
Поняв, что потенциальные информаторы заканчиваются быстрее, чем агенты успевают выписывать повестки, прокурор Эдвард Макдональд плюнул и вернулся туда, откуда всё начиналось — к персоналу Building 261.
Федералы быстро взяли в оборот Луиса Вернера и Питера Грюнвальда. Когда Грюнвальду ласково напомнили про закопанные в 1976 году немецкие марки, парень моментально сломался. Выбив себе полный судебный иммунитет, он нацепил под рубашку микрофон и записал душевные откровения своего лучшего друга Вернера. 18 февраля 1979 года наводчика арестовали, а в мае впаяли пятнадцать лет строгача. Вот такой парадокс правосудия: единственным осуждённым за «ограбление века» оказался безоружный складской клерк, которому с этой горы баксов не перепало вообще ничего, кроме списания старого карточного долга.
Прямых улик против самого Бёрка у следствия не было: парикмахер исчез, а остальные участники надёжно молчали на два метра под землёй. Но 27 апреля 1980 года с увесистой партией кокаина совершенно случайно попался Генри Хилл. Посидев в камере и узнав от добрых людей, что Варио и Бёрк уже примеряют ему деревянный макинтош, Хилл решил, что мафиозная романтика себя исчерпала. В мае 1980 года он бодро подписал соглашение о вступлении в федеральную программу защиты свидетелей WITSEC.
Загнанный в угол мафиозный связной Генри Хилл в тайном гостиничном номере подписывает соглашение о защите свидетелей, навсегда разрывая связи с мафией.
Разгром без возмездия и деконструкция мифа
Хилл вывалил агентам гору компромата на нью-йоркскую мафию, но вот незадача: сам он в ангар не лазил. Для железного приговора по делу Lufthansa его показаний в суде не хватало, и привязать Бёрка к налёту прокуратура так и не смогла. Впрочем, Джимми всё равно упаковали: в 1982 году ему влепили двенадцать лет за аферы со ставками на студенческий баскетбол, а чуть позже накинули двадцатку за найденного на мясном крюке ростовщика Итона. 13 апреля 1996 года Джимми Бёрк тихо скончался от рака в тюремной больнице, унеся тайну денег с собой в сырую землю.
Капо Пол Варио умер на тюремных нарах в 1988 году за банальный профсоюзный рэкет. Анджело Сепе, чудом переживший кровавую жатву Бёрка, добегался до 1984 года и словил шальную пулю в банальной разборке из-за наркоты.
Голливуд, разумеется, мимо такой истории пройти не мог. Мартин Скорсезе в «Славных парнях» знатно всё романтизировал, повырезал настоящих наводчиков, переписал факты и превратил дикую резню в стильный рок-н-ролльный клип под хорошую музыку. В жизни всё было куда грязнее, глупее и страшнее.
В июне 2013 года агенты ФБР решили тряхнуть стариной и загнали отбойные молотки в подвал бывшего дома Бёрка — думали наконец-то откопать легендарные миллионы. Вместо баксов из-под бетона извлекли лишь кости стукача Пола Каца, которого Джимми прикопал там ещё в далёком 1969 году.
А в 2015 году фарсом закончился процесс над дряхлым капитаном семьи Бонанно Винсентом Асаро. Ключевой свидетель обвинения соловьём заливался в зале суда, доказывая, как лично бил рукояткой пистолета Уэйлена. Вот только в зал вошёл сам пожилой Уэйлен со старым шрамом на голове и спокойно заявил: бил его покойный Сепе, а этого деда он видит впервые. Присяжные пожали плечами и Асаро вчистую оправдали.
Спустя сорок с лишним лет после того, как чёрный фургон растворился в промозглом утреннем бруклинском тумане, расследование упёрлось в глухой бетонный тупик. Ни одной стодолларовой бумажки и ни единого драгоценного камушка из партии почти на шесть миллионов спецслужбы так и не увидели. От величайшего преступного триумфа остались лишь пыльные судебные тома, десяток безымянных могил да пятнадцать лет строгого режима для несчастного складского лудомана.
Больше историй о реальных ограблениях, аферах и преступлениях — в Case Vault
Зимой Дания всерьёз готовилась отбиваться от Америки. Вашингтон тогда требовал отдать или продать ему Гренландию, намекая на силу. Датское Минобороны подтвердило, что указ 1952 года в силе: при вторжении военные на острове «могут немедленно открыть огонь на поражение без предупреждения высшего руководства». Дания и Гренландия впервые в своей истории провели учения по отражению американского вторжения, а Дональд объявил пошлину в десять процентов восьми европейским странам до «полного и окончательного приобретения Гренландии».
Европа тем временем примеряла каску. Bloomberg в июле писал, что европейские чиновники обсуждали, «в какой момент их обязательства перед НАТО могут потребовать от них вступить в борьбу с США». А 22 сентября на Генассамблее ООН Дональд, премьер Дании Метте Фредериксен и премьер Гренландии Йенс-Фредерик Нильсен подписали соглашение, по которому безопасность острова переходит под контроль Вашингтона. Достаётся она США, по словам Дональда, «без каких-либо финансовых затрат» и на бессрочной основе.
Начинка богатая. США получают право расширить Питуффик, бывшую базу Туле, где сейчас около 150 американских военных, и создать два новых объекта. Подлодки смогут скрытно ходить подо льдами, на Питуффике стороны согласились разместить элементы «Золотого купола», а попытки стран вне НАТО и ЕС закрепиться на острове Вашингтон фактически сможет блокировать.
«В случае если Гренландия воспользуется своим правом на самоопределение ради обретения независимости, правительство Королевства Дания и правительство Гренландии совместно обеспечат, чтобы независимое гренландское государство согласилось остаться в НАТО».
Самоопределяйся сколько хочешь, маршрут уже утверждён. Причём с первого дня независимости Гренландия обязана взять на себя и оборонный договор Дании с Вашингтоном 1951 года.
Дональд назвал документ «грандиозным успехом», Фредериксен заявила о «новой вехе», а на вопрос, не будет ли он впредь пытаться завладеть Гренландией, американский президент ответил загадочной улыбкой. Госсекретарь Марко Рубио объяснил, почему датчане согласились: «у них нет необходимых финансовых средств, чтобы защитить Гренландию». А датские и европейские комментаторы почти единодушно оценивают сделку как «выгодную», ведь изначально США хотели куда большего. Хотели отобрать весь остров, забрали ключи от него, и в Европе это считают удачей.
Колумнист Bloomberg Лионель Лорен на этой неделе написал в колонке, что Европу «разжаловали до статуса наблюдателя». Повод у него был другой, визит Си Цзиньпина в США, но гренландская иллюстрация вышла нагляднее. Москва смотрит спокойно: замглавы МИД Сергей Рябков предупреждал, что если в Гренландию начнут внедрять элементы «Золотого купола», «это будет уже ситуация, требующая военно-технических компенсирующих мер».
Дональд назвал сделку «мечтой, ставшей явью» для Америки. Датчане, которые ещё недавно учились отражать американское вторжение, сами вписали американцев в охрану острова бессрочно. С такими союзниками никаких захватчиков не надо.
США, Нью-Йорк, 50-е годы. "Героиновая эпидемия". В Нью-Йорке проживало до половины всех зарегистрированных наркоманов страны (при том что город составлял лишь 4–5 % населения США). Эпидемия концентрируется в бедных районах: Гарлем, Восточный Гарлем, Южный Бронкс. Здесь купить герыч было проще, чем пачку сигарет - на одной улице могло быть с десяток дилеров, а то и больше. Опиум-сырец легально выращивается в Турции, откуда приходит в Марсель, где корсиканские криминальные кланы развернули сеть подпольных лабораторий. В порты Нью-Йорка очищенный товар доставляют семьи небезызвестной Козы Ностры.
Нью-Йорк, 1954 год. Молодой человек по имени Джордж Сильва, умерший от передоза, лежит на ступеньках многоквартирного дома
СССР, 1954 год. Запуск первой в мире атомной электростанции (1954) – Обнинской АЭС
СССР, 1957 год. Всемирный фестиваль молодёжи и студентов. Его участниками стали 34 тыс. человек из 131 страны — такого количества гостей впоследствии не принимал ни один из подобных фестивалей.
Бельгия, 1958 год. На Всемирной выставке Expo 58 в Брюсселе (Бельгия) устроили "конголезскую деревню", которую позже назовут человеческим зоопарком.
Посетительница "человеческого зоопарка" дает банан девочке
Алжир, 1956 год. Убит Амеде Фроже (Amédée Froger) — мэр коммуны Буфарик и председатель Федерации мэров Алжира, ярый сторонник "французского Алжира". На следующий день на похороны в Алжире собрались тысячи европейцев (не только французы, но и испанцы, итальянцы, мальтийцы). После церемонии толпа начала нападать на всех встречных алжирцев: избивать палками, камнями, стрелять, громить магазины и кафе. Убито от 10 до 20 человек (по разным оценкам), десятки тяжело избитых и покалеченных. На следующий день алжирцы наносят ответный удар, приведя в действие бомбы на автобусных остановках в европейских кварталах, также убив и покалечив десятки человек.
Сообщение в газете об убийстве Амеде Фроже
СССР, 1954 год. Начато строительство Братской ГЭС - одной из крупнейших ГЭС в мире и до сих пор первой по среднегодовой выработке гидроэлектростанции России.
Пять дней (5–9 декабря) город накрыл густой ядовитый смог из угольного дыма и тумана. Видимость упала почти до нуля, транспорт остановился. По официальным данным погибло около 4 тысяч человек, современные оценки — до 12 тысяч.
Великий смог Лондона, 1952
50-е годы, СССР. Главный курорт советского Дальнего Востока на базе углекислых минеральных вод Шмаковка. Здесь были введены в строй капитальные спальные и лечебные корпуса военного санатория и профсоюзной здравницы "Изумрудный", а курорт получил всесоюзную категорию. Статус всесоюзных курортов получают также Пицунда (Абхазская АССР), Юрмала (Латвийская ССР), Джермук (Армянская ССР), Иссык-Куль (Киргизская ССР).
Пицунда в советские времена
Италия, 1954 год. Осенью 1954 года по всей Италии прокатилась настоящая истерия: более 1200 сообщений об НЛО. Люди видели "марсиан", "гномов", светящиеся объекты, "ангельские волосы" (тонкие нити, падающие с неба). Молодые парни из города Традате решили приколоться на фоне всеобщей истории. Они соорудили на футбольном поле "летающую тарелку" (из дерева, целлофана и подручных материалов) и переоделись в марсиан.
Один из очевидцев (вернувшийся из кинотеатра) увидел объект, побежал в ближайшее кафе и поднял всех. Около десяти человек выбежали на поле. Увидев «инопланетян», они начали кидать в них камни, а потом притащили ящик с помидорами и стали кидаться помидорами. По сообщениям газет, камни якобы отскакивали от невидимого силового поля, а собака одного из свидетелей остановилась и завыла. Потом тарелка якобы взлетела вертикально вверх с истошным звуком.
Обложка итальянского журнала, 1954 год
На этом фото обложка журнала La Domenica del Corriere. Художник Вальтер Молино нарисовал сцену встречи крестьянки Розы Лотти с двумя маленькими инопланетянами из веретенообразного объекта в Ченнине (Cennina, провинция Ареццо).
СССР, 1959 год. 2 января 1959 года запустили станцию «Луна-1». Она прошла вблизи Луны, передала на Землю важные сведения и вышла на орбиту вокруг Солнца. А уже 12 сентября 1959 года стартовала «Луна-2». Это была первая в истории станция, которая достигла поверхности Луны. Кажется, на этом можно уже было успокоиться, но 4 октября 1959 года в полет отправилась «Луна-3». Она обогнула Луну и впервые в истории сфотографировала её обратную сторону.
В ходе визита председателя КНР в Белый дом Трамп провел его по так называемой «президентской аллее славы» в западном крыле, где американский лидер разместил портреты своих предшественников.
Дойдя до места, где располагается табличка с именем Байдена, Трамп сакцентировал внимание китайского коллеги на ней и на фото авторучки. Тот рассмеялся.
Трамп регулярно заявлял, что в ходе своего президентства Джо Байден не принимал участия в политике США, а указы подписывались без его участия и с использованием авторучки.
