9AHHYLLIKA6

— Удушающий? — я почти простонал. — Пять минут отдыха сначала. А потом выход отработаем, хорошо?

Она посмотрела упрямо. Я взъерошил волосы, поднялся:

— Кофе будешь? - бросил ей.

Лиза кивнула, откинулась на валик дивана. Я запустил кофемашину. Вернулся, присел 1к Лизе.

— Как нога? — мягко ощупал ступню, пальцы. — Я слышал хруст во аремя удара. Болит?

Лиза помялась:

— Кхм, — она запнулась, — ничего страшного.

Сложила ноги под себя. Подняла глаза, смущённо улыбнулась. Я поднялся. Прошёл к раковине, приготовил кружки.

— Лекс, а как ты здесь оказался?

— В смысле? — уточнил, не оглянулся.

— Ну, вот здесь, в бункере?

— По службе мимо проезжал, приметил место. Потом вернулся, осмотрелся, и возникла шальная мысль… — тут посмотрел на неё.

— Какая же?

— А такая: навёл справки, Пал Викторович помог, и выкупил эту рухлядь у министерства. Дорого, конечно. Зато… Я здесь свободен.

— Ммм… Здорово — свободен… — кивнула Лиза.

Одуряющий кофейный дух разнёсся в воздухе. Машина пискнула, я налил горячий напиток, достал печенье.

— Пойдём перекусим? — отнёс к столу.

Лиза присоединилась. Пододвинула кружку, подула.

— И давно ты здесь?..

Я наморщил лоб.

Два года?..

Неделя после выписки из госпиталя. Так, лёгкая контузия. В голове туман. Звериная тоска не давала покоя, хоть кожу на себе дери...

…Дни тянулись, на задания не выпускали, а если давали, то мелкие, под носом у полковника…

…Я часто выходил на прогулку, не прячась. Зимний ветер пригорода Гюмри вымораживал мою боль. Полковник не раз делал мне выговор за то, что доклады о моём сумасбродстве во время службы…

…Капитан, пройдите в штаб, вас зовут. «Очередной вызов»…

…В общем, Лёш, наша миссия здесь окончена, сынок. Нас переводят в региональное отделение… В мир…

…Серый, с виду, обычный город. Люди кругом, всё-всё снуют, бегают, торопятся. Голова кругом…

…Серая неприметная конторка… Хотя бы под началом Пал Викторовича…

Сергея и Диму отправил под моё руководство... Даже неловко как-то...

…Квартира съёмная однокомнатная, соседка с цепким взглядом по лестничной площадке — Лена…

…поморщился...

— Ле-екс?

Я мотнул головой — запах кофе, свет из окна кухни, и Лиза передо мной в напряжённом ожидании сморщила губы.

— М? — я проморгался.

— Всё в порядке?

— Так точно. Да.

— Ты не ответил…

— А, два года назад Панкратова перевели сюда. Он наш штаб подтянул по возможности с собой. Ничего удивительного. — я хрустнул печенькой. Лиза отпила, глянула на меня, не поднимая головы. Она уже собрала волосы в косу, выглядела вполне обычной, тихой. И не скажешь, что недавно здесь был гам и Лиза источала эмоции.

Она мерно попивала кофе с печеньем, её взгляд блуждал по кухне-гостиной.

— А ремонт ты сам делал?

— А Джамшут и Равшан помогали… — я улыбнулся. — Нет конечно, больше полгода ушло, чтобы стены укрепить, и коммуникации наладить. Потом бригада за три месяца отделкой занимались. А я на съёмке жил. Ключи получить успел и через пару месяцев локдаун.

— Значит, где-то года три? Ну и как локдаун?

— Не напоминай. — я прижал пальцами глаза у переносицы. — Это как на передке, и то на передке легче было. Мир с ума сошёл будто… Задание там одно муторное было, а тут ещё и к наведению правопорядка привлекали, эти тупые облавы на гражданских, блокпосты. Потом «Спутник» — я закатил eyes, — и куар-коды эти. Про маски отдельный дурдом… Давай не будем. — я накрыл лицо ладонями.

— Ты прав, давай не будем. — Лиза заглянула в кружку, допила остатки. Мой кофе остыл. Я поморщился, выпил залпом.

— Здесь красиво? Я днём даже толком не выходила…

— Действительно, — глаза забегали в смятении, — ты тут сидишь, толком солнца не видишь… Может, выйдем?

— Лекс, ты мне зубы не заговаривай, — она потянула, — сначала приём, потом так и быть — гулять по местным красотам…

Я скривил губу.

— Ладно, пошли. — поднялся, взял кружки, быстро помыл. Лиза подошла с коробкой печенья, убрала в шкаф. Вернулась к дивану, села на ковёр.

Я убрал кружки, поплёлся следом.

«Неугомонная». — пригладил затылок.

— Это не вся сила. Сможешь вырваться? Давай попробуем. - решимость наполнила меня изнутри.

Она вывернула руки, но вскрикнула. На сердце вмиг похолодело, а с ним и решимость испарилась. Я сбросил клещи. Лиза подняла глаза, потерла запястья, но кивнула. Я поджал губы.

— Поняла, почему я не хотел? - опустил глаза.

— Угу.

— Знаешь не пытайся лучше вывернуться, а делай так, чтобы противник сам тебя отпустил. Применяй болевые.

Лиза вновь подняла руки, кожа покрасневшая, глаза влажные, но полны решимости. Я смерил её взглядом.

«Хм… Отважная лисичка. Упёртая. Видал я похожих. Тех, кому мирной жизни не хватило. И видал как их потом ломали». — я закрыл глаза, провёл ладонью. — «Блин, не хочу…» — сухо сглотнул. — «И дело не в гримасах, а в отношении. Не желаю ей оказаться там… Где…» — губы поджались.

— Лекс, что опять? — наклонила голову Лиза. — Ну, я поняла, да — больно, бывает. Проехали. Помоги мне научиться избегать этого.

«Верно, я могу помочь…» — я опять взъерошил волосы. — «Ради этого можно потерпеть. Сопли распустил. Х-х».

«Тяжело в учении — легко в бою» — твердили со всех сторон всегда. — «Здесь —тоже учеба».

— Тогда не плачь... - сказал не зная кому.

Я выдохнул, расправил руки, размял пальцы на ходу. Вспомнил чему учили, и как учили. Посмотрел на неё, как сквозь неё, и приготовился.

«Начну с футболки, а то заплачет». - Без слов и предупреждения подался вперёд, схватил, натянул футболку на груди до скрипа. Лиза ахнуть не успела. Зависла на кончиках носков, бешено захлопала глазами. Я дёрнул бровью, прищурил глаз:

— Я сейчас держу, - почти цинично, - а могу швырнуть, скрутить, опрокинуть. Твои действия? Как вырваться, не порвав ткань?

Она схватилась за запястье рукой. Я покачал головой.

— Ошибка. — сухо констатировал, сорвал её ладонь с моего запястья. Вскинул голову. — Думай...

«Вообще-то есть один быстрый приём. И если догадается?..» — шея взмокла, копчик напрягся, но я все же подождал ещё.

— Хм? — Лиза посмотрела искоса на меня, вскинула свободную руку на мой локоть. Получила опору, Я всё понял и сместил бедро боком. Её носок тут же скользнул по мышце. Я ощутил слабый хруст её стопы, довольно улыбнулся.

«Догадалась».

Нога отдернулась:

— Ай-сф! — Лиза неприятно сморщилась.

— А ты злючая… — прищурился я, не удержался от ухмылки. — Поддерживаю.

Гримаса слетела, и Лиза тут же надулась — поняла, что я прочитал её уловку с ударом в пах. Тогда я освободил её руку.

— Давай теперь сделаем размыкание: оберни мои костяшки ладонью и разжимай. Упри локоть в свои рёбра для опоры. Резко разжимаешь замок, а другой давишь на основание большого пальца. Ногу отведи назад.

Она упёрлась, пыхтела, пытаясь отжать мой зажим. Пальцы немного поддавались, но…

«Фитнес с атлетикой. Всё равно маловато для хвата. Хоть и гавнюк этот кабан был, но сказал верно: „поколение бессмертных”».

— Я подожду, жми, но не выдохнись, а то станешь колбаской. — подковырнул я, хотя у самого рука уже дрожала держать её почти на весу.

Лиза сердито прищурилась, фыркнула, сдула прядку волос с лица и стала упрямее отжимать пальцы. Ткань наконец-то выскользнула. Лиза отскочила, покачнулась, выпрямилась.

Я удовлетворительно кивнул:

— Пойдёт. Отдышись пока. — потёр ладони и упёр руки в бока, согнулся отдышаться. — Ты была достойна и даже нашла два выхода.

«А я, если честно, даже чуть не подставился…» — я потёр переносицу. — Но запомни: не выдавай своих намерений. — я с ухмылкой указал ладонью на «непоражённую цель» её носка.

Лиза скорчилась и показала кончик языка.

«Поняла». — я улыбнулся, размялся. — «Ладно. Достаточно. Дальше…»

— А теперь немножко о ваших, девушки, прелестях. — я закрыл глаза, вдохнул напряжённо.

— Каких прелестях? — подозрительно пробормотала Лиза.

Я открыл глаза и сухо улыбнулся. Лиза похлопала глазами и попробовала приготовиться.

Шаг — пересёк её линию плеча своим. Два — одним замахом руки поддел и накрутил её волосы с затылка на ладонь. Рывок — она, вскрикнув, оказалась в моём захвате спиной ко мне. Я зажмурился, невольно вобрав грудью запах её шампуня. Веки дрогнули, я слегка отвел лицо.

«Я должен. Поймёт».

— Ай, Лекс! — Лиза жалобно выдохнула в голос. Сжалась, инстинктивно потянулась к волосам.

Я сжал челюсти, вжал веки, еле сдержался, чтобы не пожалеть её:

— Возьми себя в руки! - почти процедил, - Сама просила, я даже сейчас поддаюсь. — я резко выдохнул, приходя в себя. — Иначе было бы совсем по-другому.

— Угу, — её голос был на высокой нотке, лицо скривилось от боли. — Ай, отпустишь?

— Сдаваться вздумала? - проговорил прямо в ухо, - Не-а! Борись, думай, я тебе говорил. Вспоминай. Болевые точки. Я подожду.

Она всхлипнула. Вдохнула. Её обмякшее слегка тело окрепло. Секунда — её пятка чётко приземлилась в мою стопу.

— С-сс, — я вскинул голову, сморщился от боли, но удержал руку в волосах.

Следом прилетело локтем под рёбра справа. Сильно. я выплюнул воздух сквозь сдавленные зубы. Кожа на макушке собралась, я разжал руку. Лиза вырвалась в сторону, тяжело выдохнула. Я скривился, схватился за бочину.

— Умница. — хрипло пробормотал. Взглянул на неё — красная, сердитая, растрёпанная, потирает затылок.

Я перевёл взгляд на пальцы, опутанные её рыжеющими волосами. Сжал в кулак, опустил. Она отряхнула волосы. Клочок выпал ей на плечо. Лиза молча опалила меня гневным взглядом, смахнула его, и тут её плечи затряслись. Она откинула подбородок. Губы изогнулись в беззвучном смехе. Я помотал головой, улыбнулся уголком и подхватил тихо её смех.

— Ты первая… — я отдышался. — «Кому я позволил…»

Убрал руки в карман, стащил волосы с пальцев.

«Как воришка…» — поёжился про себя, усмехнулся. — «На память…»

— Я не буду сразу тебя погружать на сильный контакт, но кое-что мы ещё сделаем.

Я нахмурился подозрительно. Секунда. Лиза проигнорировала моё выражение или сделала вид. Она опять встряхнула кисть, протянула вперёд и сказала:

— Так, Лекс. Мне будет нужна твоя помощь, Сожми, пожалуйста моё запястье, чтобы мы оба узнали наши возможности. И больше не боялись сделать больно.

— Я не смогу, Лиза. — я сжал руку в кулак. Ступор.

— Лёш, я тоже из мяса и костей. Я не фарфоровая. А ты не Геркулес. — её брови приподнялись. — Сожми моё запястье, и я скажу, когда мне станет реально больно.

Я разжал кулаки, но всё равно не протянул.

«Как? Сжать до боли?» — брови нависли, губы плотно сжались.

— Лекс, я не мазохистка. Я скажу, когда станет больно. Обещаю.

Мой взгляд забегал, потом замер на её лице.

— Хочешь, сделаю потом ещё панкейки? — она улыбнулась, наклонила голову на бок.

Я слегка улыбнулся уголком губы, хмыкнул:

— Ладно, посмотрим. Ты обещала. — поиграл пальцами и накрыл её запястье. Сомкнул. Сжал немного. Сглотнул. — Не больно?

— Нет. — она мотнула головой. — Ещё.

Я поморгал, сжал сильнее. Замер.

— Ещё. — Лиза настойчиво смотрела на меня.

Сжал сильнее. Ждал. Тишина.

— Не молчи, блин. — процедил, мышцы пресса напряглись.

— Не больно. — выдохнула Лиза. — Не вздумай отпустить, Лекс, помни про панкейки.

«Панкейки, блин, Панкейки, твою... Да ну их на хрен..." - я бросил на неё яростный взгляд, но лиза смотрела исподлобья, колючим нетерпеливым взглядом, наклонила голову.

"Да чтоб тебя..." - Сжал плотно.

Рука слегка задрожала от волнения. Её пульс бился о мои пальцы, кожа на её запястье слегка побелела.

— Достаточно. — кивнула она. Моргнула. Спокойно.

Я же, как ошпаренный, тут же сорвал ладонь с её запястья. Белые следы от пальцев окрасились красным, но вскоре исчезли.

— Прости. — я оторопел, глядя, как она потирает запястье.

— Не извиняйся. — она качнула головой, вздохнула, закатила на миг глаза, затем взглянула на меня. — Видишь? Я живая. Теперь ты знаешь мой предел. Это твой маркер.

— Почему не прервала раньше? — я посмотрел в ответ в её глаза, насторожился.

— Потому что знаю себя. И верю тебе. — объяснила Лиза, развела руками и добавила: — Ты же сам просил.

— Ясно. — кивнул я. — Какая пытка следующая? — выдохнул. Опустил голову, почесал висок.

Лиза повела бровью:

— Давай отдохнём немного. Садись. — показала на диван.

— Теперь мы поиграем в зеркало.

— Что? — я помотал головой, мои брови вздернулись, а на губах появилась улыбка. Кажется, я уже понял.

— Ну на самом деле, это детская игра, но ты не смейся. Я практику в реабилитационном центре проходила. Там применяла с замкнутыми детьми. Смысл: я делаю — ты повторяешь. Без контакта, без слов и комментариев. Сдашься — проиграешь. Понял?

Я накрыл лицо ладонями. Выдохнул.

— Лекс! — она окликнула. — Я просила слушать меня и довериться. Соберись… — и добавила: — Пожалуйста.

Я утерся, поднял голову:

— Давай, Корнеги, начинай. - отсел к спинке. Расслабился.

Она посмотрела на меня внимательно. Сделала вдох. Посмотрела направо. Я повторил за ней. Затем она посмотрела на меня и посмотрела налево — я за ней.

«Ну, эта Лиса не лиса, если не начнёт хитрить». — выпрямился.

Она посмотрела на меня и улыбнулась. Я слегка отпрянул. Моргнул.

«Ну вот… Начинается» - прищурился.

Её брови вздернулись. Лиза подернула подбородком, скривила губы. Выдохнула опустив плечи, насупилась, поиграла пальцами по коленям. И тут я понял:

«Блин, точно. Надо же повторять за ней!» - почесал бровь. Глаза забегали.

- Сейчас...

Она оглядела меня и вновь улыбнулась. Я ответил. Она кивнула, я тоже. Она расслабилась, посмотрела на меня. Затем вдруг скривила рожицу: показала язык и глаза свела.

Моя бровь взлетела, я замер. Я был готов, но я замер. Потому что это было… смешно.

«Блин… Лиза…» — пытался сдержаться обхватил лицо ладонями. - "ну что я клоун? Щас взорвусь, блин..." спазмы подкатывали.

А она продолжала так сидеть. Я помотал головой, унимая приступ неудержимой улыбки. Она насупилась — стала ещё смешнее.

Я не выдержал. Заржал в ладони:

— Всё, сдаюсь! Лиза! — сквозь хохот.

Она покачала головой, выдохнула шумно:

— Лёша, ну ты чего? — она немного надулась. Усмехнулась.

— Согласен, не смог. — я закашлялся, сбивая смех, прикусил губу и потер переносицу. — Не для меня это.

— Ладно, сойдёт. — со вздохом качала головой Лиза. — Давай подкрепим твои навыки контроля. Запомнил мою рожицу? Что она у тебя вызвала?

— Ну, глупость какую-то… — я поднял глаза, улыбка предательски поползла наверх, я прикрылся ладонью. — Не, не ты. Просто сам образ. Он вызывает смех…

— Вот и хорошо, - она довольно кивнула, - Этого я и добивалась. Возвращайся к этому образу, когда нужно будет сбросить напряжение. А теперь приступим закреплению. Держи мою руку, не отпускай, как бы я тебя не отвлекала. Учись не рефлексовать. Уяснил?

Она протянула левую руку, я послушно взялся за неё. Лиза начала отсчёт:

— 10, 9… — затем протянула свободную ладонь и положила мне на грудь. Как утром.

Я дёрнулся, пальцы дрогнули, судорожно выдохнул,

"Лиса, опять ты?.."

— Рожицу, Лёша, не забывай. - напомнила она, - 6, 5…

"Точно... рожицу." - Я вдохнул, постарался вспомнить образ — её сведённые близко глаза, язык наружу — надрывно улыбнулся. Действует. Волнение немного отступило, а рука осталась.

— 3, 2, 1. Отпускай, Лекс. — она тихонько сказала, опустила руку от груди. — Лекс?

Я не отпускал. Выдохнул, разжал нехотя пальцы… Лиза не спеша отвела руку.

Глаза растерянно пробежались по её лицу.

Уже? - Я потёр ладони.

Да, уже - ответила она приветливо.

"Жаль..." - плечи опустились, но через секунду я натянул улыбку:

— Панкейки с тебя. И Не надейся отмазаться. - хмыкнул.

— Мышцы качать и не надо, точнее не обязательно. Они только в фильмах и на картинках «коммандос» и «рембо» смотрятся здорово. — сухо поиграл плечами, — В ситуативном выживании и при самообороне нужно качать другие мышцы. — я указал на лоб. — Тело — только механизм с рефлексами.

Лиза кивнула, спрятала ладони в коленях.

— Ну, думаю, раз 10–15 отжаться смогу без проблем. — пожала тонким плечиком.

— А турник? - я поджал губу, оценивая.

— Не знаю.

— Ясно, ничего страшного. На стене ты проявила себя стойчески, — я поправил волосы. — Запомни: твои противники в абсолютном большинстве будут крупнее и физически сильнее тебя. С твоей подготовкой и комплекцией лучшая тактика... — я сделал паузу, расставил ладони, — бегство. Тут даже думать нечего геройствовать. Но на всякий случай слушай…

Лиза хмыкнула, посмотрела на меня, но не перебивала.

— У всех людей есть слабые точки. Короткий точный удар может заменить несколько хаотичных. — я стал показывать на себе. — Голова: темя, висок, челюсть, нос и переносицу сразу забудь — ты не осилишь. Да и убить можно, а это статья. Скот нужно ставить на место… а не убивать. Единственное можешь ладонью, — показал ей место под большим пальцем, — основанием, как бы «вздернуть» нос противника. Глаза — вдави пальцами, брось песком, мусором — противник временно дезориентирован. Беги.

Ниже — шея, — показал ребром ладони, —удар с силой по гортани и чуть ниже ладонью или чем-нибудь твердым сбивает дыхание, временно выключает противника из атаки, но может и убить. Сонные артерии — тут важна отработанная техника захватов. Так что тоже под вопросом.

— А как они делаются? Эти захваты? — Лиза вопросительно кивнула.

— Если хочешь, покажу позже, но смысла не вижу пока. — я сделал паузу. — Слушай дальше.

— Угу, — Лиза быстро кивнула.

— Корпус — твоя непосредственная зона. — я встал, показывая зоны поражения. — Солнечное сплетение — удар по диафрагме, выбивает временно, но опять же, это пока не для тебя… Вот и выходит, что твоя зона атаки — печень, пах, колени, голени стопы. Можешь пройтись от души и бежать. Противник не сможет преследовать какое-то время. Бей пяткой, коленом, носком, но осторожно — не повреди пальцы ступни. Поняла?

Она часто закивала.

— Ну что ж, начнём? — я размял кисти, встряхнул ноги и расставил на ширину плеч.

— Конечно. Что нужно делать? - Лиза поднялась навстречу.

— Сначала, я буду показывать, потом ты повторяешь за мной, — мотнул руками, — Давай начнём с простого. Первое: выход из захвата запястий. Ты держишь меня, показываю, как действовать. Держи.

Лиза схватилась за мои руки. Сжала. Довольно крепко для её комплекции.

— Я выворачиваю запястье, — медленно выкрутил руки внутрь, посмотрел на девушку. — Разрываю твой захват через большой палец твоей руки. — вышел из захвата, несмотря на все её старания. — Поняла?

Лиза поморщилась, кивнула, потерла пальцы.

"Молчит, что больно. Терпит?" — хмыкнул, поднял руки. — Теперь ты.

Она размяла ладони. Подставила мне.

Я взялся, слегка сдавил. Лиза глянула на меня, потом на руки. Помялась.

— Давай. — я кивнул, слегка дернул запястья.

Она провернула руки, тут же вывернулась.

— Лекс! — сердито подняла глаза. — Ты поддался!

Я вздернул брови, почесал пальцем висок.

— Это обучение.

— Лекс, давай сильнее. — возмущенно потребовала, — Это не смешно! Как я научусь?

Я отвёл глаза. Она настойчиво протянула руки.

— Лекс.

Я поёжился, взялся за её тонкие запястья. Ещё раз. Сжал чуть сильнее. Ощутил её тёплый пульс.

«Тогда стерпела, но что, если я переборщу?» —сглотнул. — «сделаю больно по-настоящему?»

— Сильнее! Лекс. - её голос становился тверже.

«Да ну на фиг...» — помотал головой, бросил её руки.

Лиза захлопала ресницами. Нахмурилась.

— Не могу. — посмотрел на неё. — Боюсь…

— Чего? — её брови расправились.

Я молчал.

Она подошла сама. Пространство сгустилось:

— Лёша, что с тобой? — покачала головой. — Ты боишься меня?

Я нахмурился. Рука на стороже.

«Хм».

— Нет, не тебя… — помотал головой.

— Хм, — она приложила пальцы к подбородку, на переносице вновь показалась складочка. — Если ты позволишь, я могу попробовать помочь тебе справиться…

«Да ну?» — пожал плечами. — «Разве такое возможно?»

— А поможет? — бровь дёрнулась.

— Смотря как будешь стараться… Хочешь попробовать? — она утвердительно кивнула, усердно покачав пальцем. Я сложил руки на груди, плечи время от времени поигрывали от напряжения:

«Хочу ли я этого? Или не хочу? Смотря с какой стороны посмотреть… Если бы не хотел, то…» — я потер кончик носа, посмотрел на неё. Кивнул. — Да, хочу.

— Но мне нужна твоя отдача. И доверие. Ты готов? Верить мне и делать, что я скажу?

Я нахмурился.

«Верить? Ей? После её хитростей и звонка полковнику?» — скулы подёргивались, я стоял, все еще сомкнув руки на груди.

Лиза будто поняла и рассмеялась.

— Не бойся, твоя офицерская честь не пострадает. Обещаю. Но тебе может стать реально легче общаться со мной. Ты постоянно вздрагиваешь, хотя я вроде не электрошокер… — она спрятала руки за спиной. — А? Как думаешь?

«Вот сейчас она опять лиса». — сокрушился я, мотнул головой, — Ладно. Кроме себя мне терять нечего.

— Значит, попробуем? — она улыбнулась.

— Думаю, стоит. — я разомкнул руки и ответил улыбкой.

— Молодец. Тогда по рукам. — она протянула свою маленькую руку.

Выходные я провела в затворничестве. Уборка и телик не спасали. Девочки всеми силами пытались вытащить меня из дома и поднять настроение. Звали с собой на прогулки, но я отказывалась. Мне было плохо. Вечерами я иногда заглядывала в бар, но ненадолго — не хотелось расстраиваться ещё больше. Я брела как потерянная, пустая. Ночами снился всякий бред, поэтому я не высыпалась.

Работа в понедельник теперь спасала от безысходности. Но конец рабочего дня — как приговор и наказание в одном лице. НЕВЫНОСИМО.

Я везде искала его глаза. Измотавшись, в конце концов подумала, что схожу с ума и что ничего не было: ни парня этого, ни событий, с ним связанных… показалось.

«Всё, хватит.»

С этими мыслями я дошла до дома, посмотрела телевизор, пошла спать.

«Надо будет купить снотворное, а то скоро на работе спать буду», — подумала я и попыталась уснуть.

Ночью мне опять приснился сон: я бегу, пытаясь догнать что-то или кого-то. Запыхавшись, неожиданно спотыкаюсь и лечу — только не как птица, а как топор, то есть вниз. Вдруг всё озаряется невыносимым светом, режущим глаза. Я закрываю их ладонью и падаю во что-то податливое и в то же время устойчивое. Меня обхватывают… руки?.. Я поднимаю глаза и… и тут зазвенел будильник. Сон растаял.

Не знаю, как это подействовало, но мне стало легче. Я позавтракала, прошлась, как обычно, до работы, любуясь красотами города. По дороге заметила аптеку.

«Надо будет зайти туда после работы», — отметила я себе и пошла дальше.

Днём подруги тоже заметили мой приподнятый настрой. Мы шутили, общались за обедом и во время перерывов. Я слушала, как они наперебой делились впечатлениями о знакомстве, и ни капли не расстроилась. Похоже, я переболела. Вечером Арсений и Дима — так их звали — пришли проводить девочек.

Я собралась и, как обычно прогуливаясь до дома, пошла пешком. Дойдя до кафе, уже было прошла мимо двери. Но потом мне вдруг захотелось посидеть, расслабиться, как раньше, и я зашла внутрь. Мой привычный столик пустовал.

«Уже хорошо», — подумала я, занимая место.

Через минуту подошла Аленочка, и я заказала мороженого и чего-нибудь прохладительного. Официантка поинтересовалась, почему я одна.

— У подруг другие планы, — ответила я.

— Располагайся, сейчас принесу, — она улыбнулась.

«Да, без девочек скучно. Никто не щебечет под ухо, ухихикиваясь над очередной шуткой. Эх-х…» — с улыбкой подумала я.

И чтобы хоть как-то не заскучать, расслабившись, стала оглядывать зал в ожидании. Тем временем Алена принесла заказ: мороженое пломбир с фисташковым кремом и шоколадной глазурью и колу.

— Ммм… спасибо, — обрадовалась я. — Выглядит аппетитно.

— Мы стараемся, — она забрала поднос и удалилась.

Потеряв всякий интерес к обстановке, при виде такой вкусняшки я бессовестно принялась за мороженое. Ну а что ещё делать, когда на душе кошки скребут?

Кусочки таяли во рту и приносили удовольствие. Я окончательно расслабилась и невзначай кинула взгляд на стойку.

«Боже! Это он!»

Я заметила его у стойки, но на этот раз он сидел ко мне спиной. Те же волосы, те же плечи, напряжённые под тонкой рубашкой.

«Неужели? Я брежу?» — подумала я, пристально наблюдая за ним. «Главное — не упустить его ещё раз, другого шанса точно не будет!»

Я застыла, не веря своим глазам. Сердце колотилось так, что, казалось, его стук слышно через весь зал.

«Подойди. Просто подойди!» — всё кричало внутри.

Но ноги будто приросли к полу.

Я потеряла интерес к десерту и наблюдала. Он сидел спиной ко мне. Мне казалось, что он тоже наблюдает и ждёт чего-то. Как только я приподнялась, собравшись силами, чтобы подойти к нему, парень вдруг поднялся и, расплатившись, направился в уборную. Тем временем я позвала Алену, рассчиталась, взяла куртку и сумку и медленно пошла к выходу.

Он не выходил. Ну не ломанусь же я в мужской туалет знакомиться. Ждать тоже как-то глупо. Я нашла зеркало, поправила волосы, подкрасила губы, ещё раз оглянулась. К выходу продвигалась весёлая компания молодых людей. Где-то сзади замаячил и мой незнакомец. В небольшой давке у выхода мне пришлось выйти в толпе. Но вот все вышли, а незнакомца всё не видно. Я заглянула за витрину кафе — его там уже не было.

«Как?» — увиденное не укладывалось в голове. Только что он направлялся к выходу, но не вышел из заведения. И в зале его нет. Куда он тогда делся?

Меня охватило чувство обиды и уныние.

«Да что же, блин, такое!» — подумала я, стукнула ладошкой об стену, и слёзы брызнули из глаз.

Если раньше я ещё раздумывала об успокоительном, то теперь уверенно направилась в аптеку.

Беспомощно рассматривая всевозможные коробочки на витрине, я поняла, что ничего не соображаю. Плюс испорченное настроение…

— Что-то конкретное ищете? — не церемонясь, спросила продавец.

— Снотворное, — всё, что я смогла вспомнить.

Она окинула меня оценивающим взглядом, подумала и спросила:

— А рецепт у вас есть?

— Нет, — ответила я.

— Тогда я не смогу продать, — возразила она, но, заметив моё расстройство, добавила: — Мало ли, вдруг ещё наглотаетесь. Могу предложить вам ромашку, валерьянка есть, новопассит. Сейчас достану…

Пока я стояла и думала, за витриной кто-то мелькнул. Я вгляделась и опять увидела знакомые черты.

— Ну так что? Берёте или нет? — продолжила продавец.

«Блин, нельзя терять время, надо поймать его скорее!» — взволновалась я и обратилась к продавцу:

— Беру. Всё, — отчеканила я.

— Шестьсот двадцать четыре рубля с вас. Картой, наличными?

— Картой, — я быстро оглянулась, пытаясь не упустить фигуру из виду.

— Карта сети есть?

Я уже торопилась.

— Нет.

— Давайте заведём?

— В другой раз, пожалуйста, — я уже пожалела, что зашла в аптеку.

Быстро расплатившись, дрожащими руками схватила пакетик с таблетками и выскочила на улицу.

Там кто-то стоял и курил, кажется. Я подскочила к нему и, схватив за плечо, сказала:

— И кого мы тут ждём?

В ответ человек поперхнулся табачным дымом и ошпарил меня гневным взглядом. Обозналась.

Моя рука бессильно упала с его плеча.

— Простите, — только пискнула я и поспешила уйти.

«И где я так насолила судьбе, что она так расплачивается со мной?»

Куда делся мужчина, я уже не обратила внимания. Мне было на всё наплевать. На всё и на всех. Я опустилась на лавочку неподалёку, сжав покупки в дрожащих руках. Чай. Валерья нка. Плацебо для отчаявшихся.

Где-то в горле встал ком, но плакать уже не было сил. Топнув в бессилии ногой, я побрела домой.

Это было правдой, отчасти. Даже сейчас голова гудела.

— Ясно. Знай, ты многое упустила, — бросила она.

«А то!» — с тоской подумала я про себя, вспоминая своё фиаско.

А Лиза всё болтала и как бы невзначай обронила:

— Мы сегодня идём в кино! Пойдёшь с нами?

— Ты знаешь, мне кажется, я буду лишней, — ответила я. — Вы все парами, и я стану пятым колесом. Прости.

— Ка-атя!!! Ну брось ты. Слопаем мороженого, найдём тебе красавчика! Просто развлечёмся, пообщаемся, — продолжала уговаривать меня подруга. — Ну давай, соглашайся! Если хочешь, я могу позвонить Сенечке, чтобы он пригласил кого-нибудь.

«Красавчика…» — сердце сжалось от боли, и сама не зная почему, мои губы предательски начали кривиться. Я изо всех сил постаралась взять себя в руки:

— Ох, Лизок, не стоит! Я просто хочу прийти домой и упасть в кровать. Прости, я не смогу, правда! — извинялась я. — Мне очень жаль. Не хочу портить вам вечер своей кислой миной.

— У тебя что-то случилось? Расскажешь? — в конце концов, ее лицо зашлось в тревоге.

Я не знала, что ответить: может, рассказать всё или отмахнуться…

— Ну, в двух словах… На самом деле, я вчера увидела одного парня в баре, хотела с ним познакомиться, но у меня ничего не вышло! — вздохнула я. — Теперь хочу снова пойти в бар. Может, встречу его там.

— Ты думаешь? А вдруг он зашёл на один раз и не появится? — Лиза глянула искося.

— Буду верить, что мне повезёт. Просто… Просто, понимаешь, я… мне… — и тут мои губы сами собой скривились, я не выдержала и всхлипнула. — Он понравился, правда, понимаешь?

— О-о, ну тогда, конечно, — с умным выражением Лизонька поджала губки. — Тяжёлый случай. Ну хоть опиши нам своего неуловимого.

Я отдышалась и, немного успокоившись, рассказала:

— Он… мм-мм… выше меня на голову, наверное. Прямой подбородок, нос… нос тоже прямой. Волосы — смоль. А глаза… мм… ты бы видела его глаза! — я закатила глаза, вспоминая момент, когда мы пересеклись взглядами.

— Ну, не тяни. Что там с глазами?

— Глаза голубые-голубые, как море, — я тут же поправилась: — нет океан в ночи! Они так светятся!

— Биолюминесценция! — влезла Маша.

— Что? — смутилась Лиза.

— Ну это когда вода в океане светится. Я как-то читала. Маленькие животные и растения выделяют неон…

— Ма-ша! — перебила Лиза. — Ну ты прикалываешься?.. Давай, иди работай. Тут речь о хомо-сапиенс, а ты об одноклеточных…

Маша замолчала, поджав губы.

— Ну, давай! Что там дальше-то?.. — с нетерпением спросила Лиза, обращаясь ко мне.

— Ну… в общем, — я замялась, — очень притягательные. Есть в них что-то… волшебное, что ли?..

А сама подумала: «увидеть бы ещё хоть раз!»

Потом вспомнила свой провал и расстроилась.

— Ого, да он, судя по воздыханиям, и впрямь красавчик! Аж заитриговала. Если заарканишь — обязательно познакомь.

— Если б! Он упорхнул вчера, не оставив мне шанса! — расстроилась я.

— Не переживай! — подбодрила Лизочка. — Всё образуется. Вот увидишь.

— Спасибо, — поблагодарила я. — Посмотрим.

Мы разбежались по рабочим местам.

Весь рабочий день мне не давало покоя это необычное лицо. Оно как будто нелепое, непривычное, но в то же время притягательное. Я надеялась, что он придёт ещё раз в это кафе, и я наберусь смелости подойти к нему. День с трудом подходил к концу, с нетерпением я ждала этого. После работы я поскорее собралась и поспешила домой.

Вот она, заветная вывеска. Войдя в кафе, я заняла привычный столик. Только теперь со мной не было девочек.

«Не беда!» — подумала я и, заказав свой коктейль, стала ждать.

«Ну, только приди — я от тебя не отстану!» — настраивалась я. «На этот раз всё будет по-другому!»

Я долго просидела так, цедила напиток через соломинку, но ничего не изменилось. В заведение заходили и выходили люди: парни, девушки, светлые, тёмные, рыжие. В общем, всякие. Но не тот, кто мне нужен. Его сегодня нет. Не передать, как я была расстроена.

Я в ответ только закатила глаза, глубоко вздохнула и нервно отвернулась в сторону.

«И этот сарафан туда же… Эмм?» — тут я заметила парня, сидящего в углу за барной стойкой со стаканом пива.

Он был немного выше меня, неплохо сложён, глаза цвета холодной лазури, тёмные смоляные волосы спадают на лицо. В сумерках бара его взгляд мерцал, отражая огоньки светильников и фонариков.

«Что это?..» — не веря своим глазам, я словно вновь очутилась в своём сне. — «Его силуэт в свете огней, глаза…»

Я нахмурила брови, пытаясь точно вспомнить сон и сопоставить всё.

Тем временем он нервно стучал пальцами по столу и иногда смотрел то на часы, то на стакан — видно, был на взводе. Пока я рассматривала его, он неожиданно поднял глаза, и наши взгляды встретились.

«Ах! Это они! Его глаза, как те огоньки!» — Сердце защемило, в ушах застучало. Я вздрогнула и чуть не смяла стакан с коктейлем от волнения. Очухавшись, поспешила опустить глаза и сделала глоток, смачивая пересохшее горло.

«Это он! Это он!» — эхом стучало в висках.

Мои щёки и уши загорелись.

«Заметил?» — в подтверждение — почти неслышный смешок. — «Блин! Или я накручиваю?..»

Вдруг я увидела небольшую вспышку под его стойкой, затем меня охватил тёплый вихрь, слегка потревоживший волосы, и, словно погладив по щеке, пронёсся мимо, в сторону столика парней. Затем последовала реакция. Двое из них встали и подошли к нашему столику.

«Кажется, нет!» — и вдруг я забыла, как дышать.

— Вы тут не скучаете, девушки? Может, присоединитесь? — предложил один из них.

У моих подруг прямо рты открылись, но они не заставили себя долго ждать.

— Да, конечно! Хорошая мысль. Как думаешь, Катюш? Ка-атя, ты слышишь меня? — Лиза пыталась привести меня в чувства.

Я сидела ни жива ни мертва.

— Нет, я, пожалуй, останусь здесь. Вы идите-идите, — пролепетала я.

— Катя, что с тобой? — спросила Лиза.

— А? Да не, нормально, я в порядке, — ответила я, понемногу приходя в себя.

Девочки пожали плечами, удивлённо переглядываясь. Но после, довольные, ловко выскользнули из-за стола и смылись в сопровождении кавалеров, оставив меня одну.

А я продолжала украдкой следить за парнем. Он тем временем уже допивал пиво и готовился расплатиться. Я поняла, что он сейчас покинет меня, и залпом допила содержимое стакана. Парень, наверное, заметил это — на его лице снова появился смешок. Потом он осушил стакан, расплатился и, накинув куртку, направился к выходу. Я спешно повторила его действия и, помахав подругам, поспешила к выходу. В ответ получила их ещё более удивлённые лица с выражением «Ты куда?». Но я уже выскочила из заведения и, оглядевшись, никого не нашла.

«Я ведь всего на мгновение позже вышла. Куда он мог деться?» — думала я, огорчившись этому, побрела по дороге в сторону дома, потому что возвращаться к подругам после этого было ещё более безумно и неловко.

Я словно ощутила дежавю: то утреннее разочарование вновь накрыло меня.

«Один раз встретила того, кто мне понравился, и упустила его. Дура, надо было набраться сил и подойти!» — продолжала сокрушаться я. Но на деле понимала, что это было невыполнимо.

На улице дул промозглый ветер, и я посильнее закуталась в свою курточку.

«Надо будет завтра потеплее одеться.

И тут меня вдруг окутал тёплый, согревающий воздух. Мне стало так хорошо, так тепло. Я снова огляделась по сторонам и заметила тёмный силуэт, мелькавший в сумраке. Потом оглянулась ещё раз — но он уже растворился. Расстроившись ещё больше, я побрела домой в одиночестве.