Переоценил я свои способности.

Поднял глаза. Взял с полки гель. Потряс. Баночка была почти пуста. Горько усмехнулся:

«Пора обновить. Ей другой куплю». — втянул запах геля, глаза закатились, мимолётная слабость прожгла грудь и ушла вниз зажигательным. — «Её запах на мне... Мой запах на ней... Я непременно пожалею».

Вылил остатки, намылился. Провёл по ключице. Здесь были её ладони. Спина, шея, плечи. Она сгоняла комаров. Лицо серьёзное.

Улыбнулся. Сердце рвануло.

Пар окутал теплом, вода расслабляла. Но сколько бы я ни стоял под потоками, сколько ни натирал кожу мылом, её образ оставался на моих руках. В ноющих жилах, запахе геля, укусах комаров.

Я повернул синий вентиль. Вода ударила холодом по телу. Разбилась на мелкие ручейки, вышибая воздух из лёгких раз за разом. Хочу расслабиться. Отвлечься. Да. Немного. Отвлечься.

Выдохнул, завернул краны. Вода схлынула, прохлада накрыла тело мурашками. Меня передернуло. Я вышел, быстро протерся от влаги, обмотался и пошёл одеваться.

Нет. Не помнишь. Тебя не было в моем детстве. Ты ничего не знаешь про меня.

Моя дочь, то есть наша дочь, с мужем - знает про своего папу практически всё. Она уже взрослая и дарит ему подарки на праздники, не спрашивая, что подарить. Она знает, чем его можно рассмешить и чем накормить. Она спрашивает у него совета чаще, чем у меня. Они всегда держатся за руки, когда гуляют.

Я, честно, немножко ей завидую...

Конечно, я про тебя что-то знаю - жив, цел- орёл, где работаешь и где живёшь. В общем ты есть. А в мелочах тебя нет.

А жизнь состоит из мелочей.

Это чертовски приятно, когда папа приносит из магазина пакет, а там именно фисташковое мороженое и вишнёвый сок для меня. Или в парке идёт оплачивать аттракционы и даже не спрашивает какие, потому что знает. Или наливает чай и без разговоров кладёт дольку лимона...

Но есть и хорошая новость для тебя: мне уже это не надо.

Не напрягайся и спокойно живи свою беспечную, насыщенную и крайне интересную жизнь.

У нас дождь, прикинь?