День 4. Решение. Порыв. Звезды⁠⁠

Холодный стук... Подскочил. Открыл глаза. Темно, как будто не открывал. Мотнул головой. Уснул что ли?

Рука опустела. Да, уснул. Пошарил по полу. Беретта валялась недалеко. Вздохнул, взял в руку. Задержал...

Так и не решил, что делать...

...Скажи ей правду... — голос Шестакова в голове. И живо вспомнил нашу беседу перед офисом.

— А ты бы смог? Сказать? Если бы был на моём месте?.. — мой вопрос звучал как чужой.

— Не знаю... Если бы был, — добавил он, помолчав. — То, наверное, тоже молчал бы. Пока не понял, что молчать уже нельзя.

— А когда это — «нельзя»? — слова, как эхо.

— Когда поймёшь, что терять её страшнее, чем скрывать от неё правду... — слова растаяли, оставив горький след.

Так стало быть.

Как в мультике: «Молчать нельзя рассказать правду».

Осталось правильно запятую поставить... Просто... выбрать.

Я потёр переносицу.

Тогда сейчас и скажу, чтобы сразу всё прояснить, и будь что будет.

Поднялся. Наощупь положил беретту на место. Открыл дверь и вышел, заперев замок.

Ступеньки шуршали под ногами, мерно гудела вытяжка. Я быстро поднялся, подошёл к двери в спальню... Оттуда доносилась музыка. Из её плейлиста.

Набрал воздуха полную грудь и постучался костяшкой в дверь. Тишина. Я подождал, затем постучал ещё раз. Снова нет ответа. Приоткрыл дверь. Шагнул.

Внутри играла музыка, включённая на её телефоне. Лиза спала, подложив под голову ладошки. Ночной свет с потолка освещал её. Я поднял голову.

«Да, звёзды здесь фантастические». — улыбнулся сонно.

Её дыхание было мерным, спокойным. На её щеках были видны солёные следы от слёз, нос слегка припухший. Телефон лежал рядом.

— Прости... Я не хотел. — повесил голову, вздохнул.

Наклонился, накрыл её покрывалом. Лиза поворочалась, надрывно выдохнула. Я осторожно переступил на другую сторону кровати. Поднял телефон. Разблокировал. Высветилась заставка: три шарика мороженого в креманке. Опешил. Улыбнулся.

Ноги подогнулись, я опустился перед кроватью. Выключил музыку.

Подсветка горит, а я смотрю на экран. И сквозь. Деревья в тенистом сквере за окном. Стены из кирпича под штукатуркой. Столик у окна. Её взгляд сквозь стекло. Её тишина...

В горле свернулся комок.